Развилка эволюции. Глава 35

Глава 35

Таллия. Средний пояс.
Земля. О-ская область.

                Первая же информация, поступившая с борта беспилотника, отправленного в пространство другого мира, привела сотрудников Центра энергетики на новых физических принципах, следивших за полетом по тем кадрам, что поступали на экраны, в сильнее волнение. И сейчас не нашлось бы, наверное, ни одного исследователя, который не испытывал трепет при виде той картины, что транслировалась с камер летательного аппарата. Да, что там говорить, если уже одного факта формирования устойчивого канала между двумя мирами, расположенными в разных временных отрезках, было достаточно для того, что привести ученую братию в трепет. Впрочем, не следовало забывать и о расчетах Александра Ерзунова, согласно которым устойчивость канала между двумя континуумами во многом зависела от работы неизвестных установок, расположенных где-то в далеком будущем. Проведя ряд исследований, сотрудники Центра пришли к выводу, что установки, используемые для преодоления барьера в рабочей зоне, тесным образом взаимодействовали с теми полями, что создавала аппаратура, установленная в иной реальности. 
                Удостоверившись в устойчивости канала связи с беспилотником, находившимся в ином пространстве, сразу после инцидента с применением микроволнового оружия Ерзунов покинул технологический узел номер шесть, решив переговорить о дальнейших действиях с академиком Павленко. И очень скоро выяснилось, что научный руководитель пребывает в таком же нетерпении, находясь в предвкушении предстоящей беседы и обмениваясь впечатлениями от увиденного с Мариной Ленской. Завидев Ерзунова, академик махнул рукой, как бы приглашая присоединиться к разговору и, наверное, впервые за долгий период времени, начиная с момента памятной катастрофы, на лице маститого ученого появилась добродушная усмешка:

                – Присоединяйтесь, присоединяйтесь, Александр Михайлович! Что же, Вас, да, наверное, и всех нас, можно поздравить – цель достигнута, сформирован устойчивый проход в пространственно-временном барьере?!

                – Все верно, Виктор Андреевич... – Поначалу приветствие академика вызвало в душе Ерзунова всплеск оживления, но спустя несколько мгновений взгляд молодого ученого потускнел. – Проход – это, конечно, достижение, но ребят мы так и не нашли.

                Павленко переглянулся с Мариной и, кивнув с понимающим видом головой, поднялся со своего места и подошел к Александру, так и застывшему с озадаченным выражением на лице. И чувства бывшего ученика и, вполне возможно, будущего преемника, были академику понятны, он и сам не мог избавиться от тревожных предчувствий в отношении пропавших товарищей. Тем менее, решил поддержать руководителя одной из основных лабораторий, похлопав его по плечу: 

                – Да, ребят мы пока не нашли, но как мне кажется, сейчас не время впадать в уныние. Что поделать, расход энергии на подержание барьера слишком велик, да и беспилотник не может летать вечно. А это означает, что аппарат придется вернуть, а барьер на время закрыть. Но это отнюдь не говорит о том, что мы не будем продолжать поиски, все еще впереди!

                – Я все понимаю, Виктор Андреевич, невозможно сделать все за один раз, – Ерзунов чуть помедлил и махнул с сокрушенным видом рукой, – ну, а что до беспилотника, Николай уже готовится возвращать аппарат в наше пространство... – Александр на мгновенье задумался и покачал головой. – Вот только по-прежнему неясно, с чем связан такой перерасход энергии, неужели мы устранили не все утечки?!

                – Нет, я проверяла, утечек нет, – в голосе Марины не слышалось ни капли сомнения, – полагаю, мы наблюдаем эффект, возникающий при пробое межпространственного барьера.

                – Слушайте, а не может это быть очередным вмешательством каких-нибудь засланных казачков? – перед мысленным взором Александра мелькнули моменты недавних диверсий.

                – Нет, Аксенов теперь даже мысли не допускает, что остались какие-то диверсанты, – и снова голос Ленской был наполнен твердой уверенность, – более того, по его словам, удалось, наконец, разговорить одного из пойманных террористов.

                – А тебе-то, откуда это известно? – Ерзунов уставился на бывшую однокурсницу с нескрываемым удивлением. – С какой такой стати Аксенов решил поделиться столь ценной информацией с простой сотрудницей Центра? Вы ведь и знакомы без году неделя...

                – Да я, в общем, просто поинтересовалась как-то... – На сей раз, в голосе Марины уже не было такой уверенности, а затем она и вовсе умолкла, оглянувшись на академика.

                Павленко ответил сотруднице понимающей улыбкой, а затем подошел к Ленской и, положив руку на плечо, повернулся к Ерзунову:

                – Знаешь, ведь и для меня, в свое время, некоторые вещи стали настоящим откровением... А вышло так, что Марина у нас не только сотрудница нашего Центра, но попутно еще и племянница начальника военной контрразведки, выполняющая по совместительству, обязанности этакого нештатного агента.

                Увидев, как вытянулось при этих словах лицо Александра, академик усмехнулся и покачал головой:

                – Хочешь верь, хочешь, не верь, но я и сам узнал об этом совсем недавно. И знаешь, как ни крути, но придется признать, что если бы не Марина, в иных ситуациях нам пришлось бы туго... И теперь я понимаю, почему генерал так легко откликнулся на мою просьбу – у него уже имелся источник информации в Центре...

                Очередное известие настолько ошарашило Ерзунова, что ему потребовалось почти четверть минуты, чтобы прийти в себя, а затем молодой ученый повернулся к Ленской и всплеснул руками:

                – Ну, и дела творятся в нашем Центре! Нет, я, конечно, начал догадываться после известных событий, что Колька Богданов у нас кто-то вроде агента под прикрытием, но, чтобы еще и Марина! Нет, ребята, это выходит за все мыслимые и немыслимые рамки...

                – А что тут такого? – пожала плечами бывшая однокурсница, а затем неожиданно развеселилась и ткнула кулачком в плечо застывшего на месте начальника лаборатории. – Я ведь от этого не перестала быть твоим другом! Да и судьба Гошки с Валеркой мне совсем не безразлична, уж можешь поверить!

                – И все равно, такие известия, они словно снег на голову, – с обескураженным видом покачал головой Ерзунов, но затем все же взял себя в руки и двинулся к выходу, бросив на ходу, – ладно, думаю, пора давать отбой установкам стабилизации поля.

                Однако не успел начальник лаборатории сделать и пары шагов, как один из операторов доложил о возвращении беспилотника в родное пространство. А это означало, что пришло время закрывать барьер, во избежание очередной попытки стороннего вмешательства. Александр удовлетворенно кивнул головой и собрался, было, продолжить путь к двери, как вдруг ожил канал связи с технологическим узлом номер шесть, и помещение контрольного пункта наполнил взволнованный голос Богданова:

                – Александр, Артем! У нас тут новая информация! Пересылаю вам кадры с беспилотника, записанные перед самым возвращением!

                – Ну, что еще такое? – проворчал академик, с недовольным видом поворачиваясь к экрану.

