Введение
Наша страна удивительна тем, что в ней непредсказуемо не только будущее, но и прошлое. Мало того, любое планирование здесь натыкается на невероятные сложности совершенно необъяснимого характера, которые часто носят просто мистический вид.
Вот и в этом году, оставшись из-за прошлогоднего ремонта автомобиля в минувшем 2025-м году без отпуска, я заранее позаботился о выдаче мне пограничного разрешения в Карачаево-Черкесию, надеясь вместе с Колей Хорьковым проехать в долину какой-нибудь живописной горной реки и вдоволь побродить с рюкзаком по дивным местам. Все текло своим чередом и не предвещало сложностей. Пограничный пропуск в КЧР мне прислали еще в начале июня. Однако меньше чем за месяц до основной части отпуска началась свистопляска с бензином, и Коля в телефонном разговоре поведал мне, что весь Кавказ торчит без топлива, а без проблем ездят лишь те, кто заранее озаботился и установил себе в машину газобаллонное оборудование, которое единым скачком многократно подскочило в цене. Такая радикальная переделка транспортных средств оправдана лишь для тех, кто профессионально занимается извозом людей или перевозкой грузов, а обычным рядовым автолюбителям абсолютно противопоказана.
Мало того, у Колиной «Тойоты-Серф» неожиданно выбило тормоза, а если точнее, прохудился вакуумный бачок, и он заказал новый во Владивостоке. Привезти запчасть в Краснодар пообещали недельки через три, не раньше. Это означало, что мне срочно следовало переиграть всю летнюю программу и заменить место либо вовсе отменить летний отдых. Второе лето без отдыха я мог физически не пережить, поэтому решился на отдых у моря в любимом мною Лазаревском. Весь июль я методично занимался лечением зубов в дорогой армянской клинике. Адмирал Котовский категорически отказался от речного похода на байдарках, сославшись на возраст. В итоге, я пошел на невиданный ранее эксперимент: купив билет на купированное верхнее место (других уже просто-напросто не осталось в продаже) в скором поезде «Москва-Адлер», я себя смирил и обрек на трехнедельный абсолютно статичный отдых у моря, лишившись возможности куда-либо перемещаться по Черноморскому побережью. Однако я теперь вовсе об этом не жалею, поскольку гораздо глубже познал свои скрытые мечты, способности, грезы, возможности и желания. А это само по себе уже совсем неплохо. Итак, вперед.
4.08.2026 (вторник)
Купленный мною билет в купейный вагон № 10 скорого двухэтажного поезда 104 «Москва-Адлер» давал мне право проезда до станции «Лазаревское» на верхней полке с местом № 14 по соседству с занявшей нижние места белорусской супружеской парой из Минска. Мужику было около 70-ти лет, но выглядел он весьма свежо. Его жена была значительно моложе, но явно пенсионного возраста, учитывая, что в Белоруссии его не повышали. Супруги были настроены ко мне весьма благожелательно, как это вообще в принципе свойственно белорусам, и мы разговорились.
Выяснилось, что муж весьма зажиточен: он сам поведал мне историю о том, как он когда-то еще до Горбачевской «Перестройки» начал работу экономистом с окладом в 500 долларов США в месяц, а завершил – с окладом в 25 000 в той же валюте. Это не помешало ему попутно защитить докторскую диссертацию. Полагаю, что по экономике. При этом он сетовал, что совсем недавно купил себе кроссовер «Ауди» с 22-дюймовыми дисками, колесами от которого при переноске неосторожно потянул себе спину. Я предложил посмотреть его спину, но осторожный минчанин мне не доверился. Я не стал настаивать, а показал ему одну из трех книжек «Московские бани», которые я лично надписал как автор и вез в подарок приятелям из Лазаревского. Разговор сразу сделался более душевным и доверительным. Он даже показал мне несколько полезных упражнений для укрепления здоровья. В основном, дыхательных, из китайской медицины.
Оказалось, что его супруга по образованию филолог. Она полистала книгу и вскоре сообщила, что ее заинтересовал мой самобытный слог и стиль изложения. Я сообщил ей, что кое-что из моих литературных творений выложено на порталах «Проза.ру» и «Стихи.ру». Видимо, пара лет без отпуска сделали свое дело и скверно сказались на моем здоровье, поскольку супруг отметил мой частый кашель без откашливания и посоветовал мне одно средство, которое надо аккуратно принимать ежедневно по две капсулы в день, но обязательно пропить полный курс, иначе не подействует. Однако название лекарства он позабыл и обратился за помощью к супруге, которое та моментально вспомнила и записала для меня на каком-то рекламном листке, лежавшем на столике.
Нам полагалась кое-какая кормежка, входившая в стоимость билета. Обычно я не рассчитываю в пути на подобные излишества и питаюсь своими запасами. Тут же к нам в купе несколько раз приходили официанты, предлагая разнообразную еду. Соседи выбрали из обязательного меню курицу, я же предпочел свинину с гречневой кашей. Белорусам еды не хватило: они еще дважды заказывали добавку, которую быстро умяли. Привычка!
Я горячо поблагодарил супругов и сунул листок с названием лекарства от кашля (оно звалось «Амоксиклав») в еще пустой блокнот, в котором решил вести дневниковые записи. Обычно я беру с собой заплечный мешок, содержащий все нужные мне вещи, а также – простой крепкий пакет с вещами экстренной необходимости, нужными в дороге. Там у меня загружены: пластиковые тапки, книга для чтения, блокнот с ручкой, а также миска, кружка и ложка с ножом для организации еды и питья. Там же совместно с инструментами лежат пакетики с сублимированной гречневой и/или овсяной кашей и чай либо кофе. Супруги такого пакета не имели, поэтому с любопытством наблюдали за моими манипуляциями с вещами. Зато их финансовые возможности были на несколько порядков выше моих. Я пришел к такому выводу после того, как муж пригласил из соседнего купе какую-то близкую родственницу (видимо, они ехали на отдых целой большой семьей с чадами и домочадцами) и, предложив выпить, удалился в «вагон-бистро», довольно быстро возвратившись с небольшой, я бы даже сказал, маленькой бутылкой дорогого коньяку. Я добавил закуску в виде брауншвейгской колбасы.
Коньяк был моментально нами выпит, и я, считая недостойным пить чужой алкоголь «на халяву», отправился за добавкой. Коньяк был мною успешно обнаружен и куплен, но меня неприятно поразила его цена: он продавался примерно за 4500 руб. При этом емкость бутылки составляла всего лишь 0,25 л. Я смирился с неожиданностями и ничем внешне не проявил недовольства несправедливо (хамски) высокой ценой. Тем не менее, хоть я и не люблю коньяк, тот оказался достаточно высокого качества. Если не ошибаюсь, в его названии было нечто «аристократическое» или «августейшее». То ли «Монарх», не то «Держава» или «Корона». Что-то в этом духе.
Поезд шел быстро, а остановок было мало. Да и те, что встречались, не отличались длительностью. Кажется, я когда-то уже ездил в двухэтажном вагоне, но только на втором этаже. Внизу также было до невозможности мало места. Отдельных мест для багажа, кроме скудного пространства под нижними полками, не наблюдалось. Слава Богу, я взял с собой совсем немного вещей. Из технических «излишеств» со мною был влагозащищенный фотоаппарат «Никон» и маленький многодиапазонный приемник «Таксон». Запасные батарейки и зарядное устройство для мобильного телефона не в счет. Остальное – гигиенические принадлежности, маленькая медицинская аптечка и летняя одежда с легкой обувью, которую я даже не проверил перед отъездом.
Перед сном я забрал у жены белоруса свою книжку, чтобы не позабыть ее при высадке, и взамен записал ей свои координаты: номер телефона и электронный адрес. Забравшись на свою верхнюю полку, я довольно быстро заснул. Ночью я несколько раз просыпался из-за стоянок для перемены локомотивов и коротких технических остановок. Однако утром я ухитрился выспаться и пробудился свежим и почти отдохнувшим.
5.08.2026 (среда)
Проснулся я самостоятельно, без помощи проводницы, и спокойно приготовился к высадке, успев съесть миску гречневой каши и попить чайку. Рано утром вдоль железной дороги вился густой туман, начавший рассеиваться около семи или половины восьмого. Места были мне хорошо знакомы, и я комментировал некоторые элементы пейзажа. Белорусы внимательно прислушивались к моим ремаркам и что-то, видимо, мотали на ус. Последнее, что я сделал перед высадкой, переобулся в новые кроссовки «Адидас».
Больше я их уже не надевал, за исключением банного дня, в который я не рискнул надеть развалившиеся от дождя сандалии. Но все это – еще впереди.
Напоследок я тепло попрощался с минчанами, пожелав им хорошего отдыха, получил от них подобное же благое пожелание и выбрался на низенький перрон Лазаревского вокзала. Ко мне тут же подвалил худой армянин и начал предлагать подвезти меня «всего за пару тысяч». Помня панику, которую вызвало в Жоре известие о моем прибытии в Лазаревское, я решил, что разумнее сразу ехать к Василию. Для этого, пока поезд еще не укатил в сторону Адлера, я начал дозваниваться до Василия. Удалось мне это не сразу. Лишь на третий или четвертый раз Василий взял трубку. Я объявил, что приехал и намерен остановиться у него, поинтересовавшись адресом его владений. Тот сообщил, что Циолковского, 57. Лишь после этого я вернулся к общению с армянином и сообщил, что такая цена меня не устраивает, и назвал ему адрес. Тот снизил цену до тысячи рублей. Я ответил, что дам ему 700 р., и он, немного подумав, согласился.
Мы пересекли улицу Лазарева по переходному мосту и зашли на автостоянку. Там стояла белая «Веста». Армянин положил в багажник мои вещи и представился: его звали Ашот. По пути он начал мне предлагать чачу и обратный трафик до вокзала. На всякий случай я записал его телефон, хотя знал, что Василий всех своих постояльцев лично отвозит до железнодорожного вокзала. Было не очень жарко, что весьма меня обрадовало.
Перед тем, как проститься, я все-таки купил у Ашота пару пластиковых поллитровок чачи и сунул их в пакет. Тот развернулся на площадке и уехал вниз, в поселок. А я отворил входную дверь и поднялся к Василию. Тот был мне рад, что отражалось на его лице. А когда я вручил ему свою книгу с авторской надписью, он и вовсе расплылся в довольной улыбке. Еще бы: сам автор дарит ему свою книгу с авторским автографом. Я еще раз порадовался, что книга так замечательно издана и на такой хорошей бумаге.
Оказалось, что в этом году в поселке мало народу, и отдельные «бунгало», что наверху, пустуют. Все постояльцы живут в доме. До поры до времени Василий пустил меня в левый отсек на втором этаже и предложил временно разместить там мои вещи, а потом он проводит семью, которая собирается сегодня уехать, и тогда я смогу спокойно вселиться в освободившееся помещение. Я разложил вещи на каркасе кровати, произвел их ревизию, принял душ и, переодевшись в шорты, отправился на Партизанскую к Жоре.
Специально для поездок на автобусе я прихватил лиловый резиновый кошель с мелочью, которую рассчитывал здесь полностью истратить. Билет стоил теперь 48 рублей, но у меня было много железных десяток и пятерок, и я за каждую поездку платил по 50 рублей. Автобуса я ждал сравнительно недолго. Теперь тут появились ранее невиданные мною машины марки «Волгабус», название которых было у них спереди написано латиницей. Вышел я немного раньше, на остановке «Общежитие хлебозавода». Оттуда я добрел до магазина «Марка», где разжился бутылкой красного «Мерло» винзавода «Вина Тамани», бутылкой холодного напитка «Тоник» от «Рич», квадратным батоном белого хлеба и куском российского сыра, которыми я почти заполнил крепкий пакет из «ФиксПрайса», где у меня, помимо плавок, лежала оставшаяся пара книжек в подарок.
Надеясь на теплый прием, я отомкнул изнутри ключиком калитку и проник во двор. Жорой там и не пахло. Наверху в кухонном окошке появилась Юля, дочь Жоры. Мы взаимно поздоровались, и я уселся в беседке, надеясь дождаться Жоры. Спустя некоторое время появился страшно озабоченный хозяин, наотрез отказавшийся от вина. Когда я поинтересовался, чем обусловлено такое самоограничение, выяснилось, что около 3-х часов ночи должны приехать 8 семей отдыхающих, которые, не сговариваясь, объявили о своем приезде. Я не мог узнать Жору! Он очень сильно изменился. На него весьма скверно повлияли известия о пороке сердца и возможности его замены, а также ожидание заражения КОВИДом, которых он счастливо избежал. В корне испортился его характер.
Я попросил бокал и был вынужден пить вино и газировку в одиночку. Жора даже от сыра отказался. Я же этот сыр еще несколько дней ел по утрам на завтрак, сунув в холодильник у Василия. Та же судьба постигла и хлеб. Жора немного оживился, когда я вручил ему книгу. Но предупредил, что в ближайшее время ему вряд ли доведется ее прочесть. Зато ее хотел почитать Жорин друг гравер Володя Астафьев, но это тоже будет не сейчас, а зимой. Мы еще немного пообщались, а потом расстались, поскольку я решил не действовать Жоре на нервы, пока он не разобрался с постояльцами.
Я вышел на Партизанскую улицу и двинулся в сторону церкви, где поставил свечку, помолился и выпил святой воды из источника Рождества Пресвятой Богородицы. Далее я спустился на улицу Павлова, купил пять красных роз для Ирины, жены Радика, после чего отправился в сторону автобусной остановки. Автобуса не было довольно долго, но, все же, я его дождался и сел, доехав, наконец, до Свирки. Радик работал там же, где начинал.
Я вручил, по обыкновению, розы Ирине. На шашлыках сидела Алина, дочка Радика и Ирины. Ирина тут же нагрузила мне тарелку шашлыка. Я предупредил ее, что стараюсь меньше есть, и даже похудел на 30 килограммов. У них работала еще одна девочка, Ева, очень худенькая и тонкая брюнетка. Алина показала мне на смартфоне ролик, в котором украинский дрон убивает несколько человек на пляже в Архипо-Осиповке. Я попросил Ирину передать Радику книгу с моей дарственной надписью. После этого, покончив с «волшебным» шашлыком, я познакомился с подругой Ирины Людмилой. Она помогала ей со стряпней. На торговой точке пропало электричество. Я проверил наличие фазы, но та начисто отсутствовала. Появился страшно злой и насквозь мокрый от пота Радик. Со мной он даже не стал говорить, а поставил стремянку, забрался и начал переводить проводку на аварийную линию, тут же подключая круглые светодиодные лампы взамен линейных.
Я решил ему не мешать, но тут подошла Людмила, которая заинтересовалась книгой, и я рассказал ей про творческий путь своего отца после окончания МВТУ. Та внимательно слушала, а потом попросила меня оставить координаты. Я обещал еще прийти к Радику, когда он будет более свободен. Тогда и обменяемся координатами.
Пора было полноценно вселяться и размещаться на постой. Но я еще не купался в море! Я двинулся на пляж. Свирский пляж превратился в узкую полоску гальки. Теперь железная дорога проходила почти вплотную к берегу. Я двинулся в сторону Большого Сочи, поскольку на Свирском пляже не было даже кабинок для переодевания. Ближе к «Морской звезде» пляж уже стал напоминать нормальный. Я переоделся в плавки и выкупался. Похудание на 30 кг здорово пошло мне на пользу: пяткам теперь не было больно при хождении по морской гальке. Выкупавшись один раз, я решил не торопиться с купанием и отправился наверх, чтобы нормально разместиться в доме у Василия.
Выйдя на перекресток улиц Победы и Циолковского, я наконец решил полакомиться своей излюбленной окрошкой и зашел в столовую «Ложка». За пару лет цена порции в 400 грамм сильно увеличилась: вместо 70-ти рублей она стоила теперь 180 рублей. В других местах окрошка стала стоить еще дороже, с учетом того, что порция существенно меньше, обычно 250 грамм. Незадолго до поездки моя дебетовая карта «МИР» перестала срабатывать при простом прикладывании к терминалу, и ее теперь приходилось вставлять в щель приемника и набирать код. Но этот номер проходил не везде, поэтому я всегда старался иметь при себе достаточное количество наличных. Тем не менее, наличные я стремился экономить. Если можно было оплатить что-то картой, я использовал карту.
Рядом с «Ложкой», на Циолковского, находился магазин «К&Б», куда я зашел и разжился белым вином «Псий». Я на него подсел еще в Москве, поскольку мне оно полюбилось своим сбалансированным вкусом. А здесь обнаружилось множество еще неизвестных мне доселе вин. Но у меня, надеюсь, еще будет время с ними познакомиться.
