Котный двор

Аннотация

Человекам давать управлять необязательно: достаточно дать им ощущение, что они управляют.

Ограничение по возрасту: 14+


КОТНЫЙ ДВОР

Когда люди окончательно поняли, что пытаться управлять собой им бесполезно, они решили внедрить демократию и в кошачье племя.
Коты, разумеется, согласились. Не из глупой политкорректной предусмотрительности. Из поверхностного любопытства, переросшего в поддельный интерес.

Когда-то на этом месте был известный двор. Потом его переименовали в Котный. Считалось, что новое название лучше отражает современную повестку.

Коты с повесткой были не знакомы. Они вообще были плохо знакомы со всем, что начиналось словами «считается, что». Потому что у каждого кота имеется своё равнодушное мнение, с которым все обязаны считаться.

Первым правил Рыжий.

Почему именно Рыжий – никто из них уже не помнил. А раз они вспомнить не могут, то и никто уже не вспомнит. Возможно, потому что он действительно был рыжим. Возможно, потому что удачно забрался в кресло. Возможно, потому что кресло уже стояло и манило.

Коты не задавались такими вопросами. Они вообще редко задаются вопросами, если ответ можно заменить полезным мизантропическим сном. Человек счёл это высшей котной мудростью. И тогда началась реальная политика.

Первым постановлением Котного двора было объявлено: «Все коты равны». Вторым: «Некоторые коты равнее». Третьим: «Все остальные – просто глупые животные. А коты вообще ни при чём».

Последний пункт оказался самым популярным. Все радостно согласились. Котам было приятно обнаружить, что ответственность снова лежит где-то рядом, но не на них.

Коты быстро освоили прогрессивную административную систему.
Кот не мог быть виноват.
Кот мог только:
– не понять;
– не одобрить;
– не прийти;
– проспать;
– не захотеть;
– сделать вид, что натурально не слышал.

Последнее считалось высшей формой политической зрелости.

Человек же, напротив, был обязан объяснить каждое своё действие. Особенно, если действие произошло без участия кота. Так постепенно установилась кошачья справедливость.

Коты получили право ничего не делать. Люди получили обязанность понимать, почему это правильно.

Однажды человек спросил:
– А кто вообще принимает решения?
Все посмотрели на рыжего кота.
Кот лениво повернул голову в сторону человека. И отвернулся.
Человек понял, что решение принято.

Так появилась демократия.

Через некоторое время на стене Котного двора написали новый закон:

Тот, кто задаёт вопросы, мешает порядку.

Под ним, чуть мельче:
Тот, кто не задаёт вопросов, уже является частью порядка.

А совсем внизу кто-то когтем нацарапал: «Мяу».

Никто не понял, что это значит. Но стена была подозрительно похожа на кремлёвскую. Странно, что вокруг белого дома. Но на всякий случай надпись сохранили, признав незыблемым метафизическим источником права. И выставили почётный собачий караул.

Потом началась Великая Реформа.

Коты перестали ловить мышей. Мышей объявили стратегическими партнёрами. Мыши перестали бояться котов. Мышам были созданы все условия. Спустя время появились «красивые мыши». Потом – 32 гендера. Коты постепенно перестали интересоваться мышами. А люди стали внимательно наблюдать за мышами и копировать все их достижения и образ жизни.

Котономика заработала. Все вокруг были заняты. Никто, кроме «красивых мышей», не был счастлив, но коты это сочли доказательством эффективности системы.

Однажды ночью старый чёрный кот забрался на крышу и долго смотрел на звёзды.
К нему подсел человек.
– Ты знаешь, зачем мы здесь?
Кот философски промолчал.
– Ты знаешь, кто нами управляет?
Кот утвердительно зевнул.
– Ты знаешь, что будет потом?
Кот с укоризной посмотрел на человека.

И человек вдруг понял.

Кот действительно ничего этого не знал. Но ему было совершенно всё равно.

Человек долго молчал.
Потом спросил:
– А тебе не страшно?
Кот бесстрашно спрыгнул с крыши.
И пошёл по своим кошачьим делам.

Человек остался один.

Под звёздами. На необъятной  территории Котного двора.
Где все животные были равны.
Кроме того, кто зачем-то искал смыслы и хотел найти ответы на вопросы .

Коты никогда не просили свободы. Свободу принялись распространять человеки, когда поняли, что сами не знают, что с ней делать и не умеют ею пользоваться.

Котный двор существует до сих пор.

Коты там по-прежнему спят. Мыши на длинном политическом горизонте по-прежнему являются стратегическими партнёрами. А где-то между всем этим живёт государственная система, которая со всех собирает налоги, но давно уже не понимает, кем на самом деле она управляет.

Иногда по ночам один из котов выходит на крышу. Смотрит на звёзды. И молчит. Не потому, что ему нечего сказать.

Просто он точно знает: если ты действительно свободен,
тебе необязательно кому-нибудь это доказывать. Тем более прислуживающему тебе человеку.