Четыре мушкетёра Восхождение часть 40

СЦЕНА 8

(Комната с зарешёчеными окнами, обставленная довольно шикарно. Король сидит в чёрном. Заходит стражник)

СТРАЖНИК

Сир, вас хочет видеть исповедник.

КАРЛ

Уже? Мне ведь дали три дня на то, чтобы приготовиться к моему последнему выходу к моим подданым.

СТРАЖНИК

Он очень просит.

КАРЛ

Скажи епископу Лондонскому, чтобы пришёл завтра.

СТРАЖНИК

Это не епископ Лондонский.

КАРЛ

Но епископ Уильям Джукс – мой исповедник! Сейчас я ни с каким иным священником не желаю общаться. Если не придёт он, пусть приходит любой священник, которого мне назначат, но не сегодня, а в день, который мне назначен.

СТРАЖНИК

Этот священник уверяет, что послан епископом Джуксом и велел показать вам вот это.

(Показывает Орден Подвязки)

КАРЛ

Пусть войдёт. Я буду с ним говорить.

(Стражник выходит, входит Атос)

КАРЛ

Граф де Ла Фер! Вы?!

АТОС

(Прикладывает палец к губам)

Да, это я, Ваше Величество. В Англии, как и во Франции, много что можно купить. Даже последнее свидание с Королём. Но оно будет последним не для вас, а для меня. Я пришёл для того, чтобы отдать вам мою одежду и парик. Вы покинете это место, а я останусь здесь вместо вас. Когда будете выходить, отвернитесь от стражника. Он решит, что вы – это я.

КАРЛ

Но ведь тогда вас казнят как пособника моему побегу!

АТОС

Я готов к этой жертве.

КАРЛ

Зато   я не готов! Мне кажется, и без того уже несколько людей, принявших меня в своих замках, жестоко поплатились за это. Довольно! Если тогда я не мог предполагать о том, чем они рискуют, нынче я уже знаю, что вас ждёт, и не соглашусь на такое, ведь это было бы равносильно убийству!

АТОС

Умоляю вас, Ваше Величество! Если вам не дорога ваша жизнь, вспомните о вашей августйшей супруге и о ваших детях! Я обещал Королеве, что сделаю всё возможное для того, чтобы вас спасти! И вот представилась блестящая возможность для этого!

КАРЛА

Нет, этой возможности нет. Ничего блестящего в вашей идее я не вижу. Это неприемлемо. Я не уйду отсюда вместо вас.

АТОС

Поверьте, Ваше Величество, я готов к этой жертве и буду счастлив отдать жизнь за Короля! За вас!

КАРЛ

Это не имеет значения. Я отказываюсь не только ради вас, но и ради себя тоже. Я знаю, что я прав перед Господом и перед людьми, и для меня это – главное. Через три дня я сменю свою земную корону на небесную. Но если на мне будет ваша кровь, небеса не примут меня. Я не согласен на вашу жертву, я отказываюсь принять на свою душу этот грех.

АТОС

Выходит, что я не могу выполнить поручение вашей супруги? Я нарушу данное ей обещание?

КАРЛ

Нет, вы сделали всё, что от вас зависело, и даже большее. Так и скажете ей. Вы выполнили своё обещание, предоставив мне этот шанс. Но я ег отверг. Зато вы сможете выполнить моё поручение, и это намного важней. Слушайте же меня! Я расскажу вам, где я спрятал редчайшие камни для моего сына. Этот капитал понадобится ему для возвращения трона, потерянного мной. Это очень редкие и очень дорогие камни. Там красные, розовые, и голубые камни чистой воды. Я знаю толк в камнях. Также там розово-оранжевые сапфиры и ярко-красные рубины. Я расскажу вам, где они, а вы пообещаете мне передать эту тайну моему старшему сыну Карлу. Ведь через три дня он станет Королём, к сожалению, лишь номинально. Эти камни спрятаны в Шотландии. Держите листок, здесь написано, как их найти. Я не знал, кому это можно доверить. Но на счастье пришли вы. Это – наседство шотландской короны, которая тоже принадлежит мне, и с которой я тоже расстанусь вместе с головой. В общем в этом тайнике спрятано драгоценностых бриллиантов, сапфиров и рубинов на сумму миллион фунтов стерлингов.

(Даёт Атосу небольшой листок с записями)

АТОС

Ваше Величество! Имея миллион фунтов, почему же вы не наняли за эти деньги новые войска? Почему вы не расплатились с шотландцами, которым были должны всего лишь четыреста тысяч? Ведь они в этом случае остались бы вам верны! Даже выплата половины этой сумму их удовлетворила! И почему вы, в конце концов, не распустили парламент хотя бы за сутки до этого позорного трибунала?

