Бутылка абсента

«После первого стакана ты видишь вещи такими, какими тебе хочется их видеть. После второго ты видишь их такими, какими они не являются. Наконец ты видишь вещи такими, какие они есть на самом деле, и это самое ужасное в мире».
— Оскар Уайльд

------------------------------------------

Если вы спросите, люблю ли я абсент — я отвечу, что ненавижу.
Как только мы сели в поезд, к нам подошла проводница с полицейским. Мы с другом переглянулись, пытаясь понять, что происходит.
— Покажите документы, — сразу взял нас за рога мужик с квадратным лоснящимся лицом.
— Вот, пожалуйста, — Мы с Серегой протянули паспорта.
Я посмотрел на проводницу — женщину грузную, но опрятную, и она виновато опустила голову.
— Ну, что же вы нас почем зря на ноги поднимаете, — сказал он строгим, недовольным голосом, и проводница, пока они шли к выходу, что-то нашептывала ему в оправдание.
Мы заняли свои полки, и завалились спать. Утром было много дел - нас ждало море.
Когда мы вышли с чемоданами на перрон, по глазам ударило Черноморское солнце — оно щипало за бритые затылки, за нос и как-то сразу захотелось нырнуть поглубже и охладиться.
Номер нам определили вполне годный — две кровати, две тумбочки и небольшой рабочий угол. Мы бронировали его вслепую, через знакомых, и в целом остались довольны, хотя на фото он казался гораздо просторнее.
— Будем работать по очереди, — подмигнул Серега, кивнув на компьютерный стол.
— Ага, и график составим, — ответил я и поставил ноутбук на тумбочку в голове кровати.
Мы надели плавки, и по дороге к морю купили по паре бутылочек холодного пива.
На пляже народу была тьма, и я пожалел потраченных денег. Во-первых, местное пиво оказалось отстойным. А во-вторых, — когда рядом в песке ковыряются дети, а их обгоревшие бабки кидаются недовольными взглядами — расслабиться нереально.
Одна из них подошла и посмотрела на Серегу в упор.
— Ты что ли? — спросила она, не церемонясь.
— Ну? — промычал Серёга, слегка смутившись, — А вам какое дело?
— Это ты, скотина, Наташку мою обрюхатил?
— Бабуля, вы меня с кем-то путаете, — сказал Серёга, но на всякий случай отодвинулся от неё подальше.
— Тебя перепутаешь, конечно, — выдавила из себя злобная старуха и перед его носом возник костлявый морщинистый кулак.
— Пойдем отсюда, — сказал я, собирая вещи, — Не отстанет теперь.
Мы прошли от центрального пляжа пару километров, и нашли безлюдное место. Правда, пляж там был усыпан валунами и острой галькой, а в тридцати метрах виднелась канализационная труба, уходящая далеко в море, но это было не важно — главное, никто не пытался испортить нам первый день отпуска.
Я заплыл так далеко, что гостевые дома на высоком берегу стали со спичечный коробок, а когда лег на спину и наконец почувствовал блаженство, совсем рядом раздался звонкий смех. Открыв глаза, я увидел женщину лет сорока на надувном матрасе. Она лежала на животе и подгребала ко мне.
— Простите, — хохотала она, — меня к вам море несёт.
Женщина была топлес, и я отвёл глаза.
— Скажите, а вы не были на водопадах прошлым летом? — Она перевернулась на спину, и положила руку под голову.
— Нет, — сказал я ей, чуть не захлебнувшись.
— У вас знакомое лицо, — продолжала она подкатывать.
— Вы обознались, — сказал я, и проплыл стометровку до берега с очень неплохим результатом.
Выйдя на берег, я увидел Серёгу в компании трёх мужиков — они поставили удочки и расположились на берегу для рыболовного ритуала. Серёга уже хрустел свежим огурцом, готовясь заглотить очередную стопочку.
Глаза его стали мутными и добрыми, и он вовсю хвастался пойманной на нашей реке "воооот такого размера" плотвой.
— Брат, садись с нами, — сказал он набитым ртом, и трое мужиков расступились, пропуская меня к плоскому, почти круглому камню, на котором стоял самогон и закуска.
Один из мужиков прищурился, и посмотрел на меня исподлобья.
— Ты ведь Вован? — спросил он, и его лицо еще больше помрачнело.
— Точно, хахаль твоей Анжелки, вылитый, — поддержал его второй, с длинной бородой, как у дьякона.
Третий мужик поискал глазами толстую, вылизанную морем палку, и уже через секунду она оказалась в его руке.
— Да нет, — вступился за меня Серёга, — Зуб даю, это друг мой, а мы не здешние.
