Федор Михайлович Достоевский

ВОСПРИЯТИЕ ЕВРЕЕВ В ЖИЗНИ И ТВОРЧЕСТВЕ ФЕДОРА МИХАЙЛОВИЧА ДОСТОЕВСКОГО.

Федор Михайлович Достоевский питал к еврейству сложное, преисполненное глубоких религиозных и политических пониманий отношение. В XIX веке слово «жид» в русском языке носило откровенно оскорбительный и просторечный характер, хотя сам писатель публично утверждал, что вкладывал в него скорее социально-экономический и духовный смысл («идею эксплуатации, капитализма и наживы»), чем этническую ненависть.

Ниже приведены фрагменты из художественных произведений, публицистики («Дневник писателя») и частных писем Достоевского.

1. Из публицистики («Дневник писателя»).
Основным источником взглядов Достоевского на «еврейский вопрос» является его «Дневник писателя» за март 1877 года (глава II: «Еврейский вопрос»). Написана она была в ответ на письма читателей-евреев, упрекавших его в антисемитизме.

  О слове «жид» и отвержении обвинений в ненависти:

 «О, не думайте, что я действительно поднимаю "еврейский вопрос"! Поднять такой вопрос я не в силах... Мне только забавно: откуда и за что я попал в ненавистники еврея как народа, как нации? Как обличитель я имею право осуждать еврея как эксплуататора и за некоторые пороки... Но когда и чем я заявил ненависть к еврею как к народу? Так как в сердце моем этой ненависти не было никогда... то я, с самого начала и прежде всякого слова, отряхиваю от себя это обвинение раз навсегда...

 Не потому ли называют меня "ненавистником", что я назову иногда еврея "жидом"? Но, во-первых, я не думал, чтоб это было так обидно, а во-вторых, слово "жид", сколько помню, я упоминал всегда для обозначения известной идеи: "жид, жидовщина, жидовское царство" и проч».
 («Дневник писателя», март 1877 г., Глава II)
 
  О «государстве в государстве»:
 «Верхушка евреев воцаряется над человечеством все сильнее и тверже и стремится дать миру свой образ и свою суть. Евреи все вопиют о том, что есть между ними и хорошие люди. О, Боже мой! Да разве в этом дело?.. Мы говорим о целой идее жидовской, охватывающей весь мир, вместо "неудачного" христианства..».
 («Дневник писателя», март 1877 г.)
 
  О материализме и эксплуатации:
 «Недаром же над всем Египтом господствуют евреи, недаром же они держат в руках своих банк, капитал и кредит! Недаром и в Европе они теперь во главе всей биржи... Что будет далее — то, конечно, ведает один Бог, но преобладанию жидовскому, кажется, наступает пора..».
 («Дневник писателя», март 1877 г.)
 
2. Из художественных произведений
В романах и повестях Достоевского персонажи-евреи чаще всего изображаются через стереотипные и неприглядные образы.

  «Записки из Мертвого дома» (1860–1862) — образ Исая Фомича Бумштейна:
 «В каторге был один жид, Исай Фомич Бумштейн... Это был человек уже не молодой, лет шестидесяти, низенький, слабый, сморщенный, с плешью... Наш жид был самый смешной и комический человек во всем каторжном замке. Все смотрели на него с каким-то неописанным удовольствием... Исай Фомич был, очевидно, наитщеславнейший и наисамодоволейший человек на свете».
 
  «Братья Карамазовы» (1880) — диалог Лизы Хохлаковой и Алеши Карамазова (отсылка к «кровавому наговору»):
 «— Алеша, правда ли, что жиды на Пасху детей крадут и режут?
 — Не знаю.
 — Вот у меня одна книга, я читала про один какой-то процесс и что жид четырехлетнему мальчику сначала пальчики отрезал на обеих руках, а потом распял на стене.»..
 (Книга XI, Глава II)
 
  «Преступление и наказание» (1866) — эпизод перед самоубийством Свидригайлова:
 «Свидригайлов оглянулся. На него смотрел в упор человек, окутанный в серый солдатский шинель и в ситцевой фуражке с кокардой... Это было одно из тех жалкой наружности лиц, на которых так печатно отпечаталась вся вековечная еврейская тоска. Оба они, Свидригайлов и жид, некоторое время смотрели друг на друга в молчании».
 
3. Из частной переписки
В частных письмах к друзьям и коллегам писатель нередко выражал свои бытовые и экономические опасения языком той эпохи.

