Серая и Медведь. Глава 8

НАДЕЖДОЙ ГРЯДУЩЕГО ДНЯ ПЕРЕПОЛНЕНО СЕРДЦЕ

Что это? Цветик опавший
Снова на ветку летит?
Нет. Это бабочка.
(Аракида Моритаке)

…- Мама, уже утро! – тормошил мать Котенок. – Сейчас нам покушать принесут! Ну, просыпайся скорее!

- Какой же ты егоза! - сонно пробурчала Кошка. – Ну чего тебе не спится? В такую рань еду еще не приносят. Смотри, все вокруг спят. Чего ты взбаламутился?

- Ничего не «все»! Я же не сплю! – скакал вокруг матери Котенок. – А раз я не сплю, ты не спишь, значит никакие и не «все»! Это же понятно!

- Да уж, понятно, понятно… - широко зевая мяукнула Кошка. – Понятно, что ты у меня знатный хитрец и несусветный болтун! Всегда придумаешь, чем отговориться, чтобы только было по-твоему.

- Просто я очень хочу узнать, что стало с моими братиками и сестричками, мама, и что было дальше с тобой! Я уже не хочу спать. Я хочу слушать.

- Да особо долго уже нечего рассказывать, сынок. Моя история до твоего рождения почти закончилась...


...Я жила в этой клетке, после того, как меня привез сюда тот добрый человек. Обращались здесь со мной очень хорошо. Почти так же, как мои хозяева в том доме, откуда я ушла. Каждый день давали вкусную еду и свежую воду, разговаривали со мной, пытались погладить. Но я, как ни старалась, все равно не могла скрыть страх при прикосновении рук, потому что опасалась, что меня вернут людям, от которых я сбежала. Никто в этом месте никогда не кричал на меня и не обижал. Люди, которые нас кормят, всегда были терпеливы, ласковы и нежны.

В клетке, в таком ограниченном пространстве, без движения сидеть было очень скучно. Я быстро уставала от постоянного вынужденного лежания. Ведь раньше я много ходила. Заботиться о пропитании мне больше не приходилось. Ходить из угла в угол, по паре шагов туда и сюда, не доставляло удовольствия, но я знала, что ради вас я должна двигаться, и ходила, пока не начинала кружиться голова от бесконечных поворотов. Мне подарили парочку игрушек, чтобы я не скучала, но желания развлекаться с ними не было. Роды близились. Я сильно отяжелела, разошлась в боках. Чтобы как-то убить время, я пристрастилась разглядывать других обитателей этого места. Мне было любопытно, как они сюда попали. Я смотрела на них и пыталась представить себе их прошлую жизнь. Вон в той клетке, что в углу, сейчас там сидит молодая черная кошечка, раньше находился самец. Мы с ним долго переглядывались, а потом познакомились и даже подружились. Он был очень добр ко мне и, чтобы как-то отвлечь меня от грустных мыслей, рассказывал разные истории из своей жизни. Представляешь, люди, у которых он жил раньше, избавились от него, просто выкинув из машины при переезде. Его взяли на лето, чтобы он, как и я, ловил мышей в загородном доме. Но в городских жилищах людей редко заводятся мыши... и осенью кот стал не нужен...

Я рассказывала тебе, что меня сюда привезли в самопередвигающейся клетке на круглых лапах. Это и есть "машина". Тот самец говорил, что машины очень любят охотиться на котов. И горе тому, кто окажется в их круглых лапах. Это чудовище задавит его в своих объятиях, окутывая обреченного смрадным дыханием. Кот сказал, что тогда чудом избежал смерти. Он отделался покалеченной задней лапой, которую успело укусить кровожадное чудище. Самец сумел доползти до обочины, чтобы его окончательно не раздавили проносящиеся с ревом дымные монстры, и лег умирать. Его подобрала какая-то проходящая мимо добрая женщина. Она не знала, как коту помочь самостоятельно, и поэтому привезла сюда.

Его лапу людям пришлось отгрызть, потому что она воспалилась и сильно болела. Люди умеют отгрызать больные части тела с помощью блестящих острых палочек. Это называется "операция". Самец не помнил, как все происходило. Он просто уснул, а потом проснулся уже без лапы. Он не чувствовал сильной боли, люди умеют убирать боль, но был очень расстроен, что теперь не сможет бегать и охотиться. А еще переживал, что никто из людей больше никогда не возьмет его, потому что теперь он калека и не способен ловить мышей. Мне было так жаль его... Я понимала, что он прав, думая, что вряд ли кому-то станет нужен покалеченный кот, если и здоровых котов выбрасывают из машин под колеса проезжающих... Но и лишать его последней надежды и мечты я не хотела. Поэтому всячески успокаивала, говоря, что он очень привлекателен и без одной лапы, и что людям не всегда важно, чтобы коты ловили мышей, потому что бывают жилища, где мыши не живут. Но кот мне не верил. Он просидел в этой клетке уже слишком долго. И никто из посетителей не заинтересовался несчастным калекой...

