***

Я закрыла тетрадь и подошла к Кирену сзади. Он сидел над столом, склонившись к листам; один держал перед собой, другой лежал рядом, отложенный совсем недавно — грифель на самых тёмных местах ещё поблёскивал. Я остановилась за его плечом и наклонилась чуть ближе, чтобы рассмотреть.

Перед ним было несколько рисунков разной степени законченности. На одном женское лицо будто разламывалось на части прямо между двумя тонкими руками: тёмная полоса проходила через глаза и рот, вокруг висели отдельные осколки, словно изображение не складывали, а только что разбили. На другом лица почти не было вовсе. Только плечи, поднятые руки и длинные предплечья, сомкнувшиеся над густым чёрным провалом там, где должна была находиться голова. По краям тянулись тонкие ветки с листьями, поверх них — окружность, вертикальные линии, несколько маленьких звёзд.

Я задержалась над первым листом дольше, чем собиралась.

Потом кивнула на лицо между руками.

— И что с ней происходит? Она разваливается или пытается себя собрать?

— Мне кажется, и то и то. Она разваливается изнутри, но собирает себя снаружи.

Я снова посмотрела на рисунок. После его объяснения он стал неприятнее и интереснее одновременно. До этого я видела просто красивую, тревожную вещь; теперь слишком ясно считывалось, что лицо держится только потому, что руки буквально не дают ему рассыпаться окончательно.

— Мне нравится, что снаружи она почти спокойная, — сказала я. — Если не смотреть на то, что у неё вообще половины лица уже нет.

Я перевела взгляд на второй лист и наклонилась ещё немного, почти касаясь подбородком его плеча.

— А этот тогда о чем?

Там всё было иначе. Ничего не разлеталось, наоборот — всё будто стягивалось к чёрному месту между руками.

— Он прячется или там уже нечего показывать?

— Не знаю, кто он, может, я сам. Я дал ему рабочее название Lost in Silence.

Я посмотрела на Кирена, потом снова на рисунок. После «может, я сам» тёмное пятно между поднятыми руками перестало быть просто удачной композицией. Руки выглядели не так, будто прячут лицо, а будто человек держит вокруг головы какую-то конструкцию, чтобы она не рухнула окончательно.

— Lost in Silence ему идёт, — сказала я тихо. — Хотя он выглядит не потерянным. Скорее как будто слишком долго сидел внутри этой тишины и она уже заняла место лица.

Я ещё немного постояла за его плечом, рассматривая тонкие ветки по краям и то, как чёрное поле съедает почти весь центр.

— Если это ты, то довольно мрачный автопортрет.

 Но мне нравится. Даже больше первого. Он какой-то… ближе.


© 2026,  Д.Харт  "- Я люблю тебя, Кирен Блан"