Страшно сказать какие мы взрослые были

Это теперь мне пятьдесят лет и я каждого чиха боюсь, а тогда мы взрослые были. У нас воскресная школа и мы должны организовать поездку, и нам выделяют автобус, и мы едем в Задонск. Взрослые и дети. Взрослые: я и матушка Галина (Степанова), нам по 22 года, она на полгода старше меня, Владу Куликову 27. Детей примерно 30. В ПАЗике, кажется, 28 сидячих мест: все были заняты.

Я заранее насобирала информации штоп было что в дороге рассказывать, штоп детям нескучно было.

Самым младшим оказался Иван Терехольберг. Ему было два года. До того момента он от маминой юбки не отрывался в прямом смысле слова. Ходил за ней по пятам. Держался за юбку. Она остановится, он останавливается и прячет лицо в её юбку. Когда собирался автобус, по всему было видно что ему хотелось поехать, но он боялся расстаться с мамой. К нему подошёл Влад, протянул ему руку и спросил: Вань, со мной поедешь? Иван протянул руку в ответ. Влад взял его на руки и больше они не расставались пока не вернулись назад к маме. Даже и в источник ныряли вдвоём.

Самой старшей из детей была Алина Степанова, племянница Андрея Степанова, священника из колхоза Рассвет. Алина видела как я заныривала с детьми с каждым по три раза и сказала: Лен, я тоже хочу с тобой,  я одна боюсь. Алина была ростом с меня: это усложняло задачу. Я ей объяснила: заныриваем в обнимку на раз-два-три, вдох, выдох.

Самым старшим в этом автобусе был Влад Куликов. Через полтора года он погибнет в Ножай-Юртовском районе Чечни, спасая жизни сослуживцев. Страшно сказать какими мы взрослыми были.