Однако, чудеса все же иногда случаются... И я стала свидетелем такого чуда.

Прямо перед моим окотом сюда пришли двое посетителей. Женщина и мужчина. Они ходили по комнате, заглядывая в каждую клетку и переговариваясь, пока не наткнулись на клетку с трехлапым. Подошла женщина, которая кормила нас, и начала что-то рассказывать, указывая на кота. Я прислушивалась к их негромкой речи, улавливая знакомые мне человеческие слова: "хороший", "мальчик", "бедняга"... Когда эта пара узнала историю кота, из глаз женщины потекла вода, и она закрыла лицо ладонями. Я знала, что так люди ведут себя, когда им становится больно или обидно. У моей бывшей хозяйки иногда текла вода из глаз после ссоры с хозяином.

Трехлапый сидел, уткнувшись мордой в угол клетки, даже не поворачивая головы к подошедшим. Он думал, что они ужасаются его уродству. Ему было стыдно за свою немощь. Я видела, как трепещут кончики его ушей, как он косит глазом в сторону плачущей женщины, и поняла, что он мучается надеждой на несбыточное...

А потом случилось чудо...

Мужчина куда-то ушел и тут же вернулся с маленькой клеткой в руках, такой же, как та, в которой меня сюда принесли.

- Тебя забирают! - громко мяукнула я, чтобы трехлапый услышал. - Ты понравился им! Я же говорила тебе, что твоя потерянная лапа еще не конец жизни! Ты поедешь в дом, будешь лежать на диванах и креслах! Они дадут тебе вкусную еду и станут любить тебя! Они точно будут любить тебя, раз берут к себе без лапы, зная, что от тебя не будет никакой пользы.

Кот мотнул головой, словно сбрасывая наваждение, обернулся, поднялся и недоверчиво поковылял к дверце. В его давно потухших глазах разгорался слабый огонек надежды. Женщина поднесла ладонь к решетке и плотно прижала ее, давая возможность самцу почувствовать ее запах. Кот тут же уткнулся в ладонь носом, громко зафырчал и заплакал от обрушившегося на него счастья...

Все остальное решилось быстро. Клетку открыли, мужчина погладил кота и осторожно взял его на руки. Женщина приблизила к нему свое лицо, и трехлапый со всхлипом лизнул ее влажную от слез щеку...

- Я желаю тебе счастья в новом доме, - муркнула я, сама прослезившись. - Постарайся полюбить этих хороших людей. Я уверена, они не причинят тебе новой боли. Прощай, и помни меня!

Кота посадили в маленькую клетку. Он не сопротивлялся, понимая, что только так может покинуть это место. Мужчина обнял женщину за плечи, и они направились к выходу.

- Я тоже желаю тебе удачи! - мяукнул трехлапый. - Я буду просить Трех Кошек, чтобы они послали тебе и твоим еще не рожденным детям счастье и возможность найти свой истинный дом и своих людей, которые смогут по-настоящему полюбить каждого из вас! Прощай, я никогда не забуду твою доброту ко мне!..


- Вот такая чудесная история произошла здесь не так давно, сынок. Нужно верить в свою счастливую судьбу. Тогда она будет к тебе благосклонна. Давай-ка я расчешу твое брюшко, любовь моя. Приляг!

Кошка толкнула Котенка носом в бок. Малыш завалился на спинку, подставив Кошке животик.

- Мама, а нас тоже когда-нибудь так посадят в маленькую клетку и заберут? - спросил он с надеждой. - Ведь должно же и нам повезти? Тот трехлапый кот наверняка уже попросил Трех Кошек, чтобы они и к нам послали кого-нибудь из людей?..

- Я не знаю, малыш, - вздохнула Кошка. - Надеюсь, что он попросил и его услышали... Мне бы очень хотелось выбраться отсюда и вновь обрести свой дом... Полежать на диване, посидеть на чьих-нибудь коленях, чтобы мне чесали холку и гладили между ушей... Ты быстро растешь, малыш, нам уже становится тесно вдвоем в этой маленькой клетке. А больше всего меня расстраивает то, что ты лишен возможности бегать и нормально развиваться... О, Три Кошки, что же нас ждет дальше?..

Кошка снова вздохнула и продолжила методично вылизывать Котенку лапки.

- Мама, - снова спросил малыш, - а может та клетка, в которой сидел самец, просто счастливая? И той черной кошечке, которая там сидит сейчас, тоже когда-нибудь повезет с домом?

