Айболит и Ёшкин Кот

 На вертолетном поле выстроена в шеренгу группа бойцов, отправляющихся на передовую.
-Баталин, - вызывает сержант бойца, первого с правого фланга.
-Я! – отвечает Баталин и  шаг вперед.
-Живот подтяните, Баталин.
-Никак нет, товарищ сержант! Не могу подтянуть.
-То есть, как это не можете подтянуть? – удивляется сержант. – Так отъели в учебке живот, что не можете подтянуть?
-Никак нет, товарищ сержант! Это не мой живот.
-А чей же? – округляет сержант глаза.
В строю дружно заржали.
-Отставить смех! – сердится сержант. –Так чей же у вас живот, Баталин?
-Вот! – Баталин расстегивает молнию куртки и вытаскивает из-за пазухи серого пушистого котенка.
-Ёшкин кот! – восклицает сержант и подходит к солдату вплотную. – Откуда у вас это чудо?
-Приблудился, товарищ сержант. И не отстает.
   -Это что же? Вы с ним собрались лететь в часть?
-Так точно, товарищ сержант! Не могу бросить. Он сирота.
В строю опять смех.
-Отставить! – приходит в себя сержант. – Котенка оставьте здесь!
Баталин медленно спускает котенка на землю. Но тот мгновенно вскарабкивается по штанине наверх и возвращается под куртку.
-Вот, видите, он не хочет оставаться, - смущается Баталин.
-Черт знает что! Устроили, ёшкин кот, цирк! Вы задерживаете погрузку, Баталин.
-Можно мне взять его с собой! – просит Баталин.
-Пусть возьмет, товарищ сержант! – Это уже за товарища вступились в строю  ребята.
-Да вы в своем уме?! – уже не на шутку рассердился сержант. – Вы не к теще на блины отправляетесь, а на передовую.
-Он будет мышей ловить, - кисло улыбается Баталин. – Кому он там помешает?
-Разрешите! – просят бойцы.
-Ёшкин кот, вот незадача! – чешет подбородок сержант. – Вы меня под монастырь подводите.
-Никак нет, товарищ сержант!  Мы никому не скажем, - Баталин толкает назад под куртку высунувшуюся морду котенка.
-Я его никогда не видел! – наконец, разрешает сержант и командует строю отправляться на погрузку.
*
В первой, краснодарской, учебке Баталину сразу же прилепили позывной «Айболит». Это потому, что на гражданке он работал ветврачом после окончания зооветеринарного факультета сельхозинститута. Впрочем, Айболит прекрасно справлялся и людскими болячками. К примеру, натертые мозоли на ногах. В первые же дни некоторые парни болезненно почувствовали эти мозоли из-за  того, что взяли берцы на размер-два больше.
-Зачем не по размеру взял обувь? – бухтит Баталин, осматривая ступню соседа по койке.
-Ну, чтоб еще теплые носки вместились, когда будут морозы.
-Ерунда. Морозы еще когда будут, а ноги уже сейчас в мозолях, - и прилепил на мозоль лист какой-то травы.
К утру мозоли как не бывало.
У Айболита помимо положенной аптечки, имеющейся у каждого бойца в подсумке, припасены были еще какие-то мази, порошки и травки, известные только ему самому.
Оказывая товарищам медицинскую помощь, Айболит непременно обучал каждого приемам оказания медицинской самопомощи.
-Какого ты пошел в штурмовики, если тебе надо было записываться в медсанбат? – удивлялись товарищи.
-Я всего лишь ветврач, - отвечал Айболит. – У настоящих медиков немного другая специфика.
Был у Баталина еще один замечательный навык: он умел прекрасно ориентироваться в любой совершенно незнакомой местности, будь то лес, горы, степь или болото.
Узнавши об этом, прапорщик сразу же доложил командиру учебной части. Тот вызвал Баталина к себе для обстоятельного разговора.
-Это правда, что вы умеете ориентироваться в незнакомой местности?
-Так точно, умею!
-А, к примеру, обнаружить в незнакомом месте какую-нибудь скрытую опасность? Скрытого снайпера, скажем, или мину?
-Легко, товарищ капитан.
-Где же вы всему этому научились?
-Дома, в горах и в лесу, товарищ капитан. Дедушка у меня егерь. Он и научил.
Капитан распорядился основательно проверить бойца на предмет ориентирования и по результатам проверки рекомендовать его в спецназ подразделения ГРУ.
