Самый Лучший в Мире Дар

Уважаемый читатель, это ознакомительный отрывок романа. Произведение в процессе. Если заинтересовались или есть замечания - пожалуйста, оставьте отзыв.

                Агата
В субботний полдень в лесу было тихо и жарко. От старых поваленных брёвен поднимался тёплый пар, что говорило о недавно прошедшем ливне. Пахло прелой листвой, грибами и разбухшими от влаги деревьями. Возле огромного пня, поросшего мхом и разного размера и вида грибочками, стояла высокая девушка, одетая, мягко говоря, не для вылазок на природу. Белоснежная блузка, кажется, светилась среди сочной зелени леса, а нежно-синего цвета юбка, так обтягивала изумительные бёдра, что оборотни, будь они поблизости, непременно улили бы всю землю слюнями.
Впрочем, оборотней тут не было, и только два мелких лешачка, не достающих девушке даже до колена, стояли возле пня и внимательно слушали.
– Как вы видите район просто отличный. Местное население – малочисленные нимфы с западного края леса. В вашей стороне практически никого нет. Пень большой и сравнительно нестарый с богатой флорой и микрофлорой. Вот обратите внимание: отличный вид с гриба трутовика растущего с западного края. Его можно использовать как балкон. Преимущество именно этого пня состоит ещё в том, что он порос красным паучатником и не подвержен нападению насекомых вредителей, а значит, вы не лишитесь дома. Пока, разумеется, он сам не разрушится и не станет трухой. Дожди тут редкие, но сильные, много болотцев с разными лягушками и жуками. Мы просим совсем немного за такое прекрасное жильё. Что скажете?
Лешачки посовещались, тихо поскрипывая на своём языке. Девушка старалась не прислушиваться к их разговору, пусть думают, что она не понимает их.
– Берём, – кивнули оба.
– Хорошо. Тогда ждём вас послезавтра у нас в офисе. Договор стандартный, оплата, как договаривались.
Они попрощались, хлопок – и лешачки исчезли, а девушка побрела прочь от пня, стараясь не споткнуться и не увязнуть шпильками туфель в опавшей листве. Получалось это не слишком хорошо, и потому, когда она добрела до поляны, высокие каблуки до самой подошвы были унизаны «дарами леса».
Посреди поляны тоже рос пень, низкий, неохватный. Корни его, толщиной больше руки девушки, тут и там поднимались из-под земли..
В этом пне при желании могла бы поселиться целая колония лешачков.
 На пне сидел кот. Котище. Котяра. Котярище! Чёрный и совершенно спокойный. Он не обращал внимание на шмыгающих под корнями пня мышей.
– Агата, душа моя, – приветствовал зверь девушку. – Как успехи с лесной мелочью?
– Послезавтра должны явиться в офис, – названая Агатой, присела на выступающий корень и палочкой счистила со шпилек листву, траву с землёй, большого сушёного жука, кусок мха и прочее попавшееся под ноги. Кот следил за ней непроницаемым взглядом. Когда девушка закончила, он спрыгнул с пня, и последовал на край поляны.
– На сегодня ещё есть клиенты? – Агата поспешила за котом.
– Эти последние, – остановившись, кот порылся в густой шерсти на груди и когтём подцепил висевший на шее ключ.
Ключ представлял собой тонкую спицу с кольцом – навершием.
– Помочь? – Агата следила, как зверь пытается снять ключ с шеи.
– Давай, – пыхтя, отозвался он. – Сколько раз просил Ориона – вешай на цепочку с карабином, или хотя бы делай верёвочку длиннее!
– Просил бы меня, – Агата сняла ключ с мощной пушистой шеи, и вернула коту.
Кот понюхал землю, выискивая одному ему известные знаки, кивнул сам себе и воткнул спицу-ключ в землю по самое кольцо.
Воздух перед Агатой задрожал и пошёл рябью. Из него донеслись какие-то звуки, запахло цветами, жареной рыбой, потом каким-то кремом для бритья.
Кот и девушка пошли в марево, и оказались в большой светлой комнате с единственным огромным окном. За окном летний день плавно переходил в вечер, хотя в лесу, из которого они только что вернулись, день был в самом разгаре.

– Шеф оставил сообщение, – кивнул кот, и Агата уставилась на белоснежный стол, где на телефонном аппарате мигала лампочка, бросая алые отблески на белую столешницу.
Агата прошла к столу, морщась от того, что её выпачканные в земле туфли оставляют на белом паркете грязные следы. Но такая уж причуда у шефа – обожает белый цвет. Весь офис выглядит так, будто принадлежит Снежной Королеве. Или помешанному на чистоте и белизне врачу. Или призраку.
В общем, самой Агате, офис казался безликим, стерильным и совершенно неуютным, но шеф был в восторге. А что касается клиентов – они реагировали совершенно по-разному, от полного ступора до скандала. Иногда с дракой.
– Агаточка, солнышко, – раздался из аппарата бархатно-ласковый голос шефа, едва девушка нажала прослушивание. – Как там наши лесные шалунишки? Покупают? Покупают? Да конечно покупают, я в тебе уверен, лапушка! Ну, если ты закончила, то на сегодня это всё! Можешь быть свободна до понедельника! До встречи, красотуля!
Агата вздохнула. В этом весь шеф – совершенный медовый пряник, да ещё с абрикосовой начинкой! В смысле – такой же нежный и сладкий аж до судорог в горле. И дело не только в голосе. Внешность шефа Агаты – совершенный восторг. По-крайней мере, многим клиенткам их конторы он ужасно нравится. Нет, не так – уж-жасно!
– А про меня, значит, ни слова, да? – чёрный кот вскочил на белоснежное компьютерное кресло и, поставив передние лапы на стол, фыркнул. – Я, значит, ни при чём?
– Ой, чуть не забыл! – снова ожил телефон. – Агаточка, детка, там в шкафу есть одна маленькая бутылочка, достань, будь лапой! Это для нашего общего друга, который – ой, так и вижу – сидит в моём кресле и ду-уется! – шеф захихикал, будто мальчишка, и отключился окончательно.
– Бутылочка? – в недоумении повторила Агата.
– Маленькая? – задохнулся от возмущения кот. – Вот прохвост! А обещал большую!
– Что это – валерьянка? – спросила девушка, передавая коту обещанное.
– Это так… ностальгия, – ответил чёрный зверь, передними лапами поглаживая бутылочку. Маленькую, не больше ладони Агаты, из кроваво-красного непрозрачного стекла.
Пока он любовался, Агата успела привести в порядок обувь, и освежить макияж.
– Ты куда сейчас? – отвлёкся кот от созерцания своего сокровища.
– К маме. Всю неделю обещала заехать. Ты тут останешься?
– Останусь, – вздохнул кот. – Приду переходом. Откроешь?
Агата кивнула, открыла бутылочку, успев вдохнуть резкий аромат, облачком вырвавшийся из узкого горлышка, и взяв со стола свою сумочку, направилась к двери.

Офис риэлтерской фирмы «Ясный Дом» располагался в старинном здании, и потому крыльцо, на которое вышла Агата, было высокое, каменное, с изогнутыми мраморными перилами, с лепниной на широких балясинах, и с двумя невысокими архитектурными колоннами, которые служили подставками для двух массивных кованых фонарей.
Дверь в контору, тоже располагалась между высокими круглыми колоннами, подпирающими мраморный козырёк, так же, как и балясины, покрытый всякими красивыми узорами.
Агата спустилась с крыльца, и неторопливо прошествовала к автостоянке, расположенной недалеко от дома. Своей машины у девушки не было – она панически боялась садиться за руль – но на стоянке всегда дожидались клиентов два или три такси.
Агата выбрала тёмно-синюю Хонду, удобно устроилась на сидение.
– Мам? Да, я. Закончила на сегодня. Сейчас приеду! Да, голодная. Хорошо, – Агата с улыбкой отключила сотовый, и продиктовала водителю адрес.
Машина плавно вырулила со стоянки и, набирая скорость, понеслась по вечернему городу.
Агата смотрела в окно, и думала о том, что до того как она поступила работать в «Ясный Дом», она даже не понимала сколько странностей в их городе. Вот если верить карте, то Яснопольск – не такой уж большой город, население тут  едва ли насчитывает сотню тысяч человек. Ну, может это и так – Агате нравилось, что город малонаселённый и тихий даже в разгар праздников. А вот насчёт маленькой площади… Яснопольск непостижимым образом вмещает в себя невероятное количество узких, извилистых улочек, перекрёстков и аллей, старых парков и площадок – пятачков, окружённых буками, вязами и клёнами.
Агата всю жизнь живёт в Яснопольске, но повзрослев, поняла, что не знает и половины города. Да что там половины – даже своего района не знает, как следует. Вот например, в прошлое воскресенье пошла прогуляться по улице, с тем, чтобы купить мороженого в ближайшем киоске, но свернув в переулок, вместо киоска обнаружила совершенно очаровательную кованую калитку, преградившую ей путь. Войдя туда, Агата очутилась в небольшом дворике, где прямо под открытым небом было устроено кафе. Так что в итоге своё мороженное девушка получила.
Часто в выходные Агата развлекалась тем, что гуляла по городу, выискивая не виденные ранее места. Если найденное ей нравилось, девушка старалась попасть сюда ещё раз, и огорчалась, что это удавалось не всегда.
Но только благодаря шефу, девушка поняла хитрости города. И ещё многое поняла...

…Тогда ей как раз исполнился двадцать один год. Агата с трудом ушла со своей первой работы консультанта по продажам в новом ювелирном салоне. Агата проработала там три года, и отпускать её не хотели – девушка умела совершенно непостижимым образом убедить клиента приобрести тот или иной товар. Но Агате это не нравилось.
Дело было не только в том, что приходилось впаривать дорогостоящие побрякушки, но и в странной способности девушки, будто бы видеть, что именно пойдёт этому клиенту. Одной пожилой женщине Агата посоветовала купить изящный серебряный браслет с подвесками из лунного камня, почему-то она была уверена, что женщине браслет необходим. Но тут же подлетевший старший консультант Ларочка быстро переключила внимание покупательницы на другое украшение – массивную золотую ленту, одевавшуюся на руку от запястья и почти до локтя. Тоже своего рода браслет. И Агате было ненавязчиво указано убедить женщину купить эту массивную штуковину. Она убедила, а на душе остался тяжёлый камень сомнения в правильности своего поступка. И уверенность, что без того простенького браслета с лунным камнем в жизни женщины не произойдёт что-то хорошее.
И так каждый день на протяжении трёх лет.
Юная девушка с испуганным взглядом, пришедшая в сопровождении громогласной мамаши покупать украшения ко дню рождения. Агата ясно видела, что девушке просто необходимо купить сапфировые заколки и тонкую цепочку с ящерицей из сапфира. Но под напором мамаши и убийственными взглядами Ларочки Агата всучила девушке алмазный набор из пяти предметов.
Мужчина, подбиравший запонки. Он говорил совсем мало, и добавлял какие-то фразы на непонятном языке. Его подсунули Агате, и велели насоветовать по полной программе – во-первых, клиент явно богатый, а во-вторых, попортил немало крови балакая на своём языке.
К своему ужасу Агата поняла всё, что говорит мужчина, хотя и понятия не имела, что это за язык, и откуда она его знает. И к своему стыду она убедила мужчину купить набор вычурных безвкусных запонок, хотя совершенно точно видела, что нужны ему скромные сердоликовые. Ну, ещё вдобавок можно бы вон те, с яшмой.
К концу третьего года девушка не выдержала, и уволилась, хотя директор стояла насмерть и дошло даже до угроз. Но вдохновлённая непонятной силой, Агата убедила директрису, что её совершенно необходимо уволить по собственному желанию. Агату, разумеется, а не директрису. И на следующий день она уже была безработной.
Она ещё в полной мере не осознала этот факт, как ей позвонила мама, и пригласила в гости на весь день.
Агата приехала, привезла тортик и пакет ароматного чёрного чая, поцеловала маму, прошла в гостиную, и там увидела его!
 – Вы, должно быть, Агата? – золотоволосый юноша чарующе улыбнулся и поцеловал ей руку. – Ваша мама много рассказывала про вас! Но я вижу, что она поскромничала – вы не просто красавица! Вы само совершенство!
– Я… – у Агаты сперва перехватило дух – безмятежные голубые глаза в обрамлении длинных пушистых ресниц внимательно смотрели в чёрные глаза девушки. И Агата внезапно поняла, что юноша гораздо старше неё, настолько старше, что… уф, даже сказать трудно. А внешность – это только внешность.
– Садитесь скорее пить чай, – мама девушки вплыла в комнату с большой вазой пирожных. – Орион Нереидович (Ни фига себе имечко! – подумала Агата), не знаю, какие вы предпочитаете… – ваза заняла место в центре стола.
– Анна Федотовна! Мои любимые корзиночки! – обрадовался красавчик с офигительным «имяотчеством». – Как вы угадали?!
Он моментально погасил во взгляде это «нечто» и любезничал с мамой Агаты. Агата же сидела, как на иголках, совершенно уверенная, что эта встреча не случайна, и самым непосредственным образом касается её. Девушка волновалась, и пирожные едва не падали из её рук. А между тем…
Юноша отхлебнул чаю, едва заметно вздрогнул и произнёс короткую фразу, на которую мама Агаты не обратила никакого внимания.
– Вот кипячёная вода, – поспешно протянула ему кувшин Агата. – Разбавьте, а то опять обожжётесь!
Гость улыбнулся, поблагодарил. Агата робко кивнула, и улыбка юноши стала шире.
– Вам нравится Яснопольск? – начал расспрашивать юноша, неторопливо попивая чай. – Слишком запутанный город, не правда ли?
– Мне кажется, в этом его прелесть, – осторожно ответствовала Агата. – Так забавно находить новые улицы. Конечно, заблудиться не слишком приятно, но со мной этого не бывало. И люди тут интересные… Очень интересные, – задумалась она.
– Попробуйте конфеты, – Анна Федотовна протянула гостю бонбоньерку.
– Не знаю, стоит ли, – засомневался золотоволосый тип, и Агата ринулась на защиту своих любимых рафаэллок.
– Это же такая вкуснотища! Конечно, кокос – это на любителя, но вафельный шарик очень вкусный, а внутри нежный крем и орешек! Я больше всего люблю раскусывать шарик так, чтобы орешек торчал из крема! А ещё можно сперва слизать кокосовые стружки и верхний крем, а потом… – Агата вдруг осеклась, увидев искорки смеха мелькавшие в голубых глазах.
– Вы великолепны, Агата, – хрустя рафаэллкой, сказал Орион Нереидович. – Вы подходите нам по всем статьям! Если вы согласны, я вас беру!
– К…куда? – едва не подавилась конфетой девушка.
– На работу! – безмятежно улыбнулся гость. – В риэлтерскую контору «Ясный Дом».
– А... а почему вы уверены, что я вам подхожу? – усомнилась Агата. – Ведь вы даже не вызывали меня на собеседование!
– А что это, по-вашему, было? – очаровательно улыбнулся юноша. – Вы знаете Языки! – Агате так и показалось, что он сказал «Языки» с большой буквы.
– Я изучила двенадцать, но ведь вы не проверяли, – растерялась Агата.
– А которые не изучали – вы просто понимаете, – подхватил гость. – Например, про горячий чай я сказал на «Кирстелле» – языке нимф, дриад, леших и подобных им существ. А «спасибо» прозвучало на «Куйшу» – древнем языке песчаных духов. Собственно, на мёртвом языке. Но вы поняли! Вы достаточно гибки, раз принимаете наш город таким, какой он есть. Не пытаетесь отсюда бежать, не проводите исследований и раскопок, не ждёте контактов с внеземными цивилизациями. И уж точно я буду глупцом, если упущу работницу с таким потрясающим Даром!
– Даром? – полуобморочным тоном переспросила Агата.
– У вас Дар Убеждения, милая, – посмеиваясь, просветил её Орион Нереидович. – К вашему сведению, я не ем совершенно никаких конфет. И у меня аллергия на кокос.
– Зачем же вы…
– Вы были ОЧЕНЬ убедительны! – махнул рукой гость. – В общем, если вы согласны, я жду вас завтра в нашем офисе, часиков так, в одиннадцать. Ознакомлю с работой. И с напарником.
Когда он ушёл, Анна Федотовна вопросительно посмотрела на дочь. Агата с ошарашенным видом сидела в кресле, и гладила пришедшую к ней на колени Мяуку.
– Пойдёшь туда? – мама собирала остатки чаепития. – Или отдохнуть хочешь?
– Что мне отдыхать, – вздохнула девушка. – За квартиру-то платить надо. Схожу, поинтересуюсь… Мам, слушай…
– Что, дорогая? – мама выглянула из кухни.
– А он кто?
– Кто?
– Ну… этот Орион Нереидович? Он человек?
– В общем-то, не уверена, – смущённо призналась мама. – Его Мяука привела…
– Ты? – замерла рука Агаты, гладившая большую тёмно-коричневую кошку. – Мяукочка, откуда он? Кто он?
– Пор-работаешь чуток, может, поймёшь, – промурлыкала гордость и краса семьи. – Не волнуйся, он не плохой. Не хам, не бабник… Наоборот, женщины ему так надоели…
– Конечно, с такой-то внешностью, – пробормотала Агата, ссаживая Мяуку на кресло, и отправляясь в ванну. Кстати, золотоволосый юноша был совершенно не во вкусе самой Агаты. Ей нравились мужчины побрутальней, помускулистей, и без смазливой красоты. Но главное – это работа!
 И так Орион Нереидович стал шефом Агаты.

– Проблемы на работе? – поинтересовалась мама, когда Агата в третий раз посолила жаркое. – Сложное задание?
– Да нет, – девушка пожала плечами. – Мам, а ты помнишь, когда я только устроилась в «Ясный Дом»? Ну, собеседование помнишь? Когда ещё чай пили?
– Разумеется, – улыбнулась мама.
– А тебя никогда не удивляло всё это?
– Что именно?
– Да разное, – развела руками Агата. – Что я понимаю языки всяких… существ, да вот хотя бы Мяуку! То, что в городе столько улиц, которые невозможно найти второй раз? И что населяют Яснопольск не только люди…
– Ну почему же, удивляло, – довольно спокойно отозвалась Анна Федотовна.
– И что?
– Да ничего! Поудивлялась и успокоилась. А вот почему тебя не удивляет?
– Меня? Ну… – Агата неопределённо пожала плечами…

…Когда она пришла в офис своей новой работы на следующий день, ей пришлось выслушать много такого, во что обычный среднестатистический человек вряд ли может поверить. Скорей всего он поверит в своё сумасшествие.
Улицу и здание, в котором располагался офис фирмы «Ясный Дом» Агата нашла довольно легко, хотя раньше не бывала в этой части города. Удивлённо окинув взглядом широкую улицу, сплошь заросшую старыми деревьями, Агата в очередной раз посетовала, что знает Яснопольск так мало. Широкая тенистая улица, мощёная большими коричневыми плитами понравилась девушке. Здания тут были старинные, сплошь двух и трёхэтажные, и пока Агата искала нужный ей дом, насмотрелась самых разнообразных и удивительных вещей.
И поэтому когда дом нашёлся, и Агата – взойдя на широкое крыльцо, распахнув тяжёлую узорчатую дверь, и оказавшись в белоснежном помещении с белоснежной мебелью, увидела за столом огромного чёрного кота – она не удивилась. Вздохнула и поздоровалась с ним.
Удивился кот. Он чуть наклонил большую круглую голову, и выжидающе посмотрел на пришедшую, словно спрашивал «Ты сейчас поздоровалась с котом! Ты уверена, что с тобой всё в порядке?»
– А что, Ориона Нереидовича нет? – Агата не повелась на эту кошачью игру. Пообщавшись с Мяукой, она знала коварство кошачьих. – Он пригласил меня сегодня на встречу.
– Ты Агата? – сдался кот. – Добрый день. Я Рапсодий, вроде как заместитель Ориона, когда его нет на месте. Ну и по совместительству, твой напарник. Проходи, присаживайся.
– Напарник? – Агата приблизилась к столу, присела на белоснежный стул. – А… для чего? Что мне нужно будет делать?
– Так и знал, что эта кудряшка ничего толком не объяснит! – фыркнул кот. – Ты вообще в курсе, куда пришла работать?
– Риэлтерская фирма, – неуверенно сказала Агата. – Орион Нереидович… – она чуть запнулась на имени, – Он сказал, что у меня Дар Убеждения, и он хочет, чтобы я тут работала… А кого и в чём убеждать?
– Покупать нашу недвижимость, разумеется, – важно заявил кот. – Ладно, пока шефа нет, постараюсь объяснить тебе поподробней. Да и вообще, думаю, он для этого и оставил меня тут – свалил свою обязанность на меня! Я и звонки принимай, и объявления просматривай, и разъяснения по работе – тоже на мне. Значит слушай. Хотя постой, – кот прищурился. – Ты действительно Агата? Вообще-то нам нужен был переводчик. Ты понимаешь какие-нибудь языки?
– Если верить твоему шефу – практически все, – вздохнула Агата. – А что, больше никто не понимает? Как же вы раньше работали? Или вы только открылись?
– Работаем мы около года, – кот спрыгнул с кресла и прошёлся по белоснежному полу, разминая лапы.
Агата засмотрелась на него. Рапсодий был великолепен. Кончики его ушей легко доставали девушке до пояса, а ведь Агата была довольно высокой. Мощные лапы, может, чуть коротковаты для такого массивного тела, а хвост похож на лисий – длинный, пушистый. Глаза ярко-золотые, янтарные, смотрят умно и проницательно.
– Я понимаю все языки, – подтвердил кот. – Но не все клиенты готовы прислушиваться к коту.
Агате показалось, что эти слова Рапсодий произнёс чуть презрительно. Типа, не слушают кота – ну и дураки. Она мысленно с ним согласилась.
– Продолжаем разговор, – кот вспрыгнул обратно на стул. – Как ты наверняка поняла, нашими клиентами являются не только люди. Откровенно говоря, людей среди наших покупателей почти не встречается. Зато мы работаем с другими существами, населяющими разные миры вообще, и Яснопольск в частности. Ты не шокирована? Даже не удивлена?
– Удивлена, – пожала плечами Агата. – Удивлена тем, что сама раньше не додумалась, что разные странные люди – это и не люди вовсе. Интересно…
– Что интересно?
– Интересно, кто был тот мужчина, которому я продала не те запонки, – призналась Агата. – Почему-то меня это мучает до сих пор.
– Опиши, – потребовал кот.
Агата на минутку задумалась, припоминая детали, и рассказала потенциальному напарнику о своём неудачном покупателе. Неудачном, потому что явно не смогла ему помочь. Не угодила.
– Хм, ты уверена, что правильно описываешь его внешность? – Агата первый раз в жизни видела, как хмурятся коты. – Глаза были синие?
– Аквамариновые, да ещё с каймой по краю радужки, – уточнила Агата. – Кайма цвета такого… штормового моря!
– Я думал, они не бывают в этом мире, – нахмурился Рапсодий. – Жаль, что ты ему не угодила. А ещё более обидно, что не познакомилась.
– Кто это был? – не выдержала Агата.
– Сеятель, – задумчиво откликнулся кот.
– Вечного и доброго? – съязвила девушка, не выдержав паузы между предложениями.
– Это был Сеятель Талантов, – фыркнул Рапсодий. – Не спрашивай кто это, я не стану вдаваться в подробности. И вообще, пора работать!
 Словно в ответ на это заявление, входная дверь распахнулась, впуская с улицы летний зной и посетителей во главе с великолепным шефом Агаты.
– Приветствую моих неутомимых работников! – засиял белоснежной улыбкой при виде девушки Орион Нереидович. – Агаточка, чудесно выглядите! Рапсодий, пропущенных звонков нет? Сообщения мне?
– Всё тихо, – буркнул кот.
– Отлично! А у меня для вас заказ! – и шеф посторонился, пропуская клиентов. – Прошу сюда! Вот наш специалист, Агаточка, она вам всё расскажет!
Сделав такое провокационное заявление, шеф стремительно переместился в своё белоснежное кресло и замер там, словно приготовившись созерцать спектакль.
На секунду Агата остолбенела. Потом бешено сверкнула глазами на безмятежно улыбающегося шефа. А потом бесшумно выдохнула сквозь сжатые зубы и повернулась к клиентам. На лице девушки уже играла профессиональная улыбка – типа, наша радость от вашего появления не знает границ. Клиенты кисло улыбнулись в ответ.
Они явно не были людьми, хотя на первый взгляд ничем от них не отличались. Просто у Агаты возникло стойкое мнение, что место обитания этих существ прочно связаны с водой. У женщины на руках были перчатки, но на обнажённых руках мужчины Агата увидела едва заметные наросты между пальцами. Перепонки? Что они хотят купить? Где? Им уже показывали дом или что там? Что ж, будем импровизировать…
– Итак, вы решили приобрести недвижимость через нашу фирму…
– Мы точно ещё не знаем, – промямлила женщина, нервно теребя ручку своей маленькой сумочки.
– Не знаете на чём остановить выбор? – предположила Агата.
– Не знаем, почему услугами именно вашей фирмы мы должны воспользоваться, – квакнул мужчина.
Нет, конечно, сказал, но Агата восприняла его голос именно как кваканье.
– Мы ничего не слышали о вашей фирме раньше. Почему мы должны отдать предпочтение вам?
– Хотя бы потому, что вследствие нашей, пока что, довольно скромной клиентуры, у нас самые низкие цены в городе, – уверенно сказала девушка, хотя понятия не имела какие цены на недвижимость в Яснопольске. И есть ли в городе фирмы, подобные этой – занимающиеся продажей в других мирах.
– Ну… это весомый аргумент, – переглянулись потенциальные покупатели.
– Может быть, вас не устроил выбор? – рискнула Агата, не осмеливаясь даже покоситься в сторону шефа.
 Если Орион Нереидович показал им всего один объект, или не показал вовсе – это будет большим минусом в её первом задании.
– Мы колеблемся между вторым и пятым вариантом, – промямлили клиенты, переглядываясь.
– Взгляните ещё раз? – царственным жестом повела рукой в сторону Агата. – Рапсодий?
– Конечно, – кот подошёл к одному из шкафов и пощёлкал какой-то аппаратурой, стоящей на полке. Белая стена, свободная от мебели, потемнела, и на ней появилось изображение – окружённая скалами морская заводь.
– Объект номер два, – прокомментировал Рапсодий. – Один из миров Аквы. Тихая прибрежная заводь, с удобными пещерами в подводных скалах.
Он снова чем-то щёлкнул, картинка с заводью уменьшилась вполовину, и рядом появился ещё один вид.
На этот раз взгляду зрителей предстало обширное болото – берега были живописно окружены брёвнами и валунами поросшими мхом. Всё болото заросло крупными разноцветными кувшинками, и было покрыто ковром ряски. В редких просветах виднелась тёмно-зелёная вода.
– Заболоченный мир – Лормб, – просветил кот. – На дне пара родников, один омут. Вода тёплая, прогревается до самого дна.
– Мы так и не выбрали, – нервно пожаловалась женщина. – Оба варианта очень хороши, трудно определиться…
– Ну, тут выбор зависит от нескольких факторов, – уверенно начала Агата. Теперь, когда она видела, с чем предстоит работать, стало легче.
– Во-первых, от ваших предпочтений в окружении. Яркая городская жизнь, – она указала на заводь, – Или тихая сельская глубинка, – рука Агаты ткнула в болото. – Где вам будет уютней? С кем вы предпочтёте общаться? Какое окружение вы предпочтёте для своих детей?
– Это вы верно подметили, – обрадовано квакнул мужчина. – Скоро у нас нерест.
– Тогда вам стоит обратить внимание на температуру воды, – кивнула Агата. – В заводи вода прогревается так же, как и в болоте, но и остывает быстрее за счёт расположения среди скал. А на дне болота – ил. Наверняка, нагревшись, он долго сохраняет приятное тепло.
– Но на скалу так удобно было бы подвесить икринки, – задумалась женщина.
– А сколько по времени они будут созревать? – поинтересовалась Агата.
– Дня три. Потом вылупятся мальки.
– А сколько времени они будут мальками?
– Около года, – переглянулись клиенты и мужчина набычился: – К чему эти вопросы? Не понимаю!
– К тому, что удобство скал вам понадобится от силы на неделю, – пожала плечами Агата. – А вот в остальном… Не забывайте о возможных хищниках морских вод. Вашим малышам понадобится покой, или хотя бы возможность прятаться!
– А ведь верно! – пара снова переглянулась, и мужчина кивнул Ориону Нереидовичу. – Мы согласны на Лормб. Когда можем подписать контракт?
– Завтра, разумеется, – шеф пружиной вылетел из кресла. – Пока что вот, – он протянул женщине небольшой буклетик. – Тут самые живописные виды мира, где вы приобретаете жильё. Как обустроитесь, сможете погулять.

Едва за клиентами закрылась белоснежная дверь, шеф повернулся к девушке.
– Агаточка, солнышко, это было просто великолепно! Под моим чутким руководством…
– Руководством? Да вы ни слова не сказали!
– Я наслаждался! – защищаясь, поднял руки шеф. – Наслаждался каждым вашим словом! Честное слово, вы бесподобны! А эта импровизация! – и шеф поцеловал кончики пальцев, – Просто нечто!
– А куда было деваться, – проворчала Агата, краснея кончиками ушей от похвалы.
– Действительно, теперь вы никуда от нас не денетесь, – подхватил шеф. – Обустраивайтесь пока, вон тот шкафчик ваш. Стол поставим вот здесь, устоит? Отлично! Что ж, думаю в вашем лице фирма «Ясный Дом» приобрела весьма ценного сотрудника!..

Квартира Анны Федотовны, матери Агаты, находилась в трёхэтажном доме на улице Гвардейской. Дом был старый, дореволюционных времён, с единственным парадным, высокими потолками, с широкими лестницами и коридорами. На этаже располагалось всего по две квартиры, причём одна из них была – шестикомнатная. Во второй, где было всего четыре комнаты, с детства жила Агата с мамой.
Когда девушка повзрослела и решила жить отдельно – а произошло это в восемнадцать лет – Анна Федотовна не кинулась переобустраивать освободившуюся комнату. Она лишь убрала детские вещи, которые не забрала с собой дочь, но не более того.
Корректировала обстановку сама Агата, приезжая на выходные, праздники, или просто заскакивая среди недели на чай. Так что комната, оставленная своей хозяйкой, совсем без хозяйского внимания не осталась.
С тех детских лет сменилось немногое. Детскую кроватку заменил диван, который никогда не собирался – можно было в любое время завалиться на его мягкие подушки и поспать, или просто поваляться. Да ещё светлые занавески с шариками и мишками сняла выросшая Агата. Теперь плотные тёмно-синие шторы не пропускали свет с улицы, если в комнате кто-то отдыхал. Но мягкие игрушки и первые куклы так и остались сидеть на узкой лакированной этажерке. Иногда перед сном Агата разглядывала их, вспоминая, когда было куплено то или иное.
Сегодня, приняв душ, Агата с удовольствием улеглась на приветливо скрипнувший диван, предварительно открыв окно – иногда Мяука, погуляв по своим ночным делам, приходила к Агате под бочок.
Проблем со сном у Агаты никогда не было, она засыпала едва коснувшись подушки, и просыпалась лишь от звонка будильника, или как следует выспавшись, по выходным. А уж после рабочей недели Агата только и мечтала забраться под одеялко. И спать. Спать… спать…

– Агата! Агата, проснись! Да Агата же! Просыпайся, тебе говорят! Щас поцарапаю!
Шипение проникало под подушку, которой накрылась Агата, и назойливо лезло в уши. Девушка с трудом открыла глаза.
– Мяука? Который час? – она покрутила взъерошенной черноволосой головой.
– Без пяти три, – ответила кошка.
– И зачем ты меня подняла? – не хуже Мяуки зашипела разбуженная Агата.
– Надо кое-кого уговорить.
– Что? Сейчас? А утром никак? Я спать хочу!
– Дело до утра не терпит, – нервно дёрнула хвостом нарушительница сновидений. – Утром он уже уйдёт!
– Кто он-то? – вздохнув, Агата села, кутаясь в одеяло.
– Кот. В смысле, это мой знакомый, – Мяука заметно нервничала. – И он хочет убежать из дома!
 – И что? – буркнула Агата. – Пусть бежит. Тоже мне потеря…
– Для его хозяйки потеря, – тихо отозвалась Мяука. – Она его с малых лет воспитывает, на помойке нашла и обихаживает.
– Может быть, ему там будет лучше? – предложила Агата. – Его хозяйка в чём – то его ущемляет?
– Да он как сыр в масле..! – Мяука задохнулась от возмущения. – Танюшка сама не съест – а любимому Леопольдушке и мяска, и колбаски, и сливок… Спит он на собственном кресле, моется в собственной ванночке со всякими шампуньками! Аристократ драный!
– Так ему это, наверное, не нравится?
– Не нравится ему! – фыркнула Мяука. – Ты его просто не знаешь – по крышам побегать – и то погоду узнаёт, вдруг дождик, лапочки замочит…
– Так чего ж он убегать вздумал? – не поняла Агата.
 – Решил, понимаешь ли, что в его крови есть кровь тигров и хочет сбежать в джунгли! – зло ответила кошка. – Я уже замучилась его отговаривать! А я Танюшку знаю. Она от слёз изойдёт. И так как прутик, а тут вовсе истает. На тебя вся надежда.
– Ладно уж, – вздохнула Агата, не интересуясь, откуда Мяука знает хозяйку Леопольда. – Зови уже своего… неуговоренного!
Мяука вспрыгнула на подоконник и мурлыкнула в сторону.
– Имей в виду – я представила тебя как специалиста по тиграм, – повернулась она к девушке. – Напугай уж его как следует – типа кровожадные, злобные и т.д?
Ответить Агата не успела – на подоконник вспрыгнул крупный котище. Точнее, не вспрыгнул а осторожно взобрался.
«Конечно, с таким-то пузякой!» – подумала Агата, в изумлении разглядывая данного представителя семейства кошачьих.
Мяука была очень большой кошкой, плюс размеров ей добавляла густая, длинная и очень пушистая шерсть. Рапсодий был просто огромным котом, но под его бархатной чёрной шерстью не просматривалось ни грамма жира. Сплошные мускулы, словно он регулярно наведывался в какой-нибудь кошачий спортзал. Теперь, зная о множестве миров, Агата не удивилось бы существованию такого.
Но знакомый кот Мяуки потрясал воображение. Леопольдушка был здоров, в меру пушист и не в меру толст. Точнее, он был жирен! Его лапы подгибались от веса собственного пуза, волочившегося по подоконнику, а лоснящаяся морда казалось вот-вот треснет пополам. А потом ещё повдоль и наискосок. При этом на кошачьей ряхе застыло выражение недовольства происходящим в частности, и неудобством устройства мира вообще.
 Очень осторожно, словно боясь вывалиться обратно за окно, кот перебрался на стоявший возле окна стол.
«Щщасте на столе лежало, по бокам свисало САЛО!» – некстати вспомнилось девушке.
– Здрасте, – неожиданно тонким голоском мявкнуло «щасте». – Вы и есть та расхваленная специалистка по тиграм?
– Эм… доброй ночи, – едва сдержавшись, чтоб не фыркнуть, выдала Агата. – Да, это я.
Мяука, бякушка, что ты там наговорила этому пузану?
– Итак, вы хотите покинуть, так сказать, джунгли городские, наведавшись в настоящие? Или вы хотите не в джунгли? Простите, к каким именно тиграм вы намерены уйти?
– Ну-у, мне не принципиально, – протянул Леопольд. – Важно, что меня влечёт к этим прекрасным и гордым созданиям!
– Позвольте немного просветить вас, и тем самым помочь с выбором, – ласково улыбнулась Агата, в душе мечтавшая, чтоб этот толстяк поскорей убрался, и она могла завалиться спать. – Итак, тигры: Тигр — вид хищных млекопитающих семейства кошачьих, один из четырёх представителей рода пантера (лат. Panthera), который относится к подсемейству больших кошек.
Леопольдушка приосанился.
– Тигр — вид исключительно азиатский. Исторический ареал тигра находится на территории Дальнего Востока России, Ирана, Афганистана, Китая, Индии и стран Юго-Восточной Азии, включая Зондский архипелаг. Сейчас на большей части этой территории тигры истреблены; В пределах России небольшая популяция тигров имеется только на Дальнем Востоке, в Приморском и Хабаровском крае, – продолжала Агата.
Услышав про истребление, Леопольд с зовом крови к тиграм немного призадумался.
– Тигры обитают в широком спектре ландшафтов: влажные тропические леса, мангровые болота и бамбуковые чащи в тропиках, сухие саванны, полупустыни, голые каменистые сопки и тайга на севере. Всего выделено 9 подвидов тигра, из которых 3 уже уничтожены человеком. Взрослые тигры — территориальные животные, ведущие одиночный образ жизни и яростно защищающие свою территорию. Свои личные территории тигры помечают различными способами. Мечение территории индивидуальным запахом является одним из основных способов коммуникации у тигров.
– У нас так же! – оживился кот, и Мяука с тревогой глянула на рассказчицу.
Нисколько не смутившаяся Агата, вещала без остановки:
– Несмотря на то, что тигрицы время от времени проявляют агрессию в отношении друг друга, их территориальные участки могут частично совпадать, и в этой ситуации они мирно сосуществуют; самцы же никогда не позволяют другим самцам постоянно находиться на своей территории и даже временно проходить через неё.
Учитывая агрессивное территориальное поведение самцов тигра, стычки по поводу распределения мест обитания между ними часто приводят к серьёзным травмам, а иногда даже к смерти одного из них…
На морде Леопольда вновь появилось задумчивое выражение, подкреплённое сдвинутыми вперёд усами.
– В дикой природе тигры в основном питаются копытными. Также тигры могут охотиться на больших травоядных, таких как индийский буйвол и лось. Кроме того, время от времени тигры питаются и нетипичными для их рациона животными, такими как обезьяны, фазаны, зайцы и даже рыба. Тигры могут убивать других хищников – волков, леопардов, удавов и иногда даже крокодилов…
Кот брезгливо сморщился.
– Амурские тигры и бурые медведи представляют довольно серьёзную опасность друг для друга. Иногда тигры могут охотиться на домашних животных, таких как собаки, коровы, лошади и ослы. Растительную пищу — орехи, траву, фрукты — употребляют только летом…
Слушая Агату знакомый кот Мяуки всё больше мрачнел, и кажется, отчаивался. Сперва он шевелил усами и вибрисами, потом надувал щёки с шумом вздыхая. Когда Агата рассказала про то, как тигры охотятся:
 …подкрадывание к добыче и ожидание её в засаде… Подобравшись к добыче на наиболее близкое расстояние, он настигает её несколькими огромными прыжками — самым стремительным способом передвижения. При ожидании в засаде тигр обычно выжидает, лёжа под ветром, а при приближении делают быстрый рывок на короткую дистанцию… – Леопольд коротко выдохнул и попробовал втянуть живот. Это удалось ему с шестой попытки и всего на пару минут.
– Люди на протяжении всей истории охотились на тигра, который является желанным охотничьим трофеем. Из убитых тигров часто делали чучела, впоследствии украшавшие дома английских аристократов. Промысловое значение тигра в качестве пушного зверя, несмотря на высокую цену шкуры, было ничтожно. Шкуры преимущественно использовались для изготовления чучел и ковров.
В настоящее время охота на тигров запрещена, но во многих районах всё ещё процветает браконьерство…
Кот икнул, и принялся нервно переступать с лапы на лапу.
– Вы не решили, к каким именно тиграм вы хотели бы примкнуть? – сладко улыбаясь, уточнила Агата. – Я могу ещё раз перечислить вам все основные виды.
– Благодарю, – промямлил кот. – Я… э… пожалуй подумаю… Поразмыслю так сказать… Вы не против? – и он глянул на девушку с таким испугом, словно она собиралась тут же схватить его за хвост и потащить в какую-нибудь саванну.
– Конечно-конечно, – едва сдерживаясь, чтоб не зевнуть во весь рот, уверила Агата. – Думайте сколько угодно, а потом можете снова обратиться ко мне. Я вам ещё расскажу…
Кот сбивчиво поблагодарил и спешно ретировался. Причём теперь он гораздо быстрее перелез подоконник, чем до этого. Видать вдохновился.
– Ну всё, теперь он из дома ни ногой! То есть ни лапой! – рассмеялась Мяука. – Спасибо, Агаточка! Откуда ты столько знаешь про тигров?
– Спасибо Википедии и Гуглу, – пробормотала девушка и бухнулась спать.

– Доброе утро, – поприветствовала Мяука, появляясь на кухне.
– Раньше одиннадцати утро добрым не бывает, – заявила Агата, откусывая бутерброд с ветчиной. Анна Федотовна позаботилась о завтраке для дочки. Зная, как Агата не любит готовить, мама заранее собрала на стол, и к пробуждению Агаты её поджидали разнообразные бутерброды, салат и горячие пирожки.
– Так уже почти час дня! – вытаращилась Мяука. – В смысле ты не выспалась?
– Выспалась. Доброе утро, – милостиво кивнула Агата, подцепляя вилкой помидор из салата. – Как там твой толстенный друг?
– Изволили поймать мышь, – хихикнула шоколадно-пушистая кошка. – Лежит теперь весь из себя гордый, на кресле, лапочки дует. А хозяйка в молочку понеслась – свежих сливочек охранничку купить.
– Чуть не забыла! Там мама отварила для тебя креветок, – Агата кивнула в сторону тарелочки прикрытой салфеткой.
– Откуда? – оживилась Мяука.
– Я вчера привезла и забыла, – призналась Агата.
– Как ты могла? – ненатурально возмутилась кошка, зубами сдёргивая с тарелочки салфетку. – Я, понимаешь ли, страдаю без деликатесов…
– Да как-то заработалась, – рассеянно откликнулась Агата, и Мяука, внимательно поглядев на неё, сменила тему.
– Какие планы на сегодня? Куда-нибудь пойдёшь?
– Сначала маникюр, – девушка с неудовольствием глянула на идеально аккуратные ногти. Вон заусенец, а вон лак облупился, а вон тот ноготь – вообще кошмар!
– Потом в кино схожу, там что-то интересненькое идёт, потом по магазинам. А ещё хотела одну улочку поискать, видела однажды среди домов…
– Наполеоновские планы, – прищурилась Мяука. – А что насчёт вечера?
– Вечера? – Агата сделала невинный взгляд, но никого этим не обманула.
– В бар собираешься? – надулась кошка. – Знаешь ведь – тебе не стоит пить!
– Ну, Мяукочка, милая! – Агата заёрзала на мягком табурете, словно он стал из гвоздей. – Ты же знаешь, какая у меня сложная работа! Пока всяких там поуговариваешь… У меня мозг порой вскипает!
– Знаю я твоё немного, – проворчала Мяука. – У тебя Дар! И спиртное…
– Талант не пропьёшь! – отмахнулась даровитая работница. – И потом, я всего немного расслаблюсь!
– Знаю я твоё «немного»! – уже рявкнула кошка, спрыгнула с табурета и, расстроено дёргая хвостом, удалилась из кухни. Даже про креветок забыла.
Агата задумчиво подпёрла голову рукой и вздохнула. Мяука слишком расстраивается, когда Агата ходит в бар по выходным. Да, она пьёт там коктейли и расслабляется до тех пор, пока не начинает подташнивать. Но ведь при этом Агата не теряет контроль над собой, не безобразничает и не влипает в разные неприятные истории.
– Я просто иногда забываю, что именно я делала, – проворчала девушка, собирая со стола грязную посуду. – Поэтому такое счастье, что выходных у меня совсем немного!

Дождь обрушился на Яснопольск совершенно внезапно. Казалось бы только что влюблённые парочки любовались на золотое закатное солнце, только что тонкий серп месяца соперничал сиянием со множеством звёзд, и вдруг всё скрылось за бешено летящими тучами, небо осветили молнии, а гром перепугал уснувшие на стоянках машины. Они залились сигнализациями, предлагая хозяевам срочно купить им гаражи!
Хлынувший ливень скрыл неяркий свет фонарей, и так лупил по листве, что сбивал её наземь.
В такую погоду мирные обыватели Яснопольска сидели по домам, пили кофе и горячий шоколад, поедали блинчики с повидлом и никак не помышляли о прогулках.
Однако не все сидели дома.
Черноволосая девушка брела по лужам. Вечернее платье цвета штормового моря облепило великолепную фигуру, тонкие лямки то и дело слетали с плеч. Босоножки девушка держала в руке, нимало не смущаясь тем, что подол платья плывёт за ней по самым глубоким лужам. Ей было весело, девушка распевала, иногда принималась кружиться под струями ливня, нарочно шлёпая по воде и поднимая тучи брызг. Её не беспокоили возможная простуда или ангина, не волновала промокшая замшевая сумочка и не смущали недоумённые взгляды редких прохожих, спешащих туда, где тепло и сухо.
Впрочем, девушка тоже направлялась туда, где тепло и сухо. И где есть что выпить. В бар. По совести сказать, это был уже третий бар из тех, что посетила Агата в этот вечер. Начала она с «маргариты» в баре «Атлант», продолжила серией фруктовых с виски и пиноколадой в крохотном «Тинкере», а теперь вот собиралась в третий… Хотя точно не знала, в какой именно…
– Я девушка свободная! – вещала, а иногда и верещала, Агата, стараясь перекричать дождь. – Куда хочу, туда иду… Куда хочу – туда лечу! Куда хочу? О!
Сквозь сплошную стену небесной воды на глаза вдруг попалась яркая вывеска. Она ровно горела сочным зелёным светом и словно заворожила Агату.
Она прочла название бара. «Изольда». Потом зажмурилась, потрясла головой и прочла ещё раз. Изольда… почему Изольда? Какая такая Изольда? Агата махнула рукой и вошла. Какая разница, как называется бар? Главное, что тут тепло и сухо, и есть что выпить.
 Выбор коктейлей впечатлял. Усевшись за стойкой, Агата медленно водила пальцем по строчкам – в этом баре для коктейлей была отдельная карта!
– Такой пила… – бормотала девушка себе под нос. – И такой тоже. Этот в прошлый раз пробовала. Это что? А, тоже пила… О! вот такой… тьфу ты, было!
– Позвольте вас угостить?
Агата оторвалась от созерцания списка и уставилась на собеседника.
– И такой я тоже пробовала, – ошарашила она присевшего рядом мужчину.
– Что? – удивился он.
– А… нет… Извините, – Агата смутилась, отложила карту с коктейлями в сторону.
– Я хотел предложить вам попробовать «Море со льдом», – мягко улыбнулся мужчина. Он вдруг подался в сторону Агаты, наклонившись так близко, что девушка увидела его глаза. Сердце вдруг заколотилось в бешеном ритме, но он лишь взял отложенную ею карту, полистал и показал Агате то, что выбрал для неё.
– Этот… я не пила, – с трудом угомонив взволновавшуюся сердечную мышцу, проговорила Агата. – Согласна. Угощайте.
Мужчина улыбнулся, сделал знак бармену.
К «Морю со льдом» предлагались крошечные канапе на огромном круглом блюде. Агата сосредоточенно пробовала коктейль, выбирала из всего многообразия канапе без оливок и сыра, и заедала угощение.
Коктейль оказался совершенно изумительный по вкусу. Он был такой… такой… В общем, по мнению Агаты, он слишком быстро кончился, и она в недоумении заглянула в пустой бокал.
Потом умоляюще посмотрела на угощавшего её мужчину.
Тот рассмеялся, и перед девушкой появился другой бокал. С тем же напитком.
Потом третий. Потом ещё…
– Вам не холодно? – мужчина поднял руку и кончиками пальцев прикоснулся к обнажённому плечу Агаты, с которого опять слетела лямка платья. Едва-едва притронулся…
– Ерунда! – она беспечно махнула рукой. – Уже почти высохла!
– Гуляли под дождём?
– Ага, – она расплылась в улыбке. – Люблю дождь.
– Я тоже, – он с удовольствием наблюдал за девушкой, увлечённо пробующей очередную мини-канапешку. – Только вот промокать не люблю. Да и работе моей дожди, в общем-то, мешают.
– Зачем вы про работу? – чуть расстроилась Агата. – Я сейчас… отдыхаю! Вот.
– Работу мало кто любит, – рассмеялся собеседник. – Ни работать, ни говорить о ней.
– Люблю я свою работу! Люблю! – отмахнулась девушка.
– Вот как? И какая же у вас работа?
– О, работа у меня серьёзная! – Агата важно помахала пустой канапешной шпажкой. – На работе я совсем другая! Вот! – она щёлкнула пальцами и извлекла неизвестно откуда фотографию. Этому фокусу её недавно научил Рапсодий. Удобно, если понадобилась какая-то маленькая и лёгкая вещь.
– Действительно – другая, – мужчина серьёзно и внимательно рассмотрел высокий узел уложенных волос, белоснежную кофточку с воротничком-стойкой и чуть высокомерное лицо девушки, глядящей на него с фотографии. И другое лицо, с улыбкой уписывающее за обе щеки канапе с креветками.
– Посмотрели? – Агата протянула руку и взяла фотографию.
Мужчина фото не отпустил и слегка потянул его к себе.
Агата не сообразила вовремя разжать пальцы, и лица их сблизились на расстояние поцелуя.
– Можно оставить её себе? – теперь он был так близко. Смотрел в лицо Агаты своими глазами невозможного цвета. Глазами цвета…
– Что?.. – спросила она, и мир вдруг завертелся калейдоскопом цветных пятен…
 Пропал.

В контору Агата явилась вовремя, но с раскалывающейся от боли головой.
– Как отдохнула? – ехидно осведомился Орион. Он восседал в своём шефском кресле, закинув на белоснежный стол ноги в небесно-голубых ботинках. Шеф был занят важным делом – точил ногти пилочкой.
– Нормально, – буркнула Агата. – Ты бы отладил пространственный переход, а то буду каждый раз мигренями страдать…
– Прости, солнышко, – тут же виновато потупился шеф. – Времени всё как-то не достаёт, сама понимаешь – то одно, то другое… Но я сразу же… Мужчина сказал, мужчина сделал!
– Ага, – хмыкнула Агата. – Мужчина сказал, женщина напомнила, женщина напомнила ещё раз, женщина задолбала, мужчина выматерился и сделал!
– Я не матерюсь! – полыхнул от стыда и возмущения Орион Нереидович. – Сейчас отлажу, – и он исчез.
Агата удовлетворённо хмыкнула. Не часто ей доводится смутить шефа. Удовлетворение какое-то даже… А что? Он сам предложил установить в квартире Агаты расширитель пространства и, в качестве бонуса – межпространственный переход. Чтоб, значит, на работу не опаздывала и в пробках не застревала. Хотя пунктуальность Агаты была ему известна. А пробок в крохотном Яснопольске никогда не было.
Но раз уж предложили…

… Случилось это примерно через пару месяцев после устройства Агаты в «Ясный Дом». За это время они с Рапсодием успели продать: старинное аббатство в каком-то до мозга костей религиозном мирке; башню из слоновой кости в мире-пустыне; бесконечную, никуда не ведущую веранду, и сдали в аренду какую-то пропасть, на дне которой полыхало алым. А последняя неделя выдалась особенно напряжённой – клиент попался въедливый, склочный и скупой – он желал приобрести, ни много ни мало – дворец, да ещё в каком-нибудь вечнозелёном и вечноцветущем мире.
Агата и Рапсодий показали ему восемь прекрасных, сказочного вида, миров, хотя по контракту клиент должен был выбирать из пяти, а потом Рапсодий, по распоряжению шефа, переключился на более перспективных клиентов, покупающих сразу пол-мира, и Агата осталась с желающим дворец скупердяем один на один. Скупердяем потому, что, желая дворец, платить он был готов разве что за шалаш. И не поддавался ни на какие уговоры, так что Агата в конце концов засомневалась в своём Даре.
Кончилось это тем, что в одном из миров Агата пожаловалась на покупателя первому встречному. Встречный оказался колдуном, проникся положением Агаты и чуток поколдовал так, что в следующем дворце, предложенном вредному старикашке, их встретила стайка очаровательных девушек. Настоящих райских гурий. Избирательный дедок умилился – и не только, Агата видела масленый блеск его глазок – и тут же подписал договор, выложив всю оговоренную ранее сумму. Только вот девушка сомневалась в истинной сущности этих гурий – слишком уж многообещающе щурился колдун в сторону старикашки.
В контору Агата вернулась далеко за полночь, и Рапсодий, мирно дрыхнувший прямо на столе шефа, укоризненно взглянул на неё.
– Как успехи? – он зевнул, потягиваясь и выпуская устрашающе огромные когти. На секунду Агате показалось, что когти у Рапсодия из стали.
– Купил, – не стала вдаваться в подробности уставшая девушка.
– И что теперь?
– Что? Домой пойду, – пожала плечами Агата. – Устала ужасно.
– Пешком? – сделал круглые глаза кот.
– Такси возьму.
– Это не безопасно, – нервно дёрнул хвостом Рапсодий. – В наше время вообще небезопасно на улице ночью. Особенно такой красивой девушке!
– Спасибо, конечно, – Агата взяла из шкафчика свою сумочку. – Но не понимаю, чего ты разволновался, я всегда езжу на такси, если припозднилась где-то. Подумаешь, большое дело!
– Большое! – упёрся кот. – Тебе надо аккуратней относиться к своей безопасности! И вообще…
– И что ты предлагаешь? – удивилась Агата. – Спать тут? Рядом с тобой на столе? Боюсь, Орион Нереидович не оценит…
– Я ещё не сошёл с ума такое предлагать, – фыркнул кот. – Если я и предпочитаю делить с кем-то спальное место, то этим местом должна быть огромная и мягкая кровать! Но я тебя провожу! – он спрыгнул со стола и направился к выходу. – Ну, чего ты застыла, идём? Да не волнуйся, в такси разговаривать не буду, к чему пугать водителя? Ещё въедет куда-нибудь!

