Счастье возраста не имеет

— Как вам это кафе? — спросил Никита, расплываясь в белоснежной улыбке. Ямочки на его щеках, при всей его брутальности и мужественности, придавали лицу нежную детскую непосредственность.
— Очень милое, — улыбнулась в ответ Вера, немного смущаясь.

Парень выглядел старше своих лет, но не настолько, чтобы не понять, что разница в их возрасте колоссальна. Нет, в сыновья бы, конечно, он не подошёл, но за сильно младшего брата точно сгодился бы. Вот как раз сестре Ленке такого красавчика бы в самый раз. Вместо её постоянно угрюмого Славика.

Вера уже начала забывать, как тот выглядит на самом деле. Каждый раз, когда приходила к сестре в гости, Слава буркал что-то из-за своего компьютера и продолжал рисовать какие-то схемы, чертежи и… Ленка смеялась, что он готовит план по завоеванию мира своим изобретением. Муж Лены работает над этим проектом уже лет десять или больше. И пока ни конца ни края, ни какого-нибудь просвета в конце туннеля не видать даже через бинокль.

Как сестра умудрялась родить от этого Ждуна-покорителя троих детей, содержать дом, бегать с детьми по поликлиникам и кружкам, наводить дома уют и порядок и при этом успевать следить за собой, Вера не понимала. Сколько раз предлагала свою помощь, но Ленка отмахивалась, ссылаясь, что не стоит нарушать её слаженный механизм незапланированными пустотами. Может быть, она что-то недоговаривала, и у них дома был робот-помощник, созданный Славиком втихаря от основного рабочего проекта? Так думала Вера. Раньше.

Сама Вера  Дмитриевна работала руководителем отдела в филиале одной крупной фирмы. Начальство у них появлялось редко. Присылаемые отчёты тех вполне устраивали. Да и филиал состоял всего из пяти сотрудников, уборщицы бабы Клавы и охранника деда Коли.

Уборщица и охранник познакомились у них на фирме, через полгода расписались, и вот уже пять лет счастливо живут вместе, показывая кукиш своим детям на долгожданное наследство в виде двух двухкомнатных квартир. В одной живут сами, другую сдают и каждые выходные ездят на загородные экскурсии или в санатории.
— Вот, Верка, бери пример с КлаКо (это пару Клава и Коля так называли за глаза сотрудники за то, что те всегда были вместе и друг другу помогали: Николай мыл полы вместе с Клавдией, а та подменяла его иногда на посту охраны, когда он шёл на дневной сон), — говорила Лена. — Им уже под семьдесят. Они бодры, веселы, поженились после шестидесяти. А тебе только сорок шесть. Ещё о-го-го сколько впереди.
— Спасибо, что не вся жизнь...
— Ну хватит уже по своему Лёне томиться. Да, погиб, жалко. Но уже почти двадцать лет прошло. Мишка твой уже скоро жену приведёт, а ты всё одна да одна.
— Ну а где я тебе ухажёра найду? В машине пока в пробке стою? У нас в офисе только один мужчина, да и тот на бабе Клаве женился. Я и ему не подошла. Мне выйти на улицу и кричать: хочу замуж?
— Надо будет — и покричим! Но сначала… Давай тебя на сайте знакомств зарегистрируем, а?
— Не-не-не. Я в это всё не верю. Да и боюсь, если честно.

Подобные разговоры продолжались долго, часто и как-то так поднадоели, что однажды Вера не выдержала и после третьего бокала вина согласилась. В голове приятно шумело, на душе было тепло и спокойно, а тут сестра опять со своим занудством. Ну, а что терять-то. Зарегистрируется, попереписывается, встречаться же никто не заставляет.

И вдруг в их разговор вклинился Славик, притащив ноутбук. Вера от неожиданности даже вином поперхнулась.
— А давайте я вам помогу?
— Но с условием, что всё по-честному. Ик. И возраст, и что сын взрослый, но без указания прописки и места работы. Ик, — в ультимативной форме заявила Вера.
— Прописку там не требуют, работу можно не указывать, а возраст… Верочка, но ты же выглядишь младше меня. Такая шикарная фигурка. Тебе никто не даст…
— А я говорю, честно! Ик.
— Дамы, я уже всё сделал, нужно только фото, — радостно сообщил Славик и оскалился.
— Фоткай! Ик, — и Вера грациозно свалилась со стула, пытаясь принять эротичную позу.

Выпив стакан воды, для подавления икоты, которая нагрянула вместе со Славиком, женщина была усажена на стул возле гардины, причёсана, подмазана и сфотографирована.