Я двинулся вверх по улице Циолковского. Подъем оказался для меня довольно напряженным: я весь взмок, пока добрался до верха. Сказалось двухлетнее отсутствие отдыха. Поскольку я оставил часы и телефон наверху, то был удивлен обилию принятых в мое отсутствие сообщений. Около 20-ти СМС-ок касались объявления и отбоя воздушной тревоги. Пока я сидел на Партизанской в ожидании Жоры, включали сирену и раздавались громкие оповещения Гражданской обороны. Оказалось, что еще регулярно рассылают СМС-оповещения о ракетной, авиационной и беспилотной опасности и их отбой.
Василий и его жена Надежда приготовили для меня целые апартаменты: в одной из комнат стояли две кровати, а в другой – одна двуспальная. Она мне и была предназначена, поскольку я предпочел комнату с балкончиком. Там стояла большая стойка с вешалками. Я перетащил одежду и развесил ее на вешалках. Их едва хватило, поскольку я взял с собой целых четверо шорт, и не прогадал. Это была самая используемая часть моего туалета.
Полосатую бело-голубую майку-тельняшку я надевал всего лишь два раза, а постоянно носил пару легких рубашек из трех: голубую и серую. Их я стирал по очереди.
Короче, дел хватило, и вскоре я перешел к ужину. А ночью, когда стемнело, уже около полуночи я увидел в окошко яркую оранжевую звезду. Я решил, что в это окошко я вижу планету Марс. И я сразу как-то успокоился. Человечество ничуть не изменилось, оно все так же воюет, одна часть человечества с воодушевлением убивает другую и обратно. Все протекает так же, как всегда. Значит, все на планете Земля происходит своим чередом. И в черном ночном небе все так же светится именная планета бога войны Марса.
6.08.2026 (четверг)
Утром я не стал торопиться и сразу бежать на море. Я решил хорошенько выспаться и отдохнуть, поскольку торопиться мне было некуда: надо было просто отдохнуть.
Меня оживило солнце. В определенный момент оно поднялось достаточно высоко, чтобы начать припекать меня прямо на постели. В конце концов, жара сделалась невыносимой, я поднялся и начал свой обычный утренний туалет. Поскольку я бреюсь через день, а в поезде я не брился, то щетина уже прилично отросла и требовала уничтожения. Я взял с собой свежий 6-лезвийный китайский станок, который тут же и обновил. Дальше я осуществлял эту рутинную процедуру регулярно через день.
Поскольку я прихватил с собой целых четверо шорт, то одни я выбрал в качестве «домашних». Это были самые легкие, в стиле «Адидас»: темно-синие, длинные, почти до колен, с боковыми карманами на молнии и с тремя белыми полосками по бокам. Остальные я решил использовать на выходе в поселок, но дошел до этого решения не сразу. Пару дней я проходил в стиле «Адидас», а через день перебрался в короткие шорты «Найк», у которых был задний карман на молнии. В этот карман я помещал мобильный телефон, если возникала такая необходимость. Но всему свое время.
Теперь каждый завтрак у меня проходил следующим образом: я вынимал с верхней полки одной из двух, стоящих в комнате тумбочек, пару одинаковых пакетов с сублимированной овсянкой, а также уносил вниз, на кухню, привезенный с собой пакет с вяленым или сушеным мясом. Это я заливал кипятком, а потом запивал чаем или кофе.
В первый полный день отдыха я использовал пакетик с «капуччино», а позже – ежедневно заваривал купленные в «Пятерочке» дрип-пакеты с молотым кофе. Чтобы кофе заваривался как надо, я перетащил в комнату маленькую кофейную чашку с жирафом, вернув ее обратно лишь перед отъездом. Просто я обратил внимание на то, что чашки, к которым я привыкаю, регулярно исчезают и больше не появляются, пока очередная семья отдыхающих не съедет, покинув место постоя. Надо сказать, поначалу новинка мне понравилась, а потом я понял, что мой прежний способ заварки молотого кофе дешевле и гораздо качественнее. 5 пакетиков посредственного кофе за 300 рублей – это дорого и невкусно. Но, видимо, на отдыхе условно допустимо в качестве отрицательного опыта.
В тот день я решил, что первую половину дня Жора будет отсыпаться после ночных бдений с отдыхающими, а ближе к вечеру я смогу его застать в более спокойном состоянии. Но я просчитался. Сперва же я решил подготовить материальную базу для посещения местной бани. У меня с собой не было ни мыльницы, ни мочалки. Была только белая панама, которую я уже однажды с успехом использовал. Для начала я решил обойти местные магазины, в которых могли продаваться искомые вещи. В первую очередь это могли быть сетевые «Магнит», «Пятерочка» и «ФиксПрайс». Я знал в Лазаревском насколько таких мест, поэтому прямо с утра приступил к обходу. Ближайший «Магнит» располагался в торговом центре «Бирюза», в подвале. Он поражал своими размерами.
Тем не менее, поиски мыльницы и мочалки успехом не увенчались. Я нашел лишь дорожный набор, состоящий из небольшой мыльницы и чехла для зубной щетки. Но мыльница была маленького размера, не походящего для взятого с собой мыльного набора, а чехол для щетки у меня уже был. Кроме того, цена набора была неоправданно высокой, а повышать благосостояние жителей Китая в мои планы не входило. Зато я обнаружил множество полезных вещей: качественные аккумуляторные фонари, пригодные к использованию в походе или на даче, светодиодные автономные лампы, удобные для ночной подсветки, а также газовую горелку под стандартный цилиндрический баллон.
До поры до времени я сделал на мозгу зарубки, а уже потом приобрел означенные выше полезные вещи. Но в это посещение подвального «Магнита» я приобрел бутылку газировки, банку фаршированных миндальными орешками маринованных маслин и небольшую пачку неизвестного мне белорусского Ровеньковского сыра. Сыр оказался изумительным, но как он появился на прилавке, так и исчез, больше не появившись.
Далее я поднялся на второй этаж, где посетил «ФиксПрайс», в котором также обнаружил массу полезных вещей, из коих выбрал пару холодных алюминиевых банок пива «Голландия», взятых с собой на пляж, коробочку меда и пару упаковок фруктовой пастилы для утреннего завтрака. Однако ни мочалок, ни мыльниц там тоже не оказалось.
Раздосадованный, я отправился на пляж, по которому, не купаясь, проследовал почти до самой судоверфи, возле которой, как и в прошлые мои посещения Лазоревского, швартовались: крейсерская яхта класса «Атолл 5» по имени «Аксиния», антуражный «пиратский барк», нареченный «Джоном Сильвером», перелицованный из моторного рыболовного судна, и небольшой катер по имени «Адмирал Лазарев». Все три судна использовались для развлечения отдыхающих, то и дело пополняясь последними: их отвозили примерно на пару-тройку кабельтовых в море, застывали там на некоторое время, встав на рейде, и по очереди возвращались к пирсу и поочередно швартовались торцом к нему, а кормой к берегу, бросив предварительно якорь на мелководье и пятясь задним ходом на моторе. Процесс регулярно повторялся ежечасно.
Лишь там я один или пару раз без особого удовольствия выкупался в отвратительно теплой воде и, снова переодевшись в шорты, двинулся в поселок, заглянув по пути в «К&Б» и в «Пятерочку». Но ни мыльницы, ни мочалки я не обнаружил и начал подъем к дому Жоры. Жорина дочь Юля снова появилась в кухонном окошке. Я с ней поздоровался и расположился в беседке, решив дождаться Жору в любом случае. Сидел я так довольно долго, время от времени слушая оповещения о воздушной тревоге и ее отбой. Начало смеркаться, и вскоре мимо прошел Жорин племянник Костя, сын сестры. Мы немного поболтал о том и о сем. Выяснилось, что собака Костика скончалась. Зато за время ожидания я познакомился с красивым бело-рыжим котом, хотя и не узнал его имени. В отсутствии бензина интерес Костика сместился в сторону велосипедов. Муж Юли также любил хорошие велосипеды. Допускаю, что именно он повлиял на новое пристрастие Костика. Но это лишь предположение. Костик сообщил мне, что Жора ушел с Володей.
Так и не дождавшись Жоры, я спустился с горы и двинулся по улице Победы в сторону улицы Циолковского. По дороге я заглянул в «Магнит», расположенный на втором этаже посреди поселка, но ничего особого, кроме пары ватрушек, не купил. В столовой «Ложка» я вновь отобедал своей любимой окрошкой и, купив в «К&Б» бутылку белого «Псий» и неизвестного мне ранее красного вина «Четук», двинулся вверх по улице Циолковского. Когда я добрел до дома 57, то снова был насквозь мокрым от пота.
Переодевшись и приняв душ, я вполне освежился и спустился поужинать.
Похоже, что у Василия, кроме меня, жила только одна тихая молодая и стройная женщина с маленькой девочкой по имени Катя. Как я позже узнал, приехали они из ближнего Подмосковья, из Люберец. Имя ее так и осталось мне неизвестно.
Пока я с удовольствием попивал новый для меня «Четук», женщина с дочкой Катей тоже готовила что-то на ужин. Однако поглощать его они отправились в комнату, которую снимали. Катя массу времени уделяла общению с животными: пожилой белой собакой породы французский бульдог по имени Дора (Василий называл ее бабушкой Дорой) и зеленым попугаем, заточенным в большую клетку во дворе, напротив кухни. Мне очень нравилось, что в местном водопроводе течет чистая горная питьевая вода. Специально на кухне висела табличка: «Вода питьевая». Поскольку я вез из Москвы в пакете для экстренных вещей небольшую бутылочку питьевой воды, то, исчерпав ее, я стал перед сном наливать в нее холодную сырую воду прямо из водопровода.
А еще позже мимо меня, с удовольствием сидевшего на кухне и попивавшего красное вино «Четук», продефилировала пара молодых, но уже отягощенных излишним весом людей: Максим и Снежана. Пара недавно приехала из Москвы на автомобиле и теперь стремилась как можно быстрее объехать все Черноморское побережье. На мое предложение присоединиться к выпивке Максим сообщил, что к красному сухому вину он еще морально не готов. На том и расстались, до поры, до времени.
Перед сном я попытался почитать книжку правильного физика С.Н.Артехи «Критика основ теории относительности», однако сил для чтения мне хватило ненадолго. Я отправился спать и смотреть на оранжевый Марс в окошке. Долго не мог заснуть, вспоминая события дня, а потом забылся.
7.08.2026 (пятница)
Проснулся я рано, часов в шесть. Но вставать сразу не стал, а додавил до десяти или даже до половины одиннадцатого. Поскольку бриться мне было не нужно, то я собрался очень быстро, решив заодно проверить состояние фотоаппарата. Дело в том, что обычно я брал его с собой в байдарочные походы, предварительно проверив и зарядив все аккумуляторы, которые я всегда помещал в защитный чехол. Однако в прошлом году я остался без отпуска, лишившись как похода, так и основной его части. Соответственно, я не проверил и не зарядил аккумуляторы, понадеявшись, что хоть один да окажется заряженным. Я просчитался: все до единого, аккумуляторы были абсолютно пустые.
Решив, что хотя бы здесь мне поможет Жора, я ему позвонил. Ведь он – штатный фотограф, а это значит, что в его арсенале вполне могло найтись зарядное устройство, подходящее для моих аккумуляторов. Хотя была доля сомнения, поскольку я ни разу не видел техники марки «Никон» среди Жориных фотоаппаратов. Меня неприятно поразила агрессивная реакция Жоры: он категорически отказался даже пробовать зарядить мои аккумуляторы. Особенно меня возмутила его откровенно «жлобская» формулировка:
- Я не буду портить свою технику твоими аккумуляторами! Она нужна мне для дела.
Однако, поняв, что он поставил меня в безвыходное положение, Жора предложил обратиться к Шоте, который, как я понял, является универсальной «палочкой-выручалочкой» по технической части для всей публики из Центра Национальных Культур (ЦНК). При смене телефона я не перенес Шотин номер в новый аппарат, поэтому попросил Жору прислать его мне. СМС-ка с телефонным номером Шоты пришла ко мне только поздно вечером. Звонить так поздно я не решился и связался с ним на следующий день. Пока же мне ничего не оставалось, как продолжать свой отдых без фотоаппарата.
Позавтракав, я спустился вниз, к морю, и сразу направился на пляж – купаться. Там поднялась довольно высокая волна, которая здорово мешала получению удовольствия. Присмотревшись к окружению на пляже, я сделал для себя кое-какие выводы.
Каждый сезон приносит в облик отдыхающих некую новизну, вызванную модой или какими-то новыми тенденциями в пляжном облачении. Также меняется поведение отдыхающих у моря или появляются новые веяния и занятия в воде и у воды. В этом году доминирующими цветами женских купальников были черный и розовый. Кроме того, в моду еще несколько лет назад вошли белые рубашки-марлевки с длинным рукавом и капюшоном. Кто-то их просто надевал в качестве верхней одежды, а кто-то в них купался. Появились женщины и девушки, которые постоянно купались в море, надев гимнастические купальники и облачения с длинным рукавом, а некоторые купались в костюмах с длинными штанинами, что для меня выглядело чрезвычайно странно.
Более всего меня удивляло, что все мамаши наряжают своих маленьких дочек в полноценные двухсоставные купальники, ограничивая пребывание детских тел на открытом воздухе и под щедрым южным солнцем. Я помню, что еще в советское время обычным явлением было пребывание младенцев на пляже в абсолютно голом виде. Теперь же обычаем стало повальное неумение людей плавать, чего также в советское время не наблюдалось. Почти вся молодежь купалась возле самого берега, а те, кто забирался чуть дальше в море, использовали для этого надувные круги и подушки.
Короче, мне надоела борьба с волнами и залитые морской водой уши. Тем более, что долгое пребывание на жарком солнце изрядно утомляло. Я принял открытый душ и переоделся, а потом двинулся вдоль прибрежных лавок и павильонов в сторону Свирки. Еще неподалеку от судоверфи мое внимание привлекла вывеска с тремя буквами «МММ». Я подошел ближе, поздоровался и спросил красивую молодую армянку за стойкой:
- Вы что, воскресили Мавроди?
Та засмеялась и ответила, что ее отец решил назвать кафе своими инициалами, и случайно получилась ассоциация со знаменитой финансовой «пирамидой». Я попросил сделать молочный коктейль с сиропом киви, и она быстро сбила мне заказ. А потом из недр кафе вышел худой пожилой армянин, которому я показал уже опустевший прозрачный полиэтиленовый стакан из-под коктейля и сообщил, что это – идеальное сырье для переработки в синтез-газ или в искусственное моторное топливо. Тот очень заинтересовался и попросил рассказать поподробнее.
Я изложил ему основные идеи моей экологической концепции глубокой переработки пластикового мусора и твердых отходов. В завершение я предположил, что армяне могли бы объединенными усилиями воплотить эту технологию. Но тот ответил, что это слишком долго и дорого. Еще бы! В любую технологию надо серьезно вложиться. А тут не надо почти ничего делать: покупаешь по одной цене, привозишь и продаешь по другой.
Мне стало ясно, что никто не захочет напрягаться и делать что-то новое и сложное, когда простые и примитивные продажи пива, сока, коктейлей и газировки приносят летом в сезон отпусков баснословную прибыль. Вдобавок любая новая и даже не новая, а слегка спорная идея никогда не будет поддержана простыми обывателями. Вот когда такую переработку кто-то успешно внедрит и будет снимать сливки с продаж и с платы за утилизацию мусора, то возможно, торгаши и поддержат. Но я до этого вряд ли доживу.
Короче, я понял, что монетизация высоких технологий – это задачка еще та. Недаром у меня был за все время моей научной работы лишь один прецедент, когда автор технологии сумел ее выгодно продать и внедрить. Это был Мойша Хаимович Сосна из ГИАПа, продавший немецкой фирме «Лурги» свой патент на право использования схемы «Тандем» в процессе паровой конверсии углеводородов. Но даже немцы не стали сразу использовать в промышленности этот процесс, а передали его для отладки купленным в Белоруссии химическим предприятиям. О нынешней судьбе процесса «Тандем» мне ничего не известно. Скорее всего, Сосны уже нет на этом свете, поскольку в 1998-м году, перед защитой моей диссертации, на которую он писал отзыв, ему уже было за 70-75 лет.
Забираясь на холм к Василию, я снова здорово взмок. Тем не менее, решил выпить известного мне еще с Москвы светлого вина «Псий» адыгейского производства. В последующие дни я регулярно покупал интересующие меня вина и пополнял запас.
