Глава 6. Рецензент, который читал раньше автора

Дата прочтения показывала завтра.

Время — семь минут назад.

Сергей обновил страницу.

Ничего не изменилось.

В списке по-прежнему стояло:

**Глава 6. Рецензент, который читал раньше автора.**

Читатель:

**Предварительный.**

— Имя странное, — сказал Критик.

— Вы всё ещё здесь?

— Хочу посмотреть, как Вы объясните нарушение хронологии.

— Никак.

— Тогда зачем обновляете страницу?

— Надеюсь, что нарушение испугается и исчезнет.

Сергей нажал на имя читателя.

Открылась авторская страница.

На ней действительно ничего не было.

Ни произведений.

Ни рецензий.

Ни фотографии.

Только одна фраза:

**«Я читаю не то, что написано. Я читаю то, что автор собирается написать».**

— Шарлатан, — сказал Критик.

— Почему?

— Потому что это невозможно.

— Слабое доказательство.

— Зато универсальное.

В правом нижнем углу страницы мигал значок личного сообщения.

Сергей открыл.

**Сергей, не начинайте шестую главу со слов: 
«Дата прочтения показывала завтра». 
Это слишком ожидаемо.**

Сергей перечитал первую строку уже написанной главы.

Она начиналась именно так.

Критик заглянул через плечо.

— Совпадение.

Пришло второе сообщение:

**Критик сейчас скажет: «Совпадение». 
Не спорьте с ним. Он понадобится Вам через девять минут.**

Критик посмотрел на часы.

— Манипуляция.

— Почему?

— Он заставляет нас думать о девяти минутах. Теперь всё, что случится через девять минут, покажется предсказанным.

Сергей кивнул.

— Разумно.

Третье сообщение:

**Критик объяснит, что я заставляю вас ждать девять минут, чтобы любое событие показалось предсказанным. Он прав. Но только наполовину.**

Критик снял очки.

Протёр.

Надел обратно.

— Мне не нравится этот человек.

На экране появилась дверь.

Не нарисованная.

Настоящая деревянная дверь, втиснутая между строками авторской страницы.

На ней висели часы без стрелок.

Ниже находилась кнопка:

**ВОЙТИ ДО ТОГО, КАК РЕШИТЕ**

Сергей потянулся к мыши.

Критик остановил его.

— Сообщение прямо предлагает Вам войти.

— И?

— Значит, этого делать нельзя.

— Почему?

— Потому что он предсказывает Ваш выбор.

— Если не войду, он тоже его предсказал.

— Откуда знаете?

Пришло новое сообщение:

**Если Критик убедит Вас не входить, откройте нижний ящик стола.**

Они одновременно посмотрели на стол.

В нём действительно был нижний ящик.

Сергей раньше его не замечал.

— Не открывайте, — сказал Критик.

— Почему?

— Именно этого от нас добиваются.

— Тогда войдём в дверь?

— Этого тоже.

— Предлагаете ничего не делать?

— Возможно, он этого и ждёт.

Сергей откинулся в кресле.

— Удобная ловушка.

— Любой наш поступок можно объявить предсказанным.

— Тогда проверим иначе.

Сергей встал.

Подошёл к окну.

Открыл.

Снял с подоконника пустой цветочный горшок и поставил его на клавиатуру.

Критик смотрел с недоумением.

— Зачем?

— Сам не знаю.

Экран погас.

Потом появилась строка:

**Горшок — это уже лишнее.**

Сергей улыбнулся.

— Не угадал.

Следующая строка:

**Но именно поэтому Вы его поставили.**

Улыбка исчезла.

Критик сказал:

— Он не предсказывает. Он объясняет задним числом.

— Как большинство уверенных людей.

— И некоторых рецензентов.

— Не начинайте.

На часах прошло восемь минут.

Осталась одна.

Сергей смотрел на дверь.

Критик — на часы.

Экран — на них обоих.

Через девять минут ничего не произошло.

Критик усмехнулся.

— Вот и всё.

В этот момент из нижнего ящика стола раздался стук.

Три раза.

Пауза.

Ещё один.

Сергей открыл ящик.

Внутри лежала книга.

На обложке:

**«Путешествие по Вселенной Проза.ру. Том четвёртый».**

— Ваша? — спросил Критик.

— Похоже.

— Вы её туда клали?

— Нет.

Сергей открыл оглавление.

Предисловие.

Глава 1.

Глава 2. «Кабинет, в котором факты заговорили».

