12. Неожиданный гость

Ближе к одиннадцати Бальтазар решил заварить крепкого чаю, чтобы немного протрезветь. Гости сидели за столом на кухне и разговаривали о жизни. Сильвестр рассказывал о прелестях демократии, правах человека и необходимости воспитывать детей как людей, свободных от всевозможных предрассудков, мешающих жить и наслаждаться благами. Наринэ развивала тему современной педагогики, утверждая, что будущее за свободными формами образовательных учреждений, где дети сами решают, что им учить, а что нет.

Иорданец с интересом слушал и вспоминал, что учился в школе в Аммане, где учителя могли применять телесные наказания по отношению к ученикам. У каждого педагога имелась своя палка. У одного, самого строго по имени Бахджат, имелся гранатовый прут, который хлестал так, словно кнут, от этого спина покрывалась красными линиями и много дней подряд болела, покрываясь гематомами. А однажды за провинность, за то, что Биляль не выучил суру из священного Писания, его наказали традиционным методом "фалака". Двое педагогов держали его, ноги связали, оголили ступни и облили ледяной водой, после чего Бахджат бил его своим прутом по несчастным ступням, пока орудие пытки не сломалось. А потом принес обрез из шланга и продолжил исполнять наказание, пока не насчитал положенных сто ударов.

Бальтазар внимательно слушал гостей, и думал о том, какая большая разница между Западом и Востоком! Сильвестр и Наринэ представляли собой европейские ценности, завёрнутые в армянскую обёртку, а Биляль - носитель восточного опыта. Иорданец не поддерживал насильственные методы в образовании, но также отказывался понимать предоставление полной свободы детям. Особенно его беспокоил вопрос о традиционных ценностях.

- У меня есть сын, - говорил Биляль. - И я хашу, штобы он вырас настоящий мужщина, а не бидарас.

Сильвестр с Наринэ стали рассказывать о своем проекте открытия школы для талантливых детей в Ереване, где будет царить самая гуманная педагогика в мире. Где учителя востребованы и могут внести свой вклад в формирование новой культуры, свободной от рабства и насилия. Армянская чета продолжала агитировать художника присоединиться к ним, потому что им нужны грамотные кадры, способные внести свою лепту.

В это время раздался звонок на входной двери. Кто это может быть? Наверное, Родион узнал о вечеринке и решил заглянуть. Бальтазар открыл дверь и увидел на пороге уже нежданного гостя. Вернее гостью. Перед ним стояла Барбара Велич в длинном зелёном пальто и фисташковом платочке на шее. Ее карие очи сияли огоньком, а губы мило улыбались, словно она пришла к себе домой после работы.

- Привет! - сказала она. - Я пришла на чашечку чая, если угостишь.

Сидящие за столом гости с радостью встретили поэтессу, выйдя ей навстречу. Однако Билял спохватился, что уже полдвенадцатого ночи, и ему нужно срочно домой к жене и тёще. Сыну надо купить подгузники. Сильвестр и Наринэ тоже решили, что им пора и вызвали такси.

Перед тем, как покинуть гостеприимную квартиру, Биляль выбрал себе два полотна с арабскими мотивами и заплатил художнику сразу.

- Вот, подарок для Света, - заявил он, - повесит у себя в косметическом салоне "Аиша". Кстати, вот вам визитки с нумером этот салон, бриходите, дэвушки. Там хароший иорданский косметика. Натуральный.

- Мы тоже пойдем, - сказал Сильвестр. - Мы отобрали у тебя три картины для начала. Но оплатить сможем только во вторник или среду. Нужно согласие фонда.

- Не проблема, - успокоил антиквара художник. - Звоните, когда удобно, договоримся о встрече и решим все.

Когда Биляль и армянская чета покинули квартиру, Бальтазар предложил Барбаре пройти на кухню.

- Чай, кофе?
- Чай, если можно с лимоном.
- С мёдом или сахаром?
- Можно немного меда.
- Может, рюмочку кальвадоса? - предложил Бальтазар, вспомнив советы мастера шавермы Нурлана.
- Не откажусь. Нам есть о чем сейчас поговорить, - почему то серьезно обратилась к нему поэтесса. В ее голосе не было ни заигрывания, ни флирта, столь подходящих для данного момента.
- Я Вас слушаю, - ответил художник, расположившись напротив гостьи.

Выйдя из дома на пересечении Ленинского проспекта и Маршала Жукова, иорданец поспешил в торговый центр "Фиолент" за подгузниками и продуктами. А Сильвестр с Наринэ в это время сели в подъехавшее такси на задние сидения.

- Ну, дорогой кучер, вези нас на улицу Зеленина! - скомандовал все ещё пьяный Сильвестр и рассмеялся, представив себя барином в карете.

Пассажирская дверь автомобиля спереди открылась и в нее почему-то сел незнакомый мужчина. Обратившись к водителю он приказал:

- Едем в Большой дом на Литейном.
- В смысле? - поднял голос Сильвестр. - Какой Литейный?! Улица Зеленина!
- Вы кто такой?! Что себе позволяете?! - завопила Наринэ, предвкушая неладное.

Усатый мужчина повернулся к парочке, достал из кармана куртки корочку и заявил:

- Полковник Мухаметдинов, Агентство Национальной Безопасности. Вы арестованы по обвинению в государственной измене и шпионаже в пользу иностранной разведки. А также в создании организованной преступной группы, угрожающей национальной безопасности государства. Вы имеете право хранить молчание, но это Вам вряд ли поможет, у нас есть все доказательства.