Волновая сказка. Психология

Психологическая сказка о природе сущего

   Жила-была Духовная Волна – космическое продолжение женской Души, прожившей жизнь на планете Земля, где существовал особый мир, в котором энергетические коктейли материализовывались в людей для получения опыта, связанного с грубыми материями. Их жизнь была сопряжена со всякого рода насилием, убийствами себе подобных, поеданием других существ, а также с завистью, жадностью или высоконравственным отказом от всего этого. Помимо отрицательного, существовала любовь, на которой держался мир и от нее же рождалось искусство для помощи в выживании среди отчаяния и боли.
   Люди были кто лучше, кто, мягко говоря, не очень, а кто и совсем плох, потому что большинство являлось Волнами из более низших миров. Но всем: и плохим, и хорошим необходимо было понимание того, о чем они напрочь забыли, что после смерти их ждет родной мир, в котором они продолжатся без тягот, называющихся судьбой.
   В загробный мир никто особо не верил, потому что его энергии были тоньше, а значит невидимы, но после земного пути все без условий возвращались к космическим истокам, причем, возвращались иными, обретшими опыт бед и лишений. Становясь мудрее, занимали новое место во Вселенной или уходили в следующее путешествие на другие планеты.
   Духовную Волну – продолжение женской Души на космическом языке звали Одо (ударение на первый слог). Она была не из общего котла волновых существ, отправляющихся на Землю, а совсем с другого участка Вселенной, достаточно далекого от Земли. Хотя время и пространство не имели значения, все же, ввиду физической удаленности, представители данной области редко выбирали земные воплощения. Но если выбирали, то делились светом, писали музыку, стихи, дарили понимание прекрасного и духовного, творили чудеса. Их считали святыми или гениями. Принадлежа к более высокой организации, они были почти лишены низменных соблазнов, поэтому у них не прерывалась связь с космосом.
   Одо была любовью. Вернее, ее составляющей, продолжением, комплектующей... Ее цель заключалась в том, чтобы прожить жизнь обычной женщины, хорошенько припрятав способности и вдоволь нахлебавшись простого женского несчастья. Очевидно, ей до совершенства раньше где-то там чего-то не хватало, если достался путь познания без возможности улучшить мир людей. Но совсем бездействовать не получалось. Нет-нет, но выяснялось, что тот или другой человек был полюбовно и бессознательно отправлен в сторону духовного роста, ценой ее собственных жизненных неурядиц. А как же? – За все нужна маленькая или большая жертва, да и где иначе взять женское несчастье?
   Она иногда спрашивала себя: "Что я злесь делаю?" Зачем моей психологической грыже тяжелые вибрации? Здесь все до единого сдают экзамен на честность и порядочность, и все – пропащие, почти никто не сдает... "
   Отыграв, наконец, земную партию, Одо приготовилась вернуться в родные космические пенаты, но было нечто, задержавшее ее в энергосфере Земли.
   Последний мужчина, которого она любила, еще не закончил жизненный путь. Связь с ним оставалась столь крепкой, что Одо не находила сил разорвать ее. Когда-то они поклялись друг другу оставаться рядом даже после смерти, подзабыв, что прибыли из разных секторов Вселенского поля.
   Одо зависла над голубой планетой в размышлении. Великая печаль охватила ее. Даже звезды казались одинокими, а мгновения – вечными. Ей не хотелось потерять ни единого звука, запаха и всего, что продолжало связывать ее с любимым человеком. Это было бесценно.
   ... Весенним вечером в окно постучалась ветка черемухи, растущей возле дома. Дмитрий Бенедиктович распахнул створки, впустив в комнату все: и вечер, и запах, и дорогие воспоминания. Сердце давно пошаливало, как будто любовь звала его к себе. Он сел в кресло-качалку, сделал глоток горячего чая с лимоном, качнул кресло и...
   И.
   Он не ощутил перехода в волновой спектр, столь гармоничным и естественным оказалось перемещение. Невероятная радость свободы охватила его. Не осталось проблем. Вообще никаких. Исчезли заботы, связанные с телом, от которого Душа избавилась, как от любимых прежде оков, направляющих на самообеспечение все помыслы. Парение в океане нежности являло собой небывалое счастье.
   Одо радовалась вместе с ним. Но она оставалась для него невидимой, слишком тонкой энергией пространства, в котоорм он осваивался. Желая бескорыстно отдавать больше, чем получать, Одо обняла его субстанцией своей любви. Обняла, окружила, наполнила. Дмитрий Бенедиктович тут же создал из ее энергии свой мир, куда радостно шагнул и потерялся из виду среди светящихся объектов, живущих по его законам. Там он был богом. Одо места не было. Его мир был проще, чем ее любовь.
   Она могла бы обнаружить его, свернув энергию, но... Не стала этого делать. Счастье любимых – не так себе абы что в любой точке Вселенной. Одо взяла данное счастье за веревочку и как воздушный шарик унесла с собой туда, где ее ждали...