Берегини глава 1

Оленька пробудилась среди ночи внезапно, из-за громких голосов отца и мамы. Взволнованно оглядевшись, девочка и вовсе испугалась, так как не сразу поняла, где она находится.
Это не её комната, и не её кроватка.
- …Уходи, Лёша! Уходи, и больше не приходи. Иди к своей маме – жандарму, и живите с ней, как хотите! Хоть строем по дому ходите! А нас с Олей оставьте в покое! В этом доме я буду хозяйкой! Понимаешь, о чем я? Хорошей ли, или неумехой, какой считает меня твоя мама, но хозяйкой! – Произнесла возмущенно и обиженно мама Оли в соседней комнате, за задёрнутыми на дверном проеме занавесями.
Пятилетняя Оленька, зажав в пальцах край теплого, ватного одеяла, сжалась от страха в полумраке комнаты, уже точно зная, что папа маму обязательно накажет за произнесенное ею нехорошее слово о бабушке Шуре.
****
 Оленька не знает, что означает слово «жандарм», но звучит оно очень похоже на слово «жаба», или «жук». Говорить это плохое слово на бабушку Шуру, конечно же, нельзя.
Вот на соседских, рыжих мальчишек, Гороховых, можно! Два брата, Левка (шести лет), и Ленька (пяти лет) противные, злые мальчишки. Они кидаются комками грязи и обзывают Олю, называя ее «Белой поганкой».
Это прозвище ей дали мальчишки из-за ее светлых волос, и зеленого цвета глаз. Третий из братьев, самый младший, трехлетний Лукьян, не такой противный, как старшие братья. Это потому, что он просто еще маленький. Ему только три годика.
 Оля про себя называет этого мальчика, с копной рыжих волос на голове, смешно торчащих во все стороны, «Луковкой».
****
Из мыслей о соседских мальчишках Олю выдернул раздавшийся грохот сдвинутых в сторону табуретов, и тихий, болезненный стон мамы. А дальше уже в соседней комнате зазвучал сердитый голос отца:
- Ты, Зойка, не придумывай себе ничего. Хозяйка чего? Этой халупы? Да она же печкой отапливается! Здесь вон, все сыростью пропахло! А ты еще и дочь сюда привела, с ее слабыми легкими. У тебя мозги, вообще, на месте? Что ты за мать, если обида на свекровь перевешивает страх за здоровье дочери!
Мама, моя, видите ли, в очередной раз тебя отчитала за какое-то ваше бабское дело. Свекровь она тебе, Зойка! Свекровь! И как свекровь, мама имеет право тебя поучать, отчитывать! Ты молодая еще, а мама моя мудрая женщина. Она нам всем только добра желает. Короче. Чтобы утром домой вернулась с дочкой.
Затем послышался стук подошвы тяжелых отцовских сапог о деревянный пол, скрип петель на входной двери.
Отец ушел.

