91. Руки

Впервые я тогда заметил дрожь свою.
Холодно было - как будто я замерзну, отдам последнее и все - ничего у меня не останется.
Многократное выпускание семени, а потом охлаждение запечатлело в мозгах программу - она сигналила - приготовься - будет холод потом.
Женщина, имеющая двух детей - это она  первая сказала про мои руки.
Я держал нежно ее груди в подъезде.
Она приехала из поселка Строитель к своему брату.
Я заприметил ее в полупустом троллейбусе - что-то позвало - ну, конечно, событие нам совместное предстояло - сидение в беседке, а потом - стояние в подъезде.
Я заговорил с ней о незначащем - разном - в котором был смысл бытовых устремлений.
И в синеющем вечере мы пошли рядом - вечер сгустился до ночи, когда мы все о чем-то говорили, сидя в беседке.
Чувствовалось, что собеседница постельно-надежна, с ней хотелось.
Она все ждала, когда кончится моя дрожь (у меня просто лязгали зубы от холода и страсти), и я приступлю.
И я приступил: в темном удобное подъезде в два часа ночи я начал ее разворачивать, как дорогу для путешествия.
Я подсунул под тонкие трусики руки - и стянул их чуть-чуть.
Чтоб окончательно взвиться.
Она мне говорила, что от моих рук веет какой-то невероятной силой.
Она начинала колыхаться внутри, как знамя в весенних ветрах под солнцем.
Молодела… Забывала о детях, о жизни в криминальном районе.
Я ничего особенного не сделал с ней - посдавливал, погладил и отпустил.
Она нехотя шагнула вверх по ступенькам.