Добрались мы до своего номера только под утро — пьяные и шатающиеся, подбитые на один глаз — мой левый, и сходу получили выговор от дежурной администраторши.
Утром, мы проснулись от того, что кто-то барабанил в дверь.
— Я же просила вас больше сюда не приезжать, — орала хозяйка отеля, — Что не понятно было?
— Так мы здесь первый раз отдыхаем, — опешил я, ощупывая ноющую щеку.
— Да вы каждый год всех на уши ставите! Забирайте деньги и чтобы к обеду духу вашего не было!
Она поморщилась от запаха перегара, и кинув в нас тысячными купюрами, побежала вниз по лестнице.
— Серег, — сказал я, — Ты что-нибудь понимаешь?
— А что?
— А ничего — нас тут все знают, а мы их нет.
Серёга встал с кровати и, почесывая затылок, подошёл к окну.
— Так мы ж бухали весь день, может и не помним.
— Это ты бухал, а я расплачивался, — ответил я и полез за чемоданом.
Вернулись мы из отпуска злыми и уставшими — от солнца, грязного моря и песен кого-то шансонного упыря, которого с утра до ночи крутили для местной братвы.
Я подошёл к своему дому - полуразвалившейся трёхэтажке, и увидел в окне маму. Она поливала цветы из литровой банки и с кем-то говорила. Лицо её было строгим, как будто разговор был не из приятных.
"Дядя Олег что ли вернулся? " — подумал я, но через секунду рядом с ней оказался парень — вылитый я, только одет по-другому.
В горле как-то сразу пересохло, и я сглотнул. Это было настолько невероятным, что я в себе засомневался.
Облокотившись на пластмассовую горку — достопримечательность детской площадки, я набрал Серегу, и после нескольких коротких гудков услышал его шепот прямо возле уха.
Серёга стоял передо мной и пытался отдышаться.
— Че за фигня то? — он продолжал говорить шепотом и смотрел на меня, как на призрака.
— Прикинь, захожу домой, а там я. Сплю. На своей кровати. Голый. А рядом баба какая-то незнакомая.
Мы дошли до ларька, купили по чекушке и сели во дворе нашего офиса, где работали сборщиками.
Серёга молчал, смотря перед собой в одну точку.
— Может мы еще спим или уже того, умерли? — спросил я, толкая его в плечо, пытаясь расшевелить друга и вывести из ступора.
— Может "белочка"? — предположил Серёга и закурил вторую сигарету подряд.
— Нет, давай вспоминать. Все по порядку.
— Давай, — ответил Серёга без всякого энтузиазма.
— Помнишь, нас в поезде мужик проверял, потому что проводница нас за ворюг приняла?
— Ну, помню, и что?
— Значит в поезде мы уже были не в себе, — предположил я, и посмотрел на Серегу, который сразу затянулся третьей.
— И тогда все сходится.
— Что сходится то? — Серёга продолжал курить, не замечая сигареты в руке.
— А то, что нас все принимали за других, — сказал я, собирая пазлы.
— Ну, и как это вообще возможно?
— Пока не знаю, но если мы туда, а те двое сюда, то случилось это перед тем, как мы сели в поезд.
Мы перебрали все события перед отъездом, и вспомнили, что проставлялись за предстоящий отпуск. Гуляли мы прямо в офисе, заказав туда пиццу и водку. Специально для девочек — Кати и Марины, курьер доставил бутылку абсента, потому что пить водку они категорически отказались. Когда водка закончилась — девочки нас угостили, но абсент как-то не зашел.
— Может Катька колданула? А что, она ведь, это, фанатка передач всяких про экстрасенсов.
— Да нет, Катька нормальная девка, — вступился я, — может чудаковатая немного, но в целом зачёт. Да и с чего бы ей такое вытворять.
— Дааа, — протянул Серёга и полез за четвертой сигаретой.
— А Маринка? Может ты её чем-то зацепил или обидел? — спросил Серёга, продолжая смотреть в одну точку.
И тут я вспомнил, как месяц назад, она подошла ко мне и показала два билета.
— Пойдешь со мной? — спросила она и слегка поиграла расстёгнутым воротником блузки.
Я спросил куда именно, и после подробного пересказа фильма, который я и без неё смотрел уже раз сто, отказался.
— Вот! — закричал Серега, вскочив на ноги, — Пошли к ней - прижмем её так, что не отвертится!
— Так сегодня выходной, завтра на работе и прижмем.
— Завтра нашу работу будут работать те, другие, — заорал на меня Серёга, и я понял, что он уже на пределе.