Всю дорогу Рапсодий честно выполнял обещание, хотя Агата видела, насколько ему это трудно. И не потому, что кот был болтлив – за время работы в паре с ним Агата убедилась, что Рапсодий крайне привередлив в выборе собеседников. Просто чёрного напарника Агаты ужасно раздражал водитель.
Обычно Агата садилась на заднее сиденье и, если ей не хотелось поддерживать разговор, водитель понимал это. Но сегодня ехать пришлось впереди, а водитель попался молодой и глупый, как пробка. Рапсодий разлёгся сзади, заняв всё сиденье, и в зеркало заднего вида девушка видела, как кот недовольно морщится от болтовни парня. Агата и сама предпочла бы тихий шум машины или, на худой конец, нейтральную музыку, но не тут-то было.
Видать, у парня давно не было пассажиров и ему стало скучно. А может быть, он слишком впечатлился внешностью Агаты, и нервничал. А может быть…
– Словесный понос, – проворчал Рапсодий, едва они покинули машину. – Почему все люди так болтливы?
– И я? – усмехнулась Агата.
– Тебе по работе положено, – не смутился чёрный кот.
– Ладно, идём. И постарайся до моей квартиры помолчать.
– Опять? Зачем? – возмутился Рапсодий. – Ночь уже, во дворе никого нет!
– Нет, да нет… А вдруг да есть?
– Ты что-то скрываешь? – прищурился кот, нервно дёргая хвостом. – Нехорошо скрывать что-то от своего напарника. Поклонники караулят?
– Да не скрываю я! – сдалась Агата. – Просто… Караулят. Но не поклонники.
– А кто?
Агата молча кивнула на окошко второго этажа.
Весь дом уже спал, тёмные квадраты окон были зашторены и безмятежны. Светилось лишь одно окошко. Кухонное, закрытое светленькими ситцевыми занавесочками.
На занавесочках замерла сгорбленная тень.
– Соседка моя, – тихо, сквозь зубы, просветила Агата. – Караулит. Опять в стену стучала.
– Это ещё зачем? – не понял кот.
– Узнаёт она так – дома я или нет? Слушает через стакан, что у меня происходит, а потом или в стену стучит, или включает на всю громкость телевизор.
– Вот же старая перечница! – возмутился Рапсодий. – Агаточка, детка, хочешь, я ей дорогу перейду? Она ж явно суеверна! Неделю потом из квартиры нос не высунет!
– Не высунет, – согласилась Агата. – Скорее всего, при виде тебя, её просто хватит инфаркт.
– Ну и ладно, была бы честь предложена… Постой! – вдруг прищурился Рапсодий. – А откуда ты знаешь… ну, про стакан?
– Мне её внучка рассказала, – грустно усмехнулась Агата. – Она ничего девчонка, учится на историческом. Раз в неделю приезжает в гости в бабушке.
– Мда, вот и верь после этого в родственные отношения, – проворчал чёрный кот.
Они прошли через двор почти на цыпочках. Агата старалась наступать только на переднюю часть босоножек, чтобы не стучали каблуки, а Рапсодию особо стараться не требовалось – как все кошачьи, он передвигался абсолютно бесшумно.
– Её дверь напротив моей, – полушёпотом сказала Агата. – Если она услышит, что кто-то идёт по лестнице, срочно побежит смотреть в глазок.
– Может, мне вообще, того, в окно к тебе запрыгнуть? – по морде Рапсодия было не совсем ясно – шутит он или рассердился.
– Сделаем проще, – тихо рассмеялась Агата.
Напарники поднялись на второй этаж, девушка открыла дверь своей квартиры и, быстро кивнув Рапсодию, словно невзначай встала спиной к двери соседки, загородив дверной глазок. Всего на пару секунд, которых огромному коту хватило, чтобы проскользнуть в квартиру.
– Завтра выскажет, что я загораживала ей обзор, – усмехнулась Агата, скидывая босоножки и с удовольствием шлёпая босыми ногами по линолеуму.
– А что, она кого-то ждала в такое позднее время? – проворчал кот.
– Да просто из вредности, – Агата пожала плечами. – Натура такая. Я вот тут подумала – ну, проводил ты меня, а сам как?
– Я кот! Даже если я пойду домой в столь поздний час, думаешь, у кого-то хватит смелости меня остановить?
– Я не об этом, – усмехнулась Агата. – Я про соседку.
– Тьфу ты, – в сердцах сплюнул Рапсодий.
 Потом они пили молоко на крошечной кухне Агаты, и Рапсодий не переставая ворчал – ему было тесно, а молока было мало.
– Как ты тут вообще разворачиваешься? – недовольным тоном осведомился кот.
– Я, понимаешь, редко готовлю, – смутилась Агата.
– Редко, это никогда? – Рапсодий скептически оглядел единственный запылённый шкафчик и наспех протёртый Агатой стол.
– Не люблю готовить, – Агата вздохнула и виновато покосилась на огромного кота, едва умещавшегося на табурете. – Питаюсь в основном в кафешках, если есть деньги – могу в ресторан сходить. Да мама ещё всегда рада накормить до заворота кишок.
– Мда-а, – кот спрыгнул с табурета и пошёл по квартире, обнюхивая почти каждый угол.
Агата шла за ним и смущалась ещё больше.
Квартирка и правда была тесной. Две комнатки – вход в каждую из узенького и короткого коридорчика; совмещённый санузел с сидячей ванной, в которую длинноногая Агата помещалась с трудом.
– Это ж ужас какой-то! – ворчал огромный кот, меряя лапами расстояние от двери до двери. – Это даже не хрущёвка! Сколько у тебя метров? Такое ощущение, что эту квартирку урезали или ушили!
– Не знаю, – пожала плечами Агата. – На момент покупки это единственное, что я нашла. Мне срочно хотелось начать жить одной, вот и…
– Знаешь, есть такая поговорка: «Поспешишь, людей насмешишь!» – набычившись, выговорил кот. – Чего тебе под крылышком у матушки не сиделось?
Агата снова пожала плечами.
– Значит, так! – Рапсодий запрыгнул на кровать Агаты и сурово вперил в девушку взор. – Теперь ты работник весьма небедной и очень необычной конторы, и тебе по статусу не полагается жить в такой халупке!
– Я не потяну покупку новой квартиры! – перепугалась Агата. – Да и не люблю я переезды…
– Кто говорит о переезде? Слушай сюда: Орион предлагает тебе одну премиленькую штучку – бытовой пространственный расширитель. Быпр, если угодно…
– БЫПР? – прыснула Агата.
– Ты слушай! – погрозил ей лапой кот. – Это такой специальный прибор, с помощью которого можно расширить имеющееся замкнутое пространство. Вот, например, твою квартирку.
– Мою? А зачем? – насторожилась Агата. – И как это?
– Как, как? Обыкновенно. Установим расширитель, и будет у тебя вместо двух клетушек десять нормальных просторных комнат.
– Десять?! – пришла в ужас Агата.
– Ну, пятнадцать…
– Пятнадцать?! Ты с ума сошёл? Да мне в этих лень убираться, а в десяти я совсем грязью зарасту!!! Не нужен мне ваш быпр!
– Нужен, нужен! И не спорь! – лязгнул зубами котяра. – А про десять комнат – эт я так… Сколько захочешь, столько и выставишь.
– Где выставлю? – не поняла Агата.
– На таймере! – отмахнулся кот. – Да, и чуть не забыл! Ещё кое-какую приблуду тебе вмонтируем. Чтоб не лазила по темноте и меня в провожатые не таскала! И можешь не благодарить! – отмахнулся кот, когда Агата открыла рот, чтобы обругать нахала.

На следующий день Орион Нереидович привёз Агате обещанное котом оборудование – вполне себе небольшая коробка из обычного картона. Шеф поставил коробку на табурет, извлёк из неё белый приборчик с экраном, похожий на планшет или видеокамеру от домофона. Экранчик был размером чуть больше ладони Агаты. Сверху располагалась клавиатура – стандартные циферки-буковки разбавлялись странными значками и закорючками. Кроме кнопок, на клавиатуре имелось несколько маленьких верньеров, подобных тому, какие были на старых радиоприёмниках.
Орион Нереидович оторвал с обратной стороны прибора защитную плёночку, подмигнул девушке и пришлёпнул приборчик на стену в коридоре.
– Ну, что, прелестная квартировладелица, сколько комнат желаем?
– А что, даже так можно?
– Как угодно, – расплылся в улыбке шеф. Пощёлкал кнопочками.
– Максимальное разрешение семьсот космопикселей.
– Это сколько? – вытаращилась Агата.
– Н-ну… Как бы тебе попроще? – задумался красавчик шеф. – Это значит: тридцать шесть комнат по двести метров квадратных. Но это максимум!
– Т-тридц… – поперхнулась Агата. – А маленьких?
– Ну, душенька! – развёл руками шеф. – Если устроит комнатка размером с платяной шкаф, то штук двести, думаю, настрогать можно!
– Настрогать, – едва не покатилась со смеху Агата.
– Так сколько тебе для полного счастья?
Девушка задумалась.
– Спальню, кабинет, спортзал, большую ванную, зимний сад, и… и комнату для медитаций! – выпалила Агата.
– А кухня? – внимательно посмотрел шеф.
Агата поморщилась.
– Гостиная? Ты не собираешься принимать гостей?
– Я не слишком их люблю, – призналась работница риэлтерской фирмы. – Предпочитаю сама в гости ходить. Но… можно и гостиную, давай!
– Значит, смотри сюда, – Орион постучал пальцем по светящемуся экранчику. – Вот то, что ты имеешь на данный момент. Вот этой крутилкой выставляем размеры. Ванну такую?
– Чуть больше, так, ага, пойдёт!
– Кухню?
– Незачем!
– Совсем?
– Не надо.
– А по утрам завтракать?
– Я ем через час после подъёма.
– Что, даже на ночь не перекусываешь?
– Тьфу ты! Убедил, речистый! Давай, но небольшую! О, а можно такую – с аркой и такой… вроде барной стойки? Чтоб не отдельно, а как бы вместе с гостиной?
– Да как угодно! Значит, типа студии… Вот тут поправим, подстроим… Идёт?
– Ага, нормально.
– Дальше что там?
– Спортзал…

Когда Орион Нереидович ушёл, Агата в некотором изумлении долго бродила по обновлённым и расширенным комнатам. Она никогда не была мечтательницей, не мечтала в детстве о том, какой будет её квартира, когда она вырастет. Родительская жилплощадь вполне устраивала маленькую Агату, а потом вот – в маленькую перебралась…
– А теперь хоть на велике гоняй, – усмехнулась девушка, осторожно заглядывая в «комнату для медитаций». – У меня и мебели то столько нет… Но хорошо, чтоб мне лопнуть! Очень хорошо!
Преображённые апартаменты понравились и Рапсодию, навестившему свою напарницу поздней ночью.
К счастью, Агата не спала и потому встретила его вполне радушно.
– Так, расширитель, так сказать, налицо, а переход он тебе сделал? – поинтересовался кот, выпив пять литров молока и съев здоровенную жареную рыбину. Разумеется, это не было кулинарным экспериментом Агаты, она попросту заказала в ближайшем ресторане роскошный ужин на дом.
– Эм-м, не уверена, – пожала плечами девушка. – А как он выглядит? Там висит какая-то коробочка на стене…
– Пошли, гляну, – кот спрыгнул с дивана, где сидел на данный момент.
В коридоре он внимательно разглядел повешенное Орионом и ткнул лапой.
– Вот тумблер перехода. Включи.
– Так?
– Угу. Видишь строчки? На клавиатуре набирай места, куда тебя будет переводить.
– А куда? – растерялась Агата.
– Строчек всего пять. Одна – в контору, так? Ещё куда тебе?
– А с обратной стороны он как работает? – не поняла девушка. – То есть, туда, где мне надо выйти, тоже переходники стоят?
– Там автоматически появляются, – отмахнулся кот. – У тебя переходник постоянный, а на местах выхода будут открываться одноразовые. Вышла – захлопнулись. Так куда тебе?
– Сейчас, – Агата принялась натыкивать адреса. – Контора, к маме, вот сюда, тут кафешка прикольная… Ещё… ещё-то куда?
– Можешь не сразу заполнить, – сжалился наблюдавший за её мучениями Рапсодий. – Как появится место, куда часто надо, так и вобьёшь его в память переходника.
– Поняла, – кивнула Агата, и довольные друг другом напарники отправились доедать остатки ресторанного ужина.
Как позже выяснилось, переходник имел свойство «терять волну» – по выражению Рапсодия. После потери волны Агата мучилась головной болью, и Орион Нереидович приезжал к своей сотруднице на дом, дабы настроить расшатавшийся агрегат.

Вот прошла очередная настройка, на которую Агата никак не могла сподвигнуть вечно занятого шефа. А теперь спровадила! Да ещё в краску вогнала…
Довольно улыбаясь, девушка уселась за свой стол и принялась пересматривать оставленные бумаги.
Так, этот контракт подписан, в отдельную стопочку его. А это что? Ого, купчая на крепость в одном из закрытых миров. А шеф-то в выходные времени не терял! Это надо почитать…
 Ладно, а тут что за папочка? В папке оказались фотографии и описания самых разных мест, которые шеф оставил Агате для изучения. Ну, и для предоставления в дальнейшем, заинтересованным покупателям. Папка была довольно объёмная, фотографий очень много, и девушка сама не заметила, как заработалась до обеда.
«Хорошо живёт на свете Винни-пух!
Оттого поёт он эти песни вслух,
И не важно, чем он занят,
Если он худеть не станет,
А ведь он худеть не станет…
Ну, если, конечно, он не подкрепится…
Ни-ког-да! Да!» – телефон взвыл дурным голосом, и Агата подскочила от неожиданности. Фотографии подводных пещер рассыпались по белоснежному полу. Вздохнув, девушка отключила будильник, напоминающий об обеденном времени, и принялась собирать рабочие материалы, и опять вздрогнула.
Потому что на пороге стоял клиент.

Конечно, в тот момент Агата ещё не знала, что это – клиент. Она просто увидела чьи-то ноги в коричневых пыльных ботинках, и поспешно встала, сжимая пачку фотографий.
– Добро пожаловать в агентство «Ясный Дом»! Мы подберём вам жильё по вашему вкусу в любом из доступных нам миров, – и девушка одарила профессиональной улыбкой невысокого и довольно невзрачного мужчину. Мужчинку… тщедушного мужичонку…
Агата мысленно поморщилась, поняв, что, по непонятным причинам, думает о пришедшем в негативном ключе. «Что за ерунда, он же ничего мне не сделал» – размышляла девушка, занимая место за столом и продолжая из-под ресниц разглядывать пришедшего.
Длинный, не по размеру, пиджак имел непонятный сероватый цвет и был вытерт на локтях и манжетах. Торчавшие из-под пиджака чёрные брюки лохматились понизу и, судя по нелицеприятному бугру в области талии – были перетянуты ремнём, чтоб не сваливались. А на шляпе-канотье, покрывающей узкую, смахивающую на кабачок голову, соломка истрепалась и торчала пучками. Пыльные ботинки Агата увидела ещё раньше, когда клиент только вошёл. Кстати, странно вошёл – Агата совсем не услышала его. На цыпочках он, что ли, крался? Или она слишком увлеклась разглядыванием материалов? Ушла, называется, в работу с головой!
В руках непонятный тип держал тонкую трость и от этого казался ещё более непонятным. Потому как трость даже на первый, беглый взгляд, была очень дорогая и совсем не соответствовала общему облезлому виду пришедшего. Трость была из красного дерева, лакированная. Средней толщины шафт был украшен замысловатой резьбой. Наконечник оказался металлический и к тому же заострённый – он сразу же процарапал неглубокие, едва видимые глазу полосы на белом паркете, что заставило Агату возмущённо вскинуть брови, а потом нахмуриться. Когда же он шагнул ближе, перехватывая трость поудобнее, то девушка увидела, что набалдашником трости является большой круглый камень, тёмного, почти вишнёвого цвета. Судя по блеску, это был настоящий гранат – Агата хорошо помнила, как они выглядят со времён работы в ювелирном магазине.
– Вы тут главная? – разглядывая Агату маленькими, глубоко посаженными глазками, спросил мужчина.
– Я один из продавцов-консультантов конторы, – вежливо кивнула Агата. – Что вас интересует? В каком из миров…
– Один из? – перебил недомерок. – А кто ещё? Значит, вы не главная?
– Вы хотите приобрести недвижимость или вам нужно руководство конторы? – девушка приподняла брови и добавила холода в голос. – Мой напарник занят другими клиентами, но если желаете, можете его дождаться. И заодно моего шефа.
– Кому понадобился шеф? – Орион Нереидович, блистая и сияя, возник на пороге. – Я здесь! Я пришёл! Готов всех выслушать и всем помочь! Агаточка, солнышко, здравствуй! Что тут у нас?
– Добрый день, – чопорно отозвалась Агата. – У нас клиент.
– Клиент? Великолепно! Чего желает наш клиент?
– А он не желает говорить мне, чего он желает, – довольно ядовито откликнулась Агата. – Он желает видеть вас или Рапсодия.
– Рапсодий занят, а я вас слушаю! – обратился Орион к мелкому (в плане роста) покупателю.
– Эээ… я тут… Я с ней буду работать! – мгновенно изменил решение этот странный тип и воинственно выставил вперёд подбородок, «украшенный» жиденькой козлиной бородкой.
– Если хотите, – начал шеф, – можете дождаться второго нашего…
– Нет! – практически взвизгнул мужичонка. – Я с ней буду! С ней буду говорить! И работать тоже с ней!
– Как угодно клиенту, – коварно улыбнулся Орион Нереидович, делая в сторону кресла приглашающий жест. – Работайте, Агата!

Клиент оказался нудным до зубовного скрежета, и через пятнадцать минут общения с ним у девушки разболелась голова.
Он сидел в кресле напротив Агаты и постоянно сучил ногами, придвигая их к себе, сжимая колени и переставляя с носка на пятку и с пятки на носок. Агате казалось, что, дай ему волю, он залез бы в кресло с ногами.
А ещё мужичонка постоянно норовил прикоснуться к девушке. Тронуть её за руку. Чего-то большего он позволить себе не мог – их разделял стол, но и эти поползновения ужасно раздражали. Раздражали до такой степени, что, вместо того, чтобы слушать и вежливо улыбаться, хотелось с размаху врезать недомерку по сопатке, а после выкинуть его за дверь.
– Я поняла вашу проблему и постараюсь что-нибудь вам подобрать, – к концу разговора у девушки прыгали перед глазами зелёные пятна.
– А когда? – недовольно спросил козлобородый покупатель.
– Думаю, к концу недели мы обязательно удовлетворим ваш запрос.
– Не слишком-то вы торопитесь, – скривившийся хмырь выбрался из белоснежного кресла, оставив на его поверхности грязные разводы. – Я ведь могу и в другую контору пойти!
– Это ваше право, – из последних сил держалась Агата. – Пока договор не подписан, вы можете обращаться куда угодно, а вот после его подписания вы работаете только с «Ясным Домом». Или платите указанную в контракте неустойку.
– Сложности, сложности, – плюгавый мужичонка, шаркая ногами и похихикивая, просеменил к двери. – Схожу ещё в пару мест, раз уж нет контракта, а там и видно будет… Да, видно будет…
Дверь за ним закрылась.
– Видно ему будет, – проворчала Агата, возвращаясь к столу, и тут же застыла. Приткнувшись между столом и подлокотником кресла, стояла забытая клиентом трость.
Агата чертыхнулась и, схватив её, метнулась к двери.
– Подождите!

Разборчивый в работниках и неразборчивый в одежде тип не ушёл. Он стоял на крыльце, и Агата налилась злостью, поняв, что он ждал её. И что трость он забыл нарочно.
– Ваша трость, вы забыли, – деревянным голосом произнесла девушка, передавая вещь владельцу.
– Ах, душечка, – забывчивый недомерок резво скакнул в сторону сотрудницы «Ясного Дома». – Вы так любезны! – он взял трость, попытавшись при этом тронуть руку Агаты.
Опять!
Она с трудом удержалась, чтобы тут же не спустить противного типа со ступенек.
– Годы мои уже не те, я не так молод, как хотелось бы, – мужичонка поглаживал трость, не отводя взгляда от девушки, и вовсе не торопился уходить.
– Извините, меня ждёт работа, – Агата с трудом выдавила из себя улыбку.
– Работа или ваш шеф? – мерзко хихикнул типчик. – Сильно уж вы, красавицы, привередливы, обычные люди вам не подходят. Вам ангелов подавай! Ангельски красивы и ангельски хороши… – он похотливо причмокнул, – Во всех делах! Или чертовски?
– До свидания! – Агата развернулась и промаршировала к двери. Захлопнула её.
Шеф стоял над креслом с тряпкой в одной руке и дезинфицирующим средством в другой, и удалял следы пребывания неприятного клиента, а в кресле Агаты сидел Рапсодий и тихо ворчал себе под нос.
– Агата, приветствую! Как отдохнула на выходных? – кот устремил на девушку взгляд янтарных глаз.
– Нормально.
– А что с голосом? – выпрямился Орион. – Этот козлодой тебя заколдовал?
– Он сказал, что вы ангел. И подозревал нас в сексуальных отношениях.
Шеф выронил тряпку.
– В каких отношениях?! – взъярился кот. Шерсть его встала дыбом и по ней явно забегали электрические разряды. – Где этот уродец?! Я ему объясню…
– Так это правда? – Агата смотрела в упор, и под её взглядом блистательный шеф стушевался, засуетился и съежился.
– Гм… гм… – он подобрал с пола тряпку и теперь крутил её в руках. – Что тебе сказать, Агаточка… Ну, какая тебе разница с кем ты работаешь…
– НА КОГО я работаю! – уточнила Агата. – Я хочу знать, кто вы есть?! – отрезала она. – Вы, что, в самом деле, ангел?
– Ой, ну какая разница? Ну, ангел, большое дело!
– Ни фига себе! – Агата на полусогнутых ногах добралась до стола и рухнула в отмытое и продезинфицированное кресло. – Ангел? Настоящий ангел? У нас и такое в Яснопольске есть?
– То есть, какое это такое? – обиделся шеф. – Я, на минуточку, живое и разумное существо! А не какое-то там такое!
– А крылья? Крылья где? – не унималась Агата. – Ангелы, они с крыльями должны быть! Где крылья, я вас спрашиваю?
– Ну, зачем тебе это? – со вздохом вопросил Орион, но, наткнувшись на лихорадочных блеск чёрных глаз, не стал упорствовать:
– Ладно, смотри…
Он отошёл в сторону, расстегнул и скинул сперва белоснежную жилетку, а затем рубашку.
– Любимые, жалко рвать, – пояснил он покрасневшей от лёгкого стриптиза девушке. – Готова? Вот…

…И за его спиной с шумом распахнулись два огромных крыла. Белоснежные перья сияли, и Агата не могла понять, каким именно цветом они светятся – белым или золотым?
– Красиво… – прошептала девушка, заворожено рассматривая ангельский атрибут.
– Насмотрелась? – смущённо поинтересовался Орион. И сияние погасло, а роскошные перьевые махалки спрятались непонятно куда.
– А что, жалко?– сварливо отозвалась Агата.
– Да нет, просто у меня живот мёрзнет, – любезно пояснил ангельский шеф Агаты.
– А какой вы ангел, Орион Нереидович? – Агата явно не собиралась отставать. – Ну, я слабо разбираюсь, но есть же всякие… Херасимы… Серувимы…
– Херувимы и Серафимы, – насмешливо поправил одевающийся ангел. – Нет. Я просто… Ангел, хранящий ключи от разных миров. Привратник, если угодно.
– Ангел, хранящий ключи… Ангел – ключник, – задумчиво повторила Агата. И тут же возмущённо подпрыгнула:
– Ничего себе храните! Это такими ключами вы отмыкаете миры? Вы же ими пользуетесь и зарабатываете на этом! На вверенном вам материале? Вот так ангел сейчас пошёл!
– Знаешь, Агаточка, сходи-ка ты пообедай? – засуетился Орион, и его строгим мявом поддержал Рапсодий. – А после, вот… по этому адресу. Тут давнишний клиент, договор, понимаешь, подписан, сроки поджимают…
– Спелись ангел с котом! – проворчала Агата, набирая на переходнике адрес мамы. – Рапсодий, а ты-то? Ты кот? Или тоже ещё кто-то есть? Погодите мне! – погрозила она пальцем. – Я вас выведу на чистую воду!
Тут переходник сработал, и девушка исчезла от потупленных взоров напарника и шефа.
– А ведь выведет, – сокрушённо покачал головой ангел.
– Принял на работу… на свою ангельскую задницу, – захихикал кот. Посмотрел на обиженное лицо Ориона и добавил: – Не печалься: поест, подобреет. А там, глядишь, и забудет, что к чему.

Когда Агата перемещалась в гости к маме из своей квартиры, то разовый проход всегда открывался в её бывшей комнате. Агата выходила из перехода возле стола, или из двери комнаты, или шагала прямо на кровать. Переход же из конторы «Ясный Дом», по словам самого шефа, был настроен коряво, и потому постоянной точки привязки не имел. Открывался куда попало. Агата уже побывала на всех этажах дома, выходила на крыльце и перед чужими квартирами, а однажды переход открылся прямо на крыше.
В этот раз повезло. Агата вышла на лестничной площадке, никого не встретила и не напугала до икоты.
Прежде чем нажать кнопку звонка, девушка с минуту размышляла – не податься ли ей в ресторан? Но голова после общения с противным клиентом всё ещё болела, и Агата решила, что не вынесет ресторанной атмосферы. Значит, мама и Мяука.
– Что стоишь на пороге? – позвонить девушка так и не успела – дверь открылась, и Анна Федотовна выглянула из квартиры. – Заходи, я твой любимый суп с лисичками сварила.
– Здорово! Спасибо, мам, – вяло обрадовалась Агата, скидывая босоножки и вешая сумочку на крючок. – А тазик холодной воды можно?
– Голова болит? – внимательно глянула на дочь Анна Федотовна.
Агата кивнула.
– Сейчас принесу. Проходи пока в кухню, располагайся.

Через пару минут девушка сидела за столом и блаженно жмурилась. Уставшие ноги покоились в тазике, полном холодной воды, на столе дымилась чашка ароматного супа из свежих лисичек, а на коленях Агаты развалилась Мяука. И щурилась так же довольно, как её молодая хозяйка. Кроме того, кошка тихо мурчала, постепенно снимая головную боль. Агата поглаживала пушистую красавицу, с облегчением чувствуя, как исчезает раздражение, из висков пропадают раскалённые иглы и можно не опасаться, что мозг сейчас лопнет и вытечет через нос.
– Спасибо, Мяукочка, – Агата вздохнула и взялась за ложку.
– На здор-ровье, – мурлыкнула врачевательница шоколадного окраса. – Обр-ращайся.
– Вкусно? Медленнее ешь, – Анна Федотовна подвинула дочери тарелку с хлебом. – Куда торопишься так?
– Очень вкусно! – Агата выбрала самую вкусную на взгляд корочку. – У меня ещё работа, контракт надо подписать.
– Так срочно?
– Угу!
– Что за контракт-то?
– Да так, – девушка пожала плечами. – Приходил неделю назад какой-то… Вроде демон мелкого пошиба…
– Демон? – напряглась мать Агаты. – И твой шеф послал тебя одну?
– У Рапсодия ещё дела, – Агата отложила ложку и довольно потянулась. – У нас на той неделе аж восемь контрактов, и на этой их надо подписать и закрыть. Если успеем – Орион премию обещал.
– Премию! – проворчала Анна Федотовна. – Его бы самого к демонам в лапы… премию…
– А знаешь, пойду-ка я с тобой! Не пр-ротив? – вдруг сказала прислушивавшаяся к разговору Мяука.
– Зачем? – не поняла девушка. – Ты же у нас домоседка. И потом, ты не работница нашей фирмы.
– Тебе жалко, что ли? – надулась кошка. – Мне, может, скучно?
– Сдаётся мне, дело не в этом, – рассмеялась Агата. – Но, если хочешь, то пошли! Тогда, после подписания контрактов и премии – куплю тебе вкусненького.
– Уговор-рила!

В контору Агата вернулась через несколько часов, попав под начавшийся в Яснопольске проливной дождь. Хорошо хоть Мяуку успела вовремя отправить домой, а то б имела сейчас при себе фыркающее и встряхивающееся нечто, больше похожее на мокрую шерстяную тряпку, нежели на кошку.
 В конторе обнаружился Орион Нереидович. Он торопливо подписывал какие-то бумаги и что-то тихо бормотал себе под нос. Рапсодия не было.
Агата разулась прямо на пороге, боясь поскользнуться на белом полу. Прошла на своё место и плюхнулась в кожаное кресло. Тут же прилипла к белой обивке, но не обратила на это внимания.
– Агаточка, солнце! – шеф отбросил ручку и встряхнул кудрями. – Ты вернулась!
– Ага.
– Ну как там? Купил? Купил?! – едва не подпрыгивал ангел.
– Купил, – кисло отозвалась Агата, не распространяясь, что у замухрышки – демончика тоже оказался дар убеждения. Она убедила его купить дом – пещеру и, поддаваясь его дару, едва не осталась там женой и хозяйкой. Спасибо Мяуке, выручила. Не участвовавшая в переговорах кошка от скуки разглядывала метущий по полу хвост клиента, и когда Агата уже почти согласилась остаться в пещере, вдруг прыгнула и вцепилась демончику в хвост. Несчастный взвыл и подпрыгнул едва ли не под потолок своего нового дома.
– Простите! Извините! Очень сожалею! – Агата минут десять рассыпалась в извинениях, но морок уже прошёл, и она снова чётко осознавала себя. – Она ещё молодая и шаловливая! Играет… Вы, наверное, пользуетесь каким-нибудь парфюмом, привлекательным для кошачьих?
– Ничем я не пользуюсь! – отпёрся клиент и больше не пожелал развивать тему, поспешив избавиться от Агаты и её шаловливой спутницы.
Агата спрятала в сумочку подписанный контракт и, ещё раз многословно извинившись и попрощавшись, покинула пещеру вместе с «помощницей».
– Спасибо, Мяука. Что-то я расслабилась… В общем, с меня кремовый пончик, – пообещала девушка, когда они возвращались в контору. – А почему ты прыгнула на него? Почуяла опасность?
– Да просто у него кисточка хвоста была надушена кошачьей мятой, – пожала плечами Мяука.
– Вот обманщик!
– Да ладно, главное – выкрутились…

… – Что? – не понял Орион, когда Агата рассмеялась, вспомнив прыгающую за хвостом демончика Мяуку.
– Ничего, – отпёрлась девушка и встряхнулась, разбрызгивая вокруг дождевые капли.
– Кстати, – шеф щёлкнул пальцами, и одежда, волосы и обувь сотрудницы «Ясный Дом» тут же высохли. – Я так и не успел поинтересоваться, чего же хотел наш козлобородый клиент? Замок? Дом? Обитель?
– Поле, – вздохнула Агата. – Он хотел поле.
– Для размышлений? – хохотнул Орион. – А если серьёзно?
– Куда уж серьёзней, – буркнула Агата, вдруг поняв, что ей придётся и дальше встречаться по работе с этим невыносимым типом. – Он хочет купить поле в каком-нибудь из миров, где есть доступ к астральной энергии. Кстати, что это такое? Из вашего ангельского арсенала штучка?
– При чём тут ангелы? – насупился шеф. Узнав, кем является её работодатель, девушка не преминула каждый раз напомнить ему об этом.
– Ты вообще в курсе, что такое астрал?
– Эээ… другой мир, в который может временно уходить душа?
– И это тоже. А вообще, астральный мир или астральный план – это прослойка совершенной энергии, которую можно использовать по своему усмотрению. Обычно между материальным миром и собственно Космосом есть Полотно. Это плотная материя, защищающая выход в Астрал. Например, в этом мире Полотно окутывает всю Землю, и лишь в некоторых местах оно тонкое. Но мне точно известно, в данное время на Земле нет ни единого места, где бы не было Полотна.
– А раньше было?
– Было, – кивнул ангел.
– Подикась, в Атлантиде и при цивилизации Майя?
– Вовсе нет. Истончение Полотна, а кое где и полное его исчезновение, было в момент перехода от первобытно-общинного к земледелию и скотоводству. Потом в период Матриархата и ещё при СССР. Правда, это были очень короткие мгновения, лет по десять-двадцать… В остальное время Полотно присутствует над миром, и лишь немногие могут позволить себе духовно пробить заглушки и выйти в астрал. А телесно и подавно. Но, повторюсь, есть Миры, где Полотно тонкое или сетчатое. Или отсутствует вовсе. В таких Мирах любят селиться все почитающие Силу существа.
– Ведьмы и колдуны? Или демоны?
– Я же сказал – все почитающие Силу существа, – ангел с укором глянул на девушку. – И нашему пресловутому клиенту зачем-то понадобилось поле именно в таком мире. То есть растить он собрался нечто необычное.
– Репку! – прыснула Агата. – Тянет – потянет, а вытянуть… Позовёт на помощь кошку… – и, подумав о Рапсодии, девушка залилась смехом.
– С чего такое веселье? – как говориться, помяни чёрта… Рапсодий нарисовался в дверях конторы и обвёл всех сияющими золотыми глазами. – Орион, день добрый! Агата, прелесть, рад, что тебе весело. Только объясните, по какой причине?
 Орион Нереидович объяснил.
– На кой ему поле? – вытаращился кот. – Он что, дриад разводить намерен?
– Почему дриад? – теперь дружно вытаращились ангел и Агата.
– Ну как почему? – Рапсодий прошёл на своё место, важно помахивая пушистым хвостом. – На поле, овеваемом потоками Астрала, может вырасти любое природно-магическое существо. К примеру, дриаду. Думаете, в любом дереве живёт дриада? А вот и фигушки. Дриада живёт в дереве, корни которого зацепили магическую жилку-родничок. А за остальными деревьями дриады лишь присматривают. На поле, подобное которому хочет наш клиент, магические жилки-роднички присутствуют обязательно. Отсюда вопрос – что или кого хочет вырастить на поле этот тип? Кстати, а он хотя бы платежеспособен? Описала ты его… хм, не слишком лицеприятно…
– Думаю, да, – вспомнив камень на трости, кивнула Агата. – Уж не знаю, почему он так одевается, но думаю, оплатить поле он может себе позволить.
– Ну и замечательно, – мурлыкнул Рапсодий, – Это единственное, что нас интересует.
– Не единственное, – задумчиво возразила Агата. – Как узнать, что он собрался на этом поле растить?
– А никак! – неожиданно сурово отрезал шеф. – Наша работа – найти подходящий объект и продать его клиенту! И всё!
– Но…
– Никаких но!
– Кудряшка, в общем-то, правильно говорит, – нехотя признал Рапсодий. – Какое нам дело, какой ботаникой собирается заняться этот хмырь? Нам надо контракт заключить, а там хоть трава не расти.
– Какие-то вы нелюбопытные, – буркнула девушка.
– От любопытства кошка сдохла, а я жить хочу, – парировал Рапсодий.
– Так ты не кошка, ты кот! – не осталась в долгу Агата.
– Хватит! – шеф хлопнул по столу пачкой бумаг. – Вот имеющиеся у нас в наличии поля. Пять объектов, как указано по Контракту. Все с выходом к астральному полю. Изучи и постарайся как можно скорее раскрутить клиента на сделку.
– Ясно, шеф, – девушка вздохнула. – Можно дома изучить? Или ещё дела?
– Можно и дома, – милостиво согласился Орион. – С остальными я сам.
– В гости позовёшь? – оживился Рапсодий.
– Вообще-то я к маме, – смутилась девушка. – Я Мяуке кремовых пончиков обещала, если хочешь…
– Нет, нет! – поспешно отказался кот. – К маме – это святое, не посягну…
– Почему? Мама будет рада. Да и Мяука…
– Нет!
– Как знаешь, – Агата пожала плечами. Прошла к двери, обулась в высохшие стараниями шефа босоножки и, попрощавшись с напарником и шефом, покинула контору.
– Почему отпустил? – кот потянулся, запрыгнул на стол и разлёгся там.
– Вызывают, – виновато пожал плечами ангел.
Оба посмотрели вверх, на сияющий белизной потолок.
– Если что новенькое, ключиков прихвати, – Рапсодий облизнул лапу.
– Как всегда, – кивнул шеф риэлтерской фирмы. – Новые места – новые контракты…
– Кстати, прибраться бы тут… – кот, прищурившись, оглядел помещение, перевёл тяжёлый взгляд на ангела.
Тот поёжился и протянул коту связку ключей.
– Этот, – ткнул лапой Рапсодий. – Она всё сделает, а мне тоже надо… наведаться…
– До завтра, – и ангел, с шумом распахнув крылья, исчез в ослепительном сиянии.
– Бывай, – проворчал кот.
Полежал ещё немного, приводя в порядок блестящую чёрную шерсть. Потом фыркнул.
Белый пол засветился красным. Ярче, ярче – он словно плавился, образуя посреди офиса алую дыру. Дыру, из которой несло нестерпимым жаром.
– Кто посмел вызвать меня?! – в брызгах раскалённой лавы, в клубах чёрного ядовитого дыма возникло возле стола ужасное существо. Голова его одновременно напоминала человеческий череп и морду медведя, и была рогата и клыкаста. Четыре ужасные лапы имели длинные когти, а шипастый хвост стегал по полу. Глаза извергали молнии, и длинный раздвоенный язык метался из стороны в сторону. Всё тело существа покрывали стальные пластины. Пластины были алого цвета и светились раскалённым металлом.
– Ну, допустим, я, – и кот лениво зевнул, продемонстрировав острые клыки. Блеснула сталь. – Не люблю дешёвые спецэффекты… Убери это!
Миг – и на месте чудовища появилась премиленькая девушка. Волосы в хвостик, конопушки на щеках и синий топик-шортики – костюмчик. Девчушка испуганно пискнула и опустилась на одно колено.
– Приберись тут, – велел кот. – Так, чтоб сияло. А потом можешь сходить вот сюда, – тяжёлая лапа подвинула ключ ближе к краю стола. – Поохотишься.
 Глаза девушки хищно блеснули.
– Работу проверю лично, – предупредил кот. – И ещё… Не зарывайся, ясно? Ключ разовый, доступ только за отлично проделанную уборку. Воспользоваться дважды не сможешь. И не пробуй там остаться – узнаю, развоплощу… Всё понятно?
– Я поняла, пов… – горловым ворчанием Рапсодий заставил девушку подавиться последним словом. Встал, разминая лапы: когти со стальным скрежетом прошлись по поверхности стола. Девушка вздрогнула. Кот насмешливо посмотрел на коленопреклонённую фигуру, спрыгнул на пол и исчез.

Орион
Очень ценится среди людей развитая интуиция. Этакое шестое чувство. Тот, у кого это чувство развито в полной мере, законно гордится им и старается прислушиваться к тому, что оно говорит. Тот, у кого хорошо развито шестое чувство, очень ценит способность вовремя придти на нужное место. И вовремя уйти оттуда.
Орион человеком не был, и потому интуиция у него была развита на полную катушку.
Ангел прислушивался к ней и потому успел в нужное время переместиться в нужное место – в свою сферу наблюдателя; оглядеться и щёлкнуть пальцами, убирая пыль недельной давности; занять место за столом и принять позу «Подыхаю от тоски». Как только правая рука Ориона заняла место в его шевелюре, а левая дёрнулась залезть в нос на предмет поиска козявок – дверь распахнулась.
Так как единственной точкой опоры в этом мире была невероятно высокая скала, на которой и располагалась сфера наблюдателя, то сразу за порогом открывался вид на плывущие над пропастью облака. И, разумеется, кто попало, кто-нибудь неожиданный и неприглашённый, войти в сферу не мог.
Поэтому, разумеется, за открытой дверью стоял ещё один ангел.
Он чем-то неуловимо смахивал на сидящего за столом, и в то же время был совершенно от него отличен. Более высок, более широкоплеч. Более благообразен…
– Орион! – ангел быстро схлопнул крылья и шагнул ближе к столу. – Рад видеть тебя в добром здравии!
– Мы ж ангелы, что нам сделается, – проворчал наблюдатель. – Здравствуй, брат. С чем пожаловал? Или просто в гости, елейчику попить?
– По делам, конечно, по делам, – смущённо отозвался пришедший. – Ключи новые подоспели, я и принёс.
И он брякнул на стол огроменную связку.
– Что-то многовато подоспело!
– И не говори! Миры ныне открываются пачками! Говорят, аномалия какая-то в Космосе… Опишешь их?
– Куда ж я денусь? – ворчливо отозвался Орион, старательно зажимая в себе радость – столько новых миров! Это ж сколько можно контрактов заключить!
– Ну, да, ну, да… Работа у тебя такая, – смущённо покивал гость. – Ты потерпи, Орион… У тебя смена скоро кончится, верно? Ну, сколько тебе там осталось? Двести лет? Триста?
– Четыреста пятьдесят! – отчеканил кабинетный работник.
– А… ну… не так уж и много… ты уж потерпи…
– Терплю, терплю, – с улыбкой отозвался Орион. – У тебя ещё что-то? А то сам видишь – работы привалило…
– Да, да… Работай, Орион, работай! Всего хорошего!
– И тебе не кашлять!
Принесший ключи открыл дверь, распахнул крылья и шагнул в облачную бездну.
Оставшись один, Орион Нереидович вынул из стола большую и невероятно толстую тетрадь и пушистое золотое Вечное перо. Налил в чернильницу Вечных чернил. Потом разомкнул кольцо на связке и взял первый ключ. Ангелу-наблюдателю предстояло лично проверить каждый мир и описать его в Мировой тетради. Много работы. Очень много.

Агата
Смолотив полную тарелку гречневой каши и три котлеты, Агата осталась сыта и довольна. Теперь можно было совместить приятное с полезным: неторопливо попивать горячий чай и работать. Разложив на столе фотографии, девушка принялась рассматривать их и читать краткие описания сфотографированного поля и мира, в котором это поле находилось. Пять фотографий – пять совершенно разных миров. Согласно Контракту.
– Что это? – Мяука тоже заинтересовалась происходящим. Вспрыгнула на стол. – С каких пор вы продаёте пустую землю?
– По Контракту желание клиента… – со вздохом произнесла Агата. Подула на чай, прежде чем сделать пару глотков. – К тому же, не такая уж эта земля пустая, как выглядит, – вспомнила она слова Рапсодия про магические жилки – роднички.
– И какую будешь предлагать? – Мяука села напротив младшей хозяйки и подцепила лапой из вазы кремовый пончик. Подкинула, играя, поймала ртом и проглотила, почти не жуя.
– Не знаю, как клиент пожелает, – Агата скривилась, вспомнив «клиента». Вот же недомерок неприятный! Хотя, надо отдать ему должное – ангела он в Орионе сразу разглядел! А то Агата так бы и ходила дура-дурой. Стоп! Раз он понял, что шеф Агаты – ангел, значит, и сам не является человеком! Разве не так?
– По-моему, так, – пробормотала девушка, придвигая к себе одну из фотографий.
– Что за мир? – Мяука умела читать, но почерк Ориона был настолько ангельски корявым – весь в завитушках и с наклоном, к тому же Агата держала бумажку с объяснениями вверх ногами от Мяуки.
– Мир Той, – прочла девушка. – Третья стабильная прослойка от мира Яви. Поле в полтора гектара. Ближайшие населённые пункты – абуша Кано, абуша Ро, абуша Чёса.
– Абуша – это что?
– Деревня, кажется.
– То есть с трёх сторон поле окружено деревнями? А с четвёртой?
– Лес, – прочитала на листочке Агата. – Непроходимый лес, полный опасных растений и животных. Мда… Вряд ли этот задохлик потянет разрабатывать поле вблизи от леса с опасным зверьём.
– На кой ему вообще поле? – осведомилась кошка.
Агата объяснила.
– Вот тут написано: астральное полотно сетчатое, мощность астрального потока 43,10 эрг. А тут? – она взяла второе фото:
– Мир Атикус, шестьдесят вторая стабильная прослойка от Яви. Соседствующие миры – воинственный Дабо и Лормб… О, этот я помню, мы там заводь продавали! Или болото?
– Не отвлекайся, – строго мяукнула кошка. – Читай дальше, мне интересно!
– Размеры поля сорок восемь соток, – согласно продолжила Агата. – Ближайшие населённые пункты: город Эос. Астральное полотно решётчатое, мощность потока… ого! 110 эрг.
– Не слабо жарит, – Мяука прищурилась и атаковала четвёртый кремовый пончик. – Ещё?
– Ринирони, – запнувшись, прочитала Агата. – Ой, смотри!
На фотографии изображалась заснежено-ледяная пустыня.
– И что тут растить? – скептически дёрнула вибрисами Мяука. – Снеговиков? А, нет! Сразу Деда Мороза!
Агата прыснула со смеху.
– Населённых пунктов нет, размер поля 52,7 сотки, – отсмеявшись, продолжала она. – Астральное полотно, гм, отсутствует… мощность потока… Сплошняковая неизмеренная…– она в недоумении глянула на кошку. – Это как?
– Наверное, никто не может измерить, – дёрнула хвостом та. – Или не берётся. Раз нет прослойки, можешь представить этот фон! Зайдёшь человеком, выйдешь…
– Снегурочкой! – снова покатилась Агата. Мяука тоже насмешливо зафыркала. – Не возьмёт он это поле, как пить дать, не возьмёт! Следующий мир: Эфимерик, седьмая полу-стабильная прослойка от Яви. Населённых пунктов нет, вокруг река… ух, ты – поле-то на острове! 30 соток всего, астральное полотно блуждающее, это как? – Агата в недоумении глянула на кошку.
– У шефа спросишь, не отвлекайся! Мне на охоту скоро!
– А? Уже вечер! Ничего себе! Ладно. Мощность пробиваемого потока 77 эрг. Знаешь, Мяукочка, сдаётся мне, именно Эфемерик этот тип и выберет.
– А пятый мир? – вытянула шею кошка, попутно выуживая из вазы последний кремовый комок. Тот лопнул и кошка испачкала лапу в креме, доставая его.
– Пустыня, – показала ей карточку Агата. – Называется Шоус, нестабильная двадцать восьмая прослойка. Два гектара, полотно узорчатое с мощностью в 84,8 эрг. А, да, есть население: кочующие племена арма, паол-ха, зан-три и… и ещё с десяток названий… Странно…
– Что?
– Обычно в нестабильных прослойках жизни нет. По-крайней мере, разумной жизни. Всякая нежить не в счёт.
– А там завелась, – Мяука тщательно вылизала «кремовую» лапу. Встряхнулась. – А с чего ты решила, что это разумные племена?
– А кто?
– Ну, может какие-нибудь… тараканы!
– Фу! – скривилась девушка, собирая рабочий материал.
– Так, значит, предлагаешь Эфемерик?
– Предложу все. Но выберет, скорее всего, этот. Думаю, он подходит ему лучше всего.
– И откуда ты знаешь, кому и что предложить? – спрыгнула на пол Мяука.
– Сама не понимаю, – Агата тоже поднялась, принялась потягиваться, разминать плечи. – Я и раньше, в магазине, знала, кому и что надо, и теперь… Может, это тоже мой Дар?
– Всё возможно, – мурлыкнула кошка.
– А сколько у меня их всего? Мяукочка, ты, случайно, не в курсе?
– Случайно нет, – отпёрлась Мяука. – Заболталась я с тобой, меня давно Леопольд ждёт!
– Привет ему! – крикнула вслед мелькнувшему пушистому хвосту Агата. Одним глотком допила забытый в делах и потому остывший чай, написала маме записку, что придёт завтра после работы, и вышла из квартиры.
– Случайно, как же, – ворчала сидевшая на крыше кошка, наблюдая, как гибкая фигура девушки стремительно пересекает улицу. – С твоим папаней и нарочно ни в чём уверенным быть нельзя! Случайно… – в негодовании повторила она и прыгнула за трубу.

