Кошмар в летнюю ночь

Ослепляющее солнце било сквозь лобовое стекло, заставляя Руслана щуриться так, что на лбу прорезались жёсткие складки. Он резко надел солнцезащитные очки, будто хотел спрятаться не от света, а от самого пейзажа за окном.

— Сидели бы себе спокойно в городе, курили кальян, дак нет же… попёрлись хрен пойми куда! — ворчал Руслан, стискивая руль до побеления костяшек.

— Может, хватит уже бубнеть? — ответила Надя, сидящая рядом на пассажирском кресле. Она чуть приоткрыла окно, впуская свежий воздух, потому что салон нагрелся до состояния духовки. — Чудесная погода, красивые места. Да и тут можно кальян забить.

Их машина выехала на просёлочную дорогу, оставляя за собой столб густой желтоватой пыли, которая медленно оседала на траву, словно пепел после пожара.

— Закрой окно! — раздражённо рявкнул Руслан. — Мне ещё салон не хватало запылить.

Надя с укором посмотрела на брата. В её взгляде было не столько недовольство, сколько усталость от его вечного напряжения.
— Какой ты всё-таки токсичный. В салоне как в микроволновке.

Руслан ничего не ответил, продолжая следить за дорогой, будто она могла в любой момент предать его и уйти из-под колёс.

— Вон они! — Надя указала пальцем на компанию молодых людей, стоящих у старой мельницы. Её голос прозвучал слишком бодро, словно она пыталась разогнать сгущающуюся вокруг них тяжесть.

Руслан повернул руль вправо. Машина остановилась рядом с парнем и двумя девушками. Пыль ещё кружилась вокруг, прежде чем осесть.

— Хай! — поприветствовал парень, выходящих из машины Надю и Руслана. Его улыбка была широкой, но в ней мелькало нетерпение — он явно изнывал от жары. — Чего-то вы долго, мы тут как раки сварились.

— Где твоя тачка? — спросил Руслан, пожимая парню руку. Ладонь у того была горячей и чуть влажной.

— Загнал в тенёк, там место и твоей есть. Кстати, знакомьтесь, это Лиза.

Парень кивнул в сторону белокурой девчонки невысокого роста. Лиза смущённо улыбнулась, и в этом было столько искренности, что даже угрюмый Руслан на секунду смягчился.

— Она тут местная, покажет, чё да как.

— Я не совсем местная, — тихо поправила Лиза, щурясь от солнца. — У меня тут подруга живёт. Она краевед, может много интересного рассказать. Я сюда почти каждое лето езжу.

— Я Руслан, — оперевшись о машину, сказал парень. — А это моя сестра Надя.

Надя с улыбкой протянула руку Лизе, и этот простой жест — рукопожатие — вдруг показался чем-то очень важным, будто они скрепляли союз перед чем-то неведомым.

— Давайте сначала поедим, — сказала рядом стоящая с Лизой девушка по имени Ольга. Её лицо было чуть покрасневшим от солнца, а в голосе слышалась усталость. — А то чипсы Димасика уже достали.

— Ага, сама их только в путь навернула, — подколол её Дима.

Ольга скорчила насмешливую гримасу.

— Тут есть магазинчик небольшой, — сказала, щурясь от солнца, Лиза.

Руслан загнал машину рядом с Диминой, взял с заднего кресла рюкзак с вещами и закинул его на плечо. Ткань рюкзака была горячей от солнца и неприятно липла к спине.

Ребята, пока шли до магазина, разглядывали старые постройки, служившие уже как музейные экспонаты. Ветер шевелил сухие травинки у фундаментов, и казалось, что дома тихо вздыхают, вспоминая свои лучшие годы.

— Многие из этих домов аж с девятнадцатого века, — сказала Лиза, проводя ладонью по облупившейся резьбе наличника. — Культурное наследие.

