Котам можно всё. Глава тридцать седьмая

ГЛАВА 37. "УМНЫЕ" ТАБЛЕТКИ

  – Не делай такие большие глаза. – Говорила я Сеймуру, чьи зрачки из узеньких скромных щелочек превратились в огромные черные дыры, затопившие собой янтарного цвета радужки. Кот весь подался вперед, будто приготовившись к прыжку, и не сводил вожделенного взгляда с огромной бутафорской пиццы – стильного абажура для светильника над нашим столиком в кафе. – Эта пицца не настоящая, и нечего на нее так пялиться. – Мое предупреждение было отнюдь не лишним. Снимать кота с лампочки после эпопеи с деревом я явно не горела желанием, а уж объясняться с кем бы то ни было по поводу кошачьего поведения – тем более.

 В этот утренний час в кафешке «Кибер-бук», через дорогу от универа, царило затишье. За столиками, уткнувшись в планшеты, ноуты и телефоны, сидело человек пять, не больше. И не мудрено. Основная масса посетителей попрет ближе к полудню, когда толпы оголодавших студентов ринутся в поисках недорогого перекуса во все близлежащие точки общественного питания. Создавая дикий ажиотаж и столпотворение.

Я и сама частенько бывала в этом кафе, заходила с Ольгой и Темниковым,  который по обыкновению цеплялся к нам прицепом, а к нему прицепом цеплялись еще пара-тройка его приятелей и подружек, чтобы пообедать дружной компанией, или просто скоротать время, когда в расписании лекций и семинаров случалось «окно». Бывало и такое. В университетском парке особо не нагуляешься, особенно, если погода не «шепчет»: на улице слякоть, ветер и грязь, по лужам остервенело лупит дождь, срывается снег или вообще минусовая температура. Тогда эта уютная теплая «гавань» с ненавязчивой, едва слышной музыкой – настоящее спасение. Здесь можно было подзарядить гаджеты, списать пропущенные лекции, поискать нужные материалы в интернете или просто поболтать ни о чем, прихлебывая ароматный кофе, который был весьма неплох.

Сейчас, в отличие от часа пик, проблем со свободными местами не наблюдалось, поэтому я выбрала себе местечко по вкусу – в глубине зала, где никто нам с котами не мог помешать. Даже если бы кто-то из знакомых и пробегал мимо, он бы не заметил меня в тени огромной пальмы, чьи разлапистые листья скрывали абсолютно все и всех. В том числе котов, которых я выпустила на кресло, чтобы поразмяли лапы и бросили в свою оголодавшую за ночь утробу чего-нибудь посущественнее кошачьих сухариков.

Первым делом я заказала пару чашек кофе, пирог с мясом и грибами – целых три порции, а также довольно большой кусок торта. Нежное суфле «Птичьего молока» – это самое то, что нужно для восстановления потрепанных недавней вылазкой нервов.

Ноут Абухова пришлось заряжать целых полчаса, чтобы реанимировать сдохшую вконец батарею. За это время я успела выхлюпать кофе, коты – сожрать пирог. К слову сказать, «спасибо» от Сеймура я так и не дождалась. Он даже усы облизывать не стал. Вместо этого покосился досадливо на стильный плафон с кусочками нарисованной колбасы и сказал с величайшей претензией в голосе, кивнув на ноутбук:

– Включай давай. Чего медлишь? Улики сами себя не найдут.

Больше всего меня страшило, что ноут Абухова окажется запаролен. Но нет, войти в систему удалось легко и просто. Конечно, я не собиралась выяснять всю подноготную нашего старосты, рыться в его нижнем белье, которое он заказывал на маркетплейсах. Чего только стоили шелковые трусы-боксеры с анимешными полуголыми девицами… Но волей-неволей мне пришлось погрузиться в историю поиска.

– Ты знала, что Абухов разыскивал Темникова? – Спросил кот, сидевший у меня на коленях и отлично видевший все, что отображалось на экране.

