Моя бабушка

Бабушка Ивлита – мамина мама – была удивительная женщина. худощавая, очень подвижная, всегда опрятная, с неизменным платком на голове, она фанатически любила чистоту. Ни муха не могла пролететь, ни муравей проползти в её присутствии. Мне даже казалось, что слова «Чистота залог – здоровья» придумала именно она. Бабушка была очень добрая и заботливая, но, если обстоятельства требовали, могла быть   требовательной и даже жёсткой. В такие минуты ее красивое тонкое лицо становилось строже, а в глазах появлялись холодные искорки. А когда бабушка читала или писала письмо, бывала сосредоточенной и спокойной. Она надевала свои огромные очки на самый кончик носа и шепотом проговаривала все, что читала или писала.   Имея образование всего несколько классов церковно-приходской школы, владела грамотой в такой степени, чтобы по складам читать газету или книгу и переписываться с сестрами и дочерями. Но, в то же время, обладала необыкновенной природной смекалкой и тонким чувством юмора. Как-то она спросила меня:
– Скажи, мальчик, как самолет летает, он же железный? Я понимаю, как едет поезд: его двигает пар, а пар большая сила. Даже чайник, когда кипит, прыгает на плите и сбрасывает крышку. Но паровоз катится по земле. А как самолет? Он же летит в воздухе, крыльями не машет и пара в нем нет. Как?
Я с удовольствием рассказал бабушке все, что знал о самолетах, объяснил, как образуется подъемная сила, для чего нужен пропеллер. Бабушка внимательно выслушала мои объяснения и сделала такой вывод:
– Значит, создается рукотворный ветер, который и поднимает самолет в воздух: ведь ветер тоже сила огромная. Он деревья с корнями вырывает, крыши с домов срывает.
Я похвалил бабушку за удачный пример и сказал, что крыши домов тоже имеют форму, похожую на форму крыла самолета, потому и "слетают" с домов при сильном ветре. Бабушка вздохнула и сказала:
– Господи, сколько чего интересного люди придумали! И сколько еще придумают, когда нас уже не будет.
Однажды вечером, когда солнце закатилось, она сказала:
– Вот ещё один день с нас убавился…
– Нет, бабушка, не убавился, а прибавился.
– Да, тебе прибавился, а мне убавился. Поймёшь это, когда постареешь.
Интересы бабушки не ограничивались только техникой и бытом. Она хотела знать все об искусстве и даже о политике.
Однажды, убирая квартиру, она сняла со стены гипсовый барельеф Ленина, который висел у отца над письменным столом, и, вытирая пыль с портрета вождя, спросила:
– Как этот лысый паршивец сумел перепутать мир? Конечно, портить всегда легче, чем делать, но все-таки? Говорят, что он был умный.  Но разве умный человек будет притеснять и разорять крестьян? Разве умный человек будет   разрушать церкви, расстреливать священников, сжигать иконы? Вот и наказал его Бог: его даже не похоронили по-людски, сделали из него ветчину, прости, Господи.
У неё дома всегда были куры. Она вылупившихся цыплят выхаживала заботливо, как своих детей. А когда наступало время зарезать курицу, дна страдала, переживала. Перед этим она брала обречённую курицу, отходила в сторону и что-то шептала. Однажды я подкрался и подслушал её. Она обнимала бедную курицу и говорила:
– Прости меня, я виновата перед тобой. Но я изменить ничего не могу, так Бог создал: вы едите червей, хотя и они жить хотят, мы едим вас, нас съедят черви, когда умрём. Так Бог создал, пости меня... И после этого она передала курицу мужчине, который должен был зарезать её. А сама бабушка плакала и долго не общалась ни с кем.