Глава 3. «Вечер длиной в двадцать два года».

Глава 4. «Рецензия, которая убила произведение».

Глава 5. «Дом произведений, не согласных со своими рецензиями».

Глава 6. «Рецензент, который читал раньше автора».

Дальше названия были замазаны.

Кроме последнего:

**Глава 60. День, когда Сергей отказался писать финал.**

Критик прочитал.

— Уже шестьдесят?

— Пока только название.

— Но оно опасное.

— Почему?

— Если Вы знаете финал, начнёте вести книгу к нему.

— Разве не так строятся произведения?

— Иногда.

— А когда не так?

— Когда финал написан кем-то другим.

Сергей перелистнул страницу.

Текст шестой главы заканчивался словами:

*Сергей открыл дверь и впервые увидел человека, который прочитал его решение раньше, чем оно стало мыслью.*

Дверь на экране распахнулась.

За ней стоял мужчина.

Серый костюм.

Обычное лицо.

В руках — стопка ещё не написанных страниц.

— Предварительный? — спросил Сергей.

— Это не имя.

— А что?

— Должность.

— Где Вы работаете?

— В Отделе ожиданий.

Критик спросил:

— Чьих?

— Читательских.

— Такой отдел существует?

— С тех пор, как появился первый рассказ с продолжением.

Предварительный протянул Сергею верхний лист.

— Это Ваша следующая сцена.

— Не хочу читать.

— Уже хотите.

— Это не одно и то же.

— Для сюжета — почти.

Сергей не взял лист.

— Вы действительно читаете произведения до автора?

— Нет.

— Тогда что Вы читаете?

— Ожидания.

— Чьи?

— Всех, кто прочёл предыдущие главы.

За дверью открылось огромное помещение.

Тысячи столов.

За каждым сидел человек и заполнял карточки.

На карточках были вопросы:

**Что произойдёт дальше?**

**Кто окажется виноват?**

**Вернётся ли Первый Автор?**

**Куда исчезла Нина?**

**Что означает красный карандаш?**

**Кто написал Старого Учителя?**

**Доживёт ли Петрович до финала?**

Петрович выглянул из соседней комнаты.

— А чего это я должен не дожить?

Предварительный сказал:

— Читатели беспокоятся.

— Пусть за себя беспокоятся.

— Значит, Вас можно отметить как желающего дожить?

— А есть другие варианты?

— Геройская смерть.

— Нет.

— Таинственное исчезновение.

— Нет.

— Жертва ради спасения книги.

— Категорически нет.

— Комическое возвращение после мнимой смерти.

Петрович задумался.

— Зависит от того, кормят ли после возвращения.

Предварительный сделал отметку.

Сергей вошёл в Отдел ожиданий.

Карточки поднимались над столами и соединялись в облака.

Одно облако требовало появления злодея.

Другое — любовной линии.

Третье — окончательного объяснения устройства Вселенной Проза.ру.

Четвёртое хотело, чтобы автор прекратил всё объяснять и просто отправил героев в настоящее приключение.

— Самое разумное облако, — сказал Критик.

Пятое требовало вернуть персонажа, который появился в одной сцене второго тома и больше никогда не упоминался.

— Кто это? — спросил Сергей.

— Читатели не помнят имя, — ответил Предварительный. — Но требуют вернуть.

— Зачем?

— Они чувствуют незавершённость.

— А если персонаж был случайным?

Критик кашлянул.

— В хорошей книге случайные персонажи иногда переживают главных.

Отдельное маленькое облако висело в углу.

На нём было написано:

**ПУСТЬ СЕРГЕЙ НАКОНЕЦ ПРОСТО ЗАЙДЁТ В КАБИНЕТ АВТОРА И ПОГОВОРИТ С НИМ.**

Сергей показал на него.

— Вот это важное.

— Оно растёт, — сказал Предварительный.

— Почему?

— Потому что читатели помнят первоначальное обещание книги.

— Путешествие по кабинетам авторов.

— Да.

— А мы слишком увлеклись устройством самой Вселенной.

— Да.

Критик возразил:

— Но устройство Вселенной тоже интересно.

Предварительный ответил:

— Одно не отменяет другого. Однако если книга слишком долго не выполняет обещание, читатель начинает чувствовать подмену.

Сергей посмотрел на облака.

— И Вы строите будущие главы из этих ожиданий?

— Нет.

— А что делаете?

— Показываю автору давление.

— Зачем?

