Лемниската

               


"Лемниската это геометрическая фигура,
которая представляет собой замкнутое кольцо:
символ бесконечности.
Она не имеет ни начала, ни конца."
                               

(Якоб Бернулли)
    
      



      ЛЕМНИСКАТА



      ЧАСТЬ ПЕРВАЯ.

                Я.





1.

Свет вспыхнул и закончился.
Кент почувствовал вибрацию прошедшую через кончики пальцев ног и ушедшую вглубь - туда, где сердце.

«Черт,- подумал он, – всё-таки придётся сдохнуть!» - и потерял сознание.


2.

-Вот и молодец! Прямо молодец! - окающий говорок обволакивал как мокрая простыня в душный день. - Очнулся? И молодец!
Нестерпимо добрые глаза высвечивали что-то самое детское, потаённое в душе Кента.

Мамино.
Забытое.
Но такое приятное.

-Где я?

-Да здесь. Не тревожься. Ты спи! Тебе сейчас поспать нужно. Болит голова-то?

-Болит. – признался Кент. –А всё-таки…

-Спи!-"доброглазый" встал и поправил сползшее с  ног Кента одеяло. –Утро вечера –мудренее.

-Ага...- согласился Кент и привстав на локте (насколько позволяло ему его нынешнее состояние),  со стоном упал обратно.–Дьявол!

-Переживания... –вздохнул "доброглазый", помогая ему лечь обратно. -Это понятно.  А ты поспи! Легче станет. Увидишь! Я знаю. Всё знаю!

Он вдруг шутливо, совсем по-домашнему, подмигнул Кенту и шагнул в сторону двери, такой обшарпанной, как будто её тёрли металлической тёркой.

-Я всё знаю! - донеслось до проваливающегося куда-то сознания Кента.- Всё.


3.

-Увидеть просто, сложно объяснить,- неторопливо  размазывался в ушах Кента окающий говорок, - некоторые верят , что иного и не было вовсе! Другие — помнят, но так боятся этих мыслей, что предпочитают делать вид. Притворяться. Иначе -не выдержать! Никак не выдержать! -

«Доброглазый» совсем по-стариковски -хотя  старила  его скорее только длинная косматая борода - пожевал губами.

–Ты не вспоминай!Отдохни! Осмотрись. Мало ли? Здесь много кто интересный проживает! Сам увидишь. Да, меня Савелий кличут. Из Новгорода я. Город такой на Руси есть -Великий Новгород!Кра-а-сивый город!

-Я-Кент. –Десантник  протянул руку и Савелий осторожно её пожал, будто руку ребёнка.
–Скажите, почему мы здесь?

-Кто его знает? Если только Он. –Савелий ткнул пальцем куда-то вверх и сгорбился. –Ты про Ад слыхал?

-Вы серьёзно?

-А разве то, что ты видишь, похоже на шутку?

-Чёрт! Чёрт! Чёрт!–взвился  Кент. -Чёрт бы вас всех побрал!

-Первые дни -тяжело, –Савелий покачал головой и впервые посмотрел Кенту прямо в глаза, –но это проверка, понимаешь?

-Какая ещё , нахрен, проверка??

-Не знаю. Думаю, что на грех. На терпение...Терпение -это то, что сильнее всего на свете! И как любой дар, всем дано, но не все умеют им пользоваться.

-А я -считаю по-другому!

Кент выдохнул и провёл ладонью по покрытому испариной лбу.

- Упорство и мужество! Вот что ломает любого! Не поддаваться -а побеждать! Побеждать! И я тут долго сидеть не собираюсь! Мне домой надо! Дела у меня! И я их не закончил!

-Дела… А что такое -дела?

-Это то, что нужно обязательно сделать. И сделать правильно!

-Кому нужно?

-Вы, правда, не понимаете или специально меня дразните?

-Нет. Объясни мне что такое «дела» - и я объясню почему ты здесь.

-Да ну вас!–отвернулся лицом к стене Кент.–Сам во всём разберусь! Завтра с утра и начну.

-Когда будешь уходить, иди прямо через кустарник.-  читая мысли гостя произнёс старик.- Пройдёшь -увидишь ручей. За ручьём -хижина навроде моей. Хозяину-поклон. Скажи, Савелий привет передает.

-------


То, что Савелий называл «утром» - была чуть осветлённая хмурым слизистым светом мгла.

Кент шагал и шагал, раздвигая плечами душистые колючие ветки.

«Я выберусь! Я обязательно выберусь! -думал он. -Я, Городовиков Артём, позывной «Кент», единственный кто уцелел после взрыва просто обязан выжить! За всех пацанов! За Лёньку! За Максима! За Владика! Я выживу!


4.

-О! Гость пожаловал! Проходьте, будь ласка!

На маленькой, покрытой ядовито-зелёным дёрном полянке, пасхальным яичком красовалась самая настоящая украинская хата -мазанка: соломенная крыша, чисто выбеленные стены, рушники на окнах -всё кричало о цветущей Таврии и малороссийских «писнях».

-Заходьте...Воды не бажаете? Таке ведро!

Приветливый, вислоусый дядька, отложив в сторону лопату, которой до этого что-то усердно ковырял возле грядок сделал широкий приглашающий жест навстречу гостю.

-Да не хочет он! Чужак. Я их сразу чую... Нюхом.

И от этого, второго голоса, глаза Кента превратились в два больших, даже не чайных, а десертных блюдца : ибо этот субъект  был нечёсаный, рыжий с чёрным пёс с удивительно выразительной мордой.

-А-а-а-а…

-Новенький, ага.-лениво шкрябнул за ухом четырёхлапый. –И "москаль". Сразу видать!

-Ну, так шо, шо "москаль"? Воды не жалко. Не лютуй, Серко!

Дядька примиряюще махнул рукой и незаметно перестроился на русскую речь.

-Проходите, не обращайте на старого ворчуна внимания! -кивнул он в сторону пса. - Завжды такой. С сарая еле выскочил, от вашего танка спасался. Вот и злится. А так он ничего, не вредный.

-Угу! Выскочил! –пёс почти по-человечески прищурился и сморгнул рыжеватыми ресничками. -Если выскочил, почему я тут, а?

-Почему почему ...Потому шо дурный! –привычно огрызнулся дядька и наполнив небольшой кувшинчик родниковой водой, подал его Кенту.

Кент даже прижмурился от удовольствия: вода была изумительно прохладной, чистой и свежей, как утреннее небо.

-Поисты не желаете?–снова перешёл на мову дядька.

И хотя Кенту было не всё ясно, но так даже интереснее, подумал он, колоритнее.

-Где мы?

-Та там.-замялся дядька.–Десь... Де повинны буты.

И хотя вся фраза была сказана по-украински, на этот раз, Кент его прекрасно понял.

-А вы,  как давно вы тут? Тоже не помните?

