Глава 10. Кто смотрит глазами

Сергей увидел собственное имя раньше, чем самого хозяина кабинета.

Оно стояло на книжной полке.

Не на обложке.

Не на корешке.

Просто среди фамилий, аккуратно написанных на небольших карточках:

Станислав Граховский.

Галина Степанова.

Илана Арад.

Петухов Серёга.

Владимир Кузнецов.

И дальше:

**Бухдрукер Сергей.**

Сергей подошёл ближе.

— Интересно.

— Что именно?

Он обернулся.

За письменным столом сидел мужчина.

— Евгений Николаевич Слогодский?

— Да.

— А я…

— Сергей Бухдрукер.

— Уже заметил, что представляться бессмысленно.

Евгений улыбнулся.

— Ваше имя у меня перед глазами.

Сергей снова посмотрел на карточку.

— Я у Вас в избранных авторах.

— Получается, что так.

— Забавно.

— Почему?

— Обычно я прихожу знакомиться с автором. А здесь получается, что какая-то ниточка уже протянута.

Евгений поднялся.

— В Проза.ру ниточек больше, чем кажется.

— Мы недавно как раз начали это понимать.

— Кто «мы»?

Сергей хотел ответить: «я и книга».

Но передумал.

— Долго объяснять.

Кабинет Евгения оказался необычным.

Ни единой картины.

Ни фотографии.

Ни окна.

Зато вся дальняя стена была покрыта кругами.

Большими.

Маленькими.

Пересекающимися.

Внутри одного было написано:

**ГЛАЗ.**

В другом:

**МОЗГ.**

В третьем:

**ВНИМАНИЕ.**

В четвёртом:

**ПРИВЫЧКА.**

В пятом:

**ОЖИДАНИЕ.**

В шестом:

**ОБРАЗ ЖИЗНИ.**

— Схема? — спросил Сергей.

— Попытка не упрощать.

— Что именно?

— Человека.

Сергей подошёл к стене.

— А где «зрение»?

— Везде.

— Не понял.

— Вот поэтому Вы и пришли.

— Я вообще-то пришёл читать.

— Это одно и то же.

— Читать и видеть?

Евгений посмотрел на него.

— Сейчас проверим.

---

На столе лежала книга.

Совершенно пустая.

Белые страницы.

— Читайте, — сказал Евгений.

— Здесь ничего нет.

— Есть.

— Где?

— Смотрите.

Сергей наклонился.

Белая страница.

Ни буквы.

Ни точки.

— Евгений Николаевич, это уже напоминает некоторые мои предыдущие путешествия.

— Какие?

— Где от меня хотят получить ответ раньше, чем объяснили вопрос.

— А Вы привыкли сначала получать инструкцию?

— Желательно.

— Тогда Вам будет трудно.

Сергей поднял книгу.

Повернул к свету.

Ничего.

Прищурился.

— Может быть, невидимые чернила?

— Вы опять думаете о странице.

— А о чём ещё?

— О том, что Вы ожидаете увидеть.

Сергей посмотрел на него.

— То есть?

— Вы открыли книгу и заранее решили, что должны быть буквы.

— Потому что это книга.

— Вот.

— Что «вот»?

— Уже одно ожидание.

— Ну хорошо. А что мне ожидать?

— Ничего.

— Очень удобное задание.

Сергей снова посмотрел.

Пусто.

Потом заметил едва различимую серую линию.

Следом другую.

Они складывались не в слова.

В комнату.

На странице появилась комната.

Та самая, в которой они стояли.

Сергей поднял глаза.

Посмотрел вокруг.

Опустил.

На странице был он сам.

С книгой в руках.

— Интересно.

— Что произошло?

— Изображение появилось.

— Оно появилось?

— А что?

— Или Вы его заметили?

Сергей провёл пальцем по странице.

Комната внутри книги дрогнула.

Евгений внутри изображения сделал шаг.

Настоящий Евгений не двигался.

— Это уже точно не офтальмология.

— Конечно.

— Хорошо. А то я начал беспокоиться.

Евгений рассмеялся.

На странице возникла дверь.

В настоящей комнате двери не было.

— А вот этого здесь точно нет.

— Значит, открывайте.

— Почему я?

