Зоопарк

      Эпизод 1

Я сидел на грязном полу, прижавшись спиной к полуразрушенной кирпичной стене, и тоскливо смотрел на струи дождя через большой проем окна.
Ко мне приблизился какой-то парень. Кажется, его звали Нил. Присев рядом, он спросил:
- Почему тебя не было за ужином?
Повернув к нему голову, я ответил:
- Не хочу травиться.
- Нормальная еда. Чтобы выжить, нужны силы.
- Зачем? – поинтересовался я.
- Странный ты какой-то, - произнес Нил и, поднявшись, направился к небольшой группе, сидевшей около импровизированного костра.
Проводив его взглядом, я вновь уставился в окно.
Не успел я подумать о том, что из-за собственной тупости угодил в это место, как ко мне подошла молодая женщина и, присев на корточки, спросила:
- Тебя как зовут?
- Трой, - ответил я, не поворачивая к ней головы.
- Сколько тебе, Трой?
- Двадцать пять.
- Хороший возраст.
- Мне тоже нравится, - сказал я, повернув голову к моей собеседнице.
Перед собой я увидел худую женщину лет сорока с тонкими светлыми волосами и кожей желтовато-серого цвета. Женщина пристально меня изучала.
- Ты сейчас во мне дыру протрешь, - раздраженно произнес я.
- Хочешь развлечься?
- Вали отсюда, – сглотнув, огрызнулся я.
Женщина, сморщив нос, хищно улыбнулась и, поднявшись, сказала:
- Еще увидимся, Трой.
И она ушла.
Я тоже поднялся с пола и направился вглубь здания в надежде отыскать укромный уголок, где до утра меня никто не побеспокоит. К сожалению, все хорошие места были заняты. Я уже было собрался расположиться около какой-то кучи мусора, но тут меня кто-то окликнул. Посмотрев по сторонам, я увидал невысокого паренька. Его звали Вон. Он, выглядывая из-за дверцы покосившегося шкафа, махал мне рукой.
Я подошел к нему, и Вон тихо прошептал:
- Залезай. Здесь есть место еще для одного.
Не дожидаясь повторного приглашения, я быстро юркнул в шкаф и Вон, захлопнув дверцу, подпер ее собой.
- Какой странный шкаф, - шепотом сказал я. – Обычно дверцы открываются наружу.
- Знаю, - ответил Вон. – Но кто-то, видимо, их переделал.
Помолчав немного, он спросил:
- Ты местный?
- Нет, но последние месяцы жил и работал здесь.
Вон к чему-то прислушался. Снаружи было тихо.
- Тебя Трой зовут? – спросил Вон.
- Совершенно верно.
- Знаешь, что означает твое имя?
- Нет, - ответил я.
- Обыкновенную цифру «три». Есть и другие трактовки. Типа «троянский» и даже «дом».
- Откуда знаешь?
- Я из Молимо.
- Тогда понятно.
- А еще твое имя говорит, что ты сильный, уверенный и энергичный человек, обладающий высоким уровнем самодисциплины. Умеешь достигать поставленной цели и вдохновлять других на борьбу за лучшую жизнь. Ты прирожденный лидер.
- Вообще мимо, - уныло прокомментировал я.
- Ты постоянно сталкиваешься с трудностями. Жизнь явно испытывает тебя на прочность.
- А вот трудностей у меня сколько угодно.
- Поменяй имя.
- Зачем?
- Потому что оно ассоциируется с когда-то существовавшим городом Троя, что был разрушен войной задолго до крушения Старого мира.
- Я подумаю.
Вон тихо хихикнул.
- А что означает твое имя? – спросил я парня.
- Сам в себе.
- Интересное изложение.
- Пить хочешь? – поинтересовался Вон.
- Хочу. У тебя есть вода?
Наклонившись вперед, парень вытащил откуда-то бутылку. Открутив крышку, он передал ее мне. Напившись, я поблагодарил его.
- У тебя большая семья? – внезапно спросил Вон.
- Как тебе сказать. Мама, ее новый муж и брат.
- А меня до двенадцати лет воспитывала тетка, - произнес Вон. – Затем она отдала меня в один из храмов Молимо. Можно сказать, что у меня нет семьи, кроме братьев по храму. Но я мало с ними общался.
- А зачем решил участвовать в этом шоу?
- Когда меня достала храмовая жизнь, я ушел оттуда. Думал заработать денежку и открыть лавку. Не получилось. Влез в долги, которые не смог вернуть. А ты здесь за что?
- Давай спать, - предложил я. -  Глаза слипаются.
Вскоре я услышал тихое посапывание.
На самом деле спать мне не хотелось, как не хотелось рассказывать Вону, что на самом деле со мной произошло. Скрестив руки и прислонив голову к стенке шкафа, я прикрыл глаза и начал вспоминать…



Эпизод 2

Подметая пол в просторном контейнере, переделанном под жилое пространство, я сказал, обращаясь к брату:
- Вчера я видел твоего учителя. Он сказал, что ты плохо знаешь материал о последних днях Старого мира и становлении Нового.
Рим, сидя за столом и уткнувшись подбородком в сложенные на столе руки, проворчал себе под нос:
- Подумаешь…
Закончив подметать, я сгреб мусор и, кинув его в мусорное ведро, положил савок и веник на место. Проведя руками по своим длинным и вьющимся рыжим волосам, я взглянул на брата:
- Если ты мечтаешь стать курсантом Военной академии, то тебе необходимы знания по истории.
- Это не я мечтаю, а мама, - и Рим принялся барабанить пальцами по экрану своего планшета. – И вообще-то я хочу кушать.
- Пока не расскажешь о последних днях, еда тебе не светит.
- Я маме пожалуюсь, - пригрозил в ответ Рим. – Мне всего девять лет. Ты не имеешь права оставлять меня без обеда.
Усевшись за стол напротив брата, я сказал:
- Не понимаю, почему ты не можешь запомнить элементарную информацию?
Отодвинув планшет в сторону, Рим, уставившись на меня, предположил:
- А может у меня потеря памяти?
- С чего бы? – усмехнулся я.
- Помнишь, ты рассказывал маме о брате своего одноклассника?
- Не помню.
- Которому сделали операцию на голове.
- И что?
- Теперь этот парень никого не узнает и не помнит где живет. Я, когда читаю – помню, а потом – раз – и забываю.
- А может, ты просто не хочешь сосредоточиться? Ну-ка, попробуй пересказать мне то, что прочитал.
Неохотно выпрямившись на стуле, Рим спросил:
- Что рассказывать?
Закатив глаза, я сложил на груди руки и повторил:
- О последних днях Старого мира.
Вздохнув, Рим монотонным голосом начал бубнить:
- Последние дни Старого мира случились сто лет назад. Все началось из-за глупости горстки мерзавцев…
- Все произошло, - перебил я его.
- Что произошло? – не понял Рим.
- Лучше сказать, что все произошло или случилось по вине завравшихся безумцев, дорвавшихся до власти и возомнивших себя богами.
- В те времена плотские утехи заменили духовность, а поклонение материальным ценностям зашкалило. Трой, а что такое плотские утехи?
- Спросишь у мамы или учителя.
- Бешенная гонка вооружений, - продолжил Рим, - привела к тому, что некая вооруженная до зубов группировка взорвала на глубинах Атлантического океана…
- В глубинах, - поправил я брата.
- Ну да. В глубинах взорвали какую-то бомбу, после чего водная стена поднялась до небес и хлынула на континенты. От гигантского цунами погибла половина людей. Не успели уцелевшие люди прийти в себя, как последовал новый взрыв. Его произвели на суше, что вызвало страшные землетрясения по всей планете. Проснулись спавшие вулканы. Правильно?
- После чего Солнце пропало на несколько месяцев и наступил холод, - добавил я.
- И снова погибло много людей. Третий взрыв привел к тому, что большинство континентов ушло под воду, а вместо них из глубин океанов и морей поднялись ранее неизвестные земли… Трой, а правда, что меня назвали в память о каком-то городе?
- Да. Был такой город Рим. Он, как и множество других городов, ушел под воду. Продолжай.
- Последний взрыв поднял в воздух ядовитые пары и люди начали задыхаться. Те, кто спрятался в уцелевших домах, закупоривали щели всем, что было под рукой. Так они смогли выжить.  А те, кто не успел спрятаться, умерли или тяжело заболели. В первый год после взрывов погибло пять миллиардов человек.
- От чего умирали люди?
- От лучевой болезни, эпидемий и голода, потому что даже запечатанные продукты стали ядовитыми и не годились в пищу.
- Не забудь сказать, что у многих, кто выжил, стали рождаться дети с признаками мутаций, - напомнил я.
Снова вздохнув, Рим произнес:
- Так же погибла большая часть животных и растений.
- Молодец, - похвалил я брата и добавил: – Видишь, с памятью у тебя все в порядке. А теперь расскажи, что стало происходить с людьми после. Про времена хаоса и страха.
- Когда наступило время хаоса и страха, все вспомнили о Боге и начали молиться.
- Не все, а многие.
- Многие, - повторил за мной Рим и шмыгнул носом: – Еще люди сходили с ума, убивали других или самих себя. Забыл сказать, что культурные ценности утонули или сгорели в огне.
 - Лучше сказать, что большинство культурных ценностей были утрачены навсегда, как и всевозможные документы, в том числе и архивные. Что еще?
- Не знаю.
- Все эти катаклизмы повлияли на климат планеты, который что?
- Изменился. Там, где было холодно, стало жарко. И наоборот.
- Примерно так. Теперь расскажи о том, где поселились люди.
- Ну, я говорил, что некоторые части континентов ушли под воду, а вместо них появились новые. Та часть суши, на которой сейчас живут люди, тоже поднялась из воды.
- Из какой?
- Раньше эта вода называлась Средиземным морем и частично Атлантическим океаном.  Теперь эта территория зовется Барасо и переводится как «рожденная в субботу». На ней стоят города и поселения. Самый главный город называется Сарар. Он был назван в честь его основателя Томаса Сарара.
- А кем он был? – поинтересовался я.
Рим непонимающе посмотрел на меня.
- Он был правителем Барасо, - подсказал я, - и его резиденция находилась в Сараре.
Кивнув головой, Рим продолжил:
- В Сараре проживает около двадцати миллионов человек. Около него находятся два поселения. Это небольшие города, которые когда-то входили в состав Сарара, а потом отделились от него. Одно поселение называется Мози и переводится как «перворожденный». Второе - Удо, что означает «мирный». В Мози живут только мужчины, а в Удо только женщины. Им запрещено иметь детей. Трой, а почему им запрещено иметь детей?
- Не знаю, - ответил я, поднимаясь из-за стола.
В этот момент о металлическую стену нашего дома-контейнера постучались.
Я подошел к двери и, открыв ее, увидал Мышку - худощавую девушку невысокого роста с темными прямыми волосами, схваченными на затылке резинкой. Когда-то мы с ней учились в одном классе.
- Привет, - сказал я, пропуская ее в дом. – Я тут брата собираюсь кормить. Присоединишься?
Мышка кивнула головой и подошла к столу. Усевшись на свободный стул, она спросила:
- Чем собираетесь питаться?
- Выбор небольшой, - ответил я, подходя к старому буфету.
Вынув из него несколько тюбиков и упаковку хлебных пластин, я, вернувшись к столу, положил все это на его поверхность. Рим тут же притянул к себе один из тюбиков и прочитал название:
- Пюре из зеленых овощей с питательным мясом мучнистых червей.
Вытащив хлебную пластину, он густо намазал ее пюре и с жадностью набросился на еду.
Я тоже намазал хлебную пластину пюре и протянул угощение гостье.
Поблагодарив, Мышка принялась есть.
- Как дела? – поинтересовался я, откидываясь на спинку стула.
- Более или менее, - ответила девушка, жуя пластину.
- Работаешь?
- Да. Убираюсь в нескольких местах. Как раз работала рядом и решила зайти.
- Помнится, ты хотела продолжить обучение в университете.
- Хотела. Только я не могу бросить бабушку. Она болеет. Думаю, поступить на виртуальное обучение. Посмотрим.
- Ты живешь с бабушкой все в том же разрушенном доме?
- Его уже отреставрировали. Достроили стены, залатали крышу, починили водопровод. Теперь не надо ходить за водой к уличной колонке. И канализация работает. Представляешь?
- Надо же, - поразился я.
- А ты работаешь?
- Нет. Мать на работе круглые сутки.
- Зачем ей столько работать? Врачам и так хорошо платят.
- Она взяла кредит и купила соседний контейнер. Теперь у нас сдвоенный дом.
- Здорово.
- Так что я хожу по магазинам, стираю, помогаю Риму учить уроки.
- Что сейчас изучают в школе? – поинтересовалась Мышка.
- Все тоже самое, что и мы когда-то. Сегодня повторяем становление Нового мира.
С набитым ртом в разговор вмешался Рим:
- Почему все так ненавидят Сарар?
Ему ответила Мышка:
- Потому что по сравнению с другими городами столица живет слишком хорошо. От Старого мира ее населению достались технологии и целые здания. А еще они отлично питаются.
Наблюдая за тем, как я наливаю воду в стакан, Рим задал новый вопрос:
- Трой, а почему наша мама уехала из Сарара? Если бы она осталась там, мы бы тоже хорошо кушали и жили в красивом доме.
- Так получилось, - ответил я, подвигая стакан брату.
- А действительно, почему? – заинтересовалась Мышка. – Я знаю тебя около девяти лет, но ты никогда не говорил, что жил в Сараре.
Укоризненно взглянув на брата, я ответил:
- Мама увезла нас оттуда. Сразу после развода с отцом.
- Развода? – удивилась Мышка. – Ты всем говорил, что он умер.
- Я тупо врал, - взъерошив волосы брату, пролепетал я.
- Ты странный. У многих родители в разводе. Мои просто оставили меня бабушке и смылись. Мне было всего три года. Даже не знаю, живы ли они.
Помолчав, она добавила:
- Представляю, как тебе было трудно привыкнуть к этому месту. Слушай, а зачем она все-таки уехала?
- Одиннадцать лет назад мэром столицы стал один идиот. Он тут же велел всем гражданам прочипироваться. 
- Зачем? – поразилась Мышка. - Обычно все пользуются отпечатками большого пальца или картами идентификации.
- Думаю, он решил полностью взять под контроль жизнь граждан столицы.
- То есть он решил быть в курсе того, что граждане едят, куда идут, с кем встречаются, что говорят? – уточнила Мышка.
- Да. Именно чипы позволяют Службе безопасности Сарара в любой момент подключаться к носителю.
- Поэтому их называют «чипированными»? – подал свой голос Рим.
 Да, - ответил я ему и добавил: - Поел? Тогда шагай в другую комнату.
- Не пойду, - заупрямился Рим. – Мне тоже хочется послушать.
Махнув на него рукой, я продолжил:
- Короче, тех, кто отказался чипироваться, подвергли гонениям: увольняли с работы, отказывались лечить, высмеивали в виртуальном пространстве, поджигали дома. Много чего происходило. Поэтому противники чипирования предпочитали переселяться в другие места, где не требовалось такой крайней меры.
- Странный подход, - задумчиво произнесла Мышка, облокотившись о стол. - Хорошо, а почему тогда многие чипированные покинули Сарар?
- А это был еще один из закидонов мэра. Он пожелал видеть вокруг себя только молодых, красивых, не тронутых мутацией людей. Без каких-либо изъянов. Можно подумать, что в Старом мире жили одни красавцы.
Тут снова Рим подал свой голос:
- Значит, мама отказалась чипироваться? – спросил он. – Или у нее есть изъяны?
- Нет у нашей мамы никаких изъянов, - одернул я брата и тут же смутился.
Не стоило мне упоминать об изъянах при Мышке. У нее их было несколько. В свои двадцать лет она была такого же маленького роста, как и мой девятилетний брат. У Мышки были сросшиеся длинный нос и вытянутая нижняя челюсть, отчего ее профиль напоминал мышиную мордочку. Но самое главное было в том, что Мышка имела самый настоящий тоненький хвостик. Она очень стеснялась своего короткого отростка, о котором я узнал от одного мальчишки из параллельного класса. Мальчишка был соседом Мышки и обожал подсматривать за всеми, кто мылся в душе. Делал он это так виртуозно, что его долгое время не могли вычислить. И когда он растрезвонил о Мышкином хвосте, я сдал его соседям.
Чтобы скрыть смущение, я начал кашлять, сделав вид, что подавился. Мышка тут же заботливо похлопала меня по спине.
 Откашлявшись, я посмотрел гостье в глаза и произнес:
- Мама отказалась устанавливать себе чип – она как раз была беременна Римом. И меня подвергать этой процедуре не стала. Папа поступил наоборот. Когда меня не пустили в школу без чипа, она подала жалобу мэру, и на следующий день ее уволили… Отец начал над ней измываться. Мама собрала вещи, и мы переехали сюда.
- Ты скучаешь по отцу?
- Сначала скучал.
- Общаетесь?
- Нет. Мама как-то обмолвилась, что у него новая семья. Мы его больше не интересуем.
Помолчав немного, Мышка сказала:
- Спасибо за угощение. Было очень вкусно, но мне пора идти работать.
Поднявшись со стула, она, ойкнув, ударила себя ладонью по лбу:
- Чуть не забыла! Я чего к тебе зашла. Моя соседка Хана устроилась на работу в один из салонов красоты.
- Кем? – удивился я.
- Парикмахером. И им очень нужны рыжие волнистые волосы. Как у тебя. Не хочешь продать свои?
- Я подумаю. За сколько их купят?
- Не знаю, - ответила Мышка, направляясь к двери. 
- Где салон находится?
- Около Центра эвтаназии.
И, махнув на прощание рукой, она ушла.
Я вернулся к столу и, сев на свое место, сказал:
- Теперь вернемся к твоим познаниям, Рим.
Брат тут же обмяк и стал канючить:
- Я устал. Мне надо отдохнуть.
- Никакого отдыха.
Буркнув что-то, Рим неохотно начал говорить:
- В центре Барасо расположился город науки и образования Кенжи. Он переводится как «интеллектуальный правитель». В нем живут только ученые, студенты и работники университета. В нем изучают разные предметы, создают летающие корабли, ищут новые планеты, чтобы переселить туда людей. Чтобы стать студентом, нужно быть очень-очень умным человеком. Намного дешевле учиться дистанционно.
- А как образовался этот город-университет? – спросил я.
- После того как начались бунты против науки и люди в городах стали громить научные центры, общим советом мэров было решено образовать отдельный город-университет, охраняемый военными. До сих пор многие ненавидят ученых, так как считают, что те снова создадут мощное оружие. На востоке Барасо находятся два города, которые называются…
Рим замолчал и задумался.
- Забыл? – поинтересовался я.
Брат молча кивнул головой. Улыбнувшись, я подсказал:
- Молимо, что переводится как «медведь, идущий в тени», и Сора, что означает «туман».
Рим обрадованно перебил меня:
- Молимо - это поселение всевозможных верований и культов. Его посещают верующие или те, кто интересуется религией. Сора считается мертвым городом, потому что в нем практически никто не живет.
- Почему?
- Потому что в этом городе обитают призраки. Огромное пространство на юге Барасо отдано поселению земледельцев. Они не только выращивают всевозможные овощи и фрукты, но и разводят домашний скот. Это место называется Минори, что означает «деревня красивых людей». Трой, а почему у наших городов такие странные названия?
- Названия городам и поселениям давал Томас Сарар сто лет назад. Он был одним из тех, кто жил на большом африканском континенте. Когда-то в Африке жили народы, говорившие на разных языках. Возможно, эти названия были взяты из языка, на котором говорили предки Томаса. Продолжай.
- От труда жителей Минори зависит питание всех, кто населяет Барасо. Только они могут создавать качественную консервированную пищу.
- Обязательно упомяни о том, что в Барасо находится множество небольших поселений. Но они настолько маленькие, что не имеют официальных названий и на географических картах обозначаются просто цифрами.
- Хорошо, - вздохнув, пообещал Рим. - Это все?
- Не спеши. Ты забыл рассказать о последнем крупном городе, в котором мы с тобой живем.
- И я свободен? –с надеждой в голосе спросил Рим.
- Да.
- Сина - довольно большой город, в котором проживает около пятидесяти миллионов человек. Намного больше, чем в столице. Сина никак не переводится. Так звали жену Томаса Сарара. Последние шестьдесят лет в городе построили много домов и зданий, но есть районы, где люди продолжают жить в контейнерах, трейлерах и на баржах. Как мы, к примеру. В Сину приезжают любители всевозможного экстрима и экзотики. Считается, что настоящей столицей Барасо является именно Сина, а не Сарар, - на одном дыхании выпалил Рим и победоносно воскликнул: - Все!..



