Никем не пригретая осень

Сырая, и бесцеремонная старуха осень сегодня вновь уверенно вступает в свои права, поистине с женским упорством. Очень скоро, она начнет проливаться долгими и холодными дождями , совсем невзирая на людские проблемы и заботы. То будет надоедливо моросить и капать, навевая скуку и уныние…
Каждое утро становится теперь прохладней предыдущего .Ласковое солнце все чаще скрывается за мокрыми и серыми тучами, а иной раз не выглядывает и вовсе.
Почти не слышно птичьего шума и веселья .Многие из них улетают сейчас на юг ,собираясь в дружные стаи, оглашая все в округе своим тоскливо-щемящим криком,(мол, не хотели мы улетать, да вынуждают)и царапая небо узким ,дрожащим клином…Другие просто ,молча несутся оживленной ,большой кучей, подобно пчелиному  рою, сотрясая воздух шорохом крыльев.
Остальные же, которых никто не ждет в тех далеких теплых краях ,спешно ищут места потеплее, там где можно еще переждать эти суровые времена ,или же сидят, нахохлившись и сьежившись ,словно в забытьи – на кустах и деревьях -на заборах и крышах…
Разогнав, и перепугав своим приходом все живое, осень внезапно будто бы опомнилась тому ,что она наделала. В добавок ко всему, она и сама, совершенно озябла от тех холодных дождей ,ночей и рассветов. Тоскуя по утраченному теплу и, видимо искренне полагая, что это может заменить ей солнце – она принимается красить все доступное в ярко-желтые тона.
Леса, луга, парки – все ее владения станут желтыми ,а кое где даже огненно-рыжими.
На миг действительно покажется, что будто стало жарче, и что осени удалось переломить ход событий .Даже солнце ,удивившись происходящему, прищурившись, подолгу всматривается вниз ,разорвав пелену из череды облаков, и посылая животворные лучи, силясь понять причину столь резкой смене цветов.
Солнечные блики засуетятся, заиграют на медных листьях, а вездесущие и неугомонные воробьи зачирикают громче обычного, прыгая с ветки на ветку, внося везде суету и оживление. Даже воздух наполнится своеобразным и неповторимым осенним ароматом.
Вне себя от радости, что ей так хорошо удалось все устроить и, непоколебимо уверенная ,что все теперь ею довольны она, как шаловливый ребенок начинает срывать листья с деревьев, щедро расшвыривая их в разные стороны, кружа и падая вместе с ними .То без устали катается на серебряных паутинках, отобрав их у трудолюбивых паучков...
Однако рано ,или поздно всякому веселью приходит конец. Вскоре, солнце наконец таки догадывается чьи это проделки, и досадливо прячется вновь за свинцовыми тучами. И в этот раз уже надолго...Оставив за собой лишь легкую грусть неизбежной утраты, осенняя радость промелькнула так быстро и незаметно ,что никто и не успел как следует вкусить ее «бабьей» сладости. Ощущение тепла, возникшее было – проходит и блекнет. Красивые листья -недавно так радовавшие глаз, содержанием золота и меди – тускнеют и жухнут. Играя с ними в свои бесконечные игры, бедная осень даже и не заметила, как сорвала с деревьев весь их праздничный и роскошный наряд...Только теперь, она начинает понимать ,что явно проиграла и ,что фокус не удался..
Становится ощутимо холодно, и старуха теперь уже сама в панике ищет спасения, мечась везде и всюду мокрым ,пронизывающим ветром. То она завывает в пустом и некрасивом лесу, моля его о прощении, но изуродованный и замусоренный листьями лес не принимает ее, отталкивая от себя оголенными ветками.
Тогда она решается просить помощи у гор. Но древние и могучие Кавказские горы ,то ли не слышат ее, из-за шума бурных рек и водоемов ,или же слишком хорошо знают эту ветреную и непостоянную особу. Они непочтительно дышат на нее сверху густыми облаками, которые медленно стелясь растекаются по ущельям и извилистым долинам ,вязким и серым предрассветным туманом. Чувствуя себя оскорбленной, в гневе, она рвет туман в клочья, расшвыривая его по полям и дорогам ,там, где машины с опаской месят и толкают его перед собой, включив ярко-желтые фары.
Не добившись понимания у гор, она нервно носится в городских, ухоженных парках, тучами вздымая и расшвыривая, заботливо собранные в кучи прелые листья, словно пытаясь спрятаться под ними и найти там утешение. Но и здесь ей нет спасенья - листья вновь, сгребают и жгут. Судорожно, стремясь сохранить ,хотя бы эту последнюю ниточку-надежду, связывающую ее с приятным прошлым, она всей силой дует на огонь, а он только крепче разгорается .Тогда она поливает его дождем, но он пускает такие клубы дыма, что даже ей не под силу разогнать его..
Вконец отчаявшись и чувствуя, как с первым же морозом, ее владычество закончится, она просит защиты у человека. Панически стучится в закрытые окна, хлопая незакрытыми створками. Плачет ночами в печной трубе, силясь обьяснить, что она ни в чем не виновата и хотела всегда только лучшего. Пусть вспомнит человек о тех, пусть редких минутах удовольствия, какие ему довелось испытать в разгар ее золотого расцвета...Однако ,человек глух к ее мольбам. Зябко ежась, и плотнее запахиваясь в теплый домашний халат, попивая горячее кофе, он безразлично слушает эти ночные переживания, из которых слух различает лишь завывание ветра и частое хлопанье незакрытой чердачной дверью. Изредка, сверху слышится шум-топот ,как будто кто-то быстро-быстро пробежался по крыше, и тут же стихает .То падает, поддавшись внезапному порыву ветра, и катится вниз по шиферу поздняя айва .Наверно последняя ..Взгляд равнодушно скользит по слегка колеблющимся оконным занавескам ,за которыми едва слышно улавливается слабый и далекий шепот, на каком-то непонятном языке .Это все она -осень ,настойчиво хочет обьясниться ,все стонет и оправдывается, надеясь, что ее все- таки поймут и пригреют…
В конце концов видя, что даже человек не в силах ее понять, и больше деваться ей некуда ,она бессильно плачет, мелким и шуршащим дождем, в самом деле напоминающим плач. Плачет долгими днями и ночами, чтобы в одно единственное, морозное утро, вдруг застыть бесчисленными сосульками, свисающими с крыш и целым морем луж -сверкающих зеркал…Именно так ,в очередной раз, заявляет о себе, уверенно и властно ,владычица и королева сезона, -снежная зима...