Учебник для переводчиков

Исторические изыскания и обычный житейский опыт говорят нам, что некоторые люди, в том числе авторы стихов и прозы, склонны к временному недомыслию.  В таком состоянии минутного недопонимания лучше не делать публичных высказываний. Не зря народная мудрость гласит: семь раз отмерь и один раз отрежь.

Тем авторам, которые имеют намерение зайти на мою страницу и оставить после себя отрицательный комментарий -
 Я вежливо рекомендую им ещё раз более внимательно прочитать и перечитать мои превосходные статьи, не имеющие себе равных рассказы и дивные стихотворения.

К моему необычному стилю нужно привыкнуть. Сегодня нет авторов, способных писать так, как я.
Стало закономерной банальностью, когда некоторые "интеллектуалы" всё, что им не понятно, не привычно и не доступно спешат запятнать и очернить, таким образом афиширую свою некомпетентность.
Настоящий интеллектуал всегда показывает свой широкий кругозор, в его сознании отсутствуют неприязнь и отталкивание, он легко осваивает новизну и разного рода непонятки ему не свойственны.

Поэтому решила предоставить вашему вниманию небольшое пособие для переводчиков.

Rainer Maria Rilke, Der Leser

Wer kennt ihn, diesen, welcher sein Gesicht
wegsenkte aus dem Sein zu einem zweiten,
das nur das schnelle Wenden voller Seiten
manchmal gewaltsam unterbricht?

Selbst seine Mutter w;re nicht gewiss,
ob er es ist, der da mit seinem Schatten
Getraenktes liest. Und wir, die Stunden hatten,
was wissen wir, wieviel ihm hinschwand, bis

er muehsam aufsah: alles auf sich hebend,
was unten in dem Buche sich verhielt,
mit Augen, welche, statt zu nehmen, gebend
anstiessen an die fertig-volle Welt:
wie stille Kinder, die allein gespielt,
auf einmal das Vorhandene erfahren;
doch seine Zuege, die geordnet waren,
blieben fuer immer umgestellt.

Для тех, кто не владеет немецкой речью, это стихотворение Рильке и тёмный лес, и кромешный мрак.

Подстрочный перевод, предоставленный автором по имени "Переводы из немецкого"

Райнер Мария Рильке, Читатель

Кто знает его, этого, который своё лицо
выгрузил из данного бытия в некое второе,
которое лишь быстрое листание полных страниц
иногда насильственно прерывает?

Даже его мать не была бы уверена,
он ли это, который тут своей тенью
пропитанное читает. И мы, которые имели часы,
что знаем мы, сколько у него пролетело, пока

он утомлённо не взглянул вверх: всё на себя взваливая,
что внизу в книге себя вело,
глазами, которые, вместо того, чтобы вбирать, дающе
уткнулись в готово-полный мир:
как тихие дети, игравшие в одиночестве,
вдруг наличествующее обнаруживают;
всё же его движения, что были упорядочены,
остались изменёнными навсегда.
*
Этот текст на русском языке по-видимому ничто иное, как словесный туман или вербальная муть.
Ведь кто-то считает Рильке великим поэтом. Но судя по этому заколдованному описанию величие Рильке сомнительно.
Предположительно, это некая загадочная кардиоида.
По всему, без коммерческого компаратора тут не обойтись.
Умформер не поможет нам, понадобится атомный преобразователь.
*
Толмач, пожелавший сделать из немецкого стихотворения добротное русское  должен владеть теми видами сознания, о которых читал лекцию Мартин Хайдеггер.
Применив вычисляющее мышление, пересчитать полученный результат и на исследовательском взлёте достичь осмысления.
Применив лексический анализ мы сможем избавиться от диссонанса подстрочника. Применив метод метабазиса, устраним речевую дивергенцию.
В любой человеческой структуре начиная с общинно-родовой формации, в связи с эволюцией в общинах
возникала прослойка людей более организованных, более самостоятельных и
более свободных от обычного производительного труда.
*
На мой взгляд неплохо сначала создать прозаический перевод. Но для этого так или иначе придётся погрузиться в вербальную муть (если вам не по душе слово "муть", представьте в своём сознании марево, пар или дымку) подстрочника и находиться там достаточно долго, чтобы уловить замысел.

Кстати сказать, человек, который может войти в состояние любви - избавляется и от невежества, и от всякого рода безрассудств. Он более удачлив по жизни. Такие люди становятся великими писателями.