                Не прошло и нескольких мгновений, и к Павленко присоединились и Ерзунов с Мариной. Оператор поколдовал немного с клавиатурой, и вскоре на экране появилось изображение.
                Поначалу перед взором сотрудников Центра возникла мрачная картина невысокого горного массива, чей облик почему-то вызывал ассоциации с сильно скомканным покрывалом, небрежно брошенным на диван. Прошло совсем немного времени, и панорама скалистых холмов сменилась изображением узкой расселины, по дну которой перемещались, одна за другой, две группы людей. Однако, присмотревшись внимательнее, сотрудники Центра поняли, что стали свидетелем настоящей погони, во время которой одна из групп преследовала вторую, и не просто преследовала, но открывала время от времени огонь по пытавшимся оторваться беглецам. Но, и это изображение продержалось на экране совсем недолго, а затем перед взором Павленко и его подчиненных появилось внушительное сооружение, имевшее куполообразную форму. И что самое примечательное, непосредственно над вершиной строения, казавшегося почему-то неуловимо знакомым, разливалось неяркое зеленоватое сияние. 
                Но, отнюдь не мерцающее сияние, удивительным образом напоминающее свечение над помостом в рабочей зоне, привлекло наибольшее внимание присутствующих на контрольном пункте. Нет, дело было в другом... Неподалеку от вершины купола лежал навзничь какой-то человек, изо всех сил вжимавшийся в покатую поверхность колоссального сооружения. А всего в нескольких метрах от неизвестного, на небольшой высоте зависло светящееся облачко, точно такое же, как и те два объекта, что пытались атаковать земной беспилотник чуть больше четверти часа назад. Немудрено, что все внимание сотрудников Центра было обращено сейчас на человека, лежавшего на крыше.

                Не прошло и четверти минуты, как в интеркоме послышался голос Богданова, скомандовавшего оператору, чтобы тот увеличил изображение неизвестного. И стоило только сотруднику Центра выполнить указание старшего инженера, как помещения основного контрольного пункта, а следом и технологического узла номер шесть, наполнились настоящим шквалом эмоциональных возгласов и восклицаний. И такая реакция была вполне понятной, ибо человеком, вжимавшимся в покатую поверхность купола в нескольких шагах от враждебной, в чем теперь не осталось ни малейшего сомнения, формы жизни, был никто иной, как пропавший полтора месяца назад журналист Георгий Порошин! 
                Появление на экране репортера, да еще и находившегося в столь незавидном положении, привело в сильнейшее волнение даже тех сотрудников Центра, которые с журналистом ни разу не сталкивались. Что уж говорить об академике Павленко... Увидев бывшего ученика, маститый ученый вскочил и приблизился к экрану, а затем воздел руки к потолку и буквально прокричал, словно хотел, чтобы его услышали на всех контрольных пунктах: 
               
                – Дальше! Дальше крутите запись!

                – Увы, у нас больше ничего нет, – в голосе Богданова, прозвучавшем после непродолжительной заминки из динамика интеркома, слышались виноватые нотки, – скользнув над куполом, аппарат пару минут маневрировал в котловине, а затем просто нырнул обратно.

                – Виктор Андреевич! – теперь уже и Марина не могла сдержать эмоций и схватила научного руководителя за руки. – Нельзя закрывать барьер! Там Георгий, а может и Валерка жив!

                – Вижу, вижу, не слепой, – пробурчал сердитым тоном академик и, бросив быстрый взгляд на экран, схватил трубку внутреннего телефона, – это Павленко, мне необходима энергия, причем на максимуме... – Пару секунд научный руководитель выслушивал ответ, а затем нахмурился. – Да, я сам уведомлю руководство! Да и всю ответственность беру на себя!

                Постояв еще немного, устремив на трубку телефона неприязненный взгляд, Павленко обернулся к Ерзунову:

                – Как долго длится перезарядка беспилотника?

                Ответ на этот вопрос можно было получить у того же Богданова, и в следующее мгновенье Александр уже нажимал кнопку интеркома связи с технологическим узлом номер шесть. Не прошло и нескольких секунд, и Ерзунова снова повернулся к академику:

                – При наличии запасных элементов питания, а таковых у нас в достатке, замена и полный контроль займут не больше двадцати минут.

                Выслушав ответ начальника лаборатории, академик на пару мгновений задумался, а затем снова повернулся к ожидавшим распоряжений оператором, и судя по стальным интонациям, звучавшим в голосе Павленко, научный руководитель и помыслить не мог, что кому-то придет фантазия возражать:

                – Барьер не закрывать! Защитную систему держать в полной готовности! Запуск беспилотника – по готовности!

                – Принято, – едва дождавшись рапорта первого оператора, Александр кивнул головой и шагнул к двери, устремив на академика испытывающий взгляд, – если позволите, я к ребятам, помогу с запуском? – и не дожидаясь ответа, выскочил в коридор.

                – Ну что ты будешь делать? – академик глубоко вздохнул и развел руками, метнув в сторону Марины многозначительный взгляд. – Глядишь, еще и ребят вытащим, как думаешь?!

                – Вытащим, обязательно вытащим, – последовал незамедлительно ответ Ленской, и все, кто слышал сейчас голос Марины, невольно прониклись уверенностью старшего научного сотрудника.

                По лицу академика скользнула понимающая улыбка, впрочем, почти тотчас уступившая место хорошо знакомому всем сотрудникам Центра выражению предельной сосредоточенности. Пару мгновений Павленко медлил, затем бросил взгляд на экран, где застыло изображение Георгия Порошина и, глубоко вздохнув, поднял трубку телефона – теперь ему предстояло объясняться с руководством.

***

                Вот уже четверть часа Георгий двигался во главе небольшой группы местных жителей по закоулкам Центра энергетики на новых физических принципах, и с лица его не сходило выражение неприкрытой досады, к коей примешивалось откровенное недоумение. Отсеки некогда едва ли не самого передового научного учреждения в мире выглядели так, словно по ним прошлась банда взбесившихся обезьян, вооруженных огромными кувалдами, настолько серьезными выглядели разрушения. Будучи человеком, не раз бывавшим в командировках в горячих точках, Порошин понимал, что подобные повреждения не могли возникнуть естественным путем, и чем дальше продвигался маленький отряд, тем отчетливее становилось впечатление, что научные лаборатории и исследовательские модули крушили целенаправленно и необычайно настойчиво. Миновав несколько совершенно разгромленных отсеков, журналист не выдержал и поделился своими соображениями с товарищами:

                – Как хотите, но у меня не осталось ни малейшего сомнения в том, что наблюдаемые следы разрушений, ничто иное, как следствие крайней неприязни, испытываемой к нашему Центру! И этот кто-то категорически не желал, чтобы состояние научной базы позволяло ей функционировать! 

                – Похоже, тем, кто пришел на Землю вслед за вами, очень не хотелось, чтобы исследования продолжались, – с понимающим видом оглянувшись на Порошина, вздохнул референт Одлин.

                – Боюсь, тех, кто шел следом за нами, куда больше заботила собственная комфортная жизнь, причем таковая изначально предназначалась для очень ограниченного круга людей, – по лицу Георгия скользнула горькая усмешка, – что до остального человечества, ему, похоже, уготовили участь пресловутого расходного материала.

                Журналист хотел, было, сказать еще что-то, но передумал и махнул рукой. И теперь Одлин, а вместе с ним Валдис, хотя молодой человек мало что понял из замечания журналиста, ломали голову над тем, что же хотел сказать Порошин. А вот девушек столь высокие материи интересовали куда меньше, и теперь всё внимание помощницы эскулапа и его дочери было сосредоточено на величественном сооружении, в недрах которого они волею случая очутились. Так, в полной тишине, царившей под сводами разрушенного сооружения, двигались еще несколько минут, но в какой-то момент Летиция не выдержала и, запрокинув голову, но не отпуская при этом руки референта, устремила взгляд к проглядывавшей сквозь дыры в потолке коридора внутренней поверхности купола:

                – Это сколько же времени и труда пришлось затратить, чтобы построить все это?!