– Сначала даже не догадывалась. А потом Ольга поставила перед фактом, когда уже староста перестал выходить на связь. Не думала, что все настолько серьезно. Я не очень хорошо помню тот момент, когда пропал Сашка. Помню только, как он истерил по поводу недопуска  к экзаменам из-за коряво сделанного курсовика. Где-то он напортачил в самом начале. В итоге вышло не то, что должно было получиться. Он не мог понять, в чем подвох, орал, что препод дал ему некорректные исходные данные. Абухов – дружок его закадычный еще ходил к декану разбираться, но чем там закончилось… У меня пошли зачеты после майских праздников. Все так закрутилось. Кажется, Темников почти не спал, сидел на каких-то стимуляторах, чтобы успеть переделать курсовик. Илья сказал, что он почти на грани нервного срыва, помогал ему с проектом, а потом Сашка завалил кряду два экзамена, а на третий и вовсе не пришел. Вот тогда он и пропал. Я даже не знала, что Абухов вместо того, чтобы сдавать последний экзамен, носится по городу по всем знакомым этого ловеласа и ищет его. Ему надо было подключить к поискам всю нашу группу. Посмотри, сколько материала накопал наш староста. – Привлекла я внимание кота к целой куче файлов, которые наверняка не стали достоянием полиции, ограничившейся лишь опросом однокурсников спустя два месяца после исчезновения Темникова. Абухов к тому времени тоже исчез с горизонта, и естественно поделиться этими сведениями не мог.

– Ур-ру. – Поддакнул кот. – От старосты, судя по всему, толку было поболе, чем от всех полицейских вместе взятых. Обрати внимание, с каким напором он наезжал на соседа Сашки по общежитию. Этот аудиофайл мог бы лечь в основу уголовного дела о незаконном обороте лекарственных средств. Это же самое настоящее признание. Но все равно чего-то этот тип не договаривает, а у вашего Абухова не получилось его дожать. Сосед помог достать Темникову умные таблетки. А вот откуда он их взял – тот еще вопрос. Тайна, покрытая мраком. Зачем вообще твоему однокурснику понадобилось активизировать кору головного мозга? Он что? Не мог просто выучить билеты? К чему городить весь этот огород? От таблеток что? Действительно можно поумнеть? Насколько я знаю, умнеют только от кометы Шредингера. И только коты. Никак иначе. Но когда будет следующая, по моему, никто не в силах предсказать.

– Что-то слишком часто в этом деле возникают лекарства.– Почесала я в затылке, сняла наушники и откинулась на спинку кресла. – С одной стороны некие личности проводят эксперименты в поисках лекарства, которое бы остановило развитие разума. Здесь же кто-то незаконно торгует таблетками этот самый разум стимулирующими. Может это вообще две стороны одной медали? – Задумчиво произнесла я. – Кто-то перешел к стадии клинических испытаний?

Мы с котом переглянулись. Вывод, который вытекал из всего увиденного и услышанного, шокировал сам по себе. И еще записка эта странная с номером телефона. Что за работу искал наш весьма деятельный староста? И искал ли вообще? Может он делал это только для вида? Просто сел на хвост Темникову? Потому что по Абухову не  скажешь, что он особо нуждался в деньгах. Папашка его, внезапно вспомнивший о сыне, отнюдь не был жмотом. Ильюха сам рассказывал.

Трудился его родитель где-то на северах, а там зарплаты не в пример выше, чем в нашем южном российском городе. Квартиру снял своему отпрыску трехкомнатную, машину купил, деньгами не обижал. С чего бы парню заморачиваться поисками подработки? А вот приятелю его Сашке подработка бы не помешала.  Из семьи он был многодетной, и отец его недавно погиб, оставив сына за старшего. Поэтому у него была только несчастная комната в общаге, да поломанный электросамокат. Что же касается денег, похоже парню их катастрофически не хватало. Темников вечно пребывал в поисках: у кого бы перехватить сотню-другую, или что бы пожрать. Машину Абуховскую одалживал, чтобы извозом ночным попромышлять, да матери какую копейку отослать. Куда сейчас та машина делась, вообще непонятно. Пропала вместе со старостой? Или пылится где-нибудь на какой-нибудь автостоянке в ожидании хозяина? Наверное, полиция могла бы этот вопрос прояснить. Но, судя по всему, у них и других дел хватало.