-Хотите совет? –перешёл опять на русский хозяин.  –Не спрашивайте! Нельзя! Заберут вас! А куда? Никто вам не скажет. Не ищите лиха! Ждите.

-Ждать?  А я не жертвенный ягнёнок, которого собираются прирезать на заклание. Я -Кент! Гвардии старший сержант доблестного парашютно-десантного полка имени Красухина! Ясно, папаша?

-Говорил же тебе -"москаль"! Из этих небось, «истребков»! Воняет от них, фу!–оскалил жёлтые зубы пёс. -А ты ему-воды... Байбак!

Пёс вздохнул и понуро поплёлся в тень, уже не обращая внимания на гостя.

-Хозяина его убило в 43-ем. - пояснил украинец. -Любил его Серко. Виноватым себя чувствует, что выжил. Да и старый совсем. Почти восемьдесят по нашему, человеческому веку.

-В сорок третьем?? Вы имеете ввиду Великую Отечественную?

-Та то для вас она Отечественная. Для нас - Вторая мировая. Да не суть. Любая война -зло.

-То есть, вы хотите мне сказать, что эта псина из тысяча девятьсот сорок третьего года??
-Ну да. Так  и я теж...

-?

-И я с того ж времени. Соседи мы были, с его хозяином. При мне и погиб. М-да...Война проклятущая! Сколько их было, этих войн, конца краю нет! И всё равно люди ничему не навчаются!

-Не всякая война  проклятье! –не согласился Кент.–Справедливые войны -  за добро!

-А где ты их бачив, справедливые эти? Эх...Пусты балачки... Пустой разговор. -перевёл дядька. -Шукай свою справедливость, да швыдче! Через неделю вже не зможеш.

-Почему?

-Откуда мне знать? Але за тиждень, никто не зможе. Так тут е... Правило!

-Опять загадки?

-Та и сам чоловик теж загадка. А меня Андрием зовут. -запоздало представился усач. - С Львивщины я, не чув?

-"Бандеровец"?

-Та воював трохи... За незалежность. Тильки не вышло ничого. Свобода -вона гладкая! Не ухватишь.

-А её не надо хватать. Она сама придёт. -Кент пожал плечами и нахмурился. -И платят за неё дорого. Жизнями!

-Эгеж... –протянул дядька и замолчал: было непонятно, согласен он или нет и только хитроватые глаза из-под кустистых бровей смотрели строго и проницательно.

-Так что с этой неделей? -вспомнил Кент.–Что за неделя такая?

-А так тут ходит: тиждень можешь куда захочешь, але на восьмий день, тильки на своем мисте.

-Каком «своём мисте»?

-А там где тебя определили. А потом жди, чи заберуть, чи ни.

-Вот трах -тибидох, ничего не понимаю!

-А никто не понимает.-пожал плечами дядька. -А все живуть. Нема видповиди. Слухай!- оживился он вдруг. -Ты к профессору сходи!

-К какому профессору?

-Та к тому що вон за той ричкой живе! Он якись академик, чи шо? Джон имя. А призвище не памятаю.Он с Аглии, бо Неметчинны. Дюже умный! А будешь назад, и мэни росскажешь, а?

-А сам? Ах, да!-усмехнулся Кент. -"Заклятая неделя"! Добро! Встречусь с твоим профессором. Водички не нальёшь ещё? На дорожку?

-Та будь ласка! Вода не пыво, много не выпьешь...

Кент обтёр губы и передал пустой кувшин обратно хозяину.

-Ну, бывай, "бандеровец".

-И вам доброго здоровьичка! -необидчиво ответил дядька. -Буду на вас чекаты. До побачення!

Кент подумал протянуть руку на прощание или нет, но...

«Бандеровец!» - и не стал.

Через минуту уже только его силуэт слабо угадывался в наступающем вечернем мареве.

И вот ещё что: солнце на небе -отсутствовало.
Что-то светило, но не солнце.
И от этого, на душе становилось тревожно.

-"Кацап"! –буркнул спросонья пёс. - Нужен он тут...

-Серко, Серко.-вздохнул дядька. –Я тебе розумию, але не згоден. Кожный шукае щастя! Та и Бог один про кожного. Ось так.

Он приставил ладонь козырьком ко лбу, но даже тень его нежданного гостя давным-давно растворилась в текущей реке тумана и только что-то, то, что называют надеждой, вплетало свои робкие кружева в сердце недоверчивого и повидавшего жизнь, Андрия.



5.

-Ау! Хозяева? Есть кто дома?

Кент решительно заглянул во вторую комнату и поразился царившему там хаосу: на низенькой продавленной тахте, большой неопрятной кучей лежал комок подозрительно пахнущего тряпья, возле самого стола, одну ножку которого выполняла табуретка, была пролита какая-то коричневая жидкость, а на самой столешнице -  высилась кривобокая пирамида из книг и лабораторных журналов. 

-Ау! –ещё раз прозвучал «глас вопиющего в пустыне».

-Вы ко мне?

От неожиданности Кент так резко повернул назад голову что заболела шея: невысокий, пузатенький человечек в старомодном «буржуйском» пенсне бестрепетно и прямо, взглядом учёного, просканировал физиономию Кента.

-Новенький? -скорее утвердительно, чем вопросительно подытожил профессор, таким образом предупредив почти слетевший с губ Кента глупый вопрос « Как вы узнали?»

 -Только новенькие могут ходить где вздумается и так далеко. -пояснил он. -Последний раз я привечал гостей эдак месяца три назад. Конечно по-нашему, земному времени.

-То есть, мы не на Земле?

-Быстро схватываете!–одобрительно хмыкнул "пузан" и протянул руку гостю. –Я Джон Маккинтайр. Физик. Гёттингенский университет. Моим сокурсником и коллегой был Робби - Робин Оппенгеймер. «Манхеттенский проект», читали?

-Нет.

-М-да...Вот она, память и благодарность потомков. В чистом, так сказать, виде!

-Послушайте,- начал злиться Кент, -я что, похож на ходячую энциклопедию? А вот вы, вы знаете кто такой генерал-лейтенант Красухин? Не знаете? Тогда почему я должен знать какого-то там вашего «Робби»??

-Но, -даже растерялся от такого невежества коротышка,- Роберт Оппенгеймер это один из тех, кто меняет судьбы мира! Это как Леонардо в искусстве или Моцарт в музыке! Как...-он растерянно заморгал и развёл руками, исчерпав все возможные аргументы.

-Ясно. –сократил его "мучения" Кент. –Поговорим?

-О чём?

-Ну, например - где мы и как отсюда выбраться. Хорошая тема?

Маккинтайр вдруг замолчал, повернулся спиной и двинулся к окну. 
И так же молча, Кент последовал за ним.

-Смотрите! –Профессорская рука плавно обвела пространство перед собой. -Вам ничего не кажется странным?

-Странным? Да здесь, чёрт побери, всё странно!

-Там, по видимой линии горизонта?

-А что с горизонтом? –почесал нос Кент.- Небо как небо... Только серое.