Оля полежала еще немного в постели, а затем откинула край одеяла и, на цыпочках, бесшумно, подошла к проходу между комнат. Отодвинув пальцем край шторы, девочка заглянула в соседнюю комнату через образовавшуюся щель.
Любимая мамочка ее стояла возле стола, низко опустив голову, опираясь одной ладонью об угол столешницы. Другой рукой она прикрывала плечо так, что Оле сразу стало понятно – папа ударил маму именно в это место.
Мама пока еще не заметила Олю. Она тихо плакала. Сквозь светлую ткань ночной сорочки вырисовывался тонкий силуэт ее фигуры, подсвеченный электрической, пузатой лампочкой в центре абажура, висящего на потолке, и заливающего комнату теплым, мягким светом.
****
Мама у Оли очень красивая. Она похожа на артистку из кино. У нее зеленые глаза и русые волосы, вьющиеся, достающие своей длиной до плеч.
Мама работает на бензозаправке. Она сидит в маленьком домике и принимает плату или талоны за бензин от водителей. Мама очень любит свою работу.
Иногда к ней приезжает заправлять свою рабочую машину топливом и папа. Олю мама часто берет с собой на работу, и девочка не раз видела улыбающееся лицо отца, вдруг неожиданно появляющееся в маленьком оконце.
Папа у Оли тоже очень хороший и красивый. Когда они с мамой не ругаются, он всегда улыбается, много шутит, и любит Олю носить на руках, как маленькую обезьянку.
И маму папа очень любит. Но иногда папа бывает строгим, и даже злым. Такое случается каждый раз, когда мама и бабушка о чем-то между собой спорят, или даже ругаются.
В такие моменты папа встает между женщинами, как огромная скала, а затем уводит Зою (маму Оли) в другую комнату и закрывает дверь. После таких разговоров за закрытыми дверями у мамы всегда появляются синяки на руках или плечах.
****
- Мамочка! – Оля выбежала из своего укрытия и прижалась к боку родительницы, желая только одного, чтобы она не плакала.
Шмыгнув носом, и утерев ладонями слезы с щек, Зоя опустилась на табурет и обняла свою дочь.
- Ты чего не спишь, Оленька? Мы с папой тебя разбудили?
Оля кивнула согласно, прижавшись крепко, и уткнувшись носом в мамино плечо, вдыхая ее такой родной запах, и спросила:
- Папа тебя ударил, да?
- Нет. Все хорошо. – Ответила Зоя, решив, что лучше сказать вслух ложь, не принимая в расчет тот факт, что малышка могла все видеть своими глазами, а не только слышать.
И чтобы отвлечь Олю от разговоров о муже Алексее, Зоя добавила:
- Пойдем в кроватку? Еще до утра далеко, нам надо спать.
- А ты со мной ляжешь? – спросила Оля, подняв личико и заглянув маме в глаза.
- Конечно. Пойдем, родная.  А то пол студеный, еще простудишься.
****
Этот дом, куда они сегодня днем пришли с мамой, раньше был бабушкиным, по маминой линии.
Но прошлой осенью бабушки Ани не стало, и целый год этот дом стоял не жилым. Он старенький, но очень уютный. В нем есть две комнаты и кухня, и холодный, неотапливаемый коридор.
Бабушкин дом весь утопает в зелени деревьев и цветах. Крыша у него из шифера, конек выкрашен в голубой цвет, а лицевой забор железный, яркого бирюзового цвета.
Когда бабушка Аня была жива, Оля с мамой часто приходили к ней в гости. Еще совсем не старая, цветущая женщина, всегда встречала дочь и внучку так, как будто они не виделись много лет.  У бабушки Ани всегда были припасены сладости для своих любимых девочек, а иногда и подарки.
Женщина любила покупать красивые вещи, и всегда, когда дочь и внучка устраивали примерку перед зеркалом, приговаривала, если видела, что вещь велика:
- Ничего. Подол можно подшить, а на рукавах вот тут, складочкой заложить и потайным швом прострочить.
Особенно эти слова подходили к обновкам, достающимся маленькой Оле. Бабушка Аня обычно покупала ей вещи «на вырост».

А прошлой осенью бабушка Аня заболела, и спустя всего месяц ее не стало.
Оля в тот день сильно плакала. Бабушка Аня была ее любимой бабушкой. Она никогда не ругалась, не кричала. Наоборот, она всегда улыбалась и любила целовать Олю в щечки, и называла ее «Моя красавица».
У Оли есть еще одна бабушка. Ее зовут Шурой. И эта бабушка совсем другая. Она всегда в плохом настроении и строго следит за тем, чтобы ее внучка (Оля) играла в свои игры только за столом, и не «путалась под ногами».
Бабушка Шура терпеть не может разбросанных по полу игрушек, и смятых подушек на кроватях и диванах. Шторы на окнах Оле тоже трогать нельзя. И воду из крана в чашку наливать только тонкой струйкой можно, не разбрызгивая капли по раковине.
 Одним словом, бабушки у Оли совершенно разные, и любить их одинаково у маленькой Оли не получалось.
А вчера вечером мама Зоя, после очередной громкой ссоры с бабушкой Шурой, собрала в сумку вещи, взяла Олю за руку, и они ушли в дом бабушки Ани.
 Оля, хоть еще и маленькая, и даже в школу не ходит, все же понимает и видит, что папа, при любой ссоре между мамой и бабушкой Шурой, всегда защищает бабушку, а на маму может накричать, а потом еще и ударить. Оле за маму обидно, и жалко ее. И поэтому они с мамой всегда вместе.
А бабушка с папой всегда рядом.
С такими мыслями Оля уснула, чувствуя, как мама прижала ее к себе спинкой, и нежно обняла.

