Как Бахтышка в кино снимался

— Бахтышка, расскажи, как ты в Германии в кино снимался!
— Уже рассказывал.
— Ещё расскажи!
— Опять ржать будете? Сколько можно?
— Нет, не будем! Там вообще ржать не над чем. Даже хихикать не получается!
— Это ещё почему?
— Ну, где там хихикать? Назови хоть одно место!
— Конечно, это же не комедия! Это историческая драма! Только вы хохочете…
— Так расскажешь?
— Вот пристали… Ладно, слушайте!
— Ты с самого начала…
— У Едиха дети конным спортом занимаются. Оба вместе. И сын, и дочка. Вот Едих им говорит: «Сегодня поедем на занятие с дядей Джамбулом. Он ещё ходить не умел, а уже за гриву коня держался и в скачках участвовал. Он на этом деле собаку съел!»
— Правду сказал! А как ты понял, что он говорил? Ты немецкий выучил?
— Конечно, правду! У меня чёрный пояс по скачкам без седла! Конечно, понял! Они дома по-русски разговаривают — это же наши немцы!
— Потом-то что было?
— Обед. Во время обеда дочка Едиха, Эрика, мне три тарелки принесла: «Кушайте, дядя Джамбул, пожалуйста… на здоровье… пожалуйста!» В каждой — доверху, к каждой — своё вежливое слово. Думаю, у них теперь такая традиция. Ну, Германия же? Они немцы же?
— Съел?
— Отказываться неудобно… Всё съел. Даже тарелку облизал — хотел, чтобы девочка увидела, как вкусно было.
— А она?
— Подумала, я не наелся, и ещё принесла. Потом матери говорит по-немецки: «Надо дядю Джамбула хорошо накормить, чтобы он больше собак не кушал!»
— Чё? Смеётесь? А ребёнок-то правда так подумал…
— Вот-вот. И «Сникерсы» мне под подушку стала каждый день класть. Шепчет матери, прижимая Тоби к себе: «Мама, пусть Тоби со мной спит, пока дядя Джамбул в гостях… Чтобы Тоби на дядю Джамбула не лаял!»
— Боялась, что ты Тоби съешь? Ну ладно, про еду потом. А конюшня-то какая была? Расскажи!
— Сам хочу! Приехали… Конюшня большая, а лошадей мало. Что-то тут не так… Экономные немцы для десятка лошадей сотню стойл строить не будут! Где лошади? Оказалось, немцы кино про Чингисхана снимали…
— Ну, а вы?
— Стали кататься… Тут один киношник подбегает, кричит на всю конюшню: «Посмотрите, как этот азиат в седле держится! Вот что нам нужно!» Другие немцы давай орать «Я, я! Держится!»
— Им-то что надо было?
— Это они киношнику орали «Я! Я!» — каждый себя рекламировал, все в кино хотели.
— А киношник?
— К Едиху подошёл, стал про меня спрашивать, контракт предлагать… Массовку научить в седле сидеть по-казахски и роль Джэбэ-нойона сыграть.
— А Едих?
— Как мой агент все вопросы решил…
— А киношник?
— Решил проверить кому они такие деньжищи платить будут.
— Бахтышка, такое недоверие, вообще…
— Местный немец, что с них взять? Они перед тем, как мои баурсаки попробовать, результаты химического анализа дождались.
— ДНК-тест сделали, чтобы твоё родство с Чингисханом подтвердить?
— Зачем тест? Это и так видно! Вот возьми его и мою фотографию — одно лицо!
— Бахтышка, вроде, фотографий Чингисхана нет? Ни одной!
— Ни одной? А как кинопробы проводили, на глаз что ли? Скажешь тоже! Там порядок! Я сам их Чингисхана на площадке видел! Оказалось, казах из Монголии, из нашего жуза! Переглянулись: друг за друга, если чё, держаться будем… В Казахстан откочёвывать после съёмок собирается.
— Ну, а проверка-то какая была?
— Да вот… Киношники запись табунов включили… Спросили: «Херр Бахтыбаев, не подскажете ли нам, где монгольский табун, а где лошади ганноверской породы скачут?
— А ты?
— Я говорю, можно без этого «херр», по-простому: Бахтыбаев.
— Скромничаешь?
— Да не в скромности дело. Сами подумайте, что дети Едиха подумают, если такое про дядю Джамбула услышат?
— А ты киношникам это объяснил?
— Объяснял… Сказал: кто как обзывается, сам так называется!
— И что?
— Не поняли. Немцы же.
— Про проверку расскажи…
— Сами перебили… А я им сразу сказал: вот это монгольские лошади!
— А они?
— Как узнал?
— Чё, не слышите? Монгольские лошади не подкованные, когда бегут — звук звонкий такой: «так-дык-дык, так-дык-дык». А у ганноверских «тук-дук-дук, тук-дук-дук» — глухо.
— Немец-киношник понял?
— Пот со лба платочком вытер, пилюлю под язык положил. Язык у него во рту тоже стал скакать: «Achtung - Achtung». Я прислушался — тоже не подкованный!
— Кто? Киношник?
— Нет, не весь… Только язык.
— Ну, признал твой «чёрный пояс» в лошадином вопросе?
— Безоговорочно капитулировал. Говорит: «Как это у вас так хе… хе… Бахтыбаев получается?»
— А ты?
— Говорю ему: если столько конины, как я, съешь, то тоже научишься! Конечно, если ещё и кумыса столько же выпьешь.
— Так он тебя в фильм-то взял, или ты только топот копыт ему разъяснял?
— Взял, конечно! Я там на скаку из лука стрелял!
— Так ты не массовка, ты в главный кадр попал!
— Вот про это не знаю… Врать не буду…
— Чё, не попал?
— Киношник показал куда с луком поворачиваться около камеры. Щёки надул, руками делает, как тетиву натягивает… Я и подумал..
— Так что?
— Что-что… Не знаю… В кадр, может и не попал, но стрелой объектив камеры точно вышиб!