На следующий день Веру разбудил телефонный террорист. Иначе звонок в шесть утра субботы, назвать было нельзя. Не отнимая головы от подушки, женщина нащупала аппарат, уронила его, пытаясь взять с тумбочки, смачно выругалась, пошарила под кроватью, нашла злобный тренькающий кирпич, несколько раз тыкнула в него для ответа.

Звонок продолжил выносить спавший ещё мозг каждой нотой за пределы Вселенной. Пришлось задействовать некоторые сенсорные устройства тела: приоткрыть один глаз. Мутный внешний мир больно ударил светом по роговице и продемонстрировал прямоугольное пятно телефона, лежавшего экраном вниз. Стало понятно, почему тыканье не помогли выключить звонок и включить связь.

Наконец, палец попал в нужное окно, и проклятое устройство (для облегчения существования в современном мире) заткнулось. А — нет, не заткнулось. Только звонок прекратился. Нужно будет его поменять потом. Бесит! Теперь телефон заговорил голосом сестры.
— Верка, Верка, ты спишь, что ли? Никак до тебя дозвониться не могу. Хватит спать, счастье своё проспишь.
— Леночка, счастье — это как раз поспать в субботу…
— Какой поспать, у тебя там пятнадцать претендентов на сердце. И это мы ещё со Славиком восьмерых сразу отшили. Больно подозрительные были.
— Я не люблю сердце, ты же знаешь. Язык ещё туда-сюда, а все эти почки и сердце — фу-у.
— Твои почки пока никому и не нужны. Нужно только твоё сердце.
— Мои? Я не хочу быть донором. А как же я сама буду без сердца жить? Ты что! — Вера даже проснулась от такого заявления сестрицы. Ради кого это она там решила сестру старшую прибить и сердце отдать?
— Причём тут донор. Ты рехнулась, что ли? Ты что обо мне подумала! Или ты вчера перепела схватила и никак не очухаешься?
— У тебя разве вчера перепела были. Мы же вроде рыбу ели?
— Так, всё понятно! Немедленно вставай, мы скоро будем.
— Кто: мы?
— Мы со Славиком.
— А он умеет выходить из квартиры? — совсем уже проснулась Вера.

В трубке кто-то выругался, потом что-то пробурчали, потом заржали, потом опять выругались и отключились.

Вера села на кровати, пытаясь понять, что вообще сейчас было. Потом её накрыли смутные воспоминания вчерашнего вечера. Вино, рыба, муж сестры, фотографирование… Точно! Сайт знакомств. Пятнадцать человек ответили? Даже больше…

Как? Что же теперь делать? Куда бежать? Лена! Точно. Ленка должна помочь. Нужно пойти к ней и во всём разобраться. Привыкшая к быстрым сборам, через пятнадцать минут в полном боевом обмундировании (чёрное облегающее платье и туфли на шпильке) Вера открыла входную дверь и столкнулась нос к носу с сестрой, которая собиралась уже звонить.
— А куда это ты собралась, позвольте узнать, мадам? — насупилась Ленка.
— К тебе, — удивилась прозорливости младшей сестры Вера, пропуская их с мужем в квартиру.
— Куда ко мне? Я же тебе сказала, что мы сейчас придём.
— Да? Ой, точно. Я просто спросонья плохо соображала ещё. А потом, как главную новость поняла, как испугалась. И решила к тебе за помощью бежать.
— Всегда поражался, как вы девки на таких копытах бегаете, ха, — вставил своё веское слово бывший «Ждун».
— Ты и правда из квартиры вышел? — ещё больше удивилась Вера. — Я думала, что ты от своего компьютера вообще не отходишь. Последние пятнадцать лет только твою спину и затылок и видела.
— Э-э-э-э… Я просто вам с Леночкой мешать не хотел. Вы там о своём, о девичьем трещали, чего я вам-то мешать буду.
— Ну ты, Верка, и даёшь. Я всё ещё поражалась, что ты так переживала, будто я одна всё по дому делаю…
— А что нет? Робот помогал?
— Какой робот? Мы всё со Славиком поровну делали. Ты меня вообще, чем слушала все эти годы?

Вера как-то резко вспомнила многие рассказы Лены о том, какой у неё замечательный муж. Но на взгляд женщины, он был слишком угрюмый и страшненький. Она бы в такого точно никогда не влюбилась.

Следующие пару часов прошли в бурных обсуждениях, спорах, сравнениях и хохоте. Из пятнадцати претендентов на общение с Верой в итоге оставили троих.

Неделю женщина вела бурную переписку. На работе сотрудницы даже начали подозрительно коситься на странное поведение начальницы. Баба Клава прямо спросила: «Ты чё, влюбилась, что ли, девка, али шо?» А дед Коля постоянно подмигивал и ухмылялся в свои гусарские седые усы.