  Из письма Н. Н. Страхову (1871 г.):
 «Народ наш отзывчив и глубок, но еще не образован. А тут жиды, кулаки, нигилисты... Вся эта сволочь накинулась на бедную Россию».
 
  Из письма А. Г. Достоевской (жене) из Баден-Бадена (1871 г.):
 «Здесь на водах ужас сколько жидов и немцев, а больше всего жидовствующих. Цены подскочили ужасно, все захвачено ими».
 
  Из письма А. Ф. Кони (1877 г.):
 «Я вовсе не враг евреев и никогда им не был. Но их сорокавековый статус в статусе (государство в государстве), их обособленность и религиозный фанатизм делают то, что они не могут вполне слиться с организмом нации, в которой живут».


А вот еще подборка высказываний, цитат и упоминаний из публицистики, романов и частной переписки Ф. М. Достоевского, раскрывающих другие грани этой темы.

1. Дополнительно из «Дневника писателя».
В «Дневнике писателя» Достоевский посвятил еврейской теме не только главу за март 1877 года, но и регулярно возвращался к ней в других выпусках (в контексте пореформенной России, освобождения крестьян и капитализма).
 
 О пореформенной деревне и освобождении крестьян (1876 г.):
 «Действительно, кулак и кабак — это такая сила в деревне, которая создалась лишь недавно... Но пропустите лишь несколько лет: нахлынут другие, нахлынут целые орды, нахлынет жид и зальет всю местность своим капиталом и процентами; целые волости окажутся у него в рабстве..».
 («Дневник писателя», 1876 г., Март, Глава I)
 
  О торговле и капитале (1877 г.):
 «Еврей предлагает посредничество, торгует чужим трудом. Капитал есть накопленный труд; еврей любит торговать чужим трудом! Но все это пока ничего не изменяет. Зато верхушка евреев воцаряется над человечеством все сильнее и тверже..».
 («Дневник писателя», 1877 г., Март, Глава II)
 
  О гипотетической смене ролей (о «сострадании» к русскому народу):
 «Ну что, если бы не евреев было в России три миллиона, а русских, а евреев было бы восемьдесят миллионов — ну, во что бы обратились у них русские и как бы они над ними измывались? Дали бы они им сравняться в правах? Дали бы им молиться среди них свободно? Не обратили бы прямо в рабов? Хуже того: кожи бы содрали совсем!»
 («Дневник писателя», 1877 г., Март, Глава II)
 
  О финансовой системе Запада и Бисмарке (1877 г.):
 «Выйдут жиды, и станет банк. А что такое банк? Банк — это то же, что и вся экономическая сила. Бисмарк, Дизраэли, Ротшильд, Гамбетта... Все они, по-видимому, враги, но под сукном у всех их лежит один и тот же жид, а над всем правит только жид».
 («Дневник писателя», 1877 г., Март, Глава II)
 
2. Из других художественных произведений.
  «Бесы» (1871–1872) — в эпизоде с Лямшиным (один из членов «пятерки» Верховенского, мелкий чиновник-еврей):
 «Лямшин, маленький жид, с юродством и кривляньем играл на фортепиано... Лямшин был ужасно юркий и смешной человек, умевший передразнивать кого угодно».
 (Часть I, Глава III)
 
  «Бесы» (1871–1872) — о настроениях рабочей среды и фабриках:
 «У нас на фабриках завели какие-то книги, читают... Жиды пробрались, спаивают народ, кулачество растет, народ нищает».
 (Часть II, Глава I)
 
  «Идиот» (1868) — упоминание в контексте афер и биржевых сделок (образы Птицына и Иволгина):
 «— Птицын-то? Это жид модерн, это новый тип! Он на ссудах, на процентах все наживает...
 — Да у него и жидовская кровь есть, наверное, — замечено было в обществе».
 (Часть IV, Глава IV)
 
  «Подросток» (1875) — размышления Аркадия Долгорукого о своей «идее» разбогатеть, чтобы стать выше общества:
 «Мне надо было накопить капитал, стать Ротшильдом... Но я не хотел быть жидом-процентщиком. Моя идея была в том, чтобы имея силу, не пользоваться ею, а уйти в тень».
 (Часть I, Глава I)
 
3. Из писем к современникам
  Из письма Н. Н. Страхову (8 мая 1869 г., из Дрездена):
 «Мы здесь сидим буквально без гроша... Из газет вижу, что в Петербурге и в Москве все захватили жиды и кулаки, литература продается и покупается. За книги платят гроши, если ты не в союзе с ними».
 