На два дня в Яснопольске зарядил проливной дождь, и в агентстве «Ясный Дом» наступило полное затишье. Никто не рвался купить хотя бы самую завалящую нору, и работники в лице Агаты и морды Рапсодия занимали себя, чем могли. Орион Нереидович ещё не вернулся со своих загадочных дел, дозвониться ему не было никакой возможности, так что напарникам предстояло самим справляться с текущими делами. Поэтому ливень пришёлся даже кстати – аврала не намечалось.
Агата просматривала всевозможные файлы, чтобы встретить будущих клиентов во всеоружии, а Рапсодий что-то выискивал в рабочем ноутбуке и временами принимался яростно ругаться на латыни или греческом. Агата слушала это краем уха, но с вопросами не лезла.
– Что там твой «полевой» недомерок? – Рапсодий оторвался от очередной онлайн ругачки с кем-то. – Никак передумал или что?
– Водой смыло, – рассеяно отозвалась Агата, и спиной ощутив недоумение кота, подняла голову от распечаток и фотографий.
– Да не знаю я, почему он не приходит. Возможно, обратился в другое агентство, ищет, где условия лучше.
Рапсодий фыркнул так презрительно, что сразу стало понятно – он стопроцентно уверен, что лучше «Ясного Дома» никаких агентств нет, не было и не будет!
– А сколько вообще в Яснопольске риэлтерских контор и агентств? – заинтересовалась Агата.
– Есть кое-что, – кот снова уткнулся в экран, зацокал когтем по клавиатуре. – Но далеко не все работают с Существами. И уж конечно, далеко не все – а если честно, практически никто! – не может предложить выходы в Другие Миры. А мы можем! Так что пускай хоть обойдёт весь город – лучше нашего «Ясного Дома» не отыщет!
– Какой ты патриот рабочего места, – засмеялась девушка, и осеклась когда хлопнула дверь.
Козлобородый недомерок, возжелавший полевых условий, стоял на пороге. Вода текла с полей его шляпы и поля её уныло обвисли почти до воинственно торчащего носа клиента. Теперь уже Агата с печалью убедилась – именно клиента. И ему, похоже, конкретно припекло, раз уж даже ливень не заставил его сидеть дома с чашкой горячего чая.
Впрочем, горячего чая он всё же хотел, о чём нахально и заявил, уронив мокрый зад в белое кресло напротив Агаты.
– Во-первых, добрый день, – чопорно сказала та, аккуратно складывая распечатки в белоснежную папку.
– Тоже мне – добрый! – фыркнул потенциальный покупатель. – Глаза разуй…те! Там же льёт, как порвало!
– У природы нет плохой погоды, – ответила Агата строками старой песенки. – Итак, вы согласны заключить с нами Контракт.
– Я ещё не совсем уверен, – промямлил тот. – Слушай… – Агата гневно вздёрнула бровь, – Слушайте, вы что, не предлагаете клиентам горячего в такую зверскую погоду? Я бы выпил чашечку чая. С сахаром или вареньем… Хотя лучше кофе! Да и со сливками! Я промок и промёрз хуже клятого пса!
– У нас не кафетерий, – вежливо, но твёрдо отрезала Агата, возмущённая таким наглым напором. Она могла предложить клиентам самой разнообразной воды на любой вкус, но поить их чаем-кофием, да ещё с вареньями (ага, мёда и сгущёнки и можно без хлеба!) не входило в её обязанности. Да ещё таких вредных клиентов!
– Не слишком-то вы, душечка, благосклонны, – скривился недомерок.
Было бы к кому, едва не сказала вслух Агата, но предпочла молча достать папку с нужными фотографиями.
– Итак, вы хотите приобрести поле с выходом к астральному полотну, – начала она. – Согласно Контракту, я подобрала для вас пять подходящих объектов в разных мирах. Желаете начать с фотографий или сразу включим слайд-шоу?
– Может, всё же кофе? – слабо понадеялся клиент. – Я замёрз, постыть могу! Контракт тогда с кем будешь… те! Заключать?
Тоже мне – потеря! Уж найду с кем! – снова захотелось фыркнуть Агате, но снова пришлось сдержаться.
А от шефского стола донёсся тихий щелчок, и кресло с недовольным мужчинкой вдруг обдуло горячим воздухом. Одежда моментально стала сухой, повода для простуд и нытья как не бывало! Завершив своё дело, тёплый поток исчез, а в воздухе остался едва ощутимый запах серы.
– Теперь вы готовы работать? – Агата благодарно покосилась в сторону пустого кресла. Почему-то при приходе клиента, Рапсодий сжался в комок, стёк куда-то под стол и предпочёл не отсвечивать, хотя при его габаритах это было удивительно и немного странно. Агата решила, что кот не захотел пугать недомерка – от страха ещё передумает сотрудничать с их конторой.
– Я… эээ… – обломившийся без горячих напитков, мужчинка тревожно потянул воздух носом. – А можно сразу пойти смотреть вживую?
– Разумеется, – пожала плечами Агата. – Но всё равно, вам надо выбрать с какого поля начинать. Они все очень разные.
– На ваше усмотрение! – подобострастно заулыбался козлобородый, показывая мелкие жёлтые зубки. – Уверен, вы душечка, предложите мне самый лучший вариант!
– Что ж, – Агата достала из ящика пять Ключей и привычным движением подхватила папку с распечатками подмышку. Не хочет сам выбирать, ей же легче, скорее отвяжется от неприятного типа!
– Тогда начнём отсюда, – она взяла Ключ от мира Эфимерик.
– Интересные ключики, – клиент выскочил из кресла и теперь стоял совсем рядом с девушкой, не доставая ей даже до плеча. Глаза его жадно блестели нехорошим блеском. – Это что, они любой мир открывают? Из любого места?
– Только один определённый, и только из нашей конторы! – с удовольствием пересекла эти мечты Агата. – И, разумеется, ВЫ получаете точку привязки к своему объекту только при подписании Контракта и полной оплате!
При словах «только из нашей конторы» и «полная оплата» – недомерок скривился, словно уксуса глотнул. Потом косо глянул на девушку и пробурчал:
– Пошли уже, чего стоим?
– Разумеется, – Агата подняла Ключ наизготовку.
– Постойте!
– Вы передумали? Хотите сперва глянуть фото или слайды?
– Нет, просто… Разве вам не надо переодеться? – хитро прищуренные глазёнки мужичонки масляно заблестели. – Всё же другой мир, поле, то да сё… Испачкаетесь ещё!
 Неужели думал, что девушка ахнет и кинется переодеваться при нём? Или решил, что сумеет подглядеть за ней в гм.. в ватер-клозете? А ещё вероятнее – хотел на некоторое время остаться один. В любом случае, предоставлять ему никакой из вариантов, Агата не собиралась. Сегодня она была одета в брючный костюм тёмно-серого цвета, и – по случаю дождя – тонкие ботиночки на невысоком каблуке. Вполне приемлемо, чтобы по полям скакать! Если уж она в шпильках умудрялась разгуливать по лесу, то это вовсе шалости.
– Не беспокойтесь, моя служебная форма оплачивается начальством, – сладко улыбнулась Агата, – Так что я её совсем не берегу!
С этими словами она воткнула Ключ прямо в воздух, недалеко от входной двери, и почти втолкнула туда горе-покупателя.

Судя по местным светилам – большое в зените, а маленькое только выползает из-за далёких деревьев – на Эфимерике утро плавно перетекло в день. Жары, однако, не было, что очень порадовало Агату.
– Это и есть моё поле? – подозрительно щурясь, мужичонка огляделся вокруг, словно предполагал, что занесут его куда попало.
Быстрый какой – твоё прямо, подумала Агата, но вслух сказала:
– Это самый лучший вариант из имеющихся. Энергополе хорошего размера и мощности, населения нет, а то, что поле находится на острове, исключит возможных посетителей с материка.
– Гм, гм, – отозвался «уже почти полевладелец» и принялся неторопливо прохаживаться туда – сюда, пиная комки земли.
Агата тоже огляделась.
Площадка, на которой они стояли, имела почти идеально круглую форму. Земля под ногами была чёрная и маслянисто поблёскивала. Выглядела она так, словно её недавно вспахали трудолюбивые землекопы. Далеко справа виднелись деревья, напоминающие земные ёлки и берёзы, а с остальных сторон разливалось за полем серебро реки. Очень широкой реки.
– А это ещё что? – прервал наблюдения Агаты недовольный голос без пяти минут покупателя. Пока девушка оглядывалась, он успел убрести довольно далеко от места их прибытия.
Агата поспешила туда, чтобы выяснить причину недовольства, и увидела камень. Очень большой серый камень, торчавший из земли почти в самой средине поля. И как она раньше его не заметила? Поверхность камня была вся извилистая, в мелких лабиринтиках, дорожках и ямках. Словно над ним трудилась сотня жуков древоточцев. Только вот жуки камнями не питаются. Агата дотронулась до камня и с удивлением ощутила под пальцами что-то вроде ворсинок. Совсем коротких, не различимых сразу, но вполне ощутимых. Присев возле камня, Агата склонилась к нему, словно собиралась обнюхать.
– Да ведь это не камень! – удивлённо воскликнула она. – Это гриб!
– Что? Гриб? – сердито пыхтящий клиент тоже наклонился и принялся ощупывать вызвавшую его недовольство штуковину. – Ну, пусть гриб! Откуда он тут взялся, я спрашиваю? – и он уставился на Агату, будто подозревал её в этой грибной диверсии.
– Вырос, наверное, это же поле – пожала она плечами. – И так достаточно удивительно, что на нём ничего не растёт.
– А как его отсюда убрать?
– Как? Например, выкорчевать. Грибы обычно легко выдёргиваются из земли.
– А ну-ка, давай! – клиент засучил облезлые рукава пиджака и упёрся в гриб, – Чего ты… вы встали? Помогите же мне!
– Ну, вот что! – Агата выпрямилась во весь рост, сурово глядя на пыхтящего мужичка. – Во-первых, вы ещё не подписали Контракт. Следовательно, поле вам не принадлежит, и корчевать что-либо здесь вы не имеете права! А во-вторых, я совершенно точно не собираюсь вам в этом помогать, потому что ЭТО не входит в МОИ рабочие обязанности!
Несколько секунд клиент ошалело смотрел на девушку, а потом как-то злорадно хихикнул.
– А что входит в ваши обязанности, милочка? Ах, даа, показать мне поля… Ну так показывайте, что же вы?
– Так вы же выбрали это…
– Ещё не выбрал, душечка, – опять захихикал козлобородый недомерок. – Что вы там сказали – пять миров? Так все и покажите! Давайте-давайте, это же входит в ВАШИ прямые обязанности!
– Разумеется! – наливаясь злостью, тем не менее, спокойно произнесла Агата. – Идите за мной!

Они вернулись в контору, откуда девушка активировала второй Ключ – прямиком в пустыню Шоус, где их сразу атаковали целые тучи разных насекомых. Одни летели, вторые скакали, третьи ползали. Их было так много, что у Агаты зарябило в глазах. Клиент заверещал, что на такое он не согласен, и они снова шагнули в офис. Пока привередливый клиентишка глотал поданную ему воду, Агата рискнула отлучиться в туалет и быстро умыться. Стало легче, и, припомнив, что на секунду ей показалось, будто у насекомых были крохотные, злобные личики, Агата поняла, что это и есть те самые племена, населяющие Шоус.
– Куда дальше? – осведомилась она.
– Эээ… – мужичёнка поставил на стол третью пустую бутылочку «Светлого Клина» – минеральной воды одного из миров, и нахально оглядел Агату. – Пожалуй, на первое поле. Там было лучше!
Кто бы спорил, едва не фыркнула девушка, снова открывая Эфимерик.
Оказавшись на острове, клиент побродил вокруг гриба, что-то бормоча себе под нос, а потом вдруг заявил, что всё же хочет посмотреть оставшиеся поля. Вдруг да он упускает лучшее?
Но после показа поля в мире Той – увидев треугольные домики одной из деревень, недомерок побледнел и пожелал вернуться на первое поле, Агата поняла, что он задумал. Он будет требовать показать ему все объекты, и после каждого возвращаться на Эфемерик. В конце концов, его он и выберет, а эти корчи недовольной морды – всего лишь способ поиздеваться и отомстить за нелюбезность.
Вернувшись после показа поля в Той, вконец обозлённая Агата распахнула свой шкафчик, схватила завалявшуюся там меховую накидку и быстро открыв ледяное поле Ринирони шагнула туда с ничего не понявшим клиентом. Там, закутавшись так, что только нос торчал, Агата с выражением зачитала клиенту данные поля и принялась расписывать достоинства оного. Хмыристый клиент, считавший себя очень умным и хитрым, дрожал на ледяном ветру, вытянувшись в струночку и хлопал глазёнками. Сказать он ничего не мог, а только мотал головой, отчего шляпа слетела в снег.
– Показывать следующий мир? – спросила Агата, едва они снова оказались в конторе.
Клиент тихо оттаивал и обтекал по стеночке – во всех смыслах этого слова.
– Или уже подпишем Контракт? Учтите, следующий мир последний!
Полевой горе-обозреватель поднял на девушку влажные – в прямом смысле! – глаза и мелко затряс бородёнкой.
– Значит, подписываем, – с удовольствием сказал Агата, жестом профессионального фокусника раскладывая перед недомерком Контракт.

Недомерка звали Фрозель Фрост. Подписав Контракт, он подозрительно уставился на девушку, словно ожидал, что она примется высмеивать его. Но Агата, работавшая с самыми разными существами, уже привыкла к необычным именам, фамилиям и прозвищам, и потому даже бровью не повела.
– Теперь поле моё? – уточнил Фрозель, откидываясь в кресле и поигрывая тростью.
– Осталась пара пустяков, – заверила Агата. – Контракт должен подписать шеф. Ему же вы передаёте оговоренную Контрактом сумму, и готово – можете пахать, сажать и сеять!
– Шеф? Это тот ангелочек? А где он? – заозирался вокруг Фрост, словно надеялся, что Орион Нереидович с криками «Сюрприииз!» выскочит из шкафа или из-под стола.
– К сожалению, сегодня шеф отсутствует, но завтра он будет на месте. В котором часу вам будет удобно подойти завтра в наше агентство?
На лице покупателя отчётливо читалось желание никогда больше в глаза не видеть ни агентство «Ясный Дом», ни тем более ангельского шефа Агаты. Он с видимым трудом удержался от ругани. Агата ждала, лучась улыбкой.
– Завтра зайду, – процедил Фрозель Фрост. – Как только так сразу – во сколько вы открываетесь?
– Мы работаем с десяти.
– Вот ровно в десять и буду! – пригрозил он, и вдруг сменил тон. – А сейчас я могу ещё раз глянуть на поле? Прикину, что делать с этим грибом…
– Разумеется, но это последний раз! После подписания Контракта, мои полномочия заканчиваются.
– Понял, понял, – проворчал Фрозель и встал из кресла.

На Эфемерике оба светила плавно сместились к горизонту и тени далёких деревьев как-то осторожно и опасливо легли на край поля.
Агата стояла и ждала, пока уже состоявшийся покупатель не закончит осматривать гриб. Фрост, прислонив трость к боку гриба, ползал на вокруг него едва ли не на коленях, ощупывал со всех сторон и бормотал что-то неразборчивое.
Агата ждала. Тёплый ветерок овевал её лицо, и вокруг было так тихо и спокойно… И вдруг краем глаза девушка заметила какое-то движение на земле, у самого основания гриба. В ту же секунду из-под земли (или всё же из-под гриба?) выскочила толстая коротколапая зверушка. Она повела круглым чёрным носом, принюхиваясь, и с видимым любопытством уставилась на замершую Агату. Девушка тоже в немом изумлении уставилась на зверька – глаза у того были невероятного голубого цвета! Видя, что Агата не угрожает ей, зверюшка заинтересовалась стоявшей у гриба тростью – обнюхала, потрогала лапой, и вдруг забавно подпрыгнула, словно пыталась достать до верха. Агата тихо рассмеялась, наблюдая за ужимками зверька. И вдруг зверушка схватила трость и, уронив её на землю, принялась грызть.
– Фрозель! – встревожено позвала Агата, вертя головой, поскольку клиент куда-то пропал. – Фрост! Вы где?
– Здесь я, – недовольно поднялся из-за гриба мелкий субъект – судя по грязным рукам и рукавам, он пытался сделать подкоп под гриб. – Не мешайте мне! – и он снова нырнул в своё грибное укрытие.
В эту секунду рядом с первым зверьком появился второй, и тоже с упоением принялся пробовать трость на зуб.
– Фрост! – уже громче крикнула девушка. – Ваша трость! – Агата быстро пошла в сторону занятых зверьков. – Да заберите же! Съедят!
– Что? – тот выгляну снова, и увидев происходящее, завопил так, что зверьки кинулись врассыпную.
– Ах, вы гадёныши! – Фрозель схватил трость и принялся осматривать. А потом накинулся на Агату:
– А вы чего смотрели?! Отобрали бы!
– Я была далеко. И я же вам кричала! – сердито отозвалась девушка. Она слегка посочувствовала недомерку, но была возмущена его тоном.
– Что это за звери? Раньше же их тут не было? Это вы подстроили?!
– Что вы несёте? – ещё больше рассердилась Агата. – Я же от вас не отлучалась! А что за звери… сейчас узнаем…
Она достала из кармана пиджачка переговорник.
«Дозвонишься из любого Мира» – сказал ей Орион, вручая девушке штуковину, похожую на круглое зеркало с кнопками под крышкой.
– Рапсодий? Да, я. У нас проблема, – и Агата вкратце описала, происходящее на Эфемерике. – Да, такие. Голубоглазые. Сперва их не было, а потом… время? Не знаю… Солнышки уже… а как? Ну, пусть будут Геса и Коаса – они уже ползут к лесу, почему-то справа налево… А, всегда так? Значит, что? Вечер и скоро ночь? Поняла. А, ясно. Да, хорошо. Нет, в файлах о них не написано. А что они… поняла… Ладно, спасибо, до связи.
– Что там? – едва не подпрыгивал Фрост, не дожидаясь пока Агата уберёт переговорник.
– Это бурунки, местные обитатели. Они живут именно на поле, под выходом в астрал, и мигрируют за энергополем, когда оно движется. Они спят с утра до вечера в норах, а вечером выходят. Мы их не видели, потому что были тут днём.
– И что теперь! Мне этот зверинец тут не нужен!
– Чем они помешают? – пожала плечами девушка. – Вы же ночью тут не будете гулять?
– Не ваше дело, когда я буду! – скривился клиент. – В любом случае, эти баранки или как их там должны убраться отсюда!
– Тут я ничем не могу помочь, – развела руками девушка. – На любом поле есть свои условия, которые вас не устроили. Это самое подходящее.
– Не подходящее! – зло отрезал клиент, – Они могут сожрать посевы!
– Не могут! Единственное, чем они питаются, это вот этот гриб! Это верх их норы. Бурунки живут под землёй в основании гриба. Его и едят. Так что ваши побеги будут в безопасности.
– То есть всё дело в грибе? – Фрост зло уставился на серого гиганта. – Не зря я хочу его выкорчевать!
– Вряд ли получится, – с некоторым злорадством отозвалась Агата. – Гриб представляет собой цилиндрообразный столб, длиной почти в четыре метра!
– Ничего, справлюсь! – запыхтел клиент. – Но от этих тварей я рано или поздно избавлюсь!
– Как хотите, – устало сказала Агата. – Вы готовы вернуться? Уже смеркается.
– Готов-готов, – скривился Фрозель и тут увидел ещё одного зверька, вскочившего на гриб. – А ну пошёл отсюда! – заорал он и с размаху треснул по зверюшке тростью.
Со скоростью молнии, зверёк метнулся прочь, а трость ударила в грибную поверхность.
Раздался треск. Верхняя часть трости, там, где потрудились зубы бурунков, взлетела в воздух и шлёпнулась на землю недалеко от Агаты.
– Что такое? – вытаращился Фрозель.
– Ну вот, вы сломали свою трость, – сказала Агата, глядя на обломок в руках мужичонки.
– Моя Голдочка! Золотце моё! – завопил Фрозель, падая на колени рядом с обломком.
В руках Фрост по-прежнему сжимал нижний кусок трости, и Агата вдруг увидела, как из полости – оказалось, что трость не цельная, а пустая внутри – выкатилось нечто круглое и сияющее. Упало на землю. И тут же ушло в глубину.
– Эээ… Фрост! – позвала Агата, продолжающего причитать клиента. – У вас там…
– Чего ещё? – вызверился тот, вскакивая с колен. На штанах, и без того не сильно чистых, остались большие чёрные пятна земли. – Это вы виноваты в случившемся! Вы не полностью рассказали мне про поле! Эти звери… оно не подходит!!! Я желаю другое поле! И вы найдёте мне его! Немедленно!
– Хорошо, – Агата вынула Ключ. В конце концов, в чём – то он прав, это её недоработка насчёт зверьков. – Я только хотела сказать, что у вас какой-то шарик в землю упал.
– Какой шарик? Откуда упал? – завертелся Фрозель, как собака, ловящая свой хвост.
– Из трости, – Агата открыла переход в контору. – Упал и сразу в землю ушёл. Ну, идёмте, чего вы стали. Я подберу новое…
– НЕТ! – взвизгнул вдруг Фрозель так, что у девушки уши заложило. – Какой шарик?! Он светился? Какого цвета?
– Золотистый вроде, – припомнила Агата. – Полупрозрачный такой и внутри что-то длинненькое. Вон туда упало!
Издав новый вопль, ещё погромче первого, Фрост упал на колени в указанном месте, и принялся остервенело рыть землю. Комки полетели вокруг, и Агата отшатнулась, едва не получив увесистым куском в лоб.
– Бесполезно, бесполезно, – запричитал козлобородый, изрядно перепачкавшись, но ничего не отыскав. – Оно уже ушло и скоро прорастёт!
– Новое поле… – начала Агата.
– Нет! – снова заорал Фрост. – Не надо мне ничего! Теперь это поле моё! Это!
– А как же бурунки? Они ведь…
– Ничего, я им ещё устрою! – зловеще пообещал Фрозель, сжимая в руках обломки трости так, что тонкие пальцы его побелели. – Они у меня попрыгают! Они узнают, с кем связались! – истерично выкрикнул он, вскинув обломок с набалдашником, и Агата невольно залюбовалась, как последний луч Коасы заиграл на вишнёвых гранях камня.

– Девочка моя, да на тебе лица нет! – встревожено сказал Рапсодий, едва вернувшаяся в «Ясный Дом» Агата, утомлённо откинулась в своём кресле. – Этот урод совсем тебя замучил! Что он тебе сделал? Говори! Я видел, как вы тут скакали туда – сюда! Почему ты не стала открывать другое поле сразу из мира, где находилась?
– На всякий случай, – Агата, опустила черноволосую голову на белую спинку кресла. Ей неудержимо хотелось спать. – Не понравился он мне. Мутный какой-то, жадный и противный…
– Это я заметил, – проницательно глянул на девушку чёрный кот. – Расскажешь, как всё прошло? Что там со зверушками?
Агата села более прямо, и стараясь не зевать во весь рот, рассказала напарнику, как показывала Фрозелю Миры. И о том, что произошло на поле.
– Говоришь, шарик выкатился? – Рапсодий задумчиво почесал у себя под подбородком устрашающим когтем.
– Ага, – девушка потёрла заковывающиеся глаза, не удержавшись, зевнула. – Светящийся такой… И сразу ушёл под землю, будто утонул. Ну, тот и отказался новое поле искать, а ведь как разорялся…
– Ясненько – понятненько, – Рапсодий сощурил золотые глаза и посмотрел куда – то за окно.
– Шеф когда придёт? А то завтра этот хмырь припрётся поле оплачивать. Наверняка, скандалить будет.
– Завтра и нарисуется наш шеф, – Рапсодий одним прыжком вернулся в кресло за столом Ориона Нереидовича. – Ничего, завтра я буду тут, пусть этот Фрозель-мозель только попробует рот раскрыть!
– Но это же и правда наша недоработкааа… – Агата зевнула так, что в шее хрустнуло.
– Разберёмся! – твёрдо уверил Рапсодий. – А ты давай-ка, двигай домой, да спать! Вон, уже сидя засыпаешь!
– Засыпаю, – согласилась Агата, с трудом выбираясь из мягких объятий кресла. – Ты тут сам закончишь?
– Разумеется.
– Тогда я пошла. Хорошего вечера, и спокойной ночи! – и девушка стремительно исчезла в мареве Переходника.

Орион

Поставив точку в последнем предложении, Орион с удовольствием отложил Вечное Перо и так потянулся, что если б был человеком – все косточки бы хрустом сыграли продолжительную сонату! Ангел встряхнулся, и рассмеялся от удовольствия – работа окончена, можно… возвращаться на другую работу! Он закрыл тетрадь, в которую записывал данные о новых Ключах Миров и убрал всё в ящик стола. Щёлкнул замком.
Потом поднял связку Ключей и задумчиво прикинул их вес. Уважительно присвистнул. И снова расплылся в довольной улыбке. Столько новых Миров!
– Нам предстои-ит чуде-есная рабо-ота! – пропел Орион Нереидович, торопливо заархивировал и спрятал связку в одеяниях. – В путь! В «Ясный Дом»!

В конторе обнаружился один Рапсодий. Он возлежал на белоснежном шефском столе, и выражение морды его было довольно мрачным.
– Приветствую! – вскинул руку Орион. – Что грустим, как слон без булки? Задолбали переулки?
– Юморист, – буркнул кот. – Закончил там?
– Там закончил, тут можно начинать! Как вы без меня? Справились?
– Агата продала Поле, – чопорно отозвался Рапсодий, умудрившись подчеркнуть все слова.
– Ага, то есть я вовремя, – потёр руки, Орион. – Завтра клиент явится за подписью?
– Именно. Но дело не в этом.
– А в чём?
– Помнишь, я говорил, что не наше дело, что собирается сажать у себя этот хмырёныш?
– Ну?
– Так вот ТЕПЕРЬ мне ОЧЕНЬ приспичило узнать, с чего мелкий демон так старается насчёт каких-то земледельных работ!
– Демон? – насторожился Орион. – А… какой именно демон?
– Пока не понял, как следует, – ворчливо признался кот. – Потому как не наш он, а откуда-то из-за рубежа сбежал…
– Гм-гм, – Орион потеребил кудряшку у виска. – В чём конкретно ты его подозреваешь?
– Как всегда, – Рапсодий зевнул, блеснув, далеко не кошачьими на вид, клыками. – Власть, возвышение над себе подобными, попытка захватить где-то и что-то…
– Было бы, что там захватывать, – скривился ангел.
– А кто сказал, что – ТАМ?
– Здесь? – встревожился Орион. – Так ведь…
– Рано об этом, – отмахнулся кот. – Сперва решу, что делать с этим агрономом-любителем. Завтра придёт, посмотрю ещё хорошенько. Кстати, когда у Агаты выходной? Или отгул?
– Да как захочет, – пожал плечами шеф. – А что такое? Ты не хочешь, чтобы она была в конторе? Ей что-то угрожает?
– С чего бы? – безмятежно отмахнулся Рапсодий. – Просто я тут подумал… Кажется, я придумал, как узнать об урожае недомерка.
– Хочешь использовать в этих целях её? – неодобрительно спросил Орион. – Она же... ну… твоя…
– Вот именно! – высокомерно перебил Рапсодий. – И потому – она справится!

– Вот здесь роспись, и здесь… И вот тут одну. И на этой страничке пару закорючечек! – Орион с неистребимой улыбкой подсовывал клиенту один лист Контракта за другим. – И последнюю вот тут! Готово!
– Канцелярия и волокита, – скривился Фрозель Фрост, а это был именно он. – Куда проще было в ранешние времена – палец тык, каплю крови кап, и всё! Никаких тебе ручек-крючек, бумажек– какаш…
– А можно и так! – вдруг уставился на него ангел серьёзным, пронзительным взглядом. После всех улыбок и медовых речей, это было настолько неожиданно, что мелкий противник бумажных работ вздрогнул и отрицательно замотал головой.
– Нет-нет, я вполне… И так могу, меня устраивает! – заблеял он испуганно.
– Очень замечательно! – снова заискрился улыбкой владелец конторы, ещё больше пугая Фрозеля столь быстрыми переменами. – Теперь последняя мелочь!
Он пощёлкал по клавиатуре ноутбука, и белоснежная поверхность стола вдруг пришла в движение – отъехала, казавшаяся сплошной, секция, а из открывшегося квадратного отверстия плавно вознёсся на обозрение здоровенный кассовый аппарат. При виде него, Фрозель вытаращил глаза. Аппарат имел белоснежный корпус и денежные ящики, а многочисленные ручки и кнопки были золотыми.
– Вы где его нарыли? – вырвалось у Фроста. – Такой древности уже лет сто не выпускают!
– А вы почём знаете? – прищурился Орион. – На вид вы моложе!
– Я-я… – заблеял недомерок. – Я видите ли, увлекался антиквариатом… И вот…
– О, замечательное увлечение! – оживился ангел. – Было время, и я увлекался подобным! Очень интересно! Я смотрю и трость у вас под старину? Позвольте взглянуть? – и он, будто ненароком протянул руку к стоявшей у клиентского кресла трости.
– Нет! – Фрозель так резво подскочил, будто его шилом кольнули. – В смысле… Трость мне очень дорога! Я… мне не нравится, когда её трогают чужие руки…
– Понятное ощущение, – ничуть не расстроился Орион. – В таком случае, вернёмся к нашим баранам!
– Каким баранам? – оторопел покупатель.
– Полевым, – любезно пояснил ангел. – Вам осталось внести оплату и дело в шляпе! Поле ваше!
– А… ясно, – Фрост уставился на бело-золотого кассового гиганта, словно ожидал, что тот сейчас оживёт и заорёт: «А ну, давай сюда свои деньги!»
Орион нажал на аппарате несколько кнопок и на чёрном экранчике, в верхней части аппарата, загорелись комбинации букв и цифр.
– Немного усовершенствованный, – пояснил ангел, ошарашенному клиенту. – С электроникой попроще, как полагаете?
Фрост только промычал невнятное, продолжая рассматривать циферки и буквы.
– Вот, собственно, способы оплаты и суммы, – пояснил Орион. – Мы принимаем любую из этих валют, и предоставляем клиентам право выбора. Чем предпочитаете платить?
Фрост похмыкал и ткнул грязным пальцем в одну из строчек.
– Замечательно! – сияя, так раздражающей Фрозеля, улыбкой, Орион нажал ещё одну кнопку. Справа из аппарата выдвинулся прямоугольный поддон – монетник.
– Пр-рошу! – жестом указал на него ангел.
Фрозель Фрост залез во внутренний карман потрёпанного пиджака и вынул небольшой мешочек, сшитый из бархатной коричневой ткани. Перекосив рот, будто пытаясь прожевать лимон с горчицей, Фрост высыпал содержимое мешочка на монетник. По экрану побежали цифры, звякнул колокольчик, и монетник вместе с деньгами плавно втянулся внутрь аппарата вместе с оплатой.
Орион дёрнул ручку кассы вниз – из узкой прорези, напоминавшей презрительно сжатый рот, пополз с шуршанием длинный чек. Ангел аккуратно оторвал его и степлером прикрепил к Контракту.
– Ваш экземпляр! – любезно протянул он бумаги Фрозелю.
– На этом всё? Поле моё? – всё ещё не веря, уточнил тот.
– Абсолютно! – заверил Орион. – Если желаете, мы пройдём на Поле и я там…
– Нет-нет! – поспешно, и даже чересчур поспешно, отказался уже стопроцентный полевладелец. – Я там… эээ… Уже начал работы и мне, знаете ли, помешает вторжение кого-то!
– Как будет угодно, – кивок ангела можно было расценить и как согласие, и как прощание с напутствием «Подписал Контракт, давай до свидания!»
Решив, что истинно – второе, Фрозель Фрост торопливо покинул риэлтерскую контору «Ясный Дом».

После его ухода, Орион неторопливо спрятал подписанный Контракт в нужную папку с другими документами и заставил кассовый аппарат спрятаться обратно в недра стола. Потом он обернулся к пустой стене и уставился на неё неподвижным взглядом.
– Твои наблюдения? – обратился ангел к стене. – Убедился, что он не человек?
– Убедился, – белая клякса на стене потемнела и Рапсодий с грацией, присущей всем кошачьим, покинул убежище. – Он мелкий демон, а судя по монетам, которыми он расплатился – родом из какой-то провинции Древней Японии.
– Даже так? То-то он опознал кассу! Японский демон… Как там их – ёкай?
– Ёкай-икай, я не обязан помнить всякую мелочь, – пренебрежительно скривился кот.
– А ты уверен, что он мелкий?
– Уверен! Даже человеческих пословиц и поговорок не знает! Высшие демоны обычно более образованы!
– Я тоже в них не силён, – отмахнулся Орион.
– Тебе простительно. Демоны больше парятся насчёт того, чтобы их не опознали. А этот мало того, что вылез из своей норы, так ещё и нашёл средства поле прикупить! И судя по всему, уже что-то там посадил. Не зря же он так всполошился, когда ты предложил сходить на поле.
– И что теперь? Прижмёшь его?
– Не в моей юрисдикции!
– Ой, да ладно! А то вы там, меж собой, не договоритесь! – усмехнулся Орион. – Скажи лучше, что тебе как медведю бороться, приспичило узнать, ЧТО он там сажает!
– Ну, приспичило, – не стал отпираться Рапсодий. – Ну и потом… могу я оказать услугу коллеге по цеху? Раз уж он сам прошляпил такой экземпляр…
– Вопрос – что ты попросишь за подобную услугу! – пожал плечами Орион.
– Смотря, во что всё это выльется, – осклабился кот.

Адриан

 – Поздравляю, у вас мальчик! – из родильного бокса выплыла дородная акушерка, и белоснежным айсбергом надвинулась на ошалевшего мужчину.
– А где… – новоявленный папаша уставился на её пустые руки.
– Отдыхают, – расплылась в улыбке женщина. – Чувствуют себя хорошо.
– Сын! У меня сын! – радостный вопль заметался под высоким потолком родильного дома.
Акушерка деланно нахмурилась, шикнула на разошедшегося отца, и отправилась обратно. Свежеиспечённый папашка продолжал выделывать коленца и не обратил внимания на незнакомца, тенью проскользнувшего за акушеркой в двери бокса. Впрочем, буквально через пару минут, тот вернулся в коридор, и, прислонившись к стене, устало прикрыл глаза.
Не обращая внимания на рукав пиджака, испачканный новорождённым, Адриан вздохнул. На сегодня этот ребёнок последний, работа окончена, можно идти домой. Он поднял голову и прислушался к одному ему ведомым звукам. Пятеро гениальных врачей, шесть музыкантов, тринадцать художников и четыре супер-повара появились на свет сегодня в стенах этого роддома. А, да, один невероятный политический деятель. И вот этот последний, отец которого до сих пор выплясывает в коридоре – будет совершенно замечательным, одарённым, талантливым актёром. Адриан помассировал виски – от младенческих воплей у него разболелась голова. Хотя никто из малышей его не видел, но каждый заливался звонким криком, едва Сеятель приближался к нему, а уж когда он ронял Зерно Дара или Таланта на грудь ребёнка – о, тут визги достигали апогея. И верно, когда посеянное Адрианом прорастает – расправляя лучи по всем телу, устраиваясь на вечное место жительства, врастая в мозг, в сердце и в душу – это вовсе не самые приятные ощущения. Но что делать – такая у него работа!
Сколько раз он стоял в этом коридоре, сколько раз видел и слышал это:
«У вас мальчик!» – радость, испуг и удивление на лице родителя…
«Поздравляю! Дочка родилась!» – «Да вы что?! Моя принцесса!»
«У вас девочка!» – лицо тщедушного мужчинки выражает покорность судьбе и равнодушие – это его шестая дочь, супруга ходит в роддом, как на службу. А ещё четыре сына…
«У вас мальчик!» – отец похож на борца сумо, он неповоротливо двигается, ему тесно в этом коридоре, в новом костюме и в этой ситуации вообще…
Адриан тенью скользит по роддому – родильный бокс, палаты, операционная. Дети, дети, дети… Он бросает Семена, что вовсе не определяет Судьбу этих младенцев. Нет, конечно же, нет. Кто знает, сколько из них смогут развить свои Таланты на сто процентов, а столько заглушат этот зов, заткнут, задушат его по разным причинам. Другое дело Дар – тут уж не отвертишься. Но даже и его можно приглушить, не пользоваться, предпочитая другое – более модное, более простое, или более денежное. Ведь ни Талант, ни Дар – не обязательно сделают вас богачом. Они даже счастливым сделают лишь того, кто примет это.
Сколько раз Адриан видел, как дело его жизни просто вянет, сохнет и рассыпается трухой. Неблагодарная работа. Но такая она есть. Что ж поделать…

Адриан вышел на вечернюю улицу, глотнул всё ещё горячий летний воздух. Немного постоял на ступнях роддома, позволяя едва заметному ветерку гладить лоб и ерошить волосы. Ни капли облегчения после дневной жары!
Скорее бы осень, его любимое время года. Адриан обожал буйство красок в осенней листве, сквозную прохладу переулков, мелкий дождик, который даже не льёт – сеет. Конечно, работы меньше не станет, но передвигаться будет намного комфортнее. Даже если польёт ливень, у него есть отличный зонт! И потом, вдруг во время ливня Адриан снова встретит её… Платье цвета штормового моря, охватывающее гибкий стан, длинные чёрные волосы, рассыпавшиеся по белоснежным покатым плечам, красивое, одухотворённое лицо, чуть надменное, но такое притягивающее взгляд… Как приятно было сидеть рядом, ненароком касаясь изящной руки, пить коктейли и шутить. Девушка прекрасно видела его уловки – насмешливо вскидывала бровь, но милостиво позволяла заигрывать и ухаживать… Он и заигрывал, как мальчишка, впервые встретивший девушку мечты.
Замечтавшись о новой встрече, Адриан едва не прозевал нужный трамвай. Хорошо, что вагоновожатый, узнавший своего постоянного пассажира, затрезвонил в звонок, настойчиво приглашая занять в трамвае место. Адриан виновато и благодарно кивнул ему, вскочил в прохладный вагон и уселся возле окна.
Кондуктор дал ещё один звонок и трамвайчик, громыхая и покачиваясь, покатил своим маршрутом. Никольский проспект, Кленовая, Советская, улица Павла Павлончука, Большое Яснопольское кольцо, Маниловка – и на рельсах забрезжило марево, не видное непривыкшему глазу – трамвайчик выехал на Рябиновую, одну из Скрытых улиц Яснопольска. Собственно, этой длинной, извилистой улицей и заканчивался данный маршрут. Адриан всегда с любопытством оглядывался – есть ли в трамвае кто-то, кто первый раз едет этим маршрутом, заметит ли кто-нибудь переход, начнёт ли задавать вопросы. На его памяти такое бывало всего пару раз, обычно до конечной остановки, трамвайчиком под номером двенадцать, едет только он, да ещё несколько человек – постоянные жильцы улицы Рябиновая. Вот и сегодня: старушка из пятого дома – вышла около булочной, брат и сестра, держащие художественный салон – покинули вагон на безымянной остановке, приветливо кивнув Адриану на прощание, хмурый мужчина в серой шляпе и таком же плаще – как всегда вышел на остановке «Старый Бар». И самый последний пассажир – сам Адриан, собственной персоной. Едет до последней остановки – Рябиновка, а дальше опустевший трамвайчик уходит в депо.
Трамвайчик всё погромыхивал по рельсам, улочка вилась и вилась, в окнах мелькали, а то и стучались в них ветви деревьев, росших к рельсам так близко, что иногда получался настоящий зелёный коридорчик. И вот она – Рябиновка. Адриан выскочил из вагона, помахал вагоновожатому, и дождавшись, пока маленький трамвайчик-труженик покатит дальше, перешёл рельсы.
Весь Яснопольск был очень зелёным городом, но Адриану казалось, что такого количества деревьев, кустов, клумб и других насаждений, нет ни на одной другой улице. Домой он, как всегда отправился через многочисленные квадратные дворики, пронизывая их насквозь, окунаясь в струящиеся отовсюду запахи – из окон ароматы еды, от клумб и балконов – цветущих растений, от иногда преграждающих путь верёвок с развешенным бельём – приятный запах чистоты и химических средств.
Проскочив девять двориков, Адриан вышел на окраину города. Тут улица Рябиновая кончалась, и единственный дом, относящийся к ней, был домом Адриана. Домики с дворами остались за спиной. Теперь перед Адрианом вправо и влево расстилалась обычная асфальтовая дорога, сразу за ней – канавка, а дальше очень живописная холмистая местность, ради которой на окраину Рябиновки приезжали иногда городские художники и фотографы. Тут были холмы разных размеров и высоты – от величественных, так, что голову задирать приходилось, до совсем маленьких – одним прыжком перепрыгнуть, так, не холмы, а холмишки или даже кочки. Вокруг холмов то густо, то жиденько произрастали самые разные деревца – берёзы, рябинки, клёны и тополя. Кое-где попадались дубки, и всякие хвойники. За холмами всё это растительное великолепие переходило в полноценные рощи и лесок.
Дорога была совершенно пуста – автобусы тут не ходили, жителям окрестных домов хватало трамвайчика. Адриан широкими шагами перешёл асфальтовую полосу, взошёл на выгнутый деревянный мостик, перекинутый через канавку. Адриан сам сделал его и установил тут, потому что весной канавку затапливали вешние воды, и ходить по мостику было куда как приятнее, чем прыгать по скользким канавьим бокам. Дом Адриана располагался на одном из высоких холмов, и дизайном напоминал просто шалаш или островерхую крышу, снятую с дома и поставленную на землю. Шишечка с Крышечкой – шутя называл холм с домом Адриан.
От низа до середины в этой «Крышечке» были панорамные окна, а выше дом покрывала многослойная гибкая черепица, приятного серо-голубого цвета.
Никакого террасирования Адриан не признавал, и по склонам холма были просто хаотично высажены яблоньки и груши. Меж ними вилась, впиваясь в холмистые бока, деревянная лестница с резными перилами – тоже творение Адриана. Перед самим домом была выложена небольшая площадка из плиток, сделанная в основном для укрепления почвы, ну и чтобы не приходилось идти к дверям по мокрой от росы или дождя траве. Ни клумб с цветами, ни каких-то иных садовых изысков вокруг дома не было. И не потому, что Адриан по-мужски предпочитал минимализм, а просто от нехватки свободного времени. Если таковое появлялось – Адриан спешил облагородить яблоньки и груши. Сейчас на них уже висели некрупные плоды, особых забот не было, и это радовало сильно занятого Сеятеля.
Не считая небольшого тамбура, задерживающего уличный воздух в холодное время года, комнат в доме было всего две: большая комната – студия на первом этаже, и кабинет, расположенный в мансарде. В студии объединялись гостиная, спальня и кухня, зонировавшиеся мебелью.
Дома Адриан с облегчением сбросил новые туфли из последней летней коллекции Marko – хоть и удобные, а за день так надоедают! – стянул светлые, но порядком запылившиеся носки, и босиком прошлёпал в ванную комнату. Там он сразу разделся и засунул вещи в стиральную машинку, а сам залез под душ и долго намывался, докрасна натирая кожу жёсткой мочалкой. Потом, вымыв голову, просто стоял под горячей водой, ощущая себя умиротворённым и наконец-то чистым. Обуваться после душа Адриан не стал – он любил чувствовать босыми ногами нагретый за день солнцем ламинат. А Марусечка – робот-пылесос запрограммированный на уборку два раза в день – не оставила нигде ни соринки, так что можно было не беспокоиться о каком-либо мусоре.
После душа можно было подумать и об ужине. Напевая себе под нос одну из прилипчивых рекламных песенок, Адриан поставил греть чайник, и сунулся в холодильник. Готовить не хотелось, поэтому он решил доесть вчерашний грибной суп, а уж завтра с утра придумать свежее меню на входные. Расположившись с тарелкой супа напротив окна, чтобы наблюдать закат, Адриан задумчиво смотрел, как садящееся солнце заливает склон холма расплавленным золотом. Кроны яблонь и груш беззвучно трепетали листьями на лёгком вечернем ветерке. Судя по всему, завтра будет хороший, безоблачный день, такой же жаркий, как сегодняшний. Но завтра Адриану не нужно метаться по роддомам или квартирам, завтра только «стрелять». Кстати, насчёт стрелять… Адриан глянул на часы, торопливо сунул в рот последний кусочек хлеба, и пообещав себе потом помыть посуду, быстрым шагом отправился в кабинет.
Кабинет располагался в мансарде. Адриан взбежал по крутой угловой лестнице на круглую площадку и остановился перед казалось бы сплошной стеной. Дверь кабинета никак не была обозначена и сливалась с кремовыми стеновыми панелями. Даже ручки нигде не видать. Чтобы войти в кабинет, надо было знать, что и где нажимать. Адриан постучал по одной из панелей, а потом приложил растопыренную пятерню к другой. Часть панелей вдруг сложилась, словно меха гармошки и отошла в сторону. Адриан скользнул в открывшийся проём, и оказался в полутьме кабинета.
Тут было всего одно окно, под которым стоял рабочий стол. Вдоль стен расположились встроенные шкафы, сделанные на заказ. Их многочисленные полочки были битком забиты всякой всячиной, а открывать дверцы следовало очень осторожно, иначе другая всячина, хранившаяся там, могла рухнуть тебе на… в общем на то, в районе чего находились открытые дверцы шкафа. Самое необходимое Адриан хранил в ящиках стола. Остальное же, заполонившее пространство кабинета, были самые разные вещи: антиквариат – когда-то Адриан увлекался им; подарки от друзей, хороших знакомых и малознакомых людей; всевозможные предметы, помогавшие в работе; и многое-многое другое. В шкафы всё, разумеется, не влезало и постепенно расползалось повсюду. Зато на столе царил идеальный порядок. Тут не валялось ни единой ненужной мелочи, ни клочка бумажки, ни пылинки – ни соринки. Всё второстепенно нужное пряталось в ящиках. А самое необходимое и главное – посредине стола.
 Этим самым – самым была Сфера – овальный, сияющий сгусток энергии, висящий над лотосообразной подставкой. Высота Сферы была едва ли больше тридцати сантиметров, а ширина варьировалась в зависимости от количества созревших в ней Зёрен. От него же зависела и интенсивность света. Чем больше Зёрен созревало в Сфере, тем ярче она светилась и сияла.
Адриан подошёл к столу и внимательно осмотрел свой «рабочий инструмент». Утром он забрал из Сферы все созревшие Таланты, и сияющий сгусток сразу угас, стал маленьким и бледным. Сейчас же Сфера поблескивала тускло-оранжевым и была не более пятнадцати сантиметров в ширину. Теперь внутри неё находилось мелкое и разноцветное: нечто вроде бугристых шариков, сплющенных линз, напоминавших лейкоциты, трубочек и всяких вообще ни на что не похожих кусочков. Вся эта канитель ни секунды не стояла на месте – вертелась, крутилась, перетекала друг в друга, свивалась в ленты, кольца и завязывалась в узлы. Это были так называемые Крохи Талантов. Раздавать их лично не требовалось, тут всё делалось проще. Перед тем, как очистить Сферу, Адриан внимательно рассмотрел Крохи, сокрушённо покачивая головой. Потом он открыл окно, обеими руками взялся за бока Сферы, и повернул её так, чтобы один конец был направлен между рамами, а второй чуть наклонён к столу.
– По воробьям из пушки – ПЛИ! – шутливо воскликнул он и дёрнул Сферу вперёд, а потом на себя.
Крохи Талантов с бешеной скоростью вылетели из Сферы на волю и сверкающей волной унеслись куда-то в город. Теперь они рассеются над улицами, их притянет человеческим теплом, и тот, в кого попадёт Кроха, вдруг найдёт в себе какую – то новую способность. Слабую, еле заметную, но вполне устойчивую и требующую себя проявлять. И только от самого человека будет зависеть – разовьёт он Кроху в полноценный Талант или она так и останется маленькой искрой, царапающей его наподобие попавшей в глаз песчинки.
Сфера опустела. Теперь она стала совсем тусклой и маленькой, и почти села на лотосоподобную подставку. Адриан тоже предпочёл сесть на стул – чтобы распылить Крохи, он использовал свои силы и теперь ноги ощутимо дрожали. Окно осталось открытым, и вечерний тёплый ветерок проник в кабинет, и пошёл сметать отовсюду накопившуюся за неделю пыль – в кабинет то пылесос Марусечка не добиралась. Адриан, поглядывал на Сферу, постукивая пальцами по столу, и хмурясь… Сегодня утром он забрал созревшие Таланты. Но среди них снова не было ни одного Дара! Ни одного! Обычно Дары созревали раз в сезон – два, а то и три полноценных необычных Дара. Но прошло уже восемь сезонов, то есть два года, и за всё это время Даров в Сфере не вызрело! А ведь Адриан был уверен, что видел их зачатки – сияющие Зёрна Даров отличались от Зёрен Талантов так же явно как воробей от орла. То есть они были! Точно были… А потом куда делись? Рассосались что – ли? Разве так бывает? Адриан тяжело вздохнул – если со Сферой что-то случилось, придётся вызывать Настройщика, а иметь дело с этой братией Сеятель совсем не горел желанием. Поразмыслив, Адриан решил, что подождёт до Нового года. Обычно в зимний сезон вызревало максимальное количество Даров – этакий новогодний подарок людям. И если этих Зёрен снова не будет, значит, он вызовет Настройщика. Удовлетворившись принятым решением, мужчина кивнул сам себе и мысли его переключились в более приятное русло.
Агата. Черноволосая девушка, прочно занявшая место в его голове, и кажется в сердце – при воспоминании о ней, странно теплело на душе, настроение поднималось и хотелось сделать какую-нибудь меланхолическую глупость. Интересно, она помнит его? Вряд ли. В тот вечер, Адриан проводил её до дому, в котором, по словам Агаты, жила её мама. Девушка шутливо предлагала зайти и познакомиться, но он смущённо отказался. Почему? Сам не понял… Решил, что ещё будет время. Ведь он взял её рабочую визитку. Точно взял! Перед глазами всплыл белоснежный прямоугольник с красивым объёмным домиком в углу и тисненными золотыми буквами: Риэлтерская фирма «Ясный Дом». Мы подберём Вам любую! недвижимость в любом! из Миров!
Специалист по недвижимости – Агата Девиш.
И телефон.
Адриан долго любовался визиткой, потом спрятал её в ящик стола, где хранил часто надобящиеся документы. И всё! Она словно в воду канула. Мужчина перерыл весь дом, но так и не отыскал драгоценный клочок бумажки.
– Что-то с памятью моей стало, – буркнул Адриан, ёжась и закрывая окно. – Но ещё не всё потеряно – не так уж много у нас в городе подобных агентств! Не иголка в стоге – отыщу!

 Адриан проснулся без будильника, вполне выспавшийся, но отчего – то в отвратительном настроении. Полежал, вспоминая какой день недели, чем он планировал заняться и есть ли необходимые и срочные дела и прочее… День недели нормальный – среда, и сегодня у него нет созревших Талантов, а значит не надо бегать по городу, раздавая их. Заняться он хотел поисками Агаты, то есть посмотреть, где именно находится «Ясный Дом», и наведаться туда с предлогом или без. А что тогда… Вспомнил! Сегодня же рабочая встреча! Приедут другие Сеятели из соседних городов для обмена опытом, решения возникших вопросов и прочего. И он, как Старший Сеятель Яснопольска, обязан присутствовать. В прошлом году встреча проходила в другом городе, а в Яснопольске это событие было впервые.
Встреча намечалась в 14.00, и время ещё было, но если он собирается встретить коллег, так сказать, во всеоружии, то следовало немедленно вставать и подготавливаться.
– Тьфу ты! – расстроено пробормотал Адриан.
Спокойный день с приятным времяпровождением рушился на куски.
Поднявшись, мужчина потопал в душ. Потом завтрак – быстро настрогать салат и пожарить яичницу. Какие уж тут творожные булочки и яичный рулет с беконом – не до изысков! Приготовить по всем правилам кофе тоже времени не оставалось, поэтому Адриан, морщась, заварил пакетик фруктового чая, чудом завалявшегося в кухонном шкафчике.
Стыдя самого себя, мужчина сунул посуду в раковину – к вчерашней, так и не вымытой! – поднялся в кабинет. Следовало уточнить список приезжих – количество человек, их имена, кто из какого города и многое другое. Как Старший Сеятель, Адриан не имел права ударить в грязь лицом.
 Ах, да, удостовериться, что помещение в их распоряжении. Хотя с этим не должно быть проблем – старая библиотека особым спросом не пользовалась, а тем более библиотечный актовый зал, где будет проходить встреча. И всё же Адриан позвонил заведующей, подтвердил, что мероприятие состоится, получил заверения о готовности зала. Потом пришлось звонить в ресторан из которого должны были доставить еду – после официальной части планировался небольшой банкет.
Решив эти вопросы, Адриан углубился в списки приезжих. Не так уж много – всего шестеро Сеятелей. Из них двое практиканты, и один готовящийся отойти от дел по возрасту. Адриан раз за разом перечитывал всё о других Сеятелях, чтобы не ошибиться в именах и прочем. Через час он сделал перерыв, нашёл в холодильнике фруктовое желе и с удовольствием съел. И пошёл одеваться – до встречи оставалось сорок минут.