Через неделю один из кавалеров по переписке предложил встретиться. В парке. Ленка, Славик и Вера подглядывали за ним сзади с соседней дорожки. В сообщениях мужчина был очень интеллигентен, сдержан, начитан и эрудирован. Веру ещё подкупило его умение играть на гитаре. 

На лавочке же сидел огромный тучный мужик в заношенной куртке. Он раскинул руки в обе стороны вдоль спинки, положил ногу на ногу и что-то фальшиво напевал. При этом подсвистывал проходящим мимо девушкам, и когда те ускорялись пройти мимо него, громко ржал.
— Он пьяный, что ли? — выдвинула версию детектив Елена.
— Точно так, — подтвердил её догадку муж.
— Что-то он у меня совсем не вяжется с тем, кто мне писал, — созналась Вера. — Может быть, это не он? Как бы узнать, Роман это или не Роман...

Славик решил взять удар на себя и отправился к мужику. Сёстры не слышали, о чём разговорились мужчины, но бугай на прощанье пожал Славику руку и резко куда-то свалил.
— Это Роман. 
— А как ты узнал? — прищурилась Вера.
— Секрет мужского общения. Пошли уже, пока не вернулся Роман не твоего романа.

В сети Роман больше не появлялся, Вера его заблокировала.

Следующий на встречу напросился Василий. После предыдущего недосвидания, от этого никто уже ничего путного не ждал. Но как ни странно, мужчина оказался вполне приличный. Старше Веры лет на десять. Очень опрятный, хотя и простой водитель такси. Обходительный весёлый балагур. Пригласил в кино. Ни разу не позволил себе ничего непристойного. Проводил до дома. И даже не стал напрашиваться на «чай». Но перед самым уходом просто убил последней фразой.

Вера была ошарашена. Ему скоро шестьдесят, а он ищет женщину помладше? Внучку себе в жёны, что ли, хочет? Был бы ещё миллиардер, а то простой водитель такси. Ну мужики и дают, однако.

И вот сейчас Вера Дмитриевна, сорока шести лет, сидела в кафе с третьим кавалером, которому ещё не было и сорока, и размышляла, что парень жутко хорош, но нужно отсюда валить.

Никита был одет в тонкую водолазку тёмно-синего цвета и шерстяной пиджак неформального кроя более светлого оттенка, слегка зауженные книзу брюки из хлопка, золотая печатка на среднем пальце, такой же браслет. Гаджеты были из последних моделей. Причёска, ногти, весь его вид говорил, что он успешен. А эти ямочки на щеках просто выбивали у мозга почву под ногами.

 Уютное освещение кафе, мягкие кресла, тихая мелодия… Всё действовало расслабляюще, пока женщина не увидела его ботинки. Чёрные стоптанные кроссовки, которые явно забыли протереть перед выходом. Сразу создалось впечатление, что парня одевали, как говорят "с миру по нотке" и последняя была фальшивая.

Почему-то сразу вспомнился Гоша в электричке и с самоваром из известного всем фильма. Вот просто жуткая фальшивая нота во всей этой сюите встречи.

Никита что-то рассказывал, мягко обволакивая уши своим баритоном, но Вера уже не могла на него смотреть. Она изучала кроссовок, который торчал сбоку из-под стола, как что-то совершенно лишнее в образе мужчины.
— Вы так застенчивы, даже глаза на меня поднять не решаетесь, это так подкупает, — заливался соловьём Никита.
«Может быть, у него собака погрызла ботинки, и пришлось надеть уж что было?» — размышляла Вера.
— У вас есть собака? Или кот?— уточнила женщина, не отрывая взгляда от пятна на кроссовке мужчины.
— Нет, что вы. От собак дома столько шерсти и грязи. Я не люблю животных.
— Жаль, а у меня как раз есть и собака, и кошка, и даже улитка.
— Улитка?
— Ну да. Большие такие, знаете? Ахатина называется. Муля. Собака Бейби и кошка Рыся.
— Какие интересные у них имена. И давно они у вас?
— О, очень давно. А у каждого имени...
— Это хорошо, значит, скоро подохнут и новых можно будет не заводить.

Веру как-то передёрнуло от этих слов, и сюита резко закончилась. А одинокая фальшивая нота обросла кучей товарок, которые резанули по ушам жуткой какофонией.
— Никита, а что конкретно вы ждёте от нашего общения? Потом, в перспективе?

Молодой человек резко напрягся, глянул куда-то в сторону соседнего столика, где сидели юноша и девушка. Потом выпрямился и произнёс чётко, как заученную речь.
— Я бы хотел заключить с вами брак и составить брачный договор о разделе имущества пополам в случае нашего развода, если вы станете его инициатором.