                – Много, очень много, – и вновь на лице Порошина мелькнула невеселая улыбка, – строительство Центра потребовало неимоверных средств, а равно и огромных усилий немалого числа людей.

                – А потом кто-то взял и всё это разрушил, – пробормотал с унылым видом Валдис, искоса поглядывая по сторонам.

                Это могло бы показаться удивительным, но если еще совсем недавно, во время бегства от Поллоков и их сторонников молодой человек демонстрировал невероятную для него уверенность в себе и готовность к активным действиям, то теперь, оказавшись внутри древнего сооружения, вновь погрузился в привычное для окружающих состояние неуверенности и отстраненности. Зато ничуть не удивлял облик Полины, погрузившейся с головой в какое-то непривычное для девушки отстраненно-равнодушное состояние. И можно было предположить, что подобное состояние стало следствием того, что девушка очутилась внутри колоссального сооружения, чьи размеры просто поражали воображение. Окинув потомков из далекого будущего внимательным взглядом, Порошин покачал головой, и на лице его мелькнула понимающая улыбка. В голове журналиста мелькнула мысль о том, что местным жителям будет чертовски непросто понять суть того, что произошло когда-то на Земле, сиречь – Таллии. Сделать это было крайне непросто, и все же Георгий не мог оставаться безучастным к судьбе людей далекого будущего и попытался объяснить, в чем заключался замысел «самоизбранной» части человечества:

                – Знаете, думаю, основной заботой Держателей, хотя, их можно называть и призраками, ибо между ними нет никакой разницы, было недопущение восстановления тяги оставшегося человечества к техническому прогрессу, восстановлению утраченных знаний... Это и стало причиной методичного и настойчивого пресечения на корню любых попыток создать что-то новое. И в результате эта деятельность привела к тому, что вы уже не одно столетие, да что там, тысячелетие, продолжаете топить дома торфом и избегаете использовать энергию пара...

                – Простите, но ведь у нас же есть паровые омнибусы, – попытался, было возразить Валдис, но даже самому молодому человеку было понятно, насколько смехотворным выглядел этот довод.

                – И сколько у нас таких омнибусов? – взгляд Одлина, устремленный на молодого напарника, был полон горькой иронии. – Три десятка? Четыре? Пять? И это на всю планету... Это же просто смешно...

                – Однако, если взглянуть с другой стороны... – Пробормотал под нос Георгий, оглянувшись на своих спутников, и затем метнул взгляд назад, в том направлении, где осталась щель, ведущая на балкон. – Запрет на использование огнестрельного оружия отнюдь не кажется чрезмерной мерой предосторожности...

                Но, как бы то ни было, продолжая обмениваться репликами в том же духе, по большей части касавшимися текущего местоположения, беглецы добрались до глубокого провала, дно которого скрывалось во мраке. На противоположной стороне рукотворного ущелья виднелась небольшая ровная площадка, расположенная четырьмя-пятью метрами ниже. Правый угол площадки был доверху завален разнокалиберными обломками каких-то конструкций, а вот на левой стороне обнаружился дверной проем, за которым виднелся лестничный пролет, уходящий вниз. Георгий подобрался к самому краю провала и попытался понять, куда может вести эта лестница. Журналист плохо представлял себе взаимное расположение помещений Центра, и все же у него сложилось впечатление, что именно эта лестница может вывести пятерку путешественников к выходу, на худой конец, к основным коридорам. Немного помедлив, Порошин обернулся к своим спутникам, желая узнать мнение телетайписта и референта по поводу возможности движения дальше. Однако, глядя на задумчиво-настороженное выражение, застывшее на лицах местных жителей, становилось понятным – они и представить не могли, каким образом преодолеть столь широкий провал. И стоило Одлину встретить вопросительный взгляд журналиста, как бывший представитель власти в Галлии покачал головой, не замедлив поделиться сомнениями: 

                – Скажу честно, как по мне, так эта пропасть слишком сложное препятствие, далековато будет, особенно для девушек.

                – С этим не поспоришь, – Георгий немного помедлил и, кивнув головой, снова приблизился к краю провала, окинув торчащие из стен куски арматуры и остатки каких-то конструкций внимательным взглядом. 
 
                Не прошло и минуты, как внимание журналиста привлекла одна из конструкций, из недр которой торчало нечто вроде очень толстого шнура или, скорее, тонкого шлага или кабеля:

                – Так, а тут у нас что такое?
 
                Осмотрев остатки скрученной в узел конструкции, Порошин извлек шнур-шланг наружу и покачал головой – перед ним был самый обычный электрический кабель, предназначенный, по всей видимости, для подачи высокого напряжения. Повертев кабель в руках, репортер задумался – подобный провод легко выдерживал нагрузку в сотни килограмм, если вести речь о растяжении. И подобная характеристика кабеля навела журналиста на очень интересную, хотя и рискованную мысль. Поначалу Порошин и вовсе хотел отказаться от столь опасной затеи, но оглядевшись еще раз по сторонам, лишь тряхнул с досадой головой – поиски альтернативных путей могли серьезно затянуться. Не говоря уже о том, что могли опомниться те же Держатели-призраки, из чего следовало, что путешественникам придется рискнуть. Просунув голову во внутреннюю полость установки, Георгий нашел место, где кабель едва держался в гнезде, и одним сильным рывком вырвал его из крепления. Удовлетворенно кивнув головой, Порошин извлек кабель наружу и размотал на всю длину, а затем снова повернулся к провалу. Да, оценка получалась довольно приблизительной, но по мнению журналиста, длина имевшегося у него куска провода с лихвой перекрывала ширину провала. А это означало, что у задумки репортера имеются все шансы быть исполненной.  Соорудив на одном из концов кабеля нечто вроде петли, Порошин приблизился к краю провала и окинул противоположную стену внимательным взглядом.
                Не прошло и нескольких секунд, и Георгий нашел, что искал. Прикинув расстояние, разделявшее два края провала, журналист тщательно прицелился и, раскрутив импровизированное лассо, с силой метнул его через провал. Петля пролетела над пропастью и, ударившись о стену, скользнула вниз, зацепившись за внушительный крюк, торчавший на противоположной стороне. Немедля ни секунды, Порошин с силой потянул кабель на себя и, увидев, что петля затянулась, одобрительно кивнул головой. Постояв немного у края обрыва, Георгий отошел на пару шагов и с силой дернул кабель на себя, а затем еще раз и еще... Однако, крюк оставался неподвижен, по всей видимости, уходил в стену достаточно глубоко, являясь, должно быть, элементом крепления какой-то серьезной конструкции. Но, как бы то ни было, он позволял реализовать задумку репортера, и теперь, когда все приготовления были закончены, и Порошин повернулся к товарищам, все это время с любопытством, наблюдавшим за манипуляциями журналиста. И, если поначалу на лицах Одлина с Валдисом читалось неприкрытое удивление, то к финалу приготовлений, это выражение сменилось искренним уважением. А вот девушки, похоже, по-прежнему не понимали, что же задумал представитель иного мира.
                Георгий подергал кабель еще раз, а затем снова повернулся к спутникам, указав кивком головы в сторону провала: 
               
                – Я пойду первым, а вы пойдете следом, но только в том случае, если у меня получиться. 

                – А если не получиться? – чисто машинально спросил Валдис, с опаской поглядывая на провал.

                – А если не получиться, придется вам идти назад, и искать другой путь, – слегка пожав плечами, усмехнулся Георгий, – но, увы, уже без меня.