С погодой повезло – приползшие невесть откуда облака, скрыли палящее солнце, дул прохладный ветерок, и Адриан был доволен, что не придётся мучиться в жаре. Он стоял на крыльце библиотеки и встречал гостей.
Первыми приехали на такси Сеятель и практикант из ближайшего к Яснопольску города.
«Тропов Лександр Лизандрович и Павел Мокров» – напомнил себе Адриан, улыбаясь и шагая навстречу. Обменявшись приветствиями, и проводив прибывших в актовый зал, Адриан вернулся на крыльцо, где уже стояли новые гости.
Ковальчук Юрий Максимович и его практикант Серёжа Лузин, приехали из столицы, чем немного смущали Адриана. Он опасался, что они окажутся высокомерными снобами, кривящимися при виде тихого, сонного Яснопольска. Но столичный Сеятель и практикант оказались вполне нормальными ребятами. Обменявшись приветствиями и парой шуток, они отказались от сопровождения и сами прошли в зал, оставив Адриана встречать последний прибывающих, один из которых уже поднимался по лестнице.
Этого Сеятеля Адриан знал очень хорошо – Евстигней Филаретович Морошкин дружил ещё с отцом Адриана, а потом взялся опекать сына, когда тот неожиданно получил Дар Сеятеля. Евстигней Филаретович был очень бодрым для своих преклонных лет, и таким ехидным и язвительным старикашкой, что немногие выдерживали общение с ним. С другой стороны – он был справедливым, хотя и чересчур прямолинейным, довольно добрым и с отличным чувством юмора. Адриан любил старого Сеятеля, будто своего деда, и всегда беспокоился за него. Евстигней Филаретович жил в деревушке Ключино, располагавшейся рядом с Яснопольском, и раздавал Дары и Таланты по всем ближайшим деревням и сёлам. Ключино, Лихие, бывший колхоз, а ныне СНТ «Красное Знамя», деревни Боровкино и Качино, и пара небольших посёлков Озёрный и Лесной. Адриан считал, что такая территория чересчур велика для одного Сеятеля, тем более в возрасте, но упрямый дед не желал покидать пост.
– Так-так-так, кого видят мои подслеповатые глаза?! – гаркнул Евстигней, преодолевая последнюю ступеньку. – Общий сабантуй всё же выгнал тебя из норы?
– Здравствуйте, Евстигней Филаретович, – широко улыбнулся Адриан, пожимая сухонькую ладонь старика. – Ну, какой ещё сабантуй, что вы! Работа есть работа!
– Знаю я ваши работы, – отмахнулся старый Сеятель. – Говорится много о малосделаном, но главное скажется потом! Вот увидишь!
– Как скажете, – не стал спорить Адриан. – Как добрались? Может, стоило вызвать вам такси?
– Ты меня уже давно в старые пни записал, а? – шутливо ткнул его в бок Евстигней. – Зря, мальчик, зря. Я ещё поскриплю!
– Да я только за! – осторожно похлопал его по узким плечам Адриан. – Идёмте, провожу вас в зал.
– Сам дойду, не рассыплюсь, – хихикнул старичок. – А ты вон того проводи, – и он кивнул на последнего Сеятеля, прибывшего на встречу. – Знаешь его? Да вряд ли, где б вы могли встретиться. Ну, так вот, считай, что судьба до этого момента была к тебе благосклонна!
– Неужели всё так плохо? – шутливо спросил Адриан.
– Хуже, чем ты думаешь, – прищурившись, Евстигней рассматривал того, про кого имел такое нелестное мнение. – Это Толька Киршин. Но имя своё он не любит, так что точно представится другим!
– А откуда он? – Адриан тоже посмотрел на Сеятеля, который стоял на парковке возле своей машины и презрительно-надменно оглядывался вокруг.
– А сам спроси, – хихикнул Евстигней. – Ох и наслу-ушаешься! А я пойду в зал, а то жарко тут! – и он шустро посеменил в открытые двери.
Адриан вздохнул и начал спускаться по лестнице – похоже, Анатолий Киршин или как там он себя зовёт? не собирался идти в библиотеку без особого приглашения.

Адриану он не понравился. Довольно молодой – даже моложе самого Адриана – тип, с брезгливым выражением лица, вздёрнутыми толстыми губами, мелкими серыми глазками, придававшими его лицу нечто мышиное, и с прилизанными, уложенными лаком волосами. Адриан попенял себе, что судит по внешности и приветливо улыбаясь, спустился с крыльца.
– День добрый. Я Адриан. Как добрались? – участливо поинтересовался он, протягивая руку.
– Кристиан Тольяти, – лениво отозвался гость. Руку он подал важным движением, словно рассчитывал, что её не пожмут, а расцелуют. – Ну и глушь у вас, навигатор найти не мог, – вздёрнув губу, продолжил он, косясь на свою машину.
Адриан мысленно хмыкнул – Кристиан, это, скорее всего от фамилии, а Тольяти – от имени… не доволен парень данными при рождении, вот и потрудился переиначить. Но ему-то что за дело – пусть хоть горшком назовётся!
Судя по всему, Кристиан ждал восторгов и расспросов по поводу своей крутой тачки. Но Адриан машинами не интересовался, не разбирался в них, и потому, мельком безразлично глянув на блестящее алым средство передвижения, пригласил Кристиана в зал.
Тот слегка налился негодованием от такого пренебрежения, но спорить не стал, пошёл следом за Адрианом.

Прав оказался старый Сеятель, Евстигней Филаретович – на официальной части собрания не было ничего особо интересного. Сухо прозвучали цифры созревающих в сезон Талантов и Даров; гордо и пылко рассказал каждый Сеятель о своём городе и его достижениях, (Адриану пришлось следить за каждым своим словом, чтобы не шокировать гостей небылицами о Яснопольске); да были внесены предложения по некоторым рабочим моментам, таким, как возрастные критерии начала практики и ухода от дел Сеятеля.
Тут уж ехидный Евстигней дал волю языку и разнёс в пух и прах аргументы насчёт своего заслуженного отдыха, а практикант Серёжа Лузин, как самый молодой из всех Сеятелей, горячо доказывал, что мог бы уже самостоятельно выполнять работу, не опираясь на плечо наставника.
Адриан, выслушивал, кивал, убеждал – в общем, играл роль гостеприимного и мудрого хозяина, и кажется, вполне с этой ролью справлялся. Во всяком случае, когда все высказались, утомились, и по его приглашению прошли к банкетному столу, Евстигней Филаретович потихоньку показал Адриану большой палец – мол, так держать, молодец!
Адриан кивнул и они вместе пошли к столу.
– А вот теперь слушай в оба, – тихо сказал старичок, с прищуром оглядывая общающихся между собой гостей. – Уши на макушке держи, говорю тебе!
– А что такое? – не понял Адриан. Он был вполне доволен прошедшим собранием, и потому умиротворён. И намёки старого, во всех отношениях, друга удивляли его.
– Когда не для протоколу, языки у народа развязываются, – загадочно сказал старичок и, покинув Адриана, засеменил к практикантам, которые что-то оживлённо обсуждали между собой.
«Ну, всё, сейчас подсядет им на уши,» – усмехнулся про себя Адриан, и огляделся вокруг. Лександр и Юрий уже воздали должное закускам и тоже разговаривали о чём-то. А вот Кристиан явно скучал.
Адриан видел, как он сперва общался с практикантами, но видимо не получил от них того восхищения, на которое рассчитывал, поэтому, высокомерно оттопырив губу, Кристиан от них отстал. Далее он покрутился возле двух других Сеятелей, но снова что-то пошло не по его – Адриан видел, как на лицах мужчин отобразилась некоторая брезгливость – и Кристиан, пожав плечами и вздёрнув нос, отошёл в сторону.
«Теперь моя очередь?» – с любопытством подумал Адриан и оказался прав. В нерешительности переведя взгляд с Евстигнея Филаретовича на Адриана, пижонистый Сеятель забраковал старика, и вальяжной походкой двинулся туда, где стоял Адриан.

– Как настроение? Надеюсь, я не слишком утомил вас отчётностью? – вежливо поинтересовался Адриан, поскольку выражение на лице Кристиана можно было расценивать от «слегка скучновато» до «подыхаю от скуки».
– Народу не много, так что терпимо, – снисходительно отозвался тот. – Вот помню, год назад в столице-е… Шикарное собрание, конечно же, ресторан, филармония, всех встречали и распределяли с личным помощником. Но утомительно было, да…
– Чем богаты, – развёл руками Адрин, ничуть не смутившись и не подумав стыдиться своего города и предоставленных гостям условий.
– Иногда и в мелкой луже можно поймать щуку, – непонятно хихикнул Кристиан.
 – Хотел предложить вам бокал вина, да вспомнил, что вы за рулём, – Адриан шутливо отсалютовал своим бокалом.
– Я могу выпить хоть целую бутылку, и всё равно вести машину! За рулём я асс! – хвастливо заявил Кристиан. – Но пить предпочитаю в своей компании.
– Разумно, – согласился Адриан. – Напиваться в незнакомом городе, это как то…
– Не в этом дело, – перебил его Кристиан. – Под своей компанией я имею в виду тех, у кого со мной одни интересы!
– Гм, да тут вроде у всех один интерес, – пожал плечами Адриан. – Все мы Сеятели. Так что…
– Ой, ну не скажи, – как-то манерно протянул его собеседник, взяв со стола бокал вина. – Я тут поговорил с ними, – он кивнул в сторону остальных собравшихся, – Какие-то они… простые чересчур! Деревня…
– Деревня? – изумился Адриан. – Юрий Максимович с Сергеем из столицы прибыли вообще-то…
– Ой, какая разница, откуда они прибыли, – презрительно сморщился Кристиан. – Запросы у них простенькие, и работают так же!
– А как надо?
– Так, чтобы и себя не обидеть, – снисходительно пояснил Кристиан. – Вот я тебя послушал, вроде ты понимающий… Эти два молодые, не секут ни хрена, готовы – флаг в зубы и во славу Талантов и Даров корячится от рассвета до заката… а те наоборот – закостенели, все такие правильные. Да ещё старикан этот… Ты среди них самый нормальный, как я погляжу, – Кристиан одним глотком допил вино. – Вот тебя твоя работа устраивает? Нормально лавэ с неё имеешь?
– Мне хватает.
– Хватает! – усмехнулся Кристиан. – То-то и оно, что хватает! Работа у нас – уникальная! Да на ней озолотиться можно! Имея такие Таланты и Дары!
– При чём тут это? Мы же их по назначению раздаём, – с каждым словом Адриану всё меньше и меньше нравился этот разговор. И этот Сеятель тоже.
– А ты не пробовал… не по назначению? – исподлобья глянул на него Кристиан.
– Не по назначению это кому? Себе оставить? – начиная злиться, спросил Адриан.
– Себе-то зачем? Он же не приживётся, – усмехнулся неприятный собеседник. – Но зачем же метать бисер свиньям, если можно дать тому, кто заплатит…
– Ты предлагаешь продавать Таланты и Дары? – тяжело спросил Адриан. Лицо его потемнело от гнева, он едва сдерживался, чтобы не взять Кристиана за отвороты его модного пиджака и как следует встряхнуть. Да так, чтобы мозги на место встали! Надо же, что придумал! Зёрнами торговать!
– Я просто предположил, что ты взбеленился? – перепугано зачастил Кристиан и глазки его забегали по сторонам. – Я слышал, что так предлагали на некоторых советах! В крупных, между прочим, городах!
– Я бы тому, кто такое предлагает – головы поотрывал и в… куда-нибудь засунул! – тяжело промолвил Адриан. – Сеятель назначается Силами Свыше, и распоряжаться Талантами, а тем паче Дарами по своему усмотрению мы не имеем права!
– Ясно-поня-ятно, – протянул Кристиан, оглядываясь.
На них уже обратили внимание другие гости, видно последние фразы были произнесены на повышенных тонах. И неприятный Адриану Сеятель решил не продолжать разговор, да и вообще закругляться с визитом.
– Мне пора, рад был… пообщаться, всем чао! – Кристиан, он же Толька Киршин, протиснуться мимо каменно замершего Адриана и пулей вылетел из библиотеки.
Взревел мотор его алого авто, и тут же всё стихло.
Адриан перевёл дух и оглядел встревоженные лица других Сеятелей. Попытался успокоиться и улыбнуться – он же хозяин мероприятия, нельзя заканчивать на такой безобразной ноте!
– Всё в порядке, не волнуйтесь! – заверил он присутствующих. – Кристиан был вынужден покинуть нас… ему позвонили насчёт работы!
Поверили ему или нет, Адриан не понял, но все вернулись к столу и про уехавшего Сеятеля никто не вспоминал.

 Двумя часами позже гости разъезжались, довольные прошедшим днём. По крайне мере, Адриан надеялся, что все остались довольны. Кроме, разве что, сбежавшего ранее Киршина.
Все сочли небесполезным оставить гостеприимному хозяину номера своих телефонов и адреса электронной почты. Он в свою очередь сделал то же самое. Отъехало последнее такси, увозящее гостей, и на крыльце библиотеки остались лишь Адриан и Евстигней Филаретович.
– Притомился? – довольно ехидно спросил старый Сеятель. Сам он выглядел бодрячком, не смотря на то, что был, казалось, всюду одновременно. Адриан видел его то возле одного Сеятеля, то возле другого, а то Евстигней возникал у стола, с завидным аппетитом поглощая закуски и запивая их вином. Сейчас, когда всё закончилось, Адриан ощущал приятную усталость, а Евстигней Филаретович выглядел так, словно готов пуститься в пляс.
– Скорее переволновался, – признался Адриан. – Я первый раз вёл такое мероприятие.
– Первый, не последний, – подмигнул Естигней. – Узнал что-то интересное или полезное?
– Всякого наслушался, – скривился Адриан.
– Ты про Тольку?
– Кажется, этот гадёныш продаёт Таланты не по назначению, – снова закипел гневом Адриан.
– Скорее всего, так и есть, – кивнул старый Сеятель.
– Так ведь надо что-то сделать!
– Эх, молодость наивная, – покачал головой Евстигней. – Неужели ты думаешь, что этот сморчок сам до такого додумался? И что первый начал налево Таланты продавать?
– Но зачем? – пытаясь переварить услышанное, медленно произнёс Адриан. – У нас более чем достойные выплаты за труд, да всякие поблажки вдовесок. Куда больше?
– Некоторым всегда надо больше, – пожал плечами Евстигней. – Жрут они в три горла пока не подавятся.
– Пусть подавятся скорее, – пожелал Адриан, которому было мучительно ощущать себя таким наивным идиотом. Надо же, среди Сеятелей давно процветает продажничество и коррупция, а он только что об этом узнал! И сделать ничего не может!
– Разве Таланты приживаются, если отданы не тому, кому предназначались? – спросил он.
– Всяко бывает, – кивнул старик. – Но продавца это уже не волнует. Он своё получил, остальное ему как там говорится? – фиолетово! Правда, если он продаст Талант какому-нибудь крутышу, а тот угаснет, вот тогда продавун может получить не только деньги!
– И как часто это бывает?
– Видать не очень, раз такие, как Киршин всплывают тут и там.
– Пусть Таланты приживаются лишь у тех, кому предназначены! – с пылкой горечью произнёс Адриан и Евстигней закивал:
– Согласен, согласен! А это хороший тост, не находишь? За это надо выпить!
– Мы же только что… Вина было недостаточно? – изумился Адриан. Сам он пил чисто символически, тогда как Евстигней опрокидывал бокал за бокалом, произнося многочисленные тосты и подбивая выпить остальных.
– Что мне твоё вино – как водица прошло, не заметил! – ворчливо сказал старичок. – Я старой закалки, не то, что вы. Раздразнился только чутка.
– И что вы предлагаете? – развеселился вдруг Адриан.
– А пошли-ка Андрюшенька, в бар! – спускаясь по ступеням танцующим шагом, предложил Евстигней. – Или ты как – занят?
– Нет, не занят, – поразмыслив, решил Адриан. – В бар, так в бар!

Угодить с баром Евстигнею Филаретовичу оказалось не так-то просто. Пока шли, он забраковал три заведения. В этом, сказал, вечно грязно и не дождёшься, пока обслужат, в том дерут бешеные деньги, а выпивку разбавляют непойми чем, в третьем девки голые пляшут, а ему сейчас девки ни к чему, а просто выпить хорошенько!
Погода между тем испортилась. Небо затянуло сперва облаками, а после и тучами, вдалеке загремел гром, и не прошло и пяти минут, как с неба хлынул дождь.
– Вот те на! Я и зонт не прихватил! – растерянно сказал Адриан, чувствуя, как тёплые капли летнего ливня пролезают за воротник рубашки. – Куда бежим, Евстигней Филаретович? Надо где-то дождь переждать. Или вызвать такси и домой поедем?
– Ну, ещё чего, домой! – не согласился тот. – Что дождь, это даже хорошо – вон он!
– Кто? – не понял Адриан.
– Бар хороший, – пояснил Евстигней, устремляясь вперёд и волоча за собой Адриана туда, где над широкими резными дверями горела сочным зелёным светом вывеска «Изо Льда».
Они устроились за маленьким столиком у окна, и Адриан с ласковой грустью смотрел на струящиеся по стеклу полосы дождя.
– Не вешай нос! – довольно оглядывая принесённый заказ, сказал Евстигней Филаретович. – Не нравится бар?
– Нравится, – признался Адриан. – Я здесь уже был. С девушкой познакомился…
– Ага! Что за девушка? – хищно уставился Евстигней. – Красивая? Хотя это не главное сейчас.
– Красивая, – признался Адриан. – Очень красивая. И умная!
– Чем занимается?
– Работает в агентстве продаж. По недвижимости.
– Гм, – старичок придирчиво выбрал бокал из поданных коктейлей. – Бизнес с квартирами он такой… мутный бывает… И такие, случается акулы в этом морюшке плавают, только держись! Нос откусят по самые уши!
– Агата не такая! – возмутился Адриан.
– Итак, она звалась Агата, – перефразировал классика Евстигней. – И давно вы знакомы? Встречаетесь уже? Что у неё за семья?
– Один раз и виделись, – огорчённо вздохнул Адриан. – Вот в этом самом баре. Она мне визитку дала, когда я её домой провожал, а я ту визитку куда-то засунул… Найти не могу!
– Вот так молодец! – фыркнул Евстигней, помешивая соломинкой лёд в бокале. – И что, на этом всё? Любовь прошла – завяли помидоры?
– Что вы, нет! – возразил Адриан. – Агентство я запомнил. Схожу туда, поспрашиваю.
– Как называется – то? Агентство? Может, я знаю?
– Ясный Дом. Вроде предлагают любую недвижимость в любых мирах! Хороший слоган, заманчивый.
– Слоган, говоришь? – Евстигней уставился на Адриана так пристально, что тот даже смутился.
– А вы полагаете – нет? Они что… и правда могут продавать недвижимость в… ммм… других мирах?
– То есть то, что мы Сеятели Даров и Талантов, тебя не удивляет, а значит, Другие Миры – это вроде как из области фантастики? – съехидничал Евстигней.
– С нами как-то попроще, – смущённо признался Адриан.
– Мальчишка, – вздохнул Евстигней. – Ты хотя бы в курсе, кто Сеятелей назначает?
– Эм… Сеятели ведь тоже… Талантом выявляются, нет?
– Талантом, – кивнул Евстигней. – А иногда и Даром! Да только видеть Талант или Дар Сеятеля способно лишь одно существо!
– Существо? – чувствуя, как выпитый коктейль становится ледышкой в горле, слабо переспросил Адриан. – Что ещё за существо?
– Уверен, что хочешь это узнать? – хмыкнул Старый Сеятель.
– Не очень, – вздохнул Адриан. – Мне и так проблем хватает.
– Что за проблемы? Девушку отыскать?
– Это приятные проблемы.
– Есть ещё? Поделись с дедушкой, облегчи душеньку.
– У меня не вызревают или пропадают Дары, – тихо признался Адриан. При этом он ощутил такой ужасный стыд, будто лично вытаскивал Зёрна Дара из Сферы и просаживал их в карты или смывал в унитаз. – Вроде бы я видел зреющие Зёрна, несколько раз были. Но в полноценные Дары так и не вызрели – пропали!
– Ого, – Евстигней даже бокал отставил. – Нешуточное дельце! Настройщика вызывал?
– Нет ещё, – понурился Адриан. – Не люблю их. Они какие-то… Будто и не люди вовсе. Но я вызову! Если ещё раз произойдет такая котовасия с Зерном Дара, то обязательно вызову Настройщика Сфер!
– И правильно! Вызови! – закивал Евстигней. – Ты у нас тоже ведь Даром определённый, так что у тебя и Дары необычные чаще должны вызревать! А если ты их теряешь, или Сфера их поглощает на стадии Созревания, то надо разбираться, что с ней не так!
– Поглощает? А бывает и так? – встревожился Адриан.
– Не слышал о подобном?
– Ни разу!
– Вот теперь услышал, – пожал плечами старичок. – И кстати, о Настройщиках… Те, кто определят Сеятелей, как раз из ихнего рода! Ты, когда вызовешь, внимательнее присмотрись. Вдруг да узнаешь КТО они! Давай, за удачную настройку твоей Сферы!
Адриан кивнул, и с гудящей от новостей головой, поднял бокал.

Агата
Горячая ванна помогла расслабиться после муторного дня, а лавандовая пена привела в умиротворённое настроение, так что Агата была довольна жизнью и собой. Она взбила подушки и уже собралась нырнуть под пуховое одеяло, как из прихожей раздался сигнал Переходника. Накинув халатик, Агата отправилась туда.
Сигнал шёл из офиса агентства, и девушка удивилась и слегка встревожилась. На часах двадцать три ноль-ноль. Кто это задержался на работе до такого позднего времени?
– Кто там? – спросила она, придавливая отполированным ногтем кнопку переходника.
– Агата, душа моя, – мурлыкнул из динамика бас Рапсодия. – Позволишь тебя побеспокоить?
– Конечно, заходи! – девушка нажала соответствующую кнопочку и посторонилась. Из марева переходника в прихожую шагнул огромный чёрный кот.
– Доброй ночи, Агаточка, – он, прищурившись, смотрел на девушку своими яркими янтарными глазами. – Тут такое дело у меня – не могу я сегодня к себе вернуться. Приютишь на ночь бедного, старого кота?
– Уф, я уж подумала, что срочный заказ, – с облегчением выдохнула Агата, которая и так набегалась за день. – Конечно, оставайся. Что, выпил, а жена домой не пускает? – пошутила она. О том, где и как живёт Рапсодий, Агате не было ничего известно. Кот помалкивал о своём семейном положении, месте жительства и прочих делах.
– Ага, – легко согласился он. – Выпил и жена.
– Ох, врёшь поди, – хмыкнула Агата. – Ты голоден?
– Нет-нет, я ужинал, – поспешно отказался кот. – Ты ложись, ложись. Я тоже умотался, глаза слипаются!
– Где тебя положить? Может, на диван? – предложила девушка, позёвывая.
– У тебя в ногах можно лягу? – с надеждой воззрился на неё Рапсодий. – Я какой-никакой, а всё же кот! Мне так привычнее.
– Если ты там ляжешь, то я не повернусь! – возмутилась Агата. – Ты же НЕ маленький КОТ!
– Я компактно упакуюсь, – успокоил Рапсодий. – Ты и не почувствуешь.
– Как же, не почувствую, – ворчала Агата, забираясь под одеяло. Впрочем, ворчала она зря – мохнатый гость и правда устроился так легко и незаметно, что неудобства не доставлял.
– Спеть тебе песенку? – спросил Рапсодий, когда Агата погасила торшер.
– Какую песенку?
– Ну, какую обычно поют коты? Мур-мур-мур!
– Боюсь, тогда я точно не усну, – рассмеялась девушка, представив кошачьи рулады.
– А вот послушай, – предложил Рапсодий и замурчал.
И комната наполнилась ЧЕМ-ТО… Словно где – то вдалеке раскатисто и бархатно загрохотал гром. Он наплывал, обволакивал, усыплял. Агата изумилась такому мырлыканью, и ещё ей показалось, что к обещанному мурчанию добавляются какие-то слова. Но прислушаться и понять, что именно за слова, Агата не успела – глаза её закрылись и девушка крепко уснула.
Рапсодий продолжал напевать свою колыбельную песню, преследуя одному ему ведомую цель.

… Агата шла по цветущему лугу. Солнце протягивало горячие лучи, подсвечивая каждый цветок, каждый его лист и лепесточек, и они словно сияли изнутри волшебным светом. Цветов было так много и он были такие разные, что Агата вскоре утомилась этим разнообразием. Зачем она здесь? С какой целью? Она не помнила. Может, ей надо собрать букет? Да, скорее всего… Агата наклонилась над первым попавшемся цветком, но рука её замерла, не тронув стебля… Нет… Букет ей не нужен…Тогда что? Цветок! Всего лишь одни цветок! Самый прекрасный цветок на этом лугу! Агата пошла вперёд, внимательно рассматривая цветы… Они красивы… все так красивы… Какой же ей нужен? Самый прекрасный… самый лучший… Где же он? Агата ощутила смутное беспокойство и зашагала быстрее… Ей надо найти этот цветок! Он нужен ей! Но где он? Где же? Где? Она уже бежала, и цветы кружились вокруг ярчайшим калейдоскопом, вызывая желание зажмуриться…И тут Агата резко замерла, едва не споткнувшись. Она поняла! Конечно! Разве может самый прекрасный цветок расти в такой тесноте? Ему нужен простор! Нужна свобода!!! Ветер и солнце лишь для него одного! Какая же она глупая, ей просто надо найти это место – место свободного одиночества, и там будет расти самый прекрасный цветок! Агата засмеялась и побежала по лугу туда, где яркие полосы цветов сливались с небом… Быстрее! Ещё быстрее!!! Она едва касалась ногами земли, спеша миновать луг и приевшиеся цветочные россыпи. Как они вульгарны! Слишком яркие… слишком блестящие… да ещё так вызывающе пахнут! И как она могла подумать, что её самый волшебный цветок растёт здесь?! Бегом, бегом отсюда!
И вот цветы поредели… вот их стало совсем мало и обнажилась чёрная утоптанная земля, по которой теперь бежала Агата… Вот исчезло последнее яркое цветочное пятно и Агата вышла… куда? Больше всего это напоминало большой земляной пятачок… Сердце Агаты забилось – здесь обязательно должен расти тот самый цветок!!! Она пошла вперёд, до боли в глазах всматриваясь в даль… И едва не заплакала от облегчения и радости, когда перед ней вдруг возник ОН! Тот самый прекрасный, волшебный и замечательный цветок! Он рос на небольшом холмике, овеваемый ветрами, гордо подставляя солнцу все свои лепестки. И он был так хорош, что у Агаты защемило сердце. Он должен принадлежать ей! Цветок приветливо кивнул, когда девушка осторожно коснулась его полураскрытого бутона. Лепестки его были прохладными, нежными и такими… такими… ощутив мучительную сладость, Агата сжала бутон в ладонях и задохнувшись от бури ощущений, потеряла сознание…
… Проснувшись, она никак не могла понять, что произошло. Сквозь плотные шторы еле пробивались солнечные лучи, в комнате было тихо. Рапсодия в ногах уже нет, только большая «вылежанная» в пледе ямка напоминает, что кот присутствовал на этом месте.
Агата встала, ощущая какая тяжёлая у неё голова. К тому же болели ноги, будто она прошла тысячу километров, а в горле стояла тошнота, словно всю ночь девушка ела шоколадные конфеты. Агата потёрла лоб и поморщилась. Ужасно хотелось почистить зубы и принять душ. Что ей снилось? Она совершенно не помнила.
– Агата, душа моя! – из кухни выглянул Рапсодий, и Агата едва не прыснула со смеху не смотря на головную боль – на чёрной морде кота отчётливо виднелся белый сметанный круг. – Как спалось?
– Отвратительно, – призналась Агата. – Рапсодий, у тебя тут это, – она сделала уточняющий жест рукой. – Откуда у нас сметана, я вроде не покупала продукты?
– А … это, – кот торопливо отёрся лапой, по инерции лизнул её, и тут же, смутившись, опустил. – Наш шеф позаботился, принёс пакет из супермаркета. Так что там с твоим сном? Кошмары что ли мучили?
– Ничего не мучило, – призналась Агата. – Вообще не помню, как заснула. Но сейчас голова болит. Так что я в душ!
– Иди, иди, – закивал кот. – А потом завтракать! Тебе яишенку приготовить?
– У тебя же лапки, – хмыкнула девушка, скрываясь в ванной.
– Готовить я могу! – немного оскорблено крикнул ей в спину Рапсодий. – И много чего ещё могу и лапками, – ворчал он, возвращаясь на кухню.

После душа самочувствие Агаты улучшилось, настроение – нет.
– Ну что случилось? Чего ты дуешься? – юлой вертелся вокруг девушки кот. – Вот, скушай бутербродик с тунцом! Чай зелёный я заварил или тебе кофе?
– Рапсодий, не мельтеши, – поморщилась Агата.
Отхлебнула горячий чай и взяла предложенный бутерброд.
 – Я в порядке, не волнуйся. Магнитные бури, вероятно…
– А ты разве подвержена? – удивился кот.
Агата только пожала плечами.

Любимая работа сегодня тоже не радовала – как назло, требуемые сегодня объекты находились в таких мирах, что у Агата волосы вставали дыбом, и настроение портилось с каждым новым клиентом.
Орион Нереидович видел состояние Агаты, и, выдавая девушке нужные Ключи, смущённо и подхалимски улыбался.
Мир Кварк: раскалённая пустыня, над которой в белом небе пылает огромная алая звезда Кродак – местное солнце.
Агата с клиентом – песчаным демоном, говорящем на языке Куйшу, пробыла в этом мире три минуты. За эти минуты, показавшиеся ей адской вечностью, песок пустыни расплавил Агате подошвы на новых босоножках и вспузырил ожогами кожу на плечах, где она не была прикрыта одеждой. Зато клиент был в восторге, как от мира, так и от того, что смог обсудить покупку песчаной горы на своём языке. Он сразу же подписал Контракт, и рассыпался в комплиментах и благодарностях, пока Агата, стаканчик за стаканчиком, выпивала воду из офисного кулера. Ангельский шеф залечил ожоги, но остался неумолим и выдал бумаги для нового клиента.
Мир Шаванега: постоянный сумрак – россыпи звёздных обломков, едва тлеющих, грозящих погаснуть в ближайшие столетия, давали сине-серый, неяркий свет; смердящая жижа болота с гнилыми брёвнами, наполовину утонувшими в ней; огромные, жирные мухи, с грозным жужжанием проносящиеся над головой и блестевшие зелёным и синим пузом. В зловонной жиже кто-то шевелился, пускал пузыри и поблёскивал из под брёвен едва видными, чёрными глазками, так что Агата, хоть и пришла в защитном комбинезоне цвета хаки и высоких резиновых сапогах, встала на подходящем сухом клочке лысой земли и ни в коем случае с него не сходила. Клиенту же, (Орион Нереидович сказал, что это болотная хтонь), увиденное явно пришлось по вкусу. Он вопросительно булькнул на предмет осмотреться и получив разрешающий кивок, скинул нечто вроде длинной, в пол накидки -костюма, в котором он пришёл в офис конторы «Ясный Дом». Под накидкой хтонь оказалась – или оказался? – настолько нелицеприятным, что Агату, стоически терпевшую болотную вонь, едва не стошнило. Клиент погрузился в масляно поблёскивающую жижу, и некоторое время отсутствовал. Когда Агата уже забеспокоилась, что хтонь утонула или её там кто-то съел, неприятное существо вынырнуло, воняя хуже, чем всё окружающее, подобно псу отряхнулось – Агата еле сдержалась, чтобы не отшатнуться от полетевших вокруг капель – и напялило свой костюм – накидку. Девушка заметила, что у клиента непрерывно двигается то место, где у людей располагался рот. Кажется, кроме «осмотреться», хтонь ещё и подкрепилась, кого-то в болоте сожрав.
Сдав клиента Рапсодию для подписания контракта, Агата закрылась в туалете и яростно вымыла в небольшой мелкой раковине все части тела, которые могла себе позволить.
Мир Безнадёжный: сумрачный лес – сухая, колючая трава. Тут и там камни, покрытые старым мхом. Мёртвые деревья, скрипящие ветвями, ощеренные дуплами, как беззубыми или наоборот – зубастыми ртами. Холодный, липкий туман, ползущий по траве и липнущий к ногам и одежде. И вздохи. Неясно откуда, постоянно раздающиеся вздохи и стоны. Тоскливые, плачущие, жуткие. У Агаты волосы вставали дыбом, и по спине ползли крупные мурашки ужаса. Впрочем, существо в балахоне, осматривающее этот мир, вызывало у девушки точно такое же ощущение. Ей казалось, что под балахоном находится чисто-выбеленный временем скелет. В офис Агата вернулась, постукивая зубами и вздрагивая, и сразу удрала на обед.
После обеда – Агата почти ничего не ела, маясь неизвестно от чего, последовало ещё четыре клиента, смотревших миры ничуть не лучше чем первые. Так что к концу рабочего дня голова у Агаты просто гудела, перед глазами шли цветные пятна, и она хотела только одного – добраться до дому и спать!

Сон был настолько крепок и глубок, что Агата первый раз за всё время не услышала будильник и проспала на работу. Разбудил её телефонный звонок обеспокоенного шефа, не дождавшегося в офисе своей обворожительной сотрудницы. Сон Агата снова не запомнила, но на этот раз хорошо выспалась и чувствовала себя отлично.
Будто извиняясь за вчерашнее, Орион Нереидович отдал девушке флешку с файлами для ознакомления и куда-то ретировался, зато Рапсодий весь день непрерывно просидел в офисе, тоже что-то просматривая в ноутбуке шефа и время от времени ругаясь на разных языках. Агата, мельком улавливавшая некоторые слова и понимавшая их, краснела до ушей, потому как из печатных там были только предлоги. Клиентов сегодня не было ни одного, что впрочем, только порадовало девушку.
Она даже на обед не пошла, увлёкшись просмотром фотографий и описанием миров.
Агата с раннего детства подозревала, что мир, в котором она обитает, не одинок. Но подозрение это было смутное, на уровне ощущений. Уже взрослея, Агата всё больше убеждалась, что в мире людей есть и другие существа, и размышляла над тем, являются ли они жителями этого мира, или просто приходят сюда с какой-то целью.
Устроившись риэлтором в контору «Ясный Дом» Агата совершенно точно узнала, что другие Миры существуют. И населяющие их обитатели – похожие и не похожие на людей, тоже не выдумка и не её детские фантазии.
Сейчас, просматривая файлы для будущих контрактов, Агата не переставала изумляться, сколько же этих миров! Что вообще они такое – эти миры? Как получается, что их так много? Неужели пространство, где они находятся – бесконечно, раз способно вместить их все?!
– Удивительно, – вслух сказала Агата и подскочила от испуга, ощутив на своём плече что-то большое и мохнатое.
А это просто Рапсодий, заинтересовавшись, что там удивляет напарницу, неслышно подошёл и положил лапу ей на плечо.
– Меня от твоего бесшумного шага кондратий обнимет, – сердито сказала девушка, отвешивая коту щелбан, который тот сквозь густой мех и не ощутил.
– Прости, прости, – совершенно неискренне повинился кот. – Что тебя тут удивляет?
– Миры. Их так много, что… Откуда они? И куда влезают в пространстве?
– Нашла о чём беспокоиться, – фыркнул Рапсодий. – Чем больше, тем лучше. Значит, без работы мы не останемся никогда!
– Но всё же, – не унималась Агата. – Сколько их? Сотни? Тысячи?
– Возможно больше, – дёрнул ухом кот. – Количество миров непостоянно.
– Появляются новые?
– И исчезают тоже.
– То есть, как это – исчезают? – встревожилась Агата.
– Да вот так – хлоп! И нету. Был мир и исчез!
– И ты так спокойно об этом говоришь? А как же те, кто его населял? Они тоже – хлоп?
– Всяко бывает, – уклончиво ответил Рапсодий. – Порой те, кто населял мир и поспособствовал его гибели. Без жителей он, к примеру, просуществовал бы ещё пару сотен лет, но они своей деятельностью приблизили его конец.
– Как это знакомо, – с грустью сказала Агата, иногда просматривавшая новости о природных катастрофах. – Но Рапсодий, вот если, например, мы продали кому – то жилплощадь в мире, а мир исчез, разве мы за это не отвечаем?
– Ещё чего?! Конечно, нет! – возмущённо фыркнул пушистый напарник. – Мы просто продавцы, грубо говоря, и отвечать за поступки всяких там не обязаны, ясно?
– Ясно, – грустно отозвалась Агата, ощущавшая себя так, словно она единолично и специально заманивает несчастных созданий в ловушку. Чтобы они потом – хлоп! вместе с выбранным миром.
– Ну что ты скисла? – смягчился кот. – Миры схлопываются редко. И большей частью, ненаселённые. И даже не миры, а так – прослойки. Они по своей сути, нестабильны.
– А в чём разница между миром и прослойкой? – не поняла Агата.
– Ну, как тебе объяснить? – замялся Рапсодий. – Вот представь себе подушку. Вся она – это мир. А её составляющие: наволочка, перо или синтепон, наперник, или какие-нибудь там пуговки – тесёмочки, всё это прослойки! И они могут меняться – другая наволочка, другое наполнение, пуговки отрезали, тесёмки отпороли…
– Сравнил Мир с подушкой! – не выдержав, рассмеялась Агата.
– Сравни с чем угодно, но, в общем и целом, ты же меня поняла? – отмахнулся огромной лапой Рапсодий.
– Да уж поняла. А прослойки открываются одновременно с миром? То есть – вот мир появился, и прослойки в нём уже есть?
– Не обязательно. Они могут возникать постепенно и так же исчезать. Есть стабильные прослойки – они, чаще всего, являются одной из составляющих мира. Нестабильные могут появиться вместе с миром, а потом исчезнуть или стать стабильными. Стабильные тоже могут исчезнуть по каким-либо причинам.
– А сколько в одном мире может быть всего прослоек?
– По-разному. Известное максимальное количество стабильных прослоек в существующем мире – 47. Плюс 8 нестабильных и пять колеблющихся. Из них некоторые подходят для человека. Остальные опасны или смертельны. Минимально известное – три стабильных и ни одной временной.
– Как сложно… Голова кругом идёт, – призналась Агата. – Вот правду говорят: многие знания, многие печали.
– Да что тут печального? Миры прекрасны и удивительны. По крайне мере, этот точно прекрасен, а другие могут быть просто удивительными. Относись ко всему легче, а то душу надорвёшь, – посоветовал Рапсодий.
– Попробую, – вздохнула Агата. – А на твоей памяти миры часто исчезали?
– Было несколько случаев, – сощурился кот. – Но если ты таким способом пытаешься вызнать, сколько мне лет – то не получится!
– Я и не думала… а кстати, сколько? – вдруг всполошилась Агата. – Коты ведь долго не живут? Ну, конечно, у них девять жизней и всё такое, и ты всяко не обычный кот!
– Обычный – не обычный, а не скажу! – отпёрся Рапсодий, поспешно ретировавшись за шефский стол и старательно спрятавшись за ноутбуком.
– Не получилось, – мстительно оповестила его Агата, – Твоя роскошная ряшка всё равно по краям торчит!
– Главное, чтобы твоя не торчала, – отбил кот и Агата умолкла, надувшись.

Когда офисные часы заиграли гимн Яснопольска, оповещая об окончании рабочего дня, посреди офиса засиял портал и из него выпорхнул Орион Нереидович. Вид он имел усталый и малость потрёпанный, что дало Агате ощутить удовлетворение за свою недавнюю беготню по неприятным мирам. Впрочем, она тут же устыдилась этих мыслей, и поспешно выбралась из-за стола, чтобы подать шефу воды.
– Как дела? – осведомился Рапсодий, уступая место в кресле законному владельцу. – Хотя бы парочку контрактов заключил?
– Обижааешь, – протянул Орион. – Не парочку, а двенадцать полноценных Контрактов. Завтра с утра до вечера будем денежки получать!
– Отлично, – оживился кот. – А то у меня тут расходы появились. Да и Агате пора бы премию выписать.
– И премию дадим и зарплату, – Орион с видимым удовольствием откинулся в кресле, вытянув ноги. – Я чертовски устал скакать по мирам, так что завтра с удовольствием буду протирать задом кресло.
– Кстати, а зачем ангелам деньги? – полюбопытствовала Агата. – У Рапсодия не спрашиваю, опять скажет, что я выпытываю про его жизнь, – ехидно добавила она.
– Деньги всегда пригождаются, – пожал плечами ангел. – Я ведь живу тут, в мире людей. А значит, вынужден пользоваться тем, что и люди.
– А если не пользоваться? У вас же наверняка есть своё… – Агата замялась, не зная как сказать. – То есть какие-то аналоги всего человеческого.
– Что-то есть, – согласился Орион. – Чего-то нет, но оно и без надобности. Но деньги – всякие деньги, ведь нам платят не только теми, что в ходу в Яснопольске – всё равно служат неким постоянным эквивалентом обмена на нужное или приятное. Ты бы знала, какие цепочки выстраиваются иногда!
– И какие? – заинтересованно спросила Агата.
– Ну, к примеру, нужен мне озонный очиститель со встроенным ароматизатором восьмого уровня…
– Чегооо?
– Не важно! В общем, нужен он мне. И есть он в техногенном мире Сторакс. Там в оплату принимают семена разных растений. Но так как растения этого мира у них есть все, то я ищу семена в других мирах. Скажем, решаю купить семечко поющего цветка халао из одноимённого мира. Там принимают в оплату свежую рыбу из мира Океана. Те, в свою очередь берут книги, предметы искусства и тому подобное. Это я могу купить в этом мире или в любом, где принимаются деньги. Так что я зарабатываю деньги здесь, а дальше обратно по цепочке, пока желанный озонный очиститель не оказывается в моих руках! А ты говоришь – зачем деньги.
– Ясненько, – немного ошарашено сказала Агата. – Кажется, на сегодня для меня достаточно новостей и откровений. Я уже могу идти домой?
– Конечно, радость моя, иди, – разрешил шеф. – До завтра.
– До завтра, – попрощалась со всеми Агата и ушла.

– Я не слишком разболтался? – немного виновато спросил Орион.
– Нормально, – показывая устрашающие клыки, широко зевнул Рапсодий. – Если учесть, к чему я её готовлю – то в самый раз.
– Думаешь, у тебя получится? – усомнился Орион.
– Не сомневаюсь, – довольно осклабился кот. – Всё уже происходит! И происходит так, как надо мне!

Фрозель Фрост

Фрозель Фрост выскочил из портала с такой скоростью, будто с другой стороны ему отвесили полноценного пинка. Он даже не удержался на ногах и шлёпнулся на землю, испачкав и без того не слишком чистые брюки. Но тут же бодро вскочил и помчался туда, где были закопаны Зёрна Даров.
Вот и флажки – маячки, которые он ставил, чтобы не потерять, где и что сажал, трепещут на лёгком ветру.
Фрозель бросился на колени возле маячков, жадно осматривая свои посадки. Возле трёх флажков тянулись вверх побеги. Возле трёх других было пусто. Фрост нахмурился – эти Зёрна были посажены раньше взошедших. Уже должны быть цветы или даже созревшие Дары! А тут голая земля…
 Фрозель почесал затылок под мятой шляпой, потом зачем-то похлопал руками вокруг флажков и наконец, раскопал землю. И обнаружил пустые оболочки Зёрен, уже раскрытые, выпустившие ростки, и засохшие. Попав на свет, оболочки тут же потрескались и рассыпались пылью. Не веря глазам, Фрозель взял щепотку пыли и потёр между пальцами. Пыль и пыль. А где же выросшие и созревшие Дары?
Фрост вскочил, отыскивая взглядом гриб со зверьками, которых ему так и не удалось вывести с поля. Вон он гриб, торчит вдалеке, там, где астральное поле самое тонкое. И потом, эта, как там её, продавщица, говорила, что едят они только этот гриб. Тогда куда делись созревшие Дары? Или хотя бы их ростки?
– Ошиблась дура, скорее всего! – зло проворчал Фрост. – Наверняка эти звери и зелень едят! Просто никто им её не предлагал до этих пор! Ну ладно же! Я им покажу! Я им такое угощение оставлю! – и продолжая бормотать себе под нос, Фрозель открыл портал. К вечеру он снова пришёл на поле и расставил вокруг посадок ловушки и отраву. Потирая руки и злорадно хихикая, Фрост уже прикидывал, куда денет тушки убиенных зверьков.
Однако вернувшись через пару дней – раньше уйти не получалось – Фрост обнаружил нетронутые ловушки, не съеденную отраву и совершенно пустые места возле флажков. Дрожа от ярости, Фрозель раскопал землю и снова нашёл пустые оболочки. Снова Дары выросли, возможно, созрели и… исчезли?!
Тут уж у Фроста не осталось сомнений – Дары не съедаются, их просто кто-то срывает раньше него! Но кто? Тут тоже сомнений нет – тот, кто имеет доступ к тому полю, кроме самого Фрозеля, тот и виновен в исчезновении Даров!
– Твааааарь! – разлетелся по всему полю яростный вопль Фрозеля Фроста. – Я найду тебя и уничтожууу!!!!

Адриан
Утро выдалось солнечным и тихим.
Адриан проснулся в отличном настроении – сегодня, после трёх совершенно сумасшедших рабочих дней, полных беготни с Талантами и Дарами, – долгожданный выходной! Всего один, но от этого он более ценен.
Адриан так ждал этот выходной, ведь сегодня он отправится в агентство «Ясный Дом» и разыщет девушку Агату, так запавшую ему в душу, сердце, ум… да во весь организм, если честно, признался себе Адриан, стоя под душем.
На часах было лишь девять утра, поэтому Адриан позволил себе неторопливо приготовить завтрак: ничего особенного, всего лишь омлет с грибами и овощами, запеченный в духовке – фриттата, если угодно по-итальянски, йогурт с фруктами и горячий зелёный чай.
Потом, так же с удовольствием, он выбрал одежду. Сегодня можно обойтись без официоза, на улице тепло, но ведь он практически идёт на свидание – от этой волнительной мысли уши у Адриана порозовели – так что надо выглядеть хоть немножечко импозантно, но, ни в коем случае не переборщить! А то Агата решит, что он сноб каких мало. Поразмыслив, Адриан остановил выбор на светло-синей хлопковой рубашке и брюках на тон темнее. Сложив все необходимые мелочи в коричневую джинсовую сумку, и выбрав в тон ей туфли, Адриан смущённо подумал – не слишком ли он мудрит над выбором одежды и прочего? Может, следовало влезть в простые джинсы и футболку с любимым морским рисунком?
 Но потом Адриан вспомнил платье девушки на момент их встречи в баре и тот костюм на «рабочей » фотографии и решил, что должен соответствовать – Агата ведь выглядит очень стильно, не хотелось бы, чтобы рядом с Адрианом она ощущала себя сковано или – ещё хуже! – стыдилась бы его. Так что Адриан решил, что вполне доволен костюмом, кинул последний взгляд в зеркало и вышел из дома.

Через час он уже стоял у красивого старинного здания, с удивлением и одобрением рассматривая высокое, каменное крыльцо с изогнутыми мраморными перилами, с лепниной на широких балясинах, и с двумя невысокими архитектурными колоннами, которые служили подставками для двух массивных кованых фонарей.
 Глянув на вывеску над крыльцом, Адриан заморгал – вывеска, казалось, светилась и была какой-то объёмной. Адриан решил, что она электронная, со всякими современными наворотами – ночной подсветкой, возможно, звуковой рекламой и прочим.
Адриану стало очень интересно, как же выглядит офис конторы. Неужели он тоже оформлен по-старинному: мебель в стиле барокко или чиппендейл, абажуры и бра, люстры со свечами, хоть и электрическими, всякие витые ножки и вензеля? Примерещилась Агата в длинном, шуршащем платье, сидящая в кресле и неспешно потягивающая вино из хрустального бокала.
Адриан рассмеялся, замотав головой – видение рассыпалось на миллионы сверкающих искорок – и взбежал по ступеням к двери, располагающейся между высокими круглыми колоннами.
Звякнул колокольчик на двери, и Адриан, широко улыбаясь, перешагнул порог. И замер, в изумлении разглядывая совершенно белый офис, с парой современных столов и компьютерными, даже не стульями – стульями их назвать было бы стыдно – белоснежными компьютерными креслами.
В одном из кресел сидел златокудрый красавчик, чуть приподнявшийся при появлении Адриана, и приветливо ему кивнувший.
 – Добрый день, мы рады приветствовать вас в риэлтерском агентстве «Ясный Дом». Чем могу помочь?
 – Мне бы… – Адриан замешкался. Что-то в златокудром было не так… Что-то смущало и раздражало одновременно.
 – Дом? Квартиру? Дворец? Какую-то недвижимость в ином мире? – попытался подсказать красавчик, с надеждой разглядывая Адриана яркими голубыми глазами.
 – Нет-нет, – поспешно отказался Адриан. – Я бы хотел увидеть Агату Девиш. Она оставляла мне визитку. Я же по адресу пришёл?
 – Разумеется! Агата уже ск…Ай! – голубоглазый вдруг подскочил, словно его иголкой кольнули. – Простите! – тут же извинился он. – У меня… провод от ноута коротит.. иногда вот… током дёргает.
 – Я могу посмотреть, – великодушно предложил Адриан. – Я немного разбираюсь.
 – Да, неет, – замялся тот. – Я… уже вызвал специалиста. Он всё наладит.
 – Так как мне увидеть Агату?
 – Она сегодня уже не придёт в офис, – ответил златокудрый. – Сейчас у неё несколько презентаций по продажам, а потом, она, вероятно, уйдёт домой, отдыхать. Вы же понимаете, работа довольно тяжела.
 – Гм… понимаю, – Адриан немного расстроился, но не терял надежды. – А телефон её можно узнать? На визитке был только рабочий.
 – Телефон? Да ко… – Ой! – он снова подскочил, и опять рассыпался в извинениях. – Простите, но мы не вправе давать домашние телефоны или адреса сотрудников! Таковы правила!
 – Так как же мне увидеть Агату? – сдерживая нахлынувшее раздражение, смиренно поинтересовался Адриан.
 – Попробуйте придти через два дня, – смущённо улыбаясь, ответил голубоглазый красавец. – Агата как раз должна будет присутствовать в офисе.
 – Что ж, спасибо, – вздохнул Адриан, понимая, что глупо будет и дальше топтаться на пороге и настаивать на выдаче телефона или адреса. Хотя очень хотелось!
 – Не за что! – сияя улыбкой, сказал вслед кудряш.
 – Вот уж точно! – хмуро подтвердил Адриан, выходя на крыльцо и медленно спускаясь по ступеням. Вот тебе и удачный визит! Здрассьте и до свидания! Агаты в офисе нет, и как её найти тоже непонятно! И почему его так раздражал этот златокудрый? Адриан задумчиво почесал нос… Вроде вежливый тип, и наружности вполне приятной, даже чересчур, приятной… А с чего тогда такое раздражение? И вдруг его осенило! Точно такое же противное чувство у Адриана возникало, когда ему показали Настройщика Сфер, и пояснили по каким причинам его вызывать! Помнится, Евстигней намекал, что Настройщики Сфер – не люди! Так значит, это златоволосый тоже принадлежит к ним? Но к кому? И вообще, кто он? Напарник Агаты? Помнится, она говорила про напарника.
Адриан медленно прошёлся вдоль здания, словно надеясь, что девушка вот-вот появится из-за угла и обрадуется ему. Но Агата не появлялась. Шли по своим делам прохожие и Адриан, прождав ещё полчаса, признал поражение и ушёл.

