5. Коварный профессор

Профессор Владимир Никитич Чернов стоит сгорбившись над столом, опираясь одной рукой об стул, а вторую держит в кармане. Он ехидно ухмыляется и подмигивает Устине Гургеновне, сидящей за компьютером.

- Что тебе надо, Володя? - выпучила вороньи глаза лаборантка.
- Да, чтобы ты грудь показала.
- Развратник старый, иди нах, наверняка у тебя сейчас висяк.
- Я в кофе добавил виагры, - пахабно скривил губы седой профессор.
- Я бы лучше дала этому Бальтазару, но ты и его спровадил, ревнивец ты этакий! Сказочное у него имя.
- Дурацкое имя. Наверное, его родители были поклонниками Испании.
- А я ведь тоже горячая, как испанка, а тебя хватает на полторы минуты от силы!
- Испанка - это болезнь. Впрочем, ты - моя зараза, моя болезнь. Как приду домой, сразу впадаю в ступор. Думаю о тебе. Хочу обратно на кафедру. Не могу без нее жить. И без тебя.
- Володя, тебе уже 75 лет, тебе на пенсию пора, а ты все хочешь всеми управлять на кафедре и не пускаешь никого сюда. А я ещё молодая. Мне ещё тридцати нет.
- Я разве тебе мешаю? Я тебе дал работу, отдельно еще помогаю, не вмешиваюсь в твою жизнь вне кафедры. Ну порой прошу приехать ко мне, помочь по дому, остаться на ночь разок другой в неделю. Без меня ты бы пропала в этом городе, ведь ты готова была после окончания института идти на рынок работать кассиршей.
- Да, Володя, спасибо тебе. А что ты решил с Бальтазаром? Отчислишь его?
- Конечно. Но у меня есть одна идея. Хочу использовать его по максимуму. Это самовлюблённый лопух, как и все художники. Да ещё и патриот своего дела. Вот от него и жена ушла. Разумно поступила, уехала в Париж, где нашла себе уже муженька.
- Я бы от тебя с удовольствием сбежала бы в Париж! Да хоть в Калининград или Адлер.
- Послушай, что я придумал. Я нашел контакт Олеси. Собрал про нее информацию.
- Тебе меня мало, старый развратник?
- Я хочу использовать Олесю, чтобы выставить Бальтазара предателем России и экстремистом, агентом Запада.
- А зачем тебе это?
- Это позволит уволить его с позором, а я смогу закрепить свои позиции на кафедре и продержаться ещё лет 5, а то и 10.
- Но как эти вещи связаны между собой, милый?
- На виноватых обычно сваливают все проблемы. А, как ты знаешь, их у нас полно. Декан просит отчёты. С ним я могу договориться, он прикроет. А вот с проректором сложнее. Он давно копает под меня, требует отчётов по внедрению новых образовательных программ и предоставить список научных работ, опубликованных преподавателями кафедры в научных журналах. А ни того, ни другого нет. Мы создадим ситуацию, когда виновным станет Бальтазар Азарович, который занимается диверсионной деятельностью и пропагандой вражеских идей.
- А он занимается этим?
- Он лох, такие, как он, могут быть лишь марионетками в чужих играх. Вот мы на него и повесим нужный ярлык, а в подходящий момент я его сдам одному знакомому из органов. Тот получит звезды на погоны, а я останусь руководителем кафедры. А ты - бессменной лаборанткой.
- Володя, это ты настоящий Бальтазар! Настоящий дьявол! Горжусь тобой! А как ты собираешься использовать жену Бальтазара?
- У нее здесь в Питере остался любовник - некий Борис Симонов. Бальтазар не знает об их отношениях. Я же говорю, что он лопух. Борис - сын Клавдии Моисеевны, моей однокурсницы.
- Это та Клавдия Моисеевна, с которой у тебя были шуры-муры?
- Ну как шуры-муры... Мы вместе работали в музее, до того как я перешёл сюда, и тесно общались.
- А как ты хочешь использовать Бориса?
- Хочу, чтобы он снова стал общаться с Бальтазаром. А потом, когда приедет Олеся навестить своих родителей, сделать так, чтобы наш олух застукал Олесю с Борисом вместе. Это сделать будет несложно. И тогда, когда он впадает в полное отчаяние из-за того, что узнает правду, я попрошу одного знакомого армянского антиквара предложить сделку Бальтазару по выкупке его картин. Денежный перевод будет осуществлён из-за границы со стороны нежелательной организации, фонда, связанного с поддержкой демократии и защитой прав разных меньшинств. Тут мы и разоблачим этого остолопа и свалим на него все.
- Ну ты опасный человек, Володя! Это меня возбуждает, - блеснула глазками жгучая брюнетка и приспустила кофточку так,  что показались соски.
- Иди ко мне, моя горячая, шлюшка, - протянул руку профессор. - А пока мы отстраним Бальтазара от чтения лекций у второго и третьего курсов. И направим его к этим нудилам с кафедры этики и эстетики вести занятия по основам моралеведения. Подальше отсюда.
- Ты такой коварный, милый, я не могу устоять, - страстно вздохнула лаборантка, нащупывая пальцами ширинку на штанах своего начальника.