                Валдис оглянулся на референта, но тот лишь покачал головой, продолжая поглядывать в сторону противоположного края провала. Ну, а что касается Порошина, журналист не стал дожидаться реакции Одлина на свое предложение и, обмотав конец кабеля вокруг запястий, отошел назад и, разбежавшись, с силой оттолкнулся от края обрыва, устремившись вперед. Не успел репортер оказаться в воздухе, как пространство под куполом огласили женские крики, но уже в следующее мгновенье журналист, пролетевший над пропастью на импровизированном «маятнике», приземлился на площадке, расположенной на противоположной стороне провала.
                И стоило только выходцу из далекого прошлого, что называется, финишировать, как жители Таллии, следившие с неослабевающим волнением за столь необычным способом преодоления препятствия, выдохнули с нескрываемым облегчением. При этом Валдису, смотревшему на прыжок такими глазами, словно сам очутился над пропастью, показалось, что после приземления журналист тотчас выпустил кабель из рук. Однако Порошин отлично понимал, что переправляться столь необычным способом придется не только ему, и даже не думал отпускать свою «канатную» переправу. Забравшись на небольшое возвышение у самого края площадки, Георгий привязал к свободному концу кабеля найденный тут же кусок кронштейна и с силой метнул получившуюся скрутку назад:

                – Ловите и прыгайте за мной!

                Однако, первая попытка оказалась неудачной. Одлина с Валдисом настолько поразил способ перемещения над пропастью, продемонстрированный журналистом, что оба жителя Галлии попросту упустили кабель. К счастью, референт довольно быстро опомнился и, осознав свою ошибку, подошел к самому краю и поймал брошенный вторично провод. Покрутив немного кабель в руках, Одлин повернулся к телетайписту:

                – Знаешь, Валдис, думаю, первым придется пойти тебе. Мне придется заняться подготовкой девушек, ну, а ты поможешь Георгию поймать их на другой стороне.

                С четверть минуты молодой человек колебался, но затем все же кивнул головой и, взяв кабель из рук референта, бросил в взгляд в направлении противоположной стороны провала. Но, не успел телетайпист сделать и пары шагов, начиная свой разбег, как возникла еще одна проблема... Проблема, о которой никто и подумать не мог. И проблема сия касалась исключительно путешественниц, о чем и поведала Летиция, приблизившись к Одлину и, потупив взор, слегка приподняла подол длинного платья:

                – Покорнейше прошу прощения, господин референт, но прыгать в такой юбке...

                Девушка глубоко вздохнула и умолка на полуслове, однако уточнения и не требовалось – с такой длиной юбки, сшитой в полном соответствии с принятыми на Таллии правилами, еще можно было мириться при движении по саванне, но любые акробатические номера становились категорически противопоказанными. Первая же попытка прыгнуть в столь длинном одеянии могла привести к фатальным последствиям. Но, если Одлина с Валдисом подобная проблема поставила в тупик, то Георгий, моментально сообразивший, в чем причина заминки, почти тотчас подсказал решение:

                – Обрывайте подол! Обрывайте до колена, иначе запутаетесь!

                – Это как же так? Ноги открыть? – предложение репортера вызывало у Полины такой приступ смущения, что лицо девушки в считанные мгновенья покрыл густой румянец.

                Но, если Летиция, а вместе с ней и молодой связист, выглядели растерянными, то референт моментально оценил предложение журналиста, и с самым решительным видом повернулся к девушкам:

                – Иного выбора у нас нет... В противном случае, рискуем очутиться на дне этой пропасти. Ничего страшного не случиться, в конце концов, руки и плечи вы и так уже обнажили, пожертвовав накидками!

                Столь решительное выступление Одлина возымело свое действие. И хотя какое-то время смущенные девушки продолжали переглядываться между собой, в итоге Летиция все же махнула рукой и парой уверенных движений оборвала подол юбки чуть ниже колена:

                – Надеюсь, небо на землю от этого не упадет...

                А вот Полина, в отличие от решительной подруги, мешкала чуть дольше, но в итоге и она, бросив быстрый взгляд в сторону не сводившего с неё глаз Валдиса, последовала примеру Летиции.

                – Ну, вот и славно, – на лице Георгия, внимательно наблюдавшего за приготовлениями девушек, мелькнула добродушная усмешка, – и небо на землю не упало.
   
                Одлин бросил быстрый взгляд на обнаженные до колен ноги девушек, добродушно усмехнулся, а затем повернулся к телетайписту, так и застывшему с зажатым в руках концом кабеля.
                Молодому человеку стоило немалого труда отвести взгляд от обнаженных икр Полины, а затем на лице его появилось такое выражение, словно наступает конец света. Однако связисту все же удалось взять себя в руки и, отойдя на несколько шагов от края, он рванулся вперед и... Спустя пару секунд был подхвачен журналистом, стоявшим наготове, ибо в отличие от Георгия притормозить телетайпист не догадался, и его тотчас поволокло назад.
                Ну, а следом пришел черед девушек, причем первой, после непродолжительного раздумья, отправили Полину, обвязав для надежности остатком кабеля под мышками, если девушка выпустит провод из рук. Затем, девушка в сопровождении подруги отошла назад, глубоко вздохнула, чуть помедлила и кинулась к провалу, закрыв в последний момент глаза...
                Пространство над пропастью разрезал отчаянный девичий крик, но...
                Уже в следующее мгновенье Полина нежилась в объятиях Валдиса, подхватившего объект своего внимания с такой страстью, что можно было только позавидовать. Оба молодых человека сильно раскраснелись и, как показалось Георгию, могли бы еще долго держать друг друга в объятиях, однако, время шло, и журналисту пришлось нарушить идиллию, тронув телетайписта за рукав.
                Летиция, в отличие от подруги, перенесла полет над пропастью куда спокойнее, однако от внимания Порошина не укрылось, что перед самым приземлением девушка все же зажмурилась. А спустя пару минут к товарищам присоединился и референт, шумно выдохнувший после того, как все закончилось. Ну, а теперь, когда все были в сборе, ничто не мешало продолжить путь.
   
                Порошин был готов ступить на верхние ступени лестницы, когда со стороны провала послышался странный шум, напоминавший шорох, возникающий при перекладывании больших листов бумаги с места на место. Необычный звук заставил Георгия насторожиться, пару мгновений журналист прислушивался, затем сделал знак своим спутникам и осторожно приблизился к краю пропасти. С четверть минуты репортер всматривался в густой полумрак, окутывавший пространство разрушенных помещений, после чего покачал головой и отступил назад – ни единого признака движения в провале не наблюдалось. А спустя несколько мгновений утих и шум, источник которого так остался неизвестным. Постояв у края провала еще немного, Георгий махнул рукой и вернулся к своим спутникам, продолжая размышлять о причинах, породивших странный звук. И очень скоро выяснилось, что журналист был не единственным человеком, коего интересовал этот вопрос – не успел репортер присоединиться к попутчикам, как к нему обратился Одлин, в голосе которого слышались разом, и немалый интерес, и плохо скрываемое беспокойство:

                – Как думаете, что это было? Это не может быть связано с какими-то местными механизмами?

                – Хороший вопрос, но ответа на него у меня нет, – журналист немного помедлил и развел руками, а в следующее мгновенье по лицу его скользнула горькая усмешка, – уж простите, но вышло так, что последний раз я побывал в этом месте несколько тысячелетий назад.

                – Это Вы простите меня... – Глубоко вздохнув, покачал головой референт. – Наверное, это слишком самонадеянно – возлагать такие надежды на человека, переместившегося во времени против своей воли... – Одлину стоило немалого труда подавить тяжкий вздох, и только тут представитель власти обратил внимание на Летицию, все это время не сводившую с референта необычайно пристального взгляда.