Ночью Баталина в полном боевом снаряжении с запасом продуктов и с рацией вертолетом перебазировали в район Сочинского Национального заповедника, где имелась скрытая учебная база, созданная специально для подготовки разведчиков. Баталину предстояло в полном одиночестве без всяких навигационных средств к концу третьего дня выйти к скрытому командному пункту.
Баталин нашел командный пункт через сутки.
-Немыслимо! -  восхитился командир. – Как это у вас получилось?
-Легко. Да и вообще, я шел только днем, а ночью спал. А так я еще раньше пришел бы.
-Ну-ка, ну-ка, рассказывайте все подробно!
-Меня высадили, как вы знаете, ночью. Как только вертолет улетел, я расстелил маскхалат и маленько поспал до утра. Какой смысл шариться по лесу впотьмах? Проснувшись с рассветом, я, первым делом, осмотрел полянку по периметру. Ничего особенного не обнаружил, кроме того, что заметил основательно заросшие травой еле заметные тропинки. Одна была на той стороне, которая вела в гору, а другая, наоборот, вела под гору. Была еще заметная тропинка, которая шла в сторону. Лес вокруг поляны оказался  хвойным. Как известно, высокие горы Кавказа имеют такое же широтное разнообразие растительности, как и растительность равнинных мест северного полушария: субтропики, смешанные леса, хвойные леса, альпийские луга и снежники. Меня высадили в хвойном лесу. Естественно, что выше начнутся альпийские луга. На поиски командного пункта мне выделили целых три дня. То есть, путь должен был быть неблизким. Из хвойного леса в луга, если подниматься прямо в гору, всего каких-то пятьсот метров. Ну, от силы – километр. Пара каких-то часов. Ну кто же будет прятать командный пункт на открытом пространстве? Поэтому дорогу в гору я отмел сразу. Да и примет особых пребывания человека со стороны горы не было. Дорогу в какую-нибудь сторону я также отмел, потому что в хвойном лесу спрятать какой-то объект тоже сложно, поскольку высоких трав и кустарников в этом лесу нет, видимость просматривается сквозь стволы деревьев на несколько метров. Я выбрал дорогу под гору, так как укрыть что-то от посторонних глаз можно только в смешанном лесу. Тропинка у края поляны была заросшей, ведь на полянах всегда много трав и кустарников. А когда я спустился вниз метров на двадцать, то тропинка и вовсе почти потерялась среди  слоя  хвои, сухих сучьев и мха. Еще ниже по склону хвоя и мох были уже довольно влажными, и тут я обнаружил едва заметные, но свежие следы. И я пошел прямо по следам. В смешанном лесу, конечно, сложнее  ориентироваться. Но я обращал внимание на свежие сломанные ветки, примятую траву и придавленные головки встречающихся цветков. Вообще, я предложил бы вашим людям ходить по лесу аккуратно. А то такое впечатление, что медведь прошелся или стая кабанов. Извините за такое сравнение!  Вечером я почти подошел к месту назначения. Но не стал кружить, а просто опять прилег и решил переждать ночь. Ночью, как вы знаете, и звуки, и запахи разносятся сильнее. К тому же, воздух на горе начинает подниматься вверх, чтобы к утру опуститься на землю в виде облака или тумана. Ну, а ваши ребята еще вздумали затопить печь в блиндаже. Думали, небось, что я еще не скоро к ним наведаюсь. Дымок-то пошел вверх, прямо ко мне. Я просто перестал бы себя уважать, если бы не направился  к этому дымку.
…Баталина отправили в учебную часть, расположенную в Подмосковье, где обучали будущих разведчиков разным разведывательным премудростям,  в том числе и работой с дронами-разведчиками.
Накануне вылета курсантов непосредственно в зону боевых действий к Баталину и прилепился этот самый котенок, который облюбовал себе укромное местечко у Баталина за пазухой.
*
Еще неделю группа Баталина  потренировалась в условиях боевых действий в районе  Кременских лесов. Работали большей частью с дронами. А потом Баталина направили в группу операторов БпЛА  128-й отдельной  мотострелковой бригады в район Волчанска с особым заданием возглавить небольшую мобильную группу разведчиков, работающую вместе со штурмовиками прямо на линии боевого соприкосновения. 
Все это время  котенок был неразлучен с Баталиным. Как-то незаметно он вырос и стал красивым пушистым серым котом. С легкой руки сержанта из учебной части кота назвали Ёшкин Кот. Иногда просто звали Ёшкин. А Баталин, естественно, имел позывной «Айболит». Так и жили вместе – Айболит и Ёшкин Кот.