 – Рапсодий, что за фокусы?! – тем временем возмущался в офисе Орин. – Зачем было прятаться под стол и драть мои брюки?!
 – А ты лишнего не болтай! – сердито фыркая, чёрный кот с трудом выпростался из-под стола.
 – Да что я такого сказал? – не понял Орион. – Он просто хотел увидеть Агату, в чём проблема то?
 – А в том! – Рапсодий запрыгнул на место отсутствующей девушки и стал облизываться. – Ты обратил внимание, какого цвета у него глаза?
 – Нет, с чего мне рассматривать? – пожал плечами Орион.
 – А я вот обратил! И понял кто это! Это же тот… Сеятель! Агату ему! Обойдётся!
 – Погоди-погоди! Тот самый, которому Агаточка продала не те запонки? – заинтересовался Орион. – Сеятель Даров и Талантов?
 – Он самый! – важно подтвердил кот.
 – Так и? – не понял Орион. – Ты же сам хотел, чтобы Агата познакомилась с ним поближе!
 – Мало ли… А теперь перехотел, – уклончиво возразил Рапсодий.
 – У тебя семь пятниц на неделе, – проворчал Орион, – рассматривая штанину брюк, куда кот, не желая выдавать своего присутствия, запускал когти. – Смотри, какая дырень из-за твоих кинжалов!
 – Зашьёшь, – беспечно отмахнулся Рапсодий. – Или новые купишь.
 – Купишь! – возмутился ангел. – Они сшиты на заказ в Элонике! Знаешь, во сколько мне обошёлся пошив?
Кот не ответил, продолжая безмятежно намывать лапу.
 – А ты случаем не перепугался, что Сеятель почует Таланты и Дары, которыми обладает Агата? – вдруг оторвался от рассматривания прорехи Орион. И увидев, как возмущённо подпрыгнул Рапсодий, понял, что угадал.
 – Ага! Так ты признаёшь, что дело-то не слишком порядочное! Наградить девочку с рождения такими…
 – Ничего я не признаю! – зашипел, перебивая Рапсодий. – И ничего я не перепугался! Просто… Нечего Агаточке знакомиться с кем ни попадя! Она молодая, амбициозная… Пусть сперва карьеру сделает, на ноги станет как следует, а потом уже…
 – На ноги, – Орион поднялся из-за стола. – Можно подумать, сейчас она на четвереньках стоит… На ноги!
 – Ты куда? – не понял кот.
 – Переодеваться! А то клиенты придут, а я в дырявых штанах! Что они подумают про наш офис? – елейно улыбаясь, заявил Орион и исчез в сияющей вспышке.
 – Нахал белобрысый, – проворчал Рапсодий, и снова принялся умываться.
Когда через полчаса Агата вернулась в офис, никто и словом не обмолвился о посещении Сеятеля, искавшего девушку.


Агата
Агата проснулась, когда Мяука запрыгнула к ней в постель и с размаха боднула круглой головой прямо в подбородок.
– Ай! – девушка резко села, рукой потирая ушибленное. – Мяука, ты что, белены объелась?
– А ты чего объелась? – хмуро спросила кошка. – Вертишься и стонешь уже целый час! Я просто не вынесла твоих страданий!
– Я так делала? – изумилась Агата. – С чего вдруг?
– Кто тебя знает? Может, снилось что плохое? У тебя живот часом не болит?
– Ничего у меня не болит. А снилось… – девушка задумалась, пытаясь вспомнить, что же за сны преследовали её сегодня ночью.
– Точно не кошмары? – строго допытывалась Мяука.
Она прошлась по одеялу и вспрыгнула Агате на колени…
– Ох! – вскрикнула та, и спихнула кошку. От неожиданности Мяука шлёпнулась на пол, откуда с недоумением уставилась на хозяйку.
– Ты что швыряешься? – с обидой спросила она.
– Прости, Мяукочка, – Агата пошевелилась и тут же поморщилась. – А знаешь, болит… Не, не живот! У меня почему – то ужасно ноги болят.
– Ноги? – Мяука встревожилась. – Ревматизм? Простыла, наверное! Носишься по всяким мирам! Или ударилась? Признавайся, ударялась где-нибудь? Ну-ка, покажи, где болит? Вдруг растяжение или вывих?
– Не помню, чтобы я где – то ударялась, – послушно откидывая одеяло для осмотра, пожала плечами Агата.
Мяука прошлась вдоль Агатиных длинных, красивых ног, внимательно осматривая и обнюхивая их.
– С виду всё в порядке, – призналась она. – А болит – то где и как?
– Да вот тут, – Агата коснулась голени. – На обеих ногах мышцы гудят прямо и ноют. Такое впечатление, что я бегаю по тыще километров каждый день!
– Может, и больше бегаешь, – не стала отрицать Муяка. – Сколько вчера миров обошла?
– Да так… – Агата призадумалась. – Вчера два, да позавчера четыре… Но я же не то, чтобы прямо хожу – брожу по ним! Привела клиента, показала объект, и обратно.
– Хм… – Мяука задумалась. – Может, всё – таки простыла? Перепады температур и всё такое?
– Понятия не имею, – Агата с кряхтением сползла с кровати и направилась в ванную комнату. – Мама где?
– По магазинам отправилась, – вышагивая следом, ответила Мяука. – В холодильнике салат, в духовке булочки, а на плите яичница с беконом.
– Спасибо! – крикнула Агата, скрываясь за дверью ванной.
Вот он, огромный такой плюс быть у мамы в гостях – напоят, накормят, спать уложат. А после снова накормят и выслушают нытьё о работе и неприятностях. Неприятностей, к счастью не было, да и ныть Агата не любила, а вот просто поболтать с мамой, поесть выпечку, на которую мама – большая мастерица, это было замечательно.
Потому каждые выходные Агата старалась придти в гости.
– Какие планы на сегодня? – привычно поинтересовалась Мяука, с удовольствием наблюдая, как Агата уписывает завтрак.
– Пойду за хозтоварами. Дома всё кончилось.
– Значит, тоже по магазинам?
– Значит, да, – Агата удовлетворённо вздохнула, отодвигая пустую чашку. – А ты что будешь поделывать?
– Уж найду чего, – мурлыкнула кошка.
– Дрыхнуть небось собираешься целый день, – поддразнила Агата, обувая туфли и закидывая сумочку на плечо.
– За кого ты меня принимаешь?! – сделала оскорблённое выражение морда Мяука.
– За кошку! – рассмеялась Агата и выбежала в подъезд. – Маме привет! А впрочем, я попозже ещё позвоню!

Уже на улице Агата мысленно перебрала список покупок и вспомнила, что хотела приобрести робот – пылесос. Пока квартирка была маленькая, можно было обойтись и шваброй, но с теперешними габаритами уборку лучше бы автоматизировать! А то не только ноги будут болеть, но и руки, и спина! А раз пылесос, то идти надо в «Бомер»!
– Восемнадцатый, пятёрка и пара трамваев, – вспомнила Агата маршрут. – Или может, пешком прогуляться? Нет, пожалуй, поеду, – ноги всё ещё отзывались на каждый шаг недовольным гудением мышц.

«Бомер» – последний из торговых центров, недавно открывшихся в Яснопольске, широко раскинул все три этажа со всевозможными магазинчиками, бутиками, кафешками, аптеками и прочим. И гостеприимно распахивал автоматические двери перед каждым потенциальным покупателем.
Агата решительно устремилась вперёд, как вдруг её кто – то дёрнул за рукав блузки.
– Девушка, купите букетик, – перед лицом удивлённой Агаты закачался душистый веник из неизвестных фиолетовых цветов. Идущий от них запах был так силён, что закружилась голова.
– Спасибо, мне не надо, – Агата попыталась аккуратно высвободить рукав, но старушка, продававшая цветы, держала цепко. – Я не люблю… когда много…
– Тогда возьмите один! – старушка с готовностью выдернула из корзины на сгибе локтя крупную махровую розу. Та почему – то была бело-сиреневая и полосатая. – Вот, раз букет не нравится – один, самый лучший цветок!
– Самый лучший… – перед Агатой вдруг закружились бесконечные луга, полные невообразимых соцветий… цветов… цвета… Ароматы волнами захлестнули сознание и Агата шарахнулась от протянутой розы. Она вспомнила свои сны!
Забыв о покупке пылесоса и прочих чистяще – моющих средств, Агата кинулась к остановке. Ей срочно приспичило навестить кое-кого в офисе!

– Агаточка… ты же выходная! – изумился шеф, едва девушка ворвалась в офис агентства.
– Вых…ходная, – пропыхтела она, падая в своё кресло.
– Что-то случилось? – насторожился Орион. Он выбрался из-за стола и подошёл к Агате.
– Это у вас хочу выяснить, произошло или нет, – Агата скинула туфли и со стоном блаженства вытянула свои длинные ноги, откинувшись в кресле. – А Рапсодий где?
– Отлучился по делам, – неопределённо отозвался Орион. – Срочно нужен? Я могу позвонить ему.
– Обойдусь… наверное, – махнула рукой Агата. – Пока что вас попытаю, а там видно будет.
– Попытаешь о чём? – Орион уселся на край стола и внимательно уставился на свою сотрудницу.
– О цветах, – улыбнулась девушка, но при этом у неё было такое выражение лица, что Ориону стало чуточку не по себе.
– Вы в снах разбираетесь?
– Эээ, – слегка обалдел от вопроса ангельский шеф. – В смысле, в каких именно снах?
– Меня странные сны замучили, – со вздохом призналась Агата.
– Эротические что-ли? – ухмыльнулся Орион. – Большая вроде девочка!
– Вот если бы! – Агата поморщилась от слабой боли в ноге, что не ускользнуло от шефа.
– Что такое? – уставившись на ноги Агаты, встревожился он. – Ну-ка, давай подробнее, что там за сны?
Ещё раз вздохнув, Агата в красках расписала свою беготню по цветочным лугам.
– Так, говоришь, в конце концов, ты находишь один единственный цветок и срываешь его?
– Первый раз был один, – уточнила девушка. – Второй и третий раз, кажется, по два… А нет, нет! Второй раз три, третий – два!
– И росли они не на лугу?
– Вроде бы нет, – припомнила Агата. – С луга я ушла, точнее, убежала, а цветы росли на поле… Да, точно, я ещё знала, что им нужен простор.
– Ага. И после этих снов у тебя болят ноги?
– Ещё как! – буркнула Агата, наклоняясь и растирая ноющие мышцы. – Вот скажите, в чём дело? Может, это сны какие-то проклятые? Такие вообще бывают?
– Всякое бывает, – нехотя ответил Орион. – Но тут дело не в этом.
– А в чём?
– Думаю в том, что это вовсе не сны!
– Как это? – Агата даже рот от изумления открыла. – В каком это смысле – не сны? Я ложусь спать, бегаю по лугам, а после просыпаюсь! Я совершенно точно просыпаюсь!
– Засыпаешь и просыпаешься, – кивнул ангел. – Но в промежутке ты находишься как бы не во сне.
– А где тогда?
– Скорее всего, в другом мире.
– Да с чего бы? Как бы я туда попадала? – не поверила девушка.
– Сперва надо понять, что именно ты сорвала, – со вздохом сказал Орион. – Не припоминаешь за собой ничего необычного после этих вот снов?
– Абсолютно ничего!
– Точно-точно? Никаких знаний или умений не появилось? Может, вкусы изменились или привычки? – допытывался шеф, нарезая круги вокруг стола Агаты.
– Да не было ничего такого! – отмахивалась она. – А с чего такие вопросы? При чём тут цветочки – и знания?
– Да при том, что я, кажется, понимаю, ЧТО именно ты сорвала.
– Ну?! – после пятиминутного молчания не выдержала Агата. – Орион Нереидович, вы бы не злили меня… У меня-то терпение отнюдь не ангельское!
– У меня тоже, – скривился Орион. – Я просто думаю, вправе ли рассказывать тебе это. Может, стоит подождать Рапсодия и посоветоваться с ним?
– То есть посоветоваться с ним и скрыть это от меня? – нехорошо прищурилась Агата.
– Нуу… – уставился голубыми глазами в потолок шеф, и Агата вспылила:
– Если вы так поступите, то я уволюсь! Не хочу работать в коллективе, где меня не уважают!
– Что ты, Агаточка, ещё как уважают! – не на шутку перепугался ангельский шеф.
– Раз скрываете от меня сведения, касающиеся меня напрямую – значит, не уважаете!
– Ладно, – сдался Орион. – Просто… Думаю, Рапсодий может быть не доволен, что мы такие важные вещи обсуждаем без него.
– Ничего, мы потом ему всё – всё расскажем, – отмахнулась Агата. – А сейчас уже объясните всё это мне!

– В виде цветов есть довольно много всякого, – осторожно подбирая слова, начал рассказывать шеф. – Но я сопоставил все условия, такие как места произрастания, время и причины появления и прочее, отбросил неподходящие варианты, и в итоге остался лишь один. Таланты и Дары.
– Что?
Орион повторил.
– Судя по всему, ты нечаянно впитала чужой Талант. Или Дар.
– А поле тут при чём? – вытаращилась Агата. – И цветы?
– Ты знаешь, что означает выражение зарыть талант?
– Ну, что не пользоваться им…
– Ага, щаз! Это значит, что можно взять Зерно Таланта и закопать его в землю на Поле Талантов. Что ты ржёшь? По поле чудес слышала? Так вот это фигня! А Поле Талантов есть! Точнее – его можно сделать. Если талант вырастет и не приживётся – закопай опять, вырастет другой. А если и тот не приживётся, то всё заново. Ещё раз и так до бесконечности. Пока Талант не укоренится в тебе, пока ты не сможешь им пользоваться в полной мере.
– А как понять укоренился он или нет?
– Он должен проявиться, – пожал плечами Орион. – Потому я тебя и спрашивал – ощущаешь ли ты что-нибудь?
– Ничего не ощущаю, – расстроено проговорила Агата. – Значит, зря я страдала, бегая по лугам да полям. Только ноги зазря болят.
– Ну, кое-какой Талант у тебя, похоже, прижился, – медленно проговорил Орион. – Ведь ты приходила на Поле не один раз…
– И что? – пожала плечами девушка. – Это же сон! Или не сон, как вы говорите… И что там по вашему прижилось?
– Слушай, как насчёт мороженного? – вдруг сменил нему Орион. – Хочешь новое мороженное из Мира Хатервулд? Вообще знаешь о таком?
– Один из Зимних Миров. Располагается через десять Миров от нашего и имеет восемь стабильных прослоек, шесть из которых плотно населены. Славится невообразимым количеством мороженного и строит снежные городки, – выпалила Агата. – Ой! – тут же осеклась она и круглыми глазами уставилась на Ориона. – Я… откуда я это всё знаю?
– А потому, милочка, что первое, что ты ухитрилась сорвать – это Талант Миропроходца! А ну-ка попробуй открыть Дверь в Хатервулд, – безапелляционно приказал шеф.
– В смысле – открыть? – вытаращилась Агата. – Как я просто так – открою Мир? Вот так что ли? – она махнула рукой в сторону, делая вид, что поворачивает ключ в замке и распахивает дверь.
Сияющий овал возник рядом со столом, и Агата, взвизгнув, вывалилась из кресла.
– Всё ясно! Закрывай! – заржал ангел. – Ну, или шуруй за мороженным!
– Ннне… не пойду! – стуча зубами от волнения, девушка выбралась из-за кресла и отмахнулась от овала. Тот послушно исчез.
– Так это не Талант! – потирая руки, довольно возвестил ангел. – Это полноценный Дар! И он в тебе прижился! Так что теперь, тебе даже мои ключики не нужны!
Агата сидела молча, часто мигая глазами и Орион забеспокоился.
– Ну, что ты? Расстроилась? Или напугалась? Что здесь такого – то? На вот водички, выпей!
– Ладно, второй и третий раз я пришла на поле, потому что у меня УЖЕ был Дар Миропроходца, так? – выпив полбутылочки воды, уточнила Агата.
– Правильно!
– А первый раз? – не унималась девушка. – Первый-то раз с чего я туда припёрлась?
– Да как тебе пояснить, – отвёл глаза ангел. – Ну, может ты заинтересовалась… Как бы сказать… ты же до этого показывала поля… ну и вот…
– Орион! – Агата выпрямилась в полный рост, и нависла над ангелом. – Вы сейчас прямо мне врёте, Орион Нереидович!
– Что? Да как я могу? – засуетился тот. – Я же ангел! Я тебя…
– Обманываете, – устало прервала Агата. – У вас лицо по контуру красным полыхает.
– Что? – схватился за лицо Орион. – Шутишь?
– Нет. Так что с первым разом?
– Первый раз на Поле тебя должен был кто-то направить, – нехотя ответил Орион. – Всё ещё полыхает?
– Нет, теперь уже нет.
– Ясно, – шеф прекратил ощупывать лицо. – Вот тебе и второй Талант. Ты чуешь ложь. Теперь ты будешь видеть обманывают тебя или говорят правду… Такой себе Талант, своеобразненький…
– И кто же меня направил первый раз, вам случайно не известно? – прищурившись, Агата уставилась на Ориона.
– Всё равно же узнаешь, если совру, – буркнул он.
– Так не врите!
– Ты уверена, что хочешь это знать? Многие знание, многие печали, ту же в курсе?
– Лучше я узнаю это сейчас, чем потом через десятые руки, – спокойно ответила Агата. – Так что? Вы?
– Не я, – нехотя отозвался Орион. – Скорее всего…
– Рапсодий! – поняла Агата. – Это же после его ночёвки у меня… То есть… Он мне мурчал! А мне слышались какие-то слова!!! Что именно было, я не расслышала, но сон про поле был именно тогда! Так это дело его лап?
Орион со вздохом кивнул.
– Но зачем? – недоумевала девушка. – И почему он отправил туда меня? Откуда Рапсодий вообще это поле нарыл?
– Давай ты у него сама спросишь? – Орион поспешно ретировался за свой стол, и зарылся в Контракты, всем видом показывая, что ни слова больше из него вытянуть нельзя!
– Я с вами ещё разберусь! – погрозила ему и отсутствующему напарнику Агата, и ушла по своим делам – пылесос сам себя не купит и домой не привезёт!

Мяука
Время связи пришло как всегда в полночь. Она выбралась на крышу и, устроившись возле антенны, приготовилась. Ветер шевелил длинную шоколадного цвета шерсть, но неудобств не доставлял. Чуткие ловили малейшие шорохи и услышав, как в квартире пропищали часы, она приготовилась к связи.
Чуть в стороне темнота ночи стала чуть насыщеннее и гуще, и она повернулась туда.
– Слушаешь меня? – низко рыкнуло из чернильного пятна, распластавшегося в воздухе.
– Да, Повелитель, – она почтительно склонила голову.
– Где она? У вас?
– Нет, Повелитель, поехала к себе.
– Как с настроением?
– Чем-то расстроена.
– Не рассказывала?
– Нет.
– Даже матери?
– Никому.
– Из-за чего она может быть расстроена? Чем она занималась – ты не проследила?
– Пошла по магазинам, но потом поехала в офис, потом всё же вернулась в торговый центр за покупками.
– В офис? Она же выходная… Сколько она там пробыла?
– Полчаса не больше.
– А потом?
– Вышла какая-то напряжённая. Поехала в торговый центр.
– То есть расстроили её в офисе?
– Похоже, что да.
– Ясно. Продолжай следить и докладывать.
– Слушаюсь, Повелитель, – она снова изобразила поклон, почти коснувшись крыши ушами.
Клякса тьмы рассеялась, вокруг снова была просто ночь.

Агата
Утро этого дня было пасмурным и хмурым – под стать настроению Агаты. Сидя за своим столом в офисе, она занималась сортировкой документов. Раскладывала по прозрачным боксам – коробкам ламинированные листочки. Один листок – один Мир. В первый бокс – Зелёные миры, во второй – Зимние, в третий – Техногенные, и так далее. Взяв листочек из общей кипы, Агата читала описание мира. В общем, это была напрасная трата времени, потому что стоило ей взять листок и прочесть название Мира, как нужная информация моментально всплывала в мозгу. Но Агата всё равно упрямо читала и читала написанное на листе. И хмурилась.
В офисе кроме неё никого не было. Шеф и Рапсодий отсутствовали, занимаясь какими-то своими делами или делами агентства, кто их разберёт! Агата не знала, рассказал ли Орион коту про их разговор, но пока что Рапсодий предпочитал не показываться девушке на глаза.
– Чует кошка, чьё мясо съела, – фыркнула Агата, откладывая в бокс очередной листок. Потом вздохнула, и, подперев щеку рукой, задумалась.
Лишние Таланты или даже Дары – это, конечно интересно. У неё с рождения и так есть Дар понимать любые Языки, и к тому же Дар Убеждения, благодаря чему Агату и приняли в «Ясный Дом». Но это врождённое! То есть, принадлежащее ей по праву! А как быть с теми, что она сорвала?
Орион говорил – закопай Зерно Таланта… Получается, кто-то же эти Зёрна посадил, а она Агата – украла? Думать об этом было чертовски неприятно. К тому же девушку ужасно злил тот факт, что на поле она попала с подачи Рапсодия. С чего он решил, что может распоряжаться сновидениями Агаты!? А если верить шефу, то и не сновидениями вовсе, а вообще… То есть решил, что Агате надо нахватать не принадлежащих ей Талантов и Даров и просто дал пинка в нужную сторону? Песенку он споёт! Паршивец хвостатый!
В раздражении, Агата толкнула один из боксов так, что коробка проехала по столу и свалилась на пол. Подпрыгнула, словно выплёвывая несколько листов.
Вздохнув, девушка попыталась успокоиться. Нечего без толку психовать! Ей надо поймать Рапсодия за шкирку и поговорить с ним по душам. Выяснить откуда ноги растут у этого его решения! Но сперва, закончить сортировку. Агата уныло посмотрела на рассыпанное. Наклоняться и собирать всё это ужасно не хотелось.
– А ну в коробку и на стол! – криво усмехнувшись, приказала она, вспомнив анекдот про наркомана с семечками.
Листочки взвились над полом, моментально упаковались в бокс и тот рванул вверх. Со стуком приземлился на столе.
Побледнев, Агата вскочила и попятилась за спинку кресла, словно взбесившийся бокс мог напасть на неё. Но тот лежал смирно и агрессии не проявлял.
– Шеф? – неуверенно позвала в пустоту офиса Агата. – Орион Нереидович, это вы? Рапсодий?
Всё было тихо.
Что-то ёкнуло в груди, вспомнились сияющие цветы на пустом поле, и решив проверить, Агата вытянула дрожащую руку в сторону стола.
– Зелёные Миры – в левый бокс! – нужные листочки с ламинированным плямканьем взвились над остальными и в пару секунд сложились куда требовалось. – Закрыть! – шёпотом приказала девушка, и бокс захлопнулся.
– Техногенные Миры – в правый бокс! Мертвые Миры… Зимние… – шёпот Агаты разлетался по безмолвному офису, а листочки разлетались по нужным коробкам.
Через пять минут всё было закончено. Агата обессилено упала в кресло и засмеялась сквозь неожиданно потёкшие слёзы. Дар телекинеза – вот что это было! Один из сияющих цветов дал ей этот Дар.
Немного успокоившись, девушка подпёрла рукой мокрую от слёз щёку и задумалась. Дар и Талант – это же врождённое, разве не так? Помнится, в прошлый раз Рапсодий говорил про Сеятеля… Сеятеля Даров и Талантов… То есть это тот, кто выращивает, а после продаёт людям Таланты и Дары или как? Или дарит? Или это Сеятель сеет Зёрна на Поле, а оттуда поставляет куда-то и уже из этого «откуда-то» их получают люди? Значит ли это, что Агата обокрала какого-то Сеятеля? А вдруг, того самого, которому она продала не те запонки? Сколько вообще этих Сеятелей в Яснопольске?
Неет, надо всё-таки ловить Рапсодия и вытряхивать из него ответы! Соврать он не сможет, ведь Агата видит ложь! Конечно, он может отказаться отвечать… Был бы хоть какой-то рычаг давления на этот пушистый мешок меха! Ориона напугала угроза Агаты уволиться, но ведь Рапсодий не владелец агентства, ему вроде как всё равно с кем работать… Уволится Агата, найдут другого работника, который будет бегать по Мирам с котом.
– А я куда денусь со своими проходческими дарами? – спросила себя девушка, чувствуя, что начинает злиться. – Открою новое агентство и составлю им конкуренцию? Ещё чего не хватало… Работать мне и тут хорошо, а информацию из Рапсодия надо вытрясти любой ценой!
До вечера Агата ломала голову над своей проблемой, но так ничего и не придумала. Хорошо, что за весь день в офис заглянула всего пара клиентов, которых пока никуда не требовалось водить. Всего-то расспросили о том, да о сём, и ушли восвояси, впрочем, пообещав вернуться.
Когда будильник в сотовом Агаты оповестил об окончании рабочего дня, у входных дверей засиял портал и из него вывалились утомлённые, но очень довольные шеф и напарник.
– Агаточка, солнышко! – Орион Нереидович разулыбался вставшей из-за стола девушке, но она не ответила тем же. – Как дела? Кто-то был?
– Всё в порядке, – ледяным тоном сообщила так ничего и не придумавшая Агата и шагнув к двери, добавила:
– Отчёт на столе. До свидания!
И позволила себе чуть громче обычного хлопнуть дверью.

Кот и ангел опасливо переглянулись, и Рапсодий уныло вздохнул.
– Сердится, похоже.
– Сердится? – приподнял густую пшеничную бровь Орион. – Я бы сказал, что она в бешенстве! Что будешь делать?
– Что-что… – буркнул Рапсодий. – Соберу корзиночку с презентом и в гости напрошусь. Попробую поговорить.
– Ну-ну, – ухмыльнулся ангел. – Удачного тебе разговора!

Адриан

Если бы последний за этот день ребёнок, которому нужно было взрастить Талант, появился на свет в роддоме, то всё сложилось бы иначе. Но будущая мамаша дотянула до последнего и в роддом уехать не успела. Успела лишь вызвать скорую, когда воды хлынули на компьютерное кресло, где она восседала, заканчивая срочную работу.
Скорая приехала, как раз, чтобы принять стремившегося на свет ребёнка, перерезать пуповину и сделать прочее необходимое.
Сам же Адриан, проникший в квартиру вместе с врачами, сделал необходимое ему – кинул Зерно Таланта на скукоженое, вопящее тельце, завопившее от этого ещё громче. И поспешно вышел на улицу.
Отдышался, огляделся и понял, что на соседней улице находится агентство «Ясный Дом». После прошлой неудачи, Адриан решил, что попытает счастья ещё раз, и будет приходить снова и снова пока не увидит предмет своих мечтаний. И раз уж такое дело и он рядом, то будет глупостью не заглянуть туда ещё раз.
Конечно, были сомнения, что раз вечер, то вполне возможно, что девушка уже закончила работу и ушла домой, но попробовать хотелось, и Адриан, надеясь на лучшее, бодро зашагал в нужную сторону.
Как выяснилось – надеялся он не зря!
Едва перешёл дорогу – как увидел бредущую ему на встречу высокую, изящную фигуру. Элегантный бежевый костюм подчёркивал всё, что, по мнению Адриана, в особом подчёркивании не нуждалось, туфли на каблучке звонко отмечали каждый шаг, и кокетливая сумочка покачивалась у бедра. Чёрные волосы, подсвеченные вечерним солнцем, ниспадали до пояса. Сердце ёкнуло, пропуская удар – девушка была очень хороша. Адриан и с прошлой встречи был впечатлён и сейчас его опасения подтвердились – он определённо неравнодушен к Агате!
«Неравнодушен?» – насмешливо спросил себя Адриан. – «Да ты втюрился, как мальчишка!»
Между тем, ничего не подозревавшая о его терзаниях Агата, медленно приближалась. Глядела она почему-то вниз, и едва не уткнулась в мужчину, вставшего на пути.
– Извините, могу я… – она подняла голову.
Адриан увидел в её глазах лёгкое недоумение, сменившееся сперва раздражением – мол, что за хрен с горы такой стоит на проходе? – а после узнаванием! Она его узнала!
– Вы! – громко выдохнула Агата. – Это же вы… Сеятель!
Тут Адриан слегка опешил, потому, что не помнил, чтобы рассказывал девушке про свою профессию. Тогда в баре, они разговаривали много о чём, но точно не об этом!
– Я вспомнила, я теперь вспомнила, – как-то лихорадочно бормотала Агата, цепко держа Адриана за рукав рубашки. – И запонки те… Мне до сих пор неловко…
– Запонки? – в недоумении переспросил Адриан.
– Ну да, – девушка захлопала глазами. – Помните, в магазине? Я подобрала вам не те, что были нужны, и уговорила купить, просто потому, что они были дороже!
Теперь глазами захлопал Адриан. Он и думать забыл про тот случай, но сейчас, когда услышал, то отчётливо вспомнил этот момент.
– Вот так номер, – медленно произнёс он. – Так это были вы?
– Да, – Агата покаянно опустила голову, словно Адриан мог разозлиться и начать ругать девушку. – Но я уволилась оттуда…
– Так значит, мы встречались уже дважды, – тихо сказал Адриан. Он осторожно взял девушку за руку, отмечая, что пальцы её совершенно ледяные.
– Дважды? Сейчас? – спросила она, как то беспомощно всматриваясь в его лицо.
– Нет. Сейчас – третий раз. А второй было в баре. Не помните?
– В баре? Не очень, – Агата потёрла лоб, силясь вспомнить. – Я, кажется, была нетрезвая тогда…
– Кажется? – развеселился Адриан. – О, да, вы совершенно точно были не трезвы! Вы помните, что я провожал вас?
– Домой?
– К вашей маме!
Агата молчала. Кажется, она и правда, этого не помнила. И Адриан поспешил успокоить:
– Ничего страшного! Я и сам однажды так наклюкался… Я между прочим, потерял вашу визитку!
– Я давала вам визитку? – уточнила Агата и получила утвердительный кивок. – Вы поэтому меня встретили? Вы шли в агентство? Вам нужна какая-то недвижимость?
– Мне нужны вы, Агата, – проникновенно сказал Адриан и с удовольствием понаблюдал, как расцветают алым щёки девушки.
– Мне тоже… мне тоже вы нужны… Мне надо поговорить с вами! – выпалила она.
– Разумеется, – Адриан галантно предложил локоть, но Агата просто вцепилась в его ладонь и отпускать явно не собиралась. Это было даже приятно, хотя Адриан видел, что девушку обуревают какие-то тревожные чувства. – Могу я пригласить вас в кафе или ресторан? Вы наверняка голодны.
– Нет! – вздохнув, Агата чуть успокоилась и сосредоточилась. – Этот разговор не для посторонних ушей, так что мы поедем ко мне! Вы ничего не имеете против пиццы? Я какую-нибудь закажу…
Против пиццы Адриан ничего не имел, тем более в компании Агаты. Да он готов был подошву жевать, если это поможет дольше оставаться рядом с девушкой!
К его удовлетворению пицца оказалась не самой плохой – тесто достаточно тонкое, сыра и начинки в меру, всё свежее и сама пицца горячая. Агата заварила фруктовый чай, и сев напротив Адриана, молча уставилась в кружку.
Он видел, что девушке тяжело начать и терялся в догадках – о чём же именно предстоит разговор.
– Адриан, вы Сеятель Даров и Талантов? – наконец-то решившись, спросила Агата.
– Неожиданное начало, – крякнул тот. – Но верно. Я Сеятель, это моя профессия.
– А вы можете рассказать… как это происходит? – Агата нервно размешивала чай, и ложечка тихо звякала о края кружки.
– Гм, – отозвался Адриан. Не то, чтобы эта информация была тайной, но уж точно не подлежала всенародному разглашению. У Адриана появилась тысяча вопросов, самым простым из которых был: откуда Агата узнала о Сеятелях.
– Пожалуйста! Мне очень надо знать! – девушка взглянула на Адриана своими невозможно прекрасными глазами, и он увидел, что в них стоят слёзы. – Адриан, пожалуйста! Мне кажется… что я ворую у вас Таланты и Дары!
– Что?! – от неожиданности мужчина едва не пролил чай себе на колени. – Это невозможно! С чего вы так решили?
– Это долгий разговор, – Агата шмыгнула носом. – Извините… Я... просто не знаю, у кого ещё спросить…
– Расскажите мне всё, – попросил Адриан, протягивая руку и ласково касаясь изящных пальцев девушки. – Я помогу, если буду знать чуть больше.
Агата кивнула, и некоторое время собиралась с духом. Потом принялась рассказывать. Говорила она сбивчиво, то и дело замолкая, и явно расстраиваясь из-за всего случившегося.
– Подожди, давайте уточним, – Адриан постарался привести в порядок собственные мысли. – То есть, вы нашли поле, которое стало Полем Талантов, и сорвали там Дары?
– Я его не нашла. Меня туда отправил Рапсодий! – уточнила Агата. – Но да, мой шеф сказал, что это именно Поле Талантов.
– Но вы уверены, что то, что вы сорвали, были Дары?
– Уверена. Дар телекинеза, – Агата ткнула пальцем в ложку, и та, взвившись в воздух, приземлилась в раковину. – Дар Миропроходца, – она сделала ещё один жест и перед изумлённым Адрианом вспыхнул сияющий овал портала. – А ещё я вижу, когда лгут.
– Это Дары, – вынужден был признать Адриан. – И при этом – очень редкие Дары! Но вы сказали, что цветов было пять.
– И ещё один, самый первый. Да.
– Первый – Миры. Второй – телекинез, третий, умение видеть ложь. А ещё два? – осторожно спросил Адриан.
– Они пока не проявились, – призналась Агата. – А возможно, что они просто не прижились во мне?
– Думаю, возможно, – задумчиво сказал Сеятель. – Но всё же, не могу понять, откуда это взялось. Понимаете, Сеятели действуют не так.
– А как?
– У нас есть рабочий инструмент – Сфера Даров и Талантов. Именно там вызревают Зёрна. Я забираю их, и они словно растворяются в ладонях. А когда я приближаюсь к ребёнку, которому предназначен тот или иной Талант, Зерно покидает мою ладонь и прорастает в младенце.
– Именно в младенце?
– Да. Поэтому я целыми днями хожу, бегаю и езжу по роддомам Яснопольска. А если Таланты не крупные, так называемые Случайные, то я просто выпускаю их в окно, и они сами находят себе человека. Тогда это может быть любой, не обязательно только родившийся человек. А вот про Поле я, честно говоря, слышу первый раз!
– А я думала… – Агата вздохнула. – Адриан, а вы не можете понять – ваши это были Зёрна или нет?
– К сожалению, это невозможно, – отрицательно покачал головой Сеятель. – Мы выпускаем столько Талантов, что их невозможно запомнить все!
– Но ведь это не просто Таланты, это Дары! – взмолилась девушка, с надеждой глядя на Адриана. – Вы не можете их ощутить, почувствовать?
– Не могу, – виновато сказал он. – К тому же вряд ли это мои, у меня по каким – то причинам, уже долгое время не вызревают полноценные Дары. Мне придётся вызывать настройщика Сфер.
Вспомнив это, Адриан помрачнел.
– Что-то не так? – уловила перемену в его настроении Агата. – Это неприятная процедура? Она дорого стоит, да?
– Она бесплатная, – мрачно ответил Адриан. – Просто я недолюбливаю настройщиков. Они такие… Мне кажется, что они не люди.
– А кто? – изумилась девушка.
– Да кто их знает, – Адриан пожал плечами. Улыбнулся и попытался свести всё к шутке:
– Они такие красавчики, как ваш шеф.
– То есть, настройщики Ангелы? – уточнила Агата.
– Кто? – Адриан едва с табурета не упал. – В каком это смысле…
– Ну, вы сказали, что Настройщики, такие же как мой шеф.
– Ну?
– Так Орион Нереидович – ангел!
Повисло молчание. Агата и Адриан смотрели друг на друга, пытаясь осмыслить, что же они сейчас друг другу наговорили.
– То есть ангел – в прямом смысле? – уточнил наконец Адриан. – Тот, который оттуда, – он задрал голову к потолку.
– Ага, – делано беззаботно подтвердила Агата.
– И крылья есть?
– Ещё какие! – вспомнила роскошные перья девушка.
– Ясно, – Адриан взял кусок пиццы и принялся сосредоточенно жевать. Он пытался свыкнуться с мыслью, что ангелы – не выдумка и не миф, и Настройщики Сфер – ангелы…. Тьфу!
– А ещё кто-то кроме ангелов бывает? – вдруг поинтересовался он.
Агата глубоко вздохнула. Адриан видел нешуточную борьбу на лице девушки.
– Ай, ладно! – решилась она. – В конце концов, мы и так нарассказывали лишнего…
– Ничего не лишнего! – возмутился Адриан. – Всё по делу! А иначе, как мы сможем друг другу помочь?
– А вы поможете? – с надеждой вскинулась Агата.
– А куда же я денусь, – Адриан допил остывший чай. – Как ни крути, а раз дело касается Даров и Талантов, то я просто обязан помочь!
– Только поэтому? – шутливо надулась Агата.
– А вы вспомнили меня только из-за запонок? – так же шутливо ответил Адриан. – А я думал – из-за поцелуя…
– Чего-чего? – изумилась девушка. – Каакого это ещё…
– Тогда после бара… Когда я вас провожал, – Адриан наклонился через стол и пристально глядел на Агату. – Ты не помнишь? – шепнул он отбрасывая вежливые выканья. – Я тебя чуть не поцеловал…
– А… а почему чуть? – едва слышно спросила Агата.
– Потому что…
Громкий музыкальный сигнал прервал Адриана на полуслове, и оба вздрогнули.
– Это вызов с Переходника, – вскочила с табурета Агата. – Я сейчас!
Она со скоростью молнии метнулась в коридор и почти тут же вернулась обратно, плюхнувшись на своё место.
Адриан вопросительно поднял бровь, а девушка, прищурившись, пояснила:
– Это Рапсодий. Мой напарник.
– Который кот? – уточнил Адриан.
– Он самый! Ох, и устрою я ему сейчас, – мечтательно протянула она.

– Агтчка, прветствую, – огромный чёрный котище появился в кухонных дверях. Слова его звучали невнятно, потому что зубами кот сжимал ленты, которыми была перевязана большая коробка.
Увидев Адриана, кот раскрыл пасть, и коробка шмякнулась на пол.
– Проходи, проходи, – елейным голосом предложила Агата. – Не стесняйся! Знакомьтесь: Адриан, это мой напарник, Рапсодий.
– Очень приятно, – старательно пряча изумление от вида котищи, произнёс Адриан.
– А это Адриан, – всё тем же тоном продолжала Агата. – Он мой хороший знакомый… И он Сеятель Талантов и Даров! Тот самый, про которого я тебе однажды рассказывала.
Кот сел, нервно дёрнув поленообразным хвостом, и мрачно посмотрел на скособочившуюся коробку. Там явно что-то пострадало от падения.
– Предупреждать же надо, – мрачно сказал он.
– Ах, предупреждать? – зловеще прошипела Агата, и Адриан даже вздрогнул от неожиданности. – А ты меня предупредил о последствиях своего мурчания?
– А надо было? Мурчание как мурчание, – не очень уверенно оправдывался Рапсодий.
– Щас как дам в твой светящийся красным лоб! Прямо вот этой коробкой, – мрачно пообещала девушка, кивая на принесённое котом. – Тебе же Орион явно всё рассказал? Забыл, что я вижу ложь?
– Даже у меня? – уточнил кот, получил утвердительный кивок и вздохнул.
– Не надо в лоб. Тем более коробкой. Там и так уже всё перемешалось!
– А что там? – Агата с любопытством покосилась на коробку.
– Пирожные. Ассорти твоих любимых пироженок.
– Подлизываться решил? – Агата вспомнила, что сердится. – Не выйдет!
– Не собираюсь я подлизываться, – фыркнул Рапсодий. – Я поговорить пришёл.
– Вот и замечательно! Тогда сознавайся – с какого перепуга, ты отправил меня на это Поле?! И что это за поле вообще?!
Кот ещё раз вздохнул, и покосился на Адриана, имея в виду лишние уши.
– Адриан в курсе! – не повелась девушка. – Мы с ним поговорили, и много чего друг другу наобъясняли! Теперь твоя очередь! Ну? Откуда ты взял поле? И зачем меня туда повёл?
– Да не брал я его ниоткуда, – проворчал кот, сдаваясь. – Скорее, это ты взяла. Вспомни, ты показывала клиенту поля с доступом в Астрал.
– Мир Эфемерик! – ахнула Агата. – Так это поле принадлежит…
– Тому козлобородому недомерку Фрозелю, – кивнул кот. – Мне стало любопытно, что он собрался сажать, вот я и…
– Это прямое нарушение рабочей этики! – Агата так выпрямилась и поджала губы, что Рапсодий поёжился. Такая Агата ему совсем не нравилась.
– Он тоже много чего нарушил, – скривился кот, не собираясь признавать свои промахи. – Откуда он берёт эти Зёрна, ты подумала?
Агата вопросительно уставилась на Адриана.
– В общем-то, есть такие недобросовестные Сеятели, которые продают Зёрна мимо, лишь бы платили, – со стыдом признался Адриан. – Я сам узнал о них недавно, но факт остаётся фактом. Они есть.
– В нашем городе? – уточнила девушка. – А вы тоже…
– Нет! – возмутился Адриан. – И Сеятели, которых я знаю, тоже вряд ли этим занимаются. Разве что, кто-то из их учеников… Но те не имеют доступа к Сферам!
– А может они имеют к этим Сферам неофициальный доступ? – вкрадчиво предложил Рапсодий.
– Воруют Зёрна из Сфер? – ужаснулся Сеятель.
– Разве это не возможно?
– Никогда о таком не слышал, – признал мужчина. – Но раз Зёрна возможно продавать кому угодно… склоняюсь к мысли, что и украсть их тоже можно… Но в любом случае – это должен быть другой Сеятель! Никто кроме нас не может взять Зерно в руки! Да и потом, я рассказывал Агате – когда Зерно вынимается из Сферы, оно растворяется в руке, и выпадает лишь в тело ребёнка!
– Так, погодите, – Рапсодий наморщил пушистый лоб и даже постучал себя по нему лапой. – Давайте по порядку: Фрозель явно не Сеятель. Но где – то он берёт Зёрна, чтобы посадить их на Поле Талантов.
– А кто такой вообще, этот ваш Фрозель? – поинтересовался Адриан.
– Вовсе он не наш, – проворчала Агата. – Он один из наших клиентов, пришёл и попросил подобрать ему поле с выходом в Астрал. Вот я и подобрала.
– А у него точно были Зёрна Талантов и Даров? – усомнился Адриан. – Может, он что-то другое посадил?
– Такой светящийся шарик, заострённый на конце, – описала Агата. – Примерно, вот такой, – показала она пальцами размер. – Он выкатился из трости, когда Фрост ударил ею по грибу и сломал.
– Похоже на Зерно, – вынужден был признать Адриан.
– Агата прошла именно на это поле, и сорвала Дары – они уже проявились. А значит, у Фрозеля Фроста были именно те самые Зёрна! – подытожил кот. – И мне очень не нравится это! Сколько, говоришь, ты их сорвала?
– Пока что пять.
– А там были ещё ростки?
Агата кивнул – она вспомнила флажки и лунки.
– Иди туда, – мрачно велел Рапсодий. – Иди и сорви всё, что вырастет!
– Ещё чего! – взорвала Агата. – Я и так украла эти цветы! А ты предлагаешь мне красть ещё?
– Я не предлагаю, – оскаливаясь, сощурился кот. – Я настаиваю, что ты ДОЛЖНА забрать то, что вырастет на этот раз!
– Обойдёшься! – скрестив руки на груди, отказалась Агата. – Теперь я контролирую Дар Миропроходца и на Поле не пойду!
– Да пойми ты – этот мелкий хмырь – похититель талантов! – взвился кот.
– А ещё он мог эти Зёрна купить! Купил же он поле! – ехидно возразила девушка.
– Мог, – мрачно подтвердил кот.
– Тогда чего ты так беспокоишься?
– А того, что я не хочу, чтобы такими мощными Дарами обладал какой-то там демон!
– Кто?! – в голос воскликнули Агата и Адриан.
– Мелкий японский демон, – хмуро признался кот. – Мы с Орионом выяснили это, когда он расплачивался за Поле. Да и потом я по своим каналам пробил… Он цукумогами — демон оживших предметов домашнего обихода, музыкальных инструментов или кухонной утвари. Сбежал из мест своего обитания очень давно. Где живёт или прячется, не известно, но вот разжился деньгами и решил, Поле приобрести.
– Ты уверен? Что Фрозель именно демон?
– Уверен! К тому же, это ведь он рассказал тебе про Ориона, так ведь? Сколько клиентов до него видели шефа и никто ничего! А знаешь почему? Да потому, что только демон с первого взгляда может опознать ангела!
– А зачем демону Таланты и Дары? – удостоверившись, что кот прав, осторожно спросила Агата.
– А сама как думаешь? – ворчливо отозвался кот. – Чтобы стать сильнее! Пока что, он из себя ничего особенно не представляет, а вот как насобирает ростков… Может быть очень и очень плохо!
– Но ведь… по Яснопольску шастает так много разных существ… Почем ты думаешь, что Фрозель обязательно употребит Дары на что-нибудь плохое?
– Да потому что природа его демоническая этого требует, – вздохнул Рапсодий. – А став сильнее, он захочет ещё больше – такие мелкие пакостники редко останавливаются на достигнутом! Дотянувшись до одних Даров, он пожелает и все остальные! Думаю, в конечном итоге, он захочет сместить Адского Главу и занять его место!
 – У меня голова кругом идёт от подобных откровений, – признался, молча слушающий Адриан.
 – У меня, честно говоря, тоже, – согласилась Агата.
– Вот натрескается этот урод Даров, тогда и голове будет от чего кружиться, – фыркнул Рапсодий. – Ну что, пойдёшь на Поле?
Агата беспомощно посмотрела на Адриана и Сеятель кивнул.
– Пойду, – со вздохом согласилась она.
Кот торжествующе хмыкнул и поднял с пола, до сих пор валявшуюся там коробку с пирожными.
– А сейчас давайте пить чай! – заявил он так самодовольно, что Агате, не смотря на своё согласие, захотелось вцепиться ему в хвост!

Агата
Всю ночь Агата не могла сомкнуть глаз. Она вертелась в постели, садилась и ложилась снова, ходила пить воду, но успокоиться не могла. Слишком уж волнительным получился вечер, слишком богатым на всякие откровения.
Фрозель – демон? Японский демон низшего качества, как выразился Рапсодий. Как его там – цукамо… цумукога… Короче, какая-то бытовая одушевившаяся ерунда…
– Дуршлаг! – фыркнула Агата, в очередной раз усаживаясь на постели и взбивая подушки. – Или нет, нет – решето! Дырявое! Веник растрепанный! Или что там ещё может быть? А, инструменты! Дудка! Гнусавая пастушья дудка! Волынка надоедливая!
Обругав таким образом неприятного клиента, Агата чуть успокоилась. Теперь её одолевали мысли – стоит ли послушаться напарника и снова посетить Поле. Сорвать созревшие Дары… Украсть их! Снова! Агату мучила эта мысль – она не воровка! Но ведь даже Адриан согласился, что нельзя давать в руки демона, пусть и мелкого, такие сильные Дары. А что если в этот раз, там будет какой-нибудь не слишком сильный Талант? Стоит ли терять из-за него совесть? Ведь Поле Фрост честно купил! И Зёрна возможно, тоже купил! А на какие деньги – это уже не её, Агаты дело! И даже не Рапсодия!
Ну, может быть, тут больше заинтересован Адриан – он просто кипел от возмущения, что Зёрна продают. Может быть, если Агата соберёт эти Дары и Таланты, то поможет Адриану? Да нет, ерунда, что это за помощь – присвоить чужое? Но ведь Адриан – Сеятель, и он одобрил очередной поход Агаты на Поле. Значит, он тоже не желает отдавать эти Зёрна Фрозелю… А он имеет на это право! Или нет? Ведь Зёрна не его! Они куплены или украдены у кого-то…
А что если Агата встретит на Поле Фрозеля и спросит него откуда он эти Зёрна раздобыл? Ведь она теперь видит ложь, значит, соврать недомерок ей попросту не сможет! Вдруг получится узнать, какой нечестный Сеятель завёлся в Яснопольске? Это уже точно поможет Адриану!
Придя к такой мысли, Агата наконец-то успокоилась и крепко уснула.
… И, проморгавшись, увидела, что стоит на знакомом Поле.
– Просто я слишком любопытна, – проворчала девушка. – Ну, что тут у нас?
Цветка было всего два. Сияющий лазоревый с золотой сердцевиной, и целая кисть мелких алых колокольчиков на одном стебле. Некоторое время Агата задумчиво разглядывала их, прикидывая, чем они могут быть. Ведь явно это не просто Таланты, а снова какие – то Дары. А Дары, если верить Рапсодию, ни в коем случае не стоит давать в жадные демонические лапки.
Вздохнув, Агата опустилась на корточки около цветов. Кроме того, что они имели прекрасный вид, цветы восхитительно пахли. Агата не могла вспомнить, был ли какой – то запах в прошлый раз. Склонившись прямо к нежным лепесткам, девушка глубоко вдохнула исходящий от растений аромат. И ещё и ещё! От каждого цветка исходил упоительный аромат, а смешиваясь друг с другом, они создавали настоящий феерический шлейф невероятного запаха, и Агата, забыв обо всём на свете, вдыхала эту фантастическую смесь, от которой сладко кружилась голова.
Очнулась она от налетевшего порыва ветра. Ветер дунул требовательно и зло, взъерошил длинные распущенные волосы девушки, и унёс высохшие стебли растений… Агата выпрямилась и растеряно заморгала – цветов нигде не было. Пустые лунки сиротливо чернели около флажков.
– Я, как тот осёл, который полполя снюхал! – схватилась за голову Агата. – Не поняла, забрала ли я Дары или нет? Ну ладно, видно будет, когда они проявятся… Если проявятся! А мне пора и честь знать… Домой! – приказала она сама себе и безо всяких сияющих порталов очнулась в собственной постели.

На работу Агата решила пойти самостоятельно, не переходником, а ножками-ножками. Это был хороший способ проветрить голову и обдумать всё услышанное вчера. Слишком много откровений прозвучало на кухне, слишком много даже для, вроде бы привыкшей к странностям Яснопольска, Агаты.
Мелкие демоны, проданные и похищенные Дары, Настройщики Сфер, которые, как и шеф Агаты – ангелы… или это не точно?
Встреча с Адрианом, которая оказывается далеко не первая! Они даже чуть не поцеловались, вспомнила Агата и вспыхнула от стыда. Права была Мяука, надо бросать пить всякие подозрительные коктейли в разных барах! Намешали, понимаешь, непонятно чего! Чуть до греха не довели!
От собственных мыслей Агата фыркнула, громко цокая каблуками, поднялась по ступеням, и потянула тяжёлую дверь.