КАРЛ

Увы, граф, я сделал много глупостей, и не сделал многое из того, что следовало бы сделать, но стоит ли теперь об этом говорить? Я привык слушать многих советчиков, прежде, чем принять решение. Умные советчики меня покинули, а глупых я не хотел слушать. Трижды я распускал парламент, и все вокруг называли это ошибкой. А когда его действительно следовало распустить, я не смог решиться на этот шаг. Господь не вразумил меня. А собственного разумения мне не хватило.

АТОС

Вы клевещете на себя, Ваше Величество! Наверное, было бы невозможно реализовать эти сокровища в Шотландии? Из бы у вас попросту отняли?

КАРЛ

Возможно, что и так. Я об этом даже не подумал. Но сейчас уже нет смысла обсуждать мои ошибки, скоро я полностью расплачусь за них. Пора поговорить о моих грехах и приготовиться предстать перед Создателем.

АТОС

Но я, увы, не священник.

КАРЛ

Это не важно. В день казни ко мне, конечно, допустят епископа Лондонского. А если не допустят, то будет кто-то вместо него. В конце концов, совсем не важно, кто именно придёт ко мне в этот день. Господь слышит любого, кто говорит с ним. Истинное покаяние не в том, чтобы покаяться в грехах перед служителем церкви, а в том, чтобы повиниться в них перед Богом, а для этого подходит любой священник, или даже простой собеседник, а при его отсутствии следует обращаться напрямую к Создателю, он услышит. Ведь от него ничто не укроется. Позвольте же мне сказать вам, что если я и виновен в чём-то, то до сих пор не понимаю, в чём именно, однако, сожалею обо всех своих поступках, которые привели к столь печальному концу. Что ж делать? Мне говорили, что государство нуждается в деньгах, и их можно заполучить лишь, повышая налоги. И я их повышал. Потом мне стали говорить, что налоги нестерпипо высоки, их надо снизить. Я соглашался и с этим. Мне следовало самому разобраться в этих сложных делах или найти хорошего советника. Но мне не удалось ни то, ни другое. В этом я искренне каюсь. Что касается моего народа, то я искренне желаю его свободы, но его свобода заключается в возможности в полной мере распоряжаться своей жизнью и имуществом. Им не дано участвовать в управлении государством, это не входит в их компетенцию. Вы сами видите, к чему приводит попытка захвата власти со стороны тех, кому она не предназначается! Даже процедуру суда надо мной они превратили в жестокий фарс, нарушив и порядок судопроизводства, и мои права. Я прощаю их чтобы примириться со своей судьбой и с чистой душой предстать перед Создателем. Больше всего я сокрушаюсь о том, что не сумел уделить своей семье должного внимания, любви и заботы. Передайте моему сыну, что я был не прав, когда сказал, что предпочёл бы, чтобы он погиб, но не отдал города. Я счастлив, что он жив, и надеюсь, что он сможет в своё время унаследовать реальную власть, которую я потерял по своей небрежности. Королём же он станет совсем скоро, в тот миг, когда топор палача коснётся моей шеи.

АТОС

Государь, я всё же ещё раз предлагаю вам поменяться со мной одеждой и покинуть этот негостеприимный дом, и этот суровый город.

КАРЛ

Невозможно, граф. Я уже объяснил причину и не изменю своего решения. Незаконные судьи меня назвали убийцей. Несправедливость этого обвинения была ясна, кажется, всем присутствующим. Так неужели же я стану настоящим убийцей лишь для того, чтобы сделать ещё одну попытку спасти свою жизнь, попытку? Чтобы они имели повод считать себя правыми в своём неправедном суде? Я не доставлю им удовольствия обвинить меня ещё и в этом преступлении. Все их обвинения я считаю безосновательными, но если я стану виновником вашей гибели, я сам первый назову себя убийцей. Этого не будет, граф.

(Карл решительно кладёт свою руку на кисть правой руки Атоса и пожимает её, Атос припадает на одно колено и целует руку Короля)

КАРЛ

 Встаньте, граф, не забывайте, что вы здесь приняты как священник, и вам не пристало стоять передо мной на коленях. Передайте моей супруге, вскорости моей вдове, что я прошу её простить меня за всё, в чём виноват перед ней. Передайте также мои раскаяния моим детям. Я был плохим Королём, плохим мужем и плохим отцом, но пусть они простят меня, поскольку виной этому не отсутствие желания, а недостаток умения и злая судьба. Теперь же оставьте меня, граф, мне осталось поговорить только с Господом, и это право у меня не смогут отнять ни стражники, ни парламент, ни жестокие члены трибунала.

(Атос встаёт и глубоко кланяется)

КАРЛ

(Снимает с шеи крест с бриллиантами, а с пальца кольцо, вручает Атосу)

Передайте это Королеве Генриетте, как мой последний и прощальный привет.

(Атос молча берёт это, прикладывает руку к сердцу, склоняет голову и выходит).