                В какой-то момент Одлину показалось, что девушка от него что-то ждет, но стоило ему сделать шаг в её сторону, как Летиция тотчас отвернулась, и этот поступок юной особы снова заставил референта вздохнуть. Георгий же в ответ на признание представителя власти лишь коротко кивнул головой и, чуть помедлив, указал в сторону лестничного проема:

                – Вас тоже можно понять, однако, в текущей ситуации мы все в одной лодке... А посему, большого выбора у нас нет...

                И с этими словами Порошин решительно ступил на верхние ступени первого пролета. Не стали мешкать и его товарищи, поспешив последовать за журналистом.
                Однако, очень скоро стало понятно, что спуститься вниз не так-то и просто – первые пролеты оказались изрядно загромождены обломками. Мало того, опустившись на четыре пролета вниз, путешественники столкнулись со столь внушительной баррикадой из обломков несущих конструкций, что едва не повернули назад. Преодолеть такое препятствие стоило путникам немалого труда, и особенно непросто пришлось девушкам, вынужденным в итоге признать, что двигаться в юбках непривычно малой длины стало куда легче. Но, на этом приключения не закончились, ибо, спустившись чуть ниже, путешественники очутились перед внушительным провалом, занимавшим едва ли не половину пролета. И преодолеть его удалось, лишь воспользовавшись необычайно узкой дорожкой, прилепившейся к одной из стен. Подобный спуск настолько утомил беглецов, что они вздохнули с немалым облегчением, когда дюжиной пролетов ниже всевозможные разрушения, наконец, кончились. Да, чего греха таить, лестницу и здесь усеивало изрядное число обломков, но тут путешественники хотя бы не подвергались риску загреметь в пропасть. Вот только сюрпризы на этом не закончились – не успели беглецы преодолеть еще пару пролетов, как со всех сторон пополз уже знакомый шорох. Но, теперь этот звук стал другим и, хотя ни у кого не осталось сомнений, что источник шума заметно приблизился, с определением направления возникли определенные затруднения.
                К примеру, тому же Валдису казалось, что шорох рождается за стеной по правую руку. Летиция была убеждена, что необычный звук идет откуда-то снизу, в то время как Полина полагала, что источник странного шума находится в стене, расположенной слева от лестницы. Выслушав версии своих попутчиков, Одлин покачал головой и огляделся по сторонам:
      
                – Не хотел бы показаться излишне оригинальным, но у меня такое ощущение, что звук идет откуда-то сверху...

                Что до Георгия, пикировка товарищей заставила журналиста насторожиться – репортер отлично понимал, что подобные коллизии восприятия не могут возникнуть на ровном месте. С минуту журналист размышлял над сложившимся положением, а затем посчитал необходимым поделиться своими сомнениями с референтом:

                – А знаете, тот факт, что всем нам кажется, что звук идет с разных сторон, говорит, с высокой долей вероятности о том, что источник последнего быстро перемещается. И скажу вам честно – мне это совсем не нравится.

                Замечание Порошина заставило путников насторожиться, и какое-то время все стояли на месте, вслушиваясь в окружавшую их тишину. Но, увы, необычный звук больше не повторился и, спустя четверть минуты Георгий махнул рукой, как бы показывая, что можно продолжить движение.
                Путешественники успели миновать несколько пролетов, когда перед ними возник очередной внушительный завал, образовавшийся из обломков, рухнувших откуда-то сверху конструкций. И на этот раз разрушения коснулись не только самой лестницы, но и стен, как по левую, так и по правую руку – с обеих сторон зияли внушительные проломы, за которыми царила кромешная тьма. И теперь преодоление очередной баррикады заняло значительно большее время, при этом путешественники с головы до ног изгваздались в густой пыли, покрывавшей обломки толстым слоем. Кое-как перебравшись на другую сторону, беглецы привели себя в порядок и, продолжая беспрерывно чихать, двинулись дальше. Вот только очень скоро стало понятно, что спуск, по сути, закончился – лестница упиралась в массивную металлическую дверь, на поверхности которой еще можно было разглядеть остатки почти стертой надписи. С минуту, наверное, Георгий напрягал зрение, пытаясь разобрать надпись на одной из створок, но в занятии своем не преуспел и, махнув рукой, повернулся к своим спутникам: 
               
                – Ну что же, иного выхода у нас нет... Не подниматься же обратно... А посему, придется взглянуть, а что же там, за дверью?!

*** 

                Если бы кто-то спросил Валерия о том, какие чувства испытал молодой ученый в тот момент, когда перед его лицом возникла целая свора призраков, Орешкин, наверное, не удержался бы от признания в том, что более всего хотел броситься назад и захлопнуть за собой дверь. К чести ученого, он быстро сообразил, что державшаяся на честном слове створка навряд ли сможет удержать существо, сотканное из чистой энергии, и остался на месте. Понятно, что ни о каком желании вступить с неведомой сущностью, ставшей настоящим бичом мира Таллии, в непосредственный контакт контакта и речи не могло идти. И все же, где-то на уровне подсознания Орешкин понимал, что настал тот момент, когда с противником нужно встретиться лицом к лицу. Но удивительнее всего было другое – призраки и не думали нападать. Чуть подсвеченные изнутри серебристые облачка зависли на небольшой высоте, как будто ожидая чего-то. Подобное поведение призрачных существ говорило о том, что в их намерения так же входят переговоры, хотя не стоило большого труда догадаться, что более всего призраков интересует персона Валерия. Пару мгновений молодой ученый медлил, но затем стиснул зубы и оглянувшись на застывших в ступоре спутников, вышел на середину помещения.
                И в то же миг тройка призраков одним, едва уловимым движением отодвинулась назад, как бы освобождая место для пришельца из иного времени. Подобные действия служили подтверждением тому, что непосредственный контакт с выходцем из прошлого в намерения призрачных существ не входил. Ну, по крайней мере, поначалу, а вот дальнейшие действия почти наверняка зависели от результата беседы. Орешкин сделал пару шагов вперед и снова оглянулся на своих спутников, оставшихся стоять в проеме двери. И Дюк, и Танчин напоминали сейчас безмолвные статуи, ибо не просто застыли на месте без единого движения, но даже как будто перестали дышать. Впрочем, подобная реакция местных жителей была вполне понятной – любое столкновение с призраками стало бы для них фатальным.
                А это означало одно – вести переговоры с существами, державшими в страхе целую планету, Валерию предстояло в одиночку. Положа руку на сердце, молодой ученый чувствовал себя не лучшим образом, понимая интуитивно, что гипотетический контакт может оказаться не самым приятным и не для него. Однако, Орешкину все же удалось взять себя в руки, молодой человек немного помедлил и, сделав еще один шаг вперед, обратился к зависшим в паре метров от него существам:

                – Итак, господа призраки Дня Отчуждения или, правильнее называть вас Держателями Мира?! Чего изволите, на этот раз? Очередную жертву в лице моих друзей?
 
                Поначалу у Валерия возникло ощущение, что вопрос его обращен в пустоту, ибо реакция призрачных существ последовала не сразу. Однако, очень скоро стало понятно, что это не так, и спустя несколько мгновений под сводами небольшого зала зазвучал бесстрастный, лишенный какого-либо намека на эмоции голос. И хотя ни единого внешнего признака участия в разговоре при вербальном общении не наблюдалось, у молодого ученого сложилось впечатление, что голос исходит от того призрака, что располагался правее:
 
                – Те, кто пришел вместе с тобой, не являются жертвами, они являются частью нашего мира...