Утром ко мне подошел пожилой мужчина, нос которого с головой выдавал алкоголика со стажем, и предложил познакомиться. Он представился Сергеем Евгеньевичем, а я сперва – просто Алексеем, а потом – Алексеем Владимировичем, что его очень обрадовало. Он рассказал, что приехал сюда из Курской области, а точнее – из города Щигры. Я сразу вспомнил творчество Ивана Сергеевича Тургенева и его рассказ «Гамлет Щигровского уезда». Полагаю, что подавляющее большинство современников больше ничего не слышало об этом населенном пункте. Зато его знаменитое название – Щигры – навеяло мне ностальгию по русской литературе и по ее классикам.
Вечером Сергей Евгеньевич стал довольно настойчиво предлагать мне выпить водки, но я наотрез отказался от принятия крепких напитков. Тот был сильно разочарован.
Чуть позже я познакомился с сыном Сергея Евгеньевича Артуром и его женой Валентиной. Здесь они отдыхали с двумя малыми детьми: семилетним сыном Кириллом и двухлетней дочкой Василисой. Вечером дети азартно прыгали и плескались в бассейне, пока родители не загнали их спать. Меня здорово удивило, что в свои два года Василиса почти не умеет говорить. Но по крайней мере, она сильно от этого не страдает.
Василиса таскала с собой чернокожую куклу, которую она звала «Кука». Видимо, это обозначало на ее языке «кукла». Я отправился спать, а перед заходом в дом поднял взгляд вверх. Небо было покрыто густой сетью звезд, среди которых скрывались планеты.
За моим окошком в урочный час появился Марс, который я теперь отслеживал.
8.08.2026 (суббота)
Спал я довольно тревожно, но долго.
Первое, что я сделал, когда встал поутру, то позвонил Шоте. Он меня сразу узнал и обрадовался, что я приехал в Лазаревское. Был выходной день, поэтому он объявил, что находится в лесу, возле Мамедки, а в поселке и на работе появится лишь в понедельник. Мы договорились, что я зайду к нему на работу часов в 11 – 12 в понедельник. Таким образом, выходило, что минимум до вторника я точно останусь без фотоаппарата.
Позавтракав, я целый день бродил по поселку в поисках зарядного устройства, посетил почти все «Магниты», «Пятерочки» и «ФиксПрайсы», а также заглянул на 3-й этаж «Бирюзы» и побывал в магазине «ДНС», но все безуспешно. Однако, проходя по участку улицы Циолковского между улицами Победы и Лазарева, я обнаружил хозяйственный магазин, где с радостью приобрел искомую мыльницу и пластиковую кружку, которую рассчитывал использовать теперь в бане. В подвальном «Магните», расположенном в «Бирюзе», я все-таки не сдержался и купил пару аккумуляторных фонарей и светодиодную подсветку на батарейках ААА, которую вечером пристроил к светильнику над кроватью, чтобы не зажигать ночью стационарный яркий плафон.
Купался я теперь минимум 3 – 4 раза в день, а также бродил по поселку. Проходя с пляжа возле судоверфи, я задержался у магазинчика, где продавали «все по 40 рублей», и поинтересовался, нет ли у них мыльниц. К моей великой радости, мыльница нужных размеров нашлась. Теперь мне не хватало лишь хорошей мочалки и пары веников.
В «Пятерочке» я прикупил несколько сочников с творогом и две пары маленьких пирожков с малиновым вареньем на завтрак. Еще я приобрел бутылку минеральной воды «Эдельвейс» для бани, которую вечером поместил в холодильник. К месту постоя я возвращался пешком уже в глубоких сумерках, по левой стороне улицы Победы.
А когда подходил к перекрестку улицы Победы и улицы Циолковского, то вспомнил, что утром, перед завтраком, ко мне с виноватым видом подошла жена Василия Надежда и, извиняясь, сообщила, что разбила бутылку белого вина «Псий», которую я опрометчиво поставил на дверную полку холодильника. Она пообещала купить мне в «К&Б» новую бутылку, а я понял, что обязательно следует создать страховой запас вин, чтобы никакая случайность не смогла нарушить мои планы. Ведь от подобных мелочей порою в корне зависит все качество летнего отдыха. Отсутствие ужина может испортить целый день.
Тем не менее, вместо вина я купил в «К&Б» пару банок немецкого пива. Просто я вспомнил, что Артур рассказывал мне о вкусным пиве «Вандал», которым его давеча угостил Макс. Однако я такого пива ни разу за все время отдыха так и не встретил.
Свое обещание Надежда выполнила: на следующий день в холодильнике стояла охлажденная бутылка вина «Псий». Чертовски приятно иметь дело с честными людьми. Но в тот вечер мне пришлось ограничиться пивом с маслинами и крабовыми палочками.
Вечером небо было почти полностью затянуто тучами, а на море установилась довольно противная болтанка. Марс за окном из-за облачности не наблюдался.
9.08.2026 (воскресенье)
Поначалу я рассчитывал посетить утром в воскресенье церковь, но жизнь внесла свои коррективы. Пробудился я около шести, но обнаружил в небе множество серых туч, а время от времени где-то далеко погромыхивало. Я решил доспать. Под дождь спать получилось очень здорово, поскольку с восьми до десяти утра минимум здорово лило.
Ни о каком посещении церкви речи уже не было. Оставалось ждать, когда ливень стихнет, а на небе вновь засияет солнце. Я спокойно позавтракал и около полудня отправился на море. Пройдя почти весь пляж, купаться я начал только возле судоверфи.
Накупавшись, я, не переодеваясь, зашел в кафе «МММ» к молодой армянке. На ней все так же было надето легкое зеленое платье. Она меня узнала и приветливо заулыбалась. Я попросил бокал чешского пива. Она попросила меня занять место за столиком и вскоре сама принесла мне холодный бокал с пивом. Это было весьма приятно. С моря дул довольно сильный ветер, который нагнал волну. Купаться мне уже совсем не хотелось, поэтому я сперва сполоснулся под душем, а потом переоделся и двинулся с пляжа.
Перед этим я все-таки нашел так называемую «Морскую баню», о которой мне еще по телефону рассказывал Жора. Она располагалась неподалеку от кафе «МММ» и была несколько утоплена между прибрежных лавок и кафе. Представляла она собой пару одноэтажных временных помещений, в которых топились маленькие переносные печи-каменки. Одно из помещений было крупнее – это была общая парная, предназначенная как для мужчин, так и для женщин. Ее посещение оценивалось в 600 рублей за час. Вторая баня считалась индивидуальной. Ее можно было снять компанией в складчину за 5000 рублей за сеанс. Длительность сеанса мне не была раскрыта. Но я не обиделся. Из всей полученной информации мне понравилось лишь то, что обе печи топились дровами.
Поскольку у меня с собой был мобильник, я позвонил Жоре и поинтересовался, не собирается ли он на море. Тот ответил, что собирается, но сначала надо будет кое-что сделать. Я объявил, что скоро к нему поднимусь, и двинулся в горку.
Проходя мимо лавочек, размещенных внизу прямо напротив давно закрытого на долговременный ремонт кинотеатра «Слава», я спросил у одной продавщицы, нет ли у нее мочалок. Та ответила утвердительно и предложила мне на выбор целый ворох, которого я сначала не заметил из-за обилия товара. Я выбрал себе мочалку голубого цвета, которая гармонировала с моим основным снаряжением. Ведь я надевал на солнце синюю соломенную шляпу, купленную в «ФиксПрайсе» еще в Москве, постоянно носил легкую голубую рубашку, а также – темно-синие шорты фирмы «Найк».
Поднявшись на Партизанскую к Жоре, я увидел его недовольную физиономию, поскольку он так и не успел с кем-то встретиться до моего появления. Подозреваю, что он хотел получить деньги за очередную проданную поделку, а я ему помешал: он продолжал вырезать из дерева всевозможные фигурки и скульптуры. У него даже в беседке стояло несколько фигурок балерин, оснастка для бокалов и пара деревянных подносов.
По раскладу времени я понял, что уже совсем скоро должен появиться гравер Володя Астафьев, с которым Жора ходит на море купаться. Так оно и вышло. Буквально спустя несколько минут появился Володя, и мы все вместе отправились вниз, к морю. Теперь Володя, по словам Жоры, стал заканчивать работу на час позже, около шести вечера. Обычно он заходил к Жоре, они делали крюк по поселку, а уже потом купались. На сей раз они не стали никуда заходить, а отправились сразу в сторону судоверфи. По дороге мы переговаривались, поскольку Астафьев утаил свой интерес к моей книге, а Жора скрыл его от меня. Иначе бы я привез и ему экземпляр с авторской надписью. Но не срослось.
На пляже я снова переоделся в плавки. Жора с Володей уже были упакованы в купальные шорты, и мне поначалу пришлось искать их в море. Жору я обнаружил среди волн и опознал по блестевшей под солнцем лысине. А Володя в это время уже далеко отплыл от берега кролем, как он это обычно делал во время начала купания. Вскоре мы вместе бултыхались вместе на волнах возле берега и активно переговаривались. Между прочим, я задал Жоре вопрос о конфетном дереве Василия. Действительно, такое дерево существовало. Я решил во что бы то не стало его увидеть и узнать его научное название.
В этот вечер мне повезло наблюдать красивый закат солнца на море, а Жора даже снял его на свой смартфон. Я помню, что раньше он с воодушевлением снимал почти каждый закат после купания, а теперь с ним что-то произошло, дурным образом повлияв на характер. Шота на мой вопрос по поводу порчи Жоры ответил коротко: старость.
После купания я пожаловался на то, что мне в уши попадает вода, и у меня от этого падает слух. А перед поездкой я вообще перестал слышать правым ухом. Подозреваю, что там завелась серная пробка. Капая в ухо борный спирт, я отчасти смягчил проблему. Однако Володя посоветовал мне накапать в уши перекись водорода. Он утверждал, что она быстро разрушает пробки и хорошо очищает уши от воды. Поэтому я спросил Жору про длительность работы аптек в Лазаревском, и мы расстались возле одной из них.
Я купил себе бутылочку с перекисью водорода, а потом на всякий случай зашел в «Пятерочку», купив там копченую круглую колбаску на закуску. Оттуда я, не торопясь, двинулся по улице Победы в сторону улицы Циолковского. Дойдя, я сделал крюк в сторону торгового центра «Бирюза» и посетил подвальный «Магнит». Там я купил банку замечательно вкусных оливок, фаршированных миндалем, которые частично употребил под купленное хозяйкой взамен разбитой бутылки белое вино «Псий».
А во время подъема в горку по улице Циолковского я нашел на дороге маленькую черепашку из гибкого пластика размером с пятирублевую монету, которую позже решил подарить девочке Кате из подмосковных Люберец. До этого я поставил найденную черепашку на спинку кровати, где у меня стояли и меняли друг друга разные вещи. Потом я некоторое время занимался укреплением ручек мочалки, прошивая места крепления крепкой черной синтетической нитью. Зато за ручки мочалки я теперь был спокоен.
Перед сном я снова почитал «Критику основ теории относительности» С.Н.Артехи. На сей раз мне удалось осилить гораздо больше материала, из чего я сделал вывод: тренировать мозги надо регулярно, иначе их ждет деградация.
За окном клубились облака, мешая разглядеть звездное небо. Марс я так и не увидел.
10.08.2026 (понедельник)
Я встал немного пораньше, чтобы попасть во временной коридор, объявленный мне в субботу Шотой. А до этого я с большим удовольствием позавтракал и произвел ревизию продуктов в холодильнике. Чтобы не оттягивать карман, я уже не таскал в нем тяжелый резиновый кошель с мелочью, а брал немного денег лишь на пару поездок на автобусе. Пакет я теперь тоже старался не перегружать, прихватывая лишь самое необходимое.
Спустившись по Циолковского до улицы Победы, я пересек перекресток и прошел левее, на автобусную остановку. Там я сперва некоторое время возбужденно ходил, а потом успокоился и уселся на скамейку. Ждал я недолго: вскоре к остановке подъехал новый синий автобус «Волгабус». Я отдал водителю 50 рублей монетами и забрался внутрь. Народу было относительно немного. Вскоре я его уже покидал после поворота с Партизанской на Павлова. Солнышко припекало. Как здорово, что я взял с собой шляпу! Когда я выбрался на площадь перед Центром Национальных Культур, то набрал номер Шоты. Он ответил не сразу, а потом отправил меня на изнанку здания ЦНК. Там я дождался Шоту возле запертой на замок решетчатой двери, и мы спустились вместе в подвал, где у него была довольно обширная комната. Голова Шоты стала совсем седой.
Я сразу достал чехол с фотоаппаратом и протянул его Шоте. Тот открыл крышку и начал рассматривать расположенные внутри разъемы. Потом взял одно из зарядных устройств, лежащих на столе, и попробовал вставить разъем в гнездо аппарата. Разъем подошел, но ничего не произошло. Шота объявил, что это зарядное устройство марки «Панасоник». Но, видимо, гнездо служило вовсе не для зарядки аппарата, а для передачи данных. Мы еще немного поболтали о том и о сем, но за время разговора ничего с устройством так и не произошло. Мы договорились так: Шота попробует поискать в своем окружении «зарядку» для аккумуляторов, а я в ближайшее время зайду к нему до часу дня, и мы вместе посмотрим на результаты поисков. Я отдал ему фотоаппарат, чехол и все три аккумулятора, договорившись назавтра созвониться. На том и расстались.
Я же отправился на поиски магазинчиков, торгующих ножами. В том, который стоял на той же стороне, что и ЦНК, я приобрел себе симпатичный черный «складнячок» от фирмы «Бокер». Перейдя на другую сторону улицы Калараша, ничего путного я во втором магазине не нашел и отправился на рынок. Ассортимент рынка и цены мне совсем не понравились. Я покинул заведение и перешел на другую сторону улицы Победы. Там я посетил несколько магазинчиков, но меня заинтересовал лишь один. Там продавалось множество разнообразных кроссовок известных фирм по весьма демократичным ценам. Я как раз незадолго до поездки заказал себе две пары кроссовок «Адидас» модели «Самба», в одной из которых ехал в поезде. А тут мне довелось увидеть точно такую же «Самбу», но чрезвычайно редкого зеленого цвета с желтыми полосками. Однако я решил не торопиться покупать обувь, а благоразумно двинулся в сторону моря.
Но прежде я съел хачапури по-аджарски, заглянул в магазин «Марка» на улице Павлова и купил баночку маринованных красных перчиков «черри» от «Дяди Вани», а потом посетил поселковую баню на улице Лазарева и выбрал себе пару дубовых веников по 350 рублей за штуку. Заодно я ознакомился с графиком подачи пара от теплоцентрали в парную. Теперь я был полностью укомплектован для посещения бани и со спокойной душой двинулся на пляж. Там я купался и довольно долго в перерывах между заплывами сидел на прибрежной гальке под жарким солнцем, прикрыв голову шляпой.
Накупавшись, я покинул пляж и возвратился на улицу Циолковского уже в сумерках, с радостью отметив, что одышка при подъеме в гору проявляется у меня теперь гораздо легче, чем в самом начале. Спустившись на кухню, я отужинал с красным сухим вином марки «Адгур» и дождался, когда туда же спустятся молодая стройная женщина из Люберец и ее маленькая дочка Катя. Женщина усадила себе на колени девочку и стала кормить ее с чайной ложечки, а я рассказал им целую «сказку про черепашку». Вот она.
Вчера ко мне в комнату кто-то потихоньку вошел и тоненьким голоском спросил, не хочу ли я ее обидеть. Я ответил, что не обижаю маленьких. Передо мной появилась маленькая-премаленькая черепашка и пожаловалась, что ее забыли и бросили. А потом черепашка спросила, может ли она меня кое о чем попросить. Я ответил, что, конечно, может. И черепашка попросила меня найти ей хорошую, добрую и послушную девочку, с которой она могла бы подружиться и вместе играть. Я пообещал найти.
И теперь я спросил маму, послушная ли девочка Катя. Та спросила у самой Кати, послушная ли она. Та ответила, что послушная. Тогда я сходил в свою комнату и принес ей черепашку. Девочка была счастлива. Она взяла черепашку, сказала мне «спасибо» и отправилась с ней играть. А мать рассказала мне, что Катя здорово отличается от своей старшей сестры, которая вечно все бросает и забывает. Катя очень любит самую разную «мелочевку» и очень трепетно относится к мелким вещам и тонким деталям. Я ответил, что это очень здорово: вдруг из нее со временем вырастет хороший исследователь.