****
Прошел год
Оля шла домой, со школы, в самом центре шумной стайки школьников. Все ее друзья, и она сама, смеялись и говорили о разном, и наперебой.
Мальчики, с выправленными из брюк рубашками и девочки со «съехавшими» с хвостиков и косичек бантиками выглядели так, словно в школе они не на уроках сидели, а играли в догонялки, бегая по двору.
Проходя мимо дома бабушки Шуры Оля, покосившись взглядом в сторону знакомой калитки, непроизвольно подняла руки и, разделив хвостик из волос на своей голове на два пучка, потянула их в разные стороны.
От этих незамысловатых движений рук, бантик на резиночке вернулся в свое исходное положение, куда был привязан мамой утром. Следом и другой такой же бантик Оля подтянула на втором хвостике.
Затем девочка прибавила шагу, а вскоре и вовсе перешла на бег, вцепившись руками в лямки своего рюкзака у груди.
- Оля! Завьялова! Ты куда побежала? – Окликнула ее подружка Лена Чернова.
- Я домой! Мне быстрее надо!  - Ответила Оля однокласснице на бегу.
На самом деле спешить Оле не надо. Мама ее еще все равно на работе, но девочке очень не хочется, чтобы ее случайно заметила из окна бабушка Шура.
Но не успела Оля разогнаться как следует, как услышала у себя за спиной громкий голос бабушки Шуры:
- Оля! Вернись! Подойди ко мне!

Девочка резко остановилась и оглянулась через плечо. Ее бабушка, словно воин на страже, стояла сейчас в проёме распахнутой калитки. На ее голове светлая косынка. Одета она в теплую вязаную кофту, серую, драповую юбку, а на ногах, как и всегда, теплые носки и кожаные тапочки.
Оле пришлось разворачиваться и идти на зов бабушки. Из-за нежелания этой встречи, девочка шла медленно, спотыкаясь о даже самые маленькие камушки на дороге.
- Оля! Ноги выше поднимай, не косолапь! Иди нормально!
Стайка учеников сразу притихла, и всей гурьбой дети поспешили пройти мимо двора бабушки Оли Завьяловой. При этом каждый с удивлением и любопытством посмотрел на Олю, теперь уже шагающую им навстречу, на пути к грозной пожилой женщине, дожидающейся ее у калитки.
Подружка Лена тихо шепнула:
- Пока, Оля. До завтра.
- Пока. – Тихо, почти беззвучно ответила ей Оля, проходя мимо.

****
Мама всегда Олю спрашивает, когда она возвращается из школы, в первую очередь, о полученных оценках. Бабушку же Шуру успеваемость Оли в школе совсем не интересует. Ее интересует совсем другое…

