Наташа и снежный человек 3
В первый же рабочий день, едва Наташа успела надеть бейджик, дверь звякнула, и в магазин вошли двое.
Один — тот самый Снежный человек, только теперь в фирменной оранжево;зелёной жилетке (она натянулась на его плечах с героическим усилием, но держалась). А рядом — его брат: чуть ниже, чуть светлее шерстью, но с тем же серьёзным взглядом, от которого даже вечно спешащие покупатели невольно замедляли шаг.
Наташа уронила ручку. Потом подняла, уронила снова. Потом бросилась к ним, чуть не сбив стойку с йогуртами:
— Вы?! Вы здесь?!
Снежный человек кивнул и показал на брата:
— Это Грым. Он хорошо чувствует, где товар кончается. И ещё он не любит, когда кричат.
Грым в подтверждение тихо фыркнул и тут же направился к полке с крупами — будто по внутреннему радару понял, что там вот;вот закончится гречка.
Директор магазина, который до этого собирался сделать Наташе выговор за просроченный ценник, замер с открытым ртом. Но потом быстро сообразил: в зале стало как;то… спокойнее. Покупатели перестали спорить из;за копеек, очередь у касс двигалась ровно, а Грым молча указывал рукой туда, где лежала нужная банка, ещё до того, как человек успевал её спросить.
— Ну что, — сказала Наташа, поправляя жилетку на своём мохнатом друге, — вдвоём это даже лучше! Вдвоём мы точно не дадим никому уйти без счастья. Даже если счастье — это просто пакет молока по акции.
Снежный человек улыбнулся — так, что жилетка скрипнула швами, — и взял первый свой рабочий талон: «Грузчик/консультант/хранитель порядка». А Грым уже стоял у кассы и спокойно, без суеты, объяснял бабушке, почему на ценнике одна цена, а на кассе другая — и делал он это так убедительно, что бабушка не только не возмутилась, но ещё и похвалила его за честность.
Вечером, когда магазин закрылся, Наташа сидела на складном стульчике рядом с ними и пила горячий чай из бумажного стаканчика.
— Знаете, — сказала она, — в книжках пишут, что настоящие герои спасают мир. А вы… вы спасаете день. Каждый день. И это, наверное, даже важнее.
Снежный человек протянул ей шишку — уже третью за вечер. Наташа взяла её, улыбнулась и спрятала в карман фартука.
— Ага, — задумчиво произнесла она, — один хорошо, а два лучше. Ну а три... Как пел когда-то один импотент: «Pourquoi pas?» Сегодня же вечером попробуем!
Грым хмыкнул, будто сказал: «Хороший план».
Свидетельство о публикации №226092501312