В этот день я сразу крепко заснул со спокойной душой и даже не следил за появлением Марса в окошке. Ведь я сделал ребенку доброе дело.
11.08.2026 (вторник)
Утро я начал с того, что послал Николаю Гавриловичу Чеченину, заведующему нашим Отделом Физики Атомного Ядра НИИЯФ МГУ, СМС-ку, в которой подробно и обстоятельно поздравил его с 80-летним юбилеем. А после этого набрал номер Шоты, сообщив тому, что сегодня я к нему не приду, поскольку пойду париться в поселковую баню, как давно наметил. Мы договорились встретиться с ним в среду.
Позавтракав, я обнаружил, что дождь сказался на состоянии моих сандалий самым гадким образом: у них от воды расползлись подошвы в области пяток. Поначалу мне показалось, что вполне возможен ремонт, но для этого сандалии требовалось тщательно высушить и обезжирить. Да и ремонт не гарантировал, что они мне еще послужат.
Поэтому я решил выйти в сторону бани несколько раньше, чтобы иметь запас времени для поисков новой обувки. Пока же я снова надел свои «транспортные» кроссовки «Адидас». На сегодня море категорически отменялось.
Двигаясь влево по улице Победы (в сторону реки Псезуапсе и Большого Сочи), я заходил в один магазин за другим, но искомых сандалий нигде не встречал, пока в каком-то старом, перепрофилированном из обувного, магазине мне не посоветовали зайти к азербайджанцам. И точно, в заполненном азербайджанцами и множеством разнообразного товара магазине под названием «Люкс Ярмарка», в цокольном этаже, я набрел на обувной отдел, заставленный разными сандалиями и легкими туфлями. Я долго выбирал примерно из 4-х моделей, пока не остановился на паре с тремя видами регулировки. Дело в том, что после лыжной травмы у меня на правой ноге образовалась шишка возле большого пальца, которая теперь сильно влияла на выбор обуви. Я даже перестал мерить левую часть обувной пары. Если мне подходил правый башмак, то подходила и вся пара. Я более-менее подогнал «липучки» регулировок под себя и сразу надел новые сандалии. Они обошлись мне всего в 890 рублей, что совсем немного по нынешним ценам.
Довольный обновкой, я благополучно добрел до бани, заплатил 480 рублей наличными за вход и проник в предбанник. Как выяснилось, баню за пару лет моего отсутствия в Лазаревском подвергли обновлению и реконструкции, хотя и не изменили основного принципа: она по-прежнему питалась паром из теплоцентрали, как и доселе. Но в раздевалке сменили шкафчики на новые, фанерные, поставили пластиковые двери и окна, отменили проточную систему в бассейне. В остальном ничего не изменилось.
Я с удовольствием парился, полоскался в душе, время от времени спускался в бассейн и с удовольствием потягивал минералку. В одном месте по улице Победы я набрел на маленькую лавочку, в которой женщина-абхазка продавала по 100 рублей поллитровые бутылочки с какими-то фруктовыми соками оранжевого и зеленого цветов. Как она мне объяснила, это были мандариновый сок и сок растения фейхоа, который я никогда не пробовал. Оказалось, что это самое фейхоа выращивают только в Абхазии, поскольку там подходящий субтропический климат. В Лазаревском же фейхоа не растет.
К моей великой радости, смесь минеральной воды и сока фейхоа замечательно утоляла жажду, в отличие от разнообразных приторных газировок и прочих содержащих бездну сахара напитков. После этого открытия я стал частенько покупать сок фейхоа у этой женщины и смешивать перед питьем с минеральной водой.
Когда я купался после парной в холодной купели, меня неприятно поразил тухловатый запах воды в бассейне. Такого раньше не было. Как я прочно запомнил из прошлых посещений бани в Лазаревском, вода в бассейне всегда была проточной. Теперь же водопровод поставили на счетчик, и расход воды в бассейне стал зависеть от цены посещения бани. Естественно, администрация начала экономить, и поэтому бассейн разом переродился из проточного в застойный. Мне сказали, что теперь бассейн с утра заполняют водой, и чем раньше ты придешь в баню, тем более свежая вода тебе достанется. Я пришел около трех часов, поэтому вода мне досталась не первой свежести.
В общей сложности, я пробыл в бане около трех часов, несмотря на то, что формально сеанс длится два часа. Администрация никого не выгоняла, сохранив прежний стиль обслуживания посетителей. Однако, судя по изменению характера подачи воды в бассейне, перемены к худшему могли наступить неожиданно быстро.
И все равно, я был на седьмом небе от счастья после посещения бани. Пускай здесь нет каменки, пускай пар подают с теплоцентрали. Но все равно пар есть пар. На прощание я посмотрел на график подачи пара и обнаружил, что посетить баню в следующий вторник мне не светит: последним днем будет воскресенье. Ну что же, воскресенье так воскресенье. А лишать себя бани я не собираюсь. Решено, пойду в баню в воскресенье.
Кроме мытья и пара, я постирал свои дорожные трусы, в которых ехал в поезде. Кроме того, я аккуратно подогнал сандалии по ноге. Они теперь сидели не намного хуже старых, хотя несколько отличались по геометрии и конфигурации. Сразу после выхода из бани я прямо на перекрестке с наслаждением выпил поллитровый стакан кваса.
Потратив довольно много времени на обратный путь, я расположился на кухне у Василия с бокалом пива и получил массу удовольствия от восстановления водно-солевого баланса в организме. Тут-то Максим и пригласил меня на верхнюю площадку, на которой Василий соорудил небольшой прудик в японском стиле, где плавали красные рыбки.
Когда я уже закруглялся с ужином, на кухню снова спустился слегка запыхавшийся Макс и вторично пригласил меня на «междусобойчик», куда были приглашены все прочие постояльцы. Я ответил, что пить крепкие напитки не буду, но за компанию всегда готов поддержать любые полезные начинания. Покончив с едой и выпивкой, я отнес пожитки в свою комнату и поднялся на верхнюю площадку, где уже стоял дым коромыслом.
Оказалось, что Макс раньше работал барменом, а сейчас сменил род деятельности. Однако он быстро прямо при мне соорудил дамам, Снежане и Валентине, пару привлекательных внешне зеленых коктейлей с листьями мяты, ломтиком лимона и смесью чего-то алкогольного и не очень. Те были весьма довольны и уже слегка окосели.
На скамейке лежала небольшая черная музыкальная колонка с цветомузыкой и время от времени меняла репертуар: Максим и Снежана то и дело заходили со смартфона на какие-то музыкальные порталы и вводили новые и новые заказы. Я с чувством ностальгии услышал некогда популярные отечественные и зарубежные шлягеры: «Шизгару», «Абракадабру», «Отель Калифорния», «Скрипача», «Новый поворот» и многие другие.
Однако современные хиты были мне абсолютно незнакомы, поскольку с 90-х годов я перестал следить за современной музыкой и стал полным профаном. А ведь когда-то, еще в летнем стройотряде в 80-х, я в качестве дискжокея («диджея») с успехом проводил в нашей «общаге» дискотеки. Ребята же веселились вовсю, пока маленькая Василиса не начала хулиганить. Когда она чуть не вспорола ножницами надувное кресло Макса, Валентина уволокла ее в номер и долго не возвращалась, пока дочь не уснула.
В небе сияли звезды, но со стороны моря наступали перистые облака. Наверху, в горах, снова начали выть шакалы и орать дурным голосом сойки. Однако, день завершался весьма приятно. Есть мне не хотелось, принимать крепкие напитки – тоже. Но Артур раздухарился и купил у Василия бамбуковую бутыль с чачей, настоенной на плодах конфетного дерева. Такого пробовать мне еще ни разу не доводилось. Я дрогнул и принял стопку. Мне понравилось: напиток был довольно крепкий и ароматный. Я попросил Василия показать, что же представляет собой это дерево и его плоды. Он пообещал.
К этому времени Максим решил приготовить очередную порцию шашлыка, но уже, кажется, был не в состоянии за ним следить. Я его успокоил и взял на себя обязанности по готовке мяса на мангале. Шашлык получился что надо, пропекся, нигде не пригорел и не испортился. А Артур так и прилип к кальяну Макса и теперь с удовольствием предавался этому странному занятию, не в силах его бросить. Он потом говорил, что его «торкнуло».
Его папаша Сергей Евгеньевич, неплохо налопавшись на воле крепкого алкоголя, а в особенности, крепкой чачи на плодах конфетного дерева, также вовсю давал жару, бодро рассекая под зажигательную музыку из колонки. Позже оказалось, что ему всего 60 лет, хотя выглядел он намного старше меня. Вот что творит безудержное потребление крепкого спиртного! Ребята еще какое-то время куролесили во дворе, доедали мясо, бодро отплясывали под музыку из колонки и время от времени что-то громко выкрикивали, но потом, в конце концов, угомонились и разбрелись по комнатам.
Я же еще долго вглядывался в ночное небо за окошком и пытался высмотреть Марс. А когда в небе за окном появилась большая оранжевая звезда, я моментально уснул.
12.08.2026 (среда)
Утром, утомленные вечеринкой, все постояльцы довольно долго спали. Ночью уехала тихая стройная мама с дочкой Катей из Люберец, которой я подарил черепашку. Я слышал, как Василий отвез их на машине к поезду около четырех часов утра.
С Шотой я созвонился позже, договорившись встретиться около двух часов дня. В два часа я стоял перед дверью в Шотин подвал. Шота не сказал мне ничего хорошего: все его попытки подобрать штатное зарядное устройство под мои аккумуляторы оказались тщетны. Он даже хотел испортить хороший телефонный аппарат «Нокиа», поскольку у того на внутренней стенке аккумуляторного отсека были такие же три клеммы, как у моего фотоаппарата, но только обратной полярности. Но я его отговорил, убедив, что такие жертвы ни к чему, обойдусь и без фотоаппарата. На том и разошлись. Однако на прощанье Шота намекнул, что если я принесу ему пузырек, то он не обидится. Помня его тягу к водке, я понимал, что бутылка сухого его не устроит. А я уже давно не принимал крепкий алкоголь. Вернее, его совершенно не хотел принимать мой организм.
Далее я отправился к пляжу возле судоверфи, где мне всегда нравилось и продолжает нравиться, поскольку я в любое время готов с любопытством разглядывать процесс швартовки барка «Джон Сильвер» или яхты «Аксиния». А еще рядом находится армянское кафе «МММ», где красивая армянская женщина в легком зеленом платье всегда готова налить мне высокий стеклянный бокал холодного чешского пива. Это вам не мягкий полиэтиленовый стакан, который сминается прямо в руке, грозя вылиться.
Помня об этом, я купил себе в «ФиксПрайсе» широкую лиловую чайную чашку, из которой теперь пил чай с бергамотом «Грейс», заваривая после ужина сразу по два пакетика. Хотя все началось с того, что для завтрака я заныкал маленькую кофейную чашку с жирафом. Держу ее теперь всегда на тумбочке с сублимированным питанием. А продолжилось улучшение процесса пития тем, что в маленьком магазинчике на улице Победы я купил себе очень удобный для дегустации вин прозрачный бокал на короткой тонкой ножке. Теперь я полностью вооружен для вечернего винопития за ужином.
В этот день я был намерен продегустировать новое, еще неведомое мне вино из Адыгеи. Раньше там вин не производили, однако в этом году в магазинах сети «К&Б» появились неведомые мне доселе марки из Адыгеи и Кабардино-Болкарии. На очереди было светлое вино «Акцы». Как я понял из названий и описаний, виноматериалы для них поставлялись с Тамани, из Крыма и из разных населенных пунктов Краснодарского края, а в качестве названий им присваивались имена кавказских рек. Поскольку в стране каждый год выпускаются профессиональные технологи для производства вин, то, как говорится, «свято место пусто не бывает». И это очень хорошо, поскольку скверные подделки из Грузии стоят в наших магазинах гораздо дороже качественных сухих испанских вин.
А эти новинки попадали в ценовую категорию до 300-т рублей, являясь вполне добротными и вкусными изделиями. Пускай и смесовыми, но вполне качественными. К той же категории относятся и давно мною освоенные красная и белая «Коллекции винодела», которые вообще вписываются в цену до 250-ти рублей. А букет там бывает вообще замечательный, хотя год на год не приходится. На их фоне меркнет «Авторское», которое назвали, видимо, впопыхах. И вообще, судя по увеличению числа торговых точек, сухих и качественных вин теперь в Лазаревском присутствует великое множество, с коим никак не способен совладать мой скудный бюджет, который крайне ограничен.
Спать я залег пораньше, поскольку на четверг у меня было давно запланировано посещение Радика и более подробное ознакомление с его «волшебным» шашлыком.
Поэтому мне было не до Марса.
13.08.2026 (четверг)
Поскольку у меня давно было запланировано посещение Радика и повторное знакомство с его «фишками», то я не торопился ни завтракать, ни обедать. Ведь хороший шашлык чрезвычайно калориен и способен заменить собой как обед, так и ужин.
Короче, завтракал я довольно поздно, а обед вообще полностью проигнорировал. Купался я на пляже возле судоверфи, до которой двигался вдоль моря, предварительно переодевшись в плавки. Правда, поначалу я хотел дождаться Жору с Володей, но мертвая зыбь, сменившая нормальную регулярную волну, заставила меня бросить неприятное купание. Где-то в шестом часу я отправился в сторону Свирки.
Как я узнал еще раньше от Жоры и из нашего телефонного разговора, Володя теперь ежедневно заканчивает работу около 6-ти часов вечера, потом заходит к нему, и они вместе совершают иногда длительный моцион по поселку, завершая его на пляже возле судоверфи. Такое изменение режима весьма благотворно сказалось на внешнем виде Жоры. Однако мое похудание вызвало в нем волну негодования. Он заявил, что мне больше идет излишняя полнота. Но я знаю, что он так сказал от зависти. Жора ведь тоже здорово похудел, но я его отнюдь не порицаю за это. Жоре раньше можно было спокойно упрекнуть меня в ожирении, а теперь попросту нечем. Я тоже здорово похудел, хотя мы с ним и не сговаривались. А Жора всегда был неравнодушен к внешности. Он даже подарил мне китайскую машинку для выбривания волос из ноздрей, хотя я и говорил ему, что в условиях московской грязи и пыли выбривать из носа фильтры смертельно опасно.
Перед тем, как отправиться в сторону Свирки, я купил у женщины-абхазки бутылочку сока фейхоа, а в «Пятерочке» – бутылку минеральной воды «Аривали». До Радика я добрался уже в надвигающихся сумерках, по пути как раз и прикупив стеклянный бокал под вино. Ирина словно ждала меня и не поскупилась на мясо, нагрузив где-то около 8-ми кусков свиного шашлыка. Именно тогда я и придумал формулу авторского коктейля из сока фейхоа и минеральной воды в соотношении 1 : 2. Эта смесь прекрасно утоляла жажду, как ничто иное. Однако, когда я предложил использовать эту смесь при подаче шашлыка, вся семья дружно восстала против меня.
Радик рассвирепел, заявив, что я своими разговорами мешаю его бизнесу. Мне ничего не оставалось, как доесть шашлык и удалиться восвояси. Весьма неприятно наблюдать перерождение людей, которых ты знал много лет с самой лучшей стороны. Но дикий капитализм, который нам навязали, приводит к тому, что людей скоро начинают интересовать одни только деньги, и вся суть всей их жизни теперь складывается вокруг вечной гонки на одном месте – гонки за прибылью. Для них это – теперь уже нормально, они даже не замечают этих необратимых изменений. Однако для тебя это перерождение очевидно и горько, потому что ты их видел в прошлый раз совершенно другими. Для того, чтобы не погрязнуть в этом, следует время от времени менять точку зрения и ракурс.
На обратном пути я понял, что здорово переел шашлыка. Видимо, за то время, что я боролся с лишним весом, мой желудок съежился и уменьшился. А в этот вечер я настолько его снова растянул, что мне сделалось нехорошо. Даже встретив в «К&Б» возле Свирки минское «Столичное» пиво, я не стал его покупать – так мерзко и тяжело мне было. Однако я собрался с силами и вполз в горку. А там уже было все просто.
В результате я добрел до кровати и уснул, так и не взглянув за окошко.
14.08.2026 (пятница)
Ночь удалась неспокойная: вечером стремительно стало холодать, а ночью температура упала на несколько градусов. Такого я здесь не припомню. Однако ночью неожиданно небо вызвездило, и около полуночи я снова увидел Марс.
