Ангелы Апреля Гл. 31

                Ангелы Апреля
 
Никогда не переставайте замечать те простые повседневные чудеса, из которых соткана наша жизнь...
 
  Была середина июля, вечер после окончания смены, когда жара уже начала спадать, и Лида решила пройтись до дома, в котором она снимала квартиру пешком, хотя раньше, после работы, всегда ездила две остановки на трамвае.
  Она шла, по тротуару, уложенному плиткой, смотрела по сторонам, и вспоминала сегодняшний разговор со своей напарницей, молодой девушкой, которая возмущённо сказала:
  - Лида, ты даже не представляешь, как меня в последнее время убивает словосочетание «дружеский секс»! Как это? Ну это же банально! Я считаю, что раз есть «дружеский секс», нужно срочно ввести институт «вражеского секса». Встречаетесь такие, и злобно трахаете недруг недруга, кто сильнее затрахает. Брови сдвинуты, дыханье тяжёлое, прям до изнеможения.
  А дальше, отдышались и разошлись, кинув на прощанье «ходи оглядывайся» и «найду – закопаю»!
  Ну разве я не права?
- Права, права, я иногда тоже по этому поводу задумываюсь, но не заморачиваюсь, у меня своих проблем полон рот, - быстро ответила она напарнице, думая о своём…
    На скамейках вдоль дороги, в тени деревьев сидели люди, в основном пожилые, молодёжь гоняла на электро-самокатах по тротуарам пугая людей и слушая вслед нелестные слова.
  Справа, метрах в пятидесяти впереди по ходу движения, она заметила на скамейке одинокую фигуру сидящего мужчины, возраст его из-за расстояния она определить не могла. Но, успела заметить, как сидевший мужчина, неожиданно стал валиться набок и замер в неудобной позе со свешенными со скамейки ногами.
    Поняв, что мужчине плохо, Лида, тут же рванула к нему и приблизившись сразу отметила, что мужчина не молод, и судя по всему у него проблемы с сердцем. Прощупав сонную артерию и убедившись, что пульс есть и мужчина жив, но находится без сознания, первое, что сделала Лида, это подняла его ноги и удобно их уложила на скамейку, параллельно телу.
 После этого расстегнула ему ворот рубашки и начала звонить по телефону, вызывая «Скорую помощь», назвав себя, место и адрес.
  Потом, как опытный провизор, она решила попытаться сама привести пожилого мужчину в чувство, понимая, что медики прибудут не скоро.
  Открыла сумку, внимательно пересмотрела содержимое, остановив свой взгляд на блоке влажных салфеток и флаконе французских духов.
   Быстро достала салфетку, набрызгала, совсем не думая об их дороговизне, на неё, как можно больше духов, и стала осторожно протирать её виски мужчины.
   Минуты через три, он медленно открыл глаза, невидящим взглядом посмотрел на Лиду, и вдруг спросил:
 - Чем это так хорошо пахнет? Что это за запах?
  - Духи, французские «Шанель №5», - быстро ответила Лида, и у неё сразу отлегло от сердца.
   - Что со мной? Вы врач?
   -  Нет, не врач, а провизор, в аптеке работаю. А, у Вас, наверное, просто обморок, духота, жара, вот Вы и вырубились. А как Вы здесь оказались?
  - Да я вон в том доме напротив живу, и постоянно здесь гуляю вечерами, а Вы, тоже здесь живёте?
   - Нет, через квартал, снимаю там квартиру. Как Вас зовут можете сказать?
  - Конечно! Николай Иванович Пономарёв, а Вы кто?
  - А, я Лидия. Кстати я позвонила в скорую помощь, они скоро будут, так что Вы Николай Иванович пока полежите спокойно до их приезда, хорошо? Они Вас осмотрят, послушают, поставят укол, если нужно и решат вести Вас в больницу или нет.
   - Я в больницу не хочу, у меня дома свой врач, моя жена терапевт с сорокалетним стажем работы, может сначала ей позвонить, как Вы Лида думаете?
  - Позвонить можно, но что Вы ей скажите? Что гуляли, потеряли сознание, отключились, и какая-то женщина Вас воскресила? Вы хотите, чтобы её удар схватил? Нет, это после приезда скорой помощи, а пока будем ждать и спокойно лежать…
 Скорая помощь приехала минут через пятнадцать после её звонка, когда Лида уже начала волноваться.
  Врач скорой помощи, мужчина лет сорока, внимательно осмотрел больного, снял кардиограмму, и не найдя ничего страшного, довёз его до дома.
   А, Лида, с чувством выполненного долга пошла домой, радуясь тому, что человек будет жить.
    Но, через неделю произошло событие в корне изменившее её жизнь. Перед обедом перед их аптекой остановилась блестящая чёрная машина, из которой вышел высокий, стройный мужчина лет сорока пяти, модно и дорого одетый, это Лида сразу отметила, как только он вошёл в дверь, и подошёл к окошку.
  - Здравствуйте. Простите, я могу видеть провизора Лидию Викторовну Малинину? - обратился он к ней, и она тут же ответила:
  - Она перед Вами, а какое у Вас к ней дело?
  - Видите ли Лидия Викторовна, моя фамилия Пономарёв. Матвей Николаевич Пономарёв, и мне стоило большого труда разыскать в наших аптекарских сетях женщину по имени Лидия, работающую провизором в аптеке нашего города, которая неделю назад спасла моего отца от смерти…
   Но, я Вас, всё же нашёл, и должен выполнить просьбу отца…
  - С Николаем Ивановичем, всё нормально, он жив, здоров? – с тревогой в голосе поинтересовалась Лида.
   - Не беспокойтесь, папа, жив, здоров, мама там теперь за ним во все глаза смотрит и никуда одного не пускает, но он дал мне одно поручение, которое я должен выполнить.
