город осени...

из подъезда выйдешь, объявления:
продам квартиру,
продам, продам, продам;
завод лихорадит, меняются собственники;
завод освобождается от «излишеств»:
уже как года три закрыли метзаводской магазин, в котором продавали метзаводскую посуду, продукты социального метзаводского комплекса, был отдел выпечки, много выставляли разных салатов; много чего было, а теперь помещение пустует;
знакомые попросили термоса купить, в Челябинске они намного дороже; все магазины обегали, еле нашли, остатки распродают, да и здесь цены взлетели;
цех нержавеющей посуды закрыли;
цены на посуду удивительные;
ладно, мы баки для новой бани успели купить, если на сегодня, то нам бы баки обошлись тысяч в тридцать: где деньги, Зин?

закрыли профилакторий, а там такой коллектив работал! медсёстры – золото;
и куда теперь податься нуждающемуся человеку?

в этом году ещё было сокращение;
что будет с заводом, что будет городом?
продам, продам, продам…
разъезжаются работники;
город в целом приобретает вид на дожитие, как пенсионеры…

лето прошло,
дни осенние,
городок возвращает патриархальность и преумножает её;


лето прошло, городок приобрёл прежний патриархальный вид;
гости разъехались;
молодёжь – учиться и в поисках светлого будущего, а кто выучился,
искать, где земля как сладкий морс…

прохожих немного и в основном это люди, которым уже за…
ходят неспешно по своим делам, по своим заботам и тревожностям
или гуляют в умилительности с внуками и внучками;
школьники в чёрном и широченном (может это ещё поддерживается не только модой, но и на бессознательном уровне: очень жаждется свободы и вообще – жить по-своему);

дни погожие,
бабье лето пришло такое, каково и должно быть;
светло-голубое ясное небо, но дымка, чуть заметная, светлит купол;
солнышко в размытых очертаниях греет, но не палит так нещадно, как летом;
ветерок - лист не шелохнётся,
а если чуть и пройдёт, то – ласково и осторожно, по-дружески;
липы в листве – тёмно-зелёные;
листва не желтеет, а сохнет в буро-коричневый цвет и опадает;
и у берёзок почти тоже самое, хотя листва – светлее, но тоже какого-то неопределённого тёмного тёплого цвета, тусклая, глухая;
вот что обращает внимание:
как только упала листва на траву, на тротуар, то сразу начинает «прихорашиваться», приобретает чистые разбелееные пастельные звучания;
вся гамма тёплых тонов представлена от светлого какао до глухого тёмно-светлого шоколадного, а меж ними – охристые, кремовые,  смягчённые медные, бронзовые оттенки, блеклые, дымчато-золотистые;
неяркое, но – светлое…
гамму цветовую умозрительно выстраиваешь,
а листья в натуральном виде на земле –
проникновенная мелодия, которая, хочешь – не хочешь, трогает всякие сердечные струны…

ручьевые потоки опавшей листвы по краям тротуаров, по краям дорог, на газонах, - хороши несказанно…
лад и совершенная гармония,
умиротворение всего происходящего…
так ли это?

сбавил свою активность городской шум, поубавил нервозность и спешку;
немного машин, да и они не торопятся;

яркий «предмет» на улице Озимина – молоденький вяз:
листва сочная, в блещущий лимонный цвет;
лист на ладонь положить – светится;

контраст – серый асфальт и «ручной» музыкальный ковёр на газоне;
солнечные золотые пятна, голубые тени;
где травы больше, где листьев, а всё – приглядно, тихо-покойно…
а там, в верхах,
ветерок раздвинет, раздует лохматые ветвистые облака,
откроет голубое, снимет дымку,
и на фоне голубой глубины ясно проглянут изящные тонкие ветвиночки, которые как нити спускаются с толстых ветвей берёз и чёрные замысловатые ветви лип, словно руки, поднимающие ладони к небу…

на доцветающих клумбах серебряная  цианарея и петунии самые разные: сиреневые, голубые, розовые, густые фиолетовые,  бордовые, пурпурные…

трава, где нет листвы, словно только что народилась, -
весенней свежести и чистоты – приглашает пройтись босиком;

