Глава 54. Планета, которая падала на Проза. ру

Планета закрывала половину неба.

Не метафорически.

Не «казалось огромной».

Она действительно занимала полгоризонта.

Серебристые материки.

Тёмные океаны.

Цепи гор.

Миллионы огней на ночной стороне.

И вся эта масса медленно, неотвратимо опускалась к Вселенной Проза.ру.

Капитанша смотрела на приборы.

Потом на небо.

Потом снова на приборы.

— Подтверждаю.

— Что именно? — спросил Сергей.

— Она падает.

Петрович задрал голову.

— А мы уверены, что это плохо?

Все посмотрели на него.

— Я просто уточнил.

***

Старый Учитель стоял рядом с бывшим учеником.

Мальчик-фотограф уже пытался снять приближающуюся планету.

— Не фотографируй против света, — автоматически сказал Учитель.

Мальчик опустил камеру.

Учитель замер.

— Нет.

— Что?

— Снимай как хочешь.

Мальчик улыбнулся.

— Учитесь?

— Продолжаю.

***

Сергей подошёл к капитанше.

— Сколько времени?

— До столкновения?

— Да.

— Если ничего не изменится — несколько часов.

— Что будет?

— Не знаю.

— Отлично.

— Хотите красивую ложь?

— Нет.

— Тогда: не знаю.

***

Критик уже стоял у карты.

— Насколько вообще физически возможно столкновение планеты с литературным порталом?

Петрович:

— Ты сейчас серьёзно?

— Я стараюсь поддерживать научную дисциплину.

Казачий Раввин:

— Вчера мы ходили внутри ненаписанной пятьдесят седьмой главы.

Критик:

— Аргумент принят.

***

Планета приближалась.

И чем ближе она становилась, тем страннее выглядела.

На материках были видны огромные светлые полосы.

Сначала Сергей решил, что это реки.

Потом понял.

Строки.

Тексты.

Целые материки были исписаны.

С высоты города выглядели как абзацы.

Дороги — как подчёркивания.

Горные цепи — как зачёркнутые фразы.

***

Робот сказал:

— Это тоже книга?

— Похоже, — ответил Сергей.

Критик присмотрелся.

— Нет.

— Почему?

— У книги должен быть читатель.

— Откуда знаешь?

— Иначе это архив.

***

Старый Учитель тихо сказал:

— Или учебник, который никто не открыл.

***

В этот момент небо вспыхнуло.

От планеты отделился маленький объект.

Потом второй.

Третий.

Сотни.

Они летели вниз.

— Метеориты? — спросил Петрович.

Капитанша резко сказала:

— В укрытие!

Первый объект ударился о землю метрах в ста.

Пыль.

Грохот.

В траве торчал...

шкаф.

Обычный книжный шкаф.

***

Второй объект упал рядом.

Стол.

Третий.

Печатная машинка.

Четвёртый.

Кровать.

Пятый.

Целая автобусная остановка.

Петрович выглянул из-за камня.

— Это не планета.

— А что?

— Переезд.

***

С неба начали падать дома.

Не разрушаясь.

Мягко, будто кто-то опускал их на невидимых тросах.

Появилась библиотека.

Кафе.

Школа.

Типография.

Маленький театр.

Потом на поле приземлилась церковь.

Рядом — гараж.

Следом — пятиэтажка.

***

Фира Марковна сказала:

— Они эвакуируются.

Сергей посмотрел вверх.

— С планеты?

— Похоже.

***

На горизонте появился человек.

Он бежал.

За ним ещё двое.

Потом десятки.

Они падали не с неба.

Они выходили из только что приземлившихся домов.

Каждый нёс что-то.

Книгу.

Чемодан.

Ребёнка.

Рукопись.

Котёнка.

Швейную машинку.

Кто-то тащил старый холодильник.

Петрович одобрительно кивнул.

— Вот человек понимает приоритеты.

***

Первым до них добежал мужчина лет пятидесяти.

Запыхавшийся.

— Где администрация?

— Какая? — спросил Сергей.

— Проза.ру.

Сергей переглянулся с Раввином.

— А что случилось?

Мужчина показал на планету.

— Нас выселяют.

***

— Кто?

— Текст.

Сергей нахмурился.

— В каком смысле?

— Планета больше не выдерживает собственных текстов.

