Расскажу о любви. Караси

«Расскажу о любви. Караси»
Повесть
Часть
«Караси»



Сидим с удочками у реки. Мой первый муж дальше по берегу, а я ближе к Николаю Александровичу у реки, больше похожей на канал. Река мелкая, вода прозрачная, дно видно. Вдруг одновременно оба моих мужа видят, что на их крючки клюют две одинаковые рыбки. Внешне они похожи на золотых аквариумных рыбок, но хвосты и плавники ярко синего цвета.

Я заворожённо смотрю на игру хвостиков синих рыбок и поплавков, кричу мужьям:
- Подсекайте!
Мужчины дёргают удочками и вынимают из воды удивительных рыбок.

Просыпаюсь от запаха жареной рыбы. Это Николай Александрович делает своё фирменное блюдо: карасей тушёных в сметане.

Мой первый муж не готовил, не появлялся на кухне, как повар, а только, как дегустатор блюд. Николай Александрович покорил меня тем, что в первый же день нашей совместной жизни сказал:
- Сходи погуляй, а я приготовлю обед.

Это прозвучало, как гимн во славу королевы. Я не просто пошла погулять, я шла по улице с короной на голове, которую, естественно, никто не видел, но чувствовал по моей походке.

Бабки, сидящие на скамейке возле подъезда, не сводили с меня глаз. Потом я узнала, что они осуждали меня за то, что я пошла по рукам после смерти моего первого мужа.

Слово в слово мне об этом рассказала соседка по этажу Алла Лагутина. Думаю, со стороны я, действительно, выглядела не совсем правильно, но судить о человеке лучше тогда, когда выслушаешь его версию ситуации. А сплетницам твоё мнение не интересно. Им бы только языки почесать.

Очень не люблю таких женщин, которые часами сидят на лавочках, убивая, Богом данное им, время на пустые разговоры. Я бы поняла их, если бы они говорили о новостях культуры, о прочитанных книгах или о посещениях выставочного зала, но они перемывают кости соседям, говорят о том, кто чем болен и кто с кем поругался.

За мной и за Николаем Александровичем следили о особым интересом, потому что хорошо знали мою семью. Мы получили эту квартиру с мужем от завода. Стояли на очереди пятнадцать лет и получили жильё бесплатно. Это был последний бесплатный дом. В соседних домах люди уже покупали квартиры.
Николай Александрович тоже купил свою квартиру. Наши дома стоят перпендикулярно друг другу. Мой - под номером шестьдесят три, его - шестьдесят пять.
Я жила на третьем этаже, он- на первом. В каком-то смысле я, действительно, опустилась в глазах соседей.

Соседка Лагутина, когда узнала, что я не пошла по рукам после смерти первого мужа, а второй раз вышла замуж, немедленно разнесла эту новость по двору.
Бабки перестали коситься в мою сторону и я теперь могу свободно идти мимо, не задерживая дыхание от страха, что буду оплёвана в спину.

С тех пор, как умер Шамиль, а я оказалась в свободном выборе, как жить дальше, я ни минуты не сомневалась, что хочу быть с Николаем Александровичем. Он мне нравился с  молодости, но тогда были весомые преграды. Он был женат, я была замужем. У обоих из нас были маленькие дети.  Я прожила с мужем сорок три года. Не каждая женщина может этим похвастаться, но мой муж умер от болезни. Мы дали своим детям по два высших образования. Он прожил со своей  женой тридцать лет и тоже вырастил и женил своих сыновей и только после этого развёлся с ней, потому что она всю жизнь была солдафоном в юбке, любила командовать и грубить всем и при всех унижала его. Он терпел ради детей, а когда они определились, ушёл к молодой девушке на двадцать два года моложе его. Но и с ней он уже не жил на момент моего вынужденного освобождения.

Так что мы перед Богом и людьми чисты!
Просыпаюсь от невероятного запаха карасей в сметане.
Вчера мы вместе ходили на рынок за карасями. «Караси в сметане» - его фирменное блюдо.

«Русский рынок» на самом деле не русский, просто так называется. На рынке очень много нерусских, таджиков, узбеков, но за прилавком с рыбой стоит моя одногодка, женщина, которая училась со мной в машиностроительном техникуме. Почему она продаёт рыбу, не знаю. Я тридцать два года проработала на заводе инженером-технологом, а она всегда, сколько я себя помню, продаёт свежую рыбу на рынке. Ни разу я не спросила у неё почему она стоит за прилавком. Может, у неё муж рыбак?

Я же тоже ездила с мужем на рыбалку, с Шамилем.  Он был заядлым рыбаком, ходил на рыбалку даже зимой в жгучий мороз. Летом все выходные пропадал на Волге. Мы поэтому и купили лодку.
Лодка была нашим первым семейным приобретением.

Я скучала без него в выходные дни и иногда ходила с ним вместе.
Машины у нас ещё не было и мы, проснувшись рано утром, ехали на причал на велосипеде. На багажнике был рюкзак со всем необходимым скарбом для рыбалки, а я сидела впереди на раме. Было очень неудобно, но мы были молодые и худенькие.

Рыбачка из меня плохая, потому что я сразу же засыпала на дне лодки, укрытая всем, чем только можно, потому что рано утром даже в сильную летнюю жару есть минуты, когда очень холодно.

Я заворачивалась в старые фуфайки, накрывалась тентом, а когда солнце начинало припекать я основательно вспотев, вылезала из под этой кучи.

Карасей мы купили и Николай Александрович их приготовил.
На запах слетаются друзья. Я бегу в магазин за водкой. Пришли Николай Володин, а другого я ещё не знаю.

Весь вечер обслуживаю их. Николай Александрович пьёт, но не ест. Всех карасей съели гости. Мне немного досталось, но Николай Александрович доволен. Вижу, что он любит своих друзей, они его тоже.

Его квартира для них, как бункер, куда они прячутся от своих жён, детей и проблем, пристанище, где их всегда накормят и напоят.


Продолжение следует.