Ёшкин Кот очень полюбился сослуживцам Айболита. Он был игривым, ласковым и очень умным котом. Мышей он, действительно, ловил исправно. Впрочем, при нем  блиндаж или  другие какие укрытия мыши обходили стороной. Ёшкин  согревал души и сердца бойцов своим присутствием, напоминая о доме и домашнем уюте. А еще было у Ёшкина прекрасное и очень полезное на фронте качество: он чуял всякую опасность за версту. Как только к укрытию подлетал дрон или поблизости появлялись укры, кот сразу же срывался с места и принимался мяукать. Громко и отчаянно, если летел дрон, или осторожно, но настойчиво, если двухстах-трехстах метрах обнаруживался враг. Даже ночью, когда Ёшкин обыкновенно спал на груди у Айболита, почуяв опасность, кот вскакивал и принимался толкать хозяина, не забывая при этом хорошенько мяукнуть.
Когда Айболит с парнями уходил на задания, Ёшкин отправлялся вместе с ним. Впрочем, не всегда. Ёшкин сам решал, когда нужно ему идти на работу, а когда не обязательно. Разумеется, он не шел сам, а ездил на хозяине в своем привычном месте: за пазухой. Никто не знает, как у Ёшкина получалось чуять всякую опасность в дороге? Но если на пути оказывалась какая-нибудь мина, или впереди в засаде сидел снайпер, Ёшкин высовывал морду и произносил свое предостерегающее: «Мрм!» - что на его языке означало: «Опасность!». Айболит, который всегда шел впереди всей группы, немедленно тормозил и приказывал всей группе залечь. Сам же потихоньку принимался искать мину, осторожно подбирался к ней и обезвреживал. Засевшего снайпера Ёшкин обнаруживал еще метров за двадцать-тридцать, когда тот спокойно выжидал кого-нибудь у дороги, замаскировавшись в траве или кустах. Айболит тихонько маскировался сам со всей группой и, принимался всматриваться в ту сторону, куда поворачивал морду кот. Тихо-тихо ждали какого-нибудь движения со стороны снайпера. Не подозревая того, что предполагаемые цели уже на месте, снайпер обычно не слишком таился, чувствовал себя спокойно и непременно как-нибудь выдавал себя. Тут его и косила пуля Айболита.
Что ни говори, а работал Ёшкин на совесть, за что его даже на довольствие поставили и внесли в список бойцов-разведчиков. Так и работали вместе Айболит и Ёшкин Кот всю осень и зиму. А с началом весны кот как-то беспокойно стал себя вести. Тепло почуял, что ли? А тут еще и на задание Айболит его не взял. Дорога предстояла длинная, через болото, к тому же. Как по болоту тащить на себе кота? Ну, Айболит и не взял с собой друга. Не взял, хотя Ёшкин очень рвался на работу. Когда уже бойцы прошли болото и принялись на бугристой поляне собирать разведывательный дрон, Айболит прошел к краю поляны осмотреть диспозицию. За поляной меж густых кустов просматривалась речка, а за нею виднелись жилые домики. Айболит достал бинокль и прошел еще пару шагов к кустам. Тут он и напоролся на мину. «Зря Ёшкина не взял», - мелькнуло в голове, прежде чем он потерял сознание…
Когда бойцы вернулись в блиндаж без Айболита, Ёшкин заметался, принялся отчаянно мяукать и тыкаться мордой бойцам в ноги. Потом  улегся на кровать Айболита и затих. Целых четыре дня Ёшкин отказывался от еды, иногда  вставал попить воды. На пятый день ребята не выдержали, стали упрашивать командира, чтобы тот отпустил боевого товарища Айболита, бойца с позывным Буряк, в Белгород на два дня, чтобы тот отвез Ёшкина в госпиталь, куда Айболита увезли вертушкой прямо с места подрыва. Буряк был земляком Айболита. Оба с Кубани. Только Айболит из Горячего Ключа, а Буряк из Усть-Лабинска.
Отправились на попутной спецкоровской «буханке», которая как раз ехала  прямо в Белгород. По дороге, правда, возле Малой Таволжанки едва не напоролись на дрон. Но Ёшкин, как обычно, упредил. Никто не пострадал, да и машину дрон почти не повредил. Всю дорогу Ёшкин вел себя спокойно, согласился даже слегка перекусить. Ему объяснили, что он едет к Айболиту, а к хозяину следует являться в надлежащем виде.
