1. Как стать счастливым?

 
«Счастье - состояние, радующее сердце. Счастлив тот, кого радует всё, что есть в нём, у него и около него».
Святитель Феофан Затворник

Именно в то время, когда мне было17 лет (1963-й год), у меня оформилась, была мною осознана и высказана принципиальная неудовлетворённость текущей бесцельной жизнью. Да, конечно надо учиться, но чему и, главное, для чего? Какое есть для меня в жизни настоящее дело, ради которого нужно жить, и ради которого можно умереть? Именно так серьёзно, и никак иначе. Да, можно писать, можно рисовать, но о чём писать, что рисовать? Подруги ставили себе цель – семья и дети. Да, конечно, это важно и нужно. Но это так, как фон, как необходимость есть и пить. Где же настоящее дело, настоящая мечта, настоящая идея?..

В те мирные времена мы жили под постоянной угрозой войны, войны атомной, после которой никакой жизни уже не будет. Шла не только «холодная война» с западными странами, но и война американцев во Вьетнаме, революции и перевороты в Африке, по миру распространялось атомное и термоядерное оружие. Мы пережили Карибский кризис, когда мир был на грани уничтожения. Угроза всеобщей гибели поселилась где-то на задворках психики, но никогда не исчезала в течение всей моей жизни. Возможно и не будет никакой жизни – о чём беспокоиться?..

Можно рисовать пейзажи, воспевая красоту любимой Родины, писать портреты героев труда, науки и культуры. Оформлять спектакли и кинофильмы, создавать интерьеры, одежду, иллюстрировать книги. Можно писать книги о нашей любимой Родине и её героях, о том, как идёт строительство коммунизма, как идёт борьба за мир во всём мире – такие плоды труда писателей и художников меня не увлекали и не вдохновляли на подражание. В них не было правды жизни. Где она – эта правда?..

Если бы я тогда знала, сколько лет и сколько душевного труда предстоит мне прожить и пережить в поисках этой правды, в поисках истины…
Совершенно невероятно, но мне в это время приснился сон – я хожу в церковь, уже взрослая и красивая, хожу каждый день. В длинном платье и с причёской, какую я стала носить в 60 лет, разговариваю со священником. В сердце у меня любовь, и я обещаю священнику всегда быть верной Богу. Я быстро  забыла этот сон, но он записан у меня в дневнике, такое я не могла просто выдумать.
В самых фантастических грёзах, я мечтала жить в Санкт-Петербурге, носить длинные платья и ходить в церковь. Я посчитала, что это было романтическое  желание перенестись в прошлое … Кто знал, что всё это сбудется?!

Поэтами становятся единицы из тысячи тысяч.
Рождение поэта начинается с осознания человеком своей отдельности, отделённости от окружающих его друзей и подруг. Это мучительный процесс, сопровождающийся истериками, депрессией, ненавистью к непонимающим его людям. Разрыв проходит между целеустремлённостью юного поэта на осмысление и обсуждение высоких духовных проблем, и легкомыслие его друзей, насмешливо или цинично относящихся к серьёзным разговорам. Ещё один болезненный разрыв - между романтическими переживаниями поэта и приземлённой версией других по поводу отношений между мужчиной и женщиной.


Юному созданию, склонному к поэзии, надо обладать мужеством и бесстрашием, чтобы не поддаться желанию быть как все, не затоптать своё видение мира, не стыдиться своей особенности. Ощущая в себе нечто горячее до слёз, чистое, как снег, огромное, как небо, и в то же время жёсткое и колючее, требующее действия, активности, он страдает от неумения высказаться, он запертости в своём внутреннем мире. В конце концов, он смиряется с существующим положением, и отстраивает свой таинственный уголок в одиночку, выращивает чудесный жемчуг в наглухо закрытой раковине. Ему ещё придётся преодолевать страх быть раскрытым, обнажённым, раздавленным недоброжелательным миром, быть осмеянным и отверженным. Этот страх проходит с обретением мастерства при взрослении.

А пока поэт ещё юн и неопытен, он вынужден жить двумя жизнями – в своём мире без людей - и в обществе без своих грёз. Он невыразимо счастлив в процессе творчества, когда разгорается чистый свет, когда замирает дыхание, когда холодеют руки и трепещет сердце. Он торопливо исписывает тетрадные листочки, а на следующее утро рвёт их, потому что всё никуда не годится. Он догадывается, что он – поэт, но не уверен, и никому ничего не показывает. Он может долго скрывать свои стихи, бывает, что половину жизни, и выходит на свет тогда, когда находит поддержку у единомышленников и ему уже становится всё равно, что о нём подумают другие.
 Своё рождение как поэта, становление мастерства и публикация произведений – всё это было пройдено в течение долгих лет жизни.

Он звал лететь,
Его мечта была прекрасна,
Он призывал к свободе, к радости, к любви,
Он звал лететь,
Он к жизни звал людей,
Земля расстелится пред ними, силачами,
И демон горя сгинет в пепле ада,
Он звал лететь,
Он призывал к борьбе
За счастье поколений …

И так далее на шести тетрадных листах. Заканчивается стихотворения печально:
Его убили
За то, что звал лететь.

Убили - таков конец всех утопий.
Однако, мне посчастливилось встретить такого человека, внешне очень похожего на мой идеал,  и по душевному устроению обещавшему поддерживать активную романтическую идеологию.  Ему было 18, а мне уже 19 лет.