-А где, прошу прощения, наше светило? Где конденсация водяного пара или по-народному -облака? И где, наконец, хоть одно созвездие?

Знаете, -как-то по-простецки сгорбился профессор,- у меня в детстве, была игрушка такая. Музыкальная. Откроешь крышку и начинает играть мелодия. Славная, колокольчатая. А девочка балерина -танцует. Так вот, даже там, на заднем фоне, были нарисованы облака и звёзды! М-да...

-Значит, вы уверены что это -не Земля?

-Не знаю, мой дорогой сэр, не знаю...- профессор зябко поёжился.-Прохладно стало. Здесь когда стемнеет, температура падает как в пустыне -до минуса. Вы любите кофе? -неожиданно предложил он. -Чёрный, со сливками?

-Чай больше. С лимоном!

-Найдём и чай. С лимоном вот сложнее. Но чай обещаю горячий!

Полчаса спустя, вытянув ноги перед небольшим но искусно выложенным изразцами камином, сиротливо оттенявшим красными всполохами черноту за окном, Кент повторил свой вопрос:

-Это ведь не Земля, верно?

-Смотря что понимать под эти словом...

Смотреть на хозяина дома было приятно: прикрыв колени пледом, он помешивал ложечкой сахар в кофейной чашке и подслеповато щурил светлые, почти без ресниц, глаза.

-Видите ли , в своё время, мой наблюдательный  сокурсник Робби Оппенгеймер, верил в «теорию струн» Кравица. Вы , конечно же, понятия не имеете кто такой Кравиц?

-Нет. –честно признался Кент.

-Не беда. Он не был широко известен даже в научных кругах, если на то пошло. Так вот, Генрих Кравиц, гениальный польский учёный, предположил, что существуют дополнительные измерения похожие на наше с вами современное время, где по его «струнной теории», точечные частицы из любимой и знакомой нам физики элементарных частиц, заменяются одномерными объектами, или «струнами»...-заметив наконец в профиль обалделое лицо Кента, Макинтайр смягчился.

-Впрочем, давайте проще:Кравиц считал что время  разбито на множество разных периодов, как струны арфы, например. Понимаете?

-Да. –Начиная схватывать упрощённый вариант кивнул Кент.

-Но представьте себе, что какая-либо из этих струн -порвалась, и на неё не действует общее правило гармонии присущее остальным струнам! И?

Профессор, как преподаватель на экзамене, выжидающе прижмурил веки и замер ожидая правильного ответа.

-Вы хотите сказать, что мы сейчас в такой вот «порванной струне»? -осенило Кента.

-Именно! И что это и с чем его едят -мы не знаем! А значит, мы кто-то, говоря вашим военным языком, вроде сапёра, который идёт по минному полю, готовый к любым неожиданностям, в том числе -и гибели.

-Как "сталкеры"?

-Ну, если использовать термины писателей-фантастов-то да, "сталкеры". Вы не обижайтесь на старика, я позволю себе в силу возраста некоторую болтливость и слегка углублюсь в философию : человек -зависим от причинно-следственных связей того отрезка времени, который он в данный момент проживает. А в «порванной струне» - эти связи не работают, или работают недостаточно. Следовательно, любые ожидаемые нормальные в обычной жизни явления, здесь либо искажаются, либо исчезают совсем! Ну, как пример: человек может перестать стареть! Или наоборот -процесс старения ускоряется. У человека меняются природные возможности  и появляются те, которые в обыденной жизни назвали бы «сверхспособностями», а то и чудом!

- «Супергерой!» Да?

-Не обязательно. Например -нечувствительность к холоду или жаре,быстрая свёртываемость крови и мгновенная регенерация тканей. Да мало ли что! Когда-то, ученые мечтали о таких резервах человека –в плане лечения, научного штурма или создания «универсальных» солдат. Но какой страшной стороной к человеку, может обернуться это знание! Страшной и непоправимой…

-Вы прекрасно всё объясняете, мистер Маккинтайр…

-Зовите меня Джон..

-Вы прекрасно всё объясняете Джон, -повторил Кент, - за исключением ответа на главный вопрос: – Как нам выбраться отсюда?

-Не знаю.

-Не знаете?

-Нет.

-И что же нам делать? Что, чёрт побери нам делать??

-Я бы предложил вам идти дальше. Пока сможете. И возможно, вы найдете верный ответ. Но торопитесь, у вас мало времени.

-Наслышан. Неделя?

-Ну, это не точный срок. Как-то ко мне заходил рыцарь….

-Кто???

-Рыцарь. Так вот у него шёл десятый день и он не «прикипел».

-Что?

- Не «прикипел.» Так я называю привязку к одной местности, чаще –это не более одного –двух километров. У некоторых даже три. Существует местная легенда, что сюда попадают даже Агасферы.

-Это ещё что?

-Так и думал что вы не сильны в теологии! Агасфер –это «вечный жид» обреченный скитаться по свету за то что не дал несущему на Голгофу крест Христу прислониться к углу своего дома и отдохнуть. Но это суть не важно. Важно что нынешние Агасферы –не «прикипают»! Они могут всегда находится во всех уголках данного временного пространства. Хотя, я всё же думаю, что это легенда. Я здесь уже давно, но ни одного из «вечных странников», увы, так и  не видел.

-Вот кот полосатый! Рыцари, Агасферы. А бабы Яги у вас тут нет? 

-Баба Яга?

-Да бабка такая, с костяной ногой, в лесу живёт и прохожих "шамает".

-"Бугимен"?

-Ага. "Бабавумен".

-Здесь всё может быть. -покачав головой,  ответил профессор. -И вы сами скоро в этом убедитесь. А могу вас спросить в свою очередь?

-Спрашивайте. –Кент подкинул в камин полешко и протянул руки к огню.

-Что последнее вы помните, перед тем, как попали сюда?

-"Бабу Ягу".

-Я серьёзно! - с ноткой обиды прозвучал голос Маккинтайра. –Вы же пришли за ответами, вот и давайте искать их а не зубоскалить.

-И я серьёзно.-растягивая слова отозвался Кент.–Последнее что я видел, это как в корпус нашего «БМП» попала «хохлятская» "баба яга".

Видя полное недоумение на лице хозяина, Кент пояснил:

-Дрон ихний. Гнусная штука. Грузоподъёмность -50 кило, но жужжит, зараза, громко вот применяют его «укры» в основном ночью, с тепловизором.

-Подождите, подождите...-почесал нос профессор.- Что это - дрон? И кто такие " укры"? Ваши враги?

-Вы что, с Луны свалились? –удивился Кент, впервые почувствовав превосходство над своим учёным собеседником. –Не видели дрон никогда? Это штука такая, типа маленького самолётика, но без пилота. И управляется со стороны, оператором. А " укры" - нет не враги. Бывшие братья. А это куда хуже врагов...