— Чтобы он решил, чему следовать, что нарушить, а что превратить в неожиданный поворот.

— Значит, Вы не предсказываете.

— Я рассчитываю наиболее вероятное продолжение.

— На основании читательских ожиданий?

— И авторских привычек.

— Каких?

Предварительный открыл шкаф.

Внутри хранились карточки:

**Сергей любит заканчивать главу дверью.**

**Часто вводит загадочного незнакомца.**

**Использует предмет, который невозможно объяснить.**

**Любит превращать абстрактное понятие в учреждение.**

**Позволяет Петровичу разрушать философию бытовым вопросом.**

**Оставляет в финале название следующей главы.**

Петрович прочитал.

— Правильно делает.

Критик сказал:

— Узнаваемый приём превращается в повтор, если читатель заранее видит механизм.

Сергей посмотрел на открытую дверь, загадочного Предварительного, Отдел ожиданий и книгу из будущего.

— Получается, вся эта глава построена из моих привычек.

— Почти, — ответил Предварительный.

— А где неожиданность?

— Её должен создать автор.

— Сейчас?

— Желательно.

Сергей взял стопку будущих страниц.

Не читая, бросил их в воздух.

Листы разлетелись.

Работники Отдела вскочили.

— Что Вы делаете?!

— Нарушаю прогноз.

— Это не нарушение! Мы предусмотрели вероятность такого поступка!

— Какую?

— Двадцать восемь процентов!

— Значит, нужно сделать то, чего я обычно не делаю.

Критик сказал:

— Закончить главу без загадки.

— Слишком легко.

Петрович предложил:

— Позвать настоящего автора.

Сергей повернулся.

— Что?

— Читатели просили кабинет. Так идёмте в кабинет.

— Сейчас?

— А чего ждать следующей главы?

Предварительный побледнел.

— Этого нет в расчёте.

— Почему?

— Потому что переход должен произойти в финале.

Петрович взял ближайшую карточку.

На обороте находился адрес:

**Ярославль. Авторская страница Виктора Валенкина.**

— Там уже были, — сказал Сергей.

Петрович взял другую.

**Баку. Фархад Аскеров Рамизоглы.**

— Тоже были.

Третья:

**Александр Барышников 3.**

— Был.

Четвёртая карточка оказалась пустой.

Петрович перевернул.

На обратной стороне проступило имя:

**Евгений Слогодский.**

Сергей замер.

— Он добавил меня в избранные.

— Просили?

— Нет.

— Значит, человек сам Вас выбрал.

Предварительный быстро перебирал документы.

— Этой встречи нет в плане шестой главы.

— Теперь есть, — сказал Сергей.

— Но у нас отсутствует произведение.

— Значит, сначала зайдём к человеку.

— Без предварительного анализа?

— Да.

— Без рассчитанного конфликта?

— Да.

— Без подготовленного финала?

— Да.

Предварительный схватился за голову.

— Так нельзя писать!

Петрович открыл обычную дверь в конце зала.

— А мы сейчас не пишем. Мы идём в гости.

За дверью оказался небольшой кабинет.

Стол.

Компьютер.

Несколько открытых страниц.

На одной — список избранных авторов.

Среди имён:

**Бухдрукер Сергей.**

В кабинете никого не было.

Но на столе лежала записка:

**«Я знал, что Вы придёте. Только не знал, в какой главе».**

Предварительный прочитал.

— Этого не может быть.

Критик спросил:

— Почему?

— Потому что карточка появилась только сейчас.

Из соседней комнаты донёсся голос:

— Карточка — да. Решение — раньше.

Сергей шагнул к двери.

Но Петрович удержал его.

— Подождите.

— Что?

— Мы всё-таки в чужом кабинете.

— И?

— Постучать надо.

Он постучал.

Голос ответил:

— Входите.

Предварительный начал перелистывать будущие страницы.

— Здесь этого нет.

Сергей посмотрел на него.

— Поэтому Вы останетесь снаружи.

— Но я должен знать, что произойдёт!

— Вот в этом Ваша проблема.

Сергей вошёл.

И закрыл дверь перед человеком, который привык читать раньше автора.

Впервые за всё путешествие следующая сцена не появилась на экране.

Не возникло название новой главы.

Не прозвучало предупреждение.

Читатель не получил подсказки.

За закрытой дверью находились только два человека.

Один когда-то без просьбы добавил другого в избранные.

Второй пришёл узнать почему.

А книга впервые позволила их разговору начаться без заранее подготовленного смысла.