  - Какое? Я ничего у него не просила, просто помогла человеку и всё. Любой на моём месте поступил бы также…
   - Любой, говорите? А папа сказал, что, когда Вы, Лидия Викторовна около него возились, даже свои французские духи использовали, в результате чего он пришёл в себя, и лёжа на жёсткой деревянной скамейке, видел, что мимо прошло более полсотни человек, но ни один не повернул голову в их сторону. Ни один. А, Вы вот повернули. Значит совершили добро, а добро должно быть отблагодарено.
  Скажите, Вы можете сейчас, на час полтора покинуть Ваше рабочее место и поехать со мной? У Вас же есть напарница, пускай она Вас на время заменит, если можно. Мы, просто съездим в одно место, а потом я Вас обратно сюда доставлю…
    Заинтригованная Лида, попросив Ларису покинуть её на полтора часа, села в комфортабельный «Лексус», на заднее сиденье и они поехали.
 Новый, семнадцатиэтажный кирпичный дом, куда они подъехали располагался в двух кварталах от их аптеки, рядом с большим продуктовым магазином.
    Водитель плавно остановил машину прямо напротив таблички «Подъезд №3», Матвей вышел первым, потом помог выйти ей и сразу спросил:
  - Нравится дом Лидия Викторовна?
  - Нравится, красивый, современный…
   -Других не строим, пойдёмте, посмотрим внутри.
   Они поднялись на новеньком лифте на пятый этаж, подошли к двери квартиры под номером 154, Матвей своими ключами открыл её, и она увидела большую однокомнатную квартиру, с лоджией, просторной кухней и отдельными ванной и туалетом.
    Обои везде уже были наклеены, сантехника подведена и работала, на кухне стояла, пока ещё не подключенная электрическая плита российского производства. Но, особенно Лиде понравилась лоджия, большая, светлая на восемь окон.
   - Ну, что Лидия Викторовна, нравится квартира?
   - Да. Но, мне о такой остаётся только мечтать. С нашими зарплатами, на такую до конца жизни не накопить, - искренне проговорила она, до сих пор не понимая, зачем её сюда привезли.
   -Но, мечты оказывается имеют способность сбываться, уважаемая Лидия Викторовна. Узнав, что его спасительница, работает в аптеке, да ещё и занимается, благородным делом - спасает людей, но до сих пор не имеет квартиры, мой папа с мамой, купили для Вас Лидия Викторовна эту квартиру, которую построила моя строительная компания. И, завтра, мы её можем на Вас оформить.
   Ну, а я, в благодарность за то, что Вы спасли и помогли моему отцу, которого я очень люблю и ценю, обещал ему, что в течение недели, куплю и обставлю эту квартиру новой мебелью и обстановкой для нормального жилья…
    Лидия, буквально онемевшая от его слов, сначала в недоверии покачала головой, потом тихо спросила:
- Это всё правда? Вы меня не обманываете?
 - Правда, Лидия Викторовна, истинная правда! – засмеялся Матвей, а у Лидии на глазах от радости появились слёзы.
   На другой день у неё был выходной и Матвей вместе с отцом и Лидией, поехали в МФЦ, и там быстро оформили все документы на её право собственности.
  Но, ключи ей сразу не передали, пока в квартире шла установка мебели и установка кухонного оборудования, и когда Матвей привёз Лиду, уже хозяйку квартиры туда, она ахнула, настолько там всё было красиво и со вкусом подобрано, и мебель, и шторы и даже картины на стенах.
  И, Лиде оставалось только тепло поблагодарить Матвея и его родителей за столь щедрый подарок, и пригласить всех, справить новоселье… и начинать новую жизнь на новом месте.
   Обживая новую квартиру, Лида вдруг стала отличать скуку от потребности в тишине. От желания помолчать. От необходимости разных по длительности пауз. Когда пусто. Когда разгружаешься.   
   Раньше ей казалось, что любой сигнал о надвигающемся опустошении, это повод незамедлительно себя чем-то заполнять: едой, музыкой, чтением, движением, общением... Чем угодно, лишь бы не пустовать.
 Сейчас, она начала любить эти внутренние пустоты. Как лабиринты в пещерах.
  Оказывается, целый неизведанный мир открывается, когда молчишь. Дышишь. Когда ничем себя насильно не заполняешь. Простой опыт, а так сложно, оказывается, молча и тихо выдерживать саму себя...
   Лида была уже зрелой женщиной, и в отличие от девушек с которыми работала
 уже о многом грустила. Грустила о том, что даже с самым любимым и близким человеком невозможно всё, что она хотела.
  Не потому, что не было любви, а потому что другой человек всё равно отличался от неё и являлся собой. 
   Пройдя через отрицание, злость, торги и горе, Лида смирилась с этим ограничением контакта. И начала обращать внимание на то общее, что есть между любимыми людьми.
   Теперь, она становилась благодарна каждому сантиметру площади контакта, который есть между ней и близким мужчиной.
  У каждого есть любовь, с которой не случилась жизнь, не потому что не любили, а потому что судьба сказала: «Нельзя».
 Эту любовь не забывают и не вырывают из сердца, её уносят глубоко внутрь, туда, где она живёт тихо, годами, без права на голос. Мы живём дальше, улыбаемся, привыкаем к реальности и учимся дышать без них, но сердце навсегда помнит того, с кем оно хотело прожить жизнь.
  И, наверное, самая сильная боль - это не расставание, а то, что любовь жива, но ей не суждено было стать судьбой. Есть люди, с которыми не живут.  Их носят в сердце всю жизнь...