-Понял! –воскликнул Маккинтайр. –Аппарат Маклиша! Арчибальд Маклиш использовал эти, как вы их называете, «самолётики», во время Первой мировой войны!

-Не суть важно. –махнул рукой Кент.-В общем, прилетела эта нечисть аккурат по нашей «бэхе» и очнулся я уже у какого-то малахольного по имени Савелий.

-Востров, -кивнул Маккинтайр-, Савелий Востров. Великий Новгород, 18 век. Я тоже был у него когда-то.

-Ничего себе!- поразился Кент. –Так тут выходит, не только люди , но и века перепутались? Дела!

-В «порванной струне» нет наших обычных земных правил. Я говорил вам об этом. Здесь мы учимся новому. И вот что я вам скажу...

Маккинтайр совсем по-русски почесал в затылке и устремил взгляд в какую-то только ему видимую точку на прокопчённом потолке.

- Не задерживайтесь у меня! Как только станет светлее -идите! Не теряйте время!Только опыт учит. Движение и опыт! Опыт у меня есть, а вот в движении -я ограничен. И не бойтесь! Ничего не бойтесь! Главное -воспринимайте всё с чистого листа, как новорождённый. Понимаете? Здесь, скептицизм - плохой советчик.

-Да, - кивнул головой Кент,  –кажется, понимаю



6.


Домик гостеприимного профессора пропал поглощённый  белёсой дымкой заменявшей тут утро и день.

Кент вдруг припомнил как давным-давно, в далёком детстве, он ходил с папой на рыбалку почти по плечи утопая в таком же предрассветном, густом как кисель тумане, где единственным ориентиром и осязаемой защитой была сутуловатая спина отца, надёжно , как ледокол льды, прорубающая путь через эту морось. 

Несмотря на то что жизнь не баловала Кента семейным теплом, он до сих пор ощущал как это важно не отстать, не ныть и тем более не жаловаться!

Ведь он тоже как и папа - был настоящим мужчиной, только ещё маленьким.

Впереди что-то ухнуло, тёмная тень сорвалась с верхушки ближайшего дерева и комом провалилась в заросли.

Кент остановился, нащупал в кармане родной, прошедший с ним всю его боевую жизнь швейцарский нож «FIELDVFSTER» и успокоился.

«Ничего, во всяком случае -не с голыми руками».

Мерцающая искра впереди которую он сначала принял за отблеск света на поверхности камня вдруг заплясала рваным лоскутом оживив мистические тени.

«Огонь! - понял Кент.-Это огонь!»

Следуя врождённой осторожности, Кент взял чуть левее, где туман стлался гуще и пригнувшись, шаг за шагом, двинулся на красное пятно стараясь производить как можно меньше шума. 

Это действительно был взаправдашний костёр, разожжённый человеческой рукой, а возле него, (верьте или нет!) расположился самый настоящий средневековый рыцарь: он бережно, на самодельном, выструганном из крепкого сука вертеле, проворачивал тушку какого-то зверька и увлечённый процессом приготовления ужина совершенно погрузился в своё занятие ничего вокруг не замечая.

Кент улыбнулся и  выйдя из своего убежища на открытое место, как можно дружелюбнее произнёс:

-Пахнет аппетитно! Не помешаю?

Рыцарь среагировал мгновенно сделав почти неуловимое взглядом движение туда, где лежало его снаряжение но увидев что Кент один и безоружен, расслабился.

-Не помешаете. Вы голодны? - приветливый жест выглядел миролюбиво. И не опасно.    

-Здесь по утрам бывает сыро, заодно и согреетесь. Я –Людвиг фон Юнгинген! Мой брат, Конрад, был магистром нашего ордена. А кто вы, благородный сэр?

-Кент.

-О! Вы, случайно, не из рода графов Кентских? Если так, поздравляю! Ваш род ведёт начало  от самого Вильгельма Завоевателя, первого короля Англии!

Кент чуть не рассмеялся, видя с каким почтением, этот странный, почти сказочный персонаж прижал руку к сердцу и склонился перед ним в полупоклоне.

-Нет, я не из графьёв. Мы -рабоче-крестьянская гвардия!

-Не слыхал. -вежливо улыбнулся рыцарь. -Но если вы дали обет не говорить о вашем происхождении, это только возвышает вас в моих глазах!

Решив не продолжать эту тему Кент перевёл разговор на более приземлённые вещи.

-Странная здесь погода. Как будто находишься внутри мыльного пузыря: всё серое и влажное.

-Да. –кивнул головой рыцарь. –Я почти два месяца в этих местах, но, откровенно говоря, привыкнуть к отсутствию солнца, луны и звёзд -невозможно...

-Скажите, - прямо спросил Кент,- вы были у профессора? Он говорил о вас.

-Сэра Джона?

-Да, Джона Маккинтайра. Так вот, по его теории, в этих как вы говорите «местах», возможность свободного передвижения ограничивается одной неделей. Тогда как вам удалось не «прикипеть»?

- «Прикипеть»?

-Точное словечко, верно? Профессор его использует, когда хочет сказать, что некоторые из попавших сюда, сохраняют самостоятельность на более длительный срок чем остальные. Учёные любят термины...

-Угощайтесь, готово! –Рыцарь разорвал тушку поджаристо шипевшую на самодельном вертеле почти на две равные половины, одну из которых протянул Кенту. –Что касается того, почему я до сих пор не ограничен во времени то один Господь ведает!

У Кента не было опыта общения с человеком из Средневековья, а тем более с благородным рыцарем, но слово цеплялось за слово и речь сама, неспешной рекой, потекла в нужном им обоим направлении.

Новый знакомый Кента оказался человеком спокойным, умным, не склонным к глупым ассоциациям и с известной долей сарказма.

Он был одним из тех «христовых воинов», который верил что их орден несёт просвещение «диким народам» и одним из внявших призыву папы Григория Девятого о расширении христианского учения на восток.

Встав под знамёна Германа Буксгевдена, епископа Дерптского, он вместе с рыцарями фон Балка, магистра ливонского ордена, принял участие в событии известном в нашей истории как «ледовое побоище» и последнее что помнил - это  холодные воды Чудского озера сомкнувшиеся у него над головой.

-М-да. как из школьной программы. -покачал головой Кент. -«Псы-рыцари»…

-Простите?

-Да это я так. -спохватился десантник. –Ну а потом? Как здесь оказались?

-Я мало что помню. –голос рыцаря прозвучал печально и тихо. –Открыл глаза –лес. Воздух такой… От сосен. Знаете? Душистый. Пьяный. А солнца нет. Пасмурно. И птица какая-то поет... Соловей, кажется. Потом встал, ручеек недалеко. Умылся и пошёл искать людей. Вот наверное, и вся история. А вы?

-Я? Примерно также. Тоже попал сюда после сражения. Только у нас там были не кони и доспехи, а,  в общем, другое оружие. Долго рассказывать.

