Приключение Сашки в деревни у бабушки

.Последние дни лета

1 Приехали Сашкины родители в деревню за сыном. Решили  и ещё выходные провести в деревне, а потом уж возвратиться в город.
     Солнце ещё только лениво протирало глаза, когда троица — папа, Санька и его друг Сенька — пробиралась через заросли растений к пруду. Папа гордо нёс спиннинги, как рыцарские копья, а мальчишки тащили ведёрки, в которых гремели банки с червями.
— Главное в рыбалке, — наставлял папа, поправляя кепку, — это терпение и тишина. Рыба не любит шума.
Санька и Сенька переглянулись. Они были мастерами тишины, особенно когда дело касалось поедания бабушкиных пирожков, но сейчас они старались изо всех сил.
      Прошло полчаса. Поплавки замерли, как приклеенные к поверхности воды. Сенька начал тихонько напевать песню про «синего кита», а Санька пытался поймать сачком пролетавшую мимо стрекозу….потом присели рядом с другом под старой ивой….
      Вдруг папин поплавок дёрнулся, ушёл под воду, вынырнул, снова ушёл и… начал описывать круги по пруду, как моторная лодка.
— Ого! — прошептал папа, вцепляясь в удилище. — Это точно не карась. Это, наверное, сом-гигант!
Он тянул, кряхтел, упирался пятками в ил. Наконец, из воды показалось нечто серебристое, чешуйчатое и… в очках.
Папа от неожиданности сел на землю.
Рыба была размером с хорошую сковородку, но вместо того чтобы биться, она выплюнула крючок, поправила плавником роговую оправу на носу и строго посмотрела на папу.
— Мужчина, — пробасила рыба голосом, похожим на скрип старой двери, — вы вообще правила знаете? У меня сейчас перерыв на завтрак!
Папа выронил удочку и протянул рыбе свой бутерброд с колбасой.
— Угощайся, — пискнул он.
Рыба принюхалась, брезгливо отодвинула колбасу плавником и проворчала:
— Я на диете. Мне бы червячка, но только без крючка, пожалуйста. И желательно сдобренного укропчиком.
— Ты… ты говорящая? — выдавил папа, протирая глаза.
— А ты, я погляжу, не очень сообразительный, — вздохнула рыба. — Я — карась-интеллектуал. Живу здесь с прошлого века, читаю газеты, которые дачники забывают на берегу, и учу местных пескарей хорошим манерам. Кстати, ваш поплавок мешает мне читать утреннюю прессу.
Рыба нырнула, но через секунду высунула голову обратно.
— И передайте бабушке, что её пирожки с капустой — лучшие в районе. Но в следующий раз кидайте их в воду без обёртки, а то у меня изжога от целлофана!
С этими словами рыба сделала сальто, обдав  фонтаном брызг, и ушла на глубину.
На берегу воцарилась тишина.
       Папа медленно смотал леску и пошёл будить ребят…они уснули под старой ивой.
- Рыбаки, подъём! Я на уху уже на рыбачил…пора домой, женщины уху нам сварят.
- Пап, ты пожалуйста не говори им что мы заснули…а то как то стыдно будет,- хором просили мальчишки.
- Договорились…пусть это будет наш секрет.
- А я расскажу, какой сон мне приснился про волшебного карася,- добавил сын. И он рассказал сон про волшебного карася, который очень любил бабушкины пирожки с капустой.
- И мне этот сон приснился, точь в точь как твой,- закричал Семён.

Домой они возвращались молча. Папа всю дорогу подозрительно косился на пруд, а когда они зашли во двор, он первым делом спросил:
— Мам, а у нас укроп есть?
— Есть, — удивилась бабушка. — А зачем?
— Да так… — пробормотал мужчина. — Хочу завтра на рыбалку сходить один. Попробую… культурно порыбачить.