Я высветила на дисплее смартфона ту самую визитку следователя, по которой пыталась дозвониться. Тот факт, что номера телефонов неактуальны, говорил о том, что или следователь был липовый, или он больше в полиции не работал. Текучку кадров в правоохранительной системе еще никто не отменял. К тому же, может статься, этот кадр вообще входил в ту саму преступную группу в погонах, разоблаченную совсем недавно, которая дожидалась суда в местном следственном изоляторе. А значит придется нам надеяться только на себя.

Я тяжело вздохнула, потрепала за холку кота и вбила в поисковую строку: «Новые горизонты». Как оказалось, под таким названием существует активно строящийся жилой комплекс и кадровое агентство по подбору специалистов в сфере услуг: няни, репетиторы, мастера чистоты и прочее в том же роде. Никакой фармацевтической фирмы, разрабатывающей новые препараты, под такой вывеской не значилось. Впрочем, это ни о чем не говорило. Номера телефонов этого «ООО» пробить оказалось не сложно. Они действительно принадлежали некоему «Обществу с ограниченной ответственностью», только название было записано латиницей на английском. Занималась эта организация поставками какого-то жутко сложного научного оборудования. Хотя никто не даст гарантии, что эта фирма, входящая в какой-то там холдинг, не занималась отмыванием бюджетных средств или не брезговала похищениями студентов, заваливших по какой-либо причине сессию.

– Надо надавить как следует на соседа Темникова по общежитию. – Заявил мой пушистый-распушистый, выводя меня из состояния крайней задумчивости. – Абухов-то твой не особо усердствовал. Подумаешь, взял парня за грудки и угрожал мордобоем. Есть вещи пострашнее, чем получить какой-нибудь фингал под глазом. Кошачьи когти, например. Направленные прямо на смазливую  физиономию.

– Думаешь, нам стоит порасспросить этого парня? – С сомнением посмотрела я на кота. Как-то странно будет выглядеть, если хрупкая девушка сама по собственной воле подкатит к совершенно незнакомому парню с чужого потока, младше на один курс, и потребует рассказать, откуда тот берет «умные» таблетки. Повода испугаться и сдать дилера я в упор не видела. Может стоило пригрозить ему полицией? Или сунуть под нос пистолет?

– Не сомневайся. У тебя все получится. – Успокоил Сеймур, вперив в меня свой гипнотический взгляд. – Твой Распуш все устроит. К тому же, с нами Дик Лапин. От него еще ни один негодяй не уходил в целости и сохранности. Ну, ты это… Помнишь куртку Никиты Громова.

Куртку Никиты Громова я помнила достаточно хорошо, поэтому тяжело вздохнула и засобиралась. В университете шла вторая пара. Если я хочу выловить ушлого соседа Темникова, следовало поторопиться.

Примерный план действий уже зрел в моем неуемном мозгу, прокручивающем разные варианты дальнейшего развития событий.

               
Турникет и рамку металлодетектора при входе в родное учебное заведение с сумкой и рюкзаком я прошла совершенно без проблем. Никто даже не поинтересовался, какого черта я опоздала, и чем набита моя битком набитая спортивная сумка. Впрочем, если бы такой вопрос и был задан, что было весьма маловероятно, на него у меня был готов вполне удобоваримый ответ, сказанный бы жутко удивленным тоном с округлившимися от подобной бестактности глазами. Я бы сказала:

– А что, по-вашему, может находиться в спортивной сумке, кроме спортивной формы?

Не знаю, что бы ответил мне охранник. Возможно, устыдился собственных подозрений. Вряд ли он подумал, будто сумку мою распирает от кучи оружия, которое я вознамерилась пронести на занятия, дабы получить зачет «автоматом». На самом же деле охранник оказался явным пофигистом, сидел в своей стеклянной будке, ковыряясь в телефоне, не помышляя ни о каких бы то ни было автоматах, и только что-то буркнул в ответ на мое бодренькое «здрасти».