Эпизод 3

Я стоял около Центра эвтаназии и размышлял, с какого салона мне надо начать поиск Ханы. Когда Мышка упомянула, что ее соседка работает около Центра, я даже не предполагал, что салонов будет несколько. В какой-то момент я произнес вслух:
- Зачем в одном месте столько салонов красоты? Не для клиентов же Центра.
И тут же услышал за своей спиной знакомый голос:
- Я тоже задавалась этим вопросом.
Оглянувшись, я рассмеялся - передо мной стояла Хана.   
Ей, как и нам с Мышкой, было двадцать лет. Она была высокой, но не особо пропорциональной особой. У нее был довольно худосочный торс и слишком широкие бедра, с толстыми короткими ногами. Изначально Хана жила в районе трейлеров. Когда девочке исполнилось одиннадцать, ее родители умерли один за другим. Родственников у Ханы не было. Оставшись без присмотра, девочка быстро нашла себе компанию странных молодых людей. В тринадцать она забеременела и в положенный срок родила девочку, которую назвала Мими. Специальная комиссия мэрии решила переселить несовершеннолетнюю маму с ребенком в другое место, где за ней могли бы присматривать взрослые. Так Хана и попала в одну из комнат дома, где жила Мышка. Помогать Хане до наступления совершеннолетия поручили бабушке Мышки. Та была обязана кормить девочку, сидеть с Мими, пока Хана учится, а также давать советы. За это бабушке платили деньги. Когда малышке Мими стукнуло три годика, стало ясно, что с ней что-то не так. Мими всеми возможными способами показывала окружающим, что она не человек, а маленькая собачонка. Малышка лаяла, ходила только на четвереньках, пила и ела из мисок на полу, захватывая пищу и воду языком. Спала Мими, свернувшись на коврике около видавшего виды дивана Ханы. Мими любила, когда ей чесали за ушком и гладили животик. В этот момент малышка ложилась на спину и, зажмурив глаза, дергала конечностями. Хана показывала дочь врачам, но те лишь разводили руками. Такое поведение у детей и некоторых взрослых относили к одной из разновидностей мутаций Нового мира…
- Я увидала тебя в окно салона, - сказала Хана. – Мышка передала, что ты зайдешь ко мне. Готов расстаться с волосами?
- Смотря сколько мне заплатят.
- Устроит пятьдесят монет?
- А если сто?
- Раскатал губу, - усмехнулась Хана. – Учти, обычно салоны платят за такие космы монет тридцать. Это я предлагаю пятьдесят, потому что ты друг Мышки. Так что решай.
- Согласен.
- Тогда идем.
 И Хана направилась в сторону одного из салонов.
Там, усадив меня в кресло, она спросила:
- Растительность сбриваем полностью или немного оставить?
Подумав, я попросил:
- Оставь немного.
Кивнув головой, Хана взяла в руки ножницы и начала стричь мои длиннющие волосы.
Чтобы не сидеть в тишине, я спросил ее:
- Как поживает Мими?
- В роли собачки великолепно. А как маленькому человечку ей требуется операция на голове. Врачи советуют сделать ее до того, как Мими исполнится восемь.
- А сколько ей сейчас?
- Шесть и небольшой хвостик.
- Тогда времени осталось мало, - заметил я, наблюдая в зеркале, как прядь за прядью мои волосы падают на пол.
- Да, - согласилась со мной Хана. - Но с другой стороны, эта операция довольно опасна. Если хирург случайно заденет важную зону, то в худшем случае мой ребенок превратится в овощ.
- А в лучшем? – решил уточнить я.
- В лучшем она станет видеть все в черно-белом изображении.
- Так что ты решила?
- Лучшие хирурги оперируют в столице, но у меня нет тех денег, что они берут за свои услуги. Пусть остается такой, какая есть. Один врач сказал, что она может перерасти мутацию.
- Будем надеяться. Ей необходимо общение.
- У нее есть общение. Ты даже не представляешь, сколько людей считает себя животными или птицами. Существует довольно большое сообщество тех, кто столкнулся с такой проблемой.
- Серьезно? – поразился я.
- Мы с Мими вступили в него год назад.  Все помогают друг другу… Надо было еще во время беременности пройти обследование и скорректировать генетику дочери. Но я и сама была ребенком и не знала об этом.
Хана состригла последнюю прядь и произнесла:
- Как-то так.
Покрутив головой, рассматривая свою короткую стрижку в зеркале, я заметил:
- Непривычно как-то.
- Не нравится? Как по мне, очень даже норм. Волосы у тебя быстро отрастают?
- Да.
- Отлично. Когда отрастут, приходи снова.
Взяв с тумбочки небольшой сканер, Хана набрала на его дисплее информацию и поднесла гаджет ко мне.
- Приложи палец, - скомандовала она.
Я приложил большой палец к сканеру и тот тихо пискнул. Экран дисплея мигнул зеленым цветом и на нем высветилась информация о переводе денег.
- Готово, - произнесла Хана. – На что потратишь?
- Хочу помочь маме выплатить кредит.
- Благородно, - произнесла Хана и, чмокнув меня в щеку, принялась собирать с пола пряди состриженных волос.
Поднявшись с кресла, я взъерошил свои короткие волосы и покинул салон…


В этот же день Рим вытащил меня в один из Центров виртуальной реальности. Отыскав свободные кресла, я первым усадил брата, после чего сел сам. Подключив к вискам сенсоры, я надел очки и в ту же секунду оказался в виртуальном холле Центра, где суетливо передвигались или просто болтали тысячи пользователей великолепно прорисованной реальности.
Середину холла занимала круглая стойка, за которой стояли несколько десятков виртуальных администраторов. Отыскав глазами Рима, крутившегося около стойки, я подошел к нему. Перед нами тут же возник администратор в виде полного мужчины средних лет. Он широко улыбнулся и спросил:
- Куда желаете пройти? Могу предложить…
- Нам нужен Зоопарк! – громко прокричал Рим, вцепившись в мою руку.
- Отличный выбор! – так же громко воскликнул администратор и, улыбнувшись еще шире, поинтересовался: – В каком качестве желаете быть? Посетителями или животными?
- Посетителями, - сказал я.
- Какая часть Зоопарка вас интересует? Подводные мир, птицы, пресмыкающиеся, дикие звери?
Я вопросительно посмотрел на брата:
- Есть предложения?
- А можно динозавров? – шепотом попросил он.
Администратор моментально среагировал на его шепот и сообщил:
- Сожалею, но этот раздел Зоопарка меняет свой формат и доступ посетителей в него пока закрыт. Могу посоветовать площадку молодняка. Пользуется большой популярностью среди всех возрастов.
Рим посмотрел на меня и кивнул головой.
- Подходит, - согласился я, наблюдая как администратор набирает на стойке цифровой код.
Через мгновение мы с братом стояли перед довольно вместительной площадкой, утопающей в яркой зелени. На ней, среди огромного количества игрушек и всевозможных приспособлений, резвились малыши совершенно разных животных: козлята, тигрята, львята, медвежата, обезьянки, еноты, носухи и даже поросята. Они отнимали друг у друга игрушки, прыгали, бегали, бодались, налетали на препятствия, качались, уцепившись зубами за подвесные канаты. Зрители громко смеялись и подбадривали малышей. Пробыв у площадки часа полтора, мы вернулись в виртуальный холл.
- Домой? – поинтересовался я у Рима.
- Нет! Хочу какой-нибудь трэш, чтобы башню сносило!
- Тихо! – цыкнул я на брата. – Забыл, что сленг в виртуалке запрещен? Нас могут оштрафовать.
- Извини, - тихо пролепетал Рим.
Я снова подошел к стойке, и администратор предложил купить поездку на поезде.
- Обещаю, - заговорщически произнес он, - это будет адская поездка. Вам два билета?
- Нет. Только один.
Повернувшись к Риму, я предупредил:
- После поездки сразу домой.
- А ты?
- У меня дела.
Как только Рим исчез, я снова повернулся к администратору. Только я собрался задать ему вопрос, как кто-то похлопал меня по плечу. Повернувшись, я увидал перед собой подростка лет четырнадцати.
- Что надо? – спросил я.
- Не хочешь сыграть в командную игрушку? У нас один игрок слился.
На слова паренька тут же отреагировал администратор:
- Слово «слился» запрещено в виртуальном пространстве. У вас осталось одно предупреждение. Если вы еще раз примените некорректное выражение, вам будет закрыт доступ в виртуальное пространство на целый месяц.
- Чего? – возмутился парень. – Забанить меня решил?
- Снова некорректное слово, - произнес администратор. – Прощайте.
И парень тут же растворился в воздухе.
Администратор посмотрел на меня:
- Вы что-то хотели узнать? – спросил он.
- Мне надо отыскать свою подругу. Я не помню ее виртуального имени...
- Реальное имя?
- Мышка.
- Назовите адрес.
- Мой?
- Нет. Вашей подруги.
- А это обязательно?
Администратор без единой эмоции как на лице, так и в голосе, произнес:
- На эту минуту зарегистрировано двадцать семь посетителей с именем «Мышка». Если вы подскажите адрес и возраст подруги, поиск будет более быстрым. В противном случае вам придется пройти по всем виртуальным ссылкам.
Назвав адрес и дату рождения Мышки, я оказался сидящим рядом с ней в небольшом затемненном зале, очень напоминавшем малюсенький театр. На освещенной сцене в мягких креслах расположились четверо: трое мужчин и женщина.
Толкнув локтем Мышку, я сказал:
- Привет.
Та, повернув ко мне голову, удивленно воскликнула:
- Трой!? Откуда ты взялся?
- Ходил с братом в Зоопарк.
Мышка как-то странно посмотрела на меня, и тут ее взгляд упал на мою стрижку. Присвистнув, она сказала:
- Ого! Ты был у Ханы?
Я молча кивнул головой.
- Тебе хорошо с короткими волосами, - сказала она.
- Спасибо. А ты что здесь делаешь?
- Один знакомый попросил меня послушать, о чем будут говорить выступающие.
Сидевшие рядом люди зашипели на нас.
Прижав палец к губам, Мышка зашептала прямо мне на ухо:
- Это научная конференция.
- Научная? – стараясь говорить, как можно тише переспросил я.
- Да.
С переднего ряда к нам повернулся пожилой мужчина и сделал замечание:
- Не мешайте слушать, - строго сказал он. – Или я на вас пожалуюсь.
Мышка снова прильнула к моему уху и еле слышно произнесла:
- Вечером я загляну к тебе домой, и мы поговорим.
Я кивнул головой и, развалившись в удобном кресле, стал внимательно слушать.
Один из выступавших - мужчина пятидесяти лет с короткими русыми волосами и аккуратно подстриженной бородой, нагнувшись вперед всем корпусом, говорил хорошо поставленным голосом:
- Поймите, после катастрофы в мире расцвели мистицизм и массовые суеверия. Спустя сто лет человечество в своем большинстве стало безграмотным. Вы можете сказать, что нашим родителям было не до учебы - они помогали своим родителям заново строить этот мир. И я соглашусь с вами. Сто лет назад было не до учебы. И восемьдесят тоже. Но почему последующие поколения не блещут знаниями? Спасибо, что хоть нас с вами научили читать, писать и считать. Почему лишь небольшой процент населения мечтает об образовании в университете? Почему большинство предпочитает верить в мистику, чем в науку? Ответ очевиден: мы боимся снова изобрести страшное оружие, из-за которого чуть не погиб весь мир…
Тут его прервала женщина, сидевшая по левую руку выступавшего:
- Ганс, я согласна с тобой в том, что мы боимся снова изобрести бомбу, но не согласна в другом. Вот ты жалуешься, что в школах усеченное образование. А разве тех предметов, что изучают дети, недостаточно для достойной жизни в обществе? Математика, история, язык, география, астрономия, природознание. Этого вполне достаточно, чтобы засеять поле, вырастить урожай, сшить себе одежду…
 - Нет, Эльза, - перебил женщину лысый мужчина довольно преклонного возраста. – А если ты заболеешь? Кто будет тебя лечить? Колдуны, травники или врачи? Лично я за расширение образования. Пусть наши дети познают такие дисциплины, как медицина, летное дело, химия, физика, инженерное искусство. И я благодарен небесам, что после катастрофы уцелела хоть какая-то часть компьютерных носителей, в которых мы можем отыскать всю нужную нам информацию. Почему в столице не брезгуют технологиями и образованием?
Эльза, фыркнув, произнесла:
- Пусть так, Берлин. Только помяни мое слово: наши потомки будут благодарны, что мы не подпустили их к химии или физике. Уверена, в нашем городе мы должны запретить какое-либо образование, кроме школьного. А в столице пусть делают, что хотят.
В зале раздались аплодисменты.  Женщина улыбнулась и добавила:
- Теперь стоит рассмотреть вопрос, связанный с гаджетами.
- А что с ними не так? – удивился Ганс.
- По ним транслируется всякого рода гадость: мерзкие реалити-шоу, проводят торги людьми, учат сексу и многое другое. Детям доступны платформы, на которые не решаются войти взрослые. Постоянно идет реклама для любителей кибернетической модификации человеческого тела. Впрочем, не только человеческого. Все это тоже ведет к возврату грехов Старого мира. Развращенного мира.
- Но мы не можем запретить людям пользоваться технологиями, - возразил четвертый мужчина, сидевший на сцене. – К примеру, в виртуальном пространстве есть много чего полезного: дистанционный мониторинг здоровья, встреча с любым человеком, прогулка по утраченным местам Старого мира и много прочего.
- Допустим, - поджав губы, произнесла Эльза.
- Вот видите…
- Друзья, - вступил в разговор Ганс, - мы несколько отошли от темы нашей встречи. Изначально мы хотели подискутировать относительно капсулы времени. В последние годы многие обсуждают возможность создания капсулы с помощью ученых, магов и неравнодушных самородков. Перед человечеством стоит огромная задача: вернуться в прошлое и предотвратить катастрофу на нашей планете.
- Это чушь, Ганс, - заявил Берлин. – Хватит носиться с этой безумной идеей неадекватных людей.
- Когда-то я занимался науками и прошу не забывать об этом, - ответил Ганс.
- Вы можете что-то предложить человечеству? – не унимался Берлин.
- Сейчас я в процессе проработки некоторых деталей.
- В таком случае предлагаю разойтись, - заявила Эльза. - А когда Ганс проработает все детали, мы снова соберемся здесь и внимательно его выслушаем. Надеюсь, что к тому времени членов нашей группы станет значительно больше.
И женщина первой покинула зал. За ней следом стали исчезать слушавшие перепалку зрители.
Когда мы с Мышкой остались в зале одни, я поинтересовался:
- И это называется научная конференция?
- Они ностальгируют по прошлому.
- Никогда бы не подумал, что ты будешь слушать нечто подобное. Хотя ты всегда относилась к тем самым одаренным детям, кому стоит продолжать учебу в университете.
Мышка не ответила. Грустно улыбнувшись, она просто исчезла…



Эпизод 4

Мышка сдержала слово и вечером заглянула ко мне домой. Я как раз закончил кормить брата. 
- Составишь компанию? – загадочно спросила она.
- Куда пойдем? – поинтересовался я.
- Хочу познакомить тебя кое с кем.
Рим тут же оживился:
- А мне можно с вами?
- Прости, малыш, детям нельзя, - ответила Мышка.
Рим насупился:
- И что я буду делать один? Мама вернется только через два часа.
- Посмотри что-нибудь на планшете, - предложил я.
- Что смотреть, если мама установила родительский контроль?
Я закатил глаза:
- Возьми мой.
- Правда?! – обрадовался Рим. – Здорово! А можно я посмотрю бои без правил?
- Смотри, - великодушно разрешил я...


Подруга привела меня на «Лодочную станцию». Раньше я никогда не бывал в этой части города, но слышал, что в этом месте собрано огромное количество плавучих средств, приспособленных под жилье: яхты, катера, лодки, траулеры и баржи. Когда-то все эти посудины плавали по Средиземному морю, а теперь стояли, припертые со всех сторон металлическими стойками или были вкопаны прямо в песок.
Когда Мышка остановилась около одной из ржавых яхт, я обомлел от ее размеров:
- Ничего себе жилище, - восторженно произнес я. - И кто здесь обитает?
- Один чел, - ответила Мышка.
- Один живет?
- Нет. С теткой и ее собаками.
- Откуда у них такая роскошь?
- Понятия не имею. Короче, чела зовут Ворон. Настоящего имени я не знаю, - и она, задрав голову, громко крикнула: - Ворон, принимай гостей!
 К ржавым рейлингам приблизился высокий мужчина с иссиня-черными волосами, как перья ворона, и, облокотившись о поручень, спросил, обращаясь к Мышке:
- Кто с тобой?
- Друг. Я за него отвечаю.
- Хорошо. Сейчас встречу.
Минут через пять в нижней части корпуса яхты приоткрылась дверь, и из нее высунулась голова Ворона.
- Заходите, - произнес он, пропуская нас внутрь.
Попав в длинный коридор, я, не удержавшись, заметил:
- Надо же, а я по началу решил, что придется карабкаться по трапу.
- У моей тетки собаки, - недовольно пробормотал в ответ Ворон. – Как бы они поднимались и спускались по трапу, учитывая высоту палубы над землей?
- Извините, я не подумал.
Поднявшись по невысокой лестнице, мы оказались на палубе. Ее открытая часть была завалена какими-то ящиками, деревяшками и пластмассовыми креслами.
Ворон взглянул на циферблат своих довольно крупных часов и, нахмурившись, произнес:
- Семь вечера. Дождь обещали еще в шесть. Что за фигня творится с погодой в последнее время? Поговорим лучше в салоне. Не хочу промокнуть, если ливанет. 
И он направился к дверям закрытой части палубы.
Когда-то входом в салон служили широкие стеклянные двери. Теперь одна из половинок была заложена кирпичом, а другая переделана под обыкновенную дверь.
Переступив порог, я обомлел. Салон был настолько большим, что в нем, кроме центра управления яхтой, находящимся в непригодном состоянии, уместились небольшая кухня и комната отдыха с настоящим старым роялем. Он был ядовито-зеленного цвета, и у него отсутствовала задняя ножка, вместо которой инструмент подпирал кусок бревна, прикрученный к полу. Я подошел ближе и, приподняв крышку, обнаружил, что у рояля отсутствует половина клавиш.
Несколько огромных окон были заколочены фанерой, на которой висели красочные постеры в рамках.
- Где собаки? - спросила Мышка, садясь на потертую софу.
- Тетка пошла их выгулять, - сообщил Ворон, доставая из холодильника запотевший кувшин с водой.
Пошуровав в кухонных ящиках, он вынул небольшой коробок и, открыв его, вытряхнул из него таблетку сиреневого цвета. Кинув ее в кувшин, Ворон взял в руки деревянную ложку с длинной ручкой и начал размешивать воду. Уже через пару секунд вода приобрела синеватый цвет, и мужчина, прихватив кувшин и три стакана, подошел к софе.
Поставив на невысокий столик кувшин и стаканы, он сказал:
- Угощайтесь. Сладкая вода с витаминами.
- Спасибо, - поблагодарила Мышка, придвигая к себе один из стаканов.
Пока Ворон наполнял ее стакан, начался проливной дождь. Его струи громко стучали по фанере, и бились об окна.
Дверь открылась, и в салон влетели несколько собак, которые тут же начали крутиться около Ворона. Следом за собаками, прихрамывая, вошла далеко немолодая женщина. 
- Еле успели вернуться, - скрипучим голосом произнесла она.
- Тетушка, - заискивая, произнес Ворон, - Мышку ты знаешь, а этот молодой человек ее друг.
- Трой, - представился я.
Тетка Ворона даже не среагировала. Она подошла к кухонному шкафу и, открыв его, вынула оттуда несколько консервных банок. Сложив их в корзину, она сказала, обращаясь к племяннику:
- Покормлю собак внизу. А ты не засиживайся. Тебе завтра рано вставать.
Не прощаясь, она вместе с собаками быстро покинула салон.
Проводив ее взглядом, Ворон присел на софу и сказал:
- Не обращайте на нее внимания. Тетка частенько зависит от настроения. Сегодня еще ничего. Терпимо.
Он налил в свой стакан синей воды и выпил большими глотками. Поставив стакан, он вытер губы тыльной стороной руки и, глядя на Мышку, спросил:
- Ты была сегодня на конференции?
- Да. Только ничего не поняла из невнятного бормотания.
- И не надо понимать. Они мечтают въехать во власть на безумной идее вернуться в прошлое и избежать катастрофы. А ведь эта жалкая кучка лицемеров прекрасно понимает, что все их слова - бред. Мы за сто лет так и не смогли восстановить большинство предприятий. До сих пор живем технологиями Старого мира. Но многие их поддерживают.
- А почему тебя не было?
- Я начинаю сольную карьеру. И мне нужны помощники.
- Для чего? – поинтересовался я.
- Сбор инфы. Мышка, ты согласна стать одной из моих информаторов?
Пожав плечами, она ответила:
- Не знаю. Я много работаю.
- Информаторы получают хорошие деньги, - сказал Ворон, наливая себе еще воды.
- Я подумаю.
- Ты собираешься учиться в Кенжи?
- Да, но, скорее всего, это будет виртуальное обучение. А что?
- В Кенжи хранятся уникальные технологии не только по созданию кораблей, но и по клонированию человека и регенерации поврежденных органов и тканей. Представляешь?
- Откуда у тебя такие сведения? – заинтересовалась Мышка.
- Пару месяцев назад я познакомился с одним молодым ученым. Тот напился и выдал эту инфу. Я предлагал ему деньги за копирование файлов, но он отказался. Сказал, что все документы хранятся в каком-то потаенном месте, о котором знает только руководитель его лаборатории - профессор Ким Хорен. Тебе надо попасть в Кенжи и подружиться с профессором.
- Каким образом? – удивилась Мышка.
- Станешь его студенткой.
- Это вряд ли сейчас получится. Лучше еще раз поговорить с тем челом.
Я заерзал на стуле.
- Ты чего? – спросил Ворон.
- А мне можно? – спросил я его.
- Чего?
- Стать информатором?
Ворон пожал плечами и ответил:
- Дерзай, парень. Мне нужна любая информация. Даже если на первый взгляд она кажется пустяшной, идиотской или бредовой. Сюда не приходи. Общение через виртуалку. Завтра я открою тебе доступ в кабинет информаторов. Называется «Логово Ворона». Запомнил?
- Да. Логово Ворона, - повторил я.
- Отлично. Всю инфу будешь оставлять там. Скажем, раз в неделю. Плата за нее в том же режиме…