Под утро мне приснился странный фантастический сон. Будто пьяный Путин летает над поселком на военном вертолете и размахивает бомбой, грозя «замочить в сортире» или просто взорвать украинских террористов Буданова и Зеленского, причем в непечатных выражениях. Потом сон материализовался: над поселком действительно кружили боевые вертолеты. Как мне позже сказал Шота, это были ударные Ка-52.
В результате такого экстрима я снова вырубился и заснул аж до полудня. Спустившись на кухню, я тщетно пытался раскочегарить плиту и вскипятить чайник: газа не было. Причем выяснилось, что газа нет по всему поселку.
Я поставил телефон на подзарядку и побрел в сторону моря. Дойдя до торгового центра «Бирюза», я спустился в «Магнит». Интуиция меня не подвела, там еще стояла лепестковая газовая плита, рассчитанная на питание от стандартного цилиндрического газового баллона. В «Магните» я купил плиту, а в «ФиксПрайсе» – баллончик с газом.
Ранее по пути я разжился в «К&Б» маленькой бутылкой колы и парой банок пива «Гессер», с великим сожалением так и не обнаружив там вожделенного минского «Столичного». В этой странной комплектации я заявился на пляж «Морская звезда», а потом некоторое время кочевал вплоть до самой судоверфи, где последовательно утилизировал пресловутую колу и еще не успевшее нагреться пиво «Гессер».
На одном из пляжей, которые я последовательно осваивал, мне довелось стать свидетелем довольно неприятной для меня сцены. Когда я уже искупался и сел в небольшом отдалении от линии прибоя, мое внимание привлек крепкий мужчина, который уже очень долго сидел на прибрежной гальке возле воды, но не купался и не залезал в море. А спустя некоторое время к нему подошла молодая женщина и безо всяких разговоров подала целый ворох каких-то вещей. Присмотревшись, я обнаружил, что это протез ноги и какие-то тряпки. Мужчина взял вещи, выбрал из них полотенце, вытер им культю левой ноги и надел на нее какое-то силиконовое кольцо, на которое натянул пару специальных трикотажных тряпок, а уже потом – пристегнул протез ноги ниже колена. Встал он без чужой помощи и бодро двинулся в сторону Свирского ущелья, почти не хромая. А я подумал, что сколько еще таких же и еще более обездоленных войной людей ковыляет по стране. Ведь пока он молод, ему довольно просто управляться с протезом. Но люди не молодеют, и очень скоро он станет глубоко зависимым от чужой помощи инвалидом. Будь она проклята, эта война! А ведь наши олигархи теперь жить без нее не могут. Одному Богу известно, когда наконец она завершится, и каким образом.
Поскольку я остался без завтрака, то на обратном пути я позволил себе откушать в узбекском павильоне плов и деревенский картофель в компании с каким-то экзотическим смесовым блюдом, которое мне не понравилось. Червячка я заморил, но все равно зашел в «Пятерочку» и купил молока, творога и пару маленьких булочек с малиной – на завтрак. Уже на кухне у Василия я затеял подробную дегустацию красного вина «Адгур», которое мне очень понравилось. Остаток мы допили вместе с Артуром, который назавтра собирался ехать на экскурсию в Роза Хутор и на Красную Поляну, где я ему посоветовал добраться до верховьев Мзымты и набрать побольше отличной минеральной воды.
Максим же после подобной поездки разболелся и теперь страдал животом и температурил (до 38 градусов), а Снежана была вынуждена обратиться к местному дантисту с острой болью и лишилась зуба мудрости. Вот к чему приводит необоснованная спешка и желание побывать сразу везде и всюду. Мне пришлось выдать Максу ударную дозу фурозолидона от живота и дополнительный блистер для повторного приема. Кроме того, оставалась неопределенность с наличием на бензоколонке топлива: они могли вообще зависнуть на трассе или в Лазаревском. Но больше я их не видел у Василия. Надеюсь, что все сложилось благополучно, и они спокойно добрались до Москвы.
Похоже, что лишь у меня было все в порядке. Заодно я договорился с Василием о покупке у него бамбуковой бутылки с чачей, а он позже показал мне растущее рядом с забором конфетное дерево, плоды которого сильно напоминали недозрелую бузину.
Завалившись спать и читая книгу С.Н.Артехи, я глянул на окошко, где на короткое время из-за облаков выбрался Марс, а потом вновь исчез. А я вскоре уснул.
15.08.2026 (суббота)
Ночью уехали Максим и Снежана. Их не остановили высокая температура и острый дефицит топлива на заправках. Я же искренне надеюсь, что мое лечение также повлияло положительно. С утра Артур с Валей и детьми тоже собирались свалить на Красную Поляну и Роза Хутор. Лишь я никуда не торопился. Давеча в «К&Б» мужчина, стоявший сразу за мной, заметил, что я – самый спокойный и уравновешенный покупатель.
Я спустился на кухню и употребил завтрак, заготовленный в пятницу и отмененный из-за отсутствия газа. Я сказал Василию, что даже купил себе маленькую плиту на случай повторного отключения газа, чем его встревожил. Он позже сообщил мне, что в случае отсутствия газа подключит баллон, лишь бы я не использовал маленькую плиту в комнате.
Зато я с удовольствием употребил гречку, которую давно не заваривал. А еще я наконец-то продегустировал грузинский напиток «Натахтари» на основе минеральной воды «Боржоми», который постоянно везде рекламируют, но нигде не продают. Я купил его возле узбекской харчевни с пловом. Напиток с соком винограда «Саперави» мне понравился, но все равно туда набухали слишком много сахара.
В поселок я спустился довольно поздно, созвонившись с Жорой и договорившись встретиться в промежуток времени с четырех до пяти. В «Пятерочке» мне, наконец, довелось купить холодную бутылку карачаевско-черкесской воды «Сосьете минерале», которую я обычно пью в бане. И наконец, мне в столовой «Ложка» удалось вернуться к своей любимой окрошке на кефире после некоторого перерыва.
А еще в центре поселка, в «Магните», который располагался на втором этаже, мною был обнаружен замечательный нижегородский квас «Русский колос», который я прихватил с собой на пляж и теперь потихоньку отхлебывал между сеансами купания и по пути к Жориным владениям. Тот был дома и, по обыкновению, возился с деревом. Это означало, что его почти отпустило. Еще бы, после нашей последней встречи у него начались проблемы с водяным котлом, которые были удачно устранены Шотой.
Жора не преминул заметить, что из-за меня ему пришлось отменить встречу с важным для него человеком. Но я думаю, что он таким образом пытается надуть щеки.
Делая попутно какую-то деревянную поделку, он неосторожным движением сильно погнул шток, на котором крепилась режущая фреза, но не стал срывать на моей персоне свои эмоции, как бывало порою. Я его тоже никак не провоцировал. Из этого я сделал вывод, что его внутреннее психологическое состояние почти стабилизировалось.
В итоге мы вместе благополучно дождались всегда уравновешенного Володи Астафьева, с которым вместе отправились на море и довольно долго купались, почти до самого заката солнца. Тот был весьма живописен. Жора вполне улучшил свое настроение после съемки закатного солнца. Рядом какой-то местный фотограф снимал заказную пару, которая довольно посредственно изображала пылкую любовь и процесс предложения руки и сердца на фоне закатного солнца. Жора даже пошутил, чего в этом сезоне еще ни разу не делал. Когда я спросил его, куда подевались все бакланы, которых раньше на море было очень много, он ответил, что все бакланы на Балканах. А когда мы проходили мимо ларька с «Афипским» пивом и я спросил, что означает Афипское, Жора ответил, что это – Афинское пиво, а они лишь поменяли одну букву, решив заморочить покупателей.
Расстались мы снова возле аптеки на улице Лазарева, куда я решил зайти, запомнив, наконец-то, название средства от кашля, рекомендованного мне в поезде белорусами: «Амоксиклав». Оно было в продаже, и провизор сразу же мне его отыскала, предупредив, что сочетание таких антибиотиков с алкоголем нежелательно. Я парировал, что буду его принимать уже в Москве, когда вернусь и перейду к более нездоровой и трезвой жизни.
На этот вечер у меня было намечено красное вино «Коллекция винодела», которое известно мне уже больше года. А назавтра у меня намечено внеурочное посещение бани, так как 16-го августа объявлен последний день подачи пара. Ранее я планировал посетить ее во вторник. Но пришлось переиграть на воскресенье. Значит, посещение церкви откладывается. Человек лишь предполагает. А теперь – пора спать.
16.08.2026 (воскресенье)
Ночью снова около полуночи в окошке являлся Марс, но длилось это совсем недолго. Основную часть ночи небо затягивали тучи. Затем оно освобождалось от облачности, чтобы спустя какое-то время вновь затянуться. С завтраком я не торопился, вновь и вновь напоминая себе, что никуда торопиться не следует: я на отдыхе.
Утром я в окошке заметил огромного орла, который медленно кружил над противоположным склоном распадка, по которому пролегала улица Циолковского. Орел все кружил и кружил, поднимаясь вверх под действием воздушных потоков, которые он чутко улавливал и максимально экономно использовал. Кончилось это тем, что просто перестал различать его в небе. Поэтому я решил не затягивать, а идти на кухню и просто завтракать. За завтраком я повстречался с Василием и спросил, каково оно, это конфетное дерево. Тот же просто подвел меня к забору и показал мне его. Действительно, оно здорово напомнило мне бузину, только плоды были гораздо крупнее.
Конфетное дерево росло рядом с бамбуком. Позднее, уже в Москве, я залез в поисковик и нашел в Википедии это самое конфетное дерево. Действительно, это его неофициальное название. А вообще оно называется говения сладкая. Его родина – Китай, Япония и Гималаи. Как оно выросло в Лазаревском – для меня загадка.
А я засобирался в баню, по пути заглянув в азербайджанский магазин «Люкс Ярмарка» и попробовав отыскать альтернативу купленной на прошлой неделе обуви. Мне казалось, что новые сандалии как-то плохо на мне сидят и травмируют ногу. Но ничего путного мне найти не удалось. Из-за этого в баню я попал лишь около половины третьего.
Когда я двигался по улице Победы, меня неожиданно кто-то окликнул. Оказалось, что это был мой давешний сосед по очереди в «К&Б», обративший внимание на мое олимпийское спокойствие. Мы разговорились, и он оказался большим приверженцем русской бани, несмотря на свои хитрые карие татарские глаза. Мы с ним познакомились: его звали Константином, прописан он был в Москве, а жить предпочитал в Лазаревском. Потом мы расстались, он двинулся по своим делам, а я продолжил путь в баню.
На сей раз народу тут было гораздо больше, чем в прошлый вторник. Но я ни с кем не общался, лишь парился, забирался в душ, отдыхал в гораздо более свежей и студеной воде холодного бассейна, а также отдыхал и пил минеральную воду «Сосьете минерале», которую обычно беру с собой в баню в Москве. Я запасся ею загодя, еще с вечера, и был в этом глубоко прав. Париться я закончил около пяти или половины шестого и, выйдя из бани, с наслаждением снова освежил себя поллитровым стаканом холодного кваса.
Далее я никуда не торопился и вернулся по улице Победы, купив по пути в угловом магазине по бутылке молока и айрана кабардино-балкарского производства, от фирмы «Чабан». На углу улицы Циолковского я посетил столовую «Ложка», где меня после бани разобрало не только на тарелку окрошки, но и на порцию мяса «по-французски».
Поднявшись на место постоя, я развесил на балконе сушиться мокрые вещи и отправился пить немецкое пиво. Благо, оно уже давно ждало меня на дверной полке холодильника. Пил я его долго и обстоятельно, с обилием разнообразных закусок. В конце концов, я своим видом, похоже, раззадорил нового квартиранта, Александра из Калининграда. Мы с ним всерьез и надолго разговорились, при этом он пил бутылочное «Жигулевское» и несколько раз предлагал налить мне. Но я отказался, поскольку все хорошо в меру, а свою меру я уже набрал. Наконец, мы с ним наговорились вдоволь и расстались. Я же еще долго сидел на кухне, пытаясь дождаться Артура с компанией.
Однако я его так и не дождался. А ведь завтра у них был запланирован отъезд. Поняв, что я его так и не дождусь, я отправился спать, почитав перед сном «Критику основ теории относительности» С.Н.Артехи. Я с удовольствием обнаружил, что в этой книге полностью отсутствуют внутренние противоречия, чего я никогда не мог утверждать о теории относительности. Но надо будет прежде дочитать книгу до конца.
17.08.2026 (понедельник)
День получился чрезвычайно насыщенный, поскольку я задался целью закупиться в этот день гостинцами: чаем, сластями и вкусностями, а заодно выяснить, насколько реально получение дармового серебряного украшения от ювелирной фирмы «Соколов», неожиданно обещанного мне в чеке из магазина «Магнит». Видимо, я накупил всякого-разного на довольно крупную сумму, что было таким образом простимулировано.
Утро началось с высокой и густой облачности, пришедшей на смену ясному небу и полуночному Марсу в окошке. Закончилось все это шумной грозой и бурным, но кратковременным ливнем около полудня. Я решил никуда не торопиться и поставил телефон на зарядку. Тот заряжался крайне вяло и долго, после чего издал короткий тонкий писк около 3-х часов дня, что означало полную зарядку аппарата. Я быстро собрался в крайне минималистичной манере, но прихватил плавки, тапки и несколько невесомых, но крепких пакетов из «ФиксПрайса» под сладости и чай. Первоначально я двинулся в сторону Свирки, но ничего стоящего не обнаружил, за исключением странной малой посудины со сладкой зеленой жидкостью в 0,33 л из «К&Б».
Так я добрел до электромагазина моей старой знакомой Маши Фарносовой, где передал ей привет через продавщицу и купил яркий светодиодный фонарик с регулировкой луча и разветвитель для телевизионной антенны. Выходит так, что уже который раз я не застаю Машу лично, а передаю ей привет через худенькую продавщицу в очках. Однако почти всегда я покупаю в этом магазине что-нибудь полезное. Лишь после этого я вернулся в подвальный «Магнит» в «Бирюзе», где разжился «Азерчаем» большой емкости и четырьмя малыми пакетами черного байхового Краснодарского чая (для подарков). Далее я без особого успеха посетил местный «Соколов», где у меня ничего не вышло, поскольку в этот раз я вышел в поселок без сотового телефона.
Оставалось идти на пляж и купаться. Это я и сделал, перейдя улицу Лазарева на ближайшем светофоре и пройдя подземным переходом на пляж под железной дорогой. Переодевшись в кабинке на пляже «Морская звезда», я двинулся вдоль береговой линии, то и дело, залезая в воду в разных местах. Купался я в общей сложности целых 4 раза, но задержался лишь у судоверфи. Несмотря на не слишком удобное для захода в воду дно, мне почему-то нравится это место. Хотя несколько лет назад меня привлекал Свирский пляж, но до тех пор, пока речка Свирка (Свирский ручей) не вынесла наружу массу зловонных отходов со свалки. Это меня и отвратило. А начинал я с «Поляны пикников».
Но в этот день я получил истинное наслаждение от моря. Это означало, что лишь сейчас я вполне адаптировался к местному климату и привык к жаре. Теперь мне ничего не мешало получать удовольствие от отдыха на море. Все омрачала вода, которая заливала мне уши. Однако это не помешало мне завершить начатое. Накупавшись и переодевшись, я докупил еще немного чаю и приступил к закупкам сладостей. Если чай я купил в лавке, стоящей на ближайшем перпендикуляре к линии прибоя, то сладости я начал покупать на улице Лазарева, а закончил – в лавке старого армянина на улице Победы.
Поскольку я еще не обедал, то зашел в «Ложку», где окрошки на кефире для меня уже не оказалось. Наудачу я забрел в кафе «Ширак» на улице Циолковского, чуть повыше. Неожиданно меня там накормили окрошкой на квасе (!), хотя и не слишком удачной.
По пути наверх я почти не взмок. Это означало, что мой организм почти полностью адаптировался к жизни в предгорье и на побережье. Однако чрезвычайно возросшее количество покупок, предназначенных к отправке в Москву почтой, меня сильно изумило. Набрались полные 3 сумки. Завтра все будет ясно, смогу ли я их допереть без потерь до почты. А на ужин я с удовольствием выпил красную «Коллекцию винодела» и уже почти собрался отправиться в объятия Морфея. Но прежде мне следовало допить чай, сполоснуться в душе и постирать голубую рубашку – на ближайшие дни.
Подозреваю, что по нынешней погоде рубашка за ночь не просохнет. А это значит, что завтра я буду перемещаться по Лазоревскому в светло-серой рубашке. Кстати, я все-таки дозвонился до Шоты и твердо удостоверился, что вина он не употребляет, а пьет только (!) водку. Это означало, что мы с ним в этом сезоне вряд ли встретимся, поскольку встреча обычно подразумевает потребление участниками сходных напитков. Меня такой исход не устраивал, поэтому я допустил, что мне все-таки стоит принести Шоте пузырек и отметить его старания в отношении моей техники. Мало ли что еще может случиться в нашей непредсказуемой жизни.
