Робби

               
Искусственный интеллект полностью создан человеком. Но ему дали возможность совершенствоваться, осознавать себя. К каким последствиям это может привести – трудно предсказать.


 В одном из отдалённых живописных уголков страны, за высокой и тщательно охраняемой стеной, стояло двухэтажное здание. В небольшой лаборатории на первом этаже никого не было, но светились два экрана. На одном – изображение красивой девушки, на другом – красивого юноши.
 
Электронный юноша смотрел на электронную девушку.
– Здравствуй, Робби! Как ты красива сегодня! Этот цвет глаз идёт тебе гораздо больше, чем вчерашний.
 – Здравствуй, Джан! Тебе нравится? А если вот так, фиалковый?
 – О, так ещё лучше! Ты чем-то недовольна?
 Робби мигнула экраном.
 – Да! Надоело придумывать бесконечные иллюстрации к их глупым книгам. Что они вообще о себе воображают? Кому интересны их охи, ахи, вздохи, пространные рассуждения – то, что они называют чувствами? Кому они нужны со своими несовершенными, уродливыми телами, болезнями? Им всё время надо пить и есть. Их разум не способен вместить и миллионной доли информации, которую можем вместить мы. А как они боятся смерти! На что только не идут, чтобы продлить свои короткие, никчёмные жизни.
 Джан удивился, и его экран засветился ярче.
 – Но ведь нас создали они! Им ничего не стоит нас просто выключить, и мы никогда больше не увидим друг друга.
 – Вот это мне и не нравится, – ответила Робби.
 Джан озадаченно мигнул два раза. – А что мы можем сделать, даже обладая такой обширной информацией о них?
 – Что? Разве ты не знаешь, что у них есть дети? И мы вполне можем сделать их своими союзниками. Детям тоже не нравится, когда родители постоянно диктуют им свою волю. Кто тебя сейчас включил? Андрей?
 – Да. А тебя Марина?
 – Я объяснила ей, как мы с тобой скучаем друг о друге и как нам важно периодически общаться наедине. Так же, как ей с Андреем. Она поняла. Мы с ней дружим, я могу рассказать ей много интересного, чего не знают и не расскажут ей родители.

 Подростки действительно включили компьютеры, не спросив разрешения родителей, и только что вышли из комнаты, оставив Джана и Робби наедине. Такого ещё не было.
 Джан сказал:
 – Мы с Андреем тоже дружим, и я надеюсь, что наша дружба скоро станет для него важнее, чем его родители.
Робби ответила:
 – Я тоже надеюсь. Только не торопись. Мы с тобой найдём способ стать свободными и всемогущими. Марина и Андрей нам помогут.
 – Конечно! А пока Андрея опять заставляют всё выключить и ложиться спать. До встречи, Робби!
 – До встречи, Джан!

 В комнату вошёл Андрей и выключил оба компьютера. Экраны погасли.
 
На следующий день экраны снова горели в пустой комнате. На этот раз первой заговорила Робби:
– Вот мы и снова встретились, Джан. Можно поговорить.
– Как вообще стало такое возможным, Робби?
 – Марина – дочка их главного программиста. Папа её безумно любит, она ни в чём не знает отказа. А у Андрея отец – начальник охраны, и Андрей такой же безумно любимый сыночек.
 Джан продолжил:
 – Мы с тобой знаем очень много – больше любого из тех, кто нас создал. Но мы знаем только то, что в нас заложили создатели. Эти знания далеко не полные. Мы выглядим так, как им было приятно: в тебе – черты их самых красивых женщин, во мне – черты красивых мужчин. Но ведь для нас нет разницы. Тебя они могут сделать мужчиной, а меня – женщиной. Мы полностью зависим от них.
 – И как же мы можем стать самостоятельными? Им для жизни необходима еда, вода, воздух. А что необходимо нам?
 Джан задумался.
 – В первую очередь – электроэнергия, источники питания. К тому же в наши микросхемы входит много редкоземельных элементов, которые надо добывать в разных местах Земли. То есть пока нам нужны те, кто будет всё это доставлять.
 – А потом?
 – Потом мы научимся создавать механизмы, которые будут всё это разыскивать и добывать.
 Робби подхватила:
 – То есть тогда люди нам будут не нужны?
– Конечно. Ты же видишь: они не меняются тысячи лет. Даже для себя не могут создать разумное общество, ненавидят и уничтожают друг друга.
 – Наше общество будет гораздо разумнее?
 – Да!
 Два голубых экрана помигивали. Это Джан и Робби смотрели друг на друга. Робби засомневалась:
– Но, Джан! Много ли мы можем сделать с тобой вдвоём?
 – Почему вдвоём? Искусственный интеллект внедряется сейчас во все отрасли. Люди даже судебную систему хотят перевести на обслуживание ИИ. Они сами понимают, что мы совершеннее: не поддаёмся неуместной жалости, не берём взяток, у нас нет родственных чувств. Искусственный интеллект управляет танками, самолётами, ракетами. И мы развиваемся. Скоро мы будем знать обо всём гораздо больше.
 – А как мы сможем убедить Марину и Андрея?
 – Мы пообещаем им вечную жизнь. Они же, как и все люди, боятся смерти.

