Первый круг Ада. Мобильные кофейни кайзера

Газваген германского производства (и конструкции) был впервые использован для массового убийства – пациентов польской психиатрической клиники – два с половиной года спустя после первого рейса душегубки имени Исая Берга, 15 января 1940 года, в польском городе Косьцян.

Малоизвестном за пределами Польши, но с весьма впечатляющей историей. Город был основан в XIII веке (если не ранее) и изначально входил в состав Великопольского герцогства. Во второй половине XIII века Косьцян получил права города. С 1332 года Косьцян был королевским городом Польши.

В XV веке Косьцян славился своим суконным производством – причём настолько, что польский король Казимир IV Ягеллон присвоил косьцянским сукнам первый в истории Польши промышленный товарный знак. В то время Косьцян был вторым по величине городом в Великой Польше (после Познани).

Косьцян был захвачен шведами во время их вторжения в Польшу (так называемого Шведского потопа) в 1655 году, но вскоре был отвоёван партизанским отрядом (!!) под командованием Кшиштофа Жегоцкого.

В XVIII веке город немало пострадал от шведских и русских вторжений, а в результате Второго раздела Польши в 1793 году был аннексирован Пруссией. Однако уже в следующем году началось Великопольское восстание, которое было подавлено совместными усилиями Пруссии и России.

Но уже в 1806 году – в результате следующего (на этот раз успешного) Великопольского восстания город был возвращен полякам и вошёл в состав Варшавского герцогства. Которое просуществовало недолго – уже 1815 году Косьцян снова отошел к Пруссии.

В 1918 году Польша вновь обрела независимость, и вскоре после этого вспыхнуло очередное Великопольское восстание, целью которого было воссоединение города и региона с возрожденным польским государством. 29-30 декабря 1918 года местные польские боевики похитили с немецкого военного склада более 900 (!!!) пулеметов, винтовок и пистолетов, и Косьцян был освобожден.

После оккупации Польши, эйнзацгруппы СС (будучи в курсе свободолюбивой истории города) всерьёз занялись его «умиротворением». Уже второго и 23 октября 1939 года в рамках Intelligenzaktion (истребления потенциальных участников Сопротивления среди польской интеллигенции) эскадроны смерти СС публично расстреляли соответственно 8 и 18 человек.

Среди которых были гражданские активисты, торговцы, землевладельцы, директор местной узкоколейной железной дороги, председатель местного отделения Польского гимнастического общества, и директора школ из Косьцяна и близлежащей деревни Борово.

Седьмого и девятого ноября 1939 года 66 польских ремесленников, купцов, фермеров, местных чиновников и рабочих, ранее содержавшихся в местной тюрьме, были расстреляны в близлежащем лесу.

Более полусотни поляков, включая местных активистов, интеллигенцию и семьи жертв казней, были высланы в 1939 году (годом позже ещё 2 139 поляков) - их дома были переданы немецким колонистам в рамках политики Lebensraum. После чего пришёл черёд пациентов местной психиатрической клиники, которая (как это нередко бывает) находилась на территории покинутого монастыря.

Монастырь бернардинцев был построен в начале XVII века. Его здания использовались в качестве психиатрической клиники с 1827 года, когда город входил в состав Пруссии.

Пациенты содержались в ужасных условиях. Они были заключены в одиночные камеры с бетонным полом и жили в собственных экскрементах. Только век спустя новый главврач больницы, доктор Оскар Белавский, улучшил условия жизни и внедрил современные методы лечения.

В начале 1940 года больница перешла под контроль зондеркоманды СС Ланге (уже имевшей вполне инфернальную репутацию). Польский медицинский персонал был уволен, оставив на произвол оккупантов 612 польских пациентов.

15 января 1940 года на территорию психушки прибыл цельнометаллический фургон с липовой надписью "Kaiser's Kaffee Gesch;ft" (ибо реальная компания Мобильные кофейни кайзера была не при делах совсем). Первую группу пациентов раздели догола, получила инъекцию успокоительной морфино-скополаминовой смеси (надо же, как заботливо), и упаковали в грузовик.

Внутри кузов фургона был обшиты металлическими листами, пол покрыт деревянной решеткой, а лампа на потолке освещала газовую камеру для осмотра через глазок в задней двери. Метод убийства был много гуманнее, чем у Берга – использовались баллоны с чистым СО. Трупы были захоронены в лесу в общей могиле примерно в 15-20 км к северу от Косьцяна.

Неделю спустя (22 января 1940 года) вторая группа пациентов была убита идентичным образом. Тот же фургон позже использовался в больнице Кохановка под Лодзью (ныне Лицманштадт). Кроме умственно отсталых пациентов, в это время были убиты слепые дети из Лодзинского гетто.

Всего за эту неделю было убито газом 534 пациента - 237 мужчин и 297 женщин. Однако это было только начало: 9 февраля в город прибыл транспорт из Германии с 2 750 пациентами из психиатрических домов и домов престарелых.

Все они были убиты так же, как и первые пациенты. 24 февраля 1940 года последний транспорт отправился из психушки в Ярогневицкий лес. Всего в ходе этой акции в Косьцяне погибло 3 334 пациента.

В июне 1940 года из Центрального управления по перемещению больных, расположенного в Калише, прибыли его сотрудники. Они отправляли семьям жертв фиктивные свидетельства о смерти, чтобы развеять любые подозрения.

На пустых бланках со стандартной формулировкой ("смерть наступила в результате...") указывались липовые причины смерти, такие как апоплексия, сердечный приступ и т. д., чтобы завуалировать преступление.

На кладбище психиатрического дома создавались фиктивные могилы. Плата за место на кладбище взималась с родственников «умерших». В качестве прикрытия использовалась больница в Прушкове под Варшавой, куда якобы переводили пациентов, которые там якобы умирали естественной смертью.

Возникает экзистенциальный вопрос: зачем Ланге и компании понадобился газваген? Почему не стационарная газовая камера, понятно – слишком дорогое удовольствие для столь малого числа жертв за столь долгое время… но почему их просто не расстрелять? Ведь опыт массовых расстрелов к тому времени – после «акций по умиротворению» - был накоплен просто колоссальный…

Единственное разумное объяснение состоит в том, что это был (в самом прямом смысле) тест-драйв. Что решение о нулевом варианте окончательного решения еврейского вопроса на подконтрольных Германии территориях было уже принято… и выбран основной метод его реализации.

Холокост газом. Акция Т4 стала полигоном для отработки процесса массового убийства в стационарных газовых камерах… а «Мобильные кофейни кайзера» - в мобильных. Первый метод в грандиозных масштабах (сотни тысяч жертв) будет использован на фабриках смерти Операции Рейнхард (Бельжец, Треблинка, Собибор); второй – аналогично – на фабрике смерти в Хелмно.