41 Тату-салон Игла и грех. Ошибка мастера

Буч, двухметровый бородач, сегодня явно не в духе. У него так сильно разболелся коренной зуб, что он едва сдерживает рычание, прикладывая к опухшей щеке холодную банку газировки.
В кресле перед ним суетится Арсений — классический интеллигент в самом разгаре кризиса среднего возраста. В его глазах горит фанатичный блеск стратегического гения.
— Буч, дружище, ты должен меня спасти! — Арсений умоляюще складывает руки. — Задача ювелирная. Через три дня у нас с женой Леной тридцатилетие свадьбы. Жемчужный юбилей! А еще через день — ровно три года, как я порхаю на крыльях любви с моей музой, Линой. Понимаешь? Лена и Лина! Разница всего в одну букву!
Буч хмуро мычит сквозь сжатые от боли зубы и недовольно берет трансферный карандаш.
— Я всё просчитал, — шепчет Арсений, сияя от собственной изобретательности. — Набей мне буквы Л, потом оставь пропуск, а затем Н и А. А вот вместо второй буквы — прямо по центру — сотвори изящный, модный цветок! Такой бутон, чтобы Лена увидела в нём букву «Е», а Лина — букву «И». Это же гениально! Подарок вечности сразу обеим женщинам! Безопасно, экономно и невероятно романтично!
Буч издает глухой стон — зуб прострелило с новой силой. В глазах татуировщика темнеет. Он чертыхается про себя, натягивает перчатки, включает машинку и, мечтая только о кабинете стоматолога, начинает судорожно вбивать пигмент под кожу клиента. Арсений блаженно жмурится, представляя, как ловко обвёл судьбу вокруг пальца.
— Готово. Забирай, — бурчит Буч через полчаса, швыряя машинку на стол и сразу тянясь к таблеткам.
Арсений радостно подскакивает к зеркалу, смотрит на предплечье... и каменеет. Лицо мгновенно бледнеет.
Вместо изящного цветка-трансформера между буквами «Л» и «Н» красуется жирная, размашистая, наспех набитая буква «Ё». Из-за адской зубной боли Буч вообще забыл про чертов цветок, криво прочитал эскиз и просто влепил две жирные точки над несчастной гласной. На руке Арсения чётко, брутально и бескомпромиссно выведено: ЛЁНЯ.
— Что это?! — Арсений хватается за волосы, его голос срывается на ультразвук. — Какая «Ё»?! Какой Лёня?! Где мой цветок?! Ты погубил мою жизнь, мясник!
Буч, прижимая ладонь к щеке, сурово смотрит на паникующего клиента:
— Слышь, Живаго... Зуб раскалывается, не ори. Скажи спасибо, что не Люся. Вали отсюда.
Арсений выбегает из салона в абсолютном отчаянии, мысленно прощаясь и с браком, и с любовницей. Настоящий крах. Но на полпути к дому, посреди улицы, экзистенциальный ужас сменяется озарением гениального комбинатора. У него же есть сын Лёня! План спасения кристаллизуется мгновенно, но в нём не хватает одной детали.
Через два часа дверь салона снова распахивается. Входит Арсений. Буч, прижимающий к щеке уже пакет со льдом, сочувственно кривится:
— Опять ты? Чего тебе, Живаго? Я же сказал — перебивать только в чёрный квадрат.
— Не надо квадрат! — Арсений решительно садится обратно в кресло и закатывает рукав с ещё горящим от краски «Лёней». — Буч, врубай машинку. Мне нужна одна маленькая деталь прямо возле буквы «Ё». Набей там аккуратную звёздочку.
Буч удивленно приподнимает бровь, но спорить сил нет. Машинка жужжит тридцать секунд, нанося финальный штрих. Арсений с облегчением выдыхает, расплачивается и уходит во всеоружии.
Проходит неделя. Арсений снова заглядывает в салон — уже просто проведать мастера. Буч, уже со здоровым зубом и в хорошем настроении, встречает его у порога:
— О, явился. Ну что, живой? Сработала твоя звезда?
Арсений вальяжно проходит, садится в кресло и с блаженной улыбкой победителя приподнимает рукав, демонстрируя заживающего «Лёню» со звёздочкой.
— Знаешь, Буч... Пути Господни неисповедимы. Прихожу я, значит, к Лине. Из глаз слезы, руку прячу. Она допрашивает, я сдаюсь, показываю тату и вру на ходу: «Прости, бес попутал! Испугался в последний момент, что твой цветок-шифровка в имени Лина слишком очевиден и сразу обнажит перед женой всю правду. Вот я в панике и зашифровал твоё имя в имени нашего сына — видишь, наколол возле буквы "Ё" маленькую звёздочку? Для Лены это просто буква "Ё", а для нас — тайный знак, имплицирующий твою букву "И"». Лина замерла, а потом ка-а-ак расплачется от умиления! Сказала, что это так трогательно — увековечить сына, оставив секретный шифр для неё. В общем, ночь была незабываемой.
Буч качает головой, поражаясь наглости:
— Да ладно? А жена? На тридцатилетие свадьбы ты ей тоже Лёню со звездой продал?
— Естественно! — Арсений тихо хихикает. — Лена посмотрела на руку, минуту молчала, а потом обняла меня так, как не обнимала со дня венчания. Я же ей зеркальную историю выдал! Сказал, что звёздочка имплицирует её букву «Е», дополняя имя нашего мальчика, и теперь это наш главный семейный оберег. Сказала, что Лёнечка — это главный плод нашей тридцатилетней любви... Вчера они с сыном мне даже торт испекли. Так что твой больной зуб спас меня от двойного расстрела. Официально запишем эту звезду как «символ путеводной звезды нашего рода». Гулять так гулять!