Проект без сметы. Гл. 1

 «Край пропасти»

Фасад памятника архитектуры дышал на ладан. Елена стояла под строительными лесами, задрав голову, и чувствовала, как холодный московский март пробирается даже под кашемировое пальто. Проект «Дом с горгульями» — бывший доходный дом в стиле северного модерна на Чистых прудах — должен был стать её триумфом. Её билетом в высшую лигу девелопмента. Но сейчас этот билет грозил превратиться в уведомление об увольнении.
Главный элемент фасада, эркерная башня, была покрыта уникальной плиткой-кабанчиком ручной работы. Глянцевой, глубокого бутылочного цвета, с едва заметным перламутровым отливом. Плитка осыпалась, а технология глазурования вековой давности умерла вместе с мастерами Кузнецова. Современные реплики выглядели как дешёвый пластик из строительного гипермаркета. Инвесторы требовали заменить всё на композит. Для Елены это было равносильно убийству пациента вместо лечения.
— Найди мне старика, который ещё помнит, как месили глину при царе, — бросил ей босс в коридоре. — Любой ценой. Иначе твоим следующим проектом будет сортир в Мытищах.
Подсказка пришла неожиданно, от старого профессора МАРХИ, вызванного для консилиума.
— Разумовский, — сказал старик, грея руки о бумажный стаканчик с кофе. — Виктор Андреевич. Живая легенда ленинградской школы реставрации. Он лет сорок назад спасал такие же авгиевы конюшни. Если кто и знает состав этой вашей «бутылочной» глазури, то только он. Правда, он давно богема на пенсии, отошёл от дел, про него никто ничего не знает.
Елена нашла его почту через Союз архитекторов. Она смотрела на курсор, мигающий над чистым листом. Как написать гению? «Здравствуйте, я тут рушу памятник архитектуры, помогите?» Она поступила иначе. Подготовила речь и уверенным голосом записала видеоролик.
«Уважаемый Виктор Андреевич. Я Елена Воронцова и являюсь главным архитектором проекта реставрации объекта культурного наследия по адресу... Мы столкнулись с утратой оригинальной керамической отделки эркера. Технологические карты отсутствуют. Любые современные аналоги искажают историческую достоверность. Буду признательна за любую консультацию касательно состава поливы начала XX века. С уважением.»
Ответ пришёл через 47 минут. Она обновляла страницу почты каждые пять минут, злясь на себя.
«Лена. Никакого „уважаемый“, тебе ещё не за что меня уважать, и что за казёнщина. Ты пытаешься имитировать оргазм там, где нужно просто любить. Пришли фото сколов крупным планом. Макросъёмку. И брось пить плохой кофе, от него желтеют зубы. Виктор.»
Елена расхохоталась так громко, что напугала прораба.

Конец 1 части
P. S