Глаза Веры поползли в область лба, но брови их явно опередили. Нижняя челюсть же, наоборот, начала плавное движение вниз. Мозг пытался оформить в голове логическую подоплёку данного высказывания.
— Вы считаете, что я захочу расторгнуть с вами брак, если мы его заключим? Или вы собираетесь превратить мою жизнь в такой праздник, что я захочу от него отдохнуть?

Никита явно не ожидал такого ответа и немного растерялся. Его мозг, видимо, тоже пытался осмыслить сказанное женщиной, но пока не справлялся.
— Я сейчас... Мне нужно… Я быстро… — протараторил он и сорвался в сторону туалета.

Через пару минут туда же направилась и девушка, что сидела за соседним столиком. А её молодой человек стал зачем-то подмигивать Вере.

Бедный Никита. Если бы он знал, что как раз рядом с заветной комнатой была группа поддержки Веры в бессменном лице сестры с мужем. Отделаться от любопытства сестры на такое приключение возможности не имелось.
— Что! — услышав разговор Никиты в туалетном помещении, заверещала Ленка через минут пять после того, как за девушкой-соседкой закрылась туда дверь. — Ах вы гады! Да я вас сейчас…

И она сорвалась со своего места и тоже заскочила в туалет. Оттуда раздавались какие-то вопли, явные звуки драки. Славик помчался защищать жену.

Вера никак не могла прийти в себя от странного заявления Никиты. Она встала, оставила официанту деньги, с лихвой перекрывающие стоимость ужина, и ушла.

Женщина была уверена: и Ленка, и Славик не пострадают. Что она, свою сестру, что ли, не знала. Но сейчас так хотелось побыть одной. Просто пройтись по вечернему городу. Вечер тёплый. Кругом фонари, светло. Где-то недалеко играет одинокий музыкант на гитаре. Сейчас таких много выступает на разных площадях города.

Зазвонил телефон. Эх, она так и не поменяла звонок. Опять эта дурацкая трель. А раньше мелодия казалась очень даже изящной. Но сейчас на душе так гадко, что ни с кем разговаривать не хочется. Всё же понятно про этого Никиту, про ту девушку, про то, что Ленка им там наведёт лоску, по самое не балуй.

Но телефон не унимался.
— Леночка, я всё поняла. С тобой всё хорошо?
— Да, нормально. Не, ты представляешь, этот жиголо собирался…
— Давай потом, пожалуйста. Можно я немного одна побуду?
— Точно? С тобой всё хорошо будет?
— Точно, точно, моя родная. До завтра.

Гитара играла такую чудесную мелодию. И как раз по настроению. Вера сама не заметила, как оказалась напротив симпатичного мужчины её возраста, выводившего такие виртуозные пассажи, что не заслушаться было невозможно.

Вскоре мужчина заиграл знакомые всем песни из кинофильмов. Многие зрители стали подпевать. Запела и Вера. Через две песни она обнаружила, что все молчат. На площади раздаются только струны гитары и её собственный голос, а гитарист смотрит на неё не отрываясь. И во взгляде столько восхищения, что женщина даже смутилась.

Концерт закончился. Прохожие аплодировали. Кто-то подходил и хвалил её красивый голос.
— Вы ведь, Вера? — вдруг приблизился гитарист.
— Разве мы знакомы?
— Вы не узнаёте меня? Я же Роман. Я вас по фотографии сразу узнал.
— Роман?
— Да! Помните, мы с вами переписывались, потом договорились встретиться, но у меня не получилось.
— То есть как не получилось?
— Да, я с самокатчиком столкнулся, когда к вам на встречу бежал. Телефон разбился, а я в больнице с переломами оказался. Пока друзья новый купили, пока я свои данные восстановил, а вы меня уже и заблокировали. Видимо, обиделись, что не пришёл и молчал два дня. Нет, оно и понятно. Оно и правильно. Меня вот вчера, наконец, выписали.
— Роман! — ещё более удивляясь, протянула Вера. Значит, тот, на лавочке, был не Роман. То есть может быть и Роман, но не её.
— Представляете, как нас судьба всё-таки свела. Не хотите поужинать. Тут рядом есть чудесное кафе. Я сегодня здорово заработал. Но половина этих денег точно ваша. Так как? А то есть, если честно, очень хочется…

Через полгода счастливая Ленка выдавала замуж за Романа свою старшую сестру Веру. А ещё через год нянчила чудесную маленькую племянницу. И плевать, что уже возраст. Счастье — оно возраста не имеет.