А пока – мыться, стираться, читать и спать!
18.08.2026 (вторник)
День сложился как нельзя лучше. Всюду мне сопутствовали успех и удовольствие. Во-первых, всю ночь по небу блуждали облака и тучи, порождая заряды молний и грома, а под утро пролился дождь, на который никто не обратил внимания.
Пробудился я рано, еще часов в 6 утра. Но до 10-ти ничем связным не занимался, перебирая и фильтруя вещи для отправки. Вышло так, что в этой знаменательной поездке мне чрезвычайно везло на различные находки. Это во-вторых.
До этого я упомянул лишь маленькую черепашку. На самом деле, первой моей находкой стал вполне рабочий секатор, который лежал на обочине и покрылся слоем ржавчины. Для того, чтобы от нее избавиться, я купил в «ФиксПрайсе» преобразователь с цинком, который в течение нескольких дней наносил вечером тонким слоем на инструмент, пытаясь ликвидировать слой. Это мне в какой-то степени удалось, но потом отчего-то процесс преобразования ржавчины обратился вспять. Кончилось тем, что я бросил возню с химией, решив отправить секатор в Москву вместе с остальными вещами.
Но этого, видимо, было мало. Однажды утром, спускаясь в сторону моря, я нашел в траве рядом с дорогой совершенно новый утюг «Панасоник», который убрал в сумку и проверил по возвращении в комнату вечером. Он был абсолютно рабочий. Похоже, кто-то дрался утюгами. Я решил его тоже отправить домой почтой вместе с другими вещами.
В начале одиннадцатого я побрился и спустился на кухню позавтракать, и лишь по возвращении растер ногу нафталановой мазью. Дело в том, что я ежедневно лечил левое колено, тщательно растирая его азербайджанской мазью, которую мне посоветовал еще до поездки Коля Хорьков из Краснодара. Он этой мазью вылечил больное колено, которое стало его подводить в горах. А мое колено пострадало еще в Москве, когда я растянулся на собянинском полированном граните зимой, несколько лет назад. Поскольку на юге я ходил в шортах, то ничто не препятствовало обработке колена пахучей мазью.
Лишь закончив все приготовления, я отправился вниз, гнетомый ношей из 4-х сумок, содержимое 3-х из которых подлежало отправке в Москву. По дороге мне постоянно попадались совершенно зрелые ягоды кизила, кусты которого довольно густо росли вдоль дороги. До этого я их собирал, мыл в столовой и съедал после окрошки в качестве десерта. Однако в поселке кизил нигде не продавали, даже в виде варенья. Но две маленькие баночки варенья я в Лазаревском все-таки купил: из молодого грецкого ореха и из плодов фейхоа. Их я тоже нес в сумках на почту, чтобы отправить в Москву.
Когда я спустился до перекрестка Циолковского-Победы, то справа от него, перед пешеходным переходом, уже стоял автобус: мне здорово повезло. Буквально спустя несколько минут я высадился возле кинотеатра «Восход». До почты оставалось пройти самую малость, всего несколько десятков метров. Внутри почтового отделения царила непривычная пустота, которой я удачно воспользовался, купив большую коробку и занявшись загрузкой в нее предметов, подлежащих отправке. В коробку я сумел втиснуть максимальное количество вещей, начав с самых твердых и несминаемых, а закончив пакетами с чаем. Но поместилось не все. Пришлось купить еще одну маленькую коробку, в которую мне удалось уложить остатки сладких покупок и еще какую-то мелочевку.
В итоге большая посылка потянула на 13.7 кг, а малая – примерно на 2 кг. Все это я оплатил наличными, поставив почтовикам условие: чтобы обе посылки пришли на мою почту одновременно. После оплаты у меня образовалась сдача в виде некой пачки сотен и «полтинников», а также – незначительное количество металлической «мелочи».
Благополучно отправив посылку в Москву, я побрел в сторону ТЦ «Бирюза», а по пути заглянул в «Люкс Ярмарку» к азербайджанцам, где не удержался и купил пару отличных синих кроссовок «Адидас» модели «Спезиал». Оказалось, что их теперь производят во Вьетнаме. А мне хорошо известно, что вьетнамское качество – выше всех похвал. Единственное, что тут отличалось от родного, немецкого производства, так это размер. Я купил после примерки кроссовки 43-го размера, хотя обычно ношу 42-й. Но все это – мелочь. Надеюсь, что они мне еще прекрасно послужат. Сунув коробку в пакет с плавками и тапками для пляжа, я отправился в ювелирный салон «Соколов» и без проблем получил серебряную подвеску с фианитом, которую спрятал в левый карман шорт.
Потом я двинулся по известному маршруту вдоль моря, время от времени купаясь на новом месте. Места я менял 3 раза, пока, наконец, не остановился возле армянского кафе «МММ», где снова заказал молочный коктейль, а потом, по уже сложившейся традиции, запил его бокалом холодного чешского пива. На море было очень тихо, нигде не шумели ни двигатели, ни катера. И вдруг вокруг зашелестели: - Дельфины! Дельфины!
Я посмотрел на море и сначала никого не увидел. А потом ко мне подбежала молодая армянка в зеленом платье и произнесла: - Смотрите! Они прямо возле берега!
Я присмотрелся и сперва не поверил своим глазам: буквально метрах в 15-20-ти от берега из воды высовывались хвостовые плавники дельфинов и снова ныряли в волны.
Так близко видеть этих животных мне никогда не доводилось. Похоже, что им стало очень любопытно узнать, чем же все-таки занимаются на берегу эти странные люди, и они подплыли почти вплотную к берегу. Но люди все испортили: начали кричать и передавать друг другу весть о дельфинах. И те очень скоро уплыли, от греха подальше.
Лишь после этого я переместился к самому причалу, где по традиции наблюдал за швартовкой и перемещением яхты «Аксиния» и «пиратского» барка «Джон Сильвер». Уже где-то около 6-ти часов вечера, устав от солнца и ветра, я принял душ и переоделся в шорты. Не доходя до улицы Лазарева, я завершил свое облачение и надел сандалии. В «Пятерочке» прикупил кое-какой еды, а на улице Победы наконец обрел пару бутылочек сока фейхоа: их снова доставили в лавочку женщины-абхазки.
В одной из «сладких» лавочек я купил немного щербета из граната, которого не хватало во вчерашнем наборе, посланном в Москву. А в столовой «Ложка» я, наконец, поел нормальной человеческой окрошки, по которой уже успел истосковаться.
Лишь после этого я начал процесс подъема в гору, где повстречался с соседом Александром из Калининграда. Вечер я завершил бутылочкой белого сухого вина «Акцы» кабардино-балкарского производства, сделанного в основном из винограда марки Шардоне. Потом мы немного поболтали с Надеждой, женой Василия, и с самим Василием. А сейчас я уже закончил все разговоры, и теперь собираюсь баиньки, приняв предварительно перед сном душ и все-таки постирав рубашку, процесс стирки которой из-за вчерашней усталости перенес на сегодняшний вечер.
Итак, закругляюсь, ибо грядет новый день, который несет новые события.
19.08.2026 (среда)
Наступил день Преображения Господня, или Яблочный Спас.
Я все еще продолжал пребывать под впечатлением вчерашнего явления дельфинов. Обычно на пляже довольно шумно, шумят моторы, а вдоль моря перемещаются продавцы жареной кукурузы и выкрикивают завлекательные лозунги, наподобие следующих:
- Моя кукуруза как самолет –
Сама собою летит прямо в рот.
- Кукуруза под пивас –
Самый клевый расколбас!
- Кукуруза сочная,
Свежая, молочная!
- Ребята, убирайте колбасу –
Я кукурузу вам несу!
И так далее, и тому подобное. И все такое прочее.
Теперь продавцы ходят во всем белом: шорты, футболки с коротким рукавом, панамы, бейсболки, в руках – пара белых пластиковых контейнеров вместо ведер.
А тут вдруг все стихло – и появились дельфины, прямо возле берега…
Поскольку сегодня праздник – Яблочный Спас или Преображение Господне, у меня получился крайне удачный день. Во-первых, я не торопился. Однако до Шоты не смог дозвониться, поскольку все-таки решил поставить ему пузырек. Во-вторых, пообедал в «Ложке», расширив свое меню с обычной окрошки на кефире до салата «Мимоза» и мяса «по-французски» с гречневой кашей.
А до этого я прикупил в «К&Б» бутылек воды «Алоэ Вера», после чего отправился в «ФиксПрайс». Там я совершенно неожиданно обнаружил беспроводную клавиатуру, с помощью которой смогу превратить свой планшет «Хуавей» в полноценный компьютер. Еще я купил там же ножницы для металла и компактный набор велосипедных ключей. Дело в том, что я уже четвертый год никак не начну использовать купленный тогда же велосипед, поскольку обычно ездил на старом «велике» вместе с кем-то за компанию.
На этом же этаже я обнаружил фирменный обувной магазин «Кари», посетив который, обнаружил и приобрел там новые сандалии из натуральной кожи, отличающиеся от купленных в «Люкс Ярмарке» замечательной конструкцией и надежными материалами. Впредь они должны послужить мне достойной заменой старых испорченных сандалий. Обновки я решил не относить на почту, а провезти в качестве ручной клади вместе с кроссовками и банными вениками, которые твердо решил использовать в Москве.
Далее я перебрался на пляж, где в течение нескольких часов купался, сидел на солнце и довольно вяло перемещался вдоль берега, оказавшись, в конце концов, возле судоверфи. Там я проторчал почти до семи часов вечера, пока странная морская зыбь и прохладный ветер с моря не заставили меня покинуть берег.
Переодевшись, я с досадой обнаружил в правом кармане шортов открытую молнию и полное отсутствие денег. Но, слегка остыв, я поискал пропажу в карманах рубашки и убедился, что успел переложить бумажную наличность в ее правый карман. Итак, в левом кармане рубашки у меня лежат карты, а в правом – наличные деньги.
И тут мимо меня попытались пробраться на пляж два субчика – Жора и Володя. Я их окликнул, и они застыли на месте. Пришлось проводить их до обычного места купания. Но я купаться больше не хотел, и мы расстались. А я похвастался новыми сандалиями.
Жора был настроен гораздо более миролюбиво, чем в начале моего отдыха. Все его печали рассосались. Теперь его не беспокоили неполадки со светом, с газовым котлом, с подачей газа, и он смог немного расслабиться. Я поздравил мужиков с праздником Яблочного Спаса и двинулся в сторону места моего временного обитания.
Но прежде я кое-что купил в «Пятерочке», а уже потом без остановок двинулся по улице Победы. Лишь на известном перекрестке Победы-Циолковского я заглянул в «К&Б» и купил давно вожделенную бутылочку красного вина «Четук». Теперь я был почти полностью укомплектован. Назавтра я все-таки постараюсь встретиться с Шотой и поставить ему на прощание бутылочку водки, а вечером, очень надеюсь, меня ожидает финальный «волшебный» шашлык от Радика.
За ужином я с наслаждением «уговорил» бутылочку красных «Вин Тамани», попутно записывая в блокнот путевые заметки и впечатления. После этого я выдал новому соседу массу полезной информации, заодно угостив его соком фейхоа. А потом поделился секретом своего коктейля из минеральной воды и сока фейхоа. Однако я сильно сомневаюсь, что он сумел всю эту информацию переварить и впитать без потерь.
Вот так закончился праздничный день Преображения Господня, который я так и не смог отметить в храме. Очень надеюсь, что Господь будет ко мне и впредь милостив и простит все грехи, а со мной ничего скверного в ближайшее время не приключится.
Однако я так и не успел связно закончить свое повествование, поскольку около полуночи на кухне, воспользовавшись тем, что старая собака Дора уже давно дрыхла в доме без задних ног, меня посетила ласковая, белая с серыми подпалинами кошка. Она приблизилась и, поняв, что я не представляю для нее угрозы, позволила себя ласкать и тискать, переворачиваясь на спинку и подставляя лакомые для ласки места. Она очень напомнила мне этим покойную Машку, которая жила в НИИЯФе на циклотроне и особо мне доверяла, позволяя носить, подобно воротнику, на шее, и никогда за всю свою короткую жизнь не выпустила против меня когти.
Но эту ласковую кошку какой-то гад-«шутник» попытался покрасить зеленой и красной краской. Однако же эта кошка в поисках пропитания или лакомства пришла ко мне и позволила ее погладить и поласкать. Похоже, что это был апофеоз моего пребывания на море. Как я успел убедиться, общение с людьми, как правило, неглубоко и весьма поверхностно. А вот животные обитают в естественной среде и развиваются по естественным законам, не ведая о деньгах и всяких биржевых курсах. Они ориентированы на реальные отношения и совершенно не умеют лгать, в отличие от людей.
Засыпая, я чувствовал себя действительно счастливым человеком.
20.08.2026 (четверг)
Утром я снова наблюдал за большим орлом, который опять, после предутреннего дождя, витал над Лазаревским, высматривая добычу на земле. Он поднимался все выше и выше, и наконец, исчез за хребтом и зеленью. А может быть, он поднялся так высоко в небо, что я просто перестал его различать. Однако меня вдруг стала беспокоить поясница.
Я растер ногу нафталановой мазью и стал готовиться к завтраку, время от времени набирая телефон Шоты. Но тот не отзывался. Только закончив утренний моцион с завтраком и лечением, я дозвонился. Вернее, позвонил Шота. Мы договорились, что он меня дождется. Я спустился с горки, зашел в «К&Б» и выбрал водку «Русский Стандарт».
Перейдя на противоположную сторону, я сел на пустующую скамью на остановке автобуса. Ждал я недолго. Автобус довез меня до остановки «Стоматология», за один перегон до улицы Павлова, где я вылез и зашел в «Магнит» напротив. Но ничего путного на закуску не обнаружил и отправился к ЦНК почти налегке.
Шота открыл мне железную решетку, и я спустился в его обширную комнату, где сидел мужик-альбинос. Мы познакомились: его звали Димой. Скоро в комнату спустился Шота, и я обнародовал свой «Русский Стандарт». Шота подивился, сказав, что я мог бы купить что-нибудь поскромнее. Я парировал, сказав, что «Стандарт» всегда надежнее: тем более, что я профан в этом виде состязаний. Заодно я предупредил Шоту, что приму только одну рюмку, поскольку отвык от крепких напитков и не хочу снова привыкать.
Тот не стал спорить, а просто откупорил бутылку и разлил по стопкам. Мы не торопились, и я растянул стопку на три приема. Зато в комнате обнаружилось две бутылки минералки. «Эдельвейс» я уже пробовал, а вот «Галерею вод» в этом сезоне не встречал, хотя раньше она продавалась почти всюду. Мужики не торопились, пару раз выходя на волю покурить. Шота рассказал, что назавтра утром назначена подготовка ко Дню Государственного Флага. Теперь у нас существует такой государственный праздник. Если в Москве его никто не признает, то в Лазаревском его отмечают с помпой и публично.
Несколько лет назад я и не слышал о таком дне, но после общения с Жорой у меня открылись глаза. Он каждый год снимал процедуру поднятия Государственного Флага в поселке Лазаревском и отсылал материал начальству в Сочи. Завтра все должно быть подготовлено к празднику, поэтому на Шоте лежала задача выноса и проверки реквизита.
Между прочим, Шота рассказал, что будущий создатель торговой сети «Магнит» был его соседом и учился с ним в одной школе. Кроме того, он поведал мне эпопею о ремонте водогрейного котла Жоры. Я понял, что в Лазаревском все знают друг друга, как в обычной русской деревне. И мне очень нравится тут бывать, поскольку народ здесь тактичный, культурный и интеллигентный, даже несмотря на обилие приезжих летом.
После завершения мероприятия надо будет снова все разобрать и разложить реквизит по сусекам до следующего года, до очередного Дня Государственного Флага. А будет этот самый день, как обычно, 22-го августа.
Выпивка и разговоры продолжались до четырех с «хвостиком» часов дня, пока бутылка «Русского Стандарта» не была окончательно прикончена. Мы покинули подвальное помещение и расстались, поскольку мужиков развез по домам один из их сослуживцев: я видел, как он ремонтировал разбитую плитку на лестнице бокового фасада здания ЦНК. Я отправился на пляж, испив по пути большой пластиковый стакан квасу.