-Понятно. –тактично не стал расспрашивать крестоносец . –Значит, вы тоже рыцарь?

-Это да. –согласился Кент. –Можно и так сказать. Только на несколько столетий позже.

-Воин всегда воин. Независимо от времени и оружия. Главное, если чтобы за то, за что воюете -было справедливым!


-А вы? Вы считаете что ваша роль в походе на Русь была справедливой??

-Тогда мне казалось что да. -вздохнул рыцарь. -Сам Папа благословил наш орден на богоугодное дело.

-А теперь?

-Не знаю....Теперь -не знаю. Видимо, человеку нельзя торопиться, надо подумать. И подумать не один раз! Не всякая молитва к Богу. А вы? Надеюсь, вы были уверены в правоте своего дела?

-Чёрт… Никогда бы не подумал, что скажу подобное, но я тоже не знаю. Много разговоров понимаете? "Отечество"! "Патриотизм"! "Величие"! -Кент яростно отшвырнул от себя почти обглоданную дочиста кость и вскочив на ноги, начал мерить шагами пространство перед костром. -Голова кружится. Как от «косяка» дурного. И веришь! А как не верить? Угару напустили, а ты -надышался.

-Понимаю. –Опустил голову Людвиг фон Юнгинген. –«Божье дело! Святой поход во имя веры Христовой!» Ничего не меняется... Ни-че-го!

Они долго молчали, современный десантник и средневековый рыцарь ливонского ордена
и мысли их были на удивление  идентичны.

- Ну что же... -наконец разжал губы Кент. -Главное, иметь цель. И действовать. Когда действуешь, появляется надежда, верно?

-Очень верно! –поддержал русского десантника ливонец. -Действуйте! И да будет с вами Христос!


7.


Неизвестно почему, но то что он наткнулся именно на Агасфера Кент понял сразу, каким-то шестым смыслом, не присущим человеку в обычных обстоятельствах.

Тощий старик, с изъеденными язвами ногами, слипшейся всклоченной бородёнкой и живым, бегающим взглядом, сидел всего в каких-то десяти метрах от него, под щедро одарившей зелёным эту хмарь ракитой, и задумчиво изучал что-то видимое ему одному  в её широкой развесистой кроне.

Увидев Кента он настороженно замер и сильнее опёрся о посох, который не выпускал из рук даже во время отдыха.

Кент как можно дружелюбнее улыбнулся и поднял руку ладонью вверх, выказывая этим самые мирные намерения.

-Добрый день! –весело прокричал он.
–Я "новенький"!

-Здесь не бывает дня. –ответил старик. –Здесь всегда вечер.

-Ну, по крайней мере, светло и мы видим друг друга. – не согласился десантник. - Я-Кент.  –представился он. –А как вас зовут?

-У меня нет имени. –глухо, как из могилы, прозвучал голос. – Когда-то, до встречи с Ним, меня звали... Но я забыл это имя.

-Я присяду? –стараясь не спугнуть робко завязавшуюся беседу спросил Кент.

-Место не куплено.

И хотя по тону ответа было ясно, что ему не особенно рады, Артём решительно примостился на гребень почти вросшего в землю валуна.

-Странные тут места.–наполовину вопросительно наполовину утвердительно вымолвил Кент.

– Я пока мало что успел понять, если честно. Скажите, а кого вы называете «Он»?

-Назарянина.

-?

-Он всегда был сумасшедшим. Безумным! Он верит в то, что он -Творец! Он привёл всех к  смуте! Он утверждал, что он потомок Давида, царя арамейского, что конечно же выдумка! Да  ему  плевать на иудеев и на прочие народы! И на египтян тоже! Он просто натравил «железноголовых» на нас, как натравливают стаю собак на загнанную лису и после этого,  ещё имел наглость остановиться возле моего дома и просить меня о милости!

Нет! Нет!

Я прогнал его как шелудивого пса! И сделал это не из-за страха перед «железноголовыми», а по велению сердца! И он, черный дух, проклял меня! Проклял только за то, что я не позволил ему передохнуть на пути к справедливому возмездию!

Сухой кулачок Агасфера, сжатый с такой силой что были видны побелевшие костяшки пальцев, грозил небу.

– «Спаситель!» - тонкие губы скривились в презрительной усмешке . - Погубитель рода человеческого, вот Он кто!

«И ты будешь вечно идти, и не будет тебе ни покоя, ни смерти, и будешь ждать прихода моего.» Вот его последние слова ко мне!

Вдруг, разом ослабев, старик буквально рухнул на прежнее место.

- Он проклял меня! – с каким-то удивлением повторил он. –И вот уже сотни лет, я, как перекати-поле, скитаюсь по свету и нет мне нигде пристанища!

-Невесёлая история... –холодная дрожь пробрала Кента до самого сердца. –Если это и есть цена бессмертия, я предпочитаю её не платить.

Холодок отчуждения растаял - речь старика сблизила их, уничтожила расстояние лет и заставила почувствовать Кента такое о чём раньше даже и не подозревал.

Будучи кадровым военным,  он знал что существует приказ, долг и честь.
Но сейчас - нечто другое, более высокое завладело его душой вызывая неизведанную доселе тревогу.

-И вы тоже не знаете как нам выбраться отсюда? –скорее подытожил чем спросил солдат.

-Нет. –безнадёжно покачал головой старик. –Разве только Она? Она была к Нему очень близка. Она знает все Его выходки. Но захочет ли Она вам помочь? Попробуйте. Всё что могу, указать вам путь. -старик сделал паузу, -  И ещё, дать совет: спросите себя, а нужна ли вам правда? Поверьте иногда легче не знать чем знать. Впрочем вы всё равно со мной не согласитесь.

-А кто это - «Она»? –-думая о своём переспросил Кент. –Его жена? Или родственница?

-Тень назарянина. Сказочница, повествующая о Его «чудесах». А в реальности -так же как и Он - самовлюблённая и недалёкая. Живущая собой и своими прихотями. Тьфу!-с отвращением сплюнул себе под ноги бродяга. –Тьфу! Тьфу!

-Гм!-хмыкнул Кент. –Да уж...Вы видимо невысокого о ней мнения?

-Она утверждает, что Он -воскрес! Будто бы сам ангел явился ей с небес и поведал об этом! Не ангел -а Сатана, которому эта скверная женщина служила всю её жизнь!

Однако, - спохватился старик, - вам , наверное, это неинтересно? Вы ведь очень недавно здесь?

-Четыре дня. А возможно с ней встретиться? -Кент с неудовольствием  уловил в своём тоне мольбу. -Может быть она разъяснит всю эту неразбериху, а?

-Вполне. -Агафер почти враждебно покосился на своего случайного собеседника. -Держитесь строго на восток, а когда увидите горную цепь, поверните по направлению течения большого ручья.  (Она зовёт его - «Иордан».) И он выведет вас прямо к её пещере.

-Пещере?