2
Сашка считал, что лес — это место, где деревья стоят слишком близко друг к другу, а комары считают его личным шведским столом. Но мама сказала: «Сань, это полезно для здоровья!», а папа добавил: «Свежий воздух прочищает мозги». Мальчик подозревал, что его мозги и так чистые, потому что он ими почти не пользовался, но спорить с родителями было опасно — могли заставить собирать грибы.
— Смотри, Санька, — папа важно ткнул пальцем в сторону кустов, — это подосиновик!
— Пап, это мухомор, — вздохнул Санька. — Если я его съем, я не стану супергероем, я просто стану пациентом скорой помощи.
Мама рассмеялась, поправила панаму, достала телефон и начала фотографировать лес…. Пошла дальше, размахивая корзинкой, как будто она была королевой грибного царства. Санька плёлся сзади, пытаясь палкой сбить воображаемых драконов.
И тут лес замер.
Сначала послышался хруст, будто кто-то решил съесть сразу пачку чипсов размером с дерево. Потом кусты раздвинулись, и на поляну вышло стадо косуль. Их было штук семь. Они остановились, посмотрели на Саньку, потом на папу, потом на мамин телефон, Сашкину корзинку в которой сиротливо лежал один-единственный  большой подберёзовик
— Ого, — прошептал папа, замирая с открытым ртом.
— Тише, — прошипела мама, вцепившись в папину куртку и стараясь сделать фото.
Косули смотрели с таким видом, будто это люди были экспонатами в зоопарке, а не наоборот. Одна косуля, самая наглая, сделала шаг вперед и сделала вид, что хочет понюхать  папин ботинок.
— Она хочет меня съесть? — прошептал Санька, стараясь стать невидимым за березой.
— Нет, она просто оценивает качество твоих кроссовок, — пошутил папа, хотя у него самого дрожали коленки.
В этот момент Санька вспомнил, что в кармане у него завалялся сухарик с ароматом «Холодец с хреном». Он медленно, как ниндзя, достал его и протянул вперед.
Косуля подошла ближе. Она вытянула шею, пошевелила бархатным носом и… чихнула. Да так громко, что с ближайшей елки посыпались шишки прямо папе на голову.
Папа от неожиданности подпрыгнул, взмахнул руками, и корзинка с опятами  полетела в сторону. Косули, решив, что началось нападение инопланетян, синхронно подпрыгнули на месте, как пружинки, и с грацией балерин унеслись в чащу.
— Ну вот, — сказал Санька, глядя на пустую поляну. — Мы только что напугали стадо оленей с помощью папиной прически, а я даже забыл их запечатлеть на фото.
- Не оленей а косуль….
Мама начала хохотать так, что птицы на деревьях замолчали. Папа вытащил из волос шишку, посмотрел на нее, потом на Саньку и тоже заулыбался.
 - Я успела, я успела сделать кадр,- как маленькая девочка, радовалась мама.
— Знаешь, Сань, — сказал папа, — пожалуй, свежий воздух действительно прочищает мозги. Теперь я точно знаю: косули не любят сухарики с хреном.
3
Санька шел сзади, пиная шишки и мечтая о том, чтобы найти хотя бы один гриб, который не был бы «подозрительным экземпляром». Вдруг в кустах что-то хрустнуло. Санька замер. Папа замер. Мама замерла, даже не договорив фразу про вред мухоморов.
Из густого папоротника показалась острая рыжая мордочка. За ней — вторая, третья, четвертая… Через секунду на поляну вывалилось целое лисье семейство. Мама-лиса выглядела так, будто она только что прочитала лекцию о правилах поведения в лесу, а трое лисят вели себя как обычные дети: один пытался укусить брата за хвост, второй запутался в собственных лапах и кубарем покатился в траву, а третий с любопытством уставился на папину корзинку.
— Ой, — прошептала мама. — Какие милые! -и стала доставать телефон, чтобы сделать фото.