— А круто, да — они работают, а мы зарплату получаем, — я начал искать плюсы в сложившейся ситуации, и нашел только один, который перевешивал все остальные.
— Да ну тебя, — не поддержал меня друг, — Тут, можно сказать, вопрос жизни и смерти.
Мы пошли к Марине домой и по дороге купили у дачницы букет, на случай, если окажемся не правы.
Марина открыла не сразу.
— Мальчики, подождите минутку, я сейчас, — крикнула она через дверь, и мы простояли минут пять, пытаясь понять, чего она так долго копается.
Марина наконец вышла в эротично коротком, почти прозрачном халате.
Серёга схватил её за руку и сразу потащил на кухню, где мы частенько собирались по пятницам. Он схватил стеклянную пепельницу, стоящую на столе , и замахнулся.
— Говори, тварь, это ты сделала?
— Что сделала? — Марина похлопала ресницами, а потом закрыла лицо руками и от испуга заревела.
— А то, что отдых нам испортила, да еще тех, двоих, сюда вместо нас притащила.
— Мальчики, я не понимаю, что вы говорите такое! — она ещё громче захлюпала носом, и мне стало её жалко.
— Перестань, — сказал я Сереге, и вырвал Марину из его рук.
— Сядьте все, поговорим спокойно, — скомандовал я, и когда все расселись за маленьким круглым столом, протянул Марине цветы.
— Это тебе, кстати, — сказал я, и Марина улыбнулась.
Серёга смотрел на неё в упор немигающим взглядом.
— Ну, как ты это сделала, говори!
Марина вытерла глаза, и немного успокоившись, расправила халатик.
— Ну да, признаюсь, — сказала она, — Это я вас так... Проучила.
Серега вскочил и снова потянулся к её горлу, но я остановил его и потребовал, чтобы он, наконец, дал ей высказаться.
— Вы же, мальчики, помните, как месяц назад много товара привези. И была разгрузка?
— Ну, предположим, — ответил я, — И что?
— А помните, я вас помочь просила?
— Чего ты хочешь сказать? Что мы тебе не помогли? — возмутился я.
— Помогли, но не до конца. Пару коробок я сама на второй этаж тащила.
— И что, все из-за долбанных двух коробок? — заорал на нее Серёга.
— Да, — простодушно ответила Марина и почему-то хихикнула, — Но не только.
Марина положила букет на стол и продолжила.
— Помните, ребята на день рождения мне собирали? А вы сказали, что "этой дуре и пятака жалко".
— Кто тебе это сказал, Катька что ли? — Серега вскочил и схватился за нож.
— Да сядь ты, не кипятись, — я усадил друга на стул и выкинул нож в мусорное ведро.
— А я то думал, что из-за билетов, помнишь? — я старался говорить спокойно, но голос все равно срывался и переходил на сип.
— Подумаешь, билеты, — сказала Марина, и её лицо стало злым и страшным, как у ведьмы.
— Ага, так значит в точку попал? Значит все-таки билеты?
— Дурак ты, — сказала она с обидой и уставилась на стену.
— Ладно, проехали, — буркнул себе под нос Серёга, — Что делать-то теперь?
Он снова затянулся, и стряхнул пепел прямо в её чашку с кофе.
— А теперь вы должны мне пообещать, мальчики... Что больше так не будете.
— Да ёпрст, — взорвался Серёга, — она ещё условия выставляет!
— Подожди ты, пусть выскажется, — я поставил пепельницу перед Серегой, но он продолжал стряхивать пепел на пол.
— Так вот, — продолжала Марина, убедившись, что хотя бы один из нас не настроен размазать её по стенке.
— Я все верну обратно, но с вас по тридцать процентов.
— Каких процентов? — я посмотрел в её хитрые прищуренные глаза, и мне впервые захотелось ударить девушку.
— Тридцать процентов от ваших зарплат, — сказала Марина деловым тоном и сексуально зевнула, как будто разговор ей наскучил.
— Вот ты... — я хотел назвать её сукой, но испугался последствий.
Увидев, как Серега сжимает кулаки, я предложил ему выйти на балкон и обсудить все без нервов.
— Даже алиментщики столько не платят, — сказал Серёга, прицеливаясь окурком в сидящую на балконе кошку. Кошка посмотрела на него, и мяукнув, побежала к Маринке жаловаться.
— А тебе по чем знать, сколько с них берут? Можно подумать у тебя семеро по лавкам, — ответил я, и почувствовал головокружение.
— Слушай, давай уже что-то решать, меня от неё тошнит.
Я свесился через перила, и посмотрел вниз. Внизу росли два молодых дуба, которые я раньше не замечал.