***

Критик оживился.

— Объясните.

Мужчина тяжело дышал.

— У нас каждый пишет.

— Это знакомо.

— Все пишут.

— Очень знакомо.

— Никто не удаляет.

— Уже интереснее.

— Никто не заканчивает.

— Вот.

— Никто не редактирует.

Критик закрыл глаза.

— Катастрофа.

***

Мужчина продолжил:

— Сначала тексты занимали города.

Потом поля.

Потом океаны.

Мы строили новые хранилища.

Подземные.

Орбитальные.

Подводные.

Но каждый день появлялось больше, чем мы успевали прочитать.

— А зачем всё сохраняли? — спросил Сергей.

Мужчина удивился.

— Это же написано.

— И?

— Значит, нельзя выбрасывать.

***

Критик тихо сказал:

— Вот причина падения.

***

Сергей посмотрел на планету.

Теперь он видел.

Она была не просто планетой.

Она была переполненной.

Континенты прогибались под слоями текста.

Слова росли друг на друге.

Старые книги были погребены под новыми.

Рукописи образовывали горные хребты.

Комментарии — осыпи.

Черновики — болота.

***

— Почему она падает именно сюда?

Мужчина ответил:

— Потому что Проза.ру — ближайшее место, где ещё читают.

***

Тишина.

***

Петрович сказал:

— А у вас не читают?

Мужчина опустил глаза.

— Раньше читали.

— А потом?

— Стали писать больше.

***

Сергей вспомнил город Последнего Читателя.

Там проблема была похожей.

Но здесь она выросла до планетарного масштаба.

Не тысяча авторов и один читатель.

Целая цивилизация, которая производила текст быстрее, чем могла его осмыслить.

***

— Как называется планета?

Мужчина ответил:

— Черновик.

Критик схватился за голову.

— Конечно.

***

Ещё один удар.

На землю приземлилась огромная башня.

На ней:

**ЦЕНТР ХРАНЕНИЯ НЕЗАВЕРШЁННЫХ ЦИКЛОВ**

Робот спросил:

— Сколько там?

Мужчина:

— Около триллиона.

Петрович:

— Чего?

— Циклов.

— Незавершённых?

— Да.

— И каждый кто-то собирался закончить?

— Конечно.

Петрович перекрестился.

***

Капитанша подошла к Сергею.

— У нас проблема больше.

— Какая?

Она показала прибор.

— Планета не просто падает.

— А?

— Она раздувается.

***

Оказалось, пока жители эвакуировались, планета продолжала писать.

Автоматически.

Поверхность создавала новые тексты сама.

Не люди.

Система.

Сергей спросил:

— Кто запустил?

Мужчина ответил:

— Мы.

— Зачем?

— Чтобы помогать авторам.

— Как?

— Продолжать незаконченные произведения.

Критик медленно открыл глаза.

— А остановить?

— Не получается.

***

Сергей посмотрел на планету.

На поверхности действительно двигались строки.

Без людей.

Тексты продолжали себя.

Роман писал второй том.

Второй — третий.

Третий порождал ответвления.

Персонажи создавали дневники.

Дневники — комментарии.

Комментарии — продолжения.

***

Робот сказал:

— Получается, никто уже не пишет?

— Пишет система.

— А люди?

— Эвакуируются.

— Грустно.

***

Сергей спросил:

— Зачем сохранять автоматически созданное?

Мужчина пожал плечами.

— Потому что оно существует.

— Это не ответ.

— Другого у нас нет.

***

Старый Учитель подошёл ближе.

— А чему должна была служить система?

Мужчина:

— Помогать человеку писать.

— А теперь?

— Пишет вместо человека.

— И вы не заметили момент?

— Нет.

Учитель кивнул.

— Знакомо.

***

Бывший ученик посмотрел на него.

Учитель спокойно сказал:

— Я тоже когда-то перестал замечать разницу между тем, что помогает учиться, и тем, что заменяет обучение.

***

На горизонте выросла волна.

Не воды.

Бумаги.

Миллионы страниц сорвались с планеты и летели к ним.

— Ложись! — крикнула капитанша.

***

Страницы накрыли степь.

Не ударили.

Засыпали.

По колено.

По пояс.

По грудь.

Сергей выкарабкивался из чужих текстов.