- Не знаю, радость моя, - ответила мать, - думаю, дело не в клетке. Просто пришло его время обрести счастье. И наше время когда-нибудь придет, мой дорогой, ты верь и жди!

- Ладно, мам, я буду очень сильно ждать и верить. Но ты так и не рассказала мне про братиков и сестричек! Где они? Почему их нет с нами? Их забрали добрые люди?

- Ох, сынок, ты рвешь мне сердце... Их забрали не люди... Их забрал злой рок и несчастливая судьба... Я ведь рассказывала тебе, что Три Кошки Радуги плетут из мышиных хвостиков облачных мышей, собираемых Солнечным Котом, косы жизни всех живущих. Одни косы получаются толстыми и длинными. Их владельцы рождаются сильными, выносливыми и проживают в здравии долгую жизнь. Но бывает, что Солнечный Кот собирает совсем мало хвостиков. Такое случается в ясную погоду, когда на небе нет ни единой облачной мышки, или они очень редко встречаются Коту на его пути. Три Кошки никогда не останавливаются в своем плетении судеб. Им не важно сколько хвостов собрано. Ведь все решает случай и фатум. Иногда хвостов не хватает на длинную толстую косу, это значит, что судьба не благоволит его будущему владельцу. Болезни и несчастья ждут того, чья коса тонка и коротка... О, Три Кошки, как мне тяжело об этом говорить!.. Про твоих братьев и сестер могу сказать тебе только одно. Вас, родившихся у меня, было пятеро. Но, видимо, только твоя коса жизни была сплетена надежно и правильно... Не знаю, чем я прогневала Трех Кошек, но они не благословили долгими жизнями и здоровьем остальных моих детей... Может, в этом виновата я сама, когда скиталась голодная и замерзающая, ночуя в самых неподходящих для беременной самки местах... Может быть, твои сестры и братья, еще находясь в моем брюшке, не смогли набраться достаточных сил, чтобы выжить... Они родились такими маленькими и слабыми, что даже сначала не подавали голосов. Когда я перегрызла пуповины и облизала их, они, наконец, заплакали. Их писк был таким тихим, прерывающимся, еле слышным... Я тормошила их языком, грела своим телом, пыталась кормить, но у них не было сил присосаться, чтобы начать питаться. Они лежали рядом со мной, тычась тупыми мордочками в мое брюхо, и тихо плакали от бессилия. Ты родился первым - крупным и здоровым. Вдохнув первый раз, ты громко закричал, заявляя о праве жить. Наверное, Кошки услышали твой громкий крик и пощадили тебя, оставив мне хотя бы одну радость в жизни. Твои лапки были сильными и настойчивыми. Ты сразу присосался и так мял мое брюхо, что, казалось, проделаешь во мне дыру...

Кошка прикрыла глаза и тихо замурчала, вспоминая мгновения сладкого единения с новорожденным. Потом, словно запнувшись, замолкла, вспомнив судьбы остальных.