на скамейке на аллее у магазина собираются ашинские «пикейные жилеты», пенсионеры, бывшие рабочие АМЗ;
дородные пузаны, которые горячо говорят за политику и всё остальное;
страсти кипят;
как им не кипеть?
при всей патриархальности бытия и здесь – жизнь;
свершаются драмы и трагедии;
здесь горе и радости, зависти и восхищения, мошенничество и благородство, сплетни и сердечные беседования;
здесь – любовь и ненависть,
здесь же – такое болото, что завязнешь –и не вылезешь;
здесь – высокие вдохновения и – дышать нечем…
здесь – как и везде;
различие – в масштабах;
да и масштабы – может быть простое умножение? и количество не переходит в качество?
недавно наш бывший ученик, а ныне весьма успешный деятель с прекрасным настоящим и ещё более замечательным будущем, который всё складывает как должно, в беседе сказал:
-столица  – большая деревня!
может он и не совсем прав, или совсем не прав, но – есть мнение…

хорошие погожие дни, есть  них умиротворение;
может быть их сотворили Высшие Силы как наставление,
напутствие, обращение:
-людь-человече, куда ты всё бежишь-торопишься?
охолонись!
сегодня – настоящее, сего дня – жизнь,
не бойся, сочти свои дни…

осень…
хочется всё:
в Точильном пребывать всеосенне,
в Миньяр,
в Широкий дол,
по окраинам,
по горам-лесам,
по улицам городка бродить и бродить;
созерцание и жажда запечатлеть ускользающее…

по городу, по центральной улице, улице Ленина (бывший Большак);
её понемногу приводят в надлежащий вид, хотя это и невозможно –
на первых этажах магазины и магазинчики, бутики, ювелирки , стоматологии, аптеки, закусить-перекусить и т.д. – всё, что душе угодно,
и даже из самого Парижа что-то вкусить ашинцам привозят…
асфальт положили, отремонтировали дорогу, выставили новые светофоры, знаки, указатели – вполне современный цивилизационный уровень,
правда уже месяц, как всё не могут на перекрёстке закрыть ливнёвку, а старые столбы бетонные так и лежат на газонах и сами газоны присыпали землёй кое-где и на этом остановились, но это – мелочи…

листва шумит под ногами, небо в листве и ветвях-письменах,
солнечный свет, тени,
идти да идти – день никогда не закончится,
и всякая торопливость здесь неуместна…

хочется, не отрываясь, денно и нощно, писать и писать –
в цвете, в словах, в линии…
а более всего  - ничего не делая и ни о чём не думая,
созерцать осеннее  умиротворение,
упиваться патриархальной гармонией,
не понимая зачем и почему оно так трогает и волнует…

а всё же  зачем и почему?
это схоже с музыкой:
почему определённые звуковые сочетания так воздёйствуют на человека?
почему музыка так влияет на человека?
какой ответ?
скучное перечисление того, как влияет музыка на физиологическом, психологическом, социокультурном уровнях;
да я на собственном опыте, и не только, знаю, что влияет;
вопрос: почему?
в ответ что-то невнятное про эволюционную память, ассоциативные связи, физиологию, синестезию и индивидуальные особенности…
что делать?
созерцать день преходящий как нескончаемый…

и вновь на центральную улицу в солнечных пятнах,  в голубых тенях,
розовых домах, в асфальте, в газонах и тротуарах, в листве…
в задумчивом шелестящем шуме…
прохожие неспешные,
а на скамейках – собеседники…

знакомых встретим:
как и что, как дела, как здоровье?
дети, внуки и внучки, сады-огороды, коммуналка, здоровье и всё такое;
а в поликлинике, а в школе, а в культуре…

про политику…
а что про неё говорить?
столько конспирологических бредней…
обсуждать нет никакого желания, наше дело – правое…
есть куда обратиться: к русской истории, к русской философии и литературе,
а если очень конкретно про сегодняшнее –
протоколы Нюрнбергского процесса…
что добавить…

«добрые» цены верны себе – кусаются;
вдруг, с чего бы это, хотя и понятно, с чего, вздорожал сахар –
под сто рублей; где-то, если повезёт, можно найти за восемьдесят;
отдельная тема – топливо;
мясо, говядина, мякоть, по 1130, с костью – 900; свинина более-менее съедобная – 500-600, сало солёное – под 900, хлеб 300 г – 25, хлеб 600 г – 70,
кефир 500 г – 50, яйца – всякие цены есть, от 70 и выше; сыр – роскошь; и вообще, есть надо поменьше. а двигаться больше;
а рыба? да где она, рыба? лежит в витринах побитая-пограбленная, сколько раз замороженная и размороженная;
вот начнутся ярмарки, тогда …