Эпизод 5

Прошло пять лет. За это время мой младший брат все-таки умудрился закончить школу, как и положено, в четырнадцать лет. Один из маминых пациентов помог пристроить его в Военную академию, и теперь Рим жил на ее территории и навещал нас с матерью раз в неделю.
Мама познакомилась с владельцем аптечной лавки, и он довольно быстро переехал к нам.
Практически сразу после разговора с Вороном, Мышка поступила в Кенжи на виртуальное обучение. Спустя год из жизни ушла ее бабушка, и Мышка, погоревав, перебралась в город-университет, где, продолжая учиться, устроилась работать в лабораторию того самого профессора Ким Хорена.
Что касается Ворона, то я снабжал его информацией не больше двух лет. Он исправно платил мне деньги, и благодаря этому я довольно быстро помог матери рассчитаться с кредитом. Когда Ворон передумал заниматься политикой, наши с ним деловые отношения сошли на нет, и я стал работать в лавке нового мужа мамы.
Однажды в лавку заявился Ворон. Ему надо было что-то купить.
- Чем занимаешься? – поинтересовался я.
- Решил стать сталкером, - ответил он.
- Почему именно сталкером?
- Люблю риск.
- А если серьезно?
- Серьезно. Мне нравится рисковать и здоровьем, и жизнью. Один знакомый предложил мне водить с ним группы по малоизученным местам и туннелям Мертвого города.
- Тогда удачи, - произнес я.
- Да, она не помешает. Скажи, тебе нравится твоя работа?
- Работа как работа. Принеси - унеси.
- Много платят?
- Вообще не платят. Это вроде как семейный бизнес.
- Одному парню требуется сотрудник. Платит прилично.
- И что за работа?
- На кладбище.
Я чуть не подавился, а Ворон продолжил:
- Если надумаешь, то его зовут Алик…
Недолго думая, я ближе к вечеру направился на кладбище, которое представляло собой одноэтажное здание с небольшими узкими оконцами по периметру. Внутри оно делилось стеклянной дверью-перегородкой на две части.
В первой части располагался офис кладбища, где стояли пара кресел для посетителей и стойка администратора.
При моем появлении девушка-администратор кивнула мне головой и спросила:
- Вы хотите навестить могилу почившего?
- Нет. Мне нужен Алик.
- Он сейчас освободится. Подождите его.
Я сел в одно из кресел. Минут через десять стеклянная перегородка бесшумно открылась, и в офис вошел мужчина, одетый в черную длинную рубаху. На его голове красовался платок красного цвета. Точно такого же цвета были и бусы, болтавшиеся на его шее.
Он подошел к стойке, и девушка показала на меня пальцем.
Алик подошел:
- Слушаю вас.
- Мне сказали, что вам требуется работник.
- Совершенно верно. Нашему кладбищу не помешают лишние руки.
- Что нужно делать? Копать ямы?
Брови Алика поползли вверх:
- Ну что вы. Даже сто лет назад старались не прибегать к такому варварскому ритуалу.
- Вы знаете, я никогда еще не был на кладбищах, поэтому мои познания основываются на уцелевших книгах и обучающих программах виртуалки.
- Все понятно, - склонив голову набок, произнес Алик. – В таком случае вы должны знать, что усопших только кремируют. Нам нужен работник по уборке кладбища и офиса. Работа каждый день с четырех часов дня до семи вечера.
- А где само кладбище?
Алик провел ладонью по лбу:
- Пройдемте со мной, - сказал он и направился к стеклянной перегородке.
Я последовал за ним. Переступив через порог перегородки, я огляделся. Эта часть помещения была больше предыдущей. Единственное, что объединяло обе части, был пол, выложенный плиткой, имитирующей мелкие камушки. В помещении было установлено около сорока узких прямоугольных плит черного цвета с вмонтированными в них экранами. Около каждой плиты стояли красивые композиции из цветов, а также по два стула. Из динамиков слышалось тихое пение птиц.
- Это и есть кладбище, - сказал Алик.
- Такое маленькое? – поразился я. 
Алик снова провел ладонью по лбу.
- Оно не маленькое, - возразил он. – У нас хранится память об огромном количестве людей и животных.
- Ничего не понимаю, - сказал я. - Если учесть, что за столетнюю историю нашего города умер не один человек, то…
Я не успел договорить. В помещение вошли люди, и мне пришлось умолкнуть.
- Не будем мешать скорбящим, - предложил Алик и снова повел меня в офис.
Там, попросив администратора присмотреть за посетителями, он усадил меня в кресло и сказал, присаживаясь рядом:
- В наше время нет необходимости в огромных кладбищах и тем более в их содержании. Современное кладбище может уместиться и на пяти квадратных метрах. Вы наверняка обратили внимание на плиты.
- Да-да. Выглядят несколько устрашающе.
- Это на первый взгляд. На самом деле это подобие памятника. Когда близкие хотят навестить усопшего, они садятся перед любым из свободных памятников, набирают на дисплее личный номер почившего, и он тут же появляется на экране. И начинается общение.
- Искусственный интеллект? – уточнил я.
- Да. Итак, а теперь об обязанностях уборщика. Он приходит к четырем, протирает плиты, следит за работой пылесосов, опрыскивает цветы ароматизаторами, убирает в офисе и утилизируете мусор. Вот и весь объем.
- Зачем опрыскивать цветы? – не понял я, потирая ладони о свои колени.
- Они искусственные и сами по себе не пахнут.
- Оплата? - спросил я.
Алик назвал сумму.
- Меня все устраивает.
- Тогда, переходим на «ты».
- Согласен.
- Можешь приступить к своим обязанностям сегодня?
- Могу, - подтвердил я. – Можно один вопрос?
- Задавай.
- Мне просто интересно. А где хранится прах?
- Мы его не храним. Фермеры с удовольствием покупают его для удобрения…



Эпизод 6

Уборка кладбища действительно занимала около трех часов. После работы я обычно погружался в виртуалку, где знакомился с новыми людьми, посещал развлекательные места или слонялся по улицам, наблюдая за жизнью горожан.
Все складывалось наилучшим образом, но тут произошло событие, которое, как я считаю, повлияло на дальнейший ход моей жизни.
В один из дней Алик, с которым мы столкнулись в дверях офиса, сказал:
- Трой, мы сегодня все утро загружали данные наших «новых постояльцев», так что информация будет обрабатываться до утра.
- Мне не убираться? – решил уточнить я.
- Нет-нет. Я о другом. Просто до утра большая часть наших усопших будет доступна для общения. Они любят поболтать, так что просто делай свою работу и не обращай на них внимание.
- Информация принята, - сказал я и направился в кладовку за пылесосами.
Убравшись в офисе, я перешел в помещение кладбища. Экраны всех плит были включены, и на них, сменяя друг друга, появлялись лица покойных. Все это сопровождалось гулом голосов.
 Включив пылесосы, я принялся не спеша протирать все экраны. Как Алик и просил, я старался не слушать трепет покойников, хотя сделать это было довольно сложно. К тому же меня облаяли два пса и обматерила какая-то старуха. Убрав в офисе и утилизировав весь мусор, я, вооружившись распылителями запахов, вновь двинулся в сторону кладбищенских плит.
Обрабатывая очередную композицию, я услышал разговор между двумя покойниками.
- Что с добычей золота? – вопрошал один из них.
- Все замечательно, - отвечал другой. -  Они нашли отличный источник. Там золотой пыли, как грязи. Только вряд ли из этой затеи что-то получится.
Я выпрямился и посмотрел на экраны плит, откуда исходили голоса. На одном из экранов мужчина в возрасте зачесывал расческой назад свои густые русые волосы.
- Что ты имеешь в виду? – нахмурившись, спросил мужчина со светлыми и редкими волосами с другого экрана.
- Представляешь, сколько нужно доставить золотой пыли, чтобы купола смогли отразить ультрафиолетовое излучение? И еще. Я не понимаю, почему мы должны заниматься подсчетами? В конце концов, изначально это было поручено специальному подразделению.
- В нем работают сплошные профаны. Как ты думаешь, у них получится вывезти всех, кто остался в живых?
Первый мужчина, пряча куда-то расческу, ответил:
- Процентов сорок. При условии, что эти громадины сдвинутся с места.
- Это ни о чем, - изумленно заметил второй.
- Ошибаешься, - зевая, произнес первый. – За короткое время людишки умудрятся размножиться, как кролики.
- И сколько времени займет это переселение?
Погладив подбородок, первый ответил:
- Если повезет, то лет двадцать. К тому же переселять будут только молодых, чтобы им было не больше сорока.
Второй, кашлянув, спросил:
- А что будет с теми, кто останется?
- Долгое и мучительное вымирание…
В этот момент экраны плит замерцали, и на них появились совершенно другие люди – морщинистый старик и молодая особа лет тридцати с абсолютно неподвижным лицом.
Заметив, что старик в упор меня разглядывает, я не нашел ничего умного, как помахать ему рукой. Но от его пристального взгляда мне стало не по себе.
Продолжив свою работу, я старался не смотреть в сторону оживших памятников.
- Что, милая? Скучно? Никто давно не появлялся? – донесся до меня вопрос со стороны одного из памятников.
- Ну что ты к ней пристал, - отозвался кто-то другой. – Тебе какое дело? Не отличаешь живого покойника от обыкновенной фотографии?
Они еще о чем-то поговорили друг с другом, пока не пропали с экранов. Вздохнув с облегчением, я подошел к последней плите. С ее экрана на меня смотрело прелестное юное создание. Смущенно улыбнувшись, я произнес:
- Простите, я вас немного побеспокою. Мне надо заняться цветами.
Поджав пухлые губки, девушка процедила сквозь зубы:
- Так займись другими.
- Я уже обработал все памятники, остался только этот.
Хмыкнув, девица произнесла:
- Тогда делай, что нужно и проваливай.
- Хорошо. Пара минут, не более.
Присев на корточки, я принялся быстро поправлять цветы, обильно поливая их ароматами. Закончив, я поднялся и наткнулся на чью-то наглую физиономию.
- А где девушка? – растерянно спросил я.
Не ответив на мой вопрос, молодой мужчина осведомился:
- Можешь купить мне сигареты?
- Нет, - растерянно сказал я.
- Жаль. Курить охота.
- Курить? – не поверил я своим ушам.
Почесав нос, мужчина сказал:
- А что тебя так удивляет? В контракте четко прописано, что требуется моей виртуальной копии, - и он начал перечислять: - Виртуальный дом на берегу океана, сигареты, выпивка и огромная корзина с бананами и манго. Обожаю бананы и манго. А иначе, зачем я делал выплаты столько лет?
- Что за контракт? – решил уточнить я.
- Обыкновенный. Идешь в мэрию, заключаешь контракт, где прописываются пункты твоих пожеланий. А потом выплачиваешь за него деньги. У тебя какой контракт? Эконом?
- У меня его вообще нет. Я об этом даже не задумывался.
- Так задумайся.
- Получается, что мэрия не выполнила свои обязательства? – задал я ему новый вопрос:
- Как видишь. Вместо дома и океана - темная комната. Выпивки и сигарет хватило ровно на год. Ни бананов, ни манго.
- А когда вы умерли?
- Около десяти лет назад.
Я присел на стул рядом с памятником. Не знаю почему, но мне стало жаль этого парня.
Вынув из кармана куртки гаджет, я нашел страничку кладбища и начал ее просматривать. Отыскав в «услугах» личный номер усопшего, я начал изучать список «подарков». Их было много. Дом с видом на океан был для меня дороговат, но вот шезлонг под зонтиком на пляже я мог себе позволить. Выбрав шезлонг, небольшую корзинку с бананами и манго, сигареты и виски, я, немного подумав, произвел оплату за пять лет вперед.
Через пару минут на экране памятника появилась картинка темно-синего океана с небольшими волнами, накатывающимися на берег, и нежно голубым небом с белыми пушистыми облаками. Над океаном парили чайки, издавая, время от времени, призывные крики. На почти белоснежном песке под большим полосатым зонтом стоял шезлонг, рядом с которым находился столик. На нем красовались корзинка с фруктами, пачка сигарет и бутылка виски.
- Ты сотворил чудо, – услышал я голос усопшего. – Тебе воздастся.
И он со всех ног бросился к шезлонгу. Плюхнувшись в него, мужчина первым делом вынул из пачки сигарету и, прикурив непонятно от чего, застонал от удовольствия.
Экран памятника дернулся, и на нем появилась небольшая комната. За невысоким столиком сидел мужчина неопределенного возраста. Перед ним на столе стояла шахматная доска.
Оторвавшись от партии, он язвительно то ли спросил, то ли констатировал:
- Сегодня видимо день подарков…
- С чего вы взяли? – поинтересовался я.
- С того, что ты круглый дурак, - ответил мужчина. –  И разбрасываешься деньгами.
- Я просто помог парню, которого обманула мэрия.
Мужчина расхохотался:
- Это Дага-то обманули? Он сам кого хочешь обманет. Тот еще мошенник. Вот и тебя развел.
От слов мужчины я расстроился.
- Хочешь в шахматы сыграть? – предложил мужчина.
- Я не умею.
- Плохо. Надоело играть с самим собой.
Помолчав немного, он спросил:
- Тебя как зовут?
- Трой, - ответил я.
- А меня Хуан.
- Я знаю.
- Откуда? – удивился Хуан.
- На экране памятника отображается ваше имя.
- Ах да. Я и забыл об этом.
- Давно здесь? – спросил я.
- Слишком давно. Я был в первых рядах тех, кто, выжив, начал отстраивать новую жизнь.
- Серьезно? Слушайте, а вы случайно не знаете, куда собираются переселить человечество? Я тут подслушал разговор ваших… коллег по кладбищу.
- На другую планету, - двигая фигуркой по доске ответил мужчина. - Названия не знаю, но незадолго до моей смерти стали ходить слухи, что ученые нашли планету, похожую на настоящий Рай, где время течет медленнее, чем здесь.
На соседнем памятнике дрогнул экран. Повернув голову, я увидал полного человека в поварском колпаке. Он стоял на просторной кухне и чистил здоровенную рыбу.
- Привет, Хуан, - поприветствовал повар любителя шахмат. - Давненько не виделись.
- Привет, Мигель, - отозвался мой собеседник.
- Неужели тебя сын навестил? – поинтересовался повар, откидывая в сторону рыбу.
- Ты спятил? Моя жена и дети погибли при втором цунами.
- Серьезно? – удивился Мигель, подвигая к себе миску с овощами.
- Ваш друг? – поинтересовался я у Хуана.
- Нет. И никогда им не был. Этот придурок умудрился отравить своей стряпней двадцать пять высококлассных специалистов. Троих не откачали. В том числе и его самого.
- Специально отравил?
- Нет. Тогда с едой беда была. Он поймал в речке какую-то живность, сварил и накормил ею нашу строительную бригаду.
- Не надо на меня все сваливать, - парировал Мигель. – Кто же тогда знал, что нельзя жрать мутировавших зверюг, тем более из Зоопарка.
Я был обескуражен:
- А разве после катастрофы на Земле остались Зоопарки?
Хуан посмотрел на меня в упор:
- Этим словом мы между собой называли Сору.
- Мертвый город? Почему?
Он не успел мне ответить, потому что Мигель опередил его:
- Когда морское дно стало сушей, на ней обнаружили всякого рода строения. Поговаривали, что это секретные базы, которые были спрятаны под толщей воды. Подробности не спрашивай, я все равно не знаю. Томас Сарар основал на этом месте город и назвал его Сора.
- Точно, - подтвердил Хуан и добавил: - А когда люди, жившие в Соре, начали замечать, что по городу бродят странные призраки, они испугались. Поползли слухи, что призраки – это духи людей и животных, над которыми до катастрофы проводили эксперименты. Жители стали перебираться в другие места, а город окрестили Зоопарком.
От его слов я поежился:
- Обалдеть!
- А Сору теперь так не называют? – поинтересовался Хуан.
- Нет. Просто Мертвый город. Но о призраках до сих пор ходят легенды.
Экран памятника снова дернулся, и появилось изображение той самой старухи, что ранее меня обматерила. Она сидела на скамеечке под кроной раскидистого дерева и смотрела на скалистые горы.
Чертыхнувшись, я взглянул на памятник с изображением повара - тот быстро строгал овощи для какого-то блюда. Я пересел на стул перед его памятником.
Мигель, не отрываясь от своей работы, многозначительно сказал:
- Что-то еще хочешь спросить?
- Я в шоке от Зоопарка. У меня один знакомый со своим другом начали водить туда людей. Может, тоже напроситься?
- Не хватает острых ощущений? – хмыкнул Мигель.
Он перестал резать овощи и, отложив в сторону нож, вытер руки о полотенце, заткнутом за фартук. Опершись кулаками о поверхность кухонного стола, он заговорщицки произнес:
- Мне тут кое-кто из покойничков рассказал, что лет десять назад одному придурку пришла в голову идея провести стрим, который он так и назвал «Поход в Зоопарк». Взял с собой приятелей, и они отправились туда.
- И в чем была идея? - заинтересовался я.
- Да не было никакой идеи. Просто решил покуражиться. Его стрим тогда несколько миллионов набрал. Донатов кучу накидали.
- Что-то я не слышал о таком.
Мигель рассмеялся и, прежде чем вернуться к нарезке овощей, заметил:
- Подобных стримов тысячи и тысячи. Ты при всем желании не можешь знать обо всех.
- А тот, кто рассказал вам об этом походе…
- Он был его участником. Не повезло парню. Сначала у них все было нормально. Жутковато, но терпимо. Парнишки перед камерой отрывались по полной. А потом что-то произошло и их всех уничтожили призраки.
Я присвистнул:
- Ничего себе. А я-то думал, что призраки – это выдумки для непуганых идиотов.
Мигель вздохнул:
- Если бы…
Он не договорил - экран памятника погас. Посидев немного, я, поднявшись, покинул кладбище…