                – Вот как?! – услышав такой ответ, молодой ученый поднял брови. – А мне казалось, что было бы правильнее называть этот мир вашим... – Разговор с призраками отнимал у Орешкина немало сил, и все же он попытался придать своему голову иронии. – За время пребывания в этом мире у меня сложилось устойчивое впечатление, что местные жители не горят желанием общаться с вашей братией?!

                – Это представители низового человечества, находящиеся на низшей ступени развития, – теперь у Орешкина не осталось ни малейшего сомнения, что разговаривает с ним тот призрак, что занимают позицию по правую руку.

                – Кто бы сомневался по поводу низшей ступени развития, – на лице Валерия мелькнула горькая усмешка, – могу представить, каких усилий стоило вам достижение такого положения, при котором местные жители и шагу не могут ступить самостоятельно.

                – Местные жители вполне довольны тем, что имеют, – теперь молодой ученый был изрядно удивлен, он никак не ожидал, что в разговор вступит еще одна призрачная сущность, на этот раз та, что располагалась по левую руку от человека, при этом Валерий был готов покляться, что в голосе этого представителя призрачного племени отчетливо слышатся нотки презрения, – их вполне удовлетворяет существующее положение дел.

                – Да, что вы говорите?! – вплеснул руками Орешкин, постаравшись вложить в свой голос, как можно больше сарказма. – А что, разве у местных жителей осталась хоть какая-то альтернатива? Ведь они лишены практически всего, даже такого права, как смотреть на Луну?!

                – И какие преимущества получат эти люди, если узнают о наличии спутника у своей планеты? – в голосе призрака, расположившегося по правую руку, как будто слышалась издевка. – Что давало это знание миллионам людей в твоем времени, пришелец из прошлого? Ведь наукой занимались лишь единицы?!

                На этот раз ответил Валерий не сразу, ибо даже ему приходилось признать, что в словах бесплотного собеседника имелся свой резон. И все же оставлять подобный вопрос без ответа было неправильно, пару мгновений молодой ученый медлил, но затем все же решился:

                – Да, быть может, в чем-то с вами можно согласиться... Наукой в мое время действительно занимались единицы, и все же...

                Молодой человек умолк и окинул зависших перед ним призраков пристальным взглядом:

                – У людей моего времени имелся выбор, и каждый человек мог сам решать, как ему поступать с Луной – смотреть ли на спутник планеты на романтическом свидании с девушкой или готовиться к полёту на космическом корабле.

                – И в чем же тогда отличие от нашего времени? – в голосе призрака, зависшего чуть левее, явственно слышалось удивление. – Мы просто продолжаем тот путь развития человеческой цивилизации, что сложился в вашем времени... – Призрачный собеседник на мгновенье умолк, сделав едва заметное движение из стороны в сторону, и это движение заставило Дюка и Танчина изрядно напрячься, но очень скоро призрак занял прежнее положение и почти тотчас продолжил:

                – Жизнь большинства всегда нацелена на удовлетворение примитивных потребностей, и лишь небольшая часть цивилизации занималась продвижением прогресса. Причем занимались этим такие как Вы, имея в виду, лично Вас. Мы решительно не понимаем, почему лично Вы отказываетесь принять наши доводы?!

                Ответить на такой вопрос ученому было непросто, ибо теперь становилось понятным, что вместе с потерей физических тел, призрачные существа потеряли нечто большее. Валерий оглянулся на своих спутников, застывших у двери, и ободряюще кивнул головой, понимая, что, оставаясь на месте, друзья сильно рискуют. Не говоря уже о том, что ожидание в подобной обстановке почти наверняка отнимало у местных жителей немало сил. Молодой ученый понимал, что сейчас все внимание призрачных существ обращено на него, и Дюк с Танчиным могли бы, наверное, без особых проблем покинуть это место. И все же, посчитали необходимым остаться, слушая разговор своего товарища с Держателями Мира с неослабевающим вниманием. И, положа руку на сердце, Валерий был благодарен им за это, да жители Таллии не могли противостоять призрачным существам, но уже одно их присутствие вселяло в молодого ученого уверенность. Пару мгновений Орешкин медлил, а затем снова повернулся к бесплотным собеседникам:

                – А знаете, мне тоже непросто понять, как вы дошли до такой жизни, умудрившись потерять естественные тела, заменив их вот такими туманными шарами... 

                – А какой смысл сохранять физические тела, если сознание заключено в память сверхбыстрых и невероятно совершенных, по меркам прошлого, конечно, компьютеров? – теперь в голосе призрака, расположившегося по левую руку от Валерия, можно было услышать нотки удивления.

                На пару мгновений на площадке воцарилось молчание, при этом призрачная личность какое-то время колебалась на месте. Выглядело это так, словно у бесплотного собеседника возникло желание размять ноги. Впрочем, длилась пауза совсем недолго, после чего призрак продолжил свою речь, перейдя при этом «на ты»:
               
                – Ну, посуди сам, мы оказались защищенными от войн, болезней, большинства катаклизмов. Мы почти в полном составе пережили все то, что остальные жители Земли назвали впоследствии эпохой Отчуждения. Однако безвылазное сидение в памяти, пусть и совершенной, но все же машины выглядело не слишком продуктивным существованием, поэтому мы стали искать возможности выбраться наружу. И как только уровень развития технологий позволил это сделать, мы не колебались ни секунды. Позволю себя заметить, что способность к развитию технологий выросла у нас многократно, ведь мы получили возможность объединять сознания многих.

                На эту сентенцию призрачного существа, Орешкин ответил не сразу, пытаясь осмыслить сказанное необычным собеседником, и все отчетливее чувствовал, как его сознание наполняет горечь и опустошение. И последовавший затем вопрос, вырвался у молодого ученого чисто машинально:

                – И многого ли вам удалось достичь при таком подходе? Превратили себя в сгустки электрической энергии, и занялись, уж простите, выкачиванием жизненной энергии из организмов тех, кого называете низовым человечеством?!

                – Это неверное представление, – последовало немедленное возражение со стороны призрака, – мы отнюдь не занимаемся выкачиванием жизненной энергии, непосредственный контакт с представителем низового человечества направлен на получение определенного эмоционального заряда.

                – И много жизненной энергии остается у человека после такой, эмоциональной подпитки? – Валерий постарался вложить в свой вопрос, как можно больше иронии, и перед мысленным взором молодого ученого мелькнули лица людей, погибших во время Дней Отчуждения, да и просто случайным образом.

                – Это неизбежные издержки, – на сей раз ответить решил призрак, расположившийся по правую руку, и в голосе его отчетливо слышались признаки нетерпения, более того, призрачная сущность даже сместилась немного назад, но почти тотчас вернулась на прежнее место, – в конце концов, люди гибнут и от естественных причин.

                После этих слов призрака на площадке перед воротами вновь воцарилось молчание. Судя по последним сентенциям призраков, представители тех, кого в мире Таллии называли Держателями мира, ожидали теперь, какова будет реакция пришельца из прошлого. Никаких телодвижений с их стороны заметно не было. Чего нельзя было сказать о бывших офицерах жандармерии, одного взгляда на Дюка с Танчиным было достаточно, чтобы понять – самая необычная встреча с призраками, поглотила все их внимание, товарищи Валерия даже не думали спасаться бегством. Что до самого Орешкина, молодой ученый судорожно соображал, как выпутаться из столь непростого положения, не подставив при этом своих попутчиков. Однако, ничего путного в голову не приходило, и тогда Валерий, не мудрствуя лукаво, решил поинтересоваться дальнейшими планами своих оппонентов:

                – И что же вы хотите теперь? Высосать энергию из моих друзей? Не маловато ли на такую большую компанию?