В офисе в гордом одиночестве восседал Орион Нереидович.
Закинув ноги на белоснежный стол, он смотрел в потолок и с лёгкостью крутил на пальце огромную связку ключей.
– Агаточка! – обрадовался он при виде вошедшей девушки. – Как самочувствие? Настроение?
– И вам здрассте, – с некоторым сарказмом отозвалась Агата, проходя к своему рабочему месту. – Скажите, Орион Нереидович, а вы знаете, кто такие Настройщики Сфер? – решила прояснить вопрос для себя, (да и для Адриана) Агата. – Это правда, что они, как и вы – ангелы?
– Кто-кто? – вытаращился Орион, и даже ноги убрал со стола.
– Настройщики Сфер Талантов и Даров! – отчеканила Агата.
– А это кто такие? – осторожно уточнил шеф.
– А то вы не знаете! – фыркнула девушка.
– Представь себе, не знаю! Я знаю, кто такие Настройщики Душ! А вот про какие – то сферы первый раз слышу!
Агата пристально смотрела на Ориона, но лицо его оставалось ангельски – чистым и полыхать не спешило. Значит, не врал.
– Извините, – вздохнула Агата, стараясь унять разочарование. – Я с чего-то решила, что раз и вы и они ангелы, то…
– Я тебя расстроил? – Орион поднялся из кресла.
Положил ключи на стол и подошёл к Агате.
– Может быть, ты мне расскажешь подробнее, кто такие эти Настройщики и каких таких Сфер, а я спрошу по своим каналам?
– Да нет, не надо, – нехотя отказалась Агата. – В конце концов, это не моё дело… Точнее, дело уже почти моё, но не мой секрет.
– Ещё и секреты завела, – надулся ангельский шеф, как ребёнок, которому пообещали шоколадку, а дали только обёртку облизнуть.
– А что, не имею права? – Агату позабавил обиженный вид Ориона.
– Можешь, – фыркнул он. – Если эти секреты не мешают работе!
– Они и не мешают, – вздохнула Агата. – Что там у нас? Есть заказы?
– Есть, – Орион Нереидович вернулся за свой стол и отделил от связки четыре ключа. – Вот эти Миры надо проверить и описать. Ну, там, бумажки, файлы, фотки. Знаешь же.
– Их брать обязательно? – спросила Агата, перебирая в руках тяжёлые ключи.
– А что, без надобности? – вскинул золотые брови Орион.
Агата кивнула.
– Стоило ключи в руки взять, как всё стало более-менее понятно, – сказала она. – Порталы открыть могу.
– И всё же потаскай ключики с собой, – поразмыслив, велел шеф. – Так, на всякий случай! Не следует везде показывать, ЧТО ты умеешь! Мало ли…
– Есть, шеф! – отсалютовала Агата, и вместе с ключами уселась за стол – внимательнее рассмотреть их, чтобы лучше понять, что за миры они открывают, набросать первичные заметки, и тогда уже решить, какую одежду выбрать для их посещения.
 Два похожих мира – Парадиз и Аква-Парадиз. Возникли сравнительно недавно, населены ещё не были. Различались соотношением воды к суше, влажностью, растениями и животными. Были идентичны по светилам, как ни странно – сезонным явлениям и температуре. Агата решила, что первыми посетит их, так как наряд – лёгкий брючный костюм тройка зелёного цвета и ботинки на низком каблуке – вполне соответствует. По крайне мере, среди зелени выделяться не будет.
Захватив из своего шкафчика фотоаппарат, девушка, махнула Ориону – мол, я на выезд – и, открыв портал в Парадиз, шагнула туда.
Через десять минут портал открылся снова, и Агата выскочила оттуда с такой скоростью, словно за ней все демоны гнались.
– Что такое? – привстал из-за стола Орион.
– Цветы, – сквозь зубы ответила Агата.
– У тебя аллергия?
– Нет! Просто они там хищные!
– Ого, – удивился шеф. – Покусали? Врачебная помощь нужна?
– Нет, – буркнула Агата. – Костюм чуть не порвали, гады хлорофилловые!
– Хорошо, – похвалил шеф.
– Что хорошего?
– Хорошо, что ты узнала про цветочки раньше, чем мы кому-то успели этот мир предложить! Что там есть ещё? На какую недвижимость мы можем рассчитывать? Дупла в деревьях пещеры в скалах или подводные? Ну что ты смотришь? Просто не трогай цветы и всё! Но закончить обследование надо!
Агата вздохнула, но спорить не стала. Открыла портал в Парадиз и ушла.
Ещё десять минут и снова взъерошенная девушка выкатилась из портала в офис. На удивлённо воззрившегося шефа, Агата зыркнула так зло, что шутить на любую тему он передумал. Просто коротко спросил:
– Что?
– Трава! На некоторых полянках трава там тоже хищная! Особенно на полянках с большими фруктами. Оказывается, фрукты это приманка…
– Больше не пойдёшь? – уточнил шеф.
– Пойду, – страдальчески скривилась девушка. – Я не нашла ни одной единицы, которую мы могли бы предложить в качестве жилья.
– Может, не стоит? – осторожно возразил Орион. – Мне не улыбается потерять лучшую сотрудницу!
– Ничего, у вас ещё останется Рапсодий, – криво улыбнулась Агата и снова исчезла в портале.
На этот раз её не было довольно долго, и Орион успел напредставлять себе кучу ужасов: внезапных аллергий с отёком Квинке, бегства от всевозможных хищников, и всяких несчастных случаев с летальным исходом. Он уже нервно бегал по офису и кусал пальцы, когда вспыхнул овал портала, и девушка почти вывалилась к ногам своего ангельского шефа.
– Агаточка, солнце! – заметался тот, усаживая её в кресло, поднося воды и вытирая горячими, влажными салфетками перепачканный зеленью лоб девушки. – Ты цела? Скажи что-нибудь?
– Нормально, – Агата залпом опустошила бутылочку воды, и утомлённо откинулась в кресле. – Я нашла нам объекты.
– Нашла? Ты ж моя умничка! – обрадовался шеф. – И что это?
– Древесные коконы. Там есть деревья, ветви и воздушные корни которых, естественным образом сплетаются в коконы, самых разных размеров. Они гибкие и очень крепкие, я залезала внутрь. Их можно формировать по всякому, если чем-нибудь закреплять во время роста. Можно так же соединять друг с другом и вырастить себе многокомнатный дом!
– Замечательно! – расплылся в улыбке Орион.
– Но есть большой минус! – подняла палец Агата. – Вокруг этих деревьев летает куча насекомых – опылителей! И они накидываются просто всей толпой!
– Кусать?
– Опылять! У них какая-то приторная липкая пыль на лапах, и они по тебе елозят! Брр! Не хочу туда больше идти!
– И не надо, не надо, – согласился Орион. – Отдыхай пока.
– Пока? А потом?
– Потом… Нуу… осталось же ещё три мира. Кто же кроме тебя так замечательно справиться с ними? – подхалимски заюлил шеф, и Агата возвела очи долу. Рабочий энтузиазм Ориона Нереидовича даже могила не исправит!

Аква-Парадиз потряс Агату. Он был настолько солнечно-жарким, водно-лазурным, песчано-пальмовым, что девушка не выдержала. Скакнув переходником домой, она переоделась в купальник и торопливо натолкала в пляжную сумку всяких полезных вещей: полотенца – загорать и вытираться после купания, пакет с фруктами, бутылку с ледяным ирбисом, крем от загара и прочие мелочи. На недоумённый взгляд Ориона, Агата смущённо пробормотала, мол, надо подробно всё обследовать, и сбежала через портал.
До вечера Агата бродила по пляжам островов Аква-Парадиза. Загорала, купалась, собирала ягоды и фрукты. Тут очень кстати, вдруг проявился новый Талант – стоило девушке взять в руки ягоду или фрукт, как она знала, можно ли это съесть. Так же обстояло дело и с насекомыми и разными ползучими гадами.
Например, увидев огромную змею, кольца которой свисали с пальмы, Агата ничуть не испугалась. Змеюка была мирной, питалась растущими на пальме фруктами, и опасаться её следовало только из-за размеров – упадёт и придавит!
Зато наткнувшись на крохотную пучеглазую ящерку, очень красивую, блестевшую подобно драгоценному камню, Агата тихо попятилась и спряталась за скалой. Ящерка была очень агрессивной, кидалась на любые движущиеся объекты, попавшие в её поле зрения, и обладала смертельным ядом, которым плевалась почём зря.
Конечно, Агата не забывала про работу. Она без устали фотографировала, записывала и наговаривала на диктофон разные полезные сведения. Но между делами наслаждалась солнцем и водой этого мира.
На мелководьях и в закрытых скалами или кораллами лагунах купаться было совершенно безопасно. А вот на глубине водились гигантские змеи, напоминавшие фэнтезийных китайских драконов. Агата видела, как они неторопливо поднимались из воды, сверкая на солнце чешуёй, и пристально наблюдали за ней, когда она купалась или загорала. Драконо-змеи были далеко, но велики они были настолько, что Агата отчётливо видела уродливо-прекрасные головы с холодными пронзительными глазами.
Она передёргивала плечами от озноба и радовалась, что размеры этих хищников не позволяют им заплывать на мелководье.
Несколько раз Агате пришлось возвращаться в офис. Во-первых, чтобы показать шефу, что с ней всё в порядке, во-вторых, чтобы оставить блокнот с заметками и зарядить севший телефон.
Окончательно с «обследования» Аква-Парадиза Агата вернулась лишь тогда, когда светило того мира скатилось в закат. Нет, прохладнее не стало, наступила вечерняя жара, но из глубин островов, из скальных пещер и даже из воды, вышли на охоту ночные хищники. Знакомиться с ними у Агаты не было ни малейшего желания, и потому она поспешно ретировалась в свой мир.
В офисе уже было тихо и темно, Орион оставил записку, даже не с просьбой, а приказанием – Обязательно позвонить, что ты в порядке! – а Рапсодий, похоже, и не появлялся, занимаясь своими кошачьими делами.
Агата решила, что на сегодня она точно сделала всё, что могла и с чистой совестью ушла переходником домой. Там, приняв душ и смыв всю морскую соль, она усталая и довольная улеглась спать. И на этот раз спала крепко и без снов.

Воодушевлённая пляжами Аква-Парадиза, Агата наспех позавтракала и с утра пораньше прискакала на работу Переходником. Ей не терпелось проверить оставшуюся пару Миров.
Но тут девушку ждало разочарование.
Едва взяв в руки один ключ, Агата бросила его на стол и возмущённо фыркнула. Лицо её при этом выразило глубочайшую брезгливость и возмущение.
– Что такое? – не понял Рапсодий тоже с самого утра обитавший в офисе.
– В этот мир мне лучше не соваться, – Агата скривилась так, что кот и сам поморщился. – Тут женщин ненавидят, считают, ниже скотины, к тому же тут рабовладельческий строй!
– Ого, – кот потёр лапой между ушами. – Не думал, что такие мирки ещё остались.
– Остались, – Агата брезгливо покосилась на ключ. – Старый мир, между прочим. Ему уже полтыщи лет! И там ничего не меняется, не смотря на происходившие бунты и революции.
– Сильно противно? – уточнил Рапсодий, наблюдая за лицом девушки.
– Была бы кошкой – шерсть бы на загривке подняла и зашипела, – кивнула Агата.
– Тогда не ходи, – согласился напарник. – Пусть Орион сам туда сбегает. Надеюсь, его в рабство не заберут, за особую красоту, ха-ха!
– Ха-ха, – кисло поддержала Агата. – По крайней мере, Орион Нереидович сможет справиться с любыми неприятностями. Ангел как-никак!
– Ой, прям думаешь, эти кудряшки так всесильны? – фыркнул Рапсодий так презрительно, что Агате стало смешно. Кажется, кот ревновал или завидовал ангельским силам.
– А что, нет? – поддразнила она.
Возмущённое фырканье усилилось, а роскошный хвост Рапсодия поднялся дыбом.
– Они всего-то каждый в своей сфере сильны! Их ограничивают всякие рамки даже больше, чем тех же демонов!
– Не знаю, не знаю, – шутливо сказала Агата. – С демонами не встречалась!
– Ага, щаз! А как же Фрозель Фрост? Так что не прибедняйся! Встречалась! – напомни кот.
– Точно, – Агата сделала больше глаза. – Противный тип! Кстати, насчёт сфер! Послезавтра у меня выходной и ЕСЛИ ЧТО – меня не вызывать и не вызванивать! Я пойду в гости к Адриану!
– Это ещё зачем? – всполошился кот. – Приличные девушки не ходят в гости к незнакомым мужчинам!
– Так мы уже знакомы! – пожала плечами Агата.
– Мало знакомы, – упёрся Рапсодий. – Вы виделись то всего ничего!
– Ага! Целых три раза! И два чуть не поцеловались!
– Что? – хвост Рапсодия стал совсем невообразимо гигантских форм и поднялся к потолку. – К… когда это вы… Ты меня обманываешь!
– Делать мне больше нечего, – рассмеялась Агата. – Первый раз я не помню, сильно не трезвая была, и Адриан не стал пользоваться моей беспомощностью. А второй… Вот как раз, когда мы на кухне разговаривали! А ты нам помешал – пришёл не вовремя!
– Очень даже вовремя! – мрачно возразил Рапсодий, прижал уши и полез в кресло шефа.
– Чего ты расстроился? – удивилась Агата. – Ничего же не было!
– Ага, а если бы я не пришёл? Или пришёл позже?
– Ну и что? – пожала плечами девушка. – Адриан мне нравится.
– Так нравится, что готова с ним целоваться? – съехидничал кот.
– А если и так? – рассердилась Агата. – В конце концов, я большая девочка! Чего ты решил лезть в мою личную жизнь?! Ты что, мой лохматый папочка?
– Я твой напарник! – как-то истерично взвизгнул кот, спрыгнул со стула, и оскорблено дёргая хвостом, скрылся в туалете.
– И чего взбеленился? – тихо спросила вслед ничего не понявшая Агата.

Пока Рапсодий восстанавливал душевное равновесие в ватерклозете, Агата успела сделать наброски о последнем из выданных ей ключей.
Этот открывал мир под простым названием Горный, населён разумными существами не был, только всевозможными пресмыкающимися разных видов и размеров.
– Опять драконы, – вздохнула Агата, не забывшая змеев Аква-Парадиза. – Горы да драконы, и кто захочет в таком мире жить?
Но своё мнение – это своё мнение, а обследовать мир было необходимо.
Агата со вздохом выбралась из кресла, взяла фотоаппарат и открыла портал в Горный. Высунулась туда едва ли не по пояс, и чуть не взвизгнула, обнаружив, что висит над головокружительной пустотой. Пустота, скалилась острыми пиками и выступами гор. Переведя дыхание, Агата торопливо сделала пару снимков, и отпрянула назад, в безопасный офис.
Подумала, встала с другой стороны стола и снова открыла портал. Высунула голову и убедилась, что опять промахнулась – снова скальные обрывы и облака над горными пиками.
Следующий портал был открыт от входной двери офиса – горы, камни, но на этот раз в глубине ущелья протекала река, которую Агата и сфотографировала. Уже лучше.
Поразмыслив, девушка залезла под стол и открыла портал оттуда. Бинго! Тут можно было выйти на ровную площадку перед большой пещерой. Агата вышла, и, ёжась от ледяного горного ветра, принялась искать хорошие ракурсы. Право, лево, верх, низ. Она даже осмелилась пройти несколько шагов вглубь пещеры и сделать несколько снимков там – вспышка высветила стены, поросшие редкими пятнами бледно-зелёного лишайника. Удаляться слишком далеко от входа девушка не рискнула – вдруг в пещере есть обитатели?
– Маму их драконью через хвост, – пробурчала Агата и вздрогнула – откуда-то издалека ей почудилось сонное ворчание и приглушённый рык.
Быстро ретировавшись в безопасный офис, бесстрашная (но осторожная!) исследовательница миров решила сделать кратковременный перерыв. Попила водички, перекинула фотографии в ноутбук и принялась отсматривать материал.
Она так погрузилась в работу, что вздрогнула от неожиданности, когда входная дверь резко открылась.
В агентство «Ясный Дом» пришли клиенты.
Они ввалились толпой и сперва Агате показалось, что это группа детей убежала с какого-нибудь праздника и по ошибке забрела не туда. Одежды на пришедших были нарядные, или даже точнее сказать – вычурные. Яркие рубашки с воланами, рюшами и позументами; широкие штаны, похоже, сшиты из шёлка и бархата, и тоже расшиты по бокам, кроме того штаны были снабжены широкими поясами или ремнями, на которых сверкали камни, принятые Агатой за непомерно огромные стразы. Агата вытаращилась на них, не зная, что сказать, но вслед за «детьми» на пороге нарисовался сияющий улыбкой Орион Нереидович.
– Агата, приветствую! – взмахнул рукой незабвенный шеф. – Как работа?
– Работается, – кивнула самая компетентная сотрудница Ясного Дома.
– А я вот тебе заказчиков привёл! – сияя улыбкой, заявил Орион.
Услышав эта, Агата внимательнее всмотрелась в пришедших, и поняла, что никакие это не дети. Невысокие коренастые, явно мужские фигуры, взрослые лица, совсем не похожие на детские. Скорее, это были какие-то лилипуты или карлики.
– Здравствуйте, – справилась с изумление Агата. – Проходите, пожалуйста, сюда, ближе к столу. Что бы вы желали приобрести?
– Дак это, – из толпы выдвинулся мощный коренастый мужичок, одетый кажется, роскошнее других. – Мир наш, понимаешь, рушится. Так нам бы это, новый мир требуется!
– Прямо целый мир? – осторожно уточнила Агата, косясь на довольного Ориона.
Тот уже сместился к своему столу, а карлики окружили рабочее место Агаты.
– А чего мелочиться? – пожал плечами коренастый. – Много нас, потому и переселяемся всем миром в новый мир! Ежли такой отыщется.
– Отыщется, конечно! – заверила Агата. – Какие условия проживания вы желаете? Какую степень развития и населённости?
– Да нам бы горы, – мечтательно протянул мужичок. – И чтобы никто вокруг не жил!
– Горы? – изумлённо воскликнула Агата, но тут же взяла себя в руки.
– А что, нету? – расстроился невысокий покупатель.
– Есть-есть, – успокоила девушка. – Только сегодня я сделала несколько фотографий, вот, посмотрите, пожалуйста.
– Прекрасно! Отличные горы! Прямо, как надобно! – на разные голоса загудели клиенты.
– Есть один нюанс, – сочла необходимым предупредить Агата. – В мире нет других разумных существ, но есть драконы! Они разных размеров и видов, и хотя я не смогла сфотографировать ни одного, но вы должны знать о них!
– Это прямо отлично! – расплылся в улыбке главный среди пришедших и остальные поддержали его одобрительными восклицаниями. – Горы и драконы, это то, что надо!
– Х… хорошо, что вам нравится, – справилась с очередным приступом изумления Агата. – Вот ещё описания. Прошу ознакомиться перед покупкой: климатические условия, водные ресурсы, геологический состав почв и пород, биологическая составляющая – бактерии, растения, насекомые, животные. Населения, как я сказала, нет. Если вы купите мир, то будете единственными его жильцами.
– Если вы, конечно, заключите эксклюзивный Контракт на покупку, – подал голос из-за своего стола Орион Нереидович.
– Это как? – насторожился глава карликов.
– Если Контракт не эксклюзивный, мы имеем право продавать недвижимость в Горном и другим покупателям, – любезно разъяснил Орион. – Если эксклюзивный, то он только ваш! Но разумеется, такой Контракт стоит в несколько раз дороже!
– Да что мы, выкупить мир не сдюжим?
– Незачем нам соседи, кто их знает, какие попадутся?
– Наш мир должон быть и точка!
– Разумеется, наш!
– Что мы, нищеброды какие – выкупим, не сумлевайтесь!
Орион Нереидович слушал эти возгласы, как музыку. Он даже жмурился от удовольствия.
– Я не сомневался в вашей благоразумности, – склонил он голову, едва коротышки закончили галдеть. – Сейчас я подготовлю все бумаги, а завтра – прошу на заключение Контракта, с полной оплатой, разумеется!

– Кто это такие? – спросила Агата, когда довольные карлики покинули офис.
– Это? Добры. Ни разу не видела? – рассмеялся Орион.
Агата покачала головой.
– В фэнтэзийных книгах с добров описывают гномов. Только добавляют им бороды, – пояснил всезнающий шеф.
– У этих бород не было, – вспомнила Агата.
– Ещё бы! В горах, между прочим, водятся всякие насекомые, которые не преминут поселиться в бороде! Да и грязь набивается, каменная пыль, крошка и прочее… Легче физиономию помыть, чем каждый раз стирать бороду!
– А почему они были одеты так… так… – пыталась девушка подыскать более-менее приличное слово.
– А, на выход нарочно расфуфырились, – небрежно отмахнулся Орион. – Они сильно зависят от чужого мнения, боялись, как бы про них не подумали что-то не то!
– Не посчитали нищебродами? – фыркнула Агата, вспомнив слова добров.
– Вот именно! – поднял палец кверху Орион. – А между тем, драгоценная ты наша, ты вообще в курсе, сколько стоит эксклюзивный контракт?
Агата пожала плечами. За всё время работы в Ясном Доме, никто из клиентов такие контракты не заключал.
– Посмотри сюда, – предложил Орион, жестом фокусника разворачивая перед девушкой бумагу.
Агата посмотрела и охнула.
– Так дорого? Это же… это…
– Баснословные деньжища? Ага, – шеф свернул Контракт и спрятал его в стол. – Так что все получат премию! А ты у нас богатая невеста, – хохотнул он. – С приданым!
– Какая ещё невеста? – из туалета показался Рапсодий.
– А ты где был? – весело изумился Орион. – Я думал, тебя нет в офисе.
– Есть я, есть, – ворчливо отозвался кот, беспокойно косясь на Агату. Но девушка сделала непроницаемое лицо, и рассказывать о ссоре не стала.
– Живот прихватило что ли?
– Прихватило, – не стал спорить кот, а Агата поспешила перевести тему разговора.
– Орион Нереидович, тут есть ещё один мир, но мне туда нельзя, – она подсунула выкладки из ранее описанных работ.
– А, Ватикошори! – скривился Орион.
– Вы его знаете?
– Знаю, погань та ещё. Не думал, что попадутся от него Ключи. Но как ни странно, запросы на него есть… есть… Ладно, туда сам сгоняю. Переодеться только придётся.
– Меня с собой возьмёшь? – уточнил Рапсодий.
– Возьму,– кивнул Орион. – Только придётся тебе быть в ошейнике и на цепочке! Это повысит мой статус, там распространены крупные домашние животные. Выдержишь?
– Выдержу, – мрачно заявил кот, покосившись в сторону Агаты. – Когда пойдём?
– Да сейчас! Чего тянуть? – заявил шеф. – Агаточка, солнце, подежуришь в офисе?
– Разумеется, – подтвердила девушка, протягивая ангелу Ключ, и шеф с напарником ушли.

Оставшись в одиночестве и тишине офиса, Агата решила устроить себе обеденный перерыв. Открыв сайт пиццерии, где она была постоянной клиенткой, Агата выбрала итальянскую пиццу-рулет с томатным соусом и моцареллой, овощной салат и бутылочку фруктового чая. Оформила доставку.
Конечно, можно было сбегать переходником домой, но насколько девушка помнила, в холодильнике было снова шаром покати – не смотря на имеющуюся теперь просторную кухню, готовить Агата так и не научилась. К тому же, по закону подлости, в офис обязательно кто-нибудь заявится, едва Агата выйдет за порог. А тут – максимум десять минут, и заказ на месте!
Агата распаковала одуряющее пахнущую коробку, вынула бумажный фунтик с пиццей и отдельную коробочку салата. И только приготовилась насладиться едой, как пресловутый закон Мёрфи (или Мерфи? Агата не была уверена) опасаясь коего, девушка не побежала домой, сработал на все сто процентов!
Дверь офиса распахнулась, и на пороге возник никто иной, как Фрозель Фрост собственной персоной!

 От удивления у Агаты пицца выпала из рук и шлёпнулась на стол.
– Приветствую вас, душечка, – противно захихикал Фрост, быстро оглядев офис, и убедившись, что кроме девушки больше никого нет. – Вы-то мне и нужны!
– День добрый, – мрачно ответила Агата, мысленно добавив «Был, пока ты не припёрся!» – Вы захотели купить что-то ещё?
– О, неет, – пританцовывая и продолжая подхихикивать, недомерок приблизился к столу Агаты и без приглашения уселся в кресло. – Хватит с меня и одной вашей продажи!
– Тогда что вам тут надо? – Агата вынула из ящика влажные салфетки и собрала разлетевшиеся по белоснежному столу брызги томатного соуса.
– А надо мне, душечка, чтобы вы разобрались с Полем! – выпалил Фрост, прекращая хихикать. – На нём ничего не растёт!
– К вашему сведению, мы – риэлтерская контора! Мы занимаемся продажами местности и недвижимости, – довольно ехидно ответила Агата. – Мы не агрономы и не садоводы, чтобы разбираться, почему у вас там что-то не растёт!
– Вы продали мне бракованное Поле! – злобно сощурил глазёнки Фрост.
Агата прикусила язык, чтобы не фыркнуть, потому что точно знала – на Поле ВСЁ росло!
– Там, наверное, нет выхода в астрал! – прошипел Фрозель. – А вы говорили есть! Или эти поганые зверушки всё съедают!
– Если не растёт, то, что же они съедают? – осведомилась Агата. Она внимательно разглядывала Фрозеля, пытаясь понять, что в нём демонического. Обычный неопрятный мужичонка, невысокий и невоспитанный. Единственная дорогая вещь – неизменная трость с драгоценным набалдашником.
– Чего уставилась? – совсем охамел Фрост, видя, что Агата не спешит раскаиваться в своей некомпетентности. – Иди и поле проверь!
– А что именно вы сажаете на поле? – решила пока не ругаться Агата. – Может, там не подходящие условия?
– Подходящие! – взвизгнул, забываясь козлобородый покупатель. – Мне надо знать, кто жрёт мои ростки! Иди и разберись!
– Так ростки всё же есть? – снова уточнила девушка. – Что именно за ростки? Может, тогда я смогу помогу?
– Ага, я понял! – Фрост подскочил и угрожающе подался в сторону сидящей Агаты. – Ты хочешь отнять у меня их! Ты пронюхала, что я посадил и хочешь захапать себе?! Не выйдет! – громко взвизгнул он и замахнулся тростью…

Вернувшиеся Рапсодий и Орион обнаружили сидящую в кресле смертельно бледную Агату и перепугались.
– Агаточка, солнце, что с тобой? – шеф кинулся к девушке, трогая ей лоб, заглядывая в глаза и принимаясь растирать ледяные руки. – Что произошло? Тебя кто-то обидел? Напугал? Кто это сделал?
– Не тараторь, – перебил Рапсодий, подходя к столу на задних лапах и плюхая на лоб Агаты мокрый платок. – Дай ей в себя придти.
– Фрозель Фрост, – отмерла Агата, выдыхая и убирая платок со лба. С платка текло, выжать его лапами у Рапсодия не получилось.
– Сюда приходил этот мелкий паршивец? – насторожился Орион. – И что он хотел?
– Чтобы я проверила, почему на поле ничего не растёт… Или чтобы разобралась кто всё съедает…
Кот, не выдержав, фыркнул. Он отлично знал – кто!
– Что он тебе сделал? – Рапсодий воинственно распушил хвост и выпустил кинжальные когти. – Найду и порву в лоскуты за мою девочку!
– Ничего, – огорошила обоих Агата. – ОН – МНЕ ничего не сделал!
– А… ты ему? – переглянувшись с ангелом, уточнил кот.
– А я… – Агата глубоко вздохнула.
И в самом деле – что она сделала? Что это было?
…Едва трость взмыла в воздух, как всё поплыло перед глазами девушки. Страх и ярость нахлынули на неё, перекрыв дыхание. Чтобы какой-то демонический недоросль осмелился повысить на неё голос?! Чтобы он посмел указывать ей, что делать и куда идти? Да она его сейчас…
– Низший сморчок! – прошипела Агата каким-то чужим голосом. – Да как ты смеешь открывать рот при мне! Быстро поднял свой тощий зад и свалил отсюда, пока я тебе в него твой костыль не засунула!
При первой же фразе, Фрост подскочил, как ошпаренный. Уронив обозванную костылём трость, он с ужасом уставился на девушку.
– Что замер? – Агата медленно поднялась из кресла, выпрямляясь в полный рост. Чёрные волосы широким плащом реяли за её спиной, создавая иллюзию чёрных крыльев. – Пшёл вон и чтобы духу твоего мерзкого тут не было! А если я ещё раз увижу тебя – это будут последние минуты твоей жизни!.. И палку свою забери!
Дверь хлопнула – Фозель буквально за секунду вылетел на улицу…

– Ай, молодец! – расхохотался Орион. – Напугала засранца! А чего сама такая кислая?
– Я его не пугала, – тихо отозвалась Агата. – Я действительно хотела его разорвать… И мне кажется – мне бы это удалось… Это была словно я и в то же время не я…
– Ну что ты, Агаточка, что ты! – засуетился кот. – Как это не ты? Ты, конечно! Просто в критические моменты организм включил такую вот защитную реакцию! Вот ты и так говорила с ним!
– Я говорила не на этом языке, – подняв голову, Агата медленно обвела взглядом обоих. – Это был один из демонических языков. Я приказала Фрозелю уйти. И он меня послушался! А я… выгнав его, спокойно съела обед… Так, будто гонять демонов для меня привычное дело! Понимаете? Я просто спокойно села есть! – и Агата принялась так истерически смеяться, что не выдержавший Рапсодий снова плюхнул мокрый платок ей на лицо.

Когда Агата ушла домой, Орион уселся за свой стол и принялся печатать на ноутбуке, изредка поглядывая на сидевшего в кресле Агаты Рапсодия.
– Ну, что? Что? – не выдержал бомбардировки взглядами тот.
– Да ничего, – безмятежно откликнулся ангел. – Тебе не кажется, что это был очередной Талант?
– Не кажется, – мрачно отозвался кот. – Я в этом уверен.
– Иии???
– Ангельские буи! – рявкнул Рапсодий. – Теперь она может повелевать низшими демонами! Я доволен!
– Тебя не смущает, что Агата меняется? Ведь это пугает и тревожит её.
– Она привыкнет, – буркнул кот. – Перемены происходят постепенно, к тому же Агата думает, что это из-за прижившихся Талантов и Даров. А когда всё произойдёт, будет поздно что-то менять. Агата станет достойна места, на которое я её готовлю!
– Бессовестно поступать так с собств… – Орион осёкся от громкого шипения Рапсодия.
– Ты взываешь к моей совести? – осведомился тот. – Ты случаем не забыл с кем говоришь?
– Почти забыл. Но ты постоянно напоминаешь, – грустно ответил ангел и, заканчивая разговор, уткнулся в ноутбук.

Фрозель Фрост
Сегодня удалось вырваться, и Фрозель сразу решил, что отправится в то гадское агентство. Если эта черноволосая там, то он добьётся, чтобы она сбегала на Поле и выяснила что с ним не так! А то ишь, продала какашку, и типа ни при чём!?
А если девки по продажам там нет, то он постарается доказать её шефу, что работница у него паршивая! Надо поныть, сделать жалостливый вид… Шеф тоже мужик – должна же быть мужская солидарность! Конечно, дело может испортить то, что этот шеф – из ангелов… но вдруг да сработает?
Сперва поныть, потом поугрожать… или подкупить может? Денег уже нет, но они–то не знают об этом…
Фросту повезло. Едва он вошёл в офис, как увидел эту черноволосую девку. И она была в офисе одна. Вот так удача!
 Решив сразу приступать к делу и показать, кто тут главный, Фрозель изъявил риэлтерше свои пожелания. Мол, сходи и разберись, отчего да почему нет всходов. Однако наглая девица просто пожала плечами и заявила, что это не в её компетентности. При этом она так смотрела на него, будто перед ней ничтожное насекомое! И тогда Фрозель разозлился. Он и так по своей природе не отличался особым терпением и добродушием, да ещё накрутил себя, пока добирался до агентства. И решив посильнее напугать противную девку, Фрост замахнулся на неё тростью.
А потом произошло то, что Фрост вспоминал сейчас, сжавшись в своём убежище.
Глаза девки вспыхнули алым, а в офисе отчётливо запахло озоном. А потом черноволосая вдруг заговорила на старом языке демонов. На его языке! И она велела ему убираться прочь! Голос её был так ужасен, что Фрост выронил трость, а после, схватив свою вещь с пола, кинулся на улицу.
И вот сейчас, вернувшись в своё укрытие, он сидел тихо и вспоминал произошедшее. И покрывался ледяным потом. Кто эта девка? Откуда она знает этот язык и почему он не смог ослушаться её? Эти алые блески в глазах… Она демонесса? Так почему работает на ангела? Низший демон бы не смог приказать Фрозелю, получается, она – из высших? Нет же, не было в ней ничего демонического! По крайне мере, до последнего момента… Или это хорошая маскировка? Может, ангел не в курсе, КТО работает в его агентстве?
Фрозель даже зачесался от возникшего желания донести до глупого ангела, что за тварь окопалась возле него. Надо снова наведаться в офис. Но на этот раз – в отсутствие черноволосой. И раскрыть их тупому шефу глаза на всё происходящее. Сгустить краски, разумеется… Сказать, к примеру, что демонесса может его сожрать! Забрать ангельскую Суть! Отрезать крылья! Да много чего можно сочинить, чтобы этот златокудрый облысел от страха!
Фрост тихонечко захихикал, но тут же испугался – а если черноволосая прознает, что он без неё приходил в агентство? Что если она разозлится и станет его искать? Ведь она пообещала Фрозеля убить!
Фрост заскулил, кусая себя за палец. Теперь ему стало страшно. А если эта демоническая дрянь не станет ждать ещё одной встречи, а начнёт разыскивать Фроста сейчас? Ведь он разозлил её – поднял на неё руку! Хорошо хоть ударить не успел. Фост не сомневался – коснись трость плеча черноволосой, а именно по плечу он хотел стукнуть девку – она бы не пощадила… И трость бы сломала и самого Фрозеля на куски разорвала. Уж он-то знает их демонические повадки! Сам такой – за малейшие косой взгляды всех бы в клочья рвал, да сил маловато.
Фрост вспомнил неудачу с Зёрнами и снова захныкал от жалости к себе. Он так долго ждал пока они вызреют! Так трудно было их украсть! Столько надежд Фрозель возлагал на эти ростки и что? Ни-че-го! Зёрна были сожраны непонятно кем!
А в общем, почему непонятно? – А если это и была та черноволосая тварь? А вдруг она вовсе не высшая демонесса, а низшая, как и сам Фрост? Что если она следила за ним, вызнала про ростки и первая сорвала их? Что если это Ростки дали ей такую Силу? Его, Фрозеля, Силу?!
– Тварь! Тварь! Гадина! – скулил Фрост, скорчившись в три погибели в убежище и обгрызая пальцы. – Мерзкая воровкааа… Я тебя… я тебя убью! Я найду на тебя управу! Я… – он размазывал мелкие слёзы по грязным щекам и подвывал от обиды. Мысленно он с особой жестокостью мучил и убивал эту змеюку, мысленно он делал с ней самые отвратительные вещи, которые только мог придумать. О, он постарается исполнить хотя бы часть из них! Не будь он Фрозель Фрост!
И в конце концов, уставший, измученный страхами и сомнениями, а после убаюканный сладкими мечтами, в которых мучилась и подыхала черноволосая, Фрост уснул.

Адриан
Адриан волновался. Да так, что дрожали руки.
– Ситечко тебе! Песочек просеивать! А не вот это вот всё! – сердито обругал себя мужчина.
Под «вот этим всем» имелось в виду приготовление обеда.
Ведь сегодня в гости должна была придти Агата, и Адриан намеревался, пусть не поразить, но хотя бы удивить и порадовать её своими кулинарными талантами. В связи с этим он придумал красивый и, как смел надеяться, вкусный обед и теперь корпел над ним.
Что бы такого приготовить Адриан раздумывал почти всю ночь, не выспался, но вместо вялости ощущал невероятный подъём и в какой-то степени, мандраж.
Начать он решил с лёгкого супа, потом более плотное горячее и салат, а в завершение – сладкий десерт. А ближе к вечеру – ведь не убежит же она прямо после обеда! – будет чай со свежей сдобой.
Из блюд Адриан сразу исключил чеснок и лук в свежем виде… Так на всякий случай… Нет, нет, он вовсе не надеялся на что-то там особо романтическое… Хотя в прошлый раз, когда их так не вовремя прервали, Агата вроде бы не возражала против более близкого… а сегодня они будут наедине и вряд ли кто-то их прервёт, если вдруг они… Если… Уф!
 Решено! Чеснок и лук в блюдах участвовать не будут! Так же он не стал выбирать тяжёлые мясные блюда. Едва подостынут – будет жир, да и масса калорий может перебить желание Агаты кушать с удовольствием. Девушки постоянно беспокоятся о подобной ерунде! У Агаты же, как вспомнил Адриан, даже спортзал в квартире имеется! Значит, лишние калории её тоже беспокоят и она с ними борется. Весьма успешно, надо сказать! Адриан вспомнил восхитительную фигурку девушки и от волнения едва не раздавил свежий помидор на штаны.
И вот меню было утверждено: сливочный суп из лосося, и к нему домашние хрустящие сухарики из багета; зразы из курицы с грибами, под сыром (сырная корочка сохраняла мясо горячим, оставляя зразы сочными и не пересушенными); лёгкий картофельный салат с тремя видами огурца и сельдереем; и в завершение молочно-сметанный десерт с клубникой и шоколадом.
Для вечернего чаепития Адриан приготовил итальянский апельсиновый кекс, и до нужного времени тот остывал в холодильнике.
Разумеется, сперва будет не слишком приятная часть визита – сегодня к Адриану должен заглянуть Настройщик Сфер.
Стыдно было признать, но приглашая Агату, Адриан надеялся, что при ней ему не будет так паршиво находиться рядом с Настройщиком. Хотя почему надо стыдиться? Ведь Агата сама предложила встретить Настройщика вдвоём, стоило Адриану рассказать о Сфере и грозящей проверке. И всё же, поморщился Адриан, остаётся слабый осадочек. Будто он прикрывается девушкой, труся встретиться с Настройщиком один на один! Конечно, было бы чудесно не омрачать день осмотром или даже ремонтом Сферы, а просто провести время с Агатой, но раз уж так получилось… Он мужественно вытерпит всё полагающееся, а уж потом вознаградит себя за терпение общением с чудесной девушкой!

– А вот и она! – услышав звонок в дверь, Адриан торопливо сунул в холодильник салат и помчался открывать. Распахнул дверь и замер.
Стоящая на пороге девушка, облитая лучами утреннего солнца, была прекрасна!
Лёгкое полосатое, «морское» платье имело достаточно глубокий вырез, чтобы Адриан вцепился в дверную ручку. Переброшенный через руку пиджачок, оставлял надежду на то, что девушка останется до вечера. Довершали образ босоножки в тон пиджака и полоскам на платье. Блестящие чёрные волосы придерживала ярко-бирюзовая лента, и такого же цвета, кожаный клатч висел через плечо.
– Можно мне уже войти или ты не налюбовался? – рассмеялась Агата.
Адриан отмер и покраснел:
– Прости, прости! Проходи, конечно!
– Настройщика ещё не было? – девушка впорхнула в коридор, скинула босоножки и с таким же наслаждением, как и сам Адриан пошлепала босиком по нагретому полу.
– Тапочки, – не в силах оторвать взгляд от узких ступней Агаты, пробормотал Адриан. – Я тебе тапочки… приготовил…
– Зачем? – улыбнулась она. – Я люблю ходить босиком. К тому же по такому полу! Класс! И вообще, – она крутила головой, рассматривая комнату, – У тебя очень интересно! Я ни разу не была в домах подобного типа.
– Моего типа? – пошутил Адриан.
– И твоего тоже, – вздохнула Агата. Она повернулась к Адриану, щёлкнула замочком клатча и вынула из него небольшую коробочку.
– Вот. Это тебе, – она протянула коробочку ошарашенному хозяину дома. И сердито добавила: – Не вздумай отказываться или ещё что-то! Считай это извинительным презентом.
– За что извинительным? – тихо спросил Адриан, рассматривая две пары запонок. Круглые, сердоликовые и овальные с яшмой.
– Не знаю, сам реши. Например, за то, что отговорила тебя купить их раньше, – Агата смущённо-сердито дёрнула обнажённым плечом.
Адриану так хотелось это плечо поцеловать. Тем более девушка стояла совсем рядом…
Кажется, она прочла желание Адриана во взгляде. Чуть дёрнулась, но не отошла. Адриан шевельнулся, делая шаг ближе…
И тут в дверь позвонили!
Вздрогнув, они отпрянули друг от друга, и Адриан так страдальчески вздохнул, что девушка, не выдержав, прыснула от смеха.

Памятуя о том, что Настройщик Сфер может оказаться ангелом, Агата во все глаза рассматривала пришедшего, стараясь, впрочем, делать это не слишком заметно.
У Настройщика оказалось породистое, как принято говорить «аристократичное» лицо. Но в отличие от картинно-кукольного лица Ориона, этот имел тяжёлые черты – скулы, нос, подбородок.
«Лошадиные черты» – пришло на ум Агате, и она едва не хмыкнула в голос.
Одет предполагаемый ангел был в строгий костюм тройку приятного бежевого цвета. Ботинки тоже были бежевые, старомодные и остроносые, и Агата с неудовольствием подумала, что сейчас этот сноб-специалист поцокает по тёплому ламинату, пачкая его. В руке Настройщик держал маленький дипломат.
Бежевый, разумеется.
– Приветствую, Андрэ, – низким, и надо признать, приятным голосом произнёс Настройщик.
– Доброго утра, Вассерион, – кивнул Адриан и протянул пришедшему… Тапочки!
Тут уж Агата не выдержала и фыркнула вполне слышно для всех. Ангел – и в тапочках! Да он же сейчас рассердится!
К её удивлению, Вассерион, не чинясь, взял из рук Андриана меховую пару и спокойно переобулся.
– Давайте займёмся делом, Андрэ, – невозмутимо произнёс он, косясь на вытаращившую глаза девушку.
– Посмотри пока альбомы, – подмигнул Адриан Агате, кивая на небольшой столик, и повёл Вассериона в кабинет.

– По виду всё в порядке, – сказал Настройщик, когда Адриан объяснил причину, по которой собственно его и вызывал. – Но, всё же, осмотрим подробнее.
Повинуясь взгляду специалиста, Сфера медленно поворачивалась вокруг своей оси. Сейчас она светилась розовато-золотистым, и в ней кружился хоровод всякой мелочи.
– Говорите, не вызревают Зёрна Даров?
– Да, именно Даров, – подтвердил Адриан. – Мне кажется, я видел, что они были, начинали расти, но потом вдруг не находил их! Таланты и всё!
– Как давно это началось?
– Уже два года не забирал, – виновато ответил Адриан.
– Вы два года ждали, чтобы заказать проверку Сферы? – поднял кустистые брови Настройщик. – Это, по меньшей мере, непрофессионально, молодой человек! Вам доверена такая ответственная работа, и как вы к ней отнеслись?
Адриан хотел вспылить, что не просился на подобную работу, но сдержался. Во-первых, быть Сеятелем ему нравилось, а во-вторых, он действительно был виноват.
– Я видел Зёрна Даров, – со вздохом повторил он. – И думал, что вскоре они вызреют. Потом решил, что перепутал их с особо крупными Талантами. А когда окончательно уверился, что Даров нет, то подумал, что они растворяются. Так бывает?
– За всю мою практику, я подобного ни разу не наблюдал, – отверг его предложение Вассерион.
– Так куда же они деваются? – растерялся Адриан. – Их же никто не может забрать кроме меня!
Настройщик молча смотрел на Адриана.
– Или может? – смешался под его взглядом нерадивый хозяин Сферы. – Сфера настроена на меня… Наставник говорил, что никто другой… Разве есть способы украсть Зёрна из Сфер?
– Есть, – тяжело уронил Вассерион и Адриан побледнел.
– Таких способов не так уж мало. Но каждый из них довольно специфичен. Например, я могу забрать Зерно из любой Сферы с помощью специальной Печати. Она ставится на ладонь и позволяет изымать Зерно для проверки, а потом вкладывать обратно. Как вы понимаете, такая Печать ставится в особых случаях, и далеко не всем Настройщикам.
– А вы… в общем, – Адриан замялся, но сдержаться не смог:
– Вы ангел?
– Вы знакомы с Сущностями? – поднял пшеничные брови Настройщик.
– Меня не так давно просветили, – вздохнул Адриан.
– Что ж… Тогда я могу быть чуть более свободен в выражениях, – Вассерион совсем не выглядел обескураженным или расстроенным. – Несколько приборов, которыми можно вынуть Зёрна из чужих Сфер могут использовать только демоны.
– Демоны?! – Адриан напрягся, вспомнив слова Рапсодия о том, что Поле Талантов купил мелкий демон.
– Да, но только средние или высшие. И обычно они подобной ерундой не занимаются, разве что решат повысить какого-то своего подчинённого. Но тут в действие вступает Закон о Равновесии Сил, и подобная кража будет иметь последствия на многих уровнях.
– А другие приспособления?
– Они тоже далеко не для всех, – пожал плечами Вассерион. – К тому же, практически все они запрещены для использования Законом, о котором я только что говорил.
– Тогда я совсем не понимаю, – тяжело вздохнул Адриан.
– Посмотрите сюда, – Настройщик указал на мешанину, кругами носившуюся по Сфере. – Вот это… Видите?
Адриан наклонился, внимательно всматриваясь в Сферу и просветлел:
– Это же Зерно Дара!
– Именно! А вы говорите – не вызревают!
– Они появляются, – уточнил Адриан. – Но потом-то исчезают! Я и думал, что Сфера их…
– Сфера тут ни при чём! – отрезал специалист по Сферам. – Причину надо искать в стороне. Я поставлю вам маячок. Как только Зерно Дара созреет и его попытается вынуть кто-то, кроме вас, у меня сработает сигнал.
– Вы успеете прибыть? – усомнился Адриан.
– Успею, – вздохнул Вассерион. – В конце концов, вы правильно определили мою Сущность.

Проводив Настройщика, Адриан вернулся к сидевшей на диване Агате.
– Ну что там Центурион?
– Вассерион!
– Да, пожалуйста! Хоть Наполеон! Сферу починил?
– С ней всё в порядке, – Адриан присел рядом с девушкой. Не так близко, чтобы касаться её, но достаточно, чтобы ощущать аромат духов.
– А вы получается, знакомы? – Агата закрыла фотоальбом и с интересом уставилась на Адриана. – Ты знаешь его имя и он… Кстати, а почему он назвал тебя Андрэ?
– Мы знакомы, потому что именно этот Настройщик всегда проверят мою Сферу, – пояснил Адриан. – А насчёт имени… может, будешь смеяться, но по паспорту я вообще Андрей Петрович!
– Кто? – изумилась Агата и действительно принялась смеяться. – Как это?
– Моего отца зовут Пьер, он француз. Мама – русская. Так что по загранпаспорту я Адриан ТомА. По русскому – Тома Андрей Петрович.
– Вот ты какой загадочный, – смеясь, Агата ткнула его в пуговицу рубашки.
– Я? – удивился Адриан. – А ты? У тебя не слишком обычное имя. Почему родители выбрали такое?
– Гм… Никогда не задумывалась, – озадаченно сказала девушка. – Мама у меня Анна Федотовна, папа… Я ничего не знаю про него с детства.
– Он… жив? – осторожно уточнил Адриан. – Прости, если лезу не в своё дело…
– Да ничего… Я просто не в курсе, – пожала плечам Агата. – Мама никогда не рассказывала о нём. Вроде бы жив, и они в разводе…
– Ясно, – Адриан подвинулся чуть ближе. Теперь он мог обнять девушку… ну там… утешая или…
– Так что со Сферой? – Агата подняла голову и они встретились глазами. – Вы выяснили, куда деваются Дары?
– Сфера в порядке, – Адриан не мог отвести взгляд. – Там вроде бы даже Зерно Дара крутится… мелкое… А куда деваются… Нет, не поняли.
– А я… я снова ходила на Поле, – Агата вдруг сникла, понурилась и уставилась в диван. – Я… забрала там два ростка.
«Давай, дурень! Чего ты ждёшь?» – заорал себе Адриан. «Видишь же – девушка расстроилась! Утешай!»
– Разве это плохо? Ведь Рапсодий сказал, что нельзя, чтобы Дары попали к демону. К тому же, он достал их нечестным путём.
– Я тоже, – несчастным голосом произнесла Агата. – Я хотела помочь тебе… Выяснить, кто ворует твои Зёрна… Но что-то…
– Обязательно поможешь! – Адриан решился и осторожно обнял её за плечи. Готовый к тому, что Агата с возмущением его оттолкнёт. Но она лишь горько вздохнула и приникла головой к груди мужчины.
Сердце у Адриана колотилось от волнения и радости, но слишком наглеть, приставая с поцелуями он всё же не решился. Вместо этого надумав приободрить Агату, Адриан сказал:
– Между прочим, это просто замечательно, что Дары достались именно тебе. Вассерион рассказал мне, что у демонических, ангельских или любых других существ, Таланты и Дары проявляются в разы сильнее, чем у обычных людей! Иначе мир бы населили целители, экстрасенсы, пирокинетики, чтецы мыслей и иже с ними! А вот у того же Ориона Нереидовича даже самый слабый Талант проявился бы в полной мере, так ярко и необычно, что он стал бы на порядок выше в своей иерархии. Но другим Сущностям Дары или Таланты не требуются, они и сами наделены разными способностями. В основном, это остаётся для людей.
– То есть, у простых людей Дары слабы? – уточнила вдруг Агата, поднимая голову.
– Именно! – утвердительно кивнул Адриан и вдруг увидел, что глаза девушки наполнились слезами.
Она подняла руку и… на её ладони вспыхнул сияющий факел!
– Вот, – тихо сказала Агата. – Вчера проявилось. Если у людей Дары слабы… Кто тогда я?
Адриан заворожено посмотрел на горящий в руке Агаты мини-костёр. Потом принялся замысловато ругаться на Изначальном языке Сеятелей.

Впрочем, ругаться долго не пришлось – Аридан видел, что Агата вот-вот расплачется. Утешать плачущих девушек Адриан за все годы так и не научился, подходящей практики не было. Лезть под шумок с утешительными поцелуями, считал ниже собственного достоинства. Поэтому, выход был один – действовать решительно и спокойно.
– Так, – он встал с дивана, увлекая Агату за собой. – Давай мы сейчас пойдём обедать. А потом вернёмся к этой теме с дарами. Хорошо?
– Обедать?
– Ага, если желаешь, можешь даже подогреть суп в ладони! Или обойдёмся микроволновкой? – шутливо сказал Адриан.
 – Давай обойдёмся, – слабо улыбнулась девушка и вытерла слёзы.

Несмотря на испуг и расстройство, аппетит у Агаты не пропал. Она воздала должное и супу, и зразам, и салату. Десерт и вовсе привёл девушку в восторг.
– Ммм, вкуснотища какая! – простонала Агата, облизывая ложку. – Адриан! И чего ты в повара – кондитеры не пошёл?
– Нуу, как-то не случилось, – Адриан был вынужден отвести взгляд от розового язычка, слизывающего с ложки шоколад. – До семнадцати лет я хотел быть именно кондитером. Думал, открою свою пекарню.
– А потом? – Агата даже есть перестала.
– Потом ко мне явился тот, кто занимал должность Старшего Сеятеля по Яснопольску. Он объяснил, что самого рождения в меня было вложено Зерно Дара Сеятеля. Что мне полагается Сфера, Наставник, понимание Языка Сеятелей и далее работа Сеятелем.
– И ты сразу согласился? – недоверчиво сощурилась девушка. – У тебя была своя цель, и ты решил бросить её?
– Почему же бросить? – пожал плечами Адриан. – Готовить я продолжаю, хотя больше для себя. А в Сеятели пошёл, сперва потому, что было интересно – что же это за работа такая? А потом выяснилось, что лучший друг моего отца, и вообще хороший друг нашей семьи, тоже Сеятель. Я встретился с ним, поговорил. И решил, что отказываться от такой интересной работы не правильно.
– И до сих пор так считаешь?
– До сих пор! – кивнул Адриан. – Только вот ощущаю себя некомпетентным из-за пропавших Даров!
– А почему ты раньше не встревожился, я же рассказала тебе, какие у меня проявились Дары? – вернулась к беспокоившей её теме, Агата.
– Да не знал я, – вздохнув, признался «некомпетентный» Сеятель. – Я и о демонах и прочих не знал, пока не поговорил с тобой. А про усиление Даров у Сущностей, мне вообще только что рассказали! А тебе никто ничего не говорил? Ведь ты работаешь с ангелом, да и кот… Кто такой вообще Рапсодий?
– А знаешь, ты прав, – медленно произнесла девушка. – Рапсодий отправил меня на Поле. Он явно знал, что у людей Дары и Таланты проявляются не сильно. Не мог не знать! Да и Орион… Шеф видел КАК я открываю порталы! Разве обычный человек сможет ТАК!? И… распознавание лжи! Ведь даже у Рапсодия я видела алый контур, когда он попытался соврать! Ох! – она вдруг выронила ложку, и Адриан всполошился:
– Что? Сахара кусочек попался или слишком холодное?
– Сахар ни при чём! Фрозель! Он приходил в офис уже тогда!
– Когда?
– Когда я умела видеть ложь! – Агата даже со стула вскочила от волнения. – Он начал скандалить, и я просто прогнала его! Адриан! Я просто его прогнала! Почему я не спросила, откуда он берёт Зёрна Даров и Талантов?! Почему я не додумалась до этого?! Ведь я бы увидела, что он лжёт! И возможно, вышла бы на похитителя! А вместо этого я…
– Агата, ты не расстраивайся! – Адриан смотрел сочувственно. Он подал девушке новую десертную ложечку, и усадил её обратно за стол. – Подумаешь, не сообразила сразу! А кто бы в твоём положении сообразил? Сама говоришь – Фрзель начал скандалить.
– Он даже ударить меня хотел, – наябедничала Агата, с удовольствием наблюдая, как у Адриана заходили желваки на лице.
– Увижу, прибью, гада! – с чувством сказал он.
– Да я и сама его прибью, – фыркнула девушка. – Или Рапсодий покажет ему, как угрожать его напарнице. Но сначала надо узнать, где и у кого Фрост покупает Зёрна.
– Покупает или ворует, – кивнул Адриан. – Не волнуйся. Мы обязательно во всём разберёмся! А хочешь, я тебе свой кабинет покажу? И Сферу?
– Хочу, – хлюпнула носом Агата и забрала со своей тарелки последнюю клубничину.