Эпизод 7

В школе я любил два предмета: историю и географию. Но географию больше. Я часто представлял себе, что, когда вырасту, у меня будет огромный корабль. Я буду бороздить на нем просторы Всемирного океана и находить новые земли, о которых рассказывал учитель.
Путешественником я не стал, но желание уплыть куда-нибудь никуда не исчезло.
На обыкновенной лодке далеко не уплывешь, а корабли на плаву находились в столице. И я решился связаться с отцом. На удивление, он согласился встретиться со мной в одном из недавно прорисованных миров.
- Красиво, не правда ли, сын? – произнес отец, когда я предстал перед ним на одной из парковых дорожек мира. – Прямо не верится, что когда-то люди могли гулять среди подобного великолепия. Не хочешь посетить кипарисовый сад и послушать смех кукабар? Когда-то существовали такие птицы. Они…
- Я знаю, кто такие кукабары, - перебил я его. – Папа, ты скучал по мне?
- Нет, - с безразличием ответил отец и, сомкнув за спиной руки, зашагал по прогулочной дорожке. – Ты, как и твой брат, перестали существовать для меня с той самой минуты, как покинули Сарар.
- Мы были детьми и ничего не решали. Мама…
- Я забыл о существовании этой женщины, - перебил меня отец. – У меня давно другая жена и трое очаровательных детишек. Что нового у Рима?
- Надо же, - поразился я, - ты знаешь имя моего брата.
Нисколько не смутившись, отец произнес:
- Разумеется. Служба безопасности Сарара отслеживает всех, кто когда-либо покинул столицу. Мне сообщили, что Рим поступил в Военную академию. Удивлен.
- Почему ты согласился встретиться со мной? – поинтересовался я.
- Из любопытства.
Мы молча шли по парковой дорожке, окруженной с двух сторон разнообразными деревьями, порой слишком яркими и странными. В их густой и сочной листве щебетали птицы.
Когда дорожка вывела нас к небольшому пруду, отец кивком головы пригласил меня сесть на резную скамью. Присев, я уставился на водную гладь пруда и, следя за медленно плавающими утками и лебедями, подумал: «Зачем нужно было рисовать столько камыша? Птицам тяжело будет выбраться из воды».
Отец сел рядом и, посмотрев на ясное голубое небо, спросил:
- Так что ты хотел?
Я глубоко вздохнул и ответил:
- Я хочу вернуться в Сарар.
- Зачем?
- Хочу осуществить детскую мечту: наняться матросом на корабль и уплыть в другие земли.
Прищурившись, отец поинтересовался:
- Скрываешься от кого-то?
- Нет, - помотал я головой. - Просто хочу изменить свою жизнь.
- А с чего ты решил, что есть другие земли?
Я рассказал ему о том, что слышал от учителя.
- Похвально, - сказал отец, - что ты до сих пор помнишь школьную программу. Только все истории о других землях не более чем выдумка. Долгое время разведгруппы занимались поисками выживших, но никаких других земель так и не нашли.
- Когда это было?
-Точно не скажу. Где-то шестьдесят лет назад. Еще до моего рождения. Так что Барасо осталось единственным местом на этой планете, где живут люди. Советую тебе выкинуть из головы всю эту чушь и жить, как раньше.
- Что-то не сходится. Чисто математически.
- Неужели? – ехидно произнес отец.
Я, потерев переносицу, сказал:
- До катастрофы на Земле жило чуть больше семи миллиардов. Согласен?
- Предположим.
- Во время катастрофы и после нее погибло шесть. Может чуть больше. В Барасо проживает около ста миллионов человек. В таком случае, где остальные?
Отец молчал – ему явно нечего было сказать. В какой-то момент он пристально посмотрел на меня:
- А знаешь что? Приезжай в Сарар. Поживешь, начнешь работать, осмотришься. Не понравится – вернешься обратно.
Я растерялся:
- Но у меня нет чипа.
- Не страшно. Три года назад пришел новый мэр и законы поменялись. Если у тебя имеется приглашение на работу, то все равно, есть у тебя чип или нет. Приглашение дают на год, а потом продлевают. Ты помнишь своего дядю?
- Маминого брата? Помню.
- У него в столице отличный бар. Я поговорю с ним о тебе… 


Отец сдержал обещание. Через две недели со мной связался дядя и прислал приглашение. Когда я рассказал об этом матери, она очень расстроилась:
- Не стоит ехать в Сарар, -  прослезившись, сказала она. – Мы живем в хорошем городе, где ты все знаешь. У тебя прекрасная работа. Неужели ты готов все бросить ради неизвестности?  Что касается моего братца, то он еще тот тип. Думает одно, говорит другое, а делает третье. Когда я бежала из столицы, он обещал мне помогать, но так ни разу и не связался со мной. Даже сейчас. Запомни: он ничего не делает просто так. Как и твой отец.
Я успокоил мать, пообещав вернуться через год.
Теперь нужно было решить вопрос с нынешней работой. Алик был хорошим боссом, и прежде чем уйти, мне надо было найти себе замену. И тут случилось непредвиденное: Рима отчислили из Военной академии за плохую успеваемость и поведение. Нежелание учиться, постоянные драки с сокурсниками и прочие нарушения привели к тому, что Риму указали на дверь без права на восстановление. И я решил привести его на свое место. После долгих уговоров брат согласился подменить меня на год.
 В тот день, когда я показывал Риму кладбище и объяснял, что ему предстоит делать, туда заявилась Мышка. Я даже не знал, что она вернулась в Сину. Увидав меня, Мышка очень обрадовалась.
- Решила повидаться с бабушкой? – спросил я после объятий.
- Да. Она сказала, что ты навещал ее пару раз.
- Это правда.
- Рим очень возмужал. Как его учеба?
- Никак. Его выгнали из академии, так что будет здесь работать.
- Понятно. Трой, давай сходим куда-нибудь? Поболтаем. Завтра я возвращаюсь в Кенжи. Даже не знаю, когда снова сможем увидеться.
Я встретился с Мышкой в небольшом кафе около ее дома. Заказав себе витаминизированный чай и булочки из настоящей пшеницы, мы проболтали часа три. Она рассказала мне о своей работе, о новых друзьях и о том, что через пару месяцев закончит обучение. Я поведал ей о встрече с отцом, о приглашении от дяди и о том, что услышал от покойников. Выслушав меня, она внезапно предложила:
- Слушай, а поедем со мной в Кенжи.
- И что я буду там делать?
- То же самое, что собираешься делать в Сараре. Работать. Познакомишься с интересными людьми.
- Ну, не знаю. Все-таки я договорился с дядей, и тот меня ждет.
- Тогда поступим следующим образом: мне нужно закончить обучение, после чего мы с тобой связываемся в виртуалке, и ты переезжаешь в университет. Уверена, за это время ты пресытишься столицей и будешь рад сбежать оттуда в любой тихий уголок…



Эпизод 8

Столица меня впечатлила всем: и едой, и домами, и просторами, и расслабленной атмосферой. Все-таки детские воспоминания о ней были другими.
Еда была шикарна. Натуральная процентов на восемьдесят и разнообразная.
Если в Сине здания стояли впритык друг к другу, и порой двоим прохожим невозможно было разминуться на узеньких улочках, то в Сараре улицы были широченными, а дома окружали ухоженные лужайки, цветочные клумбы и деревья. В основном столица была застроена домами в двадцать и более этажей. В моем городе находилось одно единственное нелепое здание в пять этажей, где располагались офисы мэра, его помощников и нескольких страховых компаний и банков. 
Разумеется, в Сараре люди не жили в контейнерах, трейлерах или палатках, а столичные баржи и яхты стояли у пристани, мирно покачиваясь на волнах Всемирного океана.
Моему дяде принадлежало двухэтажное здание в самом центре Сарара. Первый этаж занимал бар, а на втором жил он сам с женой и десятью кошками.
Дядя встретил меня радушно, накормил и угостил сладким тягучим напитком собственного изготовления. Пока я набивал живот разными вкусностями, он оправдывался за то, что никак не мог нам помочь, так как его дела в тот момент шли отвратительно. Оказывается, от него ушла третья жена, оттяпав большую часть денежных средств, плюс на крупную сумму надул мошенник, обещавший золотые горы. Но все это осталось позади, и теперь у него все замечательно.
Подсовывая мне очередное блюдо, он сказал:
- Мой бар процветает. А знаешь, благодаря чему?
- Нет, - ответил я, уплетая за обе щеки нежную свиную отбивную.
- Моей жене, обожающей своих питомцев. Представляешь, у меня оказалась аллергия на кошачью шерсть, и я не могу долго находиться на втором этаже. Так что большую часть времени я провожу в баре, где работаю не покладая рук. Согласись, это лучше, чем валяться на диване и тратить драгоценное время на всякую ерунду, - закончил он свой монолог…
 

Дядя выделил мне небольшую комнатушку при баре, где с трудом умещались узкая кровать и комод. Но я был счастлив и этому.
Моя работа заключалась в том, что я таскал в зал тяжелые ящики с выпивкой, мыл грязные бокалы, прочую посуду и полы. В те дни, когда посетителей было слишком много, мне позволялось встать за стойку и обслуживать гостей бара, что позволяло общаться с огромным количеством людей.
В один из вечеров я, пытаясь развеселить одного грустного посетителя, решил рассказать ему о своей кладбищенской работе и беседе с покойниками. Чем больше я рассказывал, тем больше мрачнело лицо этого человека. Когда я закончил свой рассказ, мужчина молча расплатился и ушел.
Посетитель, сидевший рядом с ним, спросил:
- Ты здесь давно работаешь, парень? Раньше я тебя не видел.
- Около двух месяцев.
- Вижу, ты не местный.
- Вы правы. Вот решил поработать в столице у своего дяди.
- Ты здорово умеешь рассказывать. Не хочешь поучаствовать в каком-нибудь шоу?
- Нет, спасибо. Мне и так хорошо.
- Жаль. Попроси своего дядю связаться со мной. Вот моя визитка.
И мужчина, протянув мне визитку, покинул бар…


Так как дядя достаточно часто обслуживал вечеринки местной знати, то в один из дней я поехал с ним и еще двумя барменами в роскошный дом. Встав за заранее обустроенную стойку, мы начали угощать гостей разнообразными напитками. Играла музыка, многочисленные официанты разносили блюда с едой, кто-то из гостей играл в карты, а кто-то беседовал около огромного бассейна.
Ближе к двенадцати я отпросился в туалет.
- Иди, - сказал дядя, заглядывая под стойку. - Заодно принеси из машины еще бутылки. Выпивка заканчивается…   
Шагая в сторону выхода для обслуживающего персонала, я краем глаза заметил в приоткрытой двери одной из комнат необыкновенную витрину. Меня разобрало любопытство, и я проскользнул в комнату. Она была небольшой и напоминала маленький музей. На стенах висели всевозможные картины, гравюры, вышитые панно и расписные декоративные тарелки.
Но самой большой достопримечательностью комнаты была та самая вертикальная витрина, заполненная камнями самых разнообразных расцветок и размеров. Они были очень красивыми. Забыв о выпивке, я замер около этой коллекции и принялся рассматривать камни.
Когда позади меня послышалось покашливание, я обернулся и вздрогнул. В дверях стоял мой отец.
- Нравятся камешки? – спросил он.
- Очень.
- Здесь выставлены те редчайшие минералы, которых на Земле и до катастрофы мало где можно было встретить.
- Папа, что ты здесь делаешь?
- Я здесь живу, - спокойно сказал он, подходя к витрине.
- Правда? А почему я не видел тебя среди гостей?
- Вечеринку устроила моя жена. Она любительница веселиться. Обычно я предпочитаю тишину и покой. Светские сплетни не для меня.
Он указал на потрясающей красоты минерал нежно-розового цвета:
- Это поудреттеит, - пояснил он. - Сможешь повторить?
- Вряд ли.
- А это ларимар, - сказал отец, кивнув на камень голубого цвета с рисунком на боку.
Я с недоумением посмотрел на отца. В моих воспоминаниях в нашем доме не было никаких драгоценных камней, картин, гравюр и прочих ценностей. Получается, что я его совсем не знал.
- А как тебе этот камень ярко-синего цвета? Это редкая форма граната, - продолжал говорить отец.
- Очень красивый. Папа, мне нужно идти. Я все-таки здесь на работе.
Но он меня словно не слышал.
- На одной из женщин, что блуждает среди гостей надето ожерелье из синего граната. Еще на двоих украшения из изысканного тааффеита.
И он ткнул пальцем в два камня сиреневого и розового цветов.
Сунув руки в карманы брюк, он внимательно посмотрел на меня:
- Вижу, ты равнодушен к этой красоте.
- Прости, мне правда надо бежать. Я обслуживаю эту вечеринку у барной стойки.
Отец рассмеялся:
- А ведь твой дядя даже не предупредил меня, что будет здесь. Да еще с тобой. Знал, мерзавец, что я буду против.
 И он, похлопав меня по плечу, покинул комнату…


Когда спустя минут пятнадцать я вернулся к стойке, около нее, среди прочих гостей дома, стоял тот самый посетитель бара, что предлагал мне поучаствовать в шоу.
- Как дела? – спросил он, пока я расставлял принесенные с собой бутылки.
- Отлично, - широко улыбаясь, ответил за меня дядя. – Если бы вы заранее сказали, где будет проходить вечеринка, я бы не стал брать с собой племянника.
- Молодому человеку надо развлекаться, - ответил мужчина и, посмотрев на меня, спросил:
- Нравится?
Я, пожав плечами, промолчал. Но мужчина задал мне новый вопрос:
- Скажи, ты не мог бы завтра составить компанию моему сыну? Он приблизительно твой ровесник.
- Вам стоит попросить кого-нибудь другого. Я работаю каждый вечер.
- У сына практически нет друзей, и я начинаю за него волноваться. Сходи с ним куда-нибудь на пару часов. Скажем, часов в двенадцать. А потом работай, сколько душе угодно. Я заплачу.
- Нет-нет, денег не надо.
Дядя, толкнув меня локтем в бок, заискивающе пролепетал:
- Он встретится с вашим сыном. 
- Отлично, - сказал мужчина, беря в руку бокал с напитком. - Завтра в полдень он будет ждать тебя около бара.
Когда мужчина отошел от стойки, дядя процедил сквозь зубы:
- Ненавижу эти вечеринки. Прибыли особо не приносят, а здоровья и затрат больше, чем надо.
- Зачем тогда соглашаетесь их обслуживать?
- Связи, будь они не ладны. Без них никуда. Тем более в столице.
- Почему вы не сказали, что это дом моего отца?
Покраснев, дядя что-то пролепетал мне в ответ.
- Не юлите. Я столкнулся с ним внизу.
Дядя засуетился, улыбаясь всем подряд, но потом, схватив меня под руку, быстро заговорил, словно оправдываясь передо мной:
- Я не знал об этом. Правда. Он раньше жил в другом месте. Я слышал, что он приобрел новый дом, но не знал, где именно. А когда увидал его жену, то смекнул…
Вечеринка закончилась только под утро. В свою комнатушку я попал только часам к семи. Съев пару крекеров и запив их водой, я, рухнув на кровать, тут же заснул…



Эпизод 9

Проснувшись за десять минут до полудня, я быстро переоделся и выскочил из бара. На улице меня дожидался долговязый молодой человек в темных очках.
- Привет, - сказал я. - Твой отец просил меня прогуляться с тобой куда-нибудь.
- Знаю, - произнес молодой человек. – Только он мне не отец, а отчим.
- Тебя как зовут?
- Тони.
- А меня Трой.
- Мне все равно, - скривившись, произнес Тони. – Пойдем.
- Куда?
- В одно место.
И он подошел к небольшому мобилю, припаркованному у тротуара. Я последовал за ним.
Тони привез меня к внушительному зданию. Внутри было многолюдно. Протиснувшись к одной из барных стоек, Тони, повернув ко мне голову, спросил:
- Что будешь пить?
- Ничего, - ответил я, внимательно рассматривая публику.
Заказав себе стаканчик вина, Тони развернулся и принялся наблюдать за танцовщицами в оконных проемах.
- А что на втором этаже? – поинтересовался я.
- Виртуалка, - ответил Тони, отпивая из стакана. - Народ любит там отрываться. А я не любитель. Мне по душе реальные развлечения.
- Чего ты в очках? Сними, здесь нет солнца.
- Это специальные очки. У меня цветовая слепота. Без них я все вижу в черно-белом цвете.
- Понятно. Это последствия операции?
- Нет, от рождения.
Я не знал, о чем с ним разговаривать. Постояв недолго, я решил свалить из клуба под предлогом работы. Я открыл рот, чтобы попрощаться с Тони, но он, опередив меня, произнес:
- Через несколько дней состоится очередное шоу «Угадай, кто выживет?». Слышал о таком?
- Нет, - ответил я.
- Я обязательно сделаю ставку.
- Надо же, - усмехнулся я. – Удачи тебе.
- Ты уж не подведи.
- Не понял. Ты о чем? – удивился я, но в этот момент громкая музыка заглушила его ответ.
Похлопав его по плечу, я прокричал ему прямо в ухо:
- Слушай, мне надо идти. У меня много работы.
Не обращая на меня никакого внимания, Тони поставил недопитый стакан на стойку и, подергиваясь в такт музыке, присоединился к танцующим.
Облегченно выдохнув, я начал пробираться сквозь толпу посетителей в сторону выхода. И тут кто-то ударил меня кулаком прямо в лицо. Охнув, я покачнулся и еле удержался на ногах. Из носа потекла кровь. Ко мне тут же подбежала какая-то девица из персонала. Услужливо подав мне носовой платок, она тут же исчезла. Я поднес платок к носу, и у меня все поплыло перед глазами…


Очнулся я в затемненном помещении без окон. Лишь в центре высокого потолка горела тусклая лампа. Еще очень сильно болел нос. Ощупав его пальцами, я успокоился. Он был в порядке, только распух немного. Проведя руками по лицу, я подумал о том, что надо отправить сообщение дяде. Сунув руку в карман джинсов, я обнаружил, что моего гаджета нет на месте.  Поднявшись на ноги, я с трудом подошел к железной двери и, стукнув по ней несколько раз, крикнул:
- Кто-нибудь, откройте дверь!
Разумеется, мне никто не открыл. Я даже не был уверен, что меня кто-то слышит. Вернувшись на место, я снова опустился на пол и, вытянув вперед ноги, прижался спиной и головой к прохладной стене.
Не знаю, сколько прошло времени. Я даже успел задремать. Меня разбудил металлический лязг - это щелкнуло запирающее устройство. Дверь открылась, и в помещение вошел мой отец.
- Папа? – удивился я. – Как ты меня нашел? Со мной произошло что-то странное…
- Помолчи немного, - мрачно перебил меня отец. – Натворил же ты дел, Трой. Такого я от тебя не ожидал.
- Чего не ожидал? – спросил я, поднимаясь на ноги. – И вообще, который сейчас час?
- Шесть вечера.
- Отец, пойдем отсюда. Мне пора на работу. Дядя будет ругаться.
- Дядя будет ругаться? – переспросил отец. – Ты же его убил…
И тут у меня подкосились ноги. Прижавшись к стене всем телом, я буквально выдохнул:
- Я никого не убивал. Мы вместе вернулись домой, и я пошел спать. В двенадцать у меня была назначена встреча с одним парнем, которого я сопроводил в какой-то клуб. Там меня ударили по лицу. Дальше ничего не помню. Провал в памяти.
- Красивая легенда. Только я расскажу тебе свою версию… Ты приехал в столицу. Начал работать у дяди. Тебе так все понравилось, что возникло желание остаться в столице навсегда. Но остаться ты мог только в единственно случае, если тебе по наследству перейдет недвижимость. В твоем случае это дядин бар. И ты решил его убить.
- Это неправда! – закричал я. – Зачем мне оставаться в столице навсегда?!
- Я не знаю. Твои отпечатки пальцев были найдены на рукоятке окровавленного ножа в дядиной спальне. Там же валялся и твой гаджет.
Я был полностью подавлен и ошарашен. Мне казалось, что я вижу кошмарный сон.
Отец, опустив голову, рассматривал носки своих туфель. И я простонал:
- Я не убивал дядю. Меня кто-то подставил. Прошу, помоги мне, и я сразу уеду домой.
- Суд во всем разберется.
И он ушел…
 

Суд состоялся на следующий день. Председательствовал виртуальный судья. Он же был обвинителем и защитником. Я еще тогда подумал, что разработчики могли бы создать трех разных персонажей с разными голосами, манерами и жестами.
Меня довольно быстро осудили и приговорили к смертной казни.
После суда меня снова отвели в камеру, где я должен был дожидаться исполнения приговора. Время тянулось очень медленно, и когда в камеру вошел невысокий и довольно толстый человек, я был на грани истерики.
- Привет, Трой, - сказал толстяк, присаживаясь на край табурета, который услужливо поставил охранник. – Слышал, с тобой приключилась неприятность.
- Это не неприятность, это – трагедия. Меня обвинили в том, чего я не совершал.
Толстяк улыбнулся и продолжил:
- Только не надо подробностей. Мне они абсолютно не интересны и к моей деятельности не имеют никакого отношения.
- Вы кто?
- Я провожу набор добровольцев в одно реалити-шоу. И ты очень подходишь нам как участник. Согласись, это лучше, чем быть казненным за убийство.
- Вот оно что, - произнес я, закрывая глаза. – Что за шоу?
- «Угадай, кто выживет?».
Я рассмеялся:
- Замечательное название, тем более что я его уже слышал. Получается, что вы предлагаете мне уйти от казни, чтобы позволить кому-то убить меня онлайн?
- Если останешься живым, тебя ждет кругленькая сумма и пожизненное выдворение из столицы. Решайся. В противном случае тебя казнят через пару часов.
Открыв глаза, я посмотрел на мужчину и сказал:
- Я согласен…