- Оля, чем тебя сегодня твоя непутевая мать утром накормила?
- Кашей рисовой. – Ответила Оля.
- Понятно. На колбасу и сыр, чтобы сделать бутерброд нормальный ребенку, у нее денег нет. Зато на платье очередное, новое, деньги нашлись!
Оля ничего не ответила бабушке, и тогда пожилая женщина задала новый вопрос:
- А кто к вам в гости вчера приходил?
Оля отвернула лицо, не желая встречаться с бабушкой взглядом в этот момент, и произнесла нехотя:
- Папа к нам приходил.
- Ночевать у вас оставался?
Оля не могла соврать бабушке, и поэтому ответила правду:
- Да.
- Ох, как вы мне надоели все! – Вдруг произнесла возмущенно бабушка Шура, всплеснув руками и после нервно одернув за полы у живота свою теплую, вязанную кофту.
А затем добавила, видимо забыв о том, что перед нею стоит не бывшая невестка Зоя, а внучка, которой от роду только седьмой год пошел, и она лишь месяц, как стала первоклассницей:
- Нет бы семьей жить, по -человечески! Позор какой! Быть замужем не по нраву оказалось, а вот так привечать мужика в дом – это ж самое оно! Конечно! Гонор то свой укрощать не хочется. Бесстыжая! И из тебя вырастит тоже невесть что! Неряху и бездельницу!
Видимо, опомнившись, бабушка Шура шумно выдохнула, и, сунув внучке в руку мелкую денежную купюру, одновременно с кивком головы в сторону ее дома произнесла:
- Иди. Это тебе на пирожки в школе. И передай матери своей, пусть придет с тачкой.  Я вам мешок картошки дам. Зима ведь впереди. И сала дам соленого. Мы поросенка давеча закололи.
Оля кивнула понятливо и согласно, и, развернувшись, зашагала по дороге в сторону дома, в котором они теперь живут с мамой вдвоем.
- Не забудь, Оля! Передай мои слова! А то потом понесет твоя мать по деревне, что я не делюсь с вами ничем. А я делюсь! Это вы свои морды воротите! Добра не цените. Гордые! Поменьше б той гордыни…
Бабушка еще что-то говорила, но Оля уже не слышала. Она со всех ног побежала домой. Туда, где тихо, уютно, и спокойно. Туда, где нет вечно недовольной бабушки Шуры.
**** 
Родители Оли, Зоя и Алексей, развелись год тому назад, и живут теперь врозь.
Мама у Оли все так же работает на заправке, а папа водителем грузовой машины.
Но, несмотря на развод, папа часто приходит в гости к Оле и ее маме.
Правда, даже проживая раздельно, родители все же находят причины для ссор между собой.
Когда такая ссора случается, папа уходит, и после не появляется в доме Зои и Оленьки несколько дней.
Мама в такие дни ходит особенно грустной и молчаливой.
Но вскоре папа вновь приходит, и родители мирятся.
В дни примирений отец обычно остаётся с ночевкой, а Оля получает от него какой-нибудь маленький подарок. Игрушку или шоколадку.
Так и живут папа Леша и мама Зоя уже год. И не вместе, и не врозь.
За это время бабушка Шура ни разу не приходила в гости к Зое и Оленьке. И никогда мама ничего не принимает от бабы Шуры. Только от папы.
Родители то ругаются, то мирятся, баба Шура кипит от злости в своем большом доме, а Оля живет себе счастливо. Проблемы взрослых ее особо не касаются.
Девочка в сентябре пошла в школу. Дома у них с мамой все очень хорошо. Мама не запрещает Оле приводить в гости подружку Лену. И котенка разрешила завести. Рыженького. Назвала его Оля Фунтиком.
И маму теперь папа никогда не ругает за бабушку.
Да, родители находят за что поспорить, и чаще всего, Оля даже не догадывается, из-за чего в очередной раз отец ушел на неделю, хлопнув дверью.
Но и Оля, и мама Оли, Зоя, точно знают: пройдет несколько дней, и папа Леша обязательно к ним вернется. Он подарит в очередной раз Оле новую куклу, а маме будет что-то долго-долго шепотом говорить на кухне, а потом они вместе уйдут в спальню…
Оля привыкла к такой жизни, и думала, что так теперь будет всегда. Но, оказалось, что ничего вечного не бывает в жизни…
Продолжение следует))