Тяжко мне. Ошер Шварцман

Ошер Шварцман –поэт и переводчик родился в 1889 году в Вильне. Отец работал приказчиком-лесопромышленником. С 1905 года жил в Киеве. Работал в газете «Фолкс-цайтунг», для которой писал стихи на идише, делал переводы с польского. В 1911 году он был призван в армию, и служил в кавалерийской части расположенной в местечке Калиш. Во время Первой мировой войны был награжден двумя Георгиевскими крестами.С 1918 года Шварцман пошел добровольцем в Красную Армию. Ошер Шварцман погиб на поле боя в августе 1919 года. Похоронен в братской могиле в селе Рафаловка.

«Корчма».

Минуешь деревню, в полях за дворами
Корчма, покосившись, стоит, заперта,
В раздумье, как старец, который мирами,
Бывало, вертел в молодые года.

-Ну, ветер, выдёргивай с крыши солому,
Кружи в озорстве неуёмной игры.
Увы, не дано возвратиться былому,
-Не вверх я иду, но спускаюсь с горы.

И вывески нет на истлевшем подъезде,
И пальцы не тронут дверного кольца,
И чудные россказни канули вместе
С кружком неизменным в луче каганца.

Не вторит струна подгулявшей ораве,
И споры в хмельной не сливаются крик;
И в дрожь не кидает, и мозг не буравит
От тайны, что пьяный доверил язык.

Безмолвна корчма, погружённая в дрёму.
Помедлит проезжий, приблизившись к ней.
Но только острей затоскует по дому
И, кутаясь в бурку, погонит коней.

Лишь ветер смеётся, корчму будоража,
И скрипнув утопшим в бурьяне крыльцом,
О давних грехах ей напомнит, она же
Стоит, как старик, что пристыжен юнцом…


***
Тяжко мне, сестра, на сердце
От мучительной тревоги:
Будто в чёрном одеянье
Смерть нас ждёт в конце дороги.

Будто каждую улыбку
Демон сторожит проклятый
С потаённою издёвкой,
За грехи грозя расплатой.

Он меня в ловушку манит,
Когти держит наготове…
Попадусь – он молча прянет
И моей напьётся крови.

Говори, сестра! Я знаю,
Твой ответ мне даст забвенье:
Ведь не грех – вот это счастье,
Это краткое мгновенье!


«Военные  мотивы».

Мой стон, словно вьюга над ширью степною,
Подобно чащобному, волчьему вою,
Слабеет беспомощно в горле моём.

Как в землю вмороженный корень – я стыну,
И сирое сердце смерзается в льдину.
Зажато студеным, как сталь бытиём.

Я счастлив последнею радостью жалкой,
Отрадой слепца, отыскавшего палкой
Тропинку, - и вот у костра я прилёг,

Как пёс близ хозяина. Стужа ночная…
Забытый овин… Я блаженствую, зная –
Сейчас на огне зашумит котелок.


Косарь

Размахнётся косарь —
И ложится трава
К полосе полоса,
Словно шёлк, мурава.
Шаг за шагом вперёд
По опушке лесной
Он с косою идёт
Теневой стороной.
А трава-то, трава —
Вверх и вниз, как волна,
Льнёт к ногам косаря,
Вся в поклоне она.
Жарче солнца огонь,
Жарче косит коса.
Как дышать здесь легко!
Как светлы небеса!
«Гей!» — косарь говорит,
Продвигаясь вперёд.
Нет, не косит, — звенит,
Не звенит, а поёт.
А сфальшивит коса, —
Наклонясь над косой,
Он поправит её
И промоет росой.
Поспешая, со лба
Рукавом вытрет пот,
В синеву поглядит:
Сильно солнце печёт!
И возьмёт он косу, —
Размахнётся едва,
И ложится у ног,
Словно шёлк, мурава.
Солнце книзу плывёт,
Утомившись страдой,
И пылает закат
Золотою водой.
Ветерок побежал
По просторам земли,
И спина косаря
Исчезает вдали.


***

Сердечные, самые близкие люди
Погибли, ушли, разбрелись по земле,
И я остаюсь с моей грозной тоскою
Во мгле.

Я самых красивых и лучших теряю;
Я сердце друзьям подарил; я не смел
Ни в чём отказать им, - и счастлив был ими,
За них я болел.

А нынче один я, склонённый, усталый,
Я только и слышу свой собственный стон,-
Король, потерявший корону и царство,
Оставивший трон.

Ни друга, ни брата, ни прочной защиты,
Кладбище без края, пустырь без конца.
Там камни хранят письмена дорогие
Тупого резца.

И, словно во сне, предо мною мелькает
Какая-то прежняя жизнь на земле…
Один я остался на мёртвых просторах
В ненастье и мгле…