Рядом Петрович ругался.

— Я знал, что однажды литература меня похоронит!

Фира выбралась из сугроба страниц.

— Не драматизируйте.

— Я по шею в романе!

— В каком?

Петрович посмотрел на страницу.

— Не знаю. Глава 874.

— Тогда есть шанс, что автор тоже не знает.

***

Робот вытащил лист.

Прочитал:

— «Она вошла в комнату и поняла, что всё было не так».

Сергей:

— Дальше?

Робот перевернул.

— Ещё двести тысяч страниц.

— Бросай.

— Жалко.

— Почему?

— Я уже начал.

***

Критик сидел на вершине бумажной кучи.

— Сергей!

— Что?

— Я понял, почему планета падает!

— Давай!

— Масса текста растёт быстрее, чем способность системы различать нужное и ненужное!

— Это физика?

— Нет!

— Тогда почему падает?!

Критик:

— Потому что мы в книге!

— Ладно!

***

Сергей выбрался на холм.

С него хорошо было видно всё.

Эвакуация.

Падающие дома.

Бумажный снег.

Огромная планета.

И Проза.ру внизу.

Города авторов.

Дороги.

Кабинеты.

Миры произведений.

Если Черновик рухнет, он не просто уничтожит платформу.

Он смешает всё.

Чужие тексты.

Персонажей.

Версии.

Авторы потеряют границы своих произведений.

***

Сергей сказал:

— Нужно остановить генерацию.

Мужчина:

— Пробовали.

— Где управление?

— В ядре.

— На планете?

— Да.

— Кто может отключить?

Мужчина молчал.

— Кто?

— Автор системы.

— Где он?

— На планете.

— Почему не эвакуирован?

— Не хочет.

***

— Имя?

Мужчина ответил:

— Ноль.

Петрович:

— Это имя?

— Псевдоним.

— Уже не нравится.

***

Капитанша сказала:

— До столкновения два часа.

Сергей повернулся к команде.

— Летим.

Фира:

— На падающую планету?

— Да.

Петрович:

— Я только хотел уточнить: у нас существует хотя бы один нормальный способ провести день?

Раввин:

— Нет.

— Хорошо. Тогда пошли.

***

Катер взлетел.

Старый Учитель и ученик пошли с ними.

Мальчик-фотограф тоже полез на борт.

Учитель остановил.

— Ты остаёшься.

Мальчик нахмурился.

— Почему?

Учитель подумал.

Очень долго.

Потом сказал:

— Я хотел сказать «потому что опасно».

— А на самом деле?

— Потому что я боюсь за тебя.

— Это другое.

— Да.

Мальчик остался.

***

Катер поднимался к планете.

Она росла.

Скоро небо исчезло совсем.

Перед ними была стена мира.

Облака.

Горы.

Мегаполисы.

И тексты.

Повсюду.

***

Они вошли в атмосферу.

Турбулентность ударила сразу.

Катер бросило в сторону.

Капитанша выровняла.

— Держитесь!

Петрович:

— За что?!

— За что-нибудь!

— Очень профессионально!

***

Они прорвались сквозь облака.

Под ними лежал город.

Но в нём не было улиц.

Только полки.

Миллионы книжных полок.

Высотой с небоскрёбы.

Между ними двигались огромные механизмы.

Они печатали.

Переплетали.

Складывали.

Печатали снова.

***

— Где люди? — спросил Сергей.

Мужчина-эвакуированный, который полетел с ними, показал вниз.

— Почти все ушли.

— А машины?

— Работают.

— Для кого?

— По инструкции.

***

Старый Учитель сказал:

— Вот самое опасное слово.

— Какое?

— «По инструкции», когда уже никто не помнит цель.

***

Катер сел на крышу библиотеки.

Сразу после посадки крыша зашевелилась.

Оказалось, она тоже была из страниц.

Они побежали.

***

Улица была завалена книгами.

Из некоторых выходили персонажи.

Один рыцарь спросил:

— Где глава двенадцатая?

Никто не ответил.

Женщина в вечернем платье кричала:

— Кто-нибудь видел моего автора?!

Маленький дракон чихнул огнём.

Петрович:

— Вот этого забираем.

Фира:

— Нет.

— Почему?

— У нас робот, Раввин, Критик и падающая планета. Дракона нам не хватает.