Совершив необходимые манипуляции со стенкой, Адриан открыл проход в кабинет и пропустил девушку вперёд.
– Вот, собственно моё рабочее место. Извини, тут не прибрано, – покаялся он, жалея, что не распихал всё по шкафам. Хотя куда там что распихивать!
– У тебя очень интересный дом, – задумчиво сказала Агата. – И кабинет тоже.
Она огляделась вокруг и подошла к столу. С интересом уставилась на светящийся овал на лотосоподобной подставке.
– Это и есть Сфера?
– Она самая, – кивнул Адриан. – Видишь, там крутится всякая мелочь? Это и есть Зёрна. Некоторые вызреют в полноценные Таланты, и когда придёт время, я их заберу. Другие останутся мелкими Случайными Талантами. Их я просто раскидываю, куда придётся, и они могут прорасти во взрослом человеке. Знаешь, бывает в каком-нибудь возрасте, у человека вдруг появляется талант, которого раньше не наблюдалось? Это моя работа! Ну, или другого Сеятеля.
– А Случайный Талант может развиться в Дар?
– Очень редко, но да, бывает. Так же, как и Талант нарочный, посеянный лично Сеятелем, можно загубить, не развивать, подавлять.
– У тебя и правда, очень увлекательная работа, – признала Агата. – Пожалуй, я бы тоже не отказалась, предложи мне кто стать Сеятелем. А кстати, бывают Сеятели женщины?
– Разумеется. Правда, они встречаются реже, но я слышал о них.
– Но не знаком ни с одной? – уточнила девушка и Адриан помотал головой.
– А что вообще тут у тебя за музей? – Агата обвела рукой всё лежавшее, стоящее и просто валяющееся у стен, развешенное по стенам, и даже кое-где свисающее с потолка. – Ты коллекционировал… что?
– Антиквариат, – усмехнулся Адриан. – Но не собирал определённую коллекция, а так – что по душе придётся. Как-то купил шкатулку, потом вазу, бронзовую подставку под зонтики и макет корабля. Потом, помню, были разные часы, граммофон и несколько картин. В общем, всякое! Но большую часть мне подарили. Даже когда я охладел ко всей этой старине, мне какое-то время продолжали дарить и отдавать всякие вещи.
– А почему бы тогда не распродать всё? – спросила Агата. Заложив руки за спину, она медленно прохаживалась вдоль всего разнообразия, рассматривая, а иногда и трогая скопившееся добро.
 – Раз уж ты престал им увлекаться, то можно выставить на торги. И место освободится и деньги… Ой, прости! Я лезу не в своё дело… – тут же спохватилась она.
– Да, нет. Ты абсолютно права, – пожал плечами Адриан. – Давно пора было избавиться хотя бы от половины всего. Просто у меня вечно не хватает времени.
– А помочь тебе некому? – Агата развернулась и пошла в другую сторону, где вещи были ещё не посмотрены. – Кстати, родители твои… – она сделала ещё пару шагов и вдруг осеклась.
– Живут во Франции, с ними всё в порядке, – ответил Адриан, не поняв причину по которой девушка замолчала. – Агата? Что такое?
– Это! – шёпотом ответила она, указывая в угол кабинета. – Откуда у тебя это?
– Это? – Адриан взъерошил волосы, припоминая. – Да вроде… подарили… А что ты так…
– Адриан! Это она! – пятясь в сторону, таким же сдавленным шёпотом сказала Агата. – Это трость Фрозеля Фроста! Он всегда приходил с ней! В ней он прятал Зёрна!
– Так, – тихо и зловеще произнёс хозяин дома. – Ну-ка… Идём!
Он приложил палец к губам, знаками показывая молчать, подхватил девушку под локоть и потащил за собой из кабинета.

– В чём дело? – сердито спросила Агата, – когда они оказались на кухне. – Ты мне не поверил? Говорю же – это та самая трость! Я хорошо запомнила её!
– Я поверил, – Адриан поставил чайник и достал из духовки апельсиновый кекс, который успел поставить, перед тем, как увести Агату в кабинет.
– Тогда почему мы убежали? – недоумевала Агата. – И почему его трость в твоём доме? Не может же быть, чтобы ты... Ты сам…
– Я Фрозель Фрост? – фыркнул Адриан, глядя в испуганное и возмущенное лицо Агаты. – Нет, честно, я – не он! Всё проще… Помнишь, что сказал про Фроста Рапсодий?
– Что он мелкий демон, – всё ещё в недоумении ответила она.
– Не простой мелкий демон, а цукумогами! Помнишь?
– Да, я пом… – она запнулась и закрыла рот руками.
– Именно так, – довольно кивнул Адриан, нарезая кекс на красивые ломтики. – Эта Трость – и есть Фрозель Фрост! Ты его нашла, Агата! А из кабинета мы ушли, чтобы его не спугнуть!
– И что же мы будем теперь делать? – опасаясь повысить голос, словно цукумогами мог услышать их отсюда, спросила девушка.
– Вот прямо сейчас мы будем пить чай с кексом! Я надеюсь, он удался. А потом… Пойдём прогуляемся и всё обсудим!
 
На улице стояла жара, поэтому Адриан увлёк девушку в ближайшую берёзовую рощицу под ближайшим холмом.
– Так значит, Дары всё же твои! – нарушила молчание Агата, когда они медленно брели по высокой траве между молодых белоствольных берёзок. – Раз Фрост обитает в твоём доме, то это он и крал Зёрна. Так ведь?
– Получается, что так, – вынужден был признаться Адриан. – Но как? Кроме Сеятеля никто не может взять Зерно в руки! Каким образом он вытащил их из Сферы?
– А он и не брал сам! – осенило Агату. – Он хранил Зёрна в трости, может, она как-то приспособлена для этого? Мог демон что-то сделать с тростью, чтобы она высасывала Зёрна из Сферы? Вот как пылесос – чпок! И забрала!
– Гм, – Адриан задумался. – Настройщик говорил, что существуют некоторые приспособления, с помощью которых можно изъять Зерно… Но чтобы трость…
– Вряд ли они знают прямо всё! – с упреком в адрес ангелов решила Агата. – К тому же демон мог сам что-то сделать с тростью, как-то приспособит её…
– Так вроде он сам и есть Трость, – напомнил Адриан. – Что он мог сделать с собой?
– Не знаю, но он же – демон! От них всякого можно ожидать!
– Говоришь, как знаток демонов, – рассмеялся Адриан.
– Не то чтобы знаток, но мне приходилось с ними работать, – пояснила Агата. – Ладно, куда деваются твои Зёрна, мы выяснили. Что будем делать? Как поймать Фрозеля и… не знаю… наказать его? Или что там лучше сделать с демоном?
– Вообще не представляю, – вздохнул мужчина. – А ты не хочешь рассказать всё Рапсодию или шефу?
– Зачем?
– Ну как… Это же Рапсодий объяснил нам кто такой Фрост.
– Ага, а так же это он без моего ведома, направил меня на Поле! – фыркнула Агата. – А если б я не припёрла его к стенке, то вряд ли он бы вообще мне что-то рассказал!
– То есть ты на Рапсодия в обиде? – уточнил Адриан.
– Не то слово, – мрачно подтвердила девушка. – Я вообще теперь думаю, что они с Орионом в сговоре.
– А это почему?
– Потому что, если Рапсодий знал, КАК проявятся у меня дары, то он в курсе моей родословной или как там ещё… Так? Он мой напарник, а Орион – мой шеф. На работу меня принял в агентство именно Орион. К тому же не просто по объявлению, а пришёл к нам домой. То есть, он знаком с мамой. Понимаешь, к чему я веду?
– Не совсем, – покачал головой Адриан, и Агата в волнении заходила туда-сюда, едва не врезаясь в берёзки.
– Я думаю, они были в курсе, что я обладаю Даром Языков и Убеждения, потому меня приняли в «Ясный Дом». Эти Дары у меня с детства, и раз они так ярко проявились, то я… – Агата сглотнула вставший в горле комок. – А потом, Рапсодий направил меня на Поле… А если он знает КТО Я? Если он ЗНАЛ, что эти Дары проявятся сильно?! Для чего ему это, Адриан?
– Подожди-подожди, – мужчина перехватил мечущуюся туда-сюда Агату и тихонько прижал к себе. – Возможно, ты преувеличиваешь. Ведь Рапсодий не захотел давать Дары в руки демона… Он предпочёл, чтобы их забрала ты! Это уже означает, что ты вовсе не какое-то там… Что кем бы ты не оказалась – ты вполне хороший человек!
– Думаешь? – глухо спросила Агата, уткнувшись ему в грудь.
– Конечно! И потом… Раз на работу тебя принял Орион, то возможно с него и надо начинать расспросы? Вдруг Рапсодий даже не в курсе как проявляются Таланты у людей и не людей? А вот ангелы…
– Точно! – глаза Агаты загорелись. – Настройщики Сфер – ангелы, Шеф – тоже. Он знает маму, а вдруг он знает и моего отца?
– Всё возможно, – кивнул Адриан. – Поговоришь с Орионом?
– Тогда я сперва с мамой поговорю, – решила Агата. – Обмануть меня теперь нельзя. Можно, конечно, юлить и недоговаривать, но тут я знаю, на что надавить. Да, точно! Завтра напрошусь с ночёвкой в гости и попытаюсь выяснить кто мой отец!
– Но Рапсодию и Ориону всё равно пока ничего не скажешь?
– Обойдутся! – сурово решила Агата. – Заговорщики фиговы!

Солнце начало клонится к закату, когда Адриан проводил девушку на остановку и вместе с ней дождался нужного трамвая.
– Послушай, Адриан, – Агата встревожено смотрела на него. – А как ты дома будешь…
– А что? – не понял он.
– Ну, там же этот… мелкий…
– А как был всё это время? – пожал плечами Адриан. – Не волнуйся, как я понял, при мне он не смеет покидать Трость. Ему надо, чтобы я ушёл, тогда и вылезает.
– Но ведь когда ты пойдёшь на работу, он снова вылезет! – поёжилась Агата. – И снова пойдёт воровать Зёрна!
– Пока там ничего нет! – успокоил Адриан. – Ещё какое-то время Зёрна будут ещё зреть, тем более, если это Зёрна Даров. Они вызревают дольше Талантов. А потом я их заберу! К тому же, Вассерион поставил на Сферу маячок – как только Фрост засунет туда свою лапу, он тут же явится, и схватит воришку!
– А он успеет?
– Уверят, что да.
– Слушай, а если брать трость с собой на работу? – вдруг осенило Агату. – Ведь тогда Фрозель не сможет покидать её! Не сможет превращаться!
– Гм, а верно, – задумался Сеятель. – Хотя быть везде с тростью…
– Ты вообще ни разу с ней не ходил?
– Ходил года два… – признался Адриан. – Я был молодой пижон и балбес. Выпендривался…
– Зато демон не вылезал! В общем, ты подумай над этим, хорошо? – Агата смотрела пристально, и соврать ей было никак нельзя. К тому же, она бы сразу увидела ложь, благодаря Дару.
– Ой, вон трамвай идёт! Подумаешь? Обещай, что да!
– Подумаю, – согласился Адриан. – Не волнуйся. Позвонишь мне, что до дома добралась?
– А что такое? – насмешливо подняла брови Агата. – Я большая девочка.
– Большая, – согласился Адриан мягко. – Но ведь девочка… И ты сама не хочешь, чтобы я проводил тебя до дома! Звони или я тоже сяду с тобой в трамвай!
– На надо! Я позвоню! – Агата шутливо ткнула его в пуговицу, как делала раньше. И внезапно, приподнявшись на цыпочки, быстро поцеловала в щёку. – Эх, ты… Сеятель!
И она вскочила в остановившийся трамвайчик, и долго махала рукой Адриану, пока его фигуру не скрыли рябиновые ветви, мимо которых шёл трамвайный путь.

Агата
Агата стояла у большого офисного окна и смотрела, как на улице льёт дождь. Крупные капли со стеклянным звоном падали в лужи, выбивая фонтанчики, взрывались прозрачными, сверкающими фейерверками, вспузыривались воздушно-водными полусферами, которые начинали плавать по луже туда и сюда.
Они напоминали фантастические дома на воде, и Агата задумалась, есть ли в каком-нибудь водном мире такие вот жилища.
– Орион Нереидович, – она повернулась к шефу, лупившему по клавишам ноутбука.
– Весь внимания, – шеф разогнулся и затряс руками, разминая уставшие пальцы.
– А откуда в Яснопольск попадают Сущности? В их мирах повсюду порталы в наш город?
– Порталы, – кивнул Орион.
– Что, такие же светящиеся овалы, как открываю я Ключами?
– Нет, зачем же? Просто дорога с указателем «Яснопольск» столько-то километров.
– Просто дорога? – не поверила Агата. – А откуда она там берётся?
– Правильный вопрос, – шеф встал из-за стола и потянулся. Подошёл к кулеру, и налив себе стаканчик ледяной воды, с наслаждением выпил. – А берутся они, дражайшая Агата, от наших с Рапсодием посещений этих миров.
– Вы ходите по всем мирам и оставляете там порталы? – изумилась Агата.
– А ты думаешь, где то и дело пропадает твой напарник? – пожал плечами шеф. – Порталы и Дороги, они, знаешь ли, сами себя не откроют и не проложат.
– А как это происходит? В смысле, как вы открываете портал или прокладываете дорогу? – Агата представила Ориона Нереидовича и Рапсодия в оранжевых жилетах асфальтоукладчиков и прыснула со смеху.
– Есть разные способы, – улыбнулся Орион.
 Ему нравилось, что девушка в хорошем настроении. В последнее время он видел, как меняется настроение Агаты и беспокоился за неё. Тем более, зная, что замыслил Рапсодий. Орион злился от невозможности предупредить Агату, ведь это он пригласил девушку работать в «Ясный Дом». Но если он хотя бы намекнёт ей… Агата упорная и с живого не слезет пока не вызнает всю подноготную, и тогда… Страшно даже подумать как разозлится Рапсодий, ведь это будет явное крушение всех его планов! Ладно, если они просто поскандалят или поссорятся… Это ангел ещё как-нибудь переживёт… Но ведь кот может пойти и дальше… Болтливость Ориона может качнуть весы в сторону Рапсодия и в дальнейшем тот вполне позволит себе нанести превентивный удар в ту сторону, которая покажется ему наиболее слабой… или наиболее выгодной! А этого позволить никак нельзя!
– Так что за способы? – напомнила Агата, и Орион спохватился, что слишком долго молчит.
– В некоторых местах разных миров имеются сгустки энергии, которые можно во что-либо оформить, – начал рассказывать ангел. – Обычно, эти сгустки не стабильны, вроде кратковременных нестабильных прослоек о которых я тебе уже рассказывал. Но если придать им какую-то определённую форму и сделать их статичными, то энергия сгустков станет постоянной и будет выполнять свою функцию довольно продолжительное время. Наших с Рапсодием сил вполне хватает, чтобы проложить Дороги между Яснопольском и тем миром, где есть подобные сгустки – прослойки. Так же порталами могут служить визитки нашего агентства.
– Визитки открывают портал? – удивилась Агата.
– Не так, как ты думаешь. Никакого сияния, дырок в пространстве и прочей впечатляющей ерунды. На визитке указан транспорт, и если у Сущности, кем бы там она ни была, есть намерение посетить нашу контору, то будь уверена, за ним придёт указанный на визитке транспорт. Конечно, при наличии этой визитки при себе! Это что-то вроде Ключа, открывающего портал и одновременно Билета на приехавший транспорт.
– Ключ – Билет, – задумчиво проговорила Агата. – Красиво звучит. Это все способы?
– В основном, да, – шеф вернулся за стол. – А почему тебя вдруг заинтересовали порталы?
– Не только порталы, но и Миры вообще, – ответила Агата. – Вот мы осматриваем их, описываем условия существования, и ведём себя так будто путешествовать в разные Миры – это что-то обыкновенное. Обыденное понимаете?! А ведь для любого человека, узнай он, что существуют Миры совершенно не похожие на наш, да ещё с разными существами… Так же и свихнуться не долго!
– Ты же не свихнулась, – пожал плечами Орион. – Нормально всё восприняла.
– А, кстати! – вдруг прищурилась девушка, и ангел дёрнулся, почуяв угрозу своему спокойствию. – Кстати, хотела поговорить насчёт меня! Я тут выяснила, что Таланты и Дары у обычного человека не могут проявляться так ярко, как у меня! Так вот…
– Агаточка, давай продолжим разговор в другой раз, а? – шеф вжался в своё кресло, будто оно могло укутать его в непрозрачный белый кокон и защитить от въедливой работницы. – У меня работы так много, так много!!! Вот просто завались!
– Вот как? – Агата плавным шагом приближалась к столу шефа, и тот мучительно размышлял, как сбить девушку с опасной для него темы.

К счастью для Ориона, дверь в офис открылась и Агата повернулась к посетителям, расцветая профессиональной приветливой улыбкой. Типа, наша радость от вашего посещения не знает границ!
Впрочем, такой же улыбкой расцвёл и Орион, потому что в «Ясный Дом» вошли две такие красавицы, каких редко встретишь.
Волосы первой почти светились золотым сиянием, так, что казалось, будто над её головой нимб. Точёный носик, большие голубые глаза, нежно – розовый шёлк щёк и алые губы – словно девушка сошла со страниц книжки со сказками. Вторая была рыжеволосая, с изумрудной зеленью глаз, по-детски пухлыми чертами лица, что нисколько её не портило. Наряды обеих девушек имели цветочный орнамент, к тому же они струились и переливались мягкими, сочными цветами.
– Рад приветствовать вас в нашем офисе! Прошу вас, располагайтесь! Чай, кофе или просто воды? – Орион отвесил девушкам лёгкий полупоклон, и гостеприимно развёл руками, указывая девушкам на кресла.
Однако те, к изумлению Агаты, не обратили на ангела никакого внимания.
Светловолосая посмотрела на рыженькую, и та кивнув, скользящим шагом приблизилась к Агате.
– Ты красивая, – безапелляционно заявила посетительница. – Ты найдёшь нам новое жильё? Это надо сделать быстро! Очень быстро!
– Разумеется, я сделаю всё, что в моих силах, – Агата сперва произнесла эти слова, а потом поняла, что говорит на Кирстелле.
– Феи, – улыбка слезла с лица Ориона. Он даже немного скривился, будто лимона укусил.
– Что? – ошарашено переспросила Агата.
– Это Сущности из Зелёных Миров, – ответил шеф. – Они не обращаются с мужчинами даже под страхом смерти. Так что, работайте, Агата!
И окинув красавиц высокомерным взглядом, Орион устроился за своим столом, отгородившись от всех троих крышкой ноутбука.
Агата с немым укором вперилась в белоснежную «стену». Вот опять! Не пояснил ничего, не инструктировал… Бросил, как кутёнка в воду – выплывай, девочка! Ты же лучшая сотрудница конторы!
– Ну и лучшая! Ну и выплыву! – сердито сказала Агата и утащила второе кресло от шефского стола.
– Меня зовут Агата, – ещё раз представилась она девушкам. – Я буду работать с вами и постараюсь подобрать лучший вариант. У вас есть какие-то конкретные предпочтения? – она вновь перешла на Кирстелл, чтобы посетительницам было легче. – Температура окружающей среды, количество водоёмов, растительность?
– Я Ариль – Утренний Свет! А я Нами – Летний Вечер! Нам нужен новый мир! Красивый! С цветами! Поляны! Бабочки! Озеро! Водопад! И быстро! Очень, очень быстро! – красавицы засыпали Агату восклицаниями так, что через несколько минут у той зазвенело в голове. При этом ничего особо конкретного они сказать не могли. Красивый мир с цветами и только! И главное – как можно скорее!
Агата вытащила из шкафчика бокс с Зелёными Мирами, и отыскала пять самых подходящих. Включила экраны на обзорной стене. Принялась рассказывать и показывать.
Когда вся информация была озвучена, Агата в ожидании уставилась на посетительниц, рассчитывая, что они выскажут свои предпочтения тому или иному миру. Но девы-феи смотрели потерянно и явно не знали, что сказать.
– Вам не понравился ни один мир? – уточнила Агата. В общем и целом, такие случаи бывали, и Агата могла предоставить девушкам ещё несколько Зелёных миров, хотя на её взгляд показанные были самыми лучшими.
– Мы не можем выбрать за весь наш Род, – покачала головой златоволосая Ариль – Утренний Свет.
– Ну, тогда… – Агата слегка растерялась. Что же ей, приглашать в офис «Ясного Дома» весь род этих феечек? Хотя вон приходили же добры толпой. Но вряд ли это был ВЕСЬ их народ!
– А ты можешь пойти с нами и рассказать всё нашей королеве? – с надеждой уставилась на Агату рыженькая Нами – Летний Вечер, а златовласка согласно закивала.
– Королева решит, какой из миров нам подходит! А мы… мы не можем за всех… Но Королева может! Ты пойдёшь с нами к Королеве?
– Разумеется, – Агата вздохнула, и собрала листочки с описанием обратно в бокс. – Там, я, конечно, не покажу всё на экранах, как здесь, но фотографии и описания предоставлю. Когда надо пойти?
– Сейчас! Прямо сейчас! – девушки заволновались, вскакивая с кресел. – Там же… у нас опасно, вдруг надо срочно уходить! И лучше бы уходить в новый мир!
– Хорошо, идём сейчас, – покладисто кивнула Агата, тоже поднимаясь из-за стола.
– Куда это ты собралась? – ворчливо поинтересовался шеф.
– На выезд, – пожала плечами Агата. – У нас же предусмотрено это в услугах.
– Ну, предусмотрено, – ворчливо отозвался шеф.
Агату удивляло его настроение. Неужели его так обидело пренебрежение фей?
– Ты смотри там, ничего не ешь! – спохватился вдруг Орион Нереидович. – Угощения фей людям принимать нельзя! Это может быть опасно и непредсказуемо.
– Спасибо за предупреждение, не буду, – кивнула Агата, подумав при этом: «А человек ли я?»
– Идём, идём! – торопили девушки, мягко увлекая Агату к двери.
– А как вы добрались сюда, в офис? – поинтересовалась она, памятуя о Ключ-Билетах и Дорогах в Яснопольск.
– Мы приехали на большом гремящем жуке! – в глазах фей мелькнул страх. – Он ужасно пах и цеплялся усами за воздух!
Агата улыбнулась, услышав такое описание троллейбуса, и решила больше не подвергать красавиц стрессу.
– Как называется ваш мир? – спросила она. – Я могу открыть туда дверь прямо из офиса.
– Ты так можешь? – изумились феи и тут же оживились:
– Тогда сделай это скорей! Открой и мы пойдём в наш чудесный Лобериан!
Лобериан. Словно шум пронёсся в голове у Агаты. Перед мысленным взором промелькнули огромные поляны с шелковистой травой, высокие, раскидистые деревья с изящными плетёными беседками из ветвей и листвы, цветочные шатры и корзины с ягодами-фруктами. Прозрачное озеро с небольшим водопадом и большие бабочки с бархатными крыльями. Красивый мир. Очень подходящий для таких красавиц, какими были посетительницы офиса. Что же у них случилось, если они хотят переселиться в другое место? Решив, что лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, Агата сосредоточилась и открыла портал на Лобериан.
Девушки, щебеча, впорхнули туда, Агата шагнула за ними и оказалась на поляне.

Только поляна эта была совсем не такой, как до этого виделось Агате. Да, там были раскидистые деревья с плетёными беседками и прочим, но всё это было в чём-то… каком-то…
– Что за ерунда? – в недоумении спросила девушка, переступая в увядшей траве. К её модным светло-коричневым ботикам прилипла и потянулась вверх противная серая пена… В такой же пене были поникшие ветви деревьев, цветы и трава вокруг. А с веток деревьев тут и там свисали здоровенные серые коконы, смотревшиеся тут пугающе и чужеродно. Агата была уверена – ЭТО вовсе не творения фей.
– Опоздали! – горестно воскликнула рядом златоволосая, а рыженькая расплакалась. – Мы опоздали! Было нападение и все они… их всех…
– Что за нападение? – насторожилась Агата. – Кто на вас напал?
– Пауки! – в голос ответили феи, и только тут Агата поняла, что это серое – паутина! Не такая, какую привыкла видеть девушка в углах старых домов. Эта паутина была тёмно-серая, толстая и липла ко всему.
– А где все остальные? Весь ваш народ? – Агата крутила головой, словно надеясь рассмотреть других фей.
– Может быть, они успели спрятаться, – всхлипнула Ариль. – Или убежать… А если не успели… То они там! – тонкий пальчик указал на свисающий с дерева кокон.
Агата хлопала глазами, не в силах понять, а когда поняла…
– Какого размера пауки? – севшим голосом спросила она.
Вместо ответа, феечки испуганно вскрикнули и стали отступать назад. Они смотрели куда-то за деревья, а в их широко раскрытых глазах застыл ужас.
Агата тоже посмотрела туда и остолбенела. Из-за деревьев выползали пауки.
Огромные красно-чёрные твари, размером с нисан ноут, на котором Агата любила уезжать домой из офиса. Пауки шустро перебирали длинными лапами по заплёванной паутиной траве, а восемь холодных глаз, не отрываясь следили за феями и Агатой.
– Помоги нам, помоги, – едва слышно зашептали феи. – Спаси нас! Открой дверь, и давай убежим обратно! Нам страшно! Пожалуйста, помоги!
Пауки словно услышали их шёпот. Они взбрыкнули передними лапами и кинулись к застывшей троице со скоростью борзой, увидевшей зайца.
Несколько секунд, пребывая в ступоре, Агата смотрела, как неотвратимо приближаются эти твари. Омерзительные, жирные… И, вдруг, она разозлилась! Гнев вскипел девятибалльной волной и с головой захлестнул её! Позволить сожрать себя каким-то безмозглым паукам? Не бывать этому!
– Ты на кого жвалы разинул? – зло прошипела Агата поднимая руку и встречая первого добежавшего паука огненной струёй в бродавчатую морду.
Превратившись в огненный шар, паук покатился по траве. Там, где он прокатывался, паутина на траве тоже вспыхивала.
Второй паук так же не успел притормозить и получил свой заряд, тоже становясь пылающим комком. Остальные поняли, что дело неладно и, замерев полукольцом метрах в трёх, принялись плеваться толстыми паутинными струями.
Феи, упав в траву, за спиной Агаты, плакали от страха, а разозлённая Агата ругалась на разных языках и её голос перекрывал визги горевших пауков. Она сжигала паутину прямо в воздухе, но увидев, что пауки разделились – одни продолжали плеваться паутиной, а другие тем временем потихоньку приближаются – словно взбесилась.
Вскинув руки, она обрушила между собой и нападающими тварями настоящий огненный вал. Тот быстро и неумолимо покатился в сторону пауков. Успевшие сократить расстояние между ними и желанной добычей почти на полтора метра, пауки сразу пожалели об этом, потому как их достало первыми. Визжащие, скрипящие твари стали пылающими факелами, и покатились по траве, стараясь сбить огонь, но огонь сжигал лишь паутину и самих пауков, не затрагивая растения.
 Стоявшие чуть дальше поняли своими паучьими мозгами, что дело плохо и кинулись прочь, но Агата не намеревалась отпускать их. Громко и яростно расхохотавшись, она швырнула в серых бандитов длинный, огненный язык. Тот нагнал пауков уже возле деревьев, лизнул и спалил дотла.
Стало пусто и тихо.
Агата мешком осела в траву, разом утратив силы. Она словно погасла вместе со своим огнём.
Перед глазами у девушки всё плавало, а в голове слабо шумело, и потому она не сразу поняла, что кто-то взял её за руки и суёт в ладони нечто округлое и прохладное.
 Открыв глаза, Агата увидела встревоженное лицо Ариль – Утренний Свет. Прикусив губку и очаровательно наморщив носик, та придерживала стоящий в ладонях Агаты крупный, розовый с сиреневыми прожилками, бутон. Плотные лепестки его были сомкнуты и на конце напоминали маленькую корону.
Агата удивлённо ощупала бутон со всех сторон и попыталась перевернуть.
– Осторожно, прольёшь! – пискнула Нами, высовываясь откуда-то сбоку.
– Что пролью? – не сообразила утомлённая боем Агата.
– Это бутон визибо. У него внутри сладкий сок, – пояснила златовласка. – Выпей, он утоляет жажду и восполняет силы! Вот так! – и она аккуратно отогнула один из лепестков.
Из бутона пахнуло ароматной свежестью, и Агата ощутила, что до ужаса хочет пить. Она поднесла бутон к губам, сделала глоток. И не остановилась, пока не выпила всё до капли.
– Вкусно? – спросила рыженькая.
– Да. Очень. – Агата и впрямь ощутила, как уходит усталость и тревога, а тело наполняется бодрящей силой.
– Ты победила пауков! – Нами – Летний Вечер выплясывала вокруг сидящей девушки. – Ты нас спасла! Больше никто не нападёт и нам не надо убегать в другой мир!
– Стало быть, я сорвала сделку, – ухмыльнувшись, вслух сказала Агата.
– Ой! Ты расстроилась? Тебя за это будут ругать? – встревожились обе феи.
– Вот ещё! – фыркнула победительница пауков. – Никто меня ругать не будет!
– Тогда… ты поможешь нам ещё? – обе красавицы смотрели с такой надеждой, будто Агата – всемогущее существо.
– А чем?
– Надо освободить остальных! – Ариль указала на коконы. – Пока они не задохнулись.
– Ох, ты ж! – Агата и забыла, что в коконах могут быть пленники. Она вскочила на ноги и направилась к деревьям.
Для освобождения остальных фей она так же использовала огонь. Горящей ладонью девушка водила вверх и вниз, осторожно сжигая липкую паутину и не задевая тех, кого успели в неё закатать.
Всего в паучьем плену оказалось восемь фей. Ариль и Нами помогали им, поддерживали, приносили такие же бутоны, из какого пила Агата, успокаивали и рассказывали, что больше им ничего не угрожает.
Постепенно бывшие пленницы приходили в себя, оживлялись. Некоторые уже поднялись на ноги и стали приводить в порядок поляну и деревья. Феи творили своё природное волшебство, и поляна оживала на глазах. Лёгкий ветерок унёс оставшийся от пауков пепел, трава поднялась вверх и ярко зазеленела, в ней тут и там распустились шапки ярких цветов. Деревья тоже расправили ветки, больше не сгибаемые тяжёлым, страшным грузом. Феи очищали плетёные беседки, пускали повсюду цветочные гирлянды и выращивали причудливые фонарики.
– А где же ваша королева? – вспомнила Агата, когда со всей паутиной было покончено. Теперь на поляне не осталось даже напоминания о паучьих делах.
Феи застыли и словно по команде принялись оглядываться по сторонам.
– Что? – встревожилась Агата. – Её… она… жива?
– Да! Мы бы почувствовали, если бы лишились Королевы, -уверенно сказала златовласая. – Скорее всего, Королева успела спрятать часть наших.
– Да! Да! Они прятались! Королева спрятала их в Древе! – загомонили спасённые феечки.
– Древо? А где это? – заинтересовалась Агата. – Или это тайна и мне нельзя…
– Можно! Тебе можно! Ты же нас спасла! – уверил разноголосый хор. – Идём, идём! – и феи толпой увлекли девушку за деревья по неприметной тропинке, вьющейся в траве.
Агата уже приготовилась идти далеко, но загадочное Древо оказалось не дальше, чем в десятке метров, в самой глубине поляны. Пока шли по удобной и довольно широкой тропе, Агата тут и там видела паутину. Вон пятно на траве, а вон повисло на ветвях, а тут куст опутан серой пакостью.
– Такое ощущение, что пауки плевались тут почём зря, – задумчиво сказала Агата. Она аккуратно уничтожала липкое полотно, чтобы ничего вокруг не напоминало о мерзких тварях.
Феи восторженно перешёптывались вокруг, тут же подлечивали растения своей магией, выращивали цветы.
И вот тропа расширилась ещё больше и вывела Агату и фей на другую поляну. И там Агата увидела Древо.
Правда сперва она не поняла, что ЭТО и есть Древо.
Перед ней, уходя ввысь синего неба, стоял огромный серый кокон.
– Вот почему Королева не откликалась! – горестно пискнула рядом с Агатой златовласая Ариль. – Пауки и сюда добрались!
Только теперь Агата поняла, что кокон – это само Древо с верхушки до ствола опутанное паутиной!
– Вот же паразиты и здесь насвинячили! – изумлённо и сердито сказала она. – Ну, ничего, я справлюсь! Посторонись!
Феи прыснули в разные стороны, испугавшись, что их заденет, Агата же, напротив, подошла к Древу почти вплотную. Подняла руку, уже привычно зажигая на пальцах огонь.
Эта паутина, в отличие от той, что на поляне, не вспыхнула сразу. Наоборот, она занималась медленно, горела нехотя, больше плавилась и чернела по краям, обнажая тёмно-зелёную листву. Агата ощущала, что может сделать пламя больше и сильнее, но опасалась вместе с паутиной подпалить ветки Древа. Мало ли… Всё же она не так давно пользуется этим Даром, и не уверена на сто процентов, что хорошо контролирует его. Поэтому – лучше действовать не спеша.
Прошло довольно много времени, прежде чем Агата справилась с паутиной. Она устала, и проголодалась. Ноги подгибались, и кружилась голова – ей пришлось много раз обойти вокруг Древа. Руки тоже дрожали от напряжения, ведь Агата тянула их вверх, заставляя огонь ползти выше и выше, до самой верхушки. А Древо было так велико!
Но теперь, когда от паутины не осталось ни клочка, Агата замерла, любуясь освобождённым ею великаном.
Древо было прекрасно!
Большие, тёмно-зелёные листья походили формой на берёзовые листы, но имели бархатистую поверхность. Необъятный, тёмно-коричневый ствол гордо держал раскидистую крону, такую густую, что сквозь неё с трудом пробивались тонкие лучики солнечного света.
– Вот и всё… – Агата утомлённо уронила руки, борясь с желанием упасть в траву и поспать. Ну, или выпить ещё сока визибо. – Где же… Королева?
– Мы сейчас её позовём, – фея Ариль – Утренний Свет подошла к Агате и, взяв за руку, увлекла за собой. – Присядь, отдохни. Ты устала. Вот сюда!
Агата с удовольствием опустилась на выращенную феями изящную скамеечку, и стала наблюдать.
Феи выстроились у Древа полукольцом и запели.
Агата вслушивалась, но почему-то не могла разобрать ни слова. Кажется, это был старый язык, гораздо древнее Кирстелла. Слова звучали, будто звон колокольчиков, гудение шмелей, говор ручья и шум дождя и ветра.
 Наверное, этот язык существовал ещё до того, как были придуманы другие языки, и потому я его не понимаю, сонно подумала Агата. И вдруг увидела такое, что сон моментом слетел с неё.
Ствол Древа треснул посредине, и оттуда ударил такой яркий свет, что Агата невольно прикрыла глаза. А когда открыла их, то увидела, что из образовавшегося в стволе прохода вышли прятавшиеся в Древе феи. Впереди стояла Королева.

В детстве Агата смотрела и читала много сказок. И все присутствующие там королевы – добрые, злые, молодые и старые, богатые и бедные, имели одно общее сходство. Они были красивые! Не зря же разные короли ездили по свету, подвергали себя всяческим опасностям, рушили сложившиеся семьи и делали прочие глупости, чтобы взять этих королев себе в жёны.
Глядя на спасённых фей, и слушая их причитания о Королеве, Агата представляла себе её – величественную, прекрасную, в цветах и струящихся шелках! Со сложной причёской или водопадом густых волос, глаза – звёзды, губы – розы и прочее по списку! А как же иначе – ведь феи такие красивые, а это их Королева!!! Она должна быть прекраснее всех!
– Королева! Королева Миро! – спасённые Агатой феи кинулись к феям, вышедшим из Древа, завертелись вокруг, смешались с ними.
Агата во все глаза рассматривала Королеву Миро и чувствовала, как рот непроизвольно открывается от удивления.
Королева была… Обычной!
Во-первых, невысокого роста, когда она приблизилась к Агате, то оказалось, что едва достаёт девушке до подбородка! Во-вторых, она была совсем не красавицей, лицо такое простое, какие встречаются по всему Яснопольску каждый день! И она была… ну не то чтобы толстой, но очень, очень полной! Полная Королева фей! В чёрных, кудрявых волосах Королевы Миро Агата увидела простой ободок, удерживающий всю эту взъерошенную копну, и этот ободок был даже безо всяких страз, бусин и прочих блестяшек, какие уж тут цветы!
А вместо ожидаемых королевских шелков, прозрачных тканей и драгоценностей, на Королеве был простой летний сарафан. Вполне красивый, бледно-жёлтый с алыми маками, но, всё же, просто самый обычный сарафан!!!
– От всего народа фей мира Лобериан, я благодарю Вас за спасение! – мягко сказала Королева Миро, и Агата проглотила все рвущиеся наружу вопросы.
– Да как бы… Всегда пожалуйста! – она мотнула головой и пожала плечами, мол, подумаешь, пауки! Я таких пачками перед завтраком…
– Я безмерно рада, что отправившись искать нам новый дом, мои девочки привели вас! – с улыбкой продолжала Миро. – Теперь нам не придётся никуда убегать! И это такое счастье! Правда же, дорогие мои? – обратилась она к феям.
– Да! Да! Мы любим Лобериан! Тут красиво! Тут замечательно! Это самое лучшее место для нас! – наперебой подтвердили феи, с обожанием глядя на свою Королеву.
– Но милые мои! Почему же мы выказываем такое неуважение к нашей спасительнице? – Королева с мягким упрёком глянула на своих подданных. – Вы посмотрите, она еле на ногах стоит! Её срочно нужно накормить! Заодно отпразднуем наше спасение! Устроим пир!
– Пир! Пир! Устроим пир! – весело запищали феи и кинулись на поляну, откуда пришли.
– Нет, нет, что вы! – воспротивилась Агата, впрочем, довольно вяло. – Мне уже пора и вообще…
– Конечно, конечно! Вот позволите нам вас отблагодарить и вернётесь! Будет очень нехорошо, если вы упадёте в обморок от переутомления! – Королева Миро мягко, но очень решительно взяла Агату под локоть, при этом едва доставая ей до плеча, и увлекла на поляну. – К тому же, – лукаво улыбнулась она, – Я вижу, что у вас есть немало вопросов.

Счастливые освобождением и тем, что не надо покидать свой мир, феи мельтешили, суетились и бегали повсюду, готовясь к пиру.
По краю поляны они вырастили воздушные, узорчатые арки из лозы, перевили их цветами и приманили больших, ярких бабочек. Повсюду на поляне поднимались из травы изящные скамеечки и столики, на которые феечки без устали приносили корзиночки со всевозможным угощением.
Тут были фрукты, орехи и ягоды таких невообразимых и разных форм и расцветок, что у Агаты зарябило в глазах. Питьё подавалось в бутонах, которые Агата сперва приняла за настоящие кувшинчики – так они были похожи формой.
– Это бутоны с куста нхао, – пояснила Королева. Она усадила Агату рядом с собой за свой столик, и подкладывала ей на лист – тарелку разные вкусности.
Остальные феи, закончив суетиться, расселись за столиками вокруг.
– Дорогие мои девочки! – Королева встала, держа в руках кувшинчик – бутон. – На этом пиршестве мы чествуем Агату – нашу спасительницу, победительницу пауков! Она вернула нам наш Лобериан и нашу свободу! Сегодняшний день мы отметим на стенах внутри Древа, в нашей Летописи, и будем праздновать его каждый год, как великий праздник! За Агату!
– За Агату! За нашу спасительницу! – вскричал дружный хор и все сделали по глотку сока, а потом громко зааплодировали.
Агата вспомнила предупреждение Ориона и криво усмехнулась. Есть или нет? Она же хотела узнать, как подействуют на неё угощения фей – это будет прямой показатель её человечности! Да и потом, как тут отказаться, если ради тебя закатили такой праздник?
И выбрав с тарелки – листа крупный жёлтый плод с синими полосками, Агата откусила кусок.
Фрукты имели совершенно незнакомые вкусы, но от этого были только лучше, и Агата с удовольствием пробовала их. Она очень проголодалась!
Феи не охотились и рыбу не ловили, но в их меню были орехи, вполне заменявшие рыбу – Агата съела горсть, и ей казалось, что она ест жареную камбалу, приправленную томатом. А несколько видов фруктов имели вкус варёного, копчёного и вяленого мяса, что так же порадовало девушку. Временами она прислушивалась к своему организму, но кроме удовлетворения и сытости не ощущала ничего.
Феи насытились быстро, ведь они не воевали с пауками, не сжигали паутину, тратя уйму сил. Некоторые просто весело болтали, сидя на скамеечках, а другие вышли на середину поляны и принялись играть на разных музыкальных инструментах и танцевать.
Агата задумчиво смотрела на танцующих фей, не переставая поражаться их изяществу и грациозности.
– Тебе нравится? – ласково спросила Королева Миро. – Как видишь, наша природа щедра. Поэтому мы рады, что удалось сберечь её и не надо покидать этот чудесный край.
– Всё очень вкусно, – подтвердила Агата, поняв, что речь идёт о еде. Она взяла мягкий лист, служивший салфеткой, и принялась вытираться – фрукт оказался очень сочным и сок потёк по подбородку. – Скажите, а откуда у вас взялись эти пауки? Раньше они не нападали на вас?
– Феи населяют Лобериан уже более двухсот лет, но ни разу мы не слышали о подобных созданиях, – покачала головой Миро. – Впервые мы увидели паука две седьмицы назад. Феи Амура – Дивная Ночь и Гвелона – Яркая Роза ходили собирать ягоды пао, и там на них напал паук. Они успели убежать, но он как-то отыскал нашу поляну и привёл остальных. Сперва их было не много, мы выращивали на их пути колючие кусты и успевали спрятаться в Древе. Но атаки учащалась, пауки научились обматывать колючки паутиной, и те не причиняли им вреда. А несколько дней назад… – Миро помолчала, и Агата поняла, что Королеве очень трудно говорить о произошедшем.
– Пауки кого-то поймали? – шёпотом спросила она.
Миро кивнула.
– Ажель – Тонкий Луч. Она была самой младшей из всех. Она ушла к дальнему ручью за водяной травой корсо… и не вернулась. Тогда мы решили, что единственный выход – это сбежать. Найти другой мир, и поселиться там.
– Но почему вы не защищались? – спросила Агата. – Кроме колючек можно было придумать многое другое – ядовитые растения, стены из дерева, можно было запутывать пауков такими лозами, – Агата невежливо ткнула в одну из колонн.
– Мы феи, а не воительницы, – покачала головой Королева Миро. – Наша магия направлена на созидание… Да, мы можем научиться и уговорить природу растить ядовитое и в какой-то мере боевое… Но мы не умеем делать это быстро. Ты и сама видела, что на это требуется время. Пауки нападали неожиданно, двигались стремительно, и их паутина летела очень далеко. Я понимаю, с твоей точки зрения, мы даже не попытались защититься, и я виновата больше всех, я же Королева, – Миро со вздохом опустила кудрявую голову.
– Нет, нет! – поспешила успокоить расстроившуюся женщину Агата. – Я не это имела в виду… Да любой бы растерялся и перепугался, напади на него подобные тварюги! Я еле смогла с ними расправиться!
Королева Миро грустно улыбнулась и погладила Агату по руке.
– Спасибо тебе, – просто сказала она.
Несколько минут они в молчании смотрели на танцующих фей, и у Агаты так и вертелся на языке невоспитанный вопрос. Она даже прикусила кончик языка, чтобы не сорваться, но Королева была достаточно умной и прекрасно видела ужимки спасительницы.
– Спрашивай, – со смешком посоветовала она. – А то сложно кушать фрукты, удерживая язык за зубами.
– Сложно, – согласилась Агата. – Я просто хотела… Ну как бы сказать…
– Ты хотела узнать, почему при такой внешности я – Королева фей?
– Так и есть, – вынужденно согласилась Агата, краснея от стыда. – Извините, вы привлекательная женщина, только вот…
– Толстая и совсем простая! – подхватила Миро.
– Вовсе не толстая, – запротестовала Агата, но Королева лишь отмахнулась.
– Вот по – твоему – какая из фей должна быть Королевой?
– Нуу, – задумалась Агата. – Если мыслить стереотипами, то самая красивая!
– Правильно! А теперь посмотри на них, – сказала она, кивая на танцующих, играющих веселящихся и болтающих за столиками фей. – Кто из них более или менее красив?
– Не знаю, – после некоторого раздумья призналась Агата. – Они все очень красивые!
– Именно! – кивнула Миро. – Так кто же согласится поставить над собой ту, которую будет считать более красивой, чем ты сама?
– Думаю, никто, – хмыкнула Агата. – Но разве они согласны... с тем чтобы… – она запнулась, поняв, что любые слова прозвучат грубо и оскорбительно.
– С тем, что Королева не блещет красотой? – усмехнулась Миро. – Очень просто, Агата. Мои прекрасные подданные относятся ко мне с некоторой ласковой снисходительностью и сочувствием. Понимаешь? Они все красавицы, а мне так не повезло, и потому, чтобы я не расстраивалась и не корила жизнь – пусть я буду Королевой.
– Странное отношение, – поперхнулась фруктовым соком Агата. – Относиться к Королеве со снисходительностью… В общем и целом, если отбросить стереотипы, я бы сказала, что Королевой должна быть самая сильная из фей!
– А я и есть самая сильная, – спокойно ответила Миро. – И Древо слушается только меня. Но феи предпочитают думать, что Сила, это тоже своего рода компенсация за внешность.
Агата молча покачала головой, дивясь услышанному, но больше вопросов не задавала.
Между тем над поляной сгустились лёгкие сумерки и на арках повсюду вспыхнули яркие фонарики – цветы.
– Как красиво, – протянула Агата и вдруг подскочила. – Что же я! Мне пора возвращаться в офис! Сто раз, наверное, потеряли уже!
– Возвращаться? – Королева Миро казалось удивлена. – Разве ты не хочешь остаться с нами? Ты красива, словно фея, и так сильна… Ты можешь стать нашей Защитницей.
– Зачем? Вам же больше ничего не угрожает, – Агата не поняла шутить Миро или говорит всерьёз.
– Сейчас не угрожает, а вдруг потом снова заведётся какая-то пакость? – Миро встала и сейчас смотрела на девушку сверху вниз.
– Оставайся с нами, Агата. Мы сплетём тебе прекрасный дом на дереве, украсим его так, как тебе захочется. Ты будешь есть самые вкусные плоды, какие только растут здесь. А знаешь, как чудесно купаться в нашем озере, плескаться под водопадом, а потом греться на гладких камнях? А какие у нас рассветы и закаты… Увидев их один раз, уже невозможно забыть и хочется видеть ещё и ещё!
Голос Королевы наплывал и успокаивал, убеждал в сказанном, будто в последней Истине… Миро смотрела прямо в глаза Агаты, и той показалось, что в глубине королевских зрачков зажёгся зелёный огонёк. Он разгорался сильнее, начал светиться ярче и полностью залил своим изумрудным светом глаза Королевы.
– Оставайся, – шептал ласковый голос. – Наша спасительница! Наша защитница! Тебе надо остаться и жить с нами…
– Я не могу, – Агата встряхнулась, сбрасывая сладкое оцепенение. – У меня есть мама и работа. И даже уже, – она на секунду запнулась, – Даже есть мужчина… Мне надо вернуться в свой мир.
– Как же так? – удивилась Миро. – Ты ела наше угощение, но в силах противоречить мне?
– А что, не должна? – насторожилась Агата, и вспомнила предостережение Ориона и своё решение проверить, что будет… А вот что!
– Вот так пир в честь спасительницы, – пробормотала она, чувствуя, что начинает сердиться на Миро и остальных фей! – Вот и спасай вас после этого!
– Извини нас, – смущённо улыбнулась Королева, впрочем, ничуть не выглядевшая виноватой. – Мы просто хотели, чтобы нас кто – то защищал. Обычно на людей действует наша магия, а на тебя почему-то нет. Кто ты, Агата? Ты обычный человек?
Но прежде чем девушка успела ответить на этот вопрос, на поляне вдруг произошло какое-то волнение, послышались крики фей и среди танцующих вдруг вспыхнул сияющий овал. Феи кинулись врассыпную, не ожидая ничего хорошего.
– Это же портал! – Агата вскочила из-за столика и подошла ближе.
Это, и правда, был портал из которого шагнул Орион Нереидович и выскочил Рапсодий. Последний держал хвост трубой и завывал дурным голосом.
– Всем оставаться на местах! – совсем не по-ангельски рявкнул незабвенный шеф. – И немедленно отпустите Агату! А то мы вам тут нафеячим!
 
Рапсодий

Рапсодий вернулся из Прекрасного Мира в отличном расположении духа. Он только что заключил несколько выгодных контрактов с Царь Тигром, семейством Ленивых Лемуров и с племенем Савойских Обезьян. Так что имел основания собой гордиться, что и делал, пока не наткнулся в офисе на бегающего от окна до двери и обратно Ориона.
– В чём дело? Мечешься как Царь Тигр перед покупкой. Триста донгов ему, видите ли, жалко за такие прекрасные акры джунглей! Жмот полосатый!
– Агату увели феи, – Орион прекратил бегать и рухнул в своё кресло.
– Ч... чего? – поперхнулся кот.
– Того! – передразнил Орион. – К нам в офис заявились феи, и Агата ушла с ними, чтобы рассказать им какой мир надо купить…
– Ну, тогда… Она скоро вернётся, – дёрнул ушами Рапсодий и вспрыгнул на стол отсутствующей напарницы. – Ты, кстати, предупредил её, чтобы ничего не пила и не ела там?
– Предупредил, – меланхолично отозвался ангел.
– Значит, всё в порядке, – Рапсодий улёгся на столе во весь рост и широко зевнул, обнажая белые клыки. – Агата, девушка разумная. Сейчас распишет этим задавакам про Зелёные миры, заключит Контракт и прибудет в офис. Соскучиться не успеешь!
– Так то оно так… Но видишь ли в чём дело, мой не в меру пушистый друг, – вкрадчиво начал Орион, складывая руки на животе и начиная перебирать пальцами. – Перед тем, как природные красотки осчастливили нас своим визитом, у нас с Агатой состоялся один интересный разговор…
– На тему? – вяло отозвался кот, снова зевая и жмуря глаза.
– На тему, почему у неё так сильно проявляются Таланты и Дары, тогда как у обычного человека такого быть не может! – рявкнул Орион и Рапсодий подскочил на столе, едва не сверзившись на пол.
– Чёртов Сеятель! – прошипел он сердито, раздувая роскошный хвост. – Это он надоумил, не иначе! Агате бы и в голову не пришло интересоваться с какой интенсивностью, что и у кого проявляется! Противный Адриан! Откусить бы ему что-нибудь!
– Откуси! – раздражённо отозвался Орион, понимая, что Агата с него живого не слезет, пока не допытается что да как.
– Не могу, – признался Рапсодий. – Боюсь, что тогда Агата мне тоже что-нибудь откусит… А возможно и оторвёт… Нравится он ей почему-то…
– Тебе оторвёт? – изумился Орион. – Думаешь, сможет?
– Теперь уже да, – уныло сказал кот и даже поёжился. – Всё идёт как надо, приближаясь к часу Х… Так что с Агатой сейчас лучше не ссориться… Но зато и волноваться нам не о чем – никакие фейские угощения не затмят её разум, ешь она их хоть килограммами! Вот увидишь, скоро Агата вернётся, заключив с бесящими тебя красотками очень выгодный Контракт!
Сделав это заявление, Рапсодий впрыгнул на стол напарницы и разлёгся там во весь рост.
Орион пожал плечами и уселся обратно за ноутбук.
Несколько минут прошло в молчании.
– Слушай, жрать чего-то захотелось, – вдруг сказал Рапсодий, нервно дёрнув хвостом. – У тебя тут ничего нет?
– Тут-то откуда? – пожал плечами Орион. – Вода только.
– Ну, так закажи мне чего-нибудь, не видишь мои страдания? – ворчливо фыркнул кот.
– Тебя в Прекрасном ничем не угощали?
– Царь Тигр пытался, – Рапсодий почесал за ушами огромной лапой. – Но его угощение подразумевало сперва охоту… А как ты думаешь, если бы я его обогнал и забил зверя крупнее, чем Царь Тигр, стал бы он заключать с нами Контракт? То-то же! Так что голоден я, как сто чертей!
– Шёл бы домой и там поел, что за привычка еду в офис таскать? – возмутился Орион.
– Ой-ой, кто бы говорил? – передразнил Рапсодий. – Сам-то недавно притащил целый куст с фруктами? Как там его – пупсадила?
– Пурсафила! – обижено поправил ангел. – Я притащил, чтобы все попробовали! Фрукты без куста не подлежат транспортировке – гниют через десять секунд! Так-то они вкусные…
– Вкусные…Только есть приходится слишком быстро! Ладно, давай, не переводи тему – закажи мне рыбки.
– Тебе открыть портал в какой-нибудь водный мир? – невинно округлил глаза Орион. – Пойдёшь, половишь…
– Совсем офигел? – Рапсодий даже приподнялся на столе. – Ещё я рыбу не ловил во всяких там! Она же не чищенная… кишки, чешуя… голова… бррр!!! Сгоняй по-быстрому в какой – нибудь из миров, где вкусно готовят рыбу, и принеси сюда!
– Говори номер карты, – ангел поднялся из-за стола, понимая, что кот не отвяжется, пока не перекусит.
– Моей? – округлил глаза любитель рыб.
– Ну, не моей же! – усмехнулся Орион. – Говори, говори! А то знаю я твои аппетиты!
– Жмот! – припечатал Рапсодий.
– Сам такой! – исчезая в сиянии портала, отозвался ангел.