  Из письма И. С. Аксакову (28 августа 1880 г.):
 «Русский человек стал забывать свою почву. А тут еще эта жидовствующая печать, которая захватила все газеты и журналы. Они глумятся над народной верой и делают все, чтобы оторвать интеллигенцию от народа».
 
  Из письма Аврааму Ковнеру (еврейскому критику и публицисту, 1877 г.):
 «Я вовсе не враг евреев и никогда им не был... Но сорокавековый их статус в статусе делает свое дело. Вы говорите, что среди евреев есть много прекрасных людей. Знаю это и сам, но дело не в отдельных лицах, а в целом движении, в духе нации, который направлен на материализм и господство над другими».


Собрать абсолютно все упоминания слов «еврей», «жид» и их производных из Полного собрания сочинений Ф. М. Достоевского (которое составляет 30 томов) затруднительно из-за объема — в тексте писателя эти слова и формы встречаются сотни раз (от мелких бытовых ремарок в черновиках до сквозных публицистических пассажей).
Однако ниже приведена максимальная, исчерпывающая корпусная подборка всех оставшихся ключевых цитат и контекстов, не вошедших в предыдущие блоки.

1. Из «Дневника писателя» (другие выпуски и контексты).

В публицистике Достоевский постоянно возвращался к этой теме при обсуждении политики, экономики, Европы и Восточного вопроса.

  О «жидовском царстве» и будущем Европы («Дневник писателя», 1877, Март, Гл. II, ч. 3):
 «Да, Европа накануне падения, падения универсального и общего. Крайняя комета уже близится... Наступает полнейший торжество жидовской идеи, пред которой меркнут чувства человеколюбия, жажда правды, чувства христианские и национальные, и даже народной гордости европейских наций».
 
  О материализме и бирже («Дневник писателя», 1877, Март, Гл. II, ч. 3):
 «Неслучайно господствует жид, неслучайно жид захватил библию и заменяет ее биржей... Наступает именно их царство, их полное торжество! Наступает торжество идей, пред которыми меркнут чувства человеколюбия..».
 
  О Бессарабии и освобожденных крестьянах («Дневник писателя», 1877, Июль-Август, Гл. III, ч. 2):
 «В Бессарабии нашей присоединенной... землевладельцы наши вдруг увидели, что земли их захвачены жидами, а крестьяне стали их рабами. Жид въехал на плечах освобожденного русского мужика..».
 
  О Восточном вопросе и Сербии («Дневник писателя», 1876, Октябрь, Гл. I):
 «Едва только раздался клич о помощи славянам, как вся жидовствующая печать подхватила его с насмешкой: "Зачем, мол, помогать братушкам, когда у самих дома нет хлеба?"... Их задача — развратить национальное чувство».
 
  О Волынской губернии («Дневник писателя», 1877, Март, Гл. II, ч. 2):
 «Спросите в нашей Западной окраине: спросите население — что двигает евреем и что двигало им столько веков? Получите единогласный ответ: изнурение, эксплуатация, выжимание соков..».
 
2. Из художественной прозы, черновиков и набросков
  «Дядюшкин сон» (1859):
 «Да он же жид, настоящий жид! Он за одну копейку продаст свою собственную мать!»
 
  «Игрок» (1866):
 «Тут в рулетке сидят какие-то мелкие жидки, польские евреи, которые караулят каждый выигрыш и готовы выхватить каждую монетку у зазевавшегося игрока».
 
  «Подросток» (1875) — из невошедших черновиков и набросков к роману:
 «Жидовство захватывает все... Идея капитализма — это жид. Жид без Бога, жид, уверовавший лишь в деньги и золото».
 
  «Братья Карамазовы» (1880) — из записных книжек к роману:
 «Жидовщина побеждает... Весь мир превратится в биржу, если не остановим этот процесс духовно».
 
  «Дневник писателя» (Записная тетрадь 1875–1876 гг.):
 «Жиды — это беда России, но не от ненависти к ним мы говорим это, а от боли за наш собственный народ, который не может противостоять их сплоченности и наживе».
 
