Других писателей у меня для вас нэт

     Она подумала, что это он для неё надел махровый халат, но жадный старик экономил буквально на всём, вот и сейчас в прихожей не было лампочки, а тусклый свет из двери на кухню не позволял Марине определить точно фактуру и принадлежность халата, а от этого зависело всё их будущее. Подойдя к старику, она уловила исходящий от него слабый запах кала и невольно поёжилась " По - ходу, - думала Марина, идя за стариком на кухню, - я к Сорокину попала. Или к Пелевину". Она задорно тряхнула головой, даже не подозревая, что очутилась у коалы в голове, а это всё в корне меняло, будущее же представлялось настолько смутно, что Марина ускоренно соображала о принадлежности халата. " Если как у народного артиста халатик - то, то это одно, а если как у собаки, то совсем другое ". Решив понять хотя бы наощупь, она протянула требовательную руку и наткнулась на ужасающе ледяной, волосатый зад старика.
    - Ты мне яйца не крути, - посоветовал он ей, не оборачиваясь. - Я ведь давно уже мёртвый.
    Марина вскрикнула и оттолкнула шаркающего тапочками старика, прорываясь на кухню. Она надеялась, что в ней ещё оставалось вино. Но наглый и мордастый, зачем - то в и так полутёмной комнате в солнцезащитных очках, показавшийся смутно знакомым, увидев Марину, зареготал :
   - Зырь, Хортица, какие люди !
   " Керви ! " - пронзило понимание Марину.
   - Ничо так, - рыгнул пивом сидевший рядом с Керви на табурете Осипов. - Но бабу надо голой оценивать.
   - Чуешь ? - страшно и почему - то на украинском произнёс Керви. - Раздягайся. Ну ! - прикрикнул он, наставляя на Марину кулацкий обрез.
   Она беспомощно оглянулась, но увидела, что выход заслоняет мёртвый старик. При свете из кухонного окна стало понятно, что это Лимонов.
   - Нам не хватает тока Витухновской, - с важностью заявил Керви, покачивая обрезом в недрожащей руке. - Она в ванной, кстати.
   Из ванной донёсся звук спускаемой в унитазе воды. И вот на кухню вошла Витухновская. Голая. Марина, увидев её тело, сплошь покрытое волоснёй, завизжала от ужаса.
   - А у евреек завсегда так, - авторитетно подтвердил Хортица, разливая водку по чайным стаканам, - дикий волос вскрой. Потому им и утепляться нету никакой надобности.
   - В Израиле и так не холодно, - прошептал мёртвый Лимонов, пошатываясь. - Помнится, на Алтае ...
   - Глохни, - приказала ему Витухновская, приближаясь к Марине. - Ты чево тута ?
   - Ищу тридцать первую любовь, - пролепетала Марина, скромно потупившись.
   - Это тебе к коале, - сказал Керви, швыряя обрез на пол, - он один у нас такой любвеобильный, что и сотую кому угодно обеспечит.
   - Оборудует, - согласился Хортица, поникая буйной головой, ясно сознавая, что срать им всем и срать до коалы.
   - Будем орудовать впятерых, - решила за всех Витухновская. - Ты, да я, да мы с тобой, вот еще эти трое.
   Марина осмотрела Хортицу, Керви и мёртвого Лимонова с ног до голов и осталась весьма недовольной. Товарищ Сталин непременно сказал бы, что других писателей у меня для вас нэт.