Купив продукты, компания расположилась на берегу реки. Руслан, жуя пирожок с картошкой, то и дело тайком посматривал на Лизу. Ему всегда нравился такой тип девушек: скромная, умная и миниатюрная. Сам Руслан пользовался популярностью у женского пола и имел репутацию мачо, но сейчас эта репутация казалась ему дешёвой вывеской, которая вот-вот сорвётся от ветра.

— А как вы с Лизой познакомились? — спросила Надя у ребят.

— Я нашла её данные на сайте, — ответила Ольга, запивая соком хлеб с колбасой. — Сконтактилась с ней.

— Ага, — поддержал Дима. — Мы даже будем ночевать не в тачках, а в приличном доме.

— Да ладно, — с ухмылкой произнёс Руслан, но в его голосе не было уверенности.

Лиза посмотрела на него так, будто почувствовала его тягу к ней.

— Моя подруга готова любезно дать на ночь один из домов этой деревушки.

— Нас поселят в музейный домик? — с восторгом спросила Надя.

Лиза улыбнулась:
— Не просто домик, а целый терем. Усадьба купца Игнатова. Отдохнёте по-барски.

После трапезы ребята искупались в реке, погуляли по деревне, покурили кальян. В общем, как сказала Ольга: «Оттянулись с шиком».

На улице вечерело, хотя всё ещё было довольно душно. Воздух стал плотным, как вата, в нём витал запах нагретой травы. Появились комары, не дающие покоя, их писк сливался с тишиной в монотонный, зудящий гул.

Дом купца Игнатова был на другом берегу реки. Лиза провела друзей по старому, но довольно крепкому деревянному мосту. Доски под ногами поскрипывали, и каждый шаг отдавался в груди странным эхом. Затем они поднялись на горку по извилистой тропе, из которой выпирали корни деревьев, похожие на скрюченные пальцы, пытающиеся схватить за ноги.

Дима несколько раз неуклюже запнулся, чуть не упав вниз, тем самым рассмешив девчонок.

Дом был действительно прекрасен. Большое крыльцо со столбами, украшенными орнаментом, выглядело как в сказке. Резные окна с различными узорами радовали глаз, но при этом казались слишком вычурными, будто дом пытался казаться гостеприимным, хотя на самом деле был насторожен.

Сам терем был в два этажа. Вокруг дома густо росли ягодные кусты, но больше всего ребятам понравился огромный дуб. Его ветви нависали над крышей, словно оберегая от чего-то.

Лиза постучала в дверь.

Дверь открыла девушка с длинными чёрными косами. На ней был традиционный русский сарафан, ткань которого казалась слишком плотной и тяжёлой для летней ночи.

— Вот это ни фига себе, — проговорил Дима, и его голос прозвучал в тишине слишком громко, как выстрел.

— Прошу вас, гости в дом, — приветливо, с улыбкой сказала девушка.

Комната, в которую они вошли, была очень просторной и освещалась свечами, так как электричество отсутствовало. Пламя металось по стенам, и тени от картин плясали, искажая изображённые сцены. На картинах в основном была изображена охота-всадники с копьями, собаки, рвущие добычу. В углу висела голова кабана. Его стеклянные глаза смотрели прямо на Надю, и от этого дикого, мёртвого взгляда у неё пробежали мурашки по всему телу, будто кто-то провёл ледяной ладонью по спине.

В центре комнаты стоял большой обеденный стол, накрытый скатертью, украшенной славянскими узорами. У стены располагался старинный шкаф, а рядом с ним стояло большое овальное зеркало. Его поверхность была мутной, и в ней лица ребят отражались чуть искажёнными.

— Хозяин очень любил охоту, — сказала девушка в сарафане. — Так что большая часть интерьера посвящена ей.

Руслан шагнул вглубь комнаты, оценивающе обводя глазами пространство.
— Не кислая хата была у этого Игнатова! — сказал он, но в его тоне не было восхищения — скорее, тревога, которую он пытался скрыть за бравадой.

— Меня Дарья зовут, — представилась девушка. — Ночевать будете на втором этаже. Постели устелены. А утром я вам более подробно проведу экскурсию.