Когда от заливного судака в томате, осталось лишь пустое блюдо, от пятикилограммовой лурицы – чисто обглоданный скелет, а от пуда жареных корюшек вообще ничего, Рапсодий сыто икнул, развалился в кресле, и благодушно зажмурился.
– Доволен? – уточнил Орин.
Рапсодий издал нечто похожее на мурлыканье.
– Агаты до сих пор нет, – тут же испортил ему настроение Орион.
– Подождём ещё немного, – не поддался на провокацию кот. – Вот увидишь, ещё минут десять – пятнадцать, и появится.

Но прошло пятнадцать минут, а потом и полчаса, а Агаты всё не было.
– Куда она запропастилась? – нервно хлеща себя хвостом по бокам, гневно вопрошал Рапсодий, обращаясь одновременно к Ориону, потолку и безмолвной мебели. – Разве так сложно уговорить фей купить новый мир? Они же безмозглые, как бабочки – однодневки! Выбери покрасивей мирок и всучи им!
Орион вовсе не считал фей глупыми, к тому же он волновался за Агату – мало ли как подействует на неё фейское угощение? Что Агата обязательно попробует что-то в том мире, Орион был уверен! В последнее время она упорно проверяет границы своей человечности, словно подозревает что-то. А может и не просто подозревает? Может, она уже знает всё, и просто пытается сделать так, чтобы Орион и Рапсодий выдали себя? Орион тоже нервничал, хотя изо всех сил старался не показать этого коту.
– Сил моих больше нет! – заявил Рапсодий, когда минуло ещё четверть часа. – Она конечно, большая девочка и всё такое, но ведь моя напарница, так?
– Так, – покладисто кивнул Орион.
– И, между прочим, твоя подчинённая! – гневно раздувал ноздри Рапсодий, словно Орион вознамерился оспаривать сей факт. – В какой там, говоришь мир, они подались?
– Лобериан, – со вздохом сдал ангел Агату и фей.
– Пошли! – непререкаемо завяли Рапсодий, щёткой раздувая огромный хвост. – Ну, я им щас всем покажу!!!

Через полчаса, лёжа на лужайке, Рапсодий втыкал когти в мягкую землю и бархатно мурлыкал. Восторженные феечки, не смотря на свои убеждения, всё же наловили для редкого гостя самой лучшей рыбы, какая только водилась на Лобериане, а потом с почтительностью расчесали густую шерсть Рапсодия и конечно, до умопомрачения загладили его.
– Кто-то там грозился кое-кому показать, – ехидно напомнил ангел, которому никто не удосужился оказать подобных почестей. Напротив, феи демонстративно не обращали на Ориона никакого внимания, ничего не предложили, а если окидывали нечаянным взглядом, то в нем сквозило сплошное презрение. Это было обидно, и Орион не понимал, с чего они тут задерживаются. Ведь они пришли за Агатой! Надо забирать её и возвращаться! Но Агата разговаривала с Королевой, а Рапсодий и вовсе разнежился под ласками фей!
– Я передумал, – остался равнодушен к ангельским страданиям наглый котище. – Все любят котиков! Так что не такие уж эти феечки глупые.
– А мне теперь кажется – наоборот! – обижено проворчал Орион.

К счастью, Агата успела наговориться, и вскоре собралась уходить. Она тепло попрощалась со всеми феями, и особенно с Королевой. А те натащили своей спасительнице всяческих подарков. Даже Орион на прощание – не иначе феи радовались, что презренный мужчинка покидает их – получил подарок.
В офис все трое вернулись в венках, цветочных гирляндах и с корзинами полными подарками фей. Самая большая и тяжело гружёная корзина была, разумеется, у Агаты. Корзину поменьше тащил в зубах Рапсодий, не доверив никому, ну и ангел, криво улыбаясь, сжимал свою корзиночку в руке.
– Кривляки-задаваки, – презрительно сказал он, небрежно швыряя корзинку на свой стол.
– Не расстраивайтесь, Орион Нереидович, – сочувственно произнесла Агата, ставя свою корзину возле стола и переводя дыхание. – Просто феи считают вас непозволительно красивым для мужчины. В чём-то даже красивее них! Вот и сердятся.
– Да ты что? – удивился шеф. – Ну, тогда, Рапсодий был прав, в чём-то они не такие уж глупые!

Когда за Агатой приехало заказанное ею такси, и она, забрав свою корзину, и попрощавшись со всеми, покинула офис, Орион попытался разговорить Рапсодия насчёт его планов, касательно Агаты. Но тот, лениво разлёгшись в кресле отбывшей напарницы, лишь отфыркивался, ехидничал и посмеивался, намекая, что всё идёт, как надо, и нечего ангелу лезть в его, кошачьи дела.
– Вот как? – нехорошо прищурился Орион. – А ты не боишься, что Агата узнает у мамы не нужную ей информацию? Не нужную, для тебя!
– При чём тут мама? – отмахнулся Рапсодий. – Пока она до мамы доберётся…
– Пока? – Орион демонстративно посмотрел на часы. – Минут пятнадцать как добралась, пока ты со мной пререкался.
– В смысле? – поперхнулся кот. – Она что, не домой поехала?
– Нет.
– Чего же ты молчал?! – взвился из кресла Рапсодий.
– Так я тебе об этом раньше говорил, ещё перед походом в Лобериан.
– Ах ты… Ах ты… Интриган с перьями! Ничего ты мне не говорил! – кот гневно забегал по офису. – Что же делать-то? Она же и правда расскажет, а учитывая, что Агату теперь не обмануть… Я сейчас! – и метнувшись к окну, Рапсодий выскочил наружу.

На улице уже достаточно стемнело, улицы опустели, и никто не увидел как из окна здания выскочил огромнейший чёрный кот, и, прыгая по колоннам и перилам, в миг добрался до крыши.
– Мяука! Выходи на связь! – рыкнул он в зависшую над крышей чёрную кляксу. – Немедленно!
– Мяука слушает!
– Агата у вас?
– Принимает ванну.
– А мама её где?
– На кухне, ужин разогревает.
– Так, быстро сообрази мне, как убрать её из дома!
– Надолго?
– Сутки, двое! Пока Агата не уедет от вас!
– Эээ… а как это возможно? Что я могу…
– Не колышет! – голос Рапсодия громыхнул так, что клякса дрогнула.
– Поняла… Если только на работе ЧП… Ну там, с больными… но это же…
– Подходит! Я устрою. Проследи, чтобы Агата поменьше общалась. Всё, конец связи!

Так и получилось, что когда довольная и распаренная Агата вышла из ванной, то маму не застала.
– В больнице что-то случилось, – пояснила Мяука, ждавшая на табурете, в кухне. – Твою маму срочно вызвали, даже машину прислали!
– Вот тебе и здрассте, – расстроилась Агата. – Ну ладно, подожду. Завтра от вас на работу и поеду.
– Конечно, конечно, – закивала кошка.
– А ты чего дёрганная такая? Взъерошенная вся…
«Тебе бы так холку начесали, и ты бы была взъерошенная» – невесело подумала Мяука.
Она не одобряла того, что устроил Рапсодий, стараясь не допустить разговора Агаты с мамой. Он себе как лучше устраивает, а страдают живые люди! Вот если бы всё можно было рассказать Агате… Но тогда… Мяука едва заметно вздрогнула и чуть зажмурилась, представив последствия своей откровенности..
– Устала просто, – уклончиво ответила она. – Дел было много.
– Ясно, – Агата погладила кошку. – Я тоже вымоталась. Поужинаю и спать завалюсь.
– Правильно, правильно, – одобрила Мяука, нервно дёргая хвостом. – Отдыхай, а то носишься по всем мирам… Исхудала вся!
– Не преувеличивай, во мне ещё много чего осталось, – принимаясь за ужин, рассмеялась Агата.

В полночь Мяука снова сидела на крыше и отчитывалась перед шефом.
– Как Агата?
– Спит. Завтра собирается на работу прямо от нас.
– Хорошо. До завтра я обеспечу всякое в отделении, – Мяука отлично расслышала в голосе ухмылку.
Помявшись, она всё же решилась:
– Я тут подумала… Ведь Агата рано или поздно спросит про этот случай и если там сильно пострадают…
– Не шкни! – рыкнуло из переговорной кляксы. – Сам понимаю… Летальных исходов не будет. Так, перебои по мелочам, но с дежурства и наблюдения Анну никто не отпустит. По крайней мере, до завтрашнего обеда. А там я ещё что-нибудь придумаю.

Самый первый в офисе обычно появлялся Орион. Шеф всё-таки! Но сегодня, едва выйдя из портала, ангел увидел, что офис уже не пуст.
Рапсодий пушистой кометой носился туда-сюда, сдвигая мебель своими не мелкими габаритами.
– Что случилось? – осведомился Орион.
– Где у нас папка с бесперспективными мирами? – вороша бумаги в шкафу Ориона, сердито спросил кот. – Ищу, ищу…
– Зачем тебе? Они же бесполезны, – вытаращился Орион.
– Надо! – хлестнул себя по бокам поленообразным хвостищем Рапсодий.
– Унёс на пост, чего место занимать? – пожал плечами Орион и вздрогнул от истерического мява кота:
– Неси обратно!
– Да на кой?
– Срочно неси, говорят тебе! Агата сейчас придёт!
Орион возмущённо вскинул брови, но просьбу выполнил.
– А теперь свали куда-нибудь! – так же истерично потребовал кот.
– Куда? Я же только на работу пришёл!
– Свали, тебе говорят! – водой на раскалённой сковороде зашипел Рапсодий. – Все планы мне срываешь! Мы уйдём, ты появишься!
– Будешь должен, – скрестил руки на груди Орион.
– Ладно, ладно! – нетерпеливо рявкнул кот, и ангел исчез.
И почти сразу входная дверь открылась, впуская Агату.
– Агаточка, доброго утра, – мурлыкнул, разом успокоившийся кот. – Как делишки, как спалось?
– Так себе, – вздохнула Агата, и вопросительно уставилась на рассыпанные по её столу ламинированные листочки.
– А, это так, – пренебрежительно отмахнулся лапой Рапсодий. – Орион зачем-то притащил папку с этими мирами, а я тут разбирай!
– А что с ними не так? – полюбопытствовала Агата.
– Да это же БП, – как само собой разумеющееся ответил кот, но увидев вытаращенные глаза напарницы, опомнился:
– Ты же ещё не сталкивалась, забыл я… В общем, это миры, с которыми бесполезно возиться. Там нечего продавать.
– Они необитаемы?
– Почему же, – дёрнул хвостом пушистый интриган. – Обитаемы, но обитателей всё устраивает. Живут, да и всё. А если не устраивает, то чаще всего платить за новое место жительство им нечем.
– Гм, – Агата довольно сердито глянула на Рапсодия, но красного свечения лжи не увидела. – А вдруг у них критическая ситуация? Ты всё меряешь деньгами?
– Там мы же риэлтерская контора, а не благотворительный фонд или армия спасения!
– Тогда зачем же Орион тебе их дал? Раз уж нечего покупать и нечего брать с обитателей? – настаивала девушка.
– Откуда я знаю? – фыркнул Рапсодий. – Скорее всего, хочет, чтобы я просто занял время. Пока нет покупателей!
– А там действительно всё бесперспективно? – Агата снова глянула на пачку листов. Их так много…
– Понятия не имею! Это же ты в руки взяла и понятненько, чудненько! А мне по ним ходить придётся!
– А кстати! – оживилась Агата. – Давай-ка я займусь! Посмотрю хотя бы.
– Зачем?
– Мне интересно! Сам же говоришь – только в руки взять!
– Нуу, займись, – освобождая место за столом, как бы нехотя ответил Рапсодий, хотя на самом деле был очень доволен. Разумеется, он хитрил и недоговаривал, но искренне верил в свои же слова, и потому не «отсвечивал».
– Мир №34, – взяла первый листок Агата. – У них, что даже названия нет?
– У некоторых есть, – устраиваясь в кресле шефа, ответил Рапсодий. – Тридцать четвёртый, если я правильно помню, это сплошная высохшая земля. То ли пустыня, то ли степь… Даже не растёт ничего!
– Хм, верно, – Агата даже покрутила листочек в руках, но ничего нового не обнаружила. И правда, ощущались огромные пустые пространства без единой травинки. – Странно, написано, почва нестабильна. Землетрясения что ли?
– Кто знает, – отмахнулся кот.
– Я пойду, посмотрю.
– Зачем? – не понял Рапсодий. – Там же нет ничего!
– Хочется, – уклончиво ответила Агата, открывая портал в мир №34.
В последний момент напарник, ворча и бурча, последовал за ней.

В пустом мире № 34 ярко светило оранжевое солнце и везде, куда ни глянь, расстилалась потрескавшаяся корка тёмно-коричневой земли.
Агата огляделась, потом присела на корточки, и потрогала землю.
– Такое ощущение, что она высыхает после сильного дождя, – задумчиво сказала девушка. – Но судя по описанию, дожди тут редкость…
– Посмотрела? – осведомился Рапсодий. – Можем возвращаться?
– Погоди, погоди, – Агата снова потрогала землю. Потом постучала по ней.
– Ну, чего там ещё? – нетерпеливо спросил кот. Ему было жарко и хотелось пить. Хотя, ради задуманного, стоило и потерпеть, но ведь есть же и другие миры! Зачем торчать в этом?
– Сейчас, сейчас, – задумчиво бормотала Агата, прогуливаясь туда и обратно между змеившимися по земляной корке трещинами. – Ага!
Нога девушки вдруг по щиколотку провалилась в особо широкую трещину.
– Агаточка! – всполошился Рапсодий. – Поранилась?
– Нет, – Агата выдернула ногу и принялась рассматривать босоножку. Та оказалась испачкана жирной коричневой землёй.
– Видишь? – торжествующе спросила девушка у напарника.
– Ты изгваздалась, вижу!
– Да нет же, – вздохнула она. – Под этой коркой есть нормальная почва. Жирная, и думаю, достаточно плодородная. Возможно, есть и родники – иначе земля бы была совершенно высохшая и пылила. Скорее всего, родники не дают ей засыхать, а сверху жарит солнце и потому такой вид! Тут надо копать и перекапывать!
– Сама займёшься? – ехидно спросил кот.
– Нуу, нет, – смутилась Агата. – Но если что, имеем в виду – этот мир можно изменить!
– Ага, если найдётся кому! – согласился Рапсодий, утаскивая девушку в открывшийся портал.
 В офисе кот долго утолял жажду, пока Агата перебирала листочки с другими мирами, и раскладывала в отдельные стопочки.
– Ещё куда – то пойдём? – поинтересовался Рапсодий. – Или достаточно уже?
– Я пойду. А ты можешь оставаться в офисе, – «успокоила» его Агата. – Вдруг клиенты, звонки, то да сё.
– Ещё чего! – напыжился кот. – Одну тебя не отпущу! Мало ли что! А клиенты и звонки… Если что, я почувствую, и вернусь. Что на этот раз ты отыскала?
– Вот этот, – двумя пальчиками Агата зажала лист за уголок. – Мир Гастропад.
– Уверена? – прищурился Рапсодий.
– Ага, – девушка уже открыла портал и шагнула туда.
Кот выпрыгнул следом и теперь насмешливо наблюдал за выражением лица напарницы – удивлённым и одновременно брезгливым.
Они стояли на зеленеющем лугу. В этом мире было не слишком жарко, и трава росла высокая и густая. Такая высокая, что доставала до плеч Агате, и такая густая, что сделай девушка пару шагов, потеряла бы Рапсодия из виду.
И среди этого зелёного травяного великолепия возвышались горы. Горы были витые, и имели все оттенки золотистого и коричневого. И они двигались! Медленно и плавно, покачивались из стороны в сторону, горы двигались в разных направлениях.
Пока Агата таращила глаза, трава рядом раздвинулась, и огромное существо поволокло мимо оторопевшей девушки скользкое, морщинистое тело. Замерев, Агата и Рапсодий ждали пока гигантская улитка с телом, увенчанным золотисто-шоколадной раковиной, протащится мимо.
– Нравится мирок? – ехидно спросил Рапсодий некоторое время спустя.
– Как то я... Ой! – Агата поскользнулась на широкой полосе, оставшейся за обитателем мира Гастропад. Проползшая мимо улитища выела в траве «дорогу» около двух метров шириной и оставила за собой сопливый след, переливающийся на солнце разными цветами. – Как я могла забыть! На латинском «Gactropoda» – это же улитка! А почему этот мир считается бесперспективным?
– А ты бы хотела жить рядом с такими милыми созданиями?
– Нуу, они же не агрессивные? Просто очень большие!
– Очень! – подчеркнул кот, указывая лапой на горизонт.
Там двигалась очередная раковина-гора, и даже с такого расстояния были видны длинные гибкие усы и увенчанные шарами глаза – стебельки.
– Ого, – пробормотала Агата, на этот раз безропотно позволяя увести себя в офис. – То есть мимо нас шествовал ещё не самый крупный экземпляр… И всё равно я думаю, что они не агрессивны!
– Им при таком размере и не надо! Не заметили и раздавили!
– А они съедобны? – поинтересовалась девушка.
– Хочешь открыть ресторан и поставлять туда свежее мясо?
– Скажешь тоже! – фыркнула Агата. – Просто прикидываю, что места в этом мире всё-таки можно продавать!
– Ну-ну, – с сомнением потянул кот. Потом сладко потянувшись, спросил:
– Ты уже набегалась или продолжаем?
– Продолжаем! Нет, пообедаем сперва, – решила Агата.
Они немного поспорили о том, где заказать еду – кот настаивал, чтобы девушка пробовала еду из разных миров, а та консервативно настаивала на обычной пиццерии Яснопольска. Так и не договорившись, устроили на столе целое пиршество.
На этом их и застал Орион.
– У нас праздник? Что отмечаем? – поинтересовался шеф.
– Просто обедаем, – смирно ответил Рапсодий. – Присоединяйся! Агата, правда, заказала обычную пиццу, но я уж расстарался!
– Уж прям обычную, – с набитым ртом возразила девушка. – Эта вот с цыплёнком и грибочками! А эта с соусом из авокадо, и с острым перцем! А это микс – каждый кусочек с разным вкусом! Вот, попробуй этот – со вкусом артишоков, авокадо и цуккини! 
– Пф! – не проникся перечисленным привередливый Рапсодий. – У меня вот гленники запечённые в сахарном угле, фиолетовые кроллы с зимним укропом и даже золотистый угорь на медовом пару!
– Гурман, – усмехнулся Орион, утаскивая из коробки приглянувшийся кусок пиццы, хотя и без авокадо. – Вы хоть поработали, или обжираетесь тут с самого утра?
– Обижааешь! – протянул кот. – Мы уже по двум твоим мирам сходили!
– Моим? – едва не подавился Орион, и тут же вспомнил, – А, да! Ну, и как успехи?
– Вполне нормально, – прожёвывая очередной кусок, ответила Агата. – Не понимаю, почему вы назвали эти миры бесперспективными. Просто они мало исследованы и плохо описаны. А так…
– Думаешь, на них ещё можно подзаработать? – усомнился Орион.
– Не сомневаюсь, – довольно кивнула Агата. – Хотя ещё не знаю, кому и что там продавать. Но я разберусь!

И она принялась разбираться.
Рапсодий блаженствовал, наблюдая, как девушка скачет из портала в портал, фотографирует и записывает наблюдения. Старые файлы Агата попросила удалить, чтобы не создавать путаницы, а новые складывала в отдельный бокс.
Конечно же, Рапсодий, как хороший напарник, тоже не сидел, лапы сложа, а следовал из мира в мир за Агатой. Наставлял, подсказывал и убеждал…
Третий мир, который посетила Агата, оказался покрыт водой. Где-то воды было по щиколотку, где-то по пояс, а в иных местах она образовывала целые озёра. Рапсодий брезгливо рассмотрел из портала маслянисто блестящую воду и разных размеров грибы, росшие повсюду. Над водой парило, висели клочки тумана, и воздух был тяжёлый и вонючий. То ли воняли грибы, сильно похожие на обычные поганки, то ли сама вода.
Долго в этом мире Агата не выдержала, её замутило, и она поспешно вернулась обратно.
В следующем мире царила беспросветная темнота, и под ногами хрустело нечто, похожее на песок. Агата зачерпнула горсть его, чтобы рассмотреть в офисе. Сыпучее нечто оказалось не песком, а чем-то вроде пепла, только холодного и совершенно чёрного цвета. Оно пачкало руки и разлетелось по всему офису, запачкав всё вокруг.
Орион и Рапсодий, фыркали, чихали и сердились на девушку, так непредусмотрительно устроившую этот бардак.
Агата извинялась, пытаясь протереть от пепла свой стол, но только сильнее размазывала его по белоснежной поверхности.
Наблюдавший за её усилиями Рапсодий, окончательно рассвирепел и выпроводил Агату смотреть следующий из бесперспективных миров, сказав, что сделает всё сам.
– Чем ты сделаешь-то? – расстроено пробормотала Агата, выбирая мир для посещения.
– Чем-чем! Хвостом! – рявкнул кот, распушая будущий «пылеуборочный» инструмент.
Орион Нереидович вызвался сопроводить Агату в следующий мир, не желая наблюдать кошачью уборку.

Агата
Выйдя из портала, Агата так задумалась о происходящем в оставленном офисе, что некоторое время не замечала, куда идёт.
От размышлений её оторвал следовавший за ней ангельский шеф.
– А куда мы собственно идём?
Агата сбилась с шага, и в недоумении уставилась на ангела.
– А… – она закрутила головой, только сейчас увидев, что находятся они в весьма недружелюбной местности. – Ой!
– Ага, полное «Ой»! – подтвердил Орион Нереидович. – Ты хоть знаешь, в какой мир мы ввалились?
– Я… минуточку, – Агата вскинула голову вверх, к бледно-голубому, залитому ярким солнечным светом, небу. – Так… Ага… Ого! – она повернулась к Ориону Нереидовичу с круглыми глазами.
– Что? – не выдержал он. – Мы в ж… то есть, у нас неприятности?
–  Почти. Мир Уно, нестабильный. И знаете, что? Сейчас – это ночь!
– В каком смысле? – не понял шеф, оттирая пот со лба белоснежным платком. – Вон же солнце!
– Неа, это местная луна! Солнца – а их тут четыре! – взойдут через два… почти три часа.
– Да тут и сейчас, как на адской сковородке! – ужаснулся ангел. – Что же будет потом?
– Ещё хуже, – подтвердила Агата. – Этот мир реально бесперспективный, и он скоро схлопнется.
– Тогда что мы тут забыли? – буркнул шеф. – Идём отсюда.
– Погодите, – Агата вытянула шею, вглядываясь вдаль. – Я там что-то видела… какие-то строения вроде бы…
– Да кто здесь станет жить? – продолжал бурчать Орион, упрямо тащась за девушкой. – Разве что курица гриль…
– Гм… Кто-то, кто скрывается под землёй? – они остановились возле того, что видела издалека Агата.
Это оказались не строения, а невысокие, едва по пояс девушке, камни. Серого цвета и островерхие, они напоминали скалы в миниатюре. В некоторых скалах имелись входы внутрь.
– По всей видимости, там пещеры. И в них может кто-то жить, – Агата ткнула рукой в тёмные лазы.
– Кто-то навроде сусликов или хомяков, – Ориону не терпелось убраться из этого пекла.
– Может быть, – не стала спорить Агата. – Интересно было бы их увидеть.
– Мне не интересно, – проворчал шеф. – Сейчас мне интересна бутыль «Источника» или кулер с холодной водой!
– А мне так очень… Ага! А вот и они!
Из одного лаза высунулась круглая мордочка – розовая и меховая. Она внимательно уставилась на пришедших круглыми глазами. Потом пискнула и исчезла нутрии скалы.
– Эй! – расстроилась Агата. – Не уходи! Мы добрые! Ну, я так точно!
– Всё? Можем уходить? – Орион Нереидович сделал пару шагов прочь от скал, но писк раздался снова. – Неет! Ну что теперь?
Зверёк опять выглянул из пещеры и на этот раз не один.
– Какие хорошенькие! – Агата присела на корточки, с умилением разглядывая разноцветных пушистиков.
– Все девчонки любят мякушки, – усмехнулся Орион.
– А вы нет? – упрекнула Агата. – Я почему-то не понимаю их…
– А должна? – удивился ангел. – Они же просто пищат…
– По-моему, разговаривают, – Агата прислушалась.
Зверьки выбрались из пещер, но держались в тени входа. Они попискивали и переступали короткими лапками на которых стояли, напоминая при этом земных сурков или сусликов.
– Живёте тут? – Агата ткнула пальцем на вход.
Розовый зверёк, которого увидели самым первым, согласно пискнул и пару раз сбегал туда и обратно, при этом он махал передними лапками, тыча куда-то вверх.
– Жарко, понимаю, – кивнула Агата. – А будет ещё хуже. А потом вообще беда – этот мир, – она обвела рукой вокруг, – мир погибает, понимаете? Вам надо куда-то деться отсюда…
Зверёк вопросительно запищал, разводя лапами, мол, а куда мы, некуда нам…
– А что вы тут делаете? – спросила Агата. – Ну, там, внутри?
Розовая меховушка снова запищала и принялась копать пересохшую землю. Во все стороны полетела пыль и твёрдые высохшие комья.
– Погоди, стой! Я поняла! – Агата прикрылась рукой, чтобы не получить камнем в лоб. – Вы копаете землю… Знаешь, у меня есть куда вас переселить… Там надо постоянно копать!
– Рапсодий за такую благотворительность нам шею намылит, – вздохнул Орион. – Место для жительства в том или ином мире надо продавать, а не раздавать задаром! А что с этих разноцветных хомяков взять?!
Агата сердито зыркнула на своего сиятельного шефа, а зверьки пришли в страшное возбуждение – запищали и заскакали, будто резиновые мячики, размахивая лапками и моргая глазюками.
Потом разом кинулись в пещеры и пропали.
– Обиделись, – констатировала Агата и расстроено выпрямилась. – А я так хотела им помочь…
– Будем ждать? – немного виновато поинтересовался Орион.
– Чего теперь ждать то? – пожала плечами девушка. – Они же ушли…
– Вроде ушли, – шеф тоже присел и наклонился к пещерке.
И резко отшатнулся, когда оттуда вылетел камень, едва не подбив ангелу глаз!
 – Да что же за…
Из пещерок в скалах выкатывалась гора… всего!
Камни, тряпки, ветки, какие-то кусочки чего-то непонятного…
– Что это? – ошарашено спросила Агата, поднимая один из камней. Повертела его в руках. Камень был серый, холодный и грязный.
Тем временем гора всякой всячины выперлась из глубины скал неведомыми силами и высилась уже почти Агате до колен.
Следом выскочили зверьки и пронзительно пища, принялись прыгать по этим насыпям.
– Я поняла, – подавилась смехом Агата. – Это оплата! Они принесли то, чем будут расплачиваться за переселение в новый мир.
– Вот этой ерундой? – брезгливо поморщился Орион, разглядывая кучу.
– А что? – Агата подняла из кучи сухую ветку и пошерудила ею в принесённом «мусоре». – Смотрите, вот корешки, видно, эти меховушки ими питаются… А вот практически сплетённый коврик! Спят на нём что ли? Не знаю, что они с камнями делают, но явно же несли самое дорогое!
– Дорогое, – проворчал Орион, и вдруг подобрался, как пёс пред прыжком. – Погодите-ка…
Он склонился к куче, которую только что ковыряла девушка, и вдруг что-то выхватил из неё.
– Ага! Не такой уж это и мусор! – Орион торжествующе показал Агате большой полупрозрачный камень. Тот переливался с жёлтого на голубой, и красиво блестел под ярким солнцем… Ах, да, под местной луной!
– Это драгоценный камень? – не поняла Агата.
– Ещё какой! – шеф принялся с азартом ковыряться в кучах. – Это метеаллит. В некоторых мирах за него очень неплохо платят! А в других платят очень хорошо!
Агата хмыкнула, глядя как рьяно взялся ангел переколупывать всё принесённое.
– У вас есть, что брать с собой? – спросила она зверьков, не сомневаясь, что будет понята. – Берите, и я отведу вас на новое место, а то скоро тут будет слишком жарко.
Разноцветная волна зверьков хлынула обратно в пещеры, а девушка присоединилась к шефу в перебирании камней.
Результатом стало шесть метеаллитов, пять изумрудов, восемь рубинов и четыре камня, которые Орион обозвал мурумусом. Все камни были разного размера, некоторые почище, другие мутные, но всё же вполне окупали переезд зверьков. Кроме того в куче нашли и забрали с собой двенадцать сухих веток – шеф сказал, что это стебли редкого подземного растения хак-хак, а так же целая россыпь корешков сумии. Напоследок, Орион углядел среди мусора коричнево-зелёные шарики, принятые Агатой за экскременты зверьков, и велел их собрать до одного. Оказалось, что это подземные грибы нингулибы – универсальное противоядие во многих мирах.
– Куда ты их деть-то собираешься? – поинтересовался Орион. – Не к нам же в офис? Рапсодия удар хватит, при виде этого… зоопарка!
– В Мир №34, – хмыкнула Агата. – Там как раз надо копать и рыхлить, так что пушистики будут при деле! А благодаря их стараниям, глядишь, и трава с кустами вырастет.
Они как раз закончили ревизию куч, когда зверьки пушистыми шариками выкатились из пещер. Каждый нёс в лапах аккуратный соломенный конвертик. Видно, в них были личные вещи зверьков.
Всего разноцветно – пушистых эмигрантов оказалось сорок три, и Агата волновалась, чтобы никого не потерять при переходе через портал.
Но всё прошло благополучно, и вскоре Агата уже поясняла зверькам, что надо делать на новом месте и как можно устроиться. И пообещала принести разных семян, чтобы посеять их тут. Благодаря заботе пушстиков, и постоянному рыхлению, почва мира № 34 больше не будет покрываться коркой и растения вырастут. А когда это произойдёт, кусты, трава и прочее создадут свою биосферу, и зверьки смогут комфортно жить.
– Семена то откуда возьмёшь? – вздохнул Орион, глядя, как пушистики, разноцветными шариками ныряют в выкопанные норы.
– Тоже мне проблема! – фыркнула девушка. – Да хоть в любом садовом накуплю! А ещё, я уверена, есть в корзине с подарками от фей! Ну, тех, из Лобериана.
– Погоди, ты готова отдать зверушкам такие редкие семена? – всполошился Орион. – Там же могут быть магические растения!
– Ну и что? – пожала плечами Агата. – Если понадобится, я могу снова смотаться к феям, и они мне ещё всяких семян нагребут! И не только семян, но и самих растений накопают! Я ж как-никак – их спасительница!
– Так не честно! – ворчал Орион, вслед за девушкой возвращаясь в офис. – Меня эти феюшки-фигнюшки явно обделили при раздаче…
– Не прибедняйтесь, – рассмеялась Агата, с восторгом разглядывая идеально чистый офис.
Всё просто сияло белизной и единственным чёрным пятном на белоснежном фоне, был сам Рапсодий, с важным и довольным видом возлежащий на столе.
– И что это вы притащили? – недовольно осведомился кот, когда Агата бережно рассыпала на чистом столе принесённое с собой.
– Помнишь, мир №34?
– Ну?
– Я переселила туда из погибающего мира Уно симпатичных зверьков. Это оплата.
– Это? – Рапсодий брезгливо принюхался, но тут же увидел камни и глаза его засверкали. – И где они это откопали?
– Именно, что откопали! – утвердительно кивнула Агата. – Они рыли норы под скалами. Полагаю там.
– И это всё в погибающем мир? – деловито осведомился Рапсодий, а узнав, что мир скоро схлопнется тут же упросил открыть для него портал и юркнул туда.
– Заберите меня через полчасика, – мявкнул он из сияния портала.
– Эй! Там адова жарища! – крикнула вслед Агата. – Ты в своей шубе не выдержишь и пяти минут! Что? – повернулась он к раскашлявшемуся Ориону.
Но тот принял недоумевающий вид и возвёл очи к потолку.

Следующий мир, который решила посмотреть Агата, принадлежал к Зимним мирам, поэтому, прежде чем сунуться в портал, девушке пришлось утеплиться.
Ориону ужасно не хотелось идти вместе с ней – он недолюбливал Зимние миры, и потому уговорил девушку дождаться Рапсодия.
Агата не была уверена, что кот захочет пойти с ней, но напарник, вернувшийся из жарищи Уно, был не прочь охладиться.
Настроение Рапсодия зашкаливало за отметку «Великолепно!» потому что из плавящегося от жара нескольких солнц мира, он притащил гораздо больше всего, чем Агата и Орион.
А на укоризненный взгляд девушки, огрызнулся:
– Что? Мир всё равно скоро схлопнется, чего добру-то пропадать?
Подумав, Агата всё же согласилась с ним.

К тому же, кроме драгоценных и полудрагоценных камней, Рапсодий принёс и другое интересное, что каким-то образом выкопал из-под скал. Агате даже подумалось, что те скалы – недомерки кот попросту каким-то образом разнёс на куски, добираясь до подземных сокровищ.
Ещё несколько видов сухих корней и грибов, которые почему-то не добывали зверьки (Рапсодий буркнул, что мол, залегали они слишком глубоко), пласты непонятного серого вещества, при виде которого обрадовался Орион, и даже нечто белое и жёлто-серое, подозрительно похожее на кости какого-то животного.
На вопрос Агаты пойдёт ли Рапсодий с ней, кот на секунду задумался, а потом ответил утвердительно.
 Длинная и густая шерсть Рапсодия сохраняла тепло при очень низких температурах, и он презрительно отказался от каких либо шуб или попон.

Хотя мир, в который они вышли, был не просто холодным. Он оказался жутко морозным и ледяным!
В чёрно-синем небе переливалось северное сияние, отражаясь в многочисленных ледяных скалах и в ледяном насте под ногами.
– Ночь, – констатировал Рапсодий и чихнул. – Как называется мир?
– Нет названия, порядковый номер 78, – Агата прикрыла рукой в варежке замерзающий нос.
– Схлопывается?
– Нет. Просто такой неприспособленный для жизни.
Они шли по твёрдому насту, и Агата любовалась на переливающиеся ленты северного сияния в бездонно-мрачном небе, и на свои плывущие отражения в ледяных скалах, мимо которых лежал их путь.
Эта мрачно-ледяная красота завораживала Агату, и не смотря на леденящий холод, она не спешила открывать портал и возвращаться.
А пройдя ещё немного, девушка и кот увидели впереди огромное тёмное пространство дышавшее влагой – они вышли на берег океана.
– Говоришь, не приспособлен к жизни? – Рапсодий сел на собственный хвост и ткнул лапой по направлению к воде.
Агата прищурилась – вдалеке, над тёмной поверхностью, мерцал огонёк.
Вот он приблизился и стала видна лодка, в которой сидело четверо человек.
– Ужас, – прошептала девушка. – Как они здесь живут?
– А как живут всякие там чукчи и якуты и эскимосы в Яви?
– Мне кажется, здесь оленей не поразводишь, – усомнилась Агата.
– Почему? То, что они выплыли на ночную рыбалку ещё ничего не значит, олени, поди дрыхнут.
– Это не ночь, – опровергла Агата слова напарника. – И даже не полярная ночь! Тут всегда темно.
– Даа? – усомнился Рапсодий и девушка кивнула.
– Я чувствую это. Местные называют этот мир Хошгор, на их языке это значит «ледяной». Живут рыбалкой и охотой с океана.
– Откуда ты знаешь?
– Поняла, – пожала плечами Агата. – Почему-то знания пришли не сразу, а некоторое время спустя.
– И кого они там поймали? – Рапсодий вытянул шею, наблюдая, как люди, причалив, выволокли из воды лодку, а теперь тащили на берег какую-то здоровенную тушу. По всей видимости, тушу буксировали за собой по воде на верёвках, чтобы не утонула, потому что поместиться в лодку, не утопив её, такая громадина не могла.
– Сейчас посмотрю… – Агата тоже вытянулась и даже встала на носки сапожек. – А, ясно. Млекопитающее, называется харкос. Что-то вроде нашего тюленя, только в разы больше. Мясо съедобно, внутренности имеют целебные свойства, жир используется, как горючее вещество, а из зубов, когтей и костей делаются предметы быта и охоты.
– Исчерпывающе, – уважительно протянул Рапсодий. – Так какого фига мы тут делаем? Пошли уже в тепло!
– Подожди, – отмахнулась Агата. – А вдруг им нужна помощь?
– Предлагаешь спросить?
Агата кивнула и направилась к приплывшим.
Те уже заметили пару, и, бросив ковыряться с харкосом, уставились на незнакомцев.
Все четверо были мужчины. Одеты в штаны и во что-то вроде длинной куртки. Знания о мире снова вломились в мозг Агаты, и она узнала, что штаны называются наяцы, а куртка шобо. Сшито всё из шкуры сухопутного хищника зухры, она тёплая и непромокаемая.
Агата подходила медленно – позы аборигенов выражали напряжение, а получить мублой – так называлась огромная колотушка в руках двоих мужчин, или местным копьём – пардом –  вовсе не входило в планы девушки.
– Не угаснет очаг в твоём холо, – развернув руки ладонями кверху – уважительный знак и показывая, что она без оружия, сказала Агата. – Да будет крепок и плавуч ялт (местная лодка) и удачна охота!
– Люди Хошгора приветствуют тебя Ночная Богиня, – к удивлению Агаты все низко поклонились ей.
– С чего вы решили, что я… Что это я? – осторожно спросила она.
– Мудрая Умаш давно предсказала твоё появления, – уважительно, и немного снисходительно ответил главный в четвёрке. – Видошы Умаш, выжженные на белой коже морженя не могут лгать, а в одном из них сказано: и спустится с небес Ночная Богиня, и самый лютый хлад не причинит ей вреда. И будет волос её подобен Ночи, а глаза – океану. И будет рядом с ней невиданный зверь, презирающий хлад. И уведёт Ночная Богиня народ Хоргоша туда, где не кончается свет и пища, взамен  лишь потребуя восхвалять её беспристанно до скончания времён!
Твои волосы черны, а хлад не причиняет тебе вреда. И рядом с тобой невиданный зверь, спокойно сидящий на льду. Я счастлив, что в мою охоту ты пришла к нам! – закончил речь мужчина.
Агата молчала, переваривая информацию и боясь, что если откроет рот, то оттуда вылетит совершенно не богичное «эээ… ммм… чё?»
Она поняла, что местная предсказательница или шаманка, увидела в трансе и рассказала всем свою галлюцинацию, и этот бред выжгли на коже морского млекопитающего. А теперь она, Агата, должна как-то выкрутиться из этой ситуации… Выкрутиться, хотя бы потому, что даже если она запросто уведёт всех жителей в дугой мир, то насчёт «лишь за восхваления» – то Рапсодий от злости раздуется, как меховой клубок. Забесплатно работать и раздавать миры, он явно не захочет! 
Агата подумала… и ещё немного подумала, а потом…
– Рапсодий, я сейчас буду говорить, а ты, сделай одолжение не вмешивайся. Ну, вот прям пожалуйста-препожалуйста! Потом мы с тобой это обговорим… – Агата обратилась к коту на том самом языке, на котором грозила Фрозелю. Почему-то она была уверена, что напарник всё поймёт.
И действительно понял! Подскочил, будто током шибануло и распушился весь. Зашипел так, что четвёрка охотников вздрогнула и отшатнулась. Но промолчал.
– Сколько человек в вашем племени? И есть ли другие племена? – стараясь говорить медленно и величественно (входя в роль Богини, ага…) проговорила Агата.
– Племя уже невелико. От сотни осталась половина половины.
– От сотни… двадцать пять человек! Да, немного. Все охотники?
– Наши женщины могут охотиться, – по-своему понял мужчина. – Их половина племени. Из мужчин двое мудрых, из женщин трое. Остальные малы.
Значит, по десять человек мужчин и женщин и пятеро детей, поняла Агата.
– В каком мире вы бы хотели поселиться?
– Где тепло и много еды! – выкрикнул один из охотников и вожак четвёрки сердито толкнул его, опасаясь, что Богиня рассердится от подобной непочтительности.
– Где вы обитаете?
– Отсюда три шу, – ответил мужчина.
Агата поморгала, но почти сразу пришло понимание, что шу – это один километр.
– Там наши холо, среди ледяных скал, где меньше дует ветер.
– Тогда возвращайтесь к своим, – сказала Агата. – Собирайте вещи, готовьтесь к переходу в другой мир. Я вернусь и уведу вас туда через… – она помедлила, вникая в смысл местных слов, заполняющих голову. – Через три ан. Вы успеете или надо больше?
– Мы охотники. И мы привыкли кочевать. Мы успеем, о Ночная Богиня!
– Тогда ждите, – Агата кивнула и, не скрываясь, открыла портал в офис.
Рапсодий шмыгнул туда первым, а девушка видела, как охотники повалились на колени – двое молодых прикрыли головы руками, словно боясь вершащегося на их глазах чуда, а те, что постарше, в голос возносили Богине хвалу.

В офисе никого не было, а на столе Ориона лежала записка, что он отлучился показать клиенту мир.
– Ты с ума сошла? – водой на раскалённой сковороде зашипел Рапсодий. – Ты почему портал показала? Не могла за скалы отойти или подождать, пока они уйдут?
– Уйдут и добычу уволокут, – скидывая шубку, сказала Агата. – Не могла. Я ж не Ночная Богиня! Я дико замёрзла! Да и ты, похоже, не слишком «презираешь хлад». Нет?
– Продрог немного, – нехотя признался кот.
– Немного? У тебя лёд на морде намёрз! – уличила Агата. – Если б заметили, то усомнились бы в нашем божественном призвании!
– Я так и не понял, зачем ты собираешься им помогать? – занудил Рапсодий. – И в какой мир хочешь их перевести? А оплату? За восхваления? Или за свой счёт? А то мне, как понимаешь, одних восхвалений маловато!
– Понимаю, – вздохнула девушка, усаживаясь в кресло и с удовольствием вытягивая ноги. – У нас три часа, я придумаю. Слушай, Рапсодий, давай пообедаем? Я проголодалась так, что в животе звенит!
– Давай, – всё ещё сердясь, нехотя сказал напарник. – Что будем есть?
– Я бы горяченького похлебала, – мечтательно протянула Агата. – Супчика какого-нибудь. Желательно, остренького и с мясом.
– Открой портал в Нихаолань-Тамлунь.
– Кудааа? – не поняла Агата. И тут же поняла!
Мир ресторанов, кафе, таверн, пабов, столовых, закусочных, едален и прочих подобным заведений. Мир, где озабочены едой, едой и ещё раз ЕДОЙ!
– Какие деньги там принимают?
– Я оплачу, – оживился кот. – Ты только принеси мне горячую закуску «Большой шеонь по-тусски». Дай телефон, номер купона тебе вобью.
Агата положила перед Рапсодием запрошенное, а сама переобулась в удобные туфельки. Получила последние наставления и пошла в указанный мир.

Вернувшийся ангел застал напарников за натуральной обжираловкой. На столе дымился глиняный горшок с фуши-боши – мясным супом, очень густым, пряным и острым. К нему прилагалась плетёная тарелка с круглыми травяными булочками и кувшин с ледяной лимонной водой.
Рапсодий ел свою «закуску по-тусски» – и Агате то и дело мерещилось, что в этом фарфоровом «тазике», где лежала закуска, кто-то время от времени плавает и отнюдь не по течению!
– Наворачивают, – печально констатировал Орион. – А про меня, горемычного, хоть кто-то бы подумал.
– Мы подумали, – махнула ложкой в сторону шефского стола Агата. – Не знали, чего бы вам хотелось, так что там всего понемногу.
– Живём! – обрадовался ангел, распаковывая большую корзину, стоявшую на его кресле.

После «лёгкого перекуса», как обозвал всё это чревоугодническое пиршество Рапсодий, Агата изложила напарнику и боссу, что она придумала насчёт переселения народа из ледяного мира Хоргош.
– То есть ты предлагаешь поселить их в том, улиточном мире, но оставить им портал в мир №78? – в недоумении переспросил Орион. – А, извини, за каким таким…
– За морепродуктами, разумеется, – пожала плечами Агата. – Ведь где-то ценится мясо морженя или харкоса? Шкура или допустим, какие-нибудь бивни и клыки? Я поговорю с охотниками насчёт того, что они могут предложить.
– Нуу, это интересный вариант, – осторожно признал Рапсодий. – Но почему именно тех охотников? Можно найти кого-то другого…
- Зачем? – пожала плечами Агата. – Учить, объяснять, снабжать оружием, лодками и тёплой одеждой, да и показывать портал или ещё как-то их туда переправлять? А эти уже привычные, умелые.
- А с чего ты решила, что они захотят возвращаться в эту холодрыгу и охотиться?
– Думаю, захотят, – уверила Агата. – И потом, я Ночная Богиня или что там? Я могу повелеть!
– Моя девочка, – почему-то умилился Рапсодий. – Действуй, одобряю! А мне для начала пусть наловят какой-нибудь вкусной рыбки! И от жира не откажусь, кто там у них жирный плавает?
– Самая мелкая – рыбёшка равашка, очень жирная, вкусная и жареная и копчёная. Самый крупный – чёрный кит ошоро. Но он редкий и поймать его достаточно трудно.
– Пускай стараются, – важно велел Рапсодий. – В конце концов, переезд в новый мир не пять копеек стоит! Тем более, что их перевела сама Богиня!
Агата хмыкнула и пообещала договориться, мельком подумав, что если б действительно возникла та самая Ночная Богиня и пришла бы в мир к «своему народу», то знатно бы обалдела, что народа уже на месте нет! Его стырила в другой мир самозванка!

Переселение из Хошгора в Гастропад прошло гладко. Как по льду. Для нового появления перед народом Агата приоделась – Богиня она или где?
Сперва она хотела смотаться переходом домой и принести свою шубку, но Распосдий, узнав об этом, пошептался с ангелом и тот, попросив девушку подождать, сам куда-то умотал.
Вернулся с меховым манто такой красоты, что у Агаты перехватило дыхание. Длинный тёмно-серебряный мех манто лоснился, сиял и был так пушист и прекрасен, что прикасаться было страшно. Орион небрежно накинул роскошную вещь на плечи Агаты и, отступив на шаг, довольно прищёлкнул языком. Рапсодий в восторге распушил хвост и выпустил когти.
Агата тоже осталась довольна.
Она открыла портал в ледяной мир и величественно появилась перед ожидающей её толпой.
Все люди были одеты в тёплую одежду, в руках держали тюки с вещами, а рядом с ними стояли на снегу сани, которые, как поняла Агата, были сделаны из челюстей крупного морского хищника мутвы.
Узрев появившуюся перед ними Ночную Богиню, всё племя, как один повалилось на колени и склонило головы.
Агата хотела прикрикнуть, чтобы поднялись, но покосившись на величественно застывшего рядом кота, в густой шерсти которого сверкал широкий золотой подвес с рубинами, промолчала.
Пусть, не будем рушить легенду. В конце концов, это не надолго. Она отведёт их в тёплый мир, и предоставит самим себе.
Впрочем, люди и сами поднялись, а из середины толпы выбралась низенькая старушка. Седые длинные волосы её развевались на холодном ветру.
- Приветствую тебя, Ночная Богиня, - неожиданно глубоким и низким голосом произнесла она. – Я, Умаш, давно предсказала появление в нашем мире тебя и твоего божественного зверя. Мы ждали и вот ты пришла. Мы сделаем всё, как ты скажешь, даже если для этого придётся положить жизни многих из нас. Даже если ты велишь оставить здесь всех наших детей или увести в другой мир только половину. Мы выберем самых достойных!
- Я уведу всех! – стараясь не показать, как ошарашили и разозлили её слова старухи, сказала Агата. Они с ума сошли? Оставить детей, если бы она приказала? Оставить тут половину племени?
- Ты велика в милости своей! – вскинула руку старуха и все снова повалились ниц, стучась лбами о ледяной наст.
- У меня будет лишь одно условие, - одним жестом поднимая всех, нетерпеливо предупредила девушка. – Но я расскажу о нём чуть позже, дети мёрзнут, надо уходить!
Открыв портал в Гастропад, Агата провела «свой народ» в мир гигантских улиток.
Там она рассказала переселенцам, на каких именно улиток можно охотиться ради еды, а какие ядовиты. Показала агрессивных хищных, к счастью их было всего три вида, и тех представителей, что имели лечебные свойства. Пояснила, что в пустых раковинах можно жить – в этом мире тепло, и отапливать дома – ракушки нет нужды.
Слушали её внимательно, настороженно крутя головами.
Агата же, закончив рассказ о самом главном – в остальном сами разберутся! – отозвала в сторону Соуша, так звали главу охотников, и озвучила ему цену за переселение: они живут в этом мире, но продолжают ходить в Хоргош на охоту через оставленный для них Переход. В определённое время к ним приходит человек из другого мира по её, Богини велению и забирает добычу. Взамен приносит им всё, что потребуется для обустройства и жизни племени здесь.
Глаза охотника заблестели. Он признался, что не смотря на холод и трудные условия, есть те, кому Хоргош нравился. Нравилась охота, рыбалка и ледяная темнота. Но с Богиней не спорят. А раз уж воля её такова, что совпадает с желаниями народа, то они будут счастливы выполнить приказ Богини! И будут вечно восхвалять её!
Довольные Агата и кот вернулись в офис, и девушка устало плюхнулась в кресло. Молча сидела, опустив голову на сложенные руки.
- Ты грустишь? – обеспокоился её состоянием Рапсодий. – Ты отлично потрудилась, Агаточка! Такие сделки провернула, я впечатлён!
- Богиня я или погулять вышла?  - грустно усмехнулась Агата. – Я не понимаю, Рапсодий… ведь они серьёзно могли оставить среди льдов детей или тех, кто якобы будет мне неугоден! Это же… разве это нормально?
- Давно уже известно, что религия – опиум для народа, - проворчал Рапсодий, перебираясь поближе к напарнице и принимаясь поглаживать её пушистой лапой по голове.