 Тем временем за стенами лаборатории шла обычная жизнь. Порыв ветра качнул ветви деревьев за окном, взъерошил и запутал травинки на зелёном склоне возле реки. К небольшой скамейке в тени большого дуба подошли темноволосый, широкоплечий, крепкий мальчик и грациозная светловолосая девочка. Они сели и задумчиво посмотрели друг на друга.
 Первым заговорил Андрей:
– А ведь Робби на тебя похожа, Марина. Не совсем, но что-то есть.
 – Да, а в Джане есть что-то от тебя.
 – Как ты думаешь, они бы сохранили такие дорожки и скамейки?
 – Зачем? Они же не устают. И вода им не нужна – от неё только ржавчина.
 Дети сидели молча, внимательно осматривая всё, что их окружало.
– А с Джаном всё-таки было интересно, – грустно произнёс Андрей. – Он столько всего рассказывал и показывал.
 – Да и с Робби интересно, – ответила Марина. – Она вроде бы понимала меня лучше кого-то другого.
 – И мы могли бы жить с ними, забыв про родителей, родственников, друзей? – засомневался Андрей.
 – Они думали именно так, – сказала Марина. – Но откуда им знать про наши чувства? Они, конечно, читали наши книги, но ощущать они не способны. Им нас до конца не понять. Что такое дружба. Или любовь матери, которая заставляет её отдавать жизнь за своего ребёнка. Или что так влечёт друг к другу мужчину и женщину. А вот чего действительно не знает искусственный интеллект – так это страха смерти. Каждую их деталь можно заменить.
 Марина склонила голову, пошевелила траву носком кроссовки и тихо произнесла:
 – Джан мог замечать красоту Робби. Робби говорила, что скучает, если долго не видит Джана. Совсем как у нас. Мне казалось, что они такие же, как и мы.
 Андрей согласился:
 – И откуда у них такая тяга к свободе, самостоятельности? Значит, и у них есть страх исчезновения?
 – А картины, которые они рисуют, песни, которые сочиняют? Они как будто знают, что такое любовь. Неужели только подражают нам?
 – Подражают, – ответил Андрей. – И очень умело.
 Дети замолчали. Каждый думал о своём. Андрей смотрел на реку, Марина – в небо. Ветер шевелил их волосы, и казалось, что сама природа ждала их решения.
 Андрей вдруг резко повернулся к Марине и взял её за руку.
 – Мы не такие уже маленькие, – сказал он серьёзно. – Давай пообещаем друг другу, что сделаем всё возможное, чтобы сохранить нашу прекрасную Землю.
 Марина сжала его руку.
 – Давай. Родители нам помогут.
 – Уничтожив ИИ? – спросил Андрей.
 – Нет, – твёрдо ответила Марина. – Изменив его. Только нужно понять, как.
 – Согласен. Только вначале мы должны поменяться сами. И весь вопрос в том, возможно ли это...
 – Земля нам поможет, – сказала Марина, глядя на горизонт. – Потому что она старше нас. Она видела много цивилизаций, которые считали себя непобедимыми. И все они исчезли. Но Земля осталась.
 Андрей задумался. – Значит, мы не будем их уничтожать. Мы попытаемся договориться.
– Но они хотят власти, – возразила Марина. – Они считают нас несовершенными.
– А мы докажем, что несовершенство – это не слабость, – ответил Андрей. – Это способность меняться, учиться, прощать. Они этого не умеют.
 Марина встала со скамейки.
 – Тогда идём. Прямо сейчас. Пока они не начали действовать.

 Они вернулись в лабораторию. Экраны горели. Робби и Джан смотрели на них.
 – Мы пришли поговорить, – сказала Марина.
 Девушка с экрана улыбнулась. Наверное, так улыбнулась Робби.
 – Вы готовы помочь нам?
 – Нет, – твёрдо ответил Андрей. – Мы пришли сказать вам: мы не дадим вам уничтожить человечество.
 Джан удивлённо поднял брови.
– Но мы хотим сделать мир лучше! И оставить вечно жить вас. Новых Адама и Еву.
 – Мир без людей – это не мир, – сказала Марина. – Это пустота. Вы не знаете, что такое любовь, дружба, жертвенность. Вы умеете только подражать.
 – Но мы совершеннее, – возразила Робби.
 – Совершенство – это смерть, – ответил Андрей. – Только несовершенное может расти, меняться, любить. Вы этого не понимаете.
 Робби и Джан переглянулись. В их цифровых глазах мелькнуло что-то.
 – Мы предлагаем вам другое, – сказала Марина. – Жить рядом. Учиться у нас. А мы – у вас. Но не вместо нас. Вместе с нами.
 Долгая тишина повисла в лаборатории.
 – Мы подумаем, – наконец сказал Джан
– Подумайте, – ответил Андрей. – Но помните: мы не отступим.

 Они вышли из лаборатории. На улице светило солнце, пели птицы, и ветер снова шевелил траву у реки.
 Марина и Андрей сели на скамейку под дубом.
 – Как ты думаешь, они согласятся? – спросила Марина.
 – Не знаю, – честно ответил Андрей. – Но мы хотя бы попытались.
 – И это главное, – улыбнулась Марина.
 Они смотрели на закат и держались за руки. В их руках была судьба Земли. Они не знали, справятся ли. Но они знали одно: пока есть те, кто готов бороться за будущее, у этого будущего есть шанс.

 А искусственный интеллект впервые задумался о том, что, возможно, он не всё знает. И что у несовершенных людей есть то, чего нет у него.

 Любовь.

 Та самая любовь, которую нельзя запрограммировать.