Лисята, услышав голос, синхронно наклонили головы набок. Это выглядело так, будто они настраивали антенны, чтобы лучше ловить сигнал Wi-Fi.
— Смотри, сын, — прошептал папа, медленно опускаясь на корточки. — Это же дикая природа! Сейчас мы сделаем фото, и ты станешь звездой класса.
Папа начал судорожно рыться в карманах в поисках телефона. В этот момент самый шустрый лисенок решил, что папина корзинка — это идеальный объект для исследования. Он подкрался, сунул нос внутрь, чихнул от запаха хвои и… вытащил оттуда бутерброд с колбасой, который мама предусмотрительно завернула в фольгу.
— Эй! — возмутился папа. — Это мой обед!
А мама в то время щёлкала смартфоном…
Лисенок, не обращая внимания на протесты, гордо потрусил к маме-лисе, волоча бутерброд по земле. Мама-лиса посмотрела на папу с таким выражением, будто говорила: «Мужчина, вы серьезно? Колбаса «Докторская»? Мои дети предпочитают элитные сорта, но ладно, сойдет».
Второй лисенок решил, что папины кроссовки — это отличная игрушка. Он начал приближаться.
Санька не выдержал и громко хохотнул. Лисята, услышав смех, испугались. Мама-лиса издала короткий «тяв», и вся рыжая компания, включая вора с бутербродом, мгновенно растворилась в кустах. Только обёртка от колбасы блестела на солнце, как обертка от конфеты.
— Ну вот, — сказал папа, глядя на  пустую корзинку. — Остались без обеда. Зато теперь мы знаем, что лисы предпочитают колбасу грибам.
— Зато какая фотосессия! — засмеялась мама.- Я всё успела заснять…
.
— Да, — вздохнул папа, просматривая кадры на смартфоне супруги, — шедевр. Пошли домой, пока нас белки не ограбили.
Санька шел за родителями и улыбался. Грибов они нашли мало, зато теперь у него была история, которой точно не было ни у кого в классе.
    -Бабуля, мама в лесу нащелкала занимательные кадры с лисой, косулями, грибами,- громко кричал внук, вбегая  в дом.
- Вечером сядем и в спокойной обстановке рассмотрим ваши кадры,- согласилась бабушка.
- Мама, может вам помочь на кухне?
-Сегодня я решила сварить яблочное варенье…Можете мне помочь.
- Я пойду, забор поправлю, сообщил папа, и направился за молотком в сарай.

4
Варенье — это не просто еда. Это стратегическая операция, в которой участвуют три генерала (мама, бабушка и Санька) и один пушистый диверсант –кот, по имени Барсик.
 Кухня превратилась в филиал яблочного завода. На столе высились горы антоновки, в воздухе витал аромат сахара, ванили и корицы, а бабушка, как главный технолог, командовала парадом:
— Санька, чисти яблоки! Дочка реж на кубики их! А я буду следить за пенкой и перемешивать!
 Бабуля с важным видом стояла у плиты с огромным половником. А Барсик… Барсик сидел на подоконнике и щурился.
Он был котом с философским складом ума и очень подозрительным хвостом.
— Барсик, не вздумай! — предупредила мама, когда кот начал медленно сползать с подоконника, как гусеница.
Барсик проигнорировал предупреждение. Он приземлился на пол бесшумно, как ниндзя, и начал «инспекцию». Сначала он обнюхал корзину с яблоками. Одно яблоко показалось ему подозрительным — он ударил его лапой, и оно с грохотом покатилось под шкаф.
— Барсик! — хором крикнули мама и бабушка.
Кот сделал вид, что он тут вообще ни при чём, и начал вылизывать лапу. Но стоило бабушке отвернуться, чтобы достать банку, как кот совершил прыжок века. Он запрыгнул на край стола, зацепился когтями за край полотенца и… поехал вниз, как на парашюте.