Я толкнул Серегу в бок, и он, проследив за моим взглядом, тоже уставился на деревья.
— А они тут откуда? — спросил он, открывая новую пачку, — Может нас здесь давно не было?
— Да черт тут разберет, — ответил я и начал выискивать в Маринкином дворе другие артефакты. После визуального осмотра местности, мы с Серегой заметили магазин секс товаров в доме напротив, которого в нашем городе отродясь не было.
— А мы вообще где? — спросили мы у Марины, вернувшись к переговорам.
— Вы в моей реальности, — ответила она и полезла в холодильник, полностью забитый упаковками из японского ресторана. Она разложила перед собой роллы с тунцом и авокадо и начала запихивать их в себя деревянными палочками.
— Короче, мы согласны. Будем отстегивать без обмана, но давай уже поскорее, а то твоя реальность вот у нас где, — сказал я, и провёл ребром ладони по горлу для большей убедительности.
Марина вытащила из-под стола недопитую бутылку абсента.
— Выпьем, мальчики, ну, чтобы скрепить наш договор?
— Выпьем, — Серёга перехватил инициативу, и пошарив по верхним полкам, вытащил три граненых стакана.
Мы выпили залпом, не чокаясь, и реальность поплыла.
Когда я открыл глаза, понял, что лежу в своей кровати. Я встал и прошелся по комнатам — все было на своих местах.
Вспомнив, что уже сутки ничего не ел, я побрел на кухню. Холодильник был пуст, если не считать упаковки роллов с лососем и огурцами на верхней полке. И это меня насторожило. Обычно у мамы было наготовлено на три дня вперёд, а здесь мышь повесилась.
Я нашел телефон и позвонил Сереге — он не ответил.
Поискав свою одежду, и убедившись, что она моего размера, я оделся и вышел на улицу.
Во дворе, как обычно, играли дети — дочка Клавы со второго этажа и Пашка, сын не понятно кого — из соседнего двора.
Я помахал им рукой, и направился к другу. Надо было убедиться, что все получилось так, как надо.
Я уже свернул на его улицу, перепрыгнул через огромную лужу, которая никогда не высыхала, как в кармане завибрировал телефон.
Я открыл смс, и прочитав сообщение десять раз подряд, ничего не понял:
"Вечером придут ребята. Сходи в магазин. Буду к пяти".
Я перезвонил по незнакомому номеру и услышал голос Марины.
— Что за бред?! — заорал я в трубку, оглядываясь по сторонам.
— Муж, — сказала Марина обволакивающе, — Мы же договаривались, сегодня Катя зайдет с Сергеем, надо что-то придумать.
— Какой Сергей?! — я продолжал кричать, но уже что-то внутри меня сжалось и забилось под самым сердцем. Это был животный ужас.
— Ты совсем что ли? Друг твой.
— А почему он мне ничего сказал?!
— Так они только пару часов как с поезда, — ответила Марина.
— С какого поезда?! — мое сердце качало кровь так громко, что я отчётливо слышал каждый удар.
— Ну, как с какого? Ты там что, не проснулся ещё? Деньги помнишь где? Или мне после работы снова по магазинам?
Голос Марины стал резким и неприятным, и я решил не спорить.
— А мама моя где?!
— А мама твоя с Олегом на даче живет, позвони ей, если не веришь.
— Хорошо, — сухо ответил я, переводя дыхание, и направился в сторону магазина.
Вечером мы сидели у меня вчетвером и, наблюдая за Серегой, я понимал, что тот, которым он был сейчас, ни о чем не догадывается.
Когда все пропустили по третьей — за приезд и хороший отдых, я оторвал его от Катиной юбки и вытолкал на балкон.
— Закурим? — предложил я, заглядывая в чужие глаза.
— Старик, я ж не курю, — ответил Серега и по-свойски похлопал по плечу.
— Пойду девочкам помогу, — он сделал шаг через порог, но я схватил его за рукав толстовки.
— Да ладно тебе, хотя бы рядом постой, — я посмотрел на того, другого Серегу с мольбой и презрением.
— Не задерживайся, — ответил Серега, улыбнувшись, — Девочек обижать нельзя.
Оставшись один, я затянулся и долго смотрел на клубы дыма, пока не пришла Марина и не поцеловала меня в засос.
— А хочешь тридцать пять? — предложил я, повышая ставки.
— Неа, — ответила Марина, не отрываясь от моих губ, и шлепнула меня по месту, по которому даже мама бить не решалась.
К слову, Маринка оказалась ничего так, но сколько бы я не покупал абсент — со мной она пить отказывалась.