Бессмертие подлеца

Как-то раз в далекой молодости я случайно оказался в одном вагоне метро со своим тренером по боксу.
Олег Иваныч был в легком подпитии и, несмотря на мои последние неудачи на ринге, увидев меня, по-дружески обнял и сказал, чтобы я не отчаивался, он тоже сначала много проигрывал…
Но тут в вагон вошел какой-то грузный и сильно бухой тип. Сощурив глазки, он долго рассматривал меня и вдруг, приблизившись, сунул руку в передний карман моего пиджака и пробурчал: «Деньги есть, фраерок?»  Я, закипев, повернулся к Олегу Иванычу: «Ну что, вдарить ему?» – Но Олег Иваныч решительно замотал головой: «Не надо, он сам умрет…»
А уже позднее, увлекшись философией, я встретил нечто подобное словам тренера в высказываниях Сократа, когда он заверял своих учеников, что осудивших его на смерть судей, осудит сама природа…
Вот так сошлись в своих суждениях величайший мудрец всех времен и подвыпивший тренер по боксу…
И эта мысль впоследствии не раз приходила мне в голову, когда я наталкивался на какого-нибудь подлеца: «Он сам умрет…» Конечно, не всегда она брала верх и останавливала меня в моем противостоянии с ними, но часто она всё же била отбой, тем более, если я понимал, что это всё без толку.
Так случилось и когда судьба-индейка свела меня с Владленом Ананьевичем. Это был на вид такой благообразный мужчинка, активный общественник, большой хохотун, который, будучи моим начальником, решил, что я могу его подсидеть. Вообще-то его опасения были не напрасны: как работник я был явно сильнее его, хотя только набирался опыта. Это все видели, и вышестоящее начальство не раз обращалось ко мне напрямик в обход самого Владлена Ананьевича. Тогда-то он, видимо, и решил мочить меня. И не придумав ничего лучшего, настрочил на меня, причем под своим именем, как честный коммунист, самый примитивный донос. Что я, дескать, симпатизирую диссидентам, рассказываю анекдоты про Брежнева, и, как он уверен, вынашиваю планы во время командировки за рубеж сбежать...
Мной, естественно, занялись, допрашивали несколько часов, трясли коллег, но ничего из этой лажи, конечно, не подтвердилось. Впрочем, за этот поклеп его тоже не тронули: такие бдительные товарищи всегда востребованы.
Но поганый шлейф всей этой истории не мог не остаться, на моих командировках за кордон был поставлен крест, и в итоге мне пришлось искать себе работу в другом месте.
Но что мне было делать с самим стукачом? Как-то отомстить? – но как? Набить ему просто морду – чтобы еще и загреметь на нары?..
Оставалось только квохтать и утешать себя именно той мыслью от моего тренера и Сократа – он сам, дескать, сдохнет, никуда не денется…
И вот прошло много-много лет, сменилось несколько эпох, одна, разумеется, краше другой, я уже и думать забыл об этой мрази…
И вдруг, прогуливаясь с задумчивым видом пенсионера по улицам Москвы, что я увидел: на огромном плакате красовалась столь знакомая мне, к сожалению, улыбающаяся физиономия Владлена Ананьевича с тем же именем, фамилией, который как лидер какого-то там истинно народного и, конечно, независимого движения неуклюже зазывал в него…  «Неужели он жив еще!? – воскликнул я про себя в изумлении. – Да ему уже должно быть за 90, а на плакате все та же моложавая мордаха… Да что же он, бессмертен, что ли? Или это сынок его, племяш, да хоть кто! – в любом случае это какой-то его родственник, клон, продолжатель... – Вот тебе и мудрость Сократа!.. Тут скорее другой тезис подходит, что смерти-то вроде как и нет, – особенно для таких, как Владлен Ананьевич…
И я поспешил домой, чтобы всё разузнать об этом типе в интернете.