-Да. Там её логово! "Святое место», по её словам, где Он, якобы , говорит с ней. Впрочем, вы сами увидите.

-Спасибо!. – Кент протянул было руку, но старик не принял этого жеста.

Его глаза угрюмо и недоверчиво обшаривали лицо Артёма.

-Скажите откровенно, -наконец вымолвил он, -вы действительно верите в то, что видите?

-Да.-немного растерялся от такого вопроса Кент. –Я привык доверять своим глазам.

-Ну-ну.- мгновенно утратив интерес к собеседнику хмыкнул бродяга. -Ну-ну...



8.


Лес был не то чтобы непроходимым, скорее вязким с прилипчивыми, сгорбленными спинами корней.
Чертыхаясь и спотыкаясь, Кент выбрался на открытое пространство и с наслаждением плюхнулся в высокую мураву подставив лицо сероватому здешнему свету.

«Солнышка бы!-с сожалением, подумал он. -Жаркого, горячего солнышка!

-Никакого уважения к чужому труду!–тоненько пропищало у самого уха. -Если ты большой значит можно всё ломать??

Кент недоуменно повернул голову и обнаружил почти у самого носа -встрёпанного сердитого мышонка.

(Это невероятно, но мордочка зверька и впрямь выглядела сердито!)

-Да! Я вам! –смело пропищал мышонок. -Вы что, не видите что это -мой дом?

После встречи с говорящим псом, Кент уже мало чему удивлялся.

Однако...

Собака как-то понятнее, «лучший друг человека» и так далее...

Но мышонок??

-Я  не обратил внимания. -виновато произнёс Кент. - Простите пожалуйста.

Только сейчас он заметил примятый его телом вход в мышиную нору.

-Прошу извинить, я без умысла.

-Ладно.–философски присвистнуло снизу. - Я всё равно хотел рыть новую квартиру. Здесь сыровато.

Мышонок перестал сердиться и доверчиво взобрался на ногу Кента. -Вы не здешний?

-Нет. А как вы догадались?

-По вашему изумлению. -пояснил мышонок. -Когда я заговорил с вами -вы удивились. Но у нас все говорят. Даже некоторые растения.

-Вообще-то я встречал одного пса. Он тоже говорил как вы. -неизвестно почему, но к этому мышонку обращаться на «ты» -Кент не решился. -Вот тогда, я действительно поразился!

-Здесь всё так, как в "Начале"... Без изменений.

-В каком "Начале"?

-Ну, когда все были равными. -непонятно пояснил мышонок. -И когда было не страшно.

-А сейчас?

-Сейчас по-другому.-Мышонок чуть прижал ушки и шёрстка на его спинке слегка встопорщилась. -Некоторые совсем перестают говорить. А некоторые -начинают пользоваться силой!

-В каком смысле?

-Элементарно, если ты сильнее -ты делаешь так, как хочешь! А ещё, появились те, кто ест...

Хотя Кента и забавлял этот нереальный разговор всё же, в глубине души, он посочувствовал тревоге этого маленького, беззащитного зверька.

-Ест тех, кто слабее! Раньше, это было стыдно! А теперь...Теперь считается нормой! А потому, речь стала ненужной.  А зачем? Если хватает базовых инстинктов!

-Но вы же говорите? -не согласился Кент.

-Пока. -грустно присвистнул его новый приятель. -И таких как я -всё меньше и меньше. Что-то здесь меняется. И не к лучшему...

-Ничего. Я думаю, хорошего всё-таки больше!-попытался успокоить серого философа Кент. -Кстати, вы не в курсе как добраться к «Большому ручью»?

-Вы идёте к ней??–шёрстка на спинке мышонка поднялась почти вертикально.

Дыбом.

Он выглядел страшно испуганным.

-Зачем?? Зачем вам к ней??

-К кому? –попытался отвертеться от прямого ответа Кент.

-К ней! Которая живёт в пещере! - не позволил ему схитрить мышонок. -Не ходите! Лучше не ходите!

-Почему? –уже прямо поинтересовался Кент. -У неё что, рога на голове?

Вопрос остался без ответа.













   ЧАСТЬ ВТОРАЯ.

             ОН




1.

«Большой ручей» действительно оказался большим - это был даже не ручей а среднего размера река, правда мелкая, хотя и не порожистая.

Сняв с натруженных ног берцы, Кент с удовольствием шлёпал босиком по воде всеми порами ощущая живительную, расслабляющую влагу.

Дно было отличным: мелкий зернистый песок и мелкие же, неострые камешки приятно массирующие стопы.

Уже заметно стемнело: в этом краю различие дня и ночи было в концентрации и насыщенности серого – чем меньше концентрация – тем светлее и наоборот.

Вход в пещеру он увидел не сразу; вначале он принял его за тёмную густую тень, слежавшуюся под нависшим каменным гребнем скалы и только подойдя почти вплотную, ощутил пустоту и удивительную для всех пещер особенность –тянуть вниз.

Как будто там, в глубине, жило что-то невидимое но ужасное, стерегущее от посторонних глаз неизведанную тайну.

На самом же деле никакой тайны не было, а сама пещера оказалась утильным, совершенно не страшным гротом внутри которого, неназойливо и даже застенчиво, раскрывал горячие лепестки огонь над которым булькал подвешенный на железной подставке глиняный горшок.

Средних лет женщина в длинном, то ли платье, то ли балахоне, помешивала варево большой деревянной ложкой и почти неслышно мурлыкала под нос незатейливую мелодию.

Никаких рогов и копыт у неё не наблюдалось.

-Добрый вечер –поздоровался Кент стараясь попасть в круг света. –Не пугайтесь! Я искал вас!

Не выказав даже тени удивления, женщина улыбнулась гостю и молча налила в деревянную, грубой росписи миску, похлёбку.

Удивительно, но было ощущение дома: знаете, так бывает когда из холодного, выстуженного вагона неожиданно попадаешь в теплое жильё с паровым отоплением, а лучше всего с самым настоящим камином, где уютно потрескивают  душистые поленья источая незабываемо чарующий смолистый аромат умирающего дерева.

Именно так пахло в церкви, куда маленького Кента тайком от родителей водила бабушка, в надежде пробудить в ребёнке что-то более глубокое, чем житейский прагматизм.

«Мирра? Ладан? –пытался вспомнить названия церковных благовоний Кент, но уверенности не было: запах успокаивал и усыплял и это слегка нервировало боевую натуру десантника.

После трапезы женщина уселась поближе к свету и принялась штопать какой-то платок искусно накладывая стежки на богато расшитую ткань.
Создавалось ощущение что Кент тут не чужой, что он жил здесь всегда и от этого тревога ощетинилась внутри него острыми иголками катящегося с горы ёжика.

-Скажите, - борясь с дремотой произнёс Кент, -вам не страшно находится  тут одной?

-Нет. -Женщина улыбнулась.

Кент впервые услышал её голос: он был мягким, грудным,  с каким-то детским придыханием.