ясный день,
тихий день,
без ветерка, но с благожелательным дуновением,
добрый,
погожий,
тёплый да ласковый,
хороший,
памятный…
солнышко проглянет ярче, засветит листву и асфальт, дома и тротуары, лиственно-травяные газоны, заиграет в окнах, озолотит прохожих;
ветерок пройдёт, ласково и нежно тронет опавшее
и словно кто-то, Высший, Благой, вздохнёт чуть слышно
и также чуть слышно скажет:
здесь…

рынок небольшой, но в выходные дни почти что праздничный;
всё вперемешку, всё со всем;
даже если не покупать, то полюбоваться, и то привлекательно:
яблоки, опята, чага, душица и зверобой, веники дубовые и берёзовые, соленья-варенья и приправы, хреновина с помидорами, капуста, кабачки, тыквы, хрен отдельно, цветы – безвременники, гортензии, много комнатных,
мёд в разных видах и какой хочешь, помидоры, цветы сентябрики разноцветные, а ещё астры и хризантемы многолетние на рассаду;
чеснок, картошка, морковь, даже огурцы, уже поди последние;
саженцы, малины ремонтантная…
у  южан – полный набор фруктов, цены – соответственные; делают как бы скидки и «прощают» когда сверх – три, пять, восемь рублей, но  мы им «прощаем» примерно также; такое вот сотрудничество;
интересно наблюдать, как растёт благосостояние торговцев:
начинают скромно, стараются всем угодить, а потом, года три-четыре, освоились, приноровились, уже и авто навороченное, и дети в престижных институтах или также по торговой части;
завидно? чему завидовать?
всё время надо крутиться, из блохи что-то выкраивать;
продукты, они такие, особенно овощи и фрукты, чуть варежку разинул, - пропали; опять же надо возместить ущерб и прибыток получить;
цельные дни – за прилавком: купи-продай!
сплошное головокружение…

приобрели  безвременник в сад точильненский; всё было как-то недосуг;
такая покупка больше на беседу похожа:
-где посадить, где лучше, как поливать; а у Вас где растёт, что в этом году выросло, каков урожай…
да, в Интернете всё есть, но здесь – свои, доморощенные,
хотя и тоже в отличии: у городских садоводов в сравнении с точильненскими и земля теплеет недели на две-полторы раньше и, соответственно, всякий овощ сажают раньше, и он раньше вызревает, и цветам тоже к точильнескому климату надо приноравливаться…

в патриархальности, в повседневности вязких обыденных дел, в обывательском умозрении всё же есть много здравого и здорового, важно, чтобы было и другое…
а в погожий день – всё гармонично и в ладу…

только…
на площади у Дома культуры – машины, машины, машины;
снова похороны… сколько парней и мужиков ушли…

статистика такая, как и в большинстве уральских городков:
смертность превышает рождаемость, а количество распавшихся браков равно половине браков заключённых;
как говаривал один из героев Виктора Астафьева: «тихий узас, тихий узас»;
но стало больше малышни – им годика по  два-три, как они умилительно  важно шествуют с мамами: радость – растут!
а на перекрёстке семья многодетная и все на велосипедах и самокатах;
самый мелкий, три годика, на самокате заправски катит – залюбуешься, как хорошо, так хорошо, что даже и завидно;
Людмила озвучивает:
-хочу самокат!
-вот завтра в Точильный поедем и будут у нас с тобой тридцать три удовольствия: тачка, коса с маленькой косой, ножовки, секаторы, лопаты и всякое такое и – самая суть –
такой же ясный погожий день;
-точно-преточно?
-преточно-точно!
-и банька?
-да хоть вся вселенная вернись в сингулярность, а баньку всё равно истопим!
-а костёр и печёная картошка?
-а чего ради мы в Точильный? костёр, банька, а всякие там работы – это для забавы, чтобы не скучать до баньки…