Чиркнув пропуском, я прошла мимо колонн, подпирающих своды моей «Альма матер», к огромной широкой лестнице, прямо-таки циклопических размеров с мощными монументальными перилами, по которым можно было съехать как по горке, место которым было где-нибудь в каком-нибудь дворце, принимающем самого премьер-министра. Впрочем, я утрирую. Красной ковровой дорожки на нашей гранитной лестнице не было. А жаль, потому что это очень бы не понравилось высокой особе, если бы таковую выпала честь принимать.

Мне же было по большому счету все равно, что мои шаги отдаются в гулком помещении с умопомрачительной акустикой мнократным эхом, что я одна топочу, точно стадо слонов, рванувшее к водопою. Я же рванула к деканату, чтобы посмотреть, в какой аудитории грызет гранит науки Михасик Ошметкин – бывший сосед Темникова по комнате, про которого Сашка часто и густо упоминал в разговорах. В юмористическом, конечно, ключе.

Этот долговязый и вечно сутулящийся раздолбай с неприятной, похожей на крысиную физиономией, с маленькими льдистыми глазками, жавшимися слишком близко друг к другу, одетый в растянутую линялую толстовку, грыз гранит науки в данный конкретный момент на семинаре по информатике очень удачно. Не в плане успехов в учебе, конечно, а в плане расположения аудитории. Дверь в дверь с этим самым кабинетом находился женский туалет третьего этажа, что значительно упрощало мою задачу. Потому что именно там мы с котами решили устроить засаду.

– Даже так? – Поганенько так хохотнул Ошметкин, взмахнув своим торчащим словно гребень динозавра чубом и разбросанными по плечам патлами с колечками на кончиках, когда я втолкнула его, порядком озадаченного и податливого, точно ивовый прут, в туалет и собственной спиной подперла дверь, чтобы у него не получилось выскочить обратно.

Впрочем, свой шанс дать задний ход он упустил, потому что мне на помощь пришел Сеймур, ощетиненный усами, зловеще шипящий, воинственно прижав уши и наклонив голову. Коты могут быть очень убедительными. Михасика от меня точно ветром сдуло. Только волосы, похожие на девчоночьи, взлетели, словно от порыва ветра, и чуб оттопыренный улегся обратно. Но сзади уже наступал Дик, настроенный еще более недружелюбно, чем его пушистый серый сородич.

– Уа-у-у. – Издал кошачий боевой клич мой полосатый защитник, заставив парня обернуться. Тот сразу переменился в лице, сменив глумливую полуулыбку в предвкушении развлечения на нечто нервно подергивающееся и свернутое набок. Острый подбородок стал еще острее, в глазах застыл испуг, а длинные нескладные руки с обкусанными ногтями повисли, как плети.

 «Так-то оно получше будет». – Злорадно подумала я, испытывая какое-то почти садистское удовлетворение от произведенного эффекта.

Выманить добычу из аудитории во время лекции оказалось легко до безобразия. Я просто уверенно постучалась в дверь, как человек, не сомневающийся в своем праве так делать, и прямо с порога на полном серьезе заявила преподавателю, что Ошметкина срочно вызывают в деканат. Причин не верить деловитой девушке в брючном костюме, в очках и, к тому же, с кипой бумаг с какими-то графиками в руках, у прервавшего лекцию профессора совершенно не было. Жутко перепуганный студент, гадающий, в чем причина такого нежданчика, тут же был отпущен на все четыре стороны.

Все четыре стороны нас не устраивали, поэтому мне пришлось, брезгливо ухватив парня за локоток, заставить его двигаться в нужном направлении.

– По поводу чего вызывают? – Все спрашивал несколько сбитый с толку Михась, нервно дергаясь и явно теряясь в догадках. Пока я не втолкнула его в женский туалет, пообещав, что сейчас он все узнает.

Тогда он сначала облегченно расслабился, потом развеселился, подумав, что это такая изощренная шутка. Тем более что я сняла очки, которыми почти никогда не пользовалась, и он узнал во мне однокурсницу Сашки, с которой видел того неоднократно.

Затем его обступили свирепо оскалившиеся коты, и стало ясно, шутками здесь не пахнет. В туалете вообще может пахнуть только туалетом, отнюдь не туалетной водой.