– Если нет у тебя вины перед Ним, то нет и страха.

-Вы о назарянине?

-Так называют Его те, кто не очистился сердцем. Я не судья им. У Него много имён.

- И какое же имя вы предпочитаете?

-Я? –женщина задумалась. –Лично я называю Его Избавитель, хотя когда Он был среди нас, то просил называть себя Учителем.

Спорить было бесполезно.

Воспитанный атеистом Кент тем не менее отлично понимал (на примере своей бабушки), что верующего переубеждать бесполезно: тем кто верит –чудеса и знамения в виде доказательств не нужны -они просто верят.

- Я знаю что привело вас сюда, - будто читая самые сокровенные мысли Кента произнесла хозяйка. –вы не первый, кто ищет ответы там, где одни вопросы.

-Звучит многообещающе. А вы, вы тоже знаете ответы?

-Я –нет. –засмеялась женщина. –Но вот Он, - она подняла глаза к небу, -Он всё знает! И если пожелает, то ответит.

-И как же это сделать? Узнать что хочешь?

-Очень просто: соберите всех, кого вы встретили по пути сюда. И в светлый день воскрешения, просите о милости. Он мало кому отказывает в такой день.

-И кто его будет просить? Вы?

-Я. И вы. Мы.

-Хорошо! Прекрасно! Вы сказали –собрать всех. А как? Никто не состоянии отойти от своих жилищ далее чем на километр! За исключением этого шатуна с посохом и почему-то до сих пор не «прикипевшего» рыцаря! Да и я сам… Как долго мне ещё разгуливать? День? Два? И даже если бы не это, где гарантии что они захотят прийти? Прикажете силой тащить?

Женщина встала и прошла в дальний угол грота.

Когда она повернулась, Кент увидел что в руках она держит небольшую, грубо раскрашенную деревянную чашу.

-Возьмите. –она протянула её Кенту. –Он просил передать её вам! Он знал, что вы придёте.  Она даст вам бессмертие.

-Ха! Вы это серьёзно?

-Он сделал её сам. –словно не слыша сарказма в голосе Кента произнесла жещина. –В то время когда был одним из нас. И наполнил её своей кровью.

-Ладно. –глаза Кента слипались всё сильнее и сильнее. –Спасибо, конечно. Но я уже видел одного бессмертного. И он не выглядел счастливым...

Что-то мягкое, как ватное бабушкино одеяло навалилось ему на плечи и уносило в сказочный мир детства.

Мир покоя и доброты.

-Спите! - откуда-то издалека доносился до него голос женщины. –Спите. И добрых вам снов!

-------


Он давно так сладко не высыпался.

Проснувшись - сразу же почувствовал зверский голод и, как в детской сказке где «по щучьему велению, по моему хотению», перед ним словно из воздуха, материализовалась крынка молока и ломоть свежего, пахнущего летом, хлеба.

-Благодарю… -пробормотал Кент и жадно набросился на угощение.

-На доброе здоровье! –ответила ему хозяйка и привычно что-то напевая, занялась обычными домашними хлопотами.

Чувствуя отчего-то неловкость и пряча её за бравадой, Кент бодренько произнёс:

-Итак, мадам, какие у нас планы на сегодня?

-Мы пойдём к Нему. –просто сказала она.

-То есть к кому? –опешил Кент. –К нему самому??

-Да. Вы же хотите вернуться?

-Хочу.

-Значит, мы пойдём к Нему.

-И когда?

-Можно сейчас.- она заботливо,  по женски, огладила ладонью волосы. –У вас не так много времени. Не теряйте его...

До ужаса буднично, эта удивительная женщина взяла в руки один из двух заранее приготовленных посохов и протянула второй Кенту.

-Зачем? Я пока не старичок. Подпорки не требуются. -попытался отшутиться Кент, но увидев строгое выражение её лица, поперхнулся.

-Возьмите! -настойчиво повторила женщина. -Для «Огненной тропы». А то не пройдёте.

Кент сдался.

«Огненная тропа» какая-то...Чёрт его знает, может быть и правда нужно? Я забыл, что тут всё шиворот-навыворот.»

Стерев с лица ухмылку, он принял предложенный ему «костыль» и послушно последовал за ней к выходу.


2.


«Огненная тропа» - оказалась обыкновенным, но довольно утопливым болотом заросшим рыжим, с серыми проплешинами, мхом.

(«Отсюда и «огненная»!» -догадался Кент).

Идти приходилось строго след в след ; краешек от бездны к бездне был настолько узким, что порою  казалось ты балансируешь на  туго натянутом канате не хуже циркового акробата, однако молчаливая проводница держала курс настолько спокойно и уверенно, что в общем-то «Огненную тропу» прошли без особых приключений.

Затем последовали полчаса продирания через странные колючие кусты внешний вид которых чем-то напоминал мексиканские кактусы и, наконец, они вышли на спрятанное в долине от чужих глаз плоскогорье, венцом которого была небольшая возвышенность.

-Теперь уже близко. –женщина присела на ближайший плоский камень и улыбнулась.–Устали?

-Бывало и хуже, -попробовал отшутиться Кент, но стушевался и честно признался:
–Есть немного. Особенно когда в болоте бултыхались.

-Вы счастливый. –совершенно серьёзно произнесла его неутомимая спутница. –«Огненная тропа» мало кого пропускает. А вы прошли. И прошли быстро. Значит, Он действительно хочет вас видеть.

-Кто же этот таинственный «Он»? –опять не сдержал ехидства своей натуры Кент. –Всё интереснее и интереснее!

Женщина ничего не ответила, только снова поднялась на ноги, привычно опираясь на посох.

–Пойдём?

-Пойдём –согласно кивнул Кент, удивляясь её выносливости.

Что касается его самого, то он чувствовал каждый свой мускул моливший об отдыхе.

Однако, признаться в этом даме –было невозможно.

–Ведите, Иван Сусанин…

Путь их закончился прямо у подножия той самой возвышенности венчающей долину.

К своему немалому изумлению, Кент обнаружил, что по крайней мере часть этого холма не природного образования, так как вверх вели довольно широкие и идеально высеченные в камне ступени, а примерно в метрах пяти от земли, прорисовывалось что-то вроде прямоугольной двери, с самыми настоящими створками.

-Вам туда –махнула рукой женщина.

- А вы?

-Мне нельзя. Он звал только вас.

Кент хотел было снова съязвить, но поддавшись торжественности тона -осёкся.

-Ну… Туда, так туда. –аккуратно приставив свой посох к каменной туше скалы, он начал подъём.

Шаг, два, три…ещё несколько…

Всё что угодно ожидал увидеть Кент, но только не эту, прозрачную от пыли,  пустоту.

Ничего!

Там, за створками - вообще ничего не было!

Просто каменный поддон отшлифованного кварца и такие же кварцевые прожилки в посеревших от времени стенах.