Гости поднялись наверх по скрипучей лестнице. Дарья со свечой в руках шла впереди, и пламя отбрасывало на стены её вытянутую, неестественно длинную тень. Поднявшись, они оказались в небольшом коридоре. Дарья показала на двери комнат, которые этот коридор разделял.

— Комнаты двухместные, — сказала она. — Если вам что-то будет нужно, я внизу.

Ребята поблагодарили её за гостеприимство и пошли по своим комнатам.

Руслану не спалось. Он ёрзал на кровати, шурша жёстким бельём, и разбудил сестру.

— Ты чего не спишь? — спросила она, приподнимаясь на локте. В темноте её глаза блестели, как две маленькие луны.

— Да думаю про машину. Как думаешь, не залезут в неё деревенщины?

— Всё будет тип-топ, успокойся. Ты же закрыл её.

Слова Нади немного его успокоили, но было ещё кое-что, что не выходило из головы Руслана — Лиза. Её улыбка и взгляд стояли перед его глазами, и в них он видел что-то, чего не мог назвать, но что заставляло его сердце биться быстрее.

Дима приобнял Ольгу сзади и поцеловал за ушком.
— Может, мы… ну типа пошалим?

Ольга повернулась к парню с уставшим взглядом.
— Слушай, я сегодня дико устала, и после кальяна Руслана башка трещит.

— Сраный кальян, — грустно подвёл итог Дима и упал к себе на подушку.

Ольга вскочила с постели, как ужаленная.
— Ты чё? — всполошился Дима.

— В туалет хочу, — бросила она через плечо. Девушка взяла свечу, что стояла на тумбе, и, зажёгши её, пошла в коридор. Пламя дрожало в её руке, отбрасывая пляшущие тени на стены, будто дом смеялся над ней.

Она тихо спустилась вниз, нащупывая ступени в полутьме и ища взглядом туалет. И тут перед собой она увидела Дарью. Ольга от неожиданности даже отскочила назад, свеча едва не выпала из её руки.

Дарья стояла неподвижно, лишь улыбаясь. Её улыбка была слишком широкой, неестественно широкой, будто кожа на щеках натянулась до предела.

— Где у вас тут сортир? — спросила девушка, и её голос прозвучал жалко и тонко в этой густой тишине.

Но Дарья продолжала стоять и улыбаться. Тут Ольге стало жутковато. Холодок пробежал по позвоночнику, и она вдруг поняла, что в доме слишком тихо — даже для ночи. Ни скрипа, ни шороха, только эта застывшая улыбка.

Она решила подняться назад, но Дарья молниеносно схватила её за горло и прижала к стене. Сила в этих пальцах была нечеловеческой — Ольга не могла даже крикнуть, настолько сильной была хватка. Девушка захрипела, затем попыталась ударить Дарью, но та схватила её руку, легко, будто переломила сухую ветку.

Улыбка хозяйки становилась всё шире, пока в бледном свете луны Ольга не увидела ряд острых зубов — не ровных, как у человека, а зазубренных, как осколки стекла. Девушка даже моргнуть не успела, как Дарья вцепилась в неё.

Кровь хлынула ручьём по груди Ольги, горячая, липкая, пахнущая железом и чем-то гнилым. Её тело забилось в конвульсиях, а затем стало медленно оседать на пол. Тварь вырывала кусок за куском её плоти, и этот звук — влажный, чавкающий — сливался с тишиной дома, становясь её частью.

Когда всё было кончено, Дарья поднялась на ноги и облизала окровавленные пальцы, будто пробуя на вкус не кровь, а сам страх. Затем она подняла лежавшую свечу.

Дима уже дремал, когда чудовище вошло в комнату.

— Ну как? Успешно вылазка удалась? — не открывая глаз, спросил он.

Монстр вплотную подошёл к кровати.

Приоткрыв глаза, Дима увидел в мерцающем свете свечи страшный лик. Серая кожа, впавшие красные глаза, тонкие губы, оголяющие острые, как пила, зубы. Всё лицо и шея твари были в крови, густой и тёмной в свете пламени. Единственное, что осталось от прежней Дарьи, — это её чёрные косы, тяжёлые и блестящие, будто пропитанные кровью.