– Ты чего это? Не помню, как тебя зовут… – Закружился на месте сосед Темникова, крутя своим острым носом налево и направо, точно вынюхивая, с какой стороны ощущается наибольшая угроза.

Похоже, он не мог так сходу решить, кто из обступивших его котов более опасен: взъерошенный Сеймур с воинственно прижатыми ушами, охраняющий вход, или полосатый мускулистый зверюга, заходящий с тыла, с тяжелым взглядом исподлобья и огромными клыками, торчащими из ощерившейся пасти.

От котов исходили довольно ощутимые волны агрессии, даже я, стоящая вне круга ярости, почувствовала это. Готовность напасть здесь и сейчас при малейшем неправильном движении жертвы читалась в напряженных мышцах хищников, в том, как были напружинены их лапы, как двигались, неуклонно приближаясь к парню, их натренированные тела. Обнаженные клыки и когти выглядели столь внушительно, утробные воинственные завывания звучали так угрожающе, что сосед Темникова невольно начал пятиться и пятился до тех пор, пока его спина не уперлась в кафельную плитку стены. Но это не остановило приближение котов. Их глаза горели недобрым огнем, точно были глазами не милых пушистиков, привыкших дремать на диване, а неких демонических сущностей, явившихся по его душу.

– Все, все… Хватит. – Взмолился Ошметкин, зачем-то становясь на носочки, вытянувшись стрункой у стены. Руки его с растопыренными пальцами, наоборот, предостерегающе выставились в направлении вероятной атаки, защищая самую для него важную часть тела. – Чего вам надо?

– А вот это правильный вопрос. – Похвалила я, подбираясь поближе к собственным котам.

Деваться парню было некуда. Пространства для маневра не оставалось. Туалет был тесный и совсем старый. Не удивлюсь, если сохранившийся с дореволюционных времен, как и само здание тысяча восемьсот затертого года выпуска. Никаких тебе кабинок, никаких унитазов. Просто длинный постамент с дырками и упорами для ног. И одно наглухо забитое окно с закрашенным стеклом. Ни убежать, ни скрыться. Если только взобраться на один из ржавых бачков с веревочками для смыва. Но в щуплом задохлике Ошметкине вряд ли хватит на это прыти.

– Признавайся, Ошметкин, куда делся Темников. – Озвучила я один из волнующих меня вопросов.

– Так это все из-за Сашки? – Перевел дух загнанный в угол студент. – Достали вы меня все этим Темниковым. Каждый встречный-поперечный с ножом к горлу лезет: «Где Темников? Где Темников?» Заладили как попугаи. Как будто я хозяин этому самому Темникову? – В его голосе звучала такая неприкрытая неприязнь, что мне реально стало тошно. Не от запахов туалета, въевшихся в древнюю канализационную систему, а от противных развязных интонаций. Как будто этот бессердечный ублюдок даже через губу не переплюнет, если, не дай бог, кому-нибудь потребуется помощь.  – Так вот, слушай, девочка, – продолжил кривляться сосед по общежитию, – и остальным передай: я понятия не имею, куда этот придурок припадочный подевался. И куда приятель припадочного придурка подевался, мне тоже глубоко фиолетово. Все. Адиос.

Он махнул рукой, то ли прощаясь, то ли отмахиваясь от невидимой мухи, и сделал попытку переступить через кота. Но не тут-то было.

– Не так быстро, амиго. – Зацепил штанину его джинсов Сеймур. Зацепил намертво. Потому как, когда пойманная на коготок «пташка» дернулась, собираясь уйти, раздался треск разрываемой материи, и от кроссовка до колена пробежал идеально ровный разрез, точно сделанный острозаточенным лезвием. – Отгадаешь загадку – отпущу. – Сказал кот, продолжая удерживать штанину за отворот, о который «запнулся» коготь. – Не ездок, а со шпорами. Подсказка – это не петух.

– Что за дела? – Возмутился парень, посмотрев на собственные штаны круглыми от изумления глазами.

– Сдаешься? – Потребовал конкретики Сеймур. ¬– Даю подсказку: эта загадка про студентов…

Загнанный в угол студент дернулся, но не тут-то было.

– Мы еще не закончили. – Пояснила я, демонстрируя кривую пиратскую усмешку. – Взять его.

