Чёрная пятница

Огни московского торгового центра «Европолис» гудели так сильно, что казалось, будто в потолке откладывает яйца гигантская электрическая оса. Было три минуты первого ночи. Чёрная пятница началась.
Илья стоял у стеклянных дверей, вцепившись пальцами в холодный металлический поручень. За его спиной дышала, переминалась с ноги на ногу и глухо роптала толпа из пары сотен человек. В воздухе пахло мокрой шерстью, дешёвым кофе и концентрированным азартом.
Ему не нужна был кофеварка со скидкой 80%. Ему не нужен был робот-пылесос. Илье нужен был телевизор. Огромный, с тонкой рамкой, Ultra HD, 120 Герц — мечта, на которую он смотрел последние полгода через экран своего потертого смартфона. Сегодня цена на него упала с восьмидесяти тысяч до двадцати девяти. Это был подарок судьбы, правда, в магазине их оставалось всего три штуки.
 Звякнул замок. Створки дверей дрогнули и медленно поехали в стороны.
Толпа сзади издала звук, похожий на вздох огромного зверя, и рванула вперёд. Илью буквально вытолкнуло в сияющий холл торгового центра. Пожилая женщина в пуховике неожиданно ловко локтем отодвинула парня в наушниках, а двое студентов в одинаковых толстовках пронеслись мимо, почти чеканя шаг, как на стометровке.
Илья побежал.
Бытовая техника находилась на втором этаже. Эскалаторы стояли — их отключили в целях безопасности, так что металлические ступени превратились в крутую полосу препятствий. Илья перешагивал через две ступеньки, дыхание перехватило, сердце колотилось где-то в горле.
«Только бы успеть, только бы один...»
Он влетел в отдел электроники. Здесь царил хаос. Продавцы в красных жилетках с ужасом в глазах вжимались в стеллажи, пока покупатели сгребали с полок всё: фены, блендеры, электрочайники.
В глубине зала, под сияющим баннером «ЛИКВИДАЦИЯ: -70%», стоял пирамидой тот самый остров с телевизорами.
Илья рванул туда. Один короб уже уносил какой-то крепыш в спортивном костюме. Вторую коробку судорожно пыталась погрузить на тележку семейная пара, громко споря.
Оставался один. Последний.
Илья сделал рывок и накрыл коробку обеими руками, как вратарь, накрывающий мяч.
— Моё! — выдохнул он.
В тот же миг с другой стороны коробки мёртвой хваткой в картон вцепилась женская рука с ярко-красным маникюром.
Илья поднял глаза. Напротив стояла девушка лет двадцати пяти в стильном пальто, слегка сбившейся шапке и с решимостью гладиатора во взгляде.
— Я первая взялась, — чеканно произнесла она, не ослабляя хватку.
— Девушка, я за ним через весь город ехал, — ответил Илья, потянув коробку на себя. — Я на эскалаторе чуть ноги не сломал!
— А я здесь с десяти вечера под дверью мерзла! И у меня сегодня день рождения! — парировала она и дернула телевизор к себе.
Они стояли посреди бушующего океана скидок, вцепившись в одну коробку. Вокруг люди буквально вырывали друг у друга из рук утюги, кто-то уронил коробку с капсульной кофеваркой, пронзительно заверещала какая-то женщина. А Илья и девушка смотрели друг другу в глаза, чувствуя, что сдаваться никто не намерен.
— Слушайте, — тяжело дыша, сказал Илья. — Меня зовут Илья. И если мы продолжим тянуть, мы просто порвем картон и разобьем матрицу.
— Настя, — буркнула девушка, но хватку немного ослабила. — И что вы предлагаете? Жребий?
Илья посмотрел на коробку, потом на Настю. У нее на щеке алел след от чьего-то рукава, а шапка сползла набок, но в глазах горел тот самый азарт, который он, вероятно, отражал и сам.
— А зачем вам телевизор? — спросил он.
— Плейстейшн подарили. А играть не на чем, — вздохнула Настя. — На старом мониторе картинка дергается.
— Серьезно? 120 Герц ради консоли? — Илья улыбнулся. — У меня та же история. На прошлой неделе взял приставку, а играть приходится на ноутбуке.
Настя замерла. Затем посмотрела на коробку, потом на Илью, и уголок ее губ дернулся.
— То есть мы готовы убить друг друга за герцы и пиксели?
— Похоже на то.
Вокруг продолжался безумный карнавал потребления. Пробежал мужчина с тремя мультиварками в охапке. Продавец-консультант грустно смотрел на голые полки.
— Знаете, Настя... — Илья медленно опустил руки. — Забирайте. С днем рождения.
Настя удивленно моргнула. Она посмотрела на телевизор, потом на свободные руки Ильи.
— Вы с ума сошли? Вы же так бежали.
— Бежал. Но портить человеку день рождения в Чёрную пятницу — это уж совсем плохая примета. Дождусь новогодних распродаж.
Он улыбнулся, повернулся и уже сделал шаг в сторону выхода, как Настя окликнула его:
— Илья!
Парень обернулся. Настя стояла у коробки, поправляя шапку.
— А диагональ-то у него какая? Пятьдесят пять дюймов?
— Пятьдесят пять, — подтвердил Илья.
— Хм. На мою съемную однонушку это слишком много, — протянула она с хитрой ухмылкой. — А у вас квартира большая?
— Ну... гостиная просторная.
— Отлично. Поможете донести до такси, а на выходных я приду с приставкой и пиццей. Честно поделим экран на двоих.
Илья замер на секунду, а потом засмеялся.
Через двадцать минут они вышли из торгового центра в прохладную ноябрьскую ночь. Вокруг суетились люди, загружая в багажники машин короба, пакеты и коробки. А Илья и Настя несли один телевизор на двоих — возможно, самую лучшую покупку, которую ни один из них не планировал сделать в эту Чёрную пятницу.