Полотенце потянуло за собой миску с очистками. Миска с грохотом перевернулась. Санька от неожиданности выронил яблоко, оно подпрыгнуло, как мячик, и угодило прямо в кастрюлю с кипящим вареньем.
Бульк! — отозвалось варенье.
— Ой! — вскрикнула мама, пытаясь поймать летящее яблоко.
— Барсик, ты вредитель! Выметайся из кухни,— засмеялся Санька, вытирая яблочный сок с носа.
Поняв, что его раскрыли, решил сменить тактику. Он запрыгнул опять на подоконник, где  только что бабушка поставила пустые банки, и начал «помогать». Он аккуратно подталкивал пустую банку лапой к краю.
— Бабушка, он сейчас её уронит! — закричал Санька.
Бабушка бросилась спасать банку, но поскользнулась на яблочной кожуре, которую Барсик предусмотрительно скинул на пол секундой раньше. Бабушка взмахнула руками, как большая птица, и… приземлилась прямо на стул.
От неожиданности кот, издав звук, похожий на «Мя-а-а-у-у-у-п!», взлетел вертикально вверх, как ракета, зацепился за занавеску и повис на ней, раскачиваясь, как маятник.
— Мама, смотри! Барсик — штора! — хохотал Санька, катаясь от смеха по полу.
Мама, пытаясь не рассмеяться, снимала кота с занавески. Кот был в яблочном сиропе и
 с таким выражением морды, будто это не он устроил в кухне филиал стихийного бедствия, а Он -лично президент кошачьей республики приехал с официальным визитом.
— Ну, всё, стратег, — вздохнула мама, отцепляя когти котика от тюли, которая теперь напоминала рыболовную сеть после встречи с акулой. — Марш в коридор, пока ты не решил, что варенье — это отличный бассейн!
Барсик, почувствовав, что запахло жареным (и вовсе не яблоками), решил сменить тактику на «невинную жертву». Он приземлился на пол, демонстративно отряхнул лапы, посмотрел на бабушку с таким укором, будто это она заставила его заниматься альпинизмом на занавесках, и гордо удалился.
Но передышка длилась недолго. Варенье в кастрюле начало издавать звуки, похожие на работу старого трактора: «Пых-пых-буль!». Бабушка, поправляя очки, торжественно объявила:
— Пора разливать! Внучок, подавай банки!
Санька, всё ещё хихикая, подставил банку. Мама начала аккуратно наливать густую, янтарную массу. И тут из коридора послышался странный звук: «Шурх-шурх-шлеп».
Барсик вернулся. Но не один. В зубах он тащил старый бабушкин тапок, который каким-то образом оказался в коридоре. Кот подошел к столу, положил тапок на пол, сел рядом и начал пристально смотреть на кастрюлю.
— Он что, хочет варенья? — удивился Санька.
Барсик медленно поднял лапу и… аккуратно опустил её в тапок. А потом, с грацией балерины, начал «закапывать» его, как будто это был лоток.
— Барсик! Хулиган! — взвизгнула мама. — Ты что делаешь?!
Кот невозмутимо посмотрел на маму, потом на варенье, и вдруг… прыгнул на небольшой шкафчик. Это была его главная ошибка. На шкафчике стояла открытая пачка сахарного песка, которую забыли убрать. «Хулиган», не рассчитав траекторию, задел пачку хвостом.
Белое облако накрыло кухню. Мама, бабушка и Санька на секунду превратились в привидений. Когда  сахарная пыль осела, все увидели кота: он сидел на шкафу, весь белый, как сладкая белая гора, и только его желтые глаза испуганно хлопали.
— Теперь у нас не яблочное варенье, а «Яблочный десерт с котом в панировке».
Бабушка посмотрела на белого кота,  и вдруг расхохоталась. Мама подхватила смех, Санька завалился на пол, а Барсик, поняв, что «операция» прошла успешно и все наконец-то обратили на него внимание, спрыгнул вниз, оставив на полу белые сахарные следы, и начал тереться об ноги, мурлыча как трактор…

            — Завтра с утра мы будем варить кабачковую и баклажановую икру на зиму, — торжественно объявила бабушка, вытирая руки о фартук. — Ты её ведь очень любишь, внучок!