Этот тип и глазом моргнуть не успел, как мой распушистый взлетел по нему, точно по древесному стволу, и оказался на плечах в опасной близости от ничем не защищенной шеи, а Дик повис на карманах толстовки, зацепившись когтями за брючный ремень, а задними лапами намертво впившись в колени. Это моментально сбило спесь с фигуранта дела, не желающего сотрудничать со следствием.

Тот сразу зашипел от боли, согнулся пополам, скрючился в три погибели, потому что держать на весу добрых десять кило кота, больше похожего на гору натренированных мышц, не очень удобно, даже если его вес равномерно распределен на четыре равнозначные точки приложения когтями. Конечно, он попытался сразу стряхнуть и одного кота и другого, дернув плечом, размахивая руками и даже завертевшись волчком с какими-то воющими всхлипами, в которых с трудом угадывались словечки из словаря ненормативной лексики.

Мой кот, оседлавший «мустанга», не выказал никакого недовольства, а может просто не разобрал, чего такого орет жертва. Кто его знает? Невзирая на все усилия Ошметкина, избавиться от диких бестий, впивавших когти все глубже и глубже, было просто нереально. В котах проснулся охотничий азарт, включились древние инстинкты, и выпускать так просто свою добычу никто бы не согласился.

    – На твоем месте я бы не шевелилась. – С величайшей искренностью в голосе посоветовала я, наблюдая за бесплодными трепыханиями, лишь ухудшающими положение. – И не дергалась. Соскочит коготок, и пиши пропало. А драться с котами не советую. Попадешь под закон о жестоком обращении с разумными. Сейчас с этим строго. Зоополицейские разбираться не будут, кто кого на лоскуты подрал. Человек завсегда виноватый останется. Это котам можно все. И им за это, заметь, ничего не будет.

– Так не честно. – Проскрежетал зубами Ошметкин. Он замер, будто был механической игрушкой, у которой внезапно села батарейка. Застыл в неподвижности, согнув колени под неудобным углом, опершись спиной о стенку и держа обеими руками карманы толстовки, чтобы Дик не оттянул их до самого пола. – Так не честно. В меня впускают когти. Всего разодрали в кровь.

– А, по-твоему, честно вводить полицию в заблуждение? – Жестко заметила я, наблюдая, как мой пушистый-распушистый щекочет усами голую шею противника, будто бы примериваясь, куда лучше укусить. – Стой, Ошметкин, стой и не шевелись. Никто тебе ничего не сделает, если дергаться не станешь. Воспринимай котов в качестве природного детектора лжи. Они чувствуют, когда кто-нибудь врет. Если соврешь, коготки вопьются поглубже. А если задергаешься, и одежду, и твою шкуру порвут на британский флаг. И доказывай потом, что не ты первый начал. Коты без весомого повода нападать не станут. А шрамы так долго заживают.

– Отзови котов. Или я скажу, что это ты их на меня натравила. – Снова попытался вырваться из цепкого захвата Михась и тут же вскрикнул от боли.

– Коты,  – спросила я, – я вас на кого-нибудь натравливала?

– Нет. Обниматься с мальчиком – это целиком и полностью наша инициатива. Мр-р. – Промурлыкал Сеймур. – Он такой милашка – этот Ошметкин. – Мой распушистый чуть-чуть потоптался по плечам парня под его равномерные вскрики. Наверно потому что топтался, не вбирая когтей, или даже специально цепляя кожу точно крючьями.

– Ну и кому, по-твоему, поверят? – Торжествующе поинтересовалась я. – Парню, который заскочил в женский туалет, не понятно с какой целью, или нам троим? Коты лгать не станут. И тебе врать не советую. Отвечай. Куда пропал Темников?

– Не знаю. – Морщась, выдавил из себя пленник острых коготков.

– Неправильный ответ. – Констатировала я. – Настучим по барабану?

    Сеймур тут же хлопнул лжеца хвостом по физиономии, заставив того отплевываться шерстью.

– Еще один неверный ответ, – зловещим шепотом предупредил мой кот, – и от тебя, говнюк, одни ошметки посыпятся. Новая загадка – сто одежек и все без застежек. Подсказка ¬– это не капуста.