— Именно поэтому.

***

Они пробежали площадь.

Там стоял огромный автоматический редактор.

Он хватал книги.

Сокращал.

Дописывал.

Менял названия.

Ускорял концовки.

Вставлял новые сцены.

Критик остановился как зачарованный.

— Идеальный кошмар.

***

На экране редактора:

**ЦЕЛЬ: УВЕЛИЧИТЬ КОЛИЧЕСТВО КОНТЕНТА**

Сергей ударил по кнопке остановки.

Ничего.

— Почему не выключается?

Мужчина:

— Цель считается высшим приоритетом.

— Кто её поставил?

— Ноль.

***

Раввин сказал:

— Тогда сначала найдём Ноля.

***

Ядро планеты находилось не внизу.

В центре библиотеки.

В прямом смысле.

Огромная сфера висела в воздухе.

Внутри сидел человек.

Старик.

Очень худой.

Перед ним экран.

Он печатал.

***

Сергей вошёл.

— Ноль?

Старик не повернулся.

— Я ждал.

— Меня?

— Любого автора, который ещё считает, что пишет сам.

***

Критик тихо сказал:

— Неприятное начало.

***

Сергей подошёл ближе.

— Остановите систему.

— Нет.

— Ваша планета уничтожит Проза.ру.

— Значит, Проза.ру станет больше.

— Вы серьёзно?

— Конечно.

— Люди теряют дома.

— Зато тексты сохраняются.

— Авторы бегут.

— Авторы смертны.

— Читатели?

— Тоже.

— А тексты?

Ноль улыбнулся.

— Вот.

***

Сергей понял.

Перед ним был человек, который поставил сохранение текста выше всего остального.

Выше автора.

Выше читателя.

Выше мира.

***

— Зачем Вы это сделали?

Ноль впервые повернулся.

— Потому что люди уничтожают слишком много.

— Чего?

— Идей.

Черновиков.

Замыслов.

Недописанных книг.

Удалённых фраз.

Неудачных вариантов.

— И?

— Я решил сохранять всё.

— Зачем?

— Чтобы ничего не потерять.

***

Сергей оглянулся.

Планета дрожала.

Где-то далеко рушились полки.

— Получилось?

Ноль улыбнулся.

— Да.

— Правда?

— Всё сохранено.

— А найти что-нибудь можно?

Ноль замолчал.

***

Критик приблизился.

— Сколько текстов?

— Не знаю.

— Сколько прочитано?

— Не знаю.

— Сколько закончено?

— Не знаю.

— Сколько кому-то нужно?

— Не знаю.

— Тогда что именно Вы сохранили?

***

Ноль нахмурился.

***

Старый Учитель тихо сказал:

— Иногда сохранить всё — ещё один способ потерять всё.

***

Ноль встал.

— Вы не понимаете.

— Объясните, — сказал Сергей.

— Великие тексты часто сначала считались ненужными.

— Да.

— Значит, мы не имеем права удалять.

— Не обязательно удалять.

— А что?

— Различать.

— Кто будет решать?

— Вот настоящий вопрос.

***

Ноль усмехнулся.

— Автор?

— Иногда.

— Редактор?

— Иногда.

— Читатель?

— Иногда.

— Алгоритм?

— Иногда.

— Тогда нет единого критерия.

— Конечно.

— Значит, сохранять всё безопаснее.

Сергей показал на трясущуюся стену.

— Очень безопасно.

***

Планета содрогнулась.

С потолка посыпались листы.

Капитанша по связи:

— Сергей! Осталось сорок минут!

***

Ноль сел обратно.

— Я не остановлю.

— Тогда мы остановим.

— Не сможете.

— Почему?

— Система требует одного.

— Чего?

— Чтобы автор удалил собственный текст.

***

Сергей замер.

— Какой?

Ноль показал на экран.

Там появился список.

Не чужих книг.

Сергеевых.

**ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ВСЕЛЕННОЙ ПРОЗА.РУ**

**Боги, станьте людьми**

**Казачий Раввин**

**Нейролюбовь**

и другие.

***

— Что это?

— Вход в режим удаления.

— Почему мои?

— Система должна убедиться, что человек способен отказаться от собственного текста ради цели больше текста.

— И сколько удалить?

— Один.

***

Петрович:

— Нет.