3. Из частных писем (хронологическая подборка)
  К брату М. М. Достоевскому (1844 г. — одно из первых упоминаний в юности):
 «Вчера пришлось заложить вещь у одного жида... Проценты дерут ужасные, прямо-таки грабят средь бела дня».
 
  К Н. Н. Страхову (1869 г., из Женевы):
 «Русская литература за границей совсем не читается, а то, что доходит, транслируется через жидовские издания и газеты, которые искажают все русское дело».
 
  К В. В. Михайлову (1878 г.):
 «Мне пишут евреи со всех концов России с упреками. Но они не хотят понять: я не против личности еврейской, я против их вековой изолированности и принципа господства над теми, среди кого они живут».
 
  К Е. А. Штакеншнейдер (1880 г.):
 «Наше общество разобщено. Капитал и жидовство давят со всех сторон, а интеллигенция смотрит на Запад и не видит, как русский мужик оказывается в кабале».
 

Чтобы охватить оставшиеся контексты, ниже собраны узкоспециальные фрагменты — из черновых тетрадей, подготовительных материалов к романам, публицистических статей и зафиксированных современниками устных высказываний.

1. Из подготовительных материалов и черновиков к романам.

  К роману «Бесы» (Полное собрание сочинений, Том 11):
 «Жиды, помутившие общество... Жид пробрался везде, он руководствует всей либеральной печатною машиной, он наживается на каждой смуте».
 
  К роману «Подросток» (Полное собрание сочинений, Том 16):
 «Идея идеи — не просто деньги, а жидовская сила. Жид берет не умом, а сплоченностью и отсутствием нравственных задержек в отношении чужака».
 
  К роману «Братья Карамазовы» (Полное собрание сочинений, Том 15):
 «Жид и его банк — вот кто теперь царь Европы и мира. Христианство падает перед золотым тельцом, а жид — единственный, кто умеет этим тельцом управлять».
 
2. Из записных книжек и рабочих тетрадей (1872–1881 гг.)

  Записная тетрадь 1872–1875 гг. (Том 21):
 «Жидовство — это не национальность, это направление духа. Можно не быть евреем по крови и быть жидом по духу — думать только о наживе, проценте и эксплуатации».
 
  Записная тетрадь 1875–1876 гг. (Том 24):
 «Жид наживается на русской беспечности. Русский человек не умеет копить и беречь, а жид умеет только выжимать и ждать момент».
 
  Записная тетрадь 1880–1881 гг. (Записи перед смертью, Том 27):
 «Жидовская идея охватывает весь современный мир. Посмотрите на Европу: там вместо Бога — биржа. У нас в России эта беда только начинается, но если народ не удержит Православную веру, жид станет его полным господином».
 
3. Из публицистики и незавершенных статей.

  «Объяснительное слово по поводу печатаемой ниже речи о Пушкине» (1880 г.):
 «Мне упрекают, что я в речи о Пушкине не упомянул о всечеловеческом братстве с евреями. Но как объединяться с теми, чье учение прямо говорит о разделении на "своих" и "гоев"?»
 
  Из «Дневника писателя» (Заметки о мировой политике, 1877 г., Том 25):
 «Посмотрите в Англии: Дизраэли (Лорд Биконсфильд) — ведь это жид, и вся его политика на Востоке направлена только на то, чтобы помешать России освободить славян. Капиталы жидовские стоят за турецким султаном против христиан».
 
4. Из мемуаров современников (зафиксированные устные высказывания).

  Из воспоминаний В. В. Тимофеевой (О. Починковской), работавшей корректором в «Гражданине»:
 «Федор Михайлович часто приходил в редакцию раздраженным после чтения газет и говорил: "Опять эти жидки расписались! Ничего в русской душе не понимают, а берутся учить русский народ, как ему жить"«.
 
  Из воспоминаний Софьи Ковалевской:
 «В спорах о будущем России Достоевский часто повторял, что главная опасность для русской деревни после отмены крепостного права — это не обеднение сам; по себе, а то, что на смену помещику придет жид-процентщик, у которого нет к мужику ни жалости, ни общей памяти».

___

Достоевский:  «ЖИД  распространяется  с ужасающей  быстротой.  А ведь  ЖИД и его  кагал  – это все равно, что  заговор  против русских!»