Эпизод 10

Открыв глаза, я поморщился - у меня ныло все тело. Видимо, я не заметил, как заснул в шкафу и вот результат. 
- Вон, - шепотом позвал я нового знакомого, но тот не отозвался.
Я приоткрыл дверцу и в образовавшейся щели увидал слоняющихся без дела участников шоу. Я осторожно вылез из шкафа, прихватив с собой початую бутылку с водой. Очень хотелось есть. Медленно ступая, я направился в сторону дверного проема. Мне наперерез устремился какой-то здоровенный мужик. Грубо схватив меня за руку, он спросил:
- Ты куда?
- Воздухом подышать.
- Тебе здесь воздуха не хватает?
- Представь себе, - зло бросил я. – Отпусти руку!
- А если сбежишь?
- Куда? Ты видел, какая здесь охрана?
Мужик, сплюнув, отошел в сторону, и я вышел во двор. Было раннее утро. Побродив немного, я подошел к дереву, росшему около кромки забора, и прислонился к нему спиной.
Передо мной, как из-под земли, выросли два бугая с оружием. Это были охранники.
- Ты что здесь забыл? - спросил один из них.
- Гуляю или это запрещено устроителями шоу?
Охранники переглянулись.
- И вообще, мне нужен врач. У меня, кажется, сотрясение мозга.
Все тот же охранник произнес:
- Следуй за нами…


В помещении администрации шоу меня отвели в медпункт, где за столом сидел пожилой мужчина.
Сев напротив него, я спросил:
- Вы доктор?
- Предположим, - ответил он, отпивая что-то из большой кружки. - Чем могу помочь?
- У меня сильно болит голова и мутит. Подозреваю, что у меня сотрясение мозга.
Доктор открыл свой планшет и стал в нем что-то искать. Наконец он оторвался от чтения и спросил:
- Когда вы ели последний раз?
Я нахмурился, пытаясь вспомнить:
- Два дня здесь, плюс пара дней в тюрьме. Получается четыре дня или около того. Трудно соображать при головной боли.
- Думаю, что вас мутит от голода, который с вызывает головную боль.
- Прежде чем ставить диагноз, может, вы меня осмотрите? – с надеждой в голосе спросил я.
- Почему вы не носите датчик здоровья?
- Не вижу в нем нужды. Раньше я был здоров.
- Ну что же. Раз вы так настаиваете, давайте я вас осмотрю.
Он достал из стола датчик и, подключив к своему гаджету, прикрепил его к моей груди. Через минуту датчик пискнул и передал показатели на планшет доктора.
-  Сейчас моя помощница сделает вам один укольчик.
- Какой?
- Обезболивающий. Затем вас покормят. Полежите пару часов и вернетесь обратно в здание. Ваши легкие в порядке, но имеются проблемы с сосудами. Давление повышено, отсутствует мышечная масса. Как вы собираетесь бороться за свою жизнь? Не понимаю…
Он поднялся и вышел в коридор. Через пару минут вошла медсестра с небольшим подносом.
- Лягте на живот и припустите джинсы, - попросила она.
Я поднялся со стула, лег на кушетку и оголил заднюю часть тела. Она сделала мне укол.
Пока я натягивал штаны, медсестра внезапно задала вопрос:
- Как ты умудрился сюда попасть, Трой?
Я медленно повернулся к ней.
- Мы знакомы? – спросил я.
- Конечно, - улыбнувшись, сказала она. – Мы вместе ходили в школу. Забыл?
- Забыл.
- Я еще тебе в любви признавалась, когда нам было лет по тринадцать.
- В любви? – ошарашенно переспросил я, пытаясь вспомнить, как она выглядела в тринадцать.
- В любви, - повторила медсестра. – Правда, ты тогда увивался за другой девочкой.
- Прости, я даже имени твоего не помню.
- Не важно. Садись, я принесла тебе сладкий чай и кашу.
Я снова сел за стол и, придвинув к себе тарелку, начал с жадностью есть. Каша была вкусная.
- Так как ты сюда попал?
- Приехал к дяде, работал у него в баре, ничего не нарушал, а потом меня обвинили в его убийстве.
- Ого! Это сильно. А ты действительно убил дядю?
- В том-то и дело, что нет.
Доев кашу, я отодвинул от себя тарелку и, взяв булку с маслом, откусил от нее здоровенный кусок.
- Не торопись, никто у тебя еду не отберет.
- Надеюсь, - сказал я, запивая булку чаем. – А ты что здесь делаешь?
- Как видишь, работаю.
- Почему здесь?
- Странный вопрос. Мой муж работает в столице.
- На шоу?
- Нет. Он спускается под воду и ищет в затопленных местах разные ценности.
- И как, находит?
- Время от времени. Он этим уже лет восемь занимается.
- Прилично.
- А я, как видишь, чтобы не сидеть дома устроилась помощницей врача, хотя у меня нет медицинского образования.
- Муж старше тебя?
- На десять лет.
- Понятно. Ты случайно не знаешь, как тут все происходит?
- Участники проходят череду испытаний на полигоне – это специальная площадка шоу. С каждым уровнем испытания становятся все сложнее и начинают нести опасность для жизни. Но тем они и вызывают огромный интерес у зрителей, и те начинают делать сумасшедшие ставки. Испытания продолжаются до тех пор, пока не останется только один участник. Именно он и становится победителем. У этого шоу высокие рейтинги.
- Сколько человек принимает участие?
- Около сорока.
Я допил свой чай. Укол подействовал, и голова постепенно прошла.
Внезапно медсестра перешла на шепот:
- Можешь продержаться пару дней?
- Понятия не имею.
- Я постараюсь тебя отсюда вытащить.
- Постарайся. Только как ты это сделаешь?
- Моя забота. Скажи, с кем мне связаться, чтобы тебя забрали домой? С мамой?
- Ни в коем случае! Свяжись с Мышкой. Помнишь ее?
- Помню.
- Ее ник «Мышка из Кенжи». Она сейчас там живет.
- Ладно, держись…


Когда охранники доставили меня в здание, первым, кого я увидел, был Вон. Он тут же подскочил ко мне и затараторил:
- Ты куда исчез? Я ходил за едой, а когда вернулся, тебя уже не было.
- Давление поднялось. Думал, голова взорвется.
- Есть будешь?
- Меня у врача покормили.
К нам подошел мужик с татуировками на лице:
- Слышали новость?
- Какую? – спросил Вон.
- Завтра первая игра. Я тут закорешился с одной девахой из администрации. Состроил глазки, послал пару раз воздушный поцелуй. Она и повелась.
- И что? – спросил Вон.
- Так она мне сообщила о первом испытании.
- И ты поверил? – скептически произнес Вон. – Сомневаюсь, что кто-то из администрации будет нам помогать.
- Я серьезно, - обиженно сказал татуированный.
- Что она сказала? – спросил я.
- Короче, надо будет пройти голыми ногами по грязной жиже.
- И все? - поразился я. – Ты хочешь сказать, что проход по жиже и есть испытание? А где опасность? Что-то я сомневаюсь в правдивости слов твоей знакомой.
Вон, взяв меня под руку, повел прочь. Обернувшись, я увидал, как татуированный подошел к другой группе участников.
- Думаешь, ему сказали правду? – спросил я у Вона.
- Здесь лучше никому не верить, - отозвался тот.
- Даже тебе? – хмыкнул я, открывая дверь шкафа…



Эпизод 11

Около десяти утра всех участников шоу построили во внутреннем дворе здания.
- Итак, - обратился к нам тот самый толстый человек, с которым я разговаривал в камере. – Через час начнется наше шоу. Всем выдали наушники?
Дождавшись подтверждения от участников, он добавил:
- Вставьте наушники в уши и запомните: с этой минуты вы их не вынимаете. Вся информация для вас будет поступать через них…
- Где еда? – выкрикнула из толпы участников какая-то женщина. – Почему нас не покормили?
Толстяк достал из кармана платок и, промокнув испарину на лбу, ответил:
- Не стоит нагружать желудок перед физическими нагрузками.
- А может, вы не хотите тратить деньги на потенциальных покойников? – выкрикнул кто-то еще.
Толстяк даже не стал отвечать. Спрятав платок, он махнул рукой, и охранники с электрошокерами погнали нас, словно стадо баранов, к металлическим воротам. Те открылись, и мы оказались на отрытом пространстве, обнесенном металлической сеткой.
По периметру были установлены многочисленные камеры, и некоторые из участников стали тут же корчить рожицы, показывать язык и принимать неприличные позы.
У меня в ухе раздался голос:
- Добро пожаловать на полигон! Если вы решите бежать, то учтите, сетка находится под напряжением, так что если вы не хотите поджариться, то лучше не рисковать.
 Из толпы выскочили и бросились бежать в сторону сетки несколько мужчин и женщин.
- Куда?! – крикнул кто-то рядом со мной.
Но бежавшие не обратили внимание на окрик.
- Они что, забыли наушники вставить? – предположил Вон.
- Скорее всего, - согласился я с ним.
Первые беглецы вцепились в сетку, и сильный разряд отбросил их в сторону. Это остановило других бежавших.
- Какая потеря, - раздался голос в наушниках. – Жаль, очень жаль. У них был шанс пожить… Прошу оставшихся участников подойти к полосе препятствий. Сегодня у вас их будет пять. Между испытаниями перерыв пять минут.
Заметив татуированного, стоявшего с растерянным видом, я подмигнул ему и пропел:
- И она повелась…
- Ты чего? – не понял Вон.
- Пять испытаний вместо одного, что обещали разрисованному.
Первым препятствием оказался ров, наполненный желтовато-коричневой жижей.
- Ну, хоть в этом не обманули, - произнес я, изучая ров.
- У меня плохое предчувствие, - сказал Вон. – Как ты думаешь, какой у этой канавы метраж?
- Понятия не имею. У меня плохо с глазомером.
В наушниках последовал приказ бежать.
Вон подался вперед, но я остановил его, схватившись за его футболку:
- Идем последними. На всякий случай.
Первые участники вошли в ров. Он оказался не глубоким. Во всяком случае жижа не доходила до колен. Помогая себе руками, участники, брызгая друг друга, с веселым хохотом шли вперед. И тут началось. Из жижи одна за другой, подобно стальным прутьям, стали стремительно выскакивать тонкие изумрудные змейки. Кусая участников в ноги и руки, они вновь погружались в жижу. Раздались жуткие крики.
Те, кто падал в водную кашицу, получал укус в лицо, грудь или живот. Те, кто пытался повернуть назад под напором других участников, был вынужден пятиться и, натыкаясь на упавших, тоже падал. Зрелище было не для слабонервных. У меня по спине заструились струйки пота.
- Слушай меня, - услышал я голос Вона. – Надо бежать. Главное не стоять на одном месте. Беги, по телам тех, кто упал. И главное, не пытайся никому помочь. Здесь каждый за себя.
И он рванул вперед. Я побежал за ним. Не знаю, как мне удалось преодолеть первое препятствие. Помню только искаженные болью и страхом лица многих участников. Лишь почувствовав под ногами почву, я остановился и, тяжело дыша, оглянулся. В жиже, не подавая признаки жизни, остались лежать человек десять. Еще восемь корчились на земле. Среди них был и татуированный.
Ко мне с бледным лицом приблизился Вон:
- Рад, что ты жив, - пролепетал он. – У меня ноги трясутся.
В ухе снова раздался голос:
- Прошу всех подойти к следующему участку испытаний… Итак, вас осталось девятнадцать. Трое погибли на сетке и восемнадцать от укуса представителей фауны. Сейчас вас ждет проверка на координацию движений и равновесие. Вы должны быстро пройти следующий ров используя пеньки. Я не советую долго стоять на одном месте. В противном случае ваши ступни пронзит острый клинок. Вперед!
Я подошел к краю рва. Он был усеян настолько узкими пеньками, что на них можно было стоять только на пальцах ног. Между пеньками торчали заостренные строительные штыри.
Один из участников громко выругался, другой истерически зарыдал. Внезапно для самого себя я громко сказал:
- Хочу быть первым.
- Так шагай, - хохотнув, сказала женщина, стоявшая позади меня. - Покажи пример.
Втянув носом воздух, я шагнул на первый пенек.
Где-то на середине рва я чуть не потерял равновесие. Балансируя руками, мне удалось сохранить равновесие. Спустя пять минут я стоял на противоположной стороне. Следом за мной двинулись остальные. Травму получили двое, и их отправили в медпункт.
Остальные три испытания оказались не настолько страшными, как все думали. Лишь одно из них было жутковатым, так как нам пришлось лезть по сетчатой трубе, которая время от времени погружалась под воду. Слава небесам, никто больше не погиб.
Нас вернули обратно в здание и выдали еду. Я набросился на нее так, словно не ел несколько дней. Набив живот, я откинулся на спинку стула и расслабился. Именно в этот момент я вспомнил имя медсестры. Ее звали Мира…
 

На следующий день, часов в десять утра, когда я уплетал за обе щеки омлет с булкой, в помещение, служившее участникам столовой, ворвался Вон и, увидав меня, рванул к моему импровизированному столику.
- Ты не представляешь, что я узнал…
- Шоу закрыли, а нас собираются убить, чтобы не мучились, - мрачно пошутил я.
Фыркнув, Вон пододвинул к столику деревянный ящик и, усевшись на него, сказал:
- Все иронизируешь. А я случайно подслушал разговор трех охранников.
- Неужели?
- Следующее испытание пройдет в Мертвом городе.
- Вон, прекрати! Не уподобляйся татуированному. Он тоже много что слышал. И где он сейчас?
- Да подожди ты, - и, подавшись вперед, Вон перешел на шепот: - Участники шоу должны будут пройти несколько испытаний. Пройти определенные участки подземных туннелей, в которых будут заложены взрывчатые вещества. Далее нужно не ошибиться при выборе предложенных для дегустации бутылок. В нескольких из них будет находиться яд. А еще в некоторых секторах туннелей нас будут поджидать голодные и разъяренные львы, крокодилы и волки.
Я с недоверием посмотрел на Вона:
- Откуда в Барасо дикие животные? Они погибли сто лет назад.
- Знаю. Но охранники…
- Этого не может быть, - перебил я Вона. - Скорее всего, будет создана виртуальная иллюзия. Так что не говори чепухи и поешь…
 


Эпизод 12

Накануне нового этапа меня вызвали в медпункт. Я как раз изучал схему подземных проходов, которую где-то умудрился добыть Вон. Отложив папку в сторону, я направился в административное здание. В медпункте меня дожидалась Мира.
- Рада видеть тебя живым, Трой, - произнесла она, как только я закрыл за собой дверь. – Ты готов к побегу?
- Еще спрашиваешь.
Мира вынула из кармана какую-то ампулу и, вскрыв ее, наполнила шприц.
- Что это? – спросил я.
- Твое спасение.
- Поясни.
- Сейчас я сделаю тебе укол. Через пару часов тебе станет плохо. Сначала начнет тошнить, затем сопрет дыхание. Ты начнешь задыхаться, после чего потеряешь сознание.
- Веселая перспектива.
- Это единственный способ вытащить тебя отсюда. Короче, когда ты потеряешь сознание, тебя принесут сюда, и я констатирую твою смерть.
- Почему ты? А где будет врач?
- Через час он уйдет домой. Останусь только я.
- Так может обойдемся без этого препарата? Ради свободы я могу достоверно изобразить собственную смерть.
- Не сможешь. Во-первых, ты не должен дышать. В противном случае движение твоей грудной клетки будет заметно. Во-вторых, где у нас гарантия, что ты не чихнешь или не пукнешь в самый неподходящий момент? Да мало ли что. Все должно выглядеть очень правдоподобно.
- Хорошо. Что произойдет дальше?
- Тебя переложат в спецмобиль, за рулем которого будет мой муж. Мы вывезем тебя за пределы города, где я введу тебе другой препарат. Ты придешь в себя. В определенном месте нас будет ждать Мышка. Я обо всем с ней договорилась.
Мира сделала мне укол, и я вернулся к участникам шоу. Как Мира и обещала, через два часа к горлу подступила тошнота и усилилось сердцебиение. Стало тяжело дышать, и я ни на шутку перепугался. Вон, который в это время находился около меня, встревожился:
- Эй, Трой, ты побелел, как лист бумаги. С тобой все в порядке?
Я, держась рукой за грудь, замотал головой и, хватая ртом воздух, с трудом прохрипел:
- Врача… Не хватает воздуха…


Я лежал на специально оборудованном для тяжелобольных месте спецмобиля, мчавшегося на большой скорости. Из-за неровности дороги его периодически потряхивало. С трудом открыв глаза, я увидал над собой склонившихся Миру и Мышку.
- Он пришел в себя! – радостно воскликнула Мышка.
Мира, облегченно вздохнув, сказала, обращаясь ко мне:
 - Мы думали, что ты действительно умер. Представляешь, мне пришлось вколоть тебе дополнительную дозу антидота. Хорошо, что у Бари были с собой дополнительные ампулы.
 - Кто такой Бари? – хрипло спросил я.
- Это муж Миры, - подсказала Мышка.
- Почему я не чувствую ног? – глядя на Миру, спросил я.
- Не знаю, - обеспокоенно ответила молодая женщина. – Видимо, побочный эффект.
- Что-нибудь можно сделать? – испуганно спросила Мышка и умоляюще посмотрела на Миру.
- Понятия не имею. Этим препаратам сто лет. Бари нашел их в одной из затопленных больниц.
- Так зачем ты их тогда вколола?! Существует же срок хранения! – ахнула Мышка.
- А как бы я его оттуда вытащила? – возмутилась Мира. – Завернутого в саван?
Она повернула голову в сторону мужа:
- Бари, мы далеко от Молимо?
- Часа два ехать.
- Дуй туда, - и Мира, погладив меня по голове, добавила: - Не волнуйся. Там живет один человек. Он когда-то изучал химию…
- Ты ему доверяешь? – обеспокоенно спросила Мышка.
- Ему доверяет Бари. Они когда-то работали вместе, но потом Льен ушел в религию и поселился там…


Эти два часа показались вечностью. Когда мобиль остановился, я был на последнем издыхании. Взвалив меня на плечо, Бари устремился к дверям какого-то храма. Постучав кулаком в одну из створок, он громко крикнул:
- Открывай, Льен! Это я – Бари!
Из-за двери послышалось:
- Иду. Не барабань!
Створка двери открылась, и на пороге появился мужчина в серой рубахе до пола. Его длинные русые волосы были распущены и доходили практически до талии. В руках он держал фонарь.
Ничего не говоря, мужчина пропустил нас в храм, после чего закрыл дверь на засов.
- Рад тебя видеть, Бари, - произнес Льен, рассматривая нежданных гостей. – Кто с тобой?
- Моя жена и ее друзья. Нам нужна помощь, - ответил Бари.
- Следуйте за мной, - скомандовал Льен.
В келье, состоящей из двух комнат и небольшой кухни, он велел положить меня на кровать, что Бари тут же и сделал.
Усадив всех на табуреты, Льен попросил рассказать о том, что произошло.
Мира вкратце изложила события последних дней. Льен внимательно ее выслушал и приказал:
- Покажи ампулы.
Мира достала из рюкзачка ампулы и передала Льену. Тот тут же удалился в соседнюю комнату и спустя минут десять вернулся обратно.
- Значит так, - сказал он, присаживаясь на свободный табурет, - то, что препарат, как и его антидот, просрочены - это пол беды. Скорее всего, у вашего друга произошла аллергическая реакция на один из компонентов. Я постараюсь привести его в норму, но на это уйдет несколько дней. Поезжайте домой. Кстати, тебе потребуется подтверждение, что ты кремировала тело.
- Я что-нибудь придумаю, - отозвалась Мира.
- Не надо ничего придумывать. Я перешлю тебе подтверждение через виртуалку.
- Как ты его сделаешь? – поинтересовался Бари.
- Недавно узнал пароль для входа в виртуальную документацию. Мне останется только внести имя в раздел кремации. Как только я это сделаю, парень официально будет считаться покойником. Если в дальнейшем он захочет нормально существовать, ему придется изменить не только внешность, но и имя. Не мне тебя учить, но, если этого не сделать, проблемы будут не только у него, но и у всех, кто здесь присутствует.
- У меня нет таких знакомств, - расстроилась Мира.
- Один друг поменяет ему внешность, - сказал Льен. – А вот изменить ему идентификацию, у меня не получится.
- Это я беру на себя, - произнесла Мышка.
Льен, посмотрев на нее, пожевал нижнюю губу и поинтересовался:
- А ты ему кто?
- Друг, - ответила Мышка. - Сколько он проведет здесь времени?
- Пока не знаю. Можешь остаться, если хочешь.
- Нет. У меня много работы.
- Когда все закончится, я попрошу его связаться с тобой…


