Делёжка

Максим яблоки не любил. Не то, чтобы совсем не ел, если мама ему их помоет, порежет и на тарелочку положит, тогда мог и пожевать. Другое дело груши. Кислыми они не бывают, всегда сладкие. А если ещё и попадались твёрдые сорта, как «форель» или похожие на них, он мог оценить их по достоинству. Там каждая груша на вес золота особенно зимой. Когда же начинался дачный сезон, в свои 12 лет он безошибочно знал, какие груши, да и яблоки тоже, сразу же улетят в кастрюлю для пастилы, а какие заботливые руки аккуратно отложат в сторону для еды и на хранение.

Пастилу он ценил, но опять же, где были не только яблоки, но и груши. Тогда пастила получалась слаще, хотя и более липкая.  Ему нравилось, когда мама экспериментировала с пастилой, например добавляла несколько ягод черноплодной рябины.  Тогда пастила приобретала различные оттенки красного и бордового цвета. Папа не отставал от мамы и тоже воплощал свои кулинарные фантазии самым неожиданным образом. Последний раз это было так: когда мама уже разложила на противни пюре из яблок, чтобы положить их в сушилку, папа, набрав в пипетку сироп черноплодной рябины, стал им капать на будущую пастилу. Листы становились в горошек. Этого ему показалось мало, так как он обнаружил, что если пипетку держать выше, то пятнышки расползаются меньше и их величину можно регулировать на пастиле. Так вся партия вышла пятнистой. Отец её так и окрестил: «пятнашки». Получалось довольно забавно
.
Уже в сентябре, когда в школе шли во всю занятия, и однообразные дни не обещали ничего необычного, родители взяли Максима в деревню. Признаться честно, он бы предпочёл остаться дома, сделать домашнюю работу, а потом посидеть в интернете, но родители настаивали. Деревенский план был незатейливым – посетить родню и привести в порядок могилки умерших. Всё это уже он видел не раз, посему всё это ему казалось довольно унылым.
 
В деревне, пока родственники суетились в доме и накрывали на стол, Максим вышел на улицу прогуляться, что называется, куда глаза глядят. Получилось в сторону заброшенной почты, мимо мостика через небольшой ручей. На улице никого не было. Только на широких перилах мостика сидел Димка, который был на год младше. Ему было скучно, и сразу стало понятно, что он будет рад любой компании.

– Привет, Макс! – Димка поздоровался первым.

– Привет! – они пожали руки.

Виделись они не часто, и по большей части в период летних каникул, когда родители одного и другого наведывались к своим деревенским родственникам.

– Дело есть, если хочешь, – сказал Димка несколько интригующе, и отвёл свой взгляд, как будто ожидая реакции Максима, и в то же время не выказывая свою особую заинтересованность.

– Интересное? Что делать то? – ответил Максим без особого энтузиазма.

– Ты груши любишь? – ответил Димка вопросом на вопрос.

– Ну так, – не выдавая сразу своей заинтересованности, блеснув глазами, ответил Макс.

– У меня много хороших, но надо немного потрудиться.

– Это как? Рассказывай!

– Смотри, – начал Димка. На краю деревни, где раньше жила баба Аня, в овраге растёт груша. Там груши просто класс! Дерево растёт как бы на отшибе, и его за старыми яблонями не особенно видно. Дом заброшен уже года два, если не три, урожай никто не собирает. Малышня снизу, конечно, всё пообрывала, но наверху остались самые хорошие, целые и с красными бочками. Можем собрать. Всё равно делать нечего.  Но понадобится лестница, у нас дома есть.  Ты мне должен помочь. Я один не смогу. Но у меня нет, куда складывать груши. Поможешь решить этот вопрос? Результат поделим пополам.

Максим не привык так сходу соглашаться с пацанами младше себя и следовать их планам. Но в данном случае план Димона ему казался логичным и полезным. Но сомнения у него были, что хорошие груши до сих пор ещё кто-то не обобрал. Вопрос с тарой у него беспокойства не вызывал, он знал, что в багажнике отца всегда было несколько мешков для строительного мусора.

– Димон, напомни, где ваш дом, я пока за мешками сгоняю.

Лестница оказалась добротной, но нести её лучше было вдвоём. Поднять её вроде было не тяжело, а тащить на самый край деревни оказалось несколько утомительно. Заброшенные дом с огородом стояли какими-то посеревшими, в глубине росли старые яблони и вишни. Пир сорняков бушевал повсюду. Калитка закрывалась на щеколду, которую было несложно открыть с любой стороны. Грушу действительно с дороги не было видно. Похоже, что её посадили позже всех, как-то уж она выглядела жизнеутверждающе. С хорошей кроной, здоровой листвой и совсем без сухих веток. Но все груши на ней висели достаточно высоко, нужно было потрудиться. Почти все плоды были крупные и румяные, что называется в лучшей точке своего созревания.

Ребята понимали, что если они обтрясут дерево, то привлекательность груш сразу резко упадёт, кому нравится есть побитые плоды,  да и не лежат они совсем, сразу портиться начинают. Поэтому они поочерёдно залазили на дерево и складывали груши в мешок. Пока один был на верху, второй держал лестницу внизу, подавал пустые мешки, а собранные раскладывали на земле. Сидя на дереве, невозможно наполнить целиком весь мешок, он становился очень тяжёлым. Поначалу они хотели раскладывать груши на две кучи, чтобы у каждого была своя. Естественно, кто находился наверху, старался срывать самые лучшие, пропуская фрукты помельче и похуже. Тогда второй, когда поднимался на ветки, делал то же самое. В результате чего у него тоже много груш оставалось несобранных. Дело шло медленно. Каждый пытался собрать только отборные экземпляры., хотя оба понимали, что остальные тоже нужно собрать.

– Так мы до вечера не управимся, – заметил Максим, – давай всё подряд соберём в одну кучу, а потом разделим, по справедливости и поровну.

– Это как? – недоверчиво спросил Димон.

– Увидишь, всё будет по-честному, – ответил Макс, прикручивая проволоку к небольшой палке, чтобы можно было подтягивать дальние ветки.

Сбор урожая сильно прибавил в темпе, и вскоре ребята всё закончили. Огромная куча груш лежала на земле.

 – Вот как теперь разделить, чтобы все довольны были, там вон три груши из-за которых я чуть вниз не слетел…

– Да всё просто, Димон, каждый заберёт только те груши, которые выберет сам.

– А так не получится, корявые и мелкие кому? – занервничал Димка.

– Выбери две штуки, которые тебе больше всего нравятся, они будут твоими, – снисходительно по-доброму улыбнулся Максим.
 
Димка, недолго думая, выбрал пару.

– Теперь моя очередь, – Максим тоже забрал из кучи две груши. – Теперь снова ты.

Так, выбирая из кучи каждый раз самые лучшие груши, Макс и Димон всё поделили. От переживаний Димки по поводу делёжки не осталось и следа. Удовольствие от проделанной работы у него отражалось на лице. У каждого получилось по два с половиной мешка. Дотащить их до дома было невозможно. Оба чувствовали себя триумфаторами и полезными добытчиками для семьи.

Сначала отнесли лестницу на своё место, а за грушами решили уже заехать с родителями по дороге домой.

Вот так просто оказалось разделить по справедливости собранный урожай.