Достоевский писал:
«Вон  ЖИДЫ становятся  помещиками, – и вот, повсеместно, кричат   и  пишут,  что они умерщвляют  почву России,  что  ЖИД, затратив  капитал   на покупку  поместья,  тот  час  же,  чтобы  воротить  капитал  и  проценты,  иссушает  все  силы  и  средства  купленной  земли».
И  «тут   не только  истощение  почвы,  но и грядущее  истощение мужика  нашего,  который  освободясь  от помещиков,  несомненно,  и  очень  скоро попадет   теперь,  всей  своей  общиной, в гораздо худшее  рабство  и  к гораздо  худшим  помещикам,  которые  высосали  соки  западнорусского  мужика, и  тем  самым  которые  не только  поместья  и мужиков теперь  закупают,  но и мнение  либеральное  начали  уже закупать  и  продолжают  это весьма  успешно».
(Достоевский  Ф. М.  Полное  собрание  сочинений. Л., 1983.  Т. 23. С. 42).

В  «Дневнике  писателя»  за 1877 год  Достоевский писал:
«Уж  не  потому  ли  обвиняют  меня  в  «ненависти»,  что  я   иногда  называю  еврея  ЖИДОМ?
Но, во-первых, я   не  думаю, чтобы  это  было так  обидно, а во-вторых,  слово  «ЖИД», сколько  я  помню, я  упоминал  всегда  для  обозначения  известной  идеи:  «ЖИД»,  «ЖИДОВЩИНА»,  «ЖИДОВСКОЕ  ЦАРСТВО»  и проч.  Тут  обозначалось  известное понятие, направление,  характеристика  века».
«Мы  говорим в  целом  и  об идее  его,  мы  говорим  о  ЖИДОВСТВЕ  и  об  ИДЕЕ  ЖИДОВСКОЙ,  охватывающей  весь  мир,  вместо  «неудавшегося»  христианства.
(Достоевский Ф. М.  Полное  собрание  сочинений. Т.  25.  Л., 1983. С. 75).

И Достоевский пытается растолковать читателям   более подробно свое  понимание  «ЖИДОВСТВА»  и  «ЖИДОВЩИНЫ»:
«Прежде  всего, тут  мерещится  одна заметка в  скобках,  а  именно: «Стало  быть, еврейству  там  и хорошо, где народ  еще невежественен,  или несвободен,  или мало  развит  экономически, – тут-то, стало  быть, ему  и  лафа!»  И  вместо  того, чтобы, напротив,  влиянием  своим  поднять  этот  уровень  образования, усилить  знание,  породить экономическую  способность  в  коренном  населении,  вместо того  еврей,  где  ни  поселится,  там еще  пуще  унижал  и  развращал  народ, там еще  более  приникало  человечество,  еще  больше падал  уровень  образования,  еще  отвратительнее распространялась безвыходная,  бесчеловечная  бедность,  а  с нею  и  отчаяние. В окраинах  наших спросите  коренное население: что двигает  евреем  и что  двигало им  столько веков? Получите единогласный  ответ:  безжалостность;  двигали  им столько веков  одна лишь к нам  безжалостность  и  одна только  жажда напиться  нашим потом  и  кровью. И  действительно, вся  деятельность  евреев  в  этих  наших  окраинах заключалась лишь в постановке  коренного населения сколь возможно   в   безвыходную от себя  зависимость,  пользуясь   местными  законами. О, тут они всегда  находили возможность  пользоваться  правами  и  законами.  Они всегда умели   водить  дружбу с теми, от которых  зависел  народ,  и уж  не  им бы роптать на  малые свои  права  сравнительно  с   коренным  населением. Довольно они их  получили у нас, этих  прав,  над  коренным  населением. Что становилось, в десятилетия  и столетия, с русским  народом  там, где  поселялись евреи, – о том свидетельствует и история  наших  русских окраин… Укажите на какое-нибудь  другое  племя  из   наших  инородцев, которое  бы, по  ужасному  влиянию своему, могло бы  равняться  в этом смысле  с евреем?  Не найдете такого.  И причина  в том,  что дух  евреев  «дышит  безжалостностью  ко всему, что не есть еврей,  неуважением  ко всякому народу  и племени и ко всякому человеческому существу, кто не есть еврей».

«Конечно,  мне  приходит  тут на ум, например, такая фантазия: Ну что если пошатнется  каким-нибудь образом и от чего-нибудь  наша сельская  община, ограждающая нашего бедного  коренника-мужика  от  стольких зол, –  ну что если тут  же к этому освобожденному мужику, столь неопытному, столь не умеющему сдержать себя от соблазна и которого именно опекала доселе община, – нахлынет всем  кагалом  еврей – да что тут: мигом конец его: все имущество его, вся сила его перейдет назавтра  же во власть еврея, и наступит такая пора, с которой  не только  не могла бы сравняться пора  крепостничества, но даже татарщина».