Надо ли описывать, насколько радостной и бурной была встреча друзей? Айболит уже почти оклемался после операции, в ходе которой ему ампутировали правую ногу, которую совершенно невозможно было восстановить и вытащили осколки из левой ноги. Все остальные части тела и органы были целыми, так что угрозы для жизни не существовало. Увидев хозяина Ёшкин сразу же забрался к нему на грудь, улегся и ни в какую не собирался покидать свое законное место. В конце концов, его принудительно сняли, поскольку больной лежал под капельницей.
Как ни упрашивали  оставить Ёшкина возле Айболита в палате, начальник госпиталя категорически отклонил все доводы и уговоры.
-У нас здесь больница, а не зоосад, понимаешь ли! А вы с такими предложениями. Вы же видите, у нас больные с открытыми ранами! – возмущался начальник. – Я и людей-то сюда не всяких допускаю. Вам разрешили навестить больного только потому, что вы с передовой.
Пришлось везти Ёшкина назад. Опять с той же группой телевизионщиков на их «буханке», которые приезжали в Белгород исключительно для того, чтобы поменять камеру, поскольку старая вдребезги была разбита после артналета.
Около двух недель кот вел себя прилично. Спал, конечно, на кровати Айболита, но все так же предупреждал бойцов об опасности, в свободное время топтался возле Буряка, но на задания уже, конечно, не ходил.
А потом исчез. Просто ушел и не вернулся к ночи. Спустя сутки бойцы попробовали его поискать – все бесполезно.
-Весну, небось, почуял, - предположил кто-то. – Коты в марте непременно бегут в поисках прекрасных дам. Вернется. Нагуляется и вернется.
Но кот не возвращался. А потом и вовсе некуда было возвращаться, поскольку разведгруппа вместе со штурмовиками перебазировалась на новое место, оставивши позади себя населенные пункты  Лиман и Семеновку.
Спустя месяц знакомый разведчикам тележурналист рассказал Буряку, что недели-две назад заходил в госпиталь проведать Айболита и увидел там Ёшкина Кота.
-Что ты говоришь?! – воскликнул Буряк. – Стало быть, Ёшкин все-таки отправился на поиски друга. Каков молодец! А мы уж тут как горевали. Думали, что совсем пропал кот. Так что там наш Айболит?
-Все отлично! Небось, уж выписался и домой уехал.
-Как же Ёшкин его нашел?
-Да вот нашел. Айболит рассказывал, что притащился кот к госпиталю худой, грязный, с разорванным ухом. Видать, не сладко ему было на пути. Ну, вот уселся во дворе перед корпусом и давай орать. Его, понятное дело, стали гнать со двора. Дежурный военврач звонит на проходную, чтоб немедленно убрали со двора возмутителя порядка. А на проходной дежурил как раз тот солдатик, который пропускал вас еще в первый раз.
«Это, - говорит, - верно, тот кот, который с передовой». «Все равно надо прогнать кота».
Солдатик взял Ёшкина, принес на КП, угостил колбаской и велел коту сидеть на КП тихо, пока отыщется хозяин. Кот присмирел. А ночью опять вылез во двор и принялся звать Айболита. Тот и услышал, как его кот орет. Как он смог понять, что это именно его кот?
-Да как? У Айболита  же слух  музыкальный. Он голос своего кота из тысячи других голосов различит.
-Ну, вот парень и приковылял на костылях во двор.  Так  и нашли друг друга. Да что я тебе рассказываю? Вот Айболит написал  записку. Просил непременно тебе передать.
Буряк развернул листок. Письмо было коротким. Чувствовалось, что писал Айболит второпях.
«Здравствуй, Гриша! Пишу по случаю. Звонить не мог. Туда к вам нельзя. Я на днях выписываюсь и еду домой. Ёшкин тоже едет со мной. Он меня все-таки нашел. Отвезу его к маме, а сам пока буду в Краснодаре на реабилитации. Мне уже заказали протез. Очень хочется вернуться к вам в часть. Но, видимо, скоро это не получится. А когда получится, то и воевать уже не с кем будет. Я уверен, что мы скоро победим. Как только будет возможно, постараюсь из дома тебе написать. Береги себя! Всем, всем ребятам привет! Ваши друзья Айболит и Ёшкин Кот».