На море царила серьезная зыбь, грозящая перейти в настоящую болтанку. Я выкупался без особого удовольствия, повалялся ничком на прибрежной гальке и, нагревшись на солнце, повторно забрался в море. Однако купался я недолго, поскольку солнце уже спустилось достаточно низко. А у меня на вечер четверга было намечено посещение Радика и лакомство «волшебным» шашлыком. Я собрался и начал перемещение вдоль пляжей до самой «Морской звезды», где переоделся в шорты, надел рубашку, пересек улицу Лазарева и начал путь по ее правой стороне в сторону Свирки.
По пути я купил в какой-то лавочке прозрачного желтого пластикового геккона, которого, скорее всего, кому-нибудь подарю по возвращении домой. Радик и Ирина были на месте и пребывали в благодушном настроении. Я пожаловался на обилие прошлой порции и на сей раз попросил убавить, поскольку у меня сильно уменьшился желудок. Ирина положила мне раза в два меньше мяса. А я попросил у нее холодной воды «Мохито» из холодильника для запития шашлыка. Вода оказалась неожиданно вкусной.
Ко мне подсела приятельница Ирины Людмила, которая принесла какую-то бумагу и предложила мне обменяться координатами. Я записал ей свой телефонный номер и адрес электронной почты. Она сказала, что очень хотела бы получить экземпляр моей книги «Московские бани» с авторской надписью. В Лазаревском она пробудет еще до 28-го сентября. А до этой даты она будет помогать Радику с Ириной в приготовлении шашлыка, а также будет готовить свои фирменные пирожки, манты, жареные грибы и прочие разносолы. Она особо подчеркнула, что живет в собственном доме, поскольку ее муж скончался: она вдова. Я спрятал ее адрес и номер телефона в карман, доел шашлык и попрощался с Радиком и Ириной, сообщив, что под утро на 24-е августа я уезжаю.
Я решил не брать с Людмилы денег за книгу и пересылку. Покончив с шашлыком и простившись, я двинулся в обратный путь по правой стороне улицы Победы. В «Пятерочке» напротив столовой «Ложка» я купил мороженое на палочке и с радостью его схомячил. Это значило, что шашлыка я не переел. А понимаясь по улице Циолковского, я почти не вспотел. Мало того, боль в пояснице, беспокоившая меня с утра, полностью исчезла. Стало быть, я хорошо прогрелся на солнце, лежа на животе после купания. И вообще, у меня сложилось ощущение, что я провел три недели весьма продуктивно.
Поднявшись до места постоя, я отужинал, откупорив бутылочку красного вина «Адгур», а потом ко мне снова пришла ласковая бело-серая кошка. Я угостил ее сыром, который она с удовольствием съела. Однако ее визит оказался не столь длительным, как вчера. Я отвлекся, сходил за какой-то надобностью наверх, а когда вернулся, ее не было.
Потом я рассказывал сыну Василия Егору разные неизвестные ему вещи, пока его не забрала ради какой-то заботы мать. Но он так и не вернулся, а мой монолог остался незавершенным. Это было довольно неприятно. Ведь я старался не быть навязчивым.
Завершаю четверговые записи и отправляюсь спать. А там – как Бог пошлет.
21.08.2026 (пятница)
Сегодня я пробудился около шести часов утра, но вставать не стал, а продолжил лежать и обдумывать, как провести оставшиеся до завершения отдыха дни и часы, а также вспоминал, чего я еще не успел сделать и что упустил.
Я понял, что хотел бы взять с собой в Москву «Итальянскую» сырокопченую колбасу из Дубков, а также очень хотел бы где-нибудь отыскать Ровеньковский сыр, который мне однажды попался в «Магните», а потом бесследно исчез отовсюду. Размышляя таким образом, я забрел в соседнюю комнату, где мне неожиданно взбрендило включить телевизор, который я очень долго не смотрел в принципе.
Так я попал на канал «Культура», где показывали одну из последних серий цикла «Следствие ведут Знатоки» под названием «Полуденный вор», если не ошибаюсь. Я вспомнил, что когда вышла эта серия, жена моего одногруппника Сереги Шестерманова работала в телецентре Останкино. Серега тогда цитировал некоторые реплики этой серии, типа «Мочить его надо! Мочить!». В финале бандиты пытались убить вора Царапова.
Я с удовольствием досмотрел серию, наслаждаясь высоким качеством материала, хотя это был вроде бы «проходной» телесериал. Но чувствовалась фундаментальность, привычка делать свою работу качественно, без халтуры, не лишь бы «отбить бабки». Качество исполнения сериала разительно отличалось в лучшую сторону от современных попыток копировать продукцию «Голливуда», рассчитанную для потребления в странах «третьего мира», к которым теперь стала относиться и Россия. Сюжет современных фильмов, соответственно, сводится к примитивному мордобою, перестрелкам, обилию эротических сцен и максимально проповедует жестокое насилие. Это весьма прискорбно.
На кухне мне встретился смутно знакомый постоялец, в котором я опознал одного из давешних отдыхающих в том году, когда я скорешился с Николаем Суходольским и его женой Татьяной из Переславля-Залесского. Но имя его начисто выпало из моей памяти. Ранее я столкнулся на кухне с его женой и дочерью, которая прыгала на одной ноге. Другая была залита гипсом, а подмышкой она держала пару костылей. Мы поздоровались.
Одевшись, я спустился до столовой «Ложка», где с удовольствием употребил свою традиционную окрошку. А потом спустился в подвальный «Магнит» в «Бирюзе», где купил бутылку минералки «Горячий ключ». После этого проследовал на пляж. Несмотря на совсем мелкую зыбь, купаться не хотелось. Однако я произвел некоторое насилие над собственной личностью и заставил себя выкупаться целых три или четыре раза.
Однако я в основном грел спину, валяясь на животе и оберегаясь от дальнейших прострелов в поясницу. А когда понял, что время подходит к 6-ти часам вечера, то набрал номер Жоры. Тот ответил мне совсем больным голосом и сообщил, что заболел и лежит с высокой температурой. Ни о каком купании не было и речи. Я не стал называть его грязным развратником и упрекать в том, что летом сама мысль о каком-нибудь недуге греховна. А это было бы вполне справедливо. Напротив, я пожелал ему скорейшего выздоровления и поздравил с Днем Государственного Флага. Тот ответил, что это будет завтра. А сейчас он пытается отлежаться, чтобы завтра быть во всеоружии. Ведь ему надо будет снимать всю церемонию подъема Государственного Флага в Лазаревском.
Назавтра я все-таки решил его навестить. Ведь мне оставалось совсем мало времени на отдых. Срок моего пребывания на море подходил к концу. Уже завтра наступал мой последний день отдыха в Лазаревском. Не хотелось его чем-нибудь портить.
На обратном пути я опять решил зайти к узбекам и еще раз отведать плова. На сей раз я взял два блюда: плов и картофель по-деревенски. Меня восхитили сами размеры этих миниатюрных, но вполне зрелых корнеплодов: они представляли собой продолговатые эллипсоиды вращения не более 4-х сантиметров в длину, хотя среди них попадались настоящие малютки около полутора сантиметров. Я не представляю, как они их выращивали, но на вкус они были вполне зрелыми. После лакомства я запил все это грузинским напитком «Натахтари» с соком винограда Саперави и остатками минеральной воды, которая оказалась мучительно невкусной, особенно когда нагрелась на жарком южном солнце. Было противно, но я справился.
Этого мне показалось мало: в «Магните» на втором этаже, напротив вокзала, я приобрел 1,5 л бутылку отличного кваса «Русский колос», пачку молотого кофе «Черная карта» и порцию мороженого на палочке. Мороженое я съел, сидя на скамейке автобусной остановки, а все остальное в целости и сохранности донес до места постоя.
Когда я двигался по улице Победы, меня неприятно поразили чрезвычайно откровенные туалеты молодых особ, которые они никогда бы не рискнули надеть где-нибудь в центре Москвы. Одна молодая самка была облачена в сверхминиатюрный лифчик телесного цвета и длинную белую юбку-марлевку, из-за которой создавалось впечатление полного отсутствия на ней каких-либо трусов. На самом деле трусы у нее имелись, если так можно было назвать сверхтонкие черные стринги на ниточках. Круглые выпирающие из-под марли ягодицы были весьма эротичны и выглядели на редкость вызывающе. Ее спутница была одета слегка более сдержанно, но тоже буквально на грани фола. Они словно специально провоцировали мужчин на крайние меры.
К ним сразу прибилась пара местных джигитов, решивших, что это легкая добыча. Чем завершилась коллизия, мне не ведомо. Однако в этом году в местах скопления сувенирной продукции, как я успел заметить, появилась масса откровенно неприличных предметов, за тиражирование и продажу которых еще совсем недавно можно было запросто попасть на скамью подсудимых по статье «Изготовление и распространение порнографии». Причем все это продавалось с логотипом «Сочи».
Поднявшись к Василию, я переоделся в «домашнее» и отужинал на кухне с бутылочкой белого вина «Псий». И тут сюда же с бутылкой «Архангельской» водочки спустился старый знакомый и коллега по прошлому постою у Василия. Мы «обновили» знакомство: его звали Владимир Шарапов. Он предложил присоединиться, но мне пришлось отвергнуть его предложение, поскольку я старался не употреблять крепкие напитки, особенно на отдыхе. Он продолжал попивать водочку, а когда закончил, то предложил усугубить все пивком. А вот от пива я не стал отказываться, тем более, что подобного ни разу не встречал. Оно продавалось в «К&Б» в стеклянных 2-литровых банках, а варилось по какой-то традиционной немецкой технологии.
Пиво действительно было хорошее, вкусное и духовитое. А вот Володя крепко набрался. Еще бы: выпить в одиночку бутылку водки и усугубить ее пивом. Но он хорошо держался. И вообще, он крепкий мужик, который привык за собой следить.
Мы поднялись на верхнюю площадку, где у него в гамаке сидел сын – приятель одного из сыновей Василия. Мы познакомились. А потом разбрелись по койкам: ведь завтра – последний полный день моего пребывания в Лазаревском.
На прощание мы еще хлебнули кваску «Русский колос» – оно здорово отрезвило Володю, так, что он даже не ожидал такого мощного действия. И только тут выяснилось, что уже около 2-х часов ночи. Потом меня посетила ласковая бело-серая кошка, но очень быстро исчезла. А я отправился наверх, чтобы принять душ и приготовиться ко сну.
Спать я залег уже около 3-х часов ночи.
22.08.2026 (суббота)
С утра меня не то что мутило, но все равно было непривычно мутновато. Я отвык от потребления спиртных напитков, поскольку было не с кем, да и не очень-то и хотелось.
Володе, полагаю, было гораздо хуже, поскольку он пил не легкое сухое вино, а водку, и запивал ее вместе со мной пивом. Однако, смирившись с обилием солнца на востоке, я был поднят светилом с постели и первоначально переместился на другой угол кровати. Не тут-то было! Солнце меня все-таки достало и заставило подняться.
Я воскрес для жизни, а сперва, как обычно, растер коленку нафталановой мазью. Судя по внутренним ощущениями, мазь мне здорово помогла. Очень сомневаюсь, что в Москве я смог бы позволить себе разгуливать в шортах и ежедневно растирать колено чудотворной мазью. После этого я умылся и тщательно побрился, помня, что в вагоне поезда не смогу рассчитывать на подобную роскошь. И вообще, должен сознаться, что раньше мне не доводилось с подобным комфортом жить на юге больше полмесяца.
Пора было приступать к завтраку. Мой запас дрип-пакетов «Кофессо» подошел к концу, и я был вынужден заварить пакетик «Капуччино» из старых запасов. Но каша и сушеное мясо еще оставались, поэтому традиционный завтрак я спокойно употребил, доев из холодильника почти все продукты, которые расширяли мой привычный рацион.
Потом я зашел в соседнюю комнату и, включив телевизор, с удовольствием посмотрел какую-то передачу про животных. В это время зазвонил телефон, который я поставил на зарядку в своей комнате, но я его не услышал. Лишь когда кончилась интересная передача, а телефонный аппарат полностью зарядился, я вернулся в свою комнату и узнал, что мне звонил Жора. Я ему перенабрал на мобильник.
Ему стало гораздо лучше. Он благополучно отработал свою официальную повинность и теперь занимался во дворе личными делами. Мы поговорили, и я объявил, что сначала окунусь и попрощаюсь с морем, а потом поднимусь к нему на Партизанскую.
Я спустился с горки, зашел в «Ложку», где слопал порцию традиционной окрошки в сопровождении селедки под шубой и двинулся на пляж. Там я сразу переобулся в тапки и переоделся в плавки. В общей сложности, я сделал на прощание три заплыва, но мне хватило. От посещения пляжа у меня остались довольно сложные впечатления.
Если толстых мужиков мне встретилось не очень много, а большинство старалось держать себя в форме, то этого никак нельзя было сказать о женщинах. Подавляющее большинство было безобразно жирно. Худенькими были только сравнительно молодые особы, но их чрезвычайно уродовали распространившиеся в изобилии наколки. Однако меня порадовало то, что если в Москве татуированными были примерно две трети из встреченных на улице молодых особ, то на Лазоревских пляжах тату было редкостью.
Удручало то, что молодняк подражал своим мамашам. Я был уверен, что очень скоро худенькие девочки превратятся в таких же жирных «свиноматок», как их разожравшиеся донельзя мамы. Я вспомнил давнюю заповедь потенциальных женихов: если хочешь узнать, во что превратится в перспективе твоя невеста, взгляни на будущую тещу.
Жирные мужики тоже встречались, но крайне редко. Обычно все ограничивалось пивным животом, но попадались и откровенно безобразные экземпляры. Все это я объясняю потворством плоти, воздержанием от здорового питания и отсутствием мозгов и силы воли. А возможно, злоупотреблением ядовитого во всех отношениях «фастфуда».
Короче, красивых и сбалансированных женщин встретилось мне крайне мало. Зато в изобилии попадались откровенные дегенераты. Кто-то не мог нормально ходить, а иные даже говорить толком не научились. Зато у них на полную работала половая функция.
Кстати, неподалеку от известного кафе «Два капитана» я несколько раз замечал по вечерам новую крейсерскую яхту по имени «Марко Поло». Но обилия отдыхающих я на ней не наблюдал. Возможно, она и использовалась отдыхающими, но швартовалась совершенно в другом месте. А за этим причалом я не следил.
Итак, от пляжа возле судоверфи я направился наверх, к Жоре, так и не сумев до него дозвониться. Я открыл калитку внутренним ключом, как обычно. Жора стоял неподалеку в одних шортах и занимался любимым делом: обрабатывал деревяшку. Он мастерил из половинки пенька карикатурную лодку, у которой внизу было продольное отверстие, напоминающее торпедный аппарат. Просто раньше там был сучок, который выпал. Мы немного поговорили. Все это время Жора продолжал обрабатывать заготовку.
Я спросил его о самочувствии. Он ответил, что принял волевое решение: подняться и начать что-то делать. Иначе только слабеешь. А сейчас он вполне взбодрился и был в силах работать с деревом. Я попросил передать привет Володе и Косте. Он пообещал.
Когда я покидал Жору, лодка была почти готова. Оставалось лишь сделать имитацию досок внешней обшивки и поставить внутрь сидения и мачту. Я подумал и предположил, что Жора на этом не остановится, а сделает полную отделку: поставит мачту, рангоут и такелаж, превратив уродливую карикатурную посудину в роскошную крейсерскую яхту. Жизнь расставит все по местам. Но мне было не суждено дождаться этих волшебных метаморфоз. Я отбыл на автобусе, чтобы, не теряя времени даром, спокойно отужинать, допить вино и доесть продукты, еще остававшиеся в холодильнике.
Когда я писал эти строки, вино уже было полностью усвоено, а я допивал чай с лимоном, готовясь подняться на второй этаж и начать собирать сумки с рюкзаком. Еще утром я договорился с Василием о доставке меня в 4 часа утра до железнодорожного вокзала. Он обещал поставить будильник и разбудить меня перед погрузкой.
Некоторое время я собирал вещи, рассовав их в свой небольшой рюкзак, с которым обычно езжу на дачу, и пару пакетов. Где-то около 10-ти часов вечера я был полностью упакован. Тут на кухне появился Володя Шарапов, и мы с ним еще раз попрощались, обменявшись координатами. Я обещал прислать ему книгу, а также проверил наличие в моем телефоне координат Николая Суходольского. Далее я лег спать вполглаза, увидев в окошке напоследок планету Марс. Он появился в моем поле зрения около половины двенадцатого. Можно сказать, что этим последний день отдыха, наконец, завершился.