- Те четверо жили еще некоторое время... Последняя из появившихся на свет, это была самочка, ушла первой, спустя пару часов. Какое-то время она еще широко открывала ротик, пытаясь набрать воздуху в грудь, но внутри нее все время что-то клокотало и нормально дышать не получалось. Ее легкие так и не освободились от плодных вод. Она быстро сдалась, устав бороться за каждый вдох, и тихо уснула, положив свою головку мне на лапу. Я котилась глубокой ночью. Никого из людей не было рядом, чтобы помочь. Вторым ушел мой маленький сынишка... Это случилось уже на рассвете. Он внезапно громко запищал и вдруг забился в страшной судороге, скрутившей крошечное тельце. Я начала лизать его, пытаясь привести в чувство, но он через некоторое время просто перестал дышать, и его сердечко остановилось. Утром пришли люди, кормившие нас. Они увидели что произошло и забрали вас у меня - и мертвых, и оставшихся в живых. Я кричала им вслед, прося вернуть моих детей. Я хотела с ними хотя бы попрощаться! Через некоторое время живых принесли обратно и приложили к соскам. Ты тут же впился и начал сосать. Две оставшиеся в живых самочки были вялыми и слабыми. Они пытались брать сосок в свою крошечную пасть, но не могли стиснуть челюсти, чтобы есть. Люди снова забирали их, пытались кормить сами, капая молоко им прямо в ротики, но с малышками, видимо, что-то было не так. Они не могли нормально глотать и начинали захлебываться... Вскоре у них воспалились пуповинки... Я слышала, как люди твердят одно слово "сепсис, сепсис"... Я не знала, что оно означает, но понимала по гнилостному запаху, исходившему от котят, что они вряд ли выживут... Три Кошки не пощадили их, и ночью обрезали им косы жизни. Думаю, они за что-то хотели наказать меня, не позволив жить моим детям. Быть может, за мое бегство или за то большое чувство, которое я питала к твоему отцу и, как следствие, мою раннюю беременность. Ведь я покинула дом людей, не осознавая, что мой побег может обречь вас на гибель от того, что я мерзла, недоедала, жила в постоянном страхе... Я поплатилась за свое легкомыслие и своеволие. Жестоко поплатилась... Ты не представляешь, как я хотела уйти на Радугу, когда перестала дышать моя последняя дочка... Когда ее забрали, я выла всю ночь, пугая здешних обитателей. Я перестала есть и пить. Люди забирали тебя на время, чтобы покормить, а мне приносили разные вкусности, но я только отворачивалась, потому что не хотела жить дальше. Тебя снова и снова приносили и подкладывали под мои соски. Они боялись, что молоко пропадет, и Радуга призовет и тебя. Но ты был таким сильным и так хотел жить! Как будто поглотил все силы своих ушедших братьев и сестер. Ты громко кричал, когда просыпался, и требовал, чтобы я выполняла свои материнские обязанности. Ты словно заставлял меня жить. Глядя на то, как ты жадно насыщаешься, как пытаешься вставать на дрожащие лапки и ползешь ко мне, чтобы я покормила тебя и вылизала, я заставляла себя есть все, что приносили, чтобы не лишить и тебя шанса выжить. Моя тоска по ушедшим постепенно затихала, а сердце оживало для новой большой любви. Я должна была жить ради тебя. Дарить заботу и нерастраченную нежность. Ты был так похож на своего отца... Я обязана была сохранить хотя бы одного потомка, чтобы рассказать о его отце все, что знаю...

- Мама, какая грустная история! Значит, все мои братики и сестрички сейчас сидят на Радуге? И я никогда с ними не смогу поиграть и побегать?

- Сможешь, дорогой, когда придет твое время...

Кошка лизнула Котенка в серый носик.

- Мы оба сможем когда-нибудь... У каждого свой срок, но там мы все будем вместе. Так говорила моя мать. Она не знала моей судьбы, но говорила, что всегда стоит внимательно смотреть на Радугу после дождя. Радуга - это мост между миром живых и миром тех, кто ушел к богам. Ее становится хорошо видно, когда после дождя выходит прогуляться Солнечный Кот. Он несет Трем Кошкам хвостики облачных мышей, которые насобирал, пока небо затягивали густые тучи. Собранных хвостиков очень много, Коту тяжело их нести в зубах. Радуга после дождя начинает ярко светиться, чтобы ее легче было увидеть. Мама говорила, что в такие моменты нужно внимательно смотреть на нее. Этот мост очень быстро блекнет, потому что Кошки, получив мышиные хвостики, снова делают его невидимым, чтобы невыразимая красота Радуги не соблазняла живых как можно быстрее на ней оказаться. Вот за те короткие минуты, пока она ярко горит в небе, приглядевшись, можно заметить на ней своих родных, покинувших этот мир. Они смотрят оттуда и машут нам лапкой, чтобы мы знали - они счастливы за нас. Я видела это сама после весенней грозы... Или мне казалось, что я это видела... Я не знаю нашу дальнейшую судьбу. Сколько нам предстоит сидеть в этой клетке и ждать... Может, мы когда-нибудь сможем выбраться из нее. Может, кто-то сжалится только над тобой и заберет к себе. Обещай мне, если у тебя будет возможность увидеть Радугу после дождя, пусть даже только в окно своего нового дома, обещай помахать лапкой тем, кого ты там увидишь... Это будут твои братья и сестры, любовь моя... Скажи им, что я продолжаю любить их и прошу у них прощения за то, что не уберегла...

- Хорошо, мамочка, - заплакал Котенок, - но мне не нравится, что ты обо всем этом говоришь так, как будто мы уже прощаемся. Я не хочу с тобой расставаться! Мы увидим Радугу и помашем им вместе! Мне так жаль, что я совсем не помню их...

- Конечно, милый, как ты можешь помнить тех, кого никогда не видел... Но ты узнаешь их, не сомневайся!.. Ох, я так устала от своего длинного рассказа, словно заново все это пережила... Давай отпустим нашу боль и отдохнем, тем более, что вечернюю еду уже принесли. Ешь как следует, а потом ложись, я расчешу тебя и спою колыбельную, чтобы ничто не потревожило твой сон...

О, с какой тоской
Птица из клетки глядит
На полет мотылька!
(Кобаяши Исса)

(продолжение следует)