Проводив гостей, Льен вернулся в келью. Сев на край кровати, он протянул мне глиняную пиалу:
- Теперь мужайся. Это придется выпить, - сказал он.
- Очередной просроченный препарат? – слабым голосом спросил я.
- Всего лишь отвар из трав, плюс немного химической дряни.
Приподняв рукой мою голову, Льен влил мне довольно вонючую жидкость в рот, от запаха которой меня чуть не вырвало. Через несколько минут по всему телу разлился жар. Особенно он полыхал в груди и снизу живота. Я готов был выть. Так продолжалось всю ночь. Несколько раз Льен готовил отвар и вливал его мне в глотку. Около шести утра я вырубился и проспал двенадцать часов.
Как только я проснулся, Льен, дотащив меня до ванной, погрузил мое тело в горячую темно-коричневую воду. Усевшись рядом, он, закрыв глаза, начал раскачиваться из стороны в сторону, бубня себе под нос какие-то молитвы.
У меня было странное ощущение: кожей я чувствовал горячую воду, но внутри тела был ледяной холод.
Несколько дней подряд я спал, пил отвар и принимал горячую ванну. И это дало результат. Я встал на ноги. Когда это произошло, Льен натянул на меня длинную рубаху, надел теплые носки и меховой жилет. Усадив меня за стол, он, поставив передо мной кружку в виде бочонка, сказал:
- Пей.
Я, посмотрев на густую жидкость, спросил:
- Очередное пойло, от которого меня стошнит?
Льен не ответил. Я с опаской сделал один глоток. Жидкость была чуть солоноватой, но после предыдущих отваров казалась нектаром.
- Вкусно, - сказал я. – А вы не будете пить?
Отрицательно помотав головой, Льен подвинул к себе миску с жидким картофельным пюре и принялся есть.
- Я бы тоже не отказался от еды.
- Ты не ел целую неделю, - произнес Льен. - Пощади желудок.
Он взял хлебец и, макнув его в пюре, продолжил есть.
Отпивая жидкость, я дал ему совет:
- Хлебцы вкуснее и сытнее употреблять с пюре из мучных червей.
- Ну уж уволь, - хмыкнул Льен. - В старые времена они нас в земле лопали, а теперь наоборот. Дожили.
- Зря вы так. Пюре из них со всевозможными добавками - спасение для многих.
- То-то я смотрю, что столичные жители питаются исключительно по старинке.
Дабы не злить моего спасителя, я, решив поменять тему разговора, спросил:
- А вы в этом храме один живете?
Льен неохотно ответил:
- Да. Братья предали веру и переметнулись на сторону врага. В нашем поселении несколько храмов, и в каждом произошла своя трагедия. Моему храму повезло меньше всего. Я остался один, и поддерживать здание в надлежащем состоянии не получается.
Чтобы как-то подбодрить его, я сказал:
- Уверен, все еще наладится.
- Завтра приедет один отшельник, - произнес Льен. - Я знаю его много лет. В прошлом он был специалистом в области генетической модификации человеческого тела. Он изменит твою внешность.
- Почему этот отшельник перестал работать по своей специальности? Это же востребованная профессия.
- Была когда-то, - ответил Льен. – Последние годы востребованы киберизменения.
Он доел пюре и, отодвинув миску, продолжил:
- Теперь стоит придумать тебе новое имя. Как твое полное имя?
- Трой Мур.
Подумав немного, Льен предложил:
- Как ты смотришь на то, чтобы стать Рой Румом?
- Рой Рум, - повторил я за ним. - Мне нравится. Только что мне делать с мамой? Ее надо предупредить.
- Это будет несколько опрометчиво. Ей, скорее всего, уже сообщили о твоей гибели. И потом, что ты ей скажешь? Внешность другая, имя и даже голос. Она не поверит.
- А если поверит?
- А если побежит в Службу безопасности? Что будет с тобой и теми, кто тебе помогал?..



Эпизод 13

Отшельник, о котором говорил Льен, появился рано утром. Его звали Ксавье.
Осмотрев меня со всех сторон, он, поцокав языком, вынес свой вердикт:
- При том оборудовании и препаратах, что у меня есть в наличии, я могу состарить тебя внешне всего лишь лет на десять, понизить тембр голоса и произвести мутацию кожного покрова.
- Что вы имеете в виду? – насторожился я.
- У тебя будет пятнистая кожа нескольких оттенков.
- Вы шутите? – я тут же припомнил людей с такой пигментацией.
- Если ты рассчитывал стать красавцем, то боюсь тебя разочаровать. Чип имеется?
- Нет!
- Зачем кричать? У меня прекрасный слух. Учти, обратный процесс превращения будет недоступен.
- Почему?
- Потому что мне девяносто лет и в любую минуту я могу отправиться туда, где ведут задушевные беседы с Ангелами. Учеников у меня нет и не было. К тому же обратный процесс тебе не пригодится.
Сказав это, Ксавье сел за стол. Льен, который принес из храмовых подвалов несколько бутылок столетней выдержки, начал разливать вино по кружкам. Я тоже уселся за стол и поинтересовался у отшельника:
 - А почему мне не пригодится обратный процесс?
Прежде чем ответить, Ксавье залпом выпил вино. Его лицо порозовело, и он сказал:
- Вернув внешность, ты подвергнешь опасности не только себя, но и тех, кто помогал тебе.
- Я предупреждал, - вставил Льен.
Ксавье продолжил:
- Служба безопасности довольно быстро тебя вычислит. Ты хочешь постоянно бегать от них? Это будет не жизнь, а ежедневные мучения. В результате ты все равно проиграешь. Я могу ничего не делать, но подумай, стоило ли бежать от смерти, чтобы снова прибежать к ней, прихватив с собой еще несколько человек.
И Ксавье осушил вторую кружку.
Пока я приходил в себя от сказанных слов, монах и отшельник уговорили пару бутылок. Когда я, наконец, смог сформулировать новый вопрос, Ксавье еле ворочал языком. Льен был не в лучшей форме. С трудом дотащив их до кроватей, я, выдохнув, решил совершить виртуальную прогулку по храмовому поселению.
Виртуалка Молимо сильно отличалась от виртуалки Сины, не говоря уже о виртуальном пространстве столицы. В Молимо работала устаревшая версия, для которой не нужен был Центр. Достаточно было обыкновенного кресла и специального гаджета.
Взяв устройство Льена, я, устроившись на кухне, подключился к виртуальному пространству Молимо. Несмотря на то, что прорисовка хромала и время от времени дергалась, я все равно был потрясен панорамой каменистой равнины, представшей перед моими глазами. Она то поднималась к отвесной скале, где были выдолблены статуи каких-то божеств, то спускалась к широкой реке, над поверхностью которой были видны купола затонувших храмов и башен, напоминавших о потерянном мире.
Сама равнина была усеяна широкими лестницами из обработанных каменных плит и проездами для мобилей. То здесь, то там встречались обломки кирпичей и ржавых рельс, местами заросших тимьяном вперемешку с ползучим кустарником.  Все это с огромными каменными глыбами и валунами, хворостом и чертополохом вызывали умиротворение и спокойствие.
Прогуливаясь вдоль виртуальной реки, я наткнулся на шалаш из сухих веток, рядом с которым сидел худой старик и подбрасывал поленья в небольшой костер. Увидав меня, он, прищурив один глаз, произнес:
- Приветствую тебе, странник. Позволь мне стать твоим путеводителем по Молимо. Садись рядом со мной, согрейся около костра, и я раскрою тебе все тайны этого благословенного края.
Его слова вызвали у меня улыбку, да и персонаж этот выглядел очень потешно. Усевшись рядом с ним, я сказал:
- Порази меня, старик.
- В этом мире молитв и верований нашли приют те, кто так и не смог смириться с потерями прошлого. Кто-то приезжает, чтобы остаться здесь навсегда, кто-то -  прикоснуться к святыням, а кто-то получить кусочек счастья.
- Здесь и счастье можно получить?
- Много лет назад появился в этих краях один паломник. Назвал себя Роком. Верховная жрица Яфа приняла его, обогрела, накормила и к себе приблизила. Рок остался, а через год предложил переименовать Главный храм Молимо в «Храм Вознесения» и объединить в единое целое все верования и учения. И все возликовали. И начал он на руках страждущих проставлять штрихкод будущего Храма. Больные выздоравливали, несчастные в любви обретали семьи, нищие становились богатыми. И отреклись братья и сестры от своих храмов и перешли в его. Одна Яфа была против. И изгнал ее Рок из Молимо. От отчаяния вошла Верховная жрица в реку, и поглотили воды ее бренное тело. С тех пор те, кто умоется водами реки, становится счастливым…


Льен и Ксавье пробудились ближе к восьми утра. Когда они пришли на кухню, оба выглядели ужасно.
Приготовив омлет из яичного порошка, я разложил еду по тарелкам, и мы принялись трапезничать. Минут через десять Ксавье, который сидел мрачнее тучи и лениво жевал омлет, сказал, обращаясь к Льену:
- Друг мой, дай мне какую-нибудь настойку. Голова раскалывается, сил нет.
Пока Льен копался в шкафчике с лекарственными пузырьками, его гость, уставившись на меня покрасневшими глазами, изрек:
- Никогда не пей без меры, мой мальчик.
Ближе к вечеру, когда у Ксавье перестали дрожать руки, он вынул из своей холщовой сумки небольшой аппарат и коробку с ампулами. На этот раз руки задрожали у меня. Я вспомнил об уколе, сделанном Мирой.
Ксавье заставил меня раздеться. Льен принес початую бутылку водки и, открыв ее, смочил жидкостью кусок тряпки. Ксавье, сделав из бутылки глоток, протер тряпкой мое тело и лицо. Вскрыв первую ампулу, он натянул на нее игольчатый колпачок и, не говоря ни слова, ввел раствор под кожу. Всего на меня было истрачено двадцать ампул. Закончив, отшельник взял в руки аппарат и, усадив меня на табурет, стал водить им по моему лицу. На эту процедуру ушло полтора часа. Спустя еще час я начал ощущать жжение в тех местах, куда вводился препарат.
Всю ночь у меня чесалось все тело, поднялась температура и горело лицо. В те минуты, когда мне удавалось забыться сном, снились какие-то кошмары. Под утро меня отпустило, и я, заснув, проспал до полудня.
Проснувшись, я первым делом направился в ванную. Увидав в зеркале свое отражение, я чуть не лишился сознания. Из зеркала на меня смотрел мужчина лет сорока, с сухой морщинистой кожей, нависшими на глаза веками и опущенными вниз уголками губ. Мое тело и лицо стали пятнистыми.
Когда я вошел на кухню, и Льен, и Ксавье, прибывая в хорошем расположении духа, распивали чай в обществе Мышки.
- Отличная работа, - увидав меня в дверном проеме, констатировал Льен. – Даже родная мать не узнает.
У Мышки при виде меня округлились глаза:
- Вот это преображение, - пролепетала она. – Ксавье, вы – кудесник.
Отшельник с невозмутимым видом продолжал поглощать чай с кукурузными лепешками.
- Что теперь? – спросил я, усаживаясь за стол.
Льен подвинул ко мне чашку с какао. Взяв ее пятнистыми руками, я отхлебнул ароматный напиток.
- Мы едем в Сину, - ответила мне Мышка.
- Зачем? Ты же собиралась отвезти меня в Кенжи.
- Мы обязательно туда поедем, но сначала нам надо сделать тебе идентификацию личности. Лучше места, чем Сина, нам не найти.
- И где мы будем там жить? У тебя дома?
- Нет. Там теперь хозяйничает Хана. Снимем комнату в гостинице… 



Эпизод 14

Мы с Мышкой прибыли в Сину и заселились в небольшой гостинице. Мышка сразу помчалась в Центр виртуальной реальности, находящийся напротив гостиницы. Там, связавшись со своими знакомыми, она договорилась, что те появятся у нас ближе к вечеру.
Попросив меня никуда не выходить, дабы избежать неприятностей, Мышка убежала навестить Хану и бабушку на кладбище.
Находиться в Сине и не увидеть маму с братом было выше моих сил, и я на свой страх и риск помчался к себе домой. Там никого не было, и я решил заглянуть в аптеку. Мама стояла за прилавком и перебирала какие-то упаковки с порошком. Мне показалось, что за те несколько месяцев, что мы не виделись, мама сильно постарела.
Я подошел к прилавку, и она, посмотрев на меня безжизненно-пустым взглядом, спросила:
- Что вы хотите?
 Я понял, что мама не признала во мне сына.
Сложив пакетики в коробку, она взяла ее в руки и произнесла:
- Могу предложить для вашей кожи отбеливающее средство.
Вцепившись в прилавок пальцами, я выпалил:
- Мама, это я. Со мной все в порядке. Я жив, но был вынужден изменить внешность, чтобы сохранить себе жизнь.
Коробка выпала из рук матери, и на ее глазах навернулись слезы. Прижав ладонь к губам, она замотала головой в разные стороны.
- Мама, - прошептал я и, сбиваясь, принялся рассказывать все, что со мной произошло.
Она слушала, не отрывая ладонь от губ, а по ее щекам беззвучно текли слезы. Когда я закончил говорить, мама дрожащим голосом произнесла:
- Мой сын умер.  Убирайтесь отсюда или я вызову Службу безопасности.
У меня в горле встал комок. Молча развернувшись, я покинул аптеку…


Вернувшись в гостиницу, я рухнул прямо на кровать и, поплакав, забылся сном. Около пяти вечера меня разбудил стук в дверь. Поднявшись, я подошел к двери и, открыв ее, увидал Мышку с двумя молодыми людьми.
- Привет, - глухо сказал я, пропуская их в комнату.
- Что-то ты на себя не похож. Вялый какой-то, - сказала Мышка, когда я, сев на кровать, с безразличным видом уставился на противоположную стену. – Ты себя хорошо чувствуешь?
- Все норм, - ответил я, хотя изнутри меня сжигала какая-то пустота, и жуткая усталость валила с ног.
- Знакомься. Агата и Сайк. Живут здесь, но работают в виртуальном Кенжи, - сказала Мышка и, посмотрев на гостей, добавила: - Садитесь за стол, ребята.
Как только молодые люди уселись за стол, Мышка, склонив голову набок, продолжила:
- Нам надо идентифицировать моего друга, чтобы он мог спокойно перемещаться. Кстати, Трой, ты уже придумал себе имя?
- Льен предложил Рой Рум, - все с тем же безразличием ответил я.
- Мне нравится, - сказала Мышка. - Звучит.
- У меня и старое имя звучало.
- Тогда за дело, - произнес Сайк и начал вынимать из большой сумки гаджеты.
Пока молодые люди занимались их подключением, Мышка присела рядом со мной:
- Трой, с тобой явно что-то не так. Выкладывай, все равно узнаю.
Я посмотрел ей в глаза и сказал:
- Мама прогнала меня и не поверила, что я - это я. Пригрозила Службой безопасности.
Мышка застонала:
- Я же просила тебя не покидать гостиницу. Зачем ты это сделал?
- Мне нужно было ее увидеть, - сквозь зубы процедил я.
- А если она все-таки обратится в Службу? Ты ей рассказал что-нибудь?
- Все рассказал.
- А ты подумал о том, что подставляешь меня, Миру, ее мужа? Тебя же Льен предупреждал…
- Мне нужно было ее увидеть, - упрямо заявил я.
- Ну, спасибо тебе, – зашипела на меня Мышка. – Не думала, что ты такой дебил.
Я встал с кровати и подошел к окну. Меня душили слезы, но это были слезы обиды: на отца, затащившего меня в столицу; на дядю, который мог запретить мне идти на встречу; на отшельника, превратившего меня в урода; на мать, не поверившую моим словам; на Мышку, обвинившую меня почти что в предательстве…
Я бы и дальше продолжал вспоминать всех тех, кто не понял моих переживаний, не утешил и не пожалел меня, но голос Сайка отвлек меня от этих мыслей.
- У нас все готово. Можем приступать, - сказал молодой человек.
Смахнув пальцами покатившиеся слезы, я отвернулся от окна и подошел к столу.
- Что нужно делать? – спросил я.
- Для начала сесть, -  отозвалась Агата.
Я сел. Девушка достала из кармана небольшой пузырек и, смочив пальцы тягучей жидкостью, протерла мне виски, затылок и руки.
- Что это? – спросил я.
- Специальный состав, - ответила она. - Для лучшей проходимости импульсов.
Сайк тут же прилепил на меня датчики и предупредил:
- Ноги и руки не скрещивать. Глаза закрыть.
Я чувствовал, что Агата стоит за моей спиной, а, судя по звукам, понимал, что Сайк вводит какую-то информацию на гаджетах.
Вскоре он произнес:
- Готово. Можешь открыть глаза.
Я открыл и посмотрел на Сайка. Молодой человек, скрестив на груди руки, продолжил:
- Поздравляю. Теперь ты официально Рой Рум. Тебе тридцать шесть, и ты разнорабочий. В возрасте семи лет тебя украли из небольшого поселения. Что за поселение, ты не помнишь, так как был маленький. Сбежав от торговцев людьми, ты бродяжничал, воровал. Иногда работал за еду. Не женат, детей не имеешь. Как правило, дальше этой информации не проверяют. Теперь следующий этап.
- Какой?
- Мы изменим отпечатки пальцев.
Эта процедура оказалась болезненной.
Когда Сайк закончил, я потянулся к одному из датчиков, но молодой человек меня остановил:
- Не спеши, - сказал он. – У меня есть к тебе предложение. Как ты смотришь на то, чтобы стать носителем информации?
- Никак не отношусь.
- Понимаешь, нам нужно сохранить воспоминания одного парня.
- А где он сам?
- Умер.
Я уставился на Мышку, которая так и продолжала сидеть на кровати.
- Так загрузите воспоминания в виртуалку. Что сложного?
- Виртуалка не столь надежное пространство. При желании в ней можно найти все, что угодно. Единственный выход – человек, - пояснила Агата.
Я попытался пошутить:
- Человек может «сломаться».
- Согласна, - согласилась Агата, - но это лучше, чем потерять нужную информацию навсегда.
- Так загрузите ее в самих себя, - предложил я. – Или в искусственный интеллект кладбища. Хотя не стоит. Там информация тоже может стать доступной.
Агата села передо мной:
- Рой, мы с братом уже являемся носителями определенной информации.
- А Мышка не подойдет? Как по мне, она просто предназначена для таких вещей.
Агата покачала головой:
- Для носителя требуются определенные параметры тела и веса. Если мы загрузим инфу в Мышку, она и недели не протянет.
- Трой, - позвала меня Мышка.
- Рой, - поправил я ее.
- Хорошо. Рой, помоги. К тому же воспоминания того чела пригодятся и тебе самому, а чуть позже мы вытащим из тебя чужую информацию.
- Как умер тот парень? – спросил я у Агаты.
Потерев пальцем переносицу, она ответила:
- Мы сидели в баре, разговаривали. И внезапно он упал на пол. Мы с братом еле успели вытащить воспоминания из его потухшего сознания…


Процедура длилась три часа. Временами я ощущал мягкие удары в тех местах, где были прикреплены датчики, а во рту чувствовался металлический привкус. Завершив перекачивать в меня чужие воспоминания, Сайк и Агата принялись укладывать гаджеты обратно в сумку.
- У вас точно все получилось? – поинтересовался я. – У меня нет ощущения чего-то нового в голове
Агата пояснила:
- Процесс обработки занимает время и окончательно завершится во время сна. Именно тогда вся загруженная информация переместится из временного хранилища памяти в постоянное.
Я, конечно, ничего не понял, но промолчал. Агата тем временем посмотрела на Мышку и задала вопрос:
- Когда вы едете в Кенжи?
- Планировали завтра утром.
- Тогда встретимся в виртуалке.
Попрощавшись, молодые люди ушли…



Эпизод 15

Проснувшись рано утром, я понял, что со мной происходит что-то странное. Мою голову распирало изнутри так, что хотелось запустить в нее свои пальцы и чесать то, что я воспринимал как свои мозги. Кроме этого, она как-то странно гудела.
Ворвавшись в ванную комнату, где умывалась Мышка, я устроил самую настоящую истерику. Она кое-как меня успокоила, объяснив, что все, кто проходит процедуру расширения памяти, поначалу испытывают сильный дискомфорт.
- К вечеру станет намного легче, - пообещала она.
- А если не станет? – стуча зубами от страха, спросил я.
Мышка закатила глаза и произнесла:
- Трой, то есть Рой, ты себе даже представить не можешь, как я от тебя устала. То ты хочешь, то ты не хочешь, тысяча вопросов, еще больше сомнений. Делаешь только то, что тебе приспичит. Достал! Через час я уезжаю. Решай, со мной ты или сам по себе. Я тебе не нянька. Попрошу Агату, чтобы ее брат извлек из тебя инфу сегодня же и вали на все четыре стороны.
Такого я от Мышки не ожидал. Вернее, той интонации, с которой она все это говорила. Обычно, если я в чем-то сомневался, меня уговаривали, приободряли, а тут…
В знак внутреннего протеста я улегся на кровать и, отвернувшись лицом к стене, обнял себя руками за плечи. Я до последнего надеялся, что Мышка сядет рядом, погладит меня по спине и посюсюкает со мной.
Но этого не случилось. Когда Мышка, не говоря ни слова, ушла, хлопнув за собой дверью, я понял, что остался совсем один и идти мне больше некуда. Вскочив с кровати, я помчался за Мышкой и, догнав ее на улице, молча пошел рядом с ней…


