Михаил продолжение

Выскочив из-за угла очередного дома, Михаил едва не закричал от нахлынувшего облегчения. Впереди наконец-то показалась широкая кольцевая развязка, а от неё уверенно уходил вдаль знакомый проспект Мира.

— Слава богу! Наконец-то! — выдохнул он, чувствуя, как бешено колотится сердце.

Не теряя ни секунды, Михаил почти бегом миновал кольцо. Оказавшись на проспекте Мира, он пошёл вперёд. Воодушевлённый успехом, он всматривался в каждый дом, в каждую вывеску и витрину, словно доказывая самому себе, что всё нормально. Пространство снова стало правильным. Город жил при этом своей привычной жизнью.

Так, в приподнятом настроении, он дошёл до самого конца проспекта и уверенно повернул на улицу Тимирязевскую. Но стоило ему сделать несколько шагов по тротуару, как небо окончательно потемнело. Сверху стал накрапывать мелкий, противный и колючий осенний дождь. Вода мгновенно заблестела на холодном асфальте. Михаил инстинктивно втянул голову в плечи, свернул в первый попавшийся двор и бросился под козырёк ближайшего подъезда.

Козырёк, однако, был узким — косые капли дождя всё равно долетали до лица, а ветер швырял в спину холодные брызги. Заметив, что железная входная дверь приоткрыта, Михаил решил зайти внутрь, чтобы с комфортом переждать непогоду.

Подъезд оказался стареньким, но удивительно ухоженным и недавно убранным. Здесь пахло чистотой, а не сыростью. Окна были заменены на современные пластиковые, почтовые ящики висели ровно, без единой царапины или вмятины. Самое главное — внутри было по-настоящему тепло. Михаил прислонился к стене и стал слушать, как за окном шумит ненастье.

Прошло минут пятнадцать. Шум затих. Заглянув в мутное стекло окна, Михаил увидел, что дождь прекратился, оставив после себя лишь мокрый глянец на асфальте и лужи. Пора было продолжать путь.

Михаил толкнул тяжёлую дверь, шагнул на крыльцо, полной грудью вдыхая сырой воздух, и... осёкся. Рука его так и осталась лежать на ручке двери, а воздух застрял в лёгких.

Перед ним расстилался тот самый пустынный двор, с которого начался его утренний путь. Мимо серой пятиэтажки, поднимая клубы сизого выхлопа, всё так же неспешно проезжал мусоровоз. Следом с громким металлическим стуком захлопнулась входная дверь подъезда, и на крыльцо вышел Ваня Ложкин, укутанный по самый нос в тёплый воротник куртки. Ваня привычной быстрой походкой направился в сторону магазинов.

Михаил застыл как вкопанный. По его спине пробежал настоящий мороз, никак не связанный с осенней непогодой. Пространство и время вокруг замкнулись, безжалостно вернув его в самую точку старта — ровно в девять часов утра.

Через какое-то время на крыльцо вышла соседка, Ольга Стрельцова. Ёжась от пронизывающего холода, она быстро добежала до своей машины, стоявшей во дворе. Михаил решительно шагнул наперерез.

— Оль, привет! — окликнул её Михаил, подходя к машине.

— Привет, Миш, — удивленно отозвалась Ольга, кутаясь в куртку.

— Подбросишь меня до проспекта Мира?

— Конечно, садись, я сама еду в ту сторону.Михаил быстро сел на переднее сиденье, захлопнул дверь, и мотор машины недовольно заурчал. Когда автомобиль плавно тронулся с места и выехал со двора, у Михаила внутри всё замерло от напряжения. Он пристально смотрел в лобовое стекло, ожидая, что улицы вот-вот начнут растягиваться или дворы сомкнутся ловушкой.

— Погода сегодня противная, — прервала тишину Ольга, включая обогреватель.

— Не то слово, — искренне ответил Михаил, не сводя глаз с дороги.

Машина уверенно миновала площадь со старым кинотеатром, но вместо привычного затяжного круга по Кузнецова Ольга сразу поехала правильным, коротким маршрутом.

— А тебе куда на проспект Мира? — спросила она, перестраиваясь в правый ряд.

— Да к самому концу.

Больше они не разговаривали. Михаил молча следил за тем, как проносятся мимо пятиэтажки, и с каждым километром внутри него крепла безумная надежда: колёса автомобиля пробивали невидимую стену аномалии. Город вокруг выглядел абсолютно нормальным.Подъехав к самому концу проспекта, Ольга аккуратно притормозила у обочины и остановила машину.

— Спасибо, Оль! Ну, я побежал, — облегчённо выдохнул Михаил.

— Давай, удачи, — улыбнулась соседка.

Михаил вышел из машины, хлопнул дверью и, не оборачиваясь, уверенно свернул на улицу Тимирязевскую. Сердце ликовало: кольцевая осталась позади, проспект Мира пройден, а впереди лежала новая улица. Он зашагал вперёд по тротуару, готовый наконец-то уйти как можно дальше от злополучного двора.