                Как ни странно, но на сей раз ответить решил тот призрак, что до сего момента в разговоре не участвовал, тот, что занимал центральную позицию в тройке оппонентов, и в голосе его отчетливо слышались нотки откровенной издевки:

                – Не стоит приписывать нам исключительно примитивные желания... На деле нам ничего не стоит заставить твоих друзей прыгнуть в тот колодец, что находится за воротами и поверь, ты вряд ли сможешь этому помешать...

                Призрак на мгновенье умолк, а когда заговорил снова, молодой ученый был готов покляться, что теперь в голосе призрачного собеседника слышатся, как неприкрытое нетерпение, так и плохо скрываемое презрение, хотя направлено последнее было исключительно на местных жителей:

                – Однако, не думаю, что сейчас самое время обсуждать проблемы низового человечества... У нас имеется другое предложение, и оно адресовано конкретно тебе.

                – И в чем это предложение заключается? – постаравшись принять непринужденный вид, поинтересовался Валерий, хотя, чего греха таить, давалось ему это с большим трудом.

                Вот только молодой ученый отлично понимал, что время шуток прошло, и именно сейчас пресловутые Держатели Мира озвучат ему свои истинные намерения.
                Что характерно, теперь с Орешкиным разговаривал исключительно тот призрак, что занимал среднюю позицию, по всей видимости, именно эта сущность имела право решающего голоса:

                – А предложение заключается вот в чем... Мы аккуратно опустим в колодец лично тебя... Боятся непосредственного контакта тебе не следует, в подобной ситуации воспользоваться твоей жизненной энергией мы не сможем, а вот перенести человека с места на место, для нас не составит ни малейшего труда.

                – И что там в колодце? – поинтересовался Валерий, изо всех сил пытаясь принять непринужденный вид, в то время как сам пытался судорожно вспомнить, для каких целей служил бездонный провал в здании лаборатории.

                Однако, ответ на этот вопрос последовал незамедлительно, и снова с человеком говорил призрак, занимающий центральную позицию в своей группе, и теперь его голос казался сухим и деловитым:

                – На дне колодца находится хранилище радиоактивных материалов, не прошедших полную переработку. Мы не можем добраться туда самостоятельно – уровень радиации на дне таков, что заставляет наши тела распадаться... Но, для тебя, с учетом защитного костюма, а мы знаем, что эта ткань способна предохранять от радиации, пусть и не в полной мере, это не составит особого труда.   

                – И что я должен с этими материалами делать? – сохранять самообладание стоило Валерию немалого труда, молодой ученый чувствовал, что дело близится к развязке.

                – Вынести их наружу, – наверное, впервые за все время беседы, в бесплотном голосе призрака слышалось заметное оживление, – а затем расположить по периметру того пространства, что вы назвали рабочей зоной...

                – А дальше? – Валерий заметно напрягся, отлично понимая, что решимости его оппонентам не занимать.
 
                – А дальше мы активируем особое устройство, которое облучит радиоактивные материалы таким образом, чтобы произошел взрывной рост излучений на определенных частотах, – и вновь голос призрачного собеседника казался лишенным каких-либо эмоций, – тех частотах, что вы назвали запредельными...

                – Так... – Протянул Орешкин, и с такой силой сжал кулаки, что почувствовал боль от ногтей, впившихся в ладонь, ибо отлично понимал, какими последствиями грозит подобный эксперимент. – Но при таком раскладе основные контуры нашей установки войдут в неконтролируемый резонанс!

                – Именно, а следствием резонанса станет сильнейший радиоактивный выброс, который мы постараемся направить в ваше время! – теперь Валерий был готов покляться, что в голосе его призрачного собеседника звучит неприкрытое торжество. – Столь серьезная авария неминуемо приведет к закрытию вашей исследовательской базы, и это позволит нам сохранить существующий порядок вещей!

                – Но в Центре работают сотни людей! – воскликнул Орешкин, прикладывая просто неимоверные усилия, чтобы держать себя в руках. – А при таком выбросе число жертв будет просто колоссальным! – Молодой ученый на мгновенье умолк и оглянулся в сторону двери.

                Дюк и Танчин по-прежнему оставались на своих местах, не сводя глаз с товарища, ведущего беседу с призраками, и на краткий миг Валерию показалось, что его новые друзья даже прекратили дышать. Как ни странно, но призрак не стал прерывать этот обмен взглядами, и продолжил лишь после того, как выходец из прошлого снова повернулся в его сторону. И теперь голос призрачной сущности был наполнен спокойствием и уверенностью, по всей видимости, представители Держателей мира уже все для себя решили:

                – Верно, твой вариант прошлого серьезно пострадает, но... При таком развитии событий ты спасешь своих знакомых из нынешнего времени. Более того, мы даем слово, что никто из них и никогда не пострадает... Но и это еще не все...

                Тот призрак, что располагался в центре группы, умолк и сместился вправо, причем Валерию показалось, что его облачко слегка потускнело. И теперь эстафету в ведении беседы принял призрак, располагавшийся по правую руку:

                – Мы сделаем так, и в этом можешь даже не сомневаться, что место семьи Поллоков займут твои потомки и потомки твоего товарища. Вы займете все самые важные посты на этой планете, и никто из нас никогда не побеспокоит их.

                Завершив последнюю фразу, призрак чуть подался назад, а следом за ним отступили на пару шагов и его собратья. По всей видимости, это было все, что властители Таллии хотели сказать выходцу из прошлого, и теперь ждали его реакции. Более того, у Орешкина практически не осталось сомнений в том, что говорили с ним предельно серьезно. И где-то на уроне подсознания трепыхалось странное чувство, говорившее о том, что призраки вполне могут выполнить данные ему общения, при условии выполнения его части сделки, конечно. И это тоже было понятно, ведь подобная межвременная диверсия позволяла призрачным существам сохранить имеющийся статус-кво. И теперь молодой человек оказался в очень непростом положении. Валерий со всей отчетливостью понимал, что прямого столкновения теперь не избежать, ибо даже мысли не допускал, чтобы пожертвовать кем-то из товарищей. Однако, принять решение в сию же секунду у него не хватало духа, молодой ученый понимал, что в очередной схватке может и не выстоять. Молчание грозило затянуться, и очень скоро стало понятно, что фактор времени имеет для призрачных сущностей ничуть не меньшее значение, ибо прошло не больше минуты, и к человеку вновь обратился призрак, зависший по правую руку:

                – И каким же будет твой ответ?!

                Как ни странно, но именно этот вопрос сломал разом все внутренние барьеры, возникшие в душе молодого ученого, заставив последнего поднять голову и бросить в сторону призраков фразу, в которую он постарался вложить все свое негодование:

                – Мой ответ будет – нет!

                А уже в следующее мгновенье Орешкин повернулся к Дюку и Танчину, прокричав, что было сил:

                – Бегите к котловине, я задержу их!