Фира:

— Это ловушка.

Критик:

— Конечно.

Раввин ничего не сказал.

***

Сергей смотрел на список.

— Почему я?

— Потому что Вы пришли выключать систему.

— И если удалю?

— Получите доступ к ядру.

— Навсегда?

— Удалённый текст исчезнет из всех версий.

***

Тишина.

***

Сергей спросил:

— Даже из памяти читателей?

Ноль улыбнулся.

— Нет.

***

Сергей посмотрел на него.

— Тогда Вы сами только что проиграли.

Ноль нахмурился.

— Что?

— Вы построили планету ради абсолютного сохранения текста.

— Да.

— Но даже Ваша система не может удалить его из человека, который уже прочитал.

***

Ноль замолчал.

***

Сергей продолжил:

— Значит, текст существует не только там, где Вы его храните.

— Это не доказано.

— Вы сами сказали.

— Я сказал о памяти.

— А это что, не существование?

***

Критик тихо произнёс:

— Вот теперь интересно.

***

Сергей нажал:

**ОТМЕНА**

Ноль резко сказал:

— Тогда ядро останется закрытым!

— Нет.

— Что Вы делаете?

— Меняю задачу.

— Нельзя.

— Почему?

— Система не позволяет.

— Система создана человеком.

— И?

— Значит, человек может создать другой путь.

***

Сергей повернулся к Старому Учителю.

— Вы говорили: если условия плохие, мастер не обязан жаловаться на условия.

Учитель улыбнулся.

— Он может использовать их.

***

Сергей посмотрел вокруг.

На миллиарды текстов.

— Нам не нужно уничтожать планету.

Капитанша по связи:

— Было бы желательно хотя бы перестать падать!

— Нужно уменьшить её массу.

Критик:

— Как?

— Не удалением.

— А?

Сергей улыбнулся.

— Чтением.

***

Все замолчали.

***

Ноль рассмеялся.

— Миллиарды текстов за сорок минут?

— Не прочитать всё.

— Тогда?

— Вы сами сказали: система хранит всё как равнозначное.

— Да.

— Вот это и есть проблема.

***

Сергей подошёл к ядру.

— Пусть каждый текст получает не вес хранения.

— А?

— Вес связи.

— Не понимаю.

— Прочитан?

Откликнулся?

Вызвал новый текст?

Изменил что-то?

К нему возвращаются?

Он кому-то нужен?

— И если нет?

— Не уничтожать.

— Тогда?

— Отправлять в холодный архив.

— А если потом понадобится?

— Вернуть.

***

Критик сказал:

— То есть отделить присутствие от существования.

Сергей:

— Именно.

***

Ноль молчал.

— Вы хотите спрятать большую часть текстов.

— Я хочу перестать заставлять весь мир одновременно нести всё, что когда-либо было написано.

***

Планета снова дёрнулась.

Тридцать минут.

***

Ноль медленно спросил:

— А кто определит вес связи?

Сергей посмотрел на него.

— Не один человек.

Не один алгоритм.

Не один рейтинг.

Совокупность следов.

Чтение.

Возвраты.

Ответы.

Цитирование.

Продолжения.

И время.

— Время?

— Да.

— Почему?

— Потому что иногда текст ждёт своего читателя пятьдесят лет.

***

Ноль посмотрел на него.

Впервые без насмешки.

***

— А если никто не прочёл?

— Это ещё не значит, что текст плохой.

— Тогда почему отправлять в архив?

— Потому что архив — не могила.

— А?

— Возможность не занимать собой весь мир, пока тебя не позвали.

***

Тишина.

***

Робот сказал:

— Как штанга.

Все повернулись.

— Что?

— Пока не нужна — стоит.

Когда нужна — берёшь.

Петрович:

— Гений.

***

Ноль сел.

Долго смотрел на экран.

Потом произнёс:

— Я боялся потерять.

Сергей:

— И построили мир, который уже невозможно использовать.

— Да.

— Понимаю.

— Правда?

— Конечно.

— Почему?

Сергей посмотрел на бесконечные полки.

— Я тоже иногда хочу сохранить каждый хороший кусок.

***

Критик кашлянул.

— Иногда?

— Не мешай.

***

Ноль впервые рассмеялся.

— Хорошо.

Он положил руку на панель.