Дима отскочил в угол кровати, но пространство вокруг него сжималось, как капкан. Упыриха тут же кинулась на него, выставив вперёд руки с удлинёнными худыми пальцами и широко раскрыв пасть.

Руслан и Надя вскочили от дикого крика из соседней комнаты. Звук был таким пронзительным, что казалось, он разрезал воздух.

— Будь здесь, — сразу сказал Руслан сестре. Сам тут же выскочил в коридор и распахнул дверь в комнату друзей.

Картина, которая предстала перед ним, врезалась в сознание навсегда: Дарья сидела верхом на теле Димы, вгрызшись зубами в его шею. Монстр урчал от наслаждения, высасывая кровь из парня, и этот звук был самым жутким из всего, что Руслан когда-либо слышал.

Руслан, не мешкая, схватил стул и ударил монстра по спине. Тот скатился на пол, тут же вскочил на четвереньки и, словно паук, бросился в сторону Руслана. Движения твари были слишком быстрыми, чтобы быть человеческими.

Парень выскочил из комнаты, захлопнув дверь и опершись на неё спиной. Дерево под его ладонью вибрировало от ударов когтей, и каждый скрежет отзывался в груди, как удар молота.

— Бери мои ключи и бегом отсюда! — крикнул он ничего не понимающей Наде.

Чудовище билось и скребло когтями о дверь, дико крича. Руслан чувствовал, что его сил не хватит надолго сдерживать эту нечисть — дверь уже трещала по швам.

Надя вылетела пулей с ключами и побежала вниз по лестнице, Руслан рванул следом за ней. Распахнув дверь, упыриха вылетела в коридор.

Внизу Надя увидела растерзанный труп Ольги.

— Беги и не смотри! — кричал сзади Руслан.

Они выскочили во двор, и тут Руслан увидел Лизу. Девушка лежала у колодца, слабо дыша, её грудь вздымалась редко и судорожно, будто каждый вдох давался ей с трудом.

— Беги, не останавливайся! — скомандовал он Наде.

Только Руслан подхватил Лизу, как та яростно впилась зубами в его шею, вырвав из неё кусок. Тёплая кровь хлынула по его коже, и на мгновение мир сузился до этой боли и вкуса железа во рту. Парень упал на колени, земля под ним стала скользкой от крови.

Надя в слезах повернулась назад.

— Бегииии, — из последних сил прохрипел он, захлёбываясь кровью. Его голос был уже не голосом Руслана, а чем-то чужим, сломанным.

Девушка бежала босиком вниз по тропе с выступающими корнями. Корни цеплялись за её ступни, впивались в кожу, но она не замечала боли. Надя рыдала навзрыд, и слёзы смешивались с потом, застилая глаза. Всё было как ужасный ночной кошмар, от которого невозможно проснуться.

Она добежала до моста, тяжело дыша и прихрамывая, двинулась по нему. В глазах всё сливалось от слёз, сердце колотилось в груди, как мотор, готовый взорваться. Надя преодолела почти половину моста, когда сверху на неё, словно хищная птица, упала тварь и прижала девушку к доскам. Это была Лиза. Улыбаясь, она облизывала почерневшие губы, и в её глазах не осталось ничего человеческого — только голод.

Вскоре на мосту появилась и вторая упыриха. Надя даже двинуться не могла. Она почувствовала горячее дыхание у своего уха и сладковатый запах, который проникал в лёгкие, заставляя их гореть. Надя потеряла сознание, и тьма накрыла её, как тяжёлое одеяло.

Ребят объявили в розыск. Родные забили тревогу, когда те перестали выходить на связь. Нашли их оставленные машины, а вскоре и самих ребят — точнее, то, что осталось. Их останки были обнаружены на обеденном столе в доме купца Игнатова, аккуратно разложенные, будто для какой-то древней церемонии. Удалось определить, что это были Дмитрий, Руслан и Ольга. Тело Надежды так и не обнаружили.