Выздоровление Мирона и новое изобретение от КИПиА

Утро встретило авиационный гараж Марины Беленькой оглушительным, победным рёвом прогревающихся двигателей ГТД-350. Ворота были распахнуты настежь, а в проёме, залитом лучами раннего солнца, стоял... Мирон Олегович Токарев! Живой, здоровый, в своём любимом, отутюженном Ангелиной рабочем комбинезоне и авиационных противосолнечных очках. От вчерашнего давления не осталось и следа — забота братвы, мятный отвар и сибирское здоровье сделали своё дело.— Здорово, орлы! Кому тут крутящего момента не хватало? — зычно пробасил Мирон, с размаху хлопая по плечу подошедшего штурмана Валентину Егорову. — Давление — сто двадцать на восемьдесят, как у космонавта перед стартом! Никифоровна, шов на редукторе проверил лично — ювелирная работа, хоть на выставку ВДНХ отправляй!Марина Беленькая высунулась из рубки с микрофоном в руке и довольно заулыбалась:— Токарев! Ну слава богу, оклемался. Раз пришёл в себя — марш в кабину Ми-2. Сегодня у нас контрольный облёт после ремонта. Пойдёшь в паре с Анжелой, проверите титановый кронштейн на виражах!Анжела Витальевна Власенко уже сидела в левом кресле вертолёта, проверяя шаг-газ. Увидев Мирона, она радостно замахала рукой, а орден на её груди ярко блеснул на солнце:— Мирон Олегович! Наконец-то! Прыгай в правое кресло, без твоего чуткого уха я этот редуктор обкатывать не полезу! Смекайло уже все маслосистемы прогнал!Секретное устройство Владимира Пиняева: «Электронный Ангел»Но перед тем как запустить винты, к вертолёту по-пластунски подполз слесарь КИПиА Владимир Михайлович Пиняев, бережно прижимая к груди небольшой металлический коробок, покрытый толстым слоем синей изоленты и снабжённый кустарным тумблером. Из коробка торчал толстый кабель, уходящий прямиком к свежесваренному титановому кронштейну редуктора.— Стоять, экипаж! — закричал Пиняев, поднимаясь на стремянку к открытому блистеру. — Без моей новой секретной разработки со стенда не сниматься!Бортинженер Смекайло-де-Цопфи заинтересованно высунул голову из трансмиссионного отсека, шевеля усами:— О-о, Володя, рассекречивай прибор! Что за девайс? Моя народная смекалка подсказывает, что это как-то связано с частотой вибрации?— Именно, Цопфи! — гордо объявил Пиняев. — Представляю вам секретное устройство КИПиА — «Пьезо-Резонансный Охранитель Прочности», сокращённо — ПРОП-1, а между нами — «Электронный Ангел».Как это работает: Я закрепил на титановых косынках, что Марина вчера наварила, пьезодатчики от черного ящика истребителя. Если металл под нагрузкой начнёт давать микротрещины или редуктор завалит частоту вибрации, прибор мгновенно поймает этот ультразвук.Главный секрет: Внутри коробки я собрал частотный фильтр. Как только вибрация превысит норму, прибор не просто зажжёт красную лампочку, а выдаст мощный электрический импульс на резервный гидроклапан Смекайло, автоматически сбрасывая шаг винта и спасая лопасти от разрушения! Настоящий электронный ангел-хранитель для редуктора!— Ну, Пиняев, ну голова! — восхитился Мирон Токарев, защёлкивая привязные ремни. — Теперь за редуктор я спокоен. Включай свой коллайдер, летим!Контрольный облётВся братва собралась на краю полосы. Василий Васильевич Анисимов, опершись на клюку, внимательно слушал звук работающих турбин. Лидия Никифоровна и Татьяна Трофимова держали наготове хронометры, а Ангелина Мельник махала пилотам белым полотенцем. Валентина Егорова стояла плечом к плечу с Мариной Беленькой, внимательно наблюдая за поведением винтокрылой машины.— Ми-2, я Наземный! Запуск и взлёт разрешаю, проверьте «Ангела» на режиме висения! — скомандовала Марина в рацию.Вертолёт мягко, без единого рывка оторвался от бетонки и завис на высоте пяти метров. Анжела Власенко ювелирно работала ручкой управления, закладывая крутые виражи прямо над аэродромом. Мирон Токарев внимательно следил за приборами, прислушиваясь к каждому шороху за спиной.Вдруг на приборной панели КИПиА, прямо перед Мироном, прибор Пиняева коротко пискнул, и на коробке загорелся зелёный светодиод.— Работает! — закричал Мирон по внутренней связи. — Частота стабильная, титан держит нагрузку в тридцать пять килограмм! Редуктор поёт как скрипка Страдивари!— Ура-а-а! — отозвалась Анжела, закладывая победную «горку» и уходя на круг над гаражом. — Смекайло, Цопфи-Пульсар работает?— Работает, детка, греет сиденья на ура, народная смекалка и трамвайное реле не подвели! — доложил из грузовой кабины счастливый Смекайло.через пятнадцать минут Ми-2 идеально притерся к полосе. Ремонт был признан сверхуспешным. Мирон Токарев выпрыгнул из кабины первым, подхватил Пиняева на руки и завертел его по полосе:— Жив курилка! Ай да прибор, ай да Володька!Праздничный полденьИ снова вся дружная девятка и Валентина Егорова собрались у праздничного верстака. Ангелина Викторовна Мельник, узнав о полном выздоровлении Мирона, приготовила невероятный сюрприз — гигантский слоёный пирог с рыбой и таёжными ягодами, ну и, конечно, незаменимый свежий таз пельменей с перцем и уксусом для всей ремонтной бригады.Мирон Токарев лично разлил по кружкам янтарный портвейн «Три Топора». Марина Никифоровна Беленькая подняла тост:— Ну что, братва! Мирон в строю, Ми-2 с «Электронным Ангелом» летает лучше нового, Валя Егорова готова к любым перегрузкам! За нашу слаженную команду, где каждый — от слесаря до испытателя — на вес золота! Выпьем!Выпили все до капли, дружно налегли на пельмени и пироги, смеясь и подшучивая над вчерашним давлением Мирона. А впереди их ждало ясное небо и новые, ещё более опасные и захватывающие предполётные задания! Вот и сказки конец, а кто читал — ОТМЕННЫЙ, ЗДОРОВЫЙ И АБСОЛЮТНЫЙ МОЛОДЕЦ