— Потому что Вы её увидели.

Сергей вздохнул.

— После Августины я вообще стал осторожнее с дверями.

— Тогда не открывайте.

— Это тоже испытание?

— Нет.

— А что?

— Выбор.

Сергей смотрел на нарисованную дверь.

Она была размером с ноготь.

Он коснулся её.

Страница провалилась.

---

Он падал недолго.

Может быть, секунду.

А может — мысль о падении появилась уже после того, как всё закончилось.

Сергей стоял посреди огромного города.

Евгений рядом.

Но город был странным.

Люди шли по улицам и ничего не замечали.

Один мужчина чуть не столкнулся с деревом.

Обошёл.

Продолжил идти.

Женщина проходила мимо ярко-красного киоска, не повернув головы.

Ребёнок смотрел под ноги и едва не пропустил огромную радугу.

— Где мы?

— В зрительной жизни.

— Чьей?

— Всех.

Сергей оглянулся.

Небоскрёбы.

Реклама.

Телефоны.

Автомобили.

Экраны.

Лица.

Движение.

Но каждый человек видел как будто очень узкий кусок пространства.

Перед глазами некоторых висели полупрозрачные тоннели.

— Что это?

— То, куда направлено внимание.

— Они физически не видят остальное?

— Мы сейчас не в физическом мире.

— А где?

Евгений посмотрел на него.

— Вы же сами недавно решили путешествовать между разумами.

Сергей замер.

— Откуда Вы знаете?

— Не знаю.

— В смысле?

— Просто эта мысль здесь появилась.

Сергей внимательно посмотрел на него.

— В Вашей голове?

— Возможно, уже в нашей.

Вот это понравилось Сергею меньше.

Город дрогнул.

Люди исчезли.

Остались только они.

И множество дорог.

---

— Зрение начинается с мышления, — сказал Сергей.

— Так называется статья.

— Вы считаете, что мысль меняет зрение?

Евгений поднял руку.

— Сначала договоримся.

Перед ними возникла белая линия.

— Заболевание глаза — медицинский вопрос.

Появилась вторая линия.

— То, как человек ежедневно смотрит, чему уделяет внимание, как использует зрение, какие привычки формирует, — другой слой.

— Хорошо.

— Не смешиваем.

— Согласен.

— Тогда идём дальше.

Дороги начали меняться.

Одна стала широкой.

Другая исчезла.

Третья повернула в лес.

— Сейчас о чём думаете?

— О том, куда идти.

Широкая дорога стала ярче.

— А теперь?

— Что это слишком просто.

Дорога потемнела.

— Вот.

— Подождите. Это художественный мир.

— Конечно.

— Тогда Вы сейчас не доказываете медицинский тезис.

— Нет.

— А показываете идею.

— Именно.

Сергей улыбнулся.

— Уже нравится.

Он подумал:

**море.**

И оказался на берегу.

Мгновенно.

Евгений стоял рядом.

Никакого перехода.

Ни двери.

Ни коридора.

Ни вспышки.

Просто была дорога.

И стало море.

Сергей замер.

— Вот оно.

— Что?

— Скорость.

— Какая?

— Разума.

Он подумал:

**гора.**

Море исчезло.

Они стояли на вершине.

**Москва.**

Улица.

**Пустыня.**

Жара.

**Снег.**

Белое поле.

Евгений наблюдал.

— Вы быстро учитесь.

Сергей почувствовал возбуждение.

— А если…

Он подумал:

**исходный текст.**

Ничего.

Абсолютно ничего.

Белое пространство.

Евгений исчез.

Сергей остался один.

— Вот чёрт.

Он попробовал снова.

**Исходный текст.**

Пустота.

**Человек без лица.**

Ничего.

**Два Редактора.**

Ничего.

— Значит, не всё.

Голос Евгения прозвучал сзади.

— Конечно не всё.

Сергей обернулся.

— Почему?

— Потому что мысль — ещё не знание.

— Но я подумал о море и оказался у моря.

— Потому что море Вы знаете.

— О горе тоже.

— Да.

— А если я думаю о том, чего не знаю?

— Тогда разум может сделать очень опасную вещь.

— Какую?

— Придумать.

Сергей замолчал.