                Валерий искренне надеялся, что друзья последуют его призыву, ибо уже в следующее мгновенье собрал все силы и метнулся к тому призраку, что располагался по правую руку. Как ни странно, но последовавшая реакция призрачных существ убедила его в том, что последние никак не ожидали от человека столь активного противодействия, и прыжок молодого ученого достиг своей цели. Вот только уже в следующий миг Валерию пришлось убедиться в том, что контакт с призраком может оказаться не таким уж и безболезненным. Не успел человек воткнуться в туманный комок мерцающего облачка, как все его тело содрогнулось от сильнейшего электрического удара. Ничего похожего молодому ученому испытывать не приходилось, все тело свело сильнейшей судорогой, а перед глазами потемнело. На краткий миг Орешкин потерял ориентацию в пространстве, но все же сумел собрать все силы и постарался сосредоточиться. Ощущения при этом были такими, словно человека окатили кипятком с ног до головы. Но, как бы то ни было, отступать Валерий не собирался и, стиснув вместо этого зубы, попытался, в свою очередь атаковать призрачную сущность. И очень скоро его усилия увенчались успехом, молодой ученый почувствовал заметное облегчение, испытав ощущение сродни тому, что бывает после долгого пребывания под водой, когда выныриваешь наружу и получаешь возможность глотнуть свежего воздуха. Немного придя в себя, Орешкин собрался с силами и огляделся по сторонам, испытав немалое удовлетворение, увидев, что атакованный им призрак мечется беспорядочно неподалеку. Пару мгновений Валерий медлил, а затем развернулся на месте, намереваясь атаковать второго призрака. Однако, картина, представшая перед его глазами, заставила молодого ученого застыть на месте, поразив до глубины души. Орешкин и представить не мог, что его товарищи, Дюк и Танчин, и не подумают спасться бегством, бросившись вместо этого на выручку выходцу из прошлого, хотя и знали прекрасно о грозившей им смертельной опасности.
               
                А вот тактику потомки избрали разную.  Отставной флаг-комендор решил последовать примеру Орешкина и, влетев в облачко одного из призраков, отчаянно боролся с ним, хотя было видно, что Вор-Паю едва удавалось сохранить контроль над своим телом. По всей видимости, призраки никак не ожидали, что человек, коего они считали примитивным существом, решится на столь отчаянный поступок, и поначалу воздействие их было совсем невелико. Но так было только поначалу, а затем призрак обрушил на Дюка всю свою мощь. И все же, сила воли этого человека была столь велика, что он продолжал сопротивление даже в таких условиях, где подавляющее большинство его соплеменников давно бы превратились в безвольных кукол.   
                Что до Танчина, бывший начальник тюрьмы действовал иначе – адъютант-комендор сталкивался с прозрачным облачком, но касался лишь его границы, а потом тотчас отскакивал назад. И очень скоро стало понятно, что подобный прием оказался весьма эффективен – призрак так и не смог поразить человека внутренним электричеством, но был вынужден целиком и полностью отвлечься от общей схватки.
                Для оценки ситуации Валерию хватило нескольких секунд. Положение Танчина выглядело более приемлемым, бывший начальник тюрьмы вполне успешно отвлекал на себя одного из призраков. И совсем иначе складывалась схватка, одним из участников которой был Дюк. Одного взгляда, брошенного на отставного флаг-комендора, было достаточно, чтобы понять – еще немного, и с человеком будет покончено. Медлил Орешкин не более секунды, и бросился на того призрака, с которым сцепился Вор-Пай. Но, увы, не успел Валерий сделать и нескольких шагов, как на его пути возникла та призрачная сущность, что на протяжении всей беседы висела в проеме колодца. И молодому человеку не осталось ничего иного, кроме как вступить в противоборство с новым противником. 

                Очередное столкновение с призраком оказалось еще более тяжелым и болезненным, нежели предыдущее. Тело Орешкина сотряс столь сильный удар электрическим током, что молодой человек едва не потерял сознания – эта сущность оказалась намного сильнее. И теперь Валерию потребовалось куда больше сил и времени для того, чтобы выбросить противника из своего сознания. И сделать это удалось лишь после довольно продолжительной борьбы. При этом молодой ученый, действуя чисто инстинктивно, повторил тот прием, что использовал Георгий во время поединка на крыше купола – сначала сделал вид, что уступает, а затем, собрав силы, вышвырнул чужую сущность из свой головы. Подобный прием оказался необычайно эффективен – придя в себя, Орешкин увидел, что его оппонент завис без движения в нескольких шагах от человека.
                Теперь появлялась возможность оказать помощь Дюку, но то, что произошло в следующее мгновенье, поразило молодого человека до глубины души. За время неравного боя Вор-Пай вместе со своим противником сместились к самому краю колодца, при этом было видно, что отставной флаг-комендор борется из последних сил. Валерий сделал, было, шаг по направлению к провалу, но тут...
                Уже позже, когда все закончилось, Орешкин попытался проанализировать произошедшее и пришел к выводу, что бывший наставник Танчина, один из самых осведомленных людей своего мира, принял осознанное решение слиться с призраком воедино, а затем рухнуть вместе с ним в колодец. Не трудно было догадаться, что подобное решение было навеяно разговором призрачной сущности с Валерием, во время которого всплыло упоминание о радиоактивных материалах. Да, Дюк и понятия не имел о том, что представляют собой упомянутые материалы, но, видимо, хорошо запомнил фразу призрака о способности последних разрушать тела Держателей Мира. Да, у человека будущего не было ни единого шанса устоять против призрачной сущности, и все же он нашел способ помочь своему предку.
               
                Поступок Вор-Пая заставил Валерия застыть на месте. К счастью, молодой человек быстро пришел в себя, со всей отчетливостью понимая, что схватка на этом не закончиться – призраки по-прежнему имели колоссальное преимущество. И очень скоро отчаянные игра Танчина с призраком «в догонялки» закончилась тем, что оппонент зажал бывшего адъютант-комендора в одном из углов. Орешкин сделал отчаянный рывок, собираясь прийти на помощь, но, увы, почти тотчас на пути молодого человека возник тот призрак, что оказался наиболее разговорчивым. Очередной удар электрическим током Валерий выдержал с большим трудом и, хотя сумел отбить очередную атаку призрака, сил у человека практически не осталось. Молодого ученого повело в сторону, и удержатся на ногах стоило ему немалого труда. И когда Орешкин пришел в себя, то увидел, что теперь к нему приближаются сразу две призрачные сущности.
                Исход схватки был практически предопределен, и единственное, что оставалось Валерию, это попытаться продать жизнь подороже. Молодой человек постарался принять более подобающее ситуации положение, отчетливо понимая, что шансов у него немного, как вдруг...
                Одна из тех дверей, что вели к боковым лестницам, неожиданно распахнулась и на пороге появились...
                Вот это сюрприз!
                Георгий! А вместе с ним молодой связист из Галлии и еще трое незнакомцев, среди которых были две девушки.
                И в тот же миг обстановка на поле боя изменилась – призраки моментально прекратили свою атаку и сгруппировались у дальней стены.
                Для оценки ситуации Порошину хватило нескольких секунд и, хотя сил у журналиста осталось немного, он был готов вступить в схватку. Но, не успел репортер сделать и пары шагов, как колоссальное здание бывшего Центра энергетики на новых физических принципах содрогнулось и наполнилось странным гулом. Стены и пол гигантского сооружения заходили ходуном, а с потолка посыпалась штукатурка. Призраки резко дернулись назад, отступая к темному провалу колодца. Судя по их поведению, оставаться внутри, когда зданию грозило обрушение, они явно не собирались.
                К счастью, не стал мешкать и Георгий, журналист моментально сориентировался и ухватил Орешкина за рукав:

                – Ходу, Валера, ходу! Валить нужно отсюда!

                Окрик товарища заставил застывшего было на месте Орешкина встрепенуться. Молодой ученый подхватил сильно помятого, но, к счастью, еще живого Танчина, под руки, и поволок в сторону коридора, ведущего по направлению к рабочей зоне, от которой в будущем осталось лишь гигантская котловина.
 
 
Окончание - http://proza.ru/2026/09/28/466