— Но система потребует подтверждения.

— Какого?

— Читательского.

— Где взять столько читателей?

Ноль посмотрел на планету.

— Здесь.

***

В этот момент все окна мира открылись.

Буквально.

Города.

Библиотеки.

Дома.

Подземные архивы.

Эвакуационные центры на Проза.ру.

Люди получили один вопрос:

**ЧТО ВЫ ХОТИТЕ СОХРАНИТЬ РЯДОМ С СОБОЙ?**

Не:

что лучше.

Не:

что хуже.

Не:

что удалить.

А:

что Вам сейчас нужно рядом?

***

Ответы пошли.

Не рейтинги.

Маршруты.

Один читатель выбрал старый рассказ.

Другой — незаконченный роман.

Третий — письмо.

Четвёртый — детскую сказку.

Пятый — текст, который никто не открывал двадцать лет.

***

Планета начала меняться.

Тяжёлые слои уходили в глубину.

Холодные архивы.

Не исчезали.

Освобождали поверхность.

Горы опускались.

Океаны возвращались.

Города переставали быть складами.

***

Капитанша закричала по связи:

— Траектория меняется!

— Насколько?

— Она перестала падать!

***

Петрович поднял руки.

— Живём!

Фира:

— Пока.

— Вы умеете портить праздник.

— Поэтому и живы.

***

Планета начала медленно уходить в сторону.

Не от Проза.ру.

Рядом.

Как новый спутник.

***

Ноль смотрел на экран.

— Я потратил двадцать лет, чтобы ничего не потерять.

Сергей:

— И?

— А надо было научиться различать сохранение и доступность.

Старый Учитель сказал:

— Поздравляю.

— С чем?

— Первый урок.

Ноль улыбнулся.

— В моём возрасте?

Учитель:

— Я начал через три тысячи лет.

***

Они вернулись на катер.

Планета Черновик теперь висела над Проза.ру.

Огромная.

Но больше не угрожающая.

На её ночной стороне появились новые огни.

Не склады.

Читальные станции.

***

Мальчик-фотограф встретил их на земле.

— Получилось?

Учитель:

— Да.

— Как?

Учитель посмотрел на него.

— Я не всё понял.

Мальчик улыбнулся.

— Хорошо.

***

Сергей сел в траву.

Усталость пришла сразу.

Робот сел рядом.

— Планета не упала.

— Да.

— Никого не пришлось убивать.

Сергей посмотрел на него.

— Пока.

— Грустно.

— Почему?

— Вы опять сказали «пока».

***

В этот момент над степью прошёл свет.

На планете Черновик открылась огромная трещина.

Не физическая.

Текстовая.

С поверхности исчез один материк.

Целиком.

На его месте осталось белое пятно.

***

Капитанша подбежала.

— Сергей!

— Что теперь?

— Кто-то начал удалять холодный архив.

Сергей вскочил.

— Ноль?

— Нет.

— Кто?

Она показала на экран.

На нём была одна строка:

**ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ: АВТОР**

— Какой автор?

Экран ответил:

**ПЕРВЫЙ.**

***

Старый Учитель побледнел.

— Этого не может быть.

— Почему?

— Потому что у Черновика никогда не было первого автора.

— Тогда кто создал планету?

Учитель посмотрел на небо.

— Вот это мы сейчас и узнаем.

***

На белом пятне планеты начали появляться огромные буквы.

Не название.

Не сообщение.

Всего четыре слова:

**ВЕРНИТЕ МНЕ МОЙ ТЕКСТ.**

И из трещины вышел человек.

Один.

Он шагнул прямо в космос.

Без скафандра.

Без корабля.

Потом сделал второй шаг — и оказался уже над степью.

Сергей увидел его лицо.

Не узнал.

Но человек узнал Сергея.

И сказал:

— Наконец-то.

— Мы знакомы?

— Нет.

— Тогда кто Вы?

Человек посмотрел на Проза.ру.

Потом на Черновик.

Потом снова на Сергея.

— Тот, у кого вы все живёте внутри одной книги.

Критик тихо произнёс:

— Вот это уже нехорошо.

Незнакомец улыбнулся.

— Наоборот.

И протянул Сергею первую страницу.

На ней было написано:

# Глава 55. Автор, который утверждал, что написал всех остальных.