— И показать придуманное так убедительно, что Вы примете это за найденное.

Вот это было уже серьёзно.

— То есть разум может создать ответ вместо того, чтобы обнаружить его?

— Конечно.

— И человек поверит?

— Если ответ ему понравится — особенно легко.

Сергей посмотрел в пустоту.

— Значит, даже внутри разума нельзя доверять всему увиденному.

— А Вы думали, путешествовать по чужим головам безопаснее, чем по чужим книгам?

---

Появился зал.

Длинный.

На стенах — сотни картин.

Но каждая картина менялась, когда Сергей подходил ближе.

На одной был старик.

Через секунду — молодой мужчина.

На другой — больница.

Потом спортивный зал.

На третьей — человек с тростью.

Потом человек, идущий по горам.

— Что это?

— Предсказания.

— Чьи?

— Человеческие.

На первой картине появилась надпись:

**ВОЗРАСТ.**

На второй:

**НАСЛЕДСТВЕННОСТЬ.**

На третьей:

**ПРИГОВОР.**

На четвёртой:

**ВОЗМОЖНОСТЬ.**

Сергей остановился.

— Это уже из Вашего текста.

— Да.

Евгений подошёл к картине «ВОЗРАСТ».

На ней человек сидел в кресле.

Старый.

Слабый.

Не двигающийся.

— Что Вы видите?

— Старость.

— А теперь?

Картина изменилась.

Тот же возраст.

Человек шёл с рюкзаком.

— Другой человек.

— Именно.

— То есть возраст один, состояние разное.

— Вот это я и пытаюсь разделять.

— Но нельзя обещать, что образ жизни всё исправит.

— Нельзя.

— И наследственность существует.

— Конечно.

— И болезни существуют.

— Да.

— Тогда зачем этот зал?

Евгений повернулся к нему.

— Чтобы человек не превращал фактор в приговор.

Сергей посмотрел на слово «ПРИГОВОР».

Оно начало расти.

Стало огромным.

Закрыло стены.

Потолок.

Картины.

Проход.

— Что происходит?

— Вы смотрите на него.

— И что?

— Только на него.

Слово выросло ещё.

— Перестаньте.

— Как?

— Посмотрите вокруг.

— Я не вижу вокруг.

— Именно.

Сергей закрыл глаза.

— Очень смешно. Мы в главе про зрение, а решение — закрыть глаза.

— Иногда полезно перестать смотреть туда, куда тебя заставили смотреть.

Сергей открыл глаза.

Слово уменьшилось.

Слева появилась маленькая дверь.

На ней:

**ЧТО Я МОГУ СДЕЛАТЬ?**

Сергей усмехнулся.

— Вот Ваш главный вопрос.

— Один из.

Они вошли.

---

За дверью стояли два человека.

Один сидел.

Другой ходил.

Никаких имён.

Никакой биографии.

Только таблички.

У сидящего:

**«Со мной всё уже произошло».**

У идущего:

**«Что я могу сделать сегодня?»**

Сергей подошёл к первому.

— Как дела?

Человек поднял глаза.

Очень медленно.

Будто ответ действительно требовал огромного усилия.

— Не… знаю.

Сергей почувствовал холод.

Он вспомнил собственную идею о скоростях состояния разума.

Посмотрел на второго.

— Как дела?

— Узнаю.

— Что?

— Что могу изменить.

Ответ пришёл мгновенно.

Сергей повернулся к Евгению.

— Видите?

— Что?

— Скорость.

— Вы опять о своей теории?

— Да.

— Объясните.

Сергей начал говорить.

О разных состояниях разума.

О том, что в высоком состоянии мысль почти сразу превращается в решение.

Что в тяжёлом — человек словно вязнет.

Что один разум способен воздействовать на другой.

Евгений слушал внимательно.

Не перебивал.

— И Вы хотите измерять людей по скорости ответа? — наконец спросил он.

— Нет. Это художественная модель.

— Хорошо.

— Но посмотрите: один человек спрашивает «что я могу сделать?» — и уже появляется движение.

— А другой?

— Считает всё завершённым.

Евгений кивнул.

— Тогда мне нравится не шкала.

— А что?

— Направление.

— Какое?

— Один разум ищет возможность.