Дорога до Кенжи заняла у нас около четырех часов. Когда мы приехали, я, тронув Мышку за руку, сказал:
- Прости меня. Нервы сдали. Столько всего навалилось в последнее время.
- Проехали, - буркнула Мышка.
Мы вышли из автобуса, и она повела меня в сторону пропускного пункта.
Кенжи напоминал крепость, чьи толстые стены отделяли этот университетский городок от остального мира. Зелени в нем практически не было, если не брать во внимание местами встречающиеся большие горшки с цветами. В основном вся земля была застроена учебными корпусами из темно-зеленого кирпича.
Мышка привела меня в один из учебных корпусов, где в секретариате меня довольно быстро оформили на работу в качестве лаборанта и прикрепили к научной группе профессора Ким Хорена.
В этот же день я получил ключ от комнаты в университетском общежитии для сотрудников…


Прошло несколько месяцев с того момента, как я оказался в Кенжи. Я довольно быстро освоился, познакомился с кучей людей, но близких друзей так и не приобрел. Да я особо и не стремился к этому.
Как правило, мой рабочий день начинался с того, что я приходил в лабораторию, мыл какие-то банки-склянки, подметал пол и собирал мусор. Работа не напрягала, платили хорошо. Единственным недостатком было то, что покидать территорию университета можно было только по специальному разрешению и желательно в составе группы.
В один из дней Мышка, поливавшая цветы в лаборатории, окликнула меня. Я подошел к ней, и она сказала:
- Завтра утром небольшая группа сотрудников медицинского факультета едет на рынок закупать какие-то ингредиенты для работы студентов. Я бы хотела, чтобы ты поехал с нами.
- Это обязательно? – спросил я.
- С тобой хочет познакомиться один чел.
Утром следующего дня я, Мышка и еще шестью сотрудниками Кенжи выехали на университетском автобусе в сторону небольшого городка. Всю дорогу я сидел один, в то время как остальные, в том числе и Мышка, болтали о всяких пустяках с деканом медицинского факультета.
Прибыв на место, декан объявил:
- У вас на руках имеются списки того, что необходимо купить. Не забудьте, что мы должны вернуться в университет к трем часам. Поэтому в два мы все должны сидеть в автобусе. Не заставляйте меня нервничать и разыскивать вас по всему городку, как это было в прошлый раз. Всем ясно?
- Да, - хором ответили мы.
Как только сотрудники факультета разбрелись по лавкам, Мышка приказала:
- Следуй за мной.
Минут тридцать она водила меня от лавки к лавке, останавливаясь около витрин и что-то рассматривая в них. Наконец, юркнув в узкий проем между двумя домами, она побежала в сторону рощи. Я еле поспевал за ней.
В роще Мышка остановилась около землянки и, стукнув ногой по деревянной крышке, отошла на два шага назад. Крышка приоткрылась, и мы по очереди спустились внутрь. Небольшое пространство, обшитое деревянными досками, освещала лампа, закрепленная на потолке. В землянке стояло несколько бочек и две широкие лавки, на одной из которых сидели трое: паренек лет двадцати и двое мужчин. В одном из них я узнал Ворона. Второй, с седыми волосами, был мне незнаком.
Как только мы с Мышкой сели, Ворон отправил паренька покараулить вход в землянку.
- Если заметишь кого подозрительного, свистни, - приказал он, после чего спросил у Мышки: - Вас никто не видел?
- Я соблюдала конспирацию, - ответила та. – Ты не слишком перестраховываешься? Мы вряд ли здесь кого-то интересуем.
Взглянув на меня, Ворон спросил:
- Ты и есть новый носитель?
- Вроде того, - ответил я.
- А мы с тобой раньше не встречались?
- Это вряд ли. Я бы запомнил.
- Его зовут Рой, - вмешалась Мышка.
- Меня зови Ворон, моего приятеля Седой.
- Хорошо, - сказал я.
Ворон, взглянув на Седого, произнес:
- Ты хотел что-то узнать у носителя.
Тот, сложив на груди руки, обратился ко мне:
- Что тебе известно о системе запуска?
В моей голове что-то щелкнуло, и я ответил:
- Система находится внутри грота, что стоит недалеко от берегов Сарары.
- Вход единственный?
- Да. Со стороны океана.
Перед моими глазами поплыла картинка того места, и я добавил:
- Попасть в него трудно. Только на лодке и только в том случае, если человек ляжет на ее днище.
- Почему? - не понял Седой.
Я продолжил:
- Вход в грот наполовину заполнен водой, поэтому стоять или сидеть - не вариант. Когда гуляют большие волны, попасть внутрь вообще невозможно. Входная группа тянется метров пятьсот, если не больше. Необходимо подводное снаряжение, чтобы проплыть его и не захлебнуться. А такое снаряжение достать крайне тяжело. Оно имеется только у определенных служб.
Седой и Ворон переглянулись, а Мышка предложила:
- Можно попробовать приобрести снаряжение у мужа одной моей знакомой. Он как раз занимается погружением.
- Надеюсь, он не из болтливых? – поинтересовался Ворон.
- Нет, - успокоила его Мышка.
- Когда сможешь уточнить?
- Постараюсь связаться с ними в ближайшее время.
- Хорошо, - сказал Ворон. – И скинь инфу в мой кабинет.
Он снова уставился на меня:
- Где найти систему в гроте?
- Внутри грота три разветвления. Вам нужно правое. Оно выведет в сухую скалистую пещеру. Там и находится система. Только она настолько здоровая, что вы вряд ли вытащите ее через грот.
- Предлагаешь взорвать скалу? – спросил Седой.
- И окончательно похоронить систему под обломками скальной породы? – вопросом на вопрос ответил я.
- Что предлагаешь?
- Вариантов не так много. Первый - забыть о ней, как и о снарядах. Второй - найти чертежи самой системы, разобрать, вывезти по частям, а далее снова собрать или перепрятать.
Седой фыркнул:
- Легко сказать. Где же нам искать эти чертежи?
- Переройте виртуалку. Наверняка они где-то хранятся.
- Сто лет?
- Почему и нет? Наймите информаторов. За вознаграждение они вам всю виртуалку прочешут. Есть еще один способ.
- Какой? – заинтересовался Ворон.
- Кладбище в Сине. Там покоится интересный контингент. Много чего узнать можно.
- Их не подкупить, - усмехнулся Седой.
- Легко. За кладбищенские подарочки.
- Я подумаю над твоими словами, - сказал Ворон.
- Слушайте, - обратился я к ним, -  без ракет система бесполезна и не представляет угрозу человечеству. Считаю, что нужно найти схрон ракет и, вывезя их оттуда, схоронить в каком-нибудь тихом месте.
- А у тебя в голове нет воспоминаний о том, где искать ракеты? – спросил Седой.
- Воспоминания носят отрывочный характер, - ответил я и, скрестив пальцы рук, добавил: - Но я знаю о предположениях того парня.
- Какие? – вкрадчиво спросил Седой.
- Племянники Найры. Вы знаете таких?
- Найра - староста Минори, - вместо Седого ответила Мышка. – И у нее действительно есть двое племянников.
- В таком случае нужно постараться это выяснить, - задумчиво произнес Седой.
Мышка поднялась со скамьи:
- Нам пора, - сказала она.
Я тоже поднялся.
- Подожди, - остановил меня Ворон. - Найди в виртуалке мой кабинет. Он называется…
- Я знаю, как он называется, - перебил я его.
- Откуда? – нахмурился он и взглянул на Мышку.
Я мысленно выругался, а вслух произнес:
- Он есть в воспоминаниях парня. Будет лучше держать связь через мой кабинет.
- Какой у тебя ник? – спросил Седой.
- Зоопарк…



Эпизод 16

Через несколько дней Ворон попросил встретиться с ним в виртуальном аквапарке. Я согласился. Тем более что этому способствовала отвратительная погода. Несмотря на середину июня, температура была ниже нуля и валил снег.  Оптимизма не было и в прогнозах синоптиков Кенжи, утверждавших, что в ближайшие три недели не стоит ожидать каких-либо изменений.
Над виртуальным аквапарком жарило солнце, народ плескался и резвился в прозрачной воде. Выбрав для разговора одну из террас, я, усевшись в шезлонг, наслаждался панорамой этого идеального места.
Вскоре появился Ворон. Мы немного поболтали на разные темы, после чего он внезапно сказал:
 - Ты будь осторожнее с Седым. Он сотрудник Службы безопасности Сарара.
 - Серьезно? Как ты с ним познакомился?
 - Нас познакомили лет девять назад. Он приезжал в Сину по каким-то делам. Когда Седой узнал, что я собираюсь заняться политикой, то вцепился в меня мертвой хваткой. А когда я передумал, он пропал. Спустя время снова появился и предложил стать сталкером. Мы стали водить экстремалов по всяким стремным местам. Таким, как Сора. Позже Седой признался, что ищет пусковую систему.
- Говорят, Сора страшное место.
- Это преувеличение.
- А призраков видел?
- Издалека. Они близко не подходили.
- Скажи, у Седого есть кабинет?
- Может и есть, но мне об этом ничего не известно. Он моим пользуется. А что тебе до этого?
- Можешь попросить его выяснить для меня одну информацию?
- Какую?
- Меньше года назад, некий Трой Мур попал в неприятную ситуацию в Сараре. Его обвинили в убийстве.
- Трой Мур, - задумчиво повторил Ворон. – На меня работал один информатор с таким именем. А зачем тебе это знать?
- Один человек интересуется. Есть подозрение, что Троя подставили. Хотелось бы выяснить, кто и зачем это сделал.
- Тогда у меня тоже будет просьба. Что, как носитель, ты знаешь о Найре?
- Я не вижу всю информацию, что в меня загрузили. Она частично всплывает в моем сознании. Уверен, что тот парень был знаком с Найрой. Я знаю ее лицо. Знаю, что она возглавляет Минори очень долгое время. Знаю, что ее поселение поставляет продукты питания университету. Еще знаю, что Найра очень скрытная женщина, обожающая своих племянников. Это все.
- Ты можешь попасть в Минори?
- Не знаю.
- Постарайся это сделать.
- И?..
- Присмотрись к ней, пошепчись с кем-нибудь из поселения.
- Хочешь, чтобы я шпионил?
- Да. У нас с Седым есть кое-какие подозрения насчет Найры. Хотим проверить.
- А разве Седой, как сотрудник Службы, не имеет доступ ко всей информации? – удивился я.
- У них там свои прядки. Только руководство владеет всей информацией, а простые сотрудники только той, к которой их допускают.
- В таком случае, могу я узнать, что это за подозрения?
Ворон поднялся из шезлонга и, прежде чем выйти из вертуалки, сказал:
- Всему свое время, Рой…


Лишь спустя две недели мне удалось попасть в Минори. Случилось это благодаря тому, что из Кенжи уволили сразу всех разнорабочих, выполнявших тяжелые работы. То ли их уличили в краже продуктов, то ли еще в чем-то, но из-за нехватки персонала меня и еще пару лаборантов приставили к специалистам, которые должны были отвезти в Минори партию препаратов. Из Кенжи мы должны были забрать консервы, молоко, яйца, овощи и сухари.
До Минори наша группа добиралась тремя микроавтобусами несколько часов. Из них полтора часа мы ехали вдоль бескрайних полей и теплиц.
Само поселение представляло собой городок, состоящий из двухэтажных домов, расположившихся вокруг трех огромных прудов, где выращивали рыбу.
Дом старосты отличался от других домов только тем, что целиком принадлежал Найре. Первый этаж был полностью отдан под ее офис, а на втором жила сама староста с племянниками.
Найра, как я ее и видел через воспоминания, была крупной женщиной с пятнистой кожей и абсолютно лысой головой.
Усадив нашу группу за довольно объемный стол, она сказала довольно низким голосом:
- Ваши продукты на шестом складе. У вас час на погрузку. Вы привезли с собой грузчиков?
- Да, - ответил биохимик, возглавлявший нашу группу.
- Сколько их?
- Трое.
- Хорошо. Мой племянник отведет их на склад. Остальные пойдут со мной в лабораторию. Мне не терпится увидеть ваш разрекламированный препарат. Предыдущий, мягко говоря, не полностью соответствовал нашим ожиданиям. Если еще раз вы подведете, боюсь, университету придется закупать нашу продукцию в других местах.
- Я уверен, вы останетесь довольны, - съежившись, пискнул биохимик.
- Фил, проводи грузчиков на склад, - поручила староста долговязому парню,
стоявшему у окна, с такой же пятнистой кожей, как и у тетки.
Засунув руки в карманы своей куртки, он неохотно направился к двери. Откуда-то из-за угла вынырнула тень, оказавшаяся худенькой девушкой с бледной кожей и золотистыми волосами. В руках она держала куклу.
- Сара, ты куда собралась? – мягким голосом спросила Найра. – Тебе лучше остаться дома. На улице слишком холодно.
Девушка, прижав куклу к груди, яростно замотала головой. Не говоря ни слова, она ткнула пальцем в сторону Фила.
- Хорошо, - вздохнув, согласилась Найра…
    

Фил привел нас к деревянному складу, рядом с которым крутился парень в рабочей одежде. Его теплая футболка с длинными рукавами и комбинезон были ярко-оранжевого цвета, из-за чего у меня зарябило в глазах.
- Пол, - обратился к нему Фил, - выдай заказ Кенжи и присмотри за Сарой. Я сейчас вернусь.
И он торопливо зашагал в сторону другого склада. Сара, усевшись на большой тюк соломы, начала играть со своей куклой, мурлыча себе под нос какую-то мелодию.
Пол открыл большие двери сарая и, попросив нас ждать, скрылся внутри. Через несколько минут он вывез на складском погрузчике несколько здоровенных ящиков.
- Где ваш транспорт? – спросил он.
- Около дома Найры, - ответил один из лаборантов.
- Так гоните его сюда.
Лаборант тут же направился к дому старосты, а Пол, поставив ящики на землю, снова скрылся в сарае. Пока он вывозил другие ящики и мешки, я не сводил глаз с Сары. Ее худоба, бледное и узкое лицо, большие навыкате глаза и утолщенная шея говорили о болезненности девушки. Но было в этой тихой фарфоровой статуэтке нечто такое, что притягивало взгляд.
Из раздумий меня вывел голос Пола:
- Она сумасшедшая, - сказал он, встав рядом со мной.
- Почему?
- Ее с детства одолевают галлюцинации.
- Это как?
- Она видит несуществующих людей, которые с ней разговаривают. Иногда очень громко, и тогда она закрывает уши. Но в основном Сара ведет себя тихо.
В этот момент подъехали наши автобусы, и мы начали заполнять их продуктами, большая часть которых состояла из мясных и рыбных консервов.
Закончив погрузку, я подошел к Саре.
- Привет, - сказал я. – Что делаешь?
Она как-то странно посмотрела на меня, но отвечать не стала. 
- Меня зовут Рой, - представился я.
Девушка продолжала упорно молчать.
- Сара, мне вот интересно, что тебе говорят люди?
- Какие люди? – внезапно произнесла она, продолжая возиться с куклой.
- Которых ты видишь.
- Ты говоришь загадками. Я каждый день общаюсь с большим количеством людей. О ком конкретно ты спрашиваешь?
- О тех, что видишь только ты и больше никто.
- Ах эти, - Сара отвлеклась от куклы и пренебрежительно посмотрела на меня. – Они говорят, что ты не тот, за кого себя выдаешь.
От ее слов я оторопел.
- Боюсь, что они тебя обманывают.
Сара скривилась:
- Это ты пытаешься обмануть самого себя. Моей будущей Империи не нужны такие подданные.
И она снова начала играть с куклой.
- Отойди от нее! – услышал я чей-то окрик.
Повернувшись, я увидал Фила с перекошенным от злости лицом и сжатыми кулаками. Подбежав ко мне, он зловеще прошипел:
- Никогда к ней не приближайся.
- А то что?
- Пожалеешь.
Пожав плечами, я отошел к автобусам…


Пока мы ехали обратно, я разговорился с одним из лаборантов, которого знал по общежитию - его комната находилась рядом с моей. Оказалось, что шесть лет назад он по заданию Кенжи провел в поселении около года и был неплохо осведомлен о жизни Минори.
- Знаешь, - сказал он, - Минори славится тем, что в этом месте собраны лучшие специалисты по земледелию и выращиванию домашнего скота.
- Я знаю об этом, но не понимаю, почему только они владеют самой плодородной землей во всем Барасо?
- Есть и другие плодородные земли. Их постоянно просят передать свой опыт и знания другим гражданам, но они отказываются. И в этом решении их поддерживают военные.
- А зачем Кенжи работают только с ними? С тем же успехом специалисты университета могли бы сотрудничать и с другими хозяйствами.
- Могли бы. Только Минори, в отличие от других, обладает технологией консервирования натуральных продуктов. К тому же они бесплатно поставляют нам продукты в обмен на наши разработки.
- Но, - попробовал я вставить слово.
- Не перебивай. Остальные хозяйства Барасо малы и не смогут обеспечить нас нужным количеством продуктов. Тем более что они производят в основном модифицированную или синтетическую пищу.
- В виртуалке можно найти рецепты по производству консервов.
- Ты прав. Но в продаже отсутствуют нужные добавки, влияющие на продолжительность срока хранения и вкус.
- Дай угадаю. Их тоже производят в Минори.
- Да. Поэтому они и чувствуют себя королями. Если разобраться, то сытость населения на девяносто процентов зависит от них. А найти других профессионалов такого уровня невозможно.
- А если переманить кого-то из них? 
Мой собеседник засмеялся:
- Думаешь, что никто не предпринимал таких попыток? Бесполезно.
- А откуда у них столько воды? Одни пруды чего стоят.
- Их земли граничат с Мертвым городом, а там много подземных рек.
- А с Найрой ты хорошо знаком?
- Относительно. Авторитарная, практичная, прирожденный лидер. Если я не ошибаюсь, она лет тридцать возглавляет поселение. Кстати, ее там все беспрекословно слушаются. У них послушание на уровне какого-то культа. Не будешь подчиняться, тебя ждет наказание.
- Какое?
- Серьезное. Я сам видел, как нарушившим правила Молимо языки отрезают и клеймят. То еще зрелище. Я еле дождался конца моего пребывания.
- А ее племянники?
- Сара - девочка со странностями, да и Фил от нее далеко не ушел – вспыльчив, воинственен, злобен, но сестру обожает. Им сейчас лет по двадцать. Не поверишь, но их считают двойняшками.
- Странно. Они сильно отличаются друг от друга. А где их родители?
- Не знаю. Поселенцы, как ты понимаешь, очень закрытые люди. Откровенничать не любят. Знаю только, что их воспитывала Найра. И еще. Что-то с ними не так. Не зря их охраняют военные, да еще заграждения по всей округе под напряжением…