ЖИДОВЩИНА, по убеждению   Достоевского,  много  страшнее, много  ужаснее  ТАТАРЩИНЫ.
«…мне иногда входила  в голову   (и такая)  фантазия:  ну что, если б это не евреев  было в России  три миллиона,  а русских; а евреев было бы 80 миллионов  –  ну, во что бы обратились  у нас  русские  и как  бы  они  их  третировали? Дали бы они сравняться с собою в правах? Дали бы русским молиться среди них  свободно? Не  обратили бы прямо  в рабов?  Хуже  того: не содрали ли  бы  кожу  совсем? Не избили бы  дотла, до окончательного истребления, как делывали  они с чужими  народностями  в старину,  в  древнюю свою историю?..»

16  февраля 1878 года   учитель  приходской  школы  из  Черниговской  губернии    Н. Е.  Грищенко  писал    Достоевскому:
«…что  такое  жиды, например,  для Черниговской  губернии? Они  для  нас ужаснее, чем  турки  для  болгар: болгары, несмотря на весь турецкий  гнет, богаче  наших  крестьян; для  спасения  болгар  ведется  война. Русские  же  крестьяне  вконец  порабощены  жидами, ограблены  ими,  и за  жидов  заступается  русская  же  пресса!  Такие  отвратительные   факты  просто в   отчаяние  приводят».

28  февраля  1878 года  Достоевский   так ответил   учителю   Н. Е. Грищенко:
«…Вот  вы  жалуетесь  на  ЖИДОВ  в  Черниговской губернии, а у нас  здесь  в литературе  уже  множество изданий, газет издается  на  ЖИДОВСКИЕ  деньги  ЖИДАМИ (которых  прибывает  в  литературу  все  больше),  и только  редакторы,  нанятые  ЖИДАМИ,  подписывают газету  или журнал  русскими именами – вот и все  в них  русского. Я думаю, что это еще  только  начало,  но  что  ЖИДЫ  захватят  гораздо  больший  круг  действий  в  литературе; а уже  до  жизни, до явлений  текущей  действительности я не касаюсь; ЖИД  распространяется  с  ужасающей  быстротою.   А  ведь  ЖИД  и  его  кагал  – это  все  равно,  что  заговор  против  русских!

Есть  много  старых,  уже  седых  либералов,  никогда  не  любивших  Россию,  даже  ненавидящих  ее  за  ее  «варварство»  и убежденных  в  душе,  что  они  любят  и  Россию,  и  народ.  Все  эти  люди  отвлеченные,  из  тех,  у  которых  все  образование  и европейничание состоит  в том, чтобы  «ужасно  любить  человечество»,  но  лишь  вообще.  Если  же  человечество  воплотить  в  человеке, в лицо, то они даже не  могут  стерпеть  это  лицо,  стоять  подле  него  не  могут  из  отвращения  к  нему. Отчасти, так  же у  них  и  с  нациями: человечество  любят,  но  если  оно  заявляет  себя  в потребностях,  в нуждах  и  мольбах  нации,  то  считают  это  предрассудком,  отсталостью  и  шовинизмом. Это  все  люди отвлеченные,  им не  больно,  и  проживают  они,  в  сущности,  в  невозмутимом  спокойствии,  как бы ни горячились  они  в  своих  писаниях…
Заступаются  они  за  ЖИДОВ,  во-первых,  потому,  что когда-то  (в 17 столетии)  это  было и  ново,  и  либерально,  и  потребно.  Какое  им  дело,  что  теперь  ЖИД  торжествует   и  гнетет  русского?  Для  них  все  еще  русский  гнетет  ЖИДА.  И  главное   тут  вера:  это  из  ненависти  к  Христианству  они  так  полюбили  ЖИДА;  и  заметьте: ЖИД  тут  у  них  не  нация,  защищают  они   его  потому  только,  что  в  других  к  ЖИДУ  подозревают  национальное отвращение  и  ненависть. Следовательно,  карают   других,  как  нацию».
(Достоевский  Ф. М. Полное  собрание  сочинений. Т. 30. кн. 1.  С. 8 ).