Другой — объяснение, почему возможности нет.

Сергей задумался.

— Это уже состязание разумов?

— Возможно.

— Кто побеждает?

— Тот, чья мысль становится действием.

Сергей улыбнулся.

— Вот это забираю.

— Уже забрали.

---

Внезапно появился третий человек.

Он был одет в белый халат.

— Врач? — спросил Сергей.

— Наверное.

Человек подошёл к первому.

Начал обследовать.

Что-то записывать.

Задавать вопросы.

Сергей посмотрел на Евгения.

— А он зачем?

— Чтобы Вы не перепутали уровни.

— Какие?

— Если есть заболевание — его нужно диагностировать.

Врач продолжал работу.

— А второй человек?

— Может одновременно заниматься тем, что находится в его зоне влияния.

Сергей кивнул.

— То есть не «или медицина, или человек сам».

— Именно.

— А разные функции.

— Именно.

Это было важное уточнение.

В статье Евгений прямо разводил эти роли: врач занимается диагностикой и лечением заболеваний, а сам автор пишет об условиях жизни, привычках и действиях человека.

Сергей посмотрел на первого человека.

Теперь рядом с ним тоже появилась небольшая табличка:

**«И ЧТО Я МОГУ СДЕЛАТЬ?»**

Он прочитал.

Поднял голову чуть быстрее.

---

Зал исчез.

Они оказались в библиотеке.

Но вместо книг на полках стояли глаза.

Сотни глаз.

Большие.

Маленькие.

Карие.

Серые.

Зелёные.

Сергей замер.

— Нет.

— Что?

— Это жутко.

— Тогда смотрите иначе.

— Как иначе смотреть на полку глаз?

— Не на глаза.

— А на что?

Он посмотрел ещё раз.

И увидел не глаза.

Окна.

В каждом — жизнь.

В одном человек годами сидел перед экраном.

В другом постоянно смотрел вдаль.

В третьем путешествовал.

В четвёртом читал.

В пятом работал руками.

В шестом почти не выходил из помещения.

В седьмом танцевал.

В восьмом гулял.

— Зрительная биография, — сказал Сергей.

— Да.

— Каждого человека?

— У каждого своя.

— То есть Вы рассматриваете не только сам глаз, а то, как человек пользовался зрением годами.

— Именно это мне интересно.

Сергей шёл вдоль окон.

И вдруг увидел одно знакомое.

Своё.

Он остановился.

За стеклом — компьютер.

Телефон.

Книги.

Дороги.

Лица.

Больничная палата.

Небо.

Страницы Проза.ру.

Много страниц.

Очень много.

— Это моё?

Евгений посмотрел.

— Похоже.

— Откуда?

— Вы принесли с собой.

— Я ничего не приносил.

— Каждый человек приносит свою зрительную жизнь.

Сергей приблизился.

В глубине окна кто-то стоял.

Человек.

Лица не видно.

— Опять он.

— Кто?

— Не знаю.

Фигура подняла руку.

Показала на Сергея.

Потом на свои глаза.

Потом исчезла.

— Вы видели?

— Нет.

Сергей отступил.

Это начинало повторяться слишком часто.

Но сегодня он решил не бежать за загадкой.

Посмотрел на другое окно.

Потом на третье.

Потом на Евгения.

— А знаете что?

— Что?

— Раньше я бы немедленно полез туда.

— Почему не сейчас?

— Учусь различать, какая дверь относится к главе, а какая пытается украсть у главы смысл.

Евгений улыбнулся.

— Профессиональный рост.

— Фабрика рукописей.

— Что?

— Долго объяснять.

---

Они снова оказались в кабинете.

На столе лежала статья.

Заголовок:

**«Зрение начинается с мышления».**

— Теперь понял, — сказал Сергей.

— Что?

— Название шире самого зрения.

— Каким образом?

— Человек сначала формирует взгляд на возможность.

Евгений слушал.

— Если всё заранее объявлено неизбежным, он может перестать искать то, что всё-таки находится в его власти.

— Да.

— А если всё объявить подвластным человеку — это другая ошибка.

— Именно.

— Получается, зрелое мышление начинается с границы.

— Какой?