Санька сглотнул. Он любил икру, но только ту, что продавалась в магазине в маленьких баночках, где она была похожа на нежное оранжевое пюре. А то, что предстояло завтра, больше напоминало операцию по спасению урожая планетарного масштаба
 -Ох, и напряженный у вас сегодня день выдался. Сынок истопи баньку . Попаритесь хоть,- крикнула она в открывающиеся двери.

5
Утро началось в шесть утра. Кухня превратилась в филиал овощной базы. На столе возвышалась гора кабачков, размером с небольшого поросенка, а рядом лежали баклажаны, которые выглядели так, будто они замышляют что-то недоброе.
— Санька, не стой столбом! — скомандовала мама, вручая ему  нож. — Чисти кабачки. Только аккуратно, не порежься….и  не как в прошлый раз, когда ты пол-урожая в мусорку отправил!
Санька вздохнул и принялся за дело. Через час он был похож на снеговика, только вместо снега на нем была кабачковая стружка. Папа тем временем орудовал мясорубкой. Он крутила овощи с такой скоростью, что казалось, будто  участвует в чемпионате мира по переработке баклажанов.
— Бабуль, а может, хватит? — жалобно спросил мальчик, вытирая нос испачканным в кабачке рукавом. — У нас уже икра на потолке!
— Это не икра, это брызги успеха! — бодро ответил папа, запуская в мясорубку очередной «снаряд».
Вдруг раздался странный звук: «Хр-р-р-чпок!» Мясорубка, не выдержав напора, чихнула, и фонтан баклажанной массы выстрелил прямо в маму. Мама замерла. На её носу висел кусочек баклажана, а на лбу красовалась зеленая кабачковая клякса.
Санька прыснул. Мама медленно повернулась к нему. В её глазах читалось: «Сейчас будет икра из внука».
— Ой, — сказал папа, — кажется, мы переборщили с мощностью. Санька, бери ложку, будем спасать маму!
- Еще надо перекрутить, помидоры, чеснок и горький перец,- командовала бабушка.
- Уууу,- охнул папа.
- На всю зиму хватит…банок тридцать закатаем,- продолжала хозяйка.
Следующие полчаса превратились в кулинарный боевик. Мама, отмывшись, решила, что пора варить эту всю массу.
 Огромная кастрюля на плите начала «булькать». Звук был такой, будто в кастрюле кто-то очень недовольный пытается выбраться наружу.
— Буль-буль-бах! — капля раскаленной икры приземлилась Саньке на ногу.
— А-а-а! — взвизгнул Санька, подпрыгнув до потолка.
— Не ори, — сказала мама, помешивая варево веслом, похожим на весло от байдарки. — Это икра закаляется!
К обеду кухня напоминала поле битвы. Везде были следы овощного побоища. Санька был в икре, бабушка была в икре, даже кот Барсик, зашедший на запах, получил порцию на усы и теперь сидел в углу, обиженно вылизываясь.
Наконец, наступил момент истины. Бабушка торжественно разлила икру по банкам. Получилось сорок семь штук.
— Ну что, внучок, — бабушка протянула ему ложку, — пробуй!
Санька зажмурился и попробовал. Икра была горячей, пахла летом, чесноком и… немножко маминым терпением.
— Ну как? — хором спросили мама и бабушка.
Санька посмотрел на гору банок, на уставшую маму, на бабушку с половником и на кота, который всё ещё пытался отмыть усы.
— Знаете, — сказал Санька, — она вкусная. Но если вы завтра решите варить  ещё что нибудь я уезжаю домой!
Мама и бабушка переглянулись и расхохотались.
- Так мы завтра и так домой поедем!