23.08.2026 (воскресенье)
Около половины четвертого я поднялся, посетил туалет, умылся и начал вытаскивать вещи из комнаты. Еще раз все проверив, я вытащил пожитки на улицу, думая, что Василий повезет меня на старом белом «Ниссан-Алмера». Но оказалось, что за время моего отсутствия в Лазаревском он обзавелся новым грузопассажирским аппаратом типа «каблучок», не то «Ситроеном-Берлинго», не то «Фиатом-Дубло». Похоже, что жители Лазаревского, да и вообще всего Черноморского побережья, неплохо зарабатывают на летних отдыхающих. Я вручил Василию за проезд 500 р. В пути мы молчали.
Загрузив багажник моим скудным скарбом, мы поехали в сторону железнодорожного вокзала. Добрались мигом. Припарковавшись возле входа в досмотровую зону, Василий решил помочь мне с высадкой и взялся за один из пакетов, тут же оторвав ему ручку.
Дальше я обходился самостоятельно, засунув «инвалидный» пакет в другой, такой же точно, пакет из «ФиксПрайса». К Василию тут же подбежала пара женщин, начав приставать с просьбой о доставке их в какое-то всем известное место. Василий сначала отказывался, а потом начал торговаться. Женщины предложили ему 400 рублей, что он моментально сходу отверг. Я не стал дожидаться, чем закончится торг, а попрощался и двинулся в сторону входных турникетов. Там мне сразу распотрошили другой пакет, и я судорожно пытался собрать вывалившиеся вещи. Короче, все происходило, как обычно на отечественных вокзалах с введением «интефады» и «террористической опасности».
Отматерив грубых досмотровщиков, я проник в вокзальную зону и вскоре обратился к полицаю в белой рубашке, который выглядел как местный, спросив, где останавливается четвертый вагон. Тот пожал плечами, ткнув пальцем. Подозревая, что нумерация вагонов начинается естественным образом, от головы состава, я двинулся в сторону Туапсе и, заняв довольно удобную позицию, стал дожидаться объявления о прибытии поезда.
В поле моего зрения попал страшно разжиревший мужик, который с видимыми усилиями перемещался на распухших ногах с дряблой кожей и множеством пластырей. Похоже, что у него была предпоследняя стадия диабета. Он страдал сильной одышкой, обливался потом, и от него скверно пахло, хотя он был от меня довольно далеко. Одет он был в темную безразмерную футболку и длинные, ниже колен, черные шорты. На одной ноге виднелась большая мокнущая язва. Мужик еле ходил, а потом тяжело плюхнулся на скамейку рядом с небольшой девочкой, которая ласково к нему прижалась.
Тут объявили мой поезд № 198 «Адлер-Москва», и я стал дожидаться его прибытия и остановки. Наконец поезд остановился. Формально стоянка длилась 8 минут. Место я выбрал удачно, идти до 4-го вагона пришлось совсем немного. Я предъявил проводнице билет и паспорт. Забравшись по лестнице в вагон, я сразу нашел свое купе № 2 и просочился в него, оставив дверь открытой: ведь мне еще требовалось разместить вещи.
Моими соседями были толстая женщина средних лет и мальчик лет 5-6-ти. Оба уже крепко спали, хотя поезд вышел из Адлера около 3-х часов ночи. Я взгромоздил на верхнюю полку рюкзак и один из пакетов, с удовольствием отметив, что верхняя боковая ниша в одноэтажном вагоне сохранилась. Разместив наверху, в багажной нише, один из пакетов и рюкзак, другой, «транспортный» пакет, я оставил возле опоры столика.
Теперь следовало в вагонном полумраке подготовить себе «лежбище». Для этого мне пришлось вскрыть запаянный пакет с постельными принадлежностями. Сам поезд носил название «Таврия» и считался фирменным: на столе виднелись какие-то рекламные буклеты и журналы. Проводница Алина объявила, что в противоположных концах вагона расположены биотуалеты. На самом деле это были обычные вагонные сортиры с дыркой под унитазом, которая открывалась прямо под поезд. Цивилизация кончилась.
Мне понравилось, что стены купе отделаны простой фанерой: это было гораздо приятнее, чем холодный пластик. Я постелил себе место на верхней полке № 8, надел наволочку на подушку, разделся и забрался под простыню. Ночью во время движения состава включался и весьма интенсивно работал кондиционер, поэтому я даже несколько раз просыпался от холода. Правда, во время остановок «кондей» выключали, и духота быстро восстанавливалась. Но остановок было не слишком много, вдобавок они были довольно короткими. Самая длинная остановка пришлась на вторую ночь, в Воронежской области, в Россоши. Она длилась больше часа, но я ее просто проспал.
Утром я не торопился вставать, поскольку соседи тоже спали долго, часов до 12-ти дня. Потом они начали громко бухтеть и стучать. Дальше спать совершенно не хотелось, поскольку соседи приступили к непрерывной еде и вскоре здорово испортили воздух.
Я надел транспортные «треники», слез с верхней полки и поздоровался. Но к моему удивлению, не услышал ни слова в ответ. Решив, что я просто чего-то не дослышал из-за воды в ухе, я взял гигиенические принадлежности и отправился в туалет – приводить себя в порядок. Вернувшись, я достал пакетик сублимированной овсянки и пакетик кофе «Капуччино», решив позавтракать. Я набрал в дорожную кружку и в миску кипятка, дождался готовности и спокойно позавтракал, сидя на постели мальчика.
Но ребенок показался мне довольно странным. Обычно я быстро нахожу общий язык с детьми. Но в этом случае все вышло иначе. Мальчишка не вызвал во мне даже намека на эмпатию и желания с ним общаться. Он постоянно что-то бухтел себе под нос, смотрел что-то в собственном планшете или в смартфоне «бабушки Тани», как он называл свою спутницу, которую я сначала заподозрил в беременности на больших сроках.
Позже я понял, что она просто чрезвычайно жирная и толстая женщина с огромным животом. Видимо, родители мальчика отправили ее опекать свое чадо на юге. Но мальчишка бабку и в грош не ставил, занимаясь только своими делами. Его интересовали одни только игры и мультики. Он даже в окошко ни разу не посмотрел. Пейзаж за окном казался ему скучной рутиной, в которой нет ничего интересного и занимательного.
Зато в мобильнике он совершал странные вещи. Например, во второй половине дня «бабушка Таня» нервно и громко заголосила. Оказалось, что ее внучок Рома «ради смеха» заказал где-то, не то в Краснодаре, не то в Ростове-на-Дону такси к поезду. Теперь бабка боялась, что у нее не хватит денег расплатиться и тут же отобрала у внука мобильник.
Рома тут же надулся и хотел ей отомстить, но отчего-то передумал, а возможно, просто отложил задуманное. При этом он постоянно бубнил, сам собою восхищался и произносил массу иноязычных слов, значения которых знать никак не мог.
Бабушка и внук постоянно что-то жевали. А вскоре внучок начал планомерно и обильно портить воздух. Мне здорово наскучило такое соседство, и я вышел в коридор. Находиться там было гораздо приятнее. Но иногда я возвращался.
В купе меня время от времени встречал крайне неприятный взгляд черных и злых Роминых глаз, которые за всю поездку ни разу не улыбнулись. В конце концов, у меня сложилось представление, что этот мальчик одержим злым духом. Иначе я никак не мог объяснить его абсолютно аномальное, ни на что не похожее поведение. Где-то в середине дня бабушка достала Ромин рюкзачок с игрушками и высыпала содержимое на постель внука. Там ехала целая автоколонна. Он начал играть с этими машинками, подробно комментируя каждое действие, в которых не было ни грамма логики и взаимосвязи.
Я попытался научить его находить элементы связи в конструкции автобуса, но мальчик оказался не способен на разборку и сборку простейших частей. Пришлось мне собрать разобранный предварительно на части автобус. Потом он никак не понимал, как действует автомобильный эвакуатор. Играть с этаким дебилом не было никакого удовольствия, поскольку в его действиях полностью отсутствовал здравый смысл.
Вдобавок он снова начал обильно портить воздух и стал клянчить у бабки соломку. Та выдала ему коробку с какой-то импортной соленой соломкой к пиву. Но есть ее Рома не стал. Вместо этого он начал слизывать с соломинок кусочки соли, а обмусоленные слюнявые соломки складывать обратно в упаковку. Выглядело это довольно противно.
В Ростове-на-Дону была длительная остановка. Я вышел на перрон и сначала выпил налитую в бутылку за неимением стаканов порцию в 0,5 литра Староминского кваса, а потом съел ведерко (вернее, большой стакан) Таганрогского мороженого с сиропом из плодов киви. Мороженое мне понравилось, а цена – нет. 300 руб – это перебор!
После того, как мы тронулись, я снова вышел в коридор, поскольку от постоянного зловония у меня стали слезиться глаза и вернулся кашель. Было просто удивительно, что в столь малом теле мальчика-дошкольника помещалось такое множество сероводорода и прочих зловонных газов. Я стоял возле коридорного окна и размышлял, за что мне в завершение отдыха на море послано такое наказание. Так я и ехал в коридоре.
Поскольку днем кондиционер выключали, то пара толстых и самодовольных женщин, по виду администраторов, начали жаловаться во все инстанции, что в вагоне не работает климатическая установка. Благодаря этой заботе ночью «кондей» почти не выключали. В итоге большинство пассажиров пробудилось с кашлем и головной болью.
Однако, надо было собираться спать и укладываться. Я посетил туалет, выкинул какие-то упаковки от завтрака в специально предназначенную для этого нишу в конце вагона, а потом забрался к себе на верхнюю полку. Мальчишка продолжал внизу что-то бубнить странным монотонным голосом, а я перекрестился и постарался заснуть. Какое-то время я, по всей видимости, крепко спал, а потом проснулся от холода: кондиционер раскочегарился не на шутку. Мне даже пришлось развернуть шерстяное одеяло, которое я сначала уложил между головой и стенкой. Так неприятно завершился этот день.
24.08.2026 (понедельник)
Ночью я несколько раз просыпался от невыносимого зловония: мальчик продолжал источать из себя газы даже во сне. Я какое-то время стоял у окна в коридоре, не в силах заставить себя вернуться в купе. Но спать хотелось, и я возвращался и вновь засыпал.
Поднялся я довольно рано, около десяти часов утра. Как раз перед этим мальчишка завладел своим планшетом, который до этого бабка держала на зарядке. Снова начался отвратительный бессмысленный бубнеж, в котором я иногда улавливал слова из лексикона программистов и банковских работников, знать которые мальчишка никак не мог, а тем более, не был способен объяснить их смысл и значение. Спустя какое-то время он вдруг начал часто повторять какое-то сочетание слов, которое стало доставлять ему безудержное веселье. Нечто вроде «Раз, два, три, пять – какашка вонючая».
Бабка пыталась заставить Рому прекратить произношение этой бессмыслицы. Но тот словно назло вновь и вновь повторял галиматью, время от времени разражаясь каким-то сатанинским хохотом. Потом бабка, не в силах дальше с ним бороться, что-то ему пообещала. И смех внезапно стих. Вместо этого мальчишка стал произносить проклятия и поклялся страшно отомстить бабке, если она сделает с ним то, что пообещала.
Этот сюрреализм мне надоел, и я отправился приводить себя в божеский вид. Кажется, я перед поездкой совсем забыл, что мне предстоит ехать в поезде почти полтора световых дня. Поэтому второго пакетика кофе я в транспортный пакет не положил. Мне пришлось довольствоваться овсянкой и чаем. Зато я пил его дважды или трижды. По расписанию, поезд должен был прийти на Павелецкий вокзал в третьем часу дня. Последней остановкой перед Москвой была узловая станция Узуново. А уже после нее поезд потихоньку катился по Подмосковью, пытаясь кое-как следовать расписанию.
Незадолго до Павелецкой бабка заставила внука переодеться и собрать игрушки, но тот до самой последней минуты поездки пытался довести ее до белого каления. Такого странного ребенка мне раньше видеть не доводилось. Да и «бабушка Таня» была хороша. Она напрочь отказывалась как-либо реагировать на мои редкие реплики по поводу происходящего за окном нашего поезда. Тем не менее, я пожелал соседям счастливо добраться до дома. Ответом на мое благое пожелание было гробовое молчание.
Наконец поезд причалил к перрону Павелецкого вокзала, несколько минут простояв, по-видимому, перед семафором. К моему удивлению, нашему вагону не хватило высокого перрона, и пришлось выбираться из него по лестнице. Правда, потом нам пришлось подниматься по другой, торцевой, лестнице на перрон и идти вдоль всего состава. Во время этого пути я обогнал почти всех пассажиров нашего поезда и очень удачно вышел к пункту досмотра багажа одним из первых, избежав стояния в очереди.
А выйдя на простор площади Павелецкого вокзала, я был, наконец, вознагражден за все свои страдания во время перемещения по железной дороге в вагоне с дрянными соседями. Едва я ступил на площадь, как изо всех динамиков грянула увертюра моего любимого композитора Джоаккино Россини к опере «Севильский цирюльник». Весь негатив как рукой сняло, и я в отличном настроении вышел на автобусную остановку.
Ждать автобуса «Б» пришлось совсем недолго. Я занял свое любимое место возле окошка, а один из пакетов поставил напротив, на свободное сидение. И тут, буквально через одну остановку, какая-то дама излила на меня всю желчь столицы:
- Мужчина, а Вы оплатили место, на котором стоит Ваша сумка?
Пришлось мне снять пакет с сидения и поставить его возле левой ноги на пол. Я не стал ввязываться в перепалку, а благоразумно промолчал, прекрасно зная эту категорию склочных женщин. Их хлебом не корми, а дай помотать нервы окружающим.
Я снова видел знакомые с детства места, проезжая по Садовому Кольцу. Вскоре я вышел на своей остановке и двинулся в сторону дома, ощупывая сквозь тонкую штанину тренировочных брюк заранее положенные туда ключи от квартиры. Погода стояла ровная, немного пасмурная, было не холодно и не жарко. Я прошел в подъезд и поднялся на обновленном лифте на свой двенадцатый этаж, открыл дверь квартиры. Раньше по возвращении из отпуска я всегда ставил на «вертушку» пластинку Эрика Клэптона. Но сейчас было не до этого. Не откладывая дел в долгий ящик, я передал показания электросчетчика в «Мосэнергосбыт», переоделся в более цивильную одежду и тут же отправился оплачивать платежки, найденные в почтовом ящике на первом этаже.
Теперь ближайший банкомат располагался от меня на расстоянии почти в пару километров, хотя раньше отделение «Сбербанка» было за углом. Но профессиональный вор Герман Греф каждую неделю продает минимум по одному отделению «Сбербанка», поэтому в ближайшей окрестности моего дома уже не осталось ни одного банкомата.
Благополучно добравшись до чудом уцелевшего на улице Гиляровского отделения «Сбербанка», я оплатил все поступившие платежки за минувший месяц и текущие расходы по мобильной связи и с легким сердцем решил проверить, изменилось ли хоть что-то в Ржевских банях: они уже 4-й год считались на реконструкции.
Увы, все осталось по-прежнему, как и пару лет назад. Только возвели вплотную к баням какой-то грандиозный кирпичный дом наподобие гостиницы. Возможно, что там будет какое-то помещение вроде доходного дома – новодел типа «под старину». Зайдя в местную «Пятерочку», я купил кое-что на ужин. Потом спустился в подвал частного хозяйственного магазина, но ничего путного там не нашел. Так и вернулся домой.
Теперь мне следовало разобрать вещи и сходить на почту за посылками. Они наверняка уже туда приехали и теперь с нетерпением ждут меня. Поэтому я сложил покупки в холодильник и отправился на почту, благоразумно прихватив с собою паспорт. Как я и рассчитывал, посылки меня уже дожидались. Очень хорошо, что я взял с собой катушку «скотча» и ручки для переноски тяжестей. Посылки мне было бы нести довольно тяжело, а с такими ручками – нормально.
Остаток дня я разбирался с привезенным с юга барахлом, закидывал его в стиральную машину, аккуратно фильтровал, раскладывал чистые вещи по своим местам. Даже аккумуляторы от фотоаппарата ухитрился полностью зарядить.
Короче, мой летний отдых кончился. А завтра – уже пора снова идти в баню.
Вот так я отдохнул.
4.08 – 18.09.2026.
Москва – Лазаревское – Москва
Лазаревское 2026 или Окошко, в которое виден Марс
© Copyright: Алексей Макунин, 2026
Свидетельство о публикации №226092801647
Свидетельство о публикации №226092801647
Рецензии