Сергей медленно произнёс:

— Вот это я изменить не могу. Это — не знаю. А вот это могу попробовать изменить.

Евгений кивнул.

— Очень близко.

— И в литературе то же самое.

— Почему?

— Автор не может управлять читателем.

— Да.

— Не может заставить его полюбить произведение.

— Да.

— Не может отменить чужую рецензию.

— Конечно.

— Но может написать следующую вещь лучше.

Евгений улыбнулся.

— Теперь Вы пришли к своему.

— А как иначе? Я же писатель.

Сергей посмотрел на карточки избранных авторов.

Среди них снова увидел своё имя.

И тут заметил ещё одно.

**Петухов Серёга.**

Он рассмеялся.

— Что?

— Ничего. Просто Вселенная становится теснее.

— Это плохо?

— Наоборот.

— Почему?

Сергей провёл пальцем между двумя карточками.

И впервые увидел тонкую линию.

Она соединяла имена.

От Слогодского — к Петухову.

От Петухова — куда-то дальше.

От Слогодского — к Бухдрукеру.

Потом появились другие линии.

Сотни.

— Евгений Николаевич…

— Вижу.

— Это что?

— Связи.

— Избранные авторы?

— Может быть.

— Рецензии?

— Возможно.

— Читатели?

— Тоже.

Линии разрастались.

Кабинет исчезал.

Перед ними возникала огромная сеть.

Каждое имя — светящаяся точка.

Некоторые почти одиночные.

Некоторые окружены десятками связей.

Где-то возникали целые скопления.

— Вот оно, — прошептал Сергей.

— Что?

— Проза.ру.

Не сайт.

Не список произведений.

Не кабинеты.

**Сообщество разумов.**

Один пишет.

Второй читает.

Третий отвечает.

Первый приходит читать третьего.

Четвёртый добавляет второго в избранные.

Пятый молчит, но возвращается каждый вечер.

Шестой оставляет первую рецензию человеку, которому до него никто не отвечал.

Каждая линия меняла сеть.

Сергей сделал шаг.

Сеть дрогнула.

Его собственная точка засветилась сильнее.

Несколько линий двинулись к ней.

— Я на неё влияю.

— Конечно.

— Просто тем, что читаю?

— Уже.

— Тем, что пишу рецензию?

— Ещё сильнее.

— А если пишу человека в книгу?

Евгений посмотрел на него.

— Тогда, возможно, Вы меняете не одну линию.

Сергей замер.

Вот оно.

Идея, о которой он думал раньше, вдруг перестала быть рекламным приёмом.

Если читатель приходил к нему, читал несколько глав, а потом Сергей приходил к этому читателю как к автору и писал о нём…

возникал замкнутый контур.

**Читатель менял книгу своим чтением.
Книга меняла читателя тем, что замечала его.**

— Кто кого пишет… — тихо произнёс Сергей.

Евгений повернулся.

— Что?

— Ничего.

Сеть погасла.

Кабинет вернулся.

---

Сергей направился к выходу.

— Евгений Николаевич.

— Да?

— Один последний вопрос.

— Спрашивайте.

— Что важнее: видеть или замечать?

Евгений задумался.

— Видеть можно многое.

— А замечать?

— Замечаем мы всегда что-то выбранное.

— Значит, вопрос в выборе?

— Часто.

Сергей открыл дверь.

За ней оказался длинный коридор.

На стенах висели тысячи произведений Проза.ру.

Возле одних толпились люди.

Возле других стояло двое.

Возле третьих — никого.

Сергей сделал шаг.

Потом остановился.

Слева висело совсем небольшое произведение.

Ни одного человека.

Он подошёл.

— Что Вы делаете? — спросил Евгений.

Сергей оглянулся.

— Проверяю одну мысль.

— Какую?

— Иногда то, что никто не заметил, не обязательно хуже того, возле чего собралась толпа.

Он открыл произведение.

И вошёл.

Позади Евгений сказал:

— Сергей!

— Да?

— Что Вы там ищете?

Сергей улыбнулся.

— Человека, которого ещё никто не увидел.

Дверь закрылась.

И в тот момент Сергей окончательно понял:

**видеть — это не только способность глаза.**

Иногда увидеть человека означает просто остановиться там, мимо чего остальные прошли.