– Это капуста. – Провыл несчастный.

– Неправильный ответ. – Был безжалостен кот и вцепился покрепче за шиворот студента. – Это майка, футболка и толстовка. И все они сейчас разлетятся на клочки. Ты меня просто вынуждаешь… Последняя попытка, если не ответишь… Маленький, удаленький сквозь шкуру прошел, свежего натурального мяска нашел… Подсказка: это из фильма «Чужой».

– Где Темников? – Продолжила я допрос с пристрастием.

– Да я правда не знаю. – Заскулил Ошметкин. Благо толстая, оставшаяся с прежних времен дверь совершенно не пропускала звуки. – Только догадываюсь, что все дело в работе. Мне тоже предлагали принимать какие-то таблетки за деньги. Дали даже какую-то форму согласия заполнить, но я прочитал, что средство еще не запатентованное, побочные эффекты не изучены. Возможен даже смертельный исход. И отказался. Мне пригрозили, чтобы молчал. Я и молчал. Даже в полиции.

– А как насчет таблеток, которые ты дал Темникову? Якобы для активизации мыслительных процессов? Это не те самые, которые ты не захотел пить?

– А-а, это… – Замялся парнишка, припоминая. – Каюсь. Сашку я обманул. Решил немного бабла срубить на халяву. Все болтали про «умные» таблетки, вот я и продал ему витаминчики по цене нейролептика. Вреда-то от них никакого. Кто ж знал, что у Темникова от витамина А сыпь по физиономии пойдет?

– Чего-чего? – Переспросила я. – Сыпь?

– Ну, да. – Не стал скрывать сосед по общежитию. – Я сказал Сашке, что это просто побочка, и показал в компе ту самую форму для добровольцев по исследованию воздействия препаратов. Там четко черным по белому значилось: «Возможно высыпание от превышения суточной дозы, а также галлюцинации, нарушения сна и рвота». Но он-то на самом деле это лекарство не принимал. Я что? Дурак, приятелю непонятно какие таблетки подсовывать? Только он был уверен, что галлюцинации появились тоже. Ему все чудилось, будто за ним кто-то следит. Параноик хренов. – Пренебрежительно фыркнул Михась. – Наверное, зря я ему дал почитать бумажку с побочными эффектами. Ну, кто ж знал, что парень окажется впечатлительный? И напридумывает всякой фигни…

– Зачем ты тогда сказал Абухову, будто Сашка принимал настоящие таблетки? Зачем надо было врать?

– Ну, – поморщился от вцепившихся когтей Ошметкин. – Илюха налетел на меня, точно коршун, двинул по морде, нос разбил, камеру телефона включил и в физиономию мне. У меня вообще все из головы повылетало. Я подумал: если он узнает, что я Сашку развел на двести тысяч, он меня ваще прикончит. А если прознает, что из-за фальшивых таблеток тот не сдал сессию, бегал с этой сыпью по кождиспансерам, вместо того, чтобы писать курсовик…. Тогда бы Абухов меня просто живьем закопал. А оно мне надо?

– Ты знаешь, что ты полный придурок, Ошметкин? – Зло выговорила я, глядя в его жалкие водянистые глаза дегенерата, в которых не светилось ни грамма разума, один только животный страх. «Может этот идиот стал идиотом, потому что, вопреки сказанному, все же употреблял непатентованные таблетки в рамках подпольного исследования?» – Мелькнула крамольная мысль.

– Да не Ошметкин я. Чего вы все меня Ошметкиным обзываете? – Буквально взорвался завравшийся вконец сосед Темникова. – Ошметков я. Ош-мет-ков Михаил. Из древнего дворянского рода…

– А мне без разницы. – Услышал он от меня.

– Ведьма. – Услышала я от него раздосадованное, когда, прихватив куртку, сумки и котов, покидала женский туалет, но отвечать на этот дерзкий выпад «потомка дворянских кровей» посчитала ниже своего достоинства.

Не удостоив этого мерзкого ублюдка, распластанного по стене, даже взгляда, мы воинственным строем победителей зашагали прочь.