по рынку мама с дочкой гуляют; дочке годика два с половиной, три, шествует впереди, мама чуть сзади; обе аккуратные, со вкусом одетые и улыбчивые; дочурка как ангелочек: светленькая, кругленькая на мордашку, умилительная, улыбчивая и серьёзная в одно время; и в личике, и во всём её виде написано: как же всё это хорошо…
написано… счастливое мгновение написано… дай Бог…

знакомые,
коллеги по работе:
зовут, приглашают на работу, что приятно моёму глупому тщеславию,
а вот за Людмилу рад, что хоть сейчас – в школу и за репетиторство – пожалуйста!
спасибо, доброе слово и кошке приятно…

на Остров, к Храму и далее через мост по меридиану…
прогуливающихся достаточно, много молодых семейных пар с детишками;

высокое небо, гладь воды, отражение горы – Липовая плывёт;
лес на горе набирает цвет; кроны клёнов наливаются густым оранжевым, вязы отзываются лимонными всплесками, черёмушник жухлый, но добавляет своеобразие в цветение…
на нашем берегу, почти нам навстречу,
у края дорожки  – молоденькая осинка;
не заметить невозможно:
в ярко-красных и плотных оранжевых монетках-листочках на фоне почти чёрной воды (из-за отражения горы Липовой);
листья чуть колеблются, дрожат, трепещут –
что-то стараются сказать, прошептать-прошелестеть…

солнце садится за Цементовый посёлок,
за улицей Зелёной у самого подножия горы; 
остался краешек, ещё несколько вдохов и – скроется…
а на востоке  над горами невысоко половинка луны – большая и бледная; зеркало реки отражает купол небесный, а где отражается лес – темень; сумерки наступают, густеют тени;
в самой глубине берега и леса тени стали и вовсе непроглядные;
ели-копья ещё явственнее вычернились фоне угасающего, но всё ещё светлого, пыльно-бирюзового неба;
уточки крякают, и от реки тянет сыростью и тиной;
речка сильно заросла и продолжает зарастать водорослями и заиливаться;

соседка наша добрая, Надежда Петровна, тоже на меридиане со своей подружкой Галей;
-какой же вечер прекрасный!
-безусловно…
-осинку видели?
-да уж мимо не прошли!
-какая красавица! мы сколько с Галей стояли любовались! умела бы рисовать, обязательно бы нарисовала;
-рисовать все умеют, только каждый по-своему;
- не скажи, вот я рисую собаку; нарисовала морду, туловище лапы; лапы две нарисовала, а ещё две куда пристроить?
- не скажи, вот я рисую собаку;
нарисовала морду, туловище, лапы; лапы две нарисовала, а ещё две куда пристроить?
а луна какая большая!
- солнышко уходит, луна восходит, а в человецех мир и благоволение;
-да уж какой мир…
скорее бы уже отопление включали; у меня Петрович стонет – мёрзнет4
а вы как?
-да пока в Точильном – избушку топим, в баньке моемся, домой приедем – тепло;
-а мы сейчас с Галей на новые постройки  смотрим – жаль, какие дома ушли!
ведь было как, хотя бы и на Толстого, или на Дубовую к маме иду – любуюсь: дома опалубленные, около дома палисадники, в палисадниках цветы, ворота распашные с крышей и калиткой; у каждого палисадника – лавочка; вечером иду – у каждого дома соседки сидят, что-то обсуждают;
подойти, поговорить так просто было;
-смотрите, луна-то какая большая! а солнышко – маленькое;
как же всё у нас…
-а я деревню вспоминаю из детства; тропинка, избы, изгородь-тын,
ворота большие, крытые, на три столба; калитка и распашные ворота;
в доме печку растопить –так сразу уютно…
из сада иду, несу урожай, присесть бы, отдохнуть, - нигде скамеечки нет;
скамеечки нет, там, где надо; а всё же какие хорошие дни…
-душевные дни, душевные люди навстречу…
милые женщины, живые сердца, отзывчивые на доброе, прекрасное…
милые женщины, и пусть года забирают своё, но вы – прекрасны,
на вас – мир стоит…

темнеет, тени набирают густоту, замерцали огни, а осинка всё ещё красуется, всё ещё её листья на виду…

-как тебе здесь?
-тысячу бы лет…

запечатлеть этот миг во всей простоте и сложности…
запечатлеть во всей его единственности…

*графика - работа автора