«Дела!» -подумал Кент и просто сел на пол блаженно чувствуя теплоту растекавшуюся по измученному телу.

«Каким же дураком надо быть, чтобы до сих пор верить в сказки? Наивен наш народ. Добр и наивен. Потому и верит.»

- "Лемниската» -тихо прозвучало в его ушах. –«Лемниската».

Кент вздрогнул и вскочил на ноги.

-Что?? –глупо и вслух спросил у пустоты он. – Кто здесь?

-«Лемниската»... -снова тихо прошелестело в его ушах, а может быть и гораздо глубже, в самых мозговых извилинах переплетённых усталостью и тревогой. –Третий «зарг» основного потока…

-Какой ещё "зарг"? Какие потоки??

Кенту стало страшно.

Чёрт его знает что это за место!
Вдруг здесь радиация на уровне пяти разорвавшихся атомных бомб? Или неизвестный отравляющий газ?
Вот и слышится всякая дрянь...

-Третий «зарг» Библ прозвал  «Лемниската»…-снова отчётливо прозвучало в его голове. –Это был «зарг» для био-образцов. Летающий музей живых клеток, собранных более чем с десяти анхов или по вашему –галактик. Уникальный и единственный в своём роде. Не бойтесь.Вы не сошли с ума. Я действительно здесь.

-Кто «я»? –разозлился Кент. –это не очень честно, не находите? Я перед вами, а вот где вы?

-Хорошо. –подумав, согласился его невидимый собеседник. – Вам требуется визуальное доказательство? Хорошо.

Лёгкая, сине-зелёная дымка заколыхалась, скатывая крупинки кварца в один сверкающий ком.
Когда этот ком стал величиной с нижнюю часть небольшого снеговика, он растёкся по противоположной стене всё отчётливее вырисовывая человеческий абрис худого, бородатого мужчины средних лет, с длинными заплетёнными в косички патлами.

«Хиппи.-первое что пришло в голову Кенту. –Как из Вудстока!»

Похожее на голографическое изображение тело мерцало и переливалось изнутри синенькими огоньками, напоминающими разряды электрического тока небольшой мощности и только та часть, где было собственно лицо, казалась мускульно-плотной и материальной.

-Так вам привычнее?

Удивительно, но несмотря на то что Кент отчётливо видел шевеление губ собеседника, голос бородача по прежнему обитал где-то вне его образа.

-Да, –кивнул Кент,- так лучше!

-Я уже появлялся в таком виде примерно две меркаты назад, когда "Лемниската" ушла на «ложную»…

-Вы не могли бы выражаться проще и с объяснениями? –раздражение Кента сваливалось в уже неприкрытую злость.  – По-человечески?

-Простите. Я привык разговаривать с Малуаной. Мерката –это примерно тысяча лет в вашем летосчислении, а «ложная» –это траектория разгона увеличившаяся в два раза после расхода резервных запасов антиматерии…

-А Малуана? Это кто?

-Малуана? –или почудилось или взаправду, в голове Кента прозвучал тихий смешок. – Та, кто привела вас сюда. Разве вы не познакомились?

-Понятно. –буркнул Кент. –Я слушаю вас. Только не злоупотребляйте непонятными терминами, если вам не трудно. Я же не Малуана! –не удержался от сарказма десантник. –А  после, у меня тоже будут вопросы , на которые я хотел бы получить ответ.

- "Лемниската" -был лучшим «заргом» оснащённым современной аппаратурой для научного исследования экосистем...

-Стоп! –прервал «призрака» десантник.–Во первых, что такое «зарг»? А во-вторых, вы так и не представились!

- «Зарг» - это звездолёт генерационного распада антиматерии, универсального топлива, объём которого всего в один кубический сантиметр, используя ваши математические символы, достаточен для прохода двух или даже двух с половиной парсеков. А меня зовут Иишуайя -или Иисус , как и записано в книге Библа, которую вы чтите как "Святой Завет" и называете Библия...


********

Что-то было не так!

«Ра -1» выдавал на экран связи совершенно невероятную какофонию цифр и символов, сопровождая всё это  безумным свечением тревожных «сибов»  - специальных датчиков регулирующих расход антиматерии.

Ййегуда, Верховный Арг и глава экспедиции расширил обзор аварийного экрана и вызвал к себе старшего биоарга.

-Видишь? –без предисловия ткнул он пальцем на сошедшие с ума «сибы». -Реакция распада достигла уже четырёх "ланов" на парсек и скоро мы превратимся в горящий изнутри метеорит или разлетимся на элементарные частицы...

-Мы что, вошли в незнакомую «Си»-зону?

-Да нет же, -досадливо отмахнулся Ййегуда, -это не блуждающая «чёрная дыра». Мой внутренний голос мне говорит что нас принесло прямо к началу "родов" новой галактики. А значит, мощность "Пи"-мезонов образовавшихся после взрыва сжирает наши запасы быстрее чем мы успеваем их пополнять. Ты же понимаешь, что нейтрино и антиматерия -два не сосуществующих вида? 

-Да. Конечно.

-И что ты обо всём этом думаешь?

Библ, или старший биоарг, изо всех сил старался не выдать растущую в его душе тревогу: он давно  знал Ййегуду и совершил не один совместный полёт с командиром, но никогда ещё тот не просил у него совета.

-В случае если я  прав,-протелепатировал  Верховный, -наше положение почти безнадёжно. Мы слишком близко от очага распада «Новой»  и наших запасов античастиц , хватит только лишь на дополнительный экран защиты.

-Мы погибнем?

-Нет. Во всяком случае, не все...

-То есть?–Библ удивлённо приподнял бровь и обратился в слух.

-Если остатки материи переключить только на один «зарг», тот, где собраны все наши образцы...

-Но  "Лемниската" рассчитана всего на троих! Это ведь даже не «зарг» в прямом понимании, а летающая лаборатория! Музей!

-Решения принимаю я!

Ййегуда коснулся экрана центрального управления.

- И я решаю, что эти трое должны быть ты, Иишуайя и Малуана!

-Но почему?–запротестовал Библ. -Почему?? И вообще мне кажется что такое решение не должно приниматься единолично!

-В критической ситуации, а сейчас именно такая, только Верховный Арг берёт на себя высшую ответственность! Ты это тоже знаешь.

Видя огорчённое лицо Библа, голос Ййегуды смягчился и стал почти увещевающим.

-Сам подумай, я -не могу, Ллинуайя -мой первый помощник, Аамуринн и Ммаколийя  не учёные, а техники. И только ты и Ййшуайя ,собственно, и есть мозг нашей экспедиции. И она... Ты понимаешь. Она всегда была мне дороже жизни!

Говорить было больше не о чем...

Волна «Пи"-мезонов уже атаковала дополнительную защиту «зарга» и времени почти не оставалось.

-Хорошо. –вымучил из себя это слово Библ.–Будет так, как ты решил!

-Спасибо.–тихо прозвучал в ответ голос Верховного Арга.


***********


ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