Эпизод 17

В один из дней со мной связался Ворон. Я вышел с ним на связь в виртуальном Кенжи и по началу растерялся. Он был не один - его сопровождал Седой.
- Привет, - выдавил я из себя.
- Давно не виделись, - произнес Седой, усаживаясь за стол, заставленный пробирками.
- Как-то неожиданно, - промямлил я. – Что-то случилось?
- Нет. Просто решили повидаться, - с безразличием произнес Седой и взял в руки одну из пробирок. – Вот скажи, почему ты взял себе ник «Зоопарк»?
- Вы из-за этого сюда заявились? – удивился я.
- И все же, почему «Зоопарк»?
- Очень давно из-за призраков и странных животных, убежавших из секретных лабораторий, Сору стали называть Зоопарком.
- И что? – склонив голову набок, спросил Седой.
- Я считаю, что остатки нашей цивилизации – это один большой Зоопарк. Только наше существование ограничено не клетками, а теми жалкими кусками суши, на которых природа позволила нам выжить.
Седой с интересом посмотрел на меня и сказал: 
- Надо же. В наших рядах зетесался философ. Ладно. Ворон передал мне твою просьбу по поводу Троя Мура… Я поговорил кое с кем. Запутанная история. Его действительно подставили. И подставил его некий Саша Новак.
- Кто он такой? – не понял я, тщетно пытаясь вспомнить это имя.
- Саша известный пройдоха столицы. Знает обо всем и о всех. Его боготворят за те развлекательные шоу, что он устраивает и в виртуалке, и в реальности. Трой Мур чем-то привлек внимание Саши, и он решил завербовать парня в одно из своих шоу. Трой отказался, и тогда Саша решил спровоцировать ситуацию и подставить бедолагу. Он выяснил, откуда родом Трой, а когда узнал, что его отцом является Дик Мур, фантазия Саши разыгралась… Ты что так побледнел?
- Душно стало. Надо проветрить помещение.
- Мы в виртуалке, здесь не надо ничего проветривать.
На негнущихся ногах я медленно подошел к окну и, открыв одну из створок, сделал несколько глубоких вдохов. Не знаю почему, но у меня тут же закружилась голова, и я, чтобы не упасть, со всей силы вцепился пальцами в подоконник.  Подождав несколько секунд, я повернулся к Седому и сел на стоящий рядом табурет.
- Это точная информация? – глухо спросил я.
- Точнее некуда. Чипы все отслеживают и записывают. Продолжим. Зная, что вторая жена Дика собирается устроить очередную вечеринку, он сделал все для того, чтобы та позвала для обслуживания гостей выездной бар, который принадлежал дяде Троя.
- И как он мог подставить Троя в доме его отца? – задал свой вопрос Ворон, явно заинтригованный рассказом Седого.
- Дик оказался довольно интересным персонажем. Лет десять назад он стал управляющим компании, занимавшейся поиском любых ценностей и артефактов под водой. В короткие сроки Дик превратился в богатейшего человека. При этом три совладельца самой компании особо не разбогатели. Лет пять назад он полностью выкупил у них бизнес за мизерную сумму и нацелился на политику. Начал проталкивать идею единовластия над всеми землями. Так вот. Дик является крупным коллекционером утраченных ценностей, но особо любит драгоценные камни. У него дома хранятся редкие экземпляры самоцветов. Саша просчитал, что рано или поздно Трой пройдет мимо заветного хранилища Дика и не просчитался. И когда парень вошел в комнату-музей, Саша тут же сообщил хозяину дома, что кто-то собирается его ограбить. Саша очень надеялся, что Дик вызовет Службу безопасности, но тот спустился в комнату сам, что нарушило планы Саши. Тогда он решил убрать хозяина бара – дядю Троя. Разумеется, не своими руками. Он связался с его женой, представившись нотариусом, и наплел этой дуре, что ее муженек души не чает в своем племеннике и хочет в ближайшие дни переписать на его имя все свое имущество. Когда эта любительница кошек спросила, что может остановить это решение, Саша произнес только одну фразу: «Смерть владельца состояния». Женщина сначала пришла в ужас от одной только идеи убийства, понимая, что если докажут ее виновность, то тут же упекут за решетку, и тогда Саша предложил ей подставить виновника создавшейся ситуации. То есть Троя. Оставалось только выманить парня из дома, что он и сделал при участии пасынка. Результат оказался плачевным: владелец бара был убит собственной женой, а Троя, обвинив в убийстве, приговорили к смертной казне.
- Но ведь план мог не сработать, - возразил я. – Жена владельца бара могла передумать и не убивать мужа. К тому же, если вы узнали обо всем из записей чипа, то почему Саша и вдова еще на свободе?
- Риск был, но план сработал. Что касается Саши Новака, то расклад следующий: выдвинуть против него обвинение вряд ли кто решится. Его старший брат возглавляет Службу безопасности, а младшая сестра замужем за нынешним мэром. У этого человека все куплено. Он всегда получает то, что хочет. Тем или иным способом. Вдовушка сама стала объектом его шантажа. Саша вынудил женщину переписать бар на своего пасынка, пообещав, что в случае отказа ее разговоры и действия, записанные чипом, будут обнародованы, и ей будет уготована судьба племянника усопшего. Как-то так.
- Ничего себе! – воскликнул Ворон.
- Мерзота этот Саша, - выдавил я из себя. – Впрочем, они все хороши. Дик мог бы вытащить собственного сына из тюрьмы. Почему суду не была предоставлена информация с чипов?
Седой расхохотался:
- А зачем? – спросил он, отсмеявшись. – Лишний наследник никому не нужен. К тому же Трой не был чипирован и не смог бы доказать свою вину.
- Но его дядя имел чип, - возразил я.
- Ты прав, - согласился со мной Седой. – Только с информацией, которую передал чип, поработали купленные Сашей специалисты. И на ней видно лицо того, кто совершил убийство. И это лицо Троя Мура…    
Я схватился руками за голову.
- Не понимаю, чего ты так убиваешься? – спросил Ворон.
- Парня жалко, - пролепетал я в ответ. – Он никому ничего плохого не сделал, а ему жизнь поломали из-за прихоти подлеца.
- Заканчивай сопли распускать, - сказал Седой и, потянувшись, продолжил: - Я твою просьбу выполнил. Теперь твоя очередь. Что ты смог выяснить о Найре?
Я рассказал о моей поездке в Молимо. Седой внимательно слушал, а Ворон скучающе изучал лабораторию.
Закончив рассказывать, я поинтересовался:
- А не проще проследить за Найрой через чип?
- Ни у нее, ни у жителей поселения чипов нет. Я больше скажу: тем, у кого установлен чип, вход на территорию Минори запрещен, - ответил Седой.
- Ого! – только и смог выдавить я.
- Теперь следующее. Мне срочно нужны воспоминания, что хранятся в твоей голове.
- Мышка просила передать, что Сайк и Агата появятся в Кенжи только через неделю.
- Это долго, - сузив глаза, произнес Седой. –Учитывая, что ты не можешь вспомнить и половину из того, что хранится в твоих мозгах, то каждая минута дорога.
- Я всего лишь носитель и мне не всегда подвластна вся информация. Я вижу ее кусками, - принялся я защищать самого себя. - Неделя ничего не изменит. Как только объявятся Сайк и Агата, Мышка даст знать.
Было видно, как на скулах Седого заходили желваки. Он поднялся со стула и тихо сказал:
- Неделя, не больше.
После чего, глядя на Ворона, скомандовал:
- Уходим.
Тот тут же исчез из виртуальной лаборатории, а Седой, задержавшись, спросил:
- Кто ты такой, Рой Рум? Моя чуйка подсказывает, что ты не тот, за кого себя выдаешь.
- Не понимаю, о чем вы спрашиваете?
- Все ты понимаешь, - загадочно произнес Седой и, прежде чем выйти из виртуалки, добавил: - Через неделю увидимся…



Эпизод 18

Ко мне давно пришло понимание того, что Мышка каким-то образом связана со Службой безопасности, но спросить ее об этом напрямую не решался. Я помнил о том, что она не просто так решила работать именно в лаборатории профессора Ким Хорена.
Меня разбирало любопытство, что за секретные технологии разрабатывает этот человек, но я не знал, как или у кого мне это выяснить. И тут я вспомнил о кладбище в Сине, где можно было попытаться узнать кое-какую информацию. С трудом упросив секретариат дать мне разрешение на выезд из университета, я в ближайший выходной приехал в свой город. Попав на кладбище, я, увидав Рима в офисной части, оторопел от неожиданности, но, взяв себя в руки, подошел к стойке.
Мой брат, взглянув на меня, спросил со скорбным видом:
- Чем могу помочь?
- Я хотел бы навестить своего дальнего родственника. Фамилию не помню, но звали его Мигель. Он был поваром…
- Я сейчас уточню.
Брат что-то проверил на своем планшете и произнес:
- На нашем кладбище имеется только один усопший с именем Мигель. Уверен, он и есть ваш дальний родственник. Пройдемте со мной.
Мы прошли на вторую половину, и, пока брат подключал один из памятников, я, не удержавшись, сказал:
- Когда я был здесь последний раз, вы занимались уборкой.
- Меня совсем недавно перевели на должность администратора.
- Женаты?
Если вопрос и удивил Рима, вида он не подал:
- Нет. Да и куда спешить? Но подружка имеется.
- Здорово, - улыбнулся я.
- Вот подумываем с ней открыть собственное кладбище.
- Удачи вам, - пожелал я.
- Спасибо. Все готово. Можете общаться.
И Рим ушел.
Я сел напротив экрана. На нем, насвистывая какую-то мелодию, стоял Мигель и нарезал на доске овощи.
- Мигель, привет! Вы узнаете меня?
Повар глянул на меня и расплылся в широкой улыбке:
- Амиго! Ты пришел меня навестить?
- Можно сказать и так.
- Ты кто?
- Это не важно. Просто амиго. Вы случайно не знаете того, кто занимался вопросом переселения выживших на другую планету?
Мигель на мгновение задумался:
- Мне на ум приходит только один покойничек.
- Как его зовут?
- Знаешь, амиго, мне до тошноты надоело готовить только рыбу и овощи. Вот если бы у меня появилась возможность приготовить мясной или куриный рулет. Или творожную запеканку…
- Намек понял, - улыбнулся я и полез за гаджетом.
- Я бы и от новой кухни не отказался. Эта слишком устарела. Я тут перекинулся парочкой слов с одним бедолагой. Он мебель когда-то делал…
- Не наглейте, - перебил я повара.
Выбрав на сайте продуктовую корзину, я оплатил ее.
Мигель замер на мгновение и продолжил:
- Человека зовут, вернее звали - профессор Рассел Питерсон. Как по мне мерзкий старик. Во всяком случае, за виртуальные подарочки можно попробовать с ним договориться. Может, он посоветует кого-нибудь.
- Спасибо, Мигель за помощь.
Отключив повара, я набрал на сенсорном экране имя профессора. У меня выскочил целый список Расселов Питерсонов, но с приставкой «профессор» был один, и я нажал на вызов. На экране высветился кабинет с уймой книг и каких-то безделушек. На квадратном столе стоял допотопный компьютер, за которым сидел старик. Его лицо было пронизано глубокими морщинами, а губы плотно сжаты в тонкую линию. Посмотрев на меня в упор, старик проворчал:
- Я просил меня не беспокоить. Что на этот раз?
- Добрый день, профессор. Меня зовут Рой Рум. Я ищу тех, кто когда-то занимался вопросом переселения на другую планету. Если я обратился не по адресу, то не согласитесь ли вы подсказать имя того, кто может помочь.
- В чем именно? Вопросами переселения занимались многие. Не зная самого вопроса, как я могу кого-то посоветовать?
- Меня интересует следующее: где находятся корабли, в которых собирались или собираются эвакуировать определенную часть населения?
Старик откинулся на спинку кресла и громко расхохотался. Успокоившись, он, вытирая платком глаза, произнес:
- Вы с ума сошли? Какие корабли? Сто лет назад мы потеряли лучшие заводы и промышленные предприятия, необходимые для строительства космических кораблей. Когда спустя двадцать пять лет встал вопрос об эвакуации остатков людей на другую планету, в Кенжи собрали всех ученых, кого смогли найти. Один из академиков предложил поднять в воздух целый город. И тогда Томас Сарар поручил ученым разработать такую возможность. Это случилось семьдесят пять лет назад. Я тогда был очень молод. Мне было восемнадцать, но у меня был блистательный ум. Спустя пять лет я стал руководителем проекта. Все что нам удалось тогда создать - это защитный экран, позволявший не только дышать кислородом в космосе, но и отражать вредоносные лучи, кометы и прочий космический мусор.
- Какие города должны были покинуть Землю?
- Насколько я помню, их было три или четыре. Только городами их тогда сложно было назвать.
- Почему не захотели взять с собой другие города или поселения? Ведь их наверняка было больше.
- У нас не было нужного объема золотой пыли.
- Для чего?
- Для покрытия тех самых защитных экранов.
- Но людей из других поселений можно было бы тоже взять с собой, разместив их в улетающих городах.
Ухмыльнувшись, профессор покачал головой:
- Законы физики никто еще не отменял. У взлетающего поселения должен быть определенный вес. Даже в выбранных Томасом городах населения оказалось больше, чем мог поднять город-корабль. Помню, что тогда придумали массу причин, чтобы избавиться от лишнего человеческого балласта. 
- Что можно сделать, чтобы никто никуда не улетел?
Профессор, прикрыв глаза, помассировал пальцами виски.
- Зачем что-то делать? Никто и так никуда не улетит, - тихо произнес он.
- То есть?
- Эта задачка оказалась нам не по зубам. Мы поняли это практически сразу, но продолжали делать вид, что работа идет полным ходом. Многие просто жили мечтой о другой планете.
- И как вы собирались выкрутиться из этой истории?
- Один из программистов предложил погрузить всех жаждущих в искусственный сон, после чего подключить их к виртуальной реальности. Находясь в ней спящие бы считали, что они летят к другой планете.
- И как бы вы объяснили необходимость погружения в стазис?
- Да той же необходимостью безопасности, лучшей переносимостью полета и прочей обоснованной ерундой.
- И что случилось? Почему эта придумка не сработала7
- Пока был жив Томас, он поддерживал иллюзию отлета.
- Он был в курсе вашего вранья?
- Конечно. Он и поддержал предложение программиста. Но случилось несчастье. Томаса убили, а нашу группу предал один молодой и бездарный студент – любимчик одного из профессоров. Он сдал нас Службе безопасности, которая к тому времени получила в руки большую власть.
- Что случилось с вашей группой ученых?
- Некоторые выкрутились и продолжили работу в Кенжи. Остальные пропали. Я не знаю, где они. Кстати, тот студент, что нас предал, спустя время стал ректором Кенжи.
- А программист? Он жив?
- Нет. Он умер. Но перед смертью оставил программу своему сыну.
- Да ладно… А вы откуда знаете?
- Мы с ним как-то общались. Он тоже здесь захоронен.
- Прошу вас, назовите его имя. Это очень важно.
Профессор грустно посмотрел на меня:
- Прошло столько лет. Я не помню, но вы можете узнать его имя у внука.
- И где мне его найти?
- Здесь. Ему принадлежит это кладбище. Как же его имя… забыл.
- Алик, - подсказал я… 


Алика на месте не оказалось. Одна из сотрудниц подсказала, что он находится в виртуалке.
- А где конкретно? – поинтересовался я.
- Сегодня пятница, - задумчиво произнесла девушка, - значит, он на скачках.
Поблагодарив ее, я поспешил к ближайшему Центру виртуальной реальности. Заплатив нужную сумму пребывания на Ипподроме, я, оказавшись там, стал искать глазами Алика. Людей, делающих ставки, было немало, поэтому мне понадобилось минут десять, прежде чем я увидал его.
С трудом протиснувшись сквозь толпу болельщиков и игроков, я похлопал его по плечу.
Алик обернулся, и я оторопел. От милого хозяина кладбища, с которым я общался, не осталось и следа. Передо мной стоял мужчина с перекошенным лицом и злющим взглядом.
- Проигрался? – предположил я.
- Тебе какое дело, – прошипел Алик. – Мы знакомы?
- Были когда-то.
- Я с пятнистыми не общаюсь. Из принципа.
И Алик отвернулся.
- Разговор есть, - сказал я ему. – Отойдем в сторону. Здесь слишком шумно.
- Мужик, отвали, - зло бросил Алик. – Или я пожалуюсь на приставание.
Я отошел на три шага назад. Проблем с админами я не хотел.
Где-то через час Алик покинул виртуальный Ипподром, и я последовал за ним…


Алик быстрым шагом шел по узкой улочке. Я несколько раз пытался его окликнуть, но он делал вид, что не слышит меня и лишь ускорял шаг. Мне это так надоело, что я, догнав Алика, схватил его за руку выше локтя и с силой повернул к себе:
- Понимаю, что ты сегодня не в духе, но мне очень нужно поговорить с тобой по поводу программы, которую оставил тебе отец.
- Ты кто? – нахмурившись, спросил он.
- Это не важно. Но профессор Рассел Питерсон, работавший с твоим дедом, рассказал, что у тебя должна храниться одна программа.
Алик молча смотрел на меня. Наконец он произнес:
- Не понимаю, о чем ты говоришь, мужик. Мой дед умер еще до моего рождения, а отец, когда я был ребенком. Подумай, что он мог оставить на хранение пятилетнему мальчишке? Тем более, о какой программе идет речь? Он был служащим кладбища, которое теперь принадлежит мне.
- Может, твоя мать знает?
- Она скончалась при родах. Меня воспитывали чужие люди.
- Ясно. А у тебя остались какие-нибудь вещи отца?
Алик пожал плечами:
- От него осталась только одна игрушка – маленький допотопный робот.
- Где он?
- Дня четыре назад я выкинул его на свалку. Переезжал в другое место и выбросил все старье.
- Где находится свалка?
- Около моего дома, - и Алик назвал адрес.
Пожав ему руку, я со всех ног помчался по указанному адресу…


Отыскав на свалке человека, который руководил бригадой мусорщиков, я наврал ему что-то про бывшую жену, выбросившую ценную, как память, игрушку-робота.
Бригадир отвел меня в свой офис, влез в компьютер и начал по нему что-то изучать.
- Ага, - сказал он через несколько минут, - игрушки роботов находятся во втором секторе. Самый последний робот поступил к нам как раз четыре дня назад. Пока не утилизирован.
Он взял в руки микрофон и, поднеся к губам, произнес:
- Саймон, в твой сектор четыре дня назад поступил робот. Принеси его в офис.
Спустя пять минут появился мусорщик с игрушкой. Передав мне робота, Саймон ушел.
- Твой? – спросил бригадир.
- Мой, - соврал я еще раз, так как понятия не имел, как выглядела игрушка на самом деле.
Попрощавшись, я покинул свалку и отправился на автобусную остановку, откуда собирался вернуться в Кенжи…
 


Эпизод 19

Добравшись до университета, я сразу помчался к Мышке. Она меня внимательно выслушала, и мы вместе вскрыли робота. Внутри игрушки лежал небольшой ключ.
Я осторожно взял его в руку и посмотрел на Мышку:
- Отчего он может быть?
Мышка в ответ лишь пожала плечами.
- Скорее всего, он должен открывать дверь, - предположил я.
На что Мышка ехидно заметила:
- А еще сотню разных предметов, не имеющих отношение к двери. Кстати, завтра приезжают Сайк и Агата. Так что готовься, они избавят тебя от чужих воспоминаний.
- Свяжись с Вороном. Только не говори ничего о ключе.
Рано утром в Кенжи появились долгожданные гости. Мышка отвела нас в старое крыло одного из зданий и, прежде чем запереть, предупредила:
- Я вас закрою. Это здание давно пустует, и его облюбовали влюбленные парочки. Так что спокойно занимайтесь своими делами. Вернусь через пару часов.
- А что по поводу Ворона? – спросил я.
- Я оставила сообщение, но ответа не получила, - ответила Мышка.
И, махнув рукой, она убежала.
- Не будем терять время, - сказал Сайк и направился по длинному коридору.
Мы с Агатой последовала за ним.
Около одной из дверей Сайк остановился и, открыв ее, вошел внутрь. 
- Ну что же, Рой, я так понял, что Седой достал тебя? – спросил он, когда я перешагнул через порог комнаты.
- Есть немного, - подтвердил я, рассматривая помещение, уставленное разнообразным оборудованием. – А что это за место?
- Одна из бывших лабораторий. Мы с Агатой бывали здесь, когда учились в Кенжи.
Сайк освободил один из столов и начал вынимать из своей сумки знакомые мне гаджеты.
- Кстати, - сказала Агата, – при процедуре тебя может тошнить.
- Но в прошлый раз никакой тошноты не было.
- Сожалею, но при изъятии инфы такое бывает. Поэтому я и ставлю тебя в известность. Садись на стул.
Я послушно сел. Как и тогда, Агата смочила мне виски, шею и ладони тягучей жидкостью, нацепила датчики и встала за моей спиной. Сайк сел напротив меня и начал что-то быстро набирать на своем планшете. Минуты через две он попросил:
- Рой, теперь глубоко вдохни и начинай медленно выдыхать.
Я закрыл глаза и сделал все, как он велел. У меня закружилась голова и к горлу подступила тошнота.
- Сейчас станет легче, - раздался за моей спиной голос Агаты.
И правда, постепенно тошнота отступила, и мне стало лучше.
- Готово, - сказал Сайк.
Я медленно открыл глаза и посмотрел на него.
- Кто теперь станет носителем информации? – спросил я.
- Никто. Она будет находиться в специальном хранилище, - ответил Сайк и кивком показал на довольно громоздкий шкаф, стоящий около окна.
- Здесь? – недоуменно спросил я.
- Ага. Думаешь, Мышка случайно привела нас сюда?
- Не знаю.
- Я ее попросил. В этом хранилище огромный объем памяти.
- А почему в прошлый раз ты сразу не загрузил в него информацию?
- Не был уверен, что хранилище все еще находится здесь, а времени было в обрез. Как ты?
- Нормально.
- Между прочим, - подала свой голос Агата, - пятьдесят лет назад носителей после извлечения информации убивали.
- Зачем?
- Чтобы они не разболтали о том, что хранилось в их головах.
- И они об этом знали?
- Нет.
- Странный подход. Они могли бы разболтать инфу и в статусе носителей.
- За ними всегда присматривали и не оставляли в одиночестве. А сейчас посиди тихо. Мы с Сайком тоже должны избавиться от посторонних воспоминаний.
Когда все закончилось, брат с сестрой начали укладывать гаджеты в сумку.
- Могу я задать тебе вопрос? – спросила меня Агата. – Откуда у тебя ключ от вычислительной системы?
- От чего? – спросил я.
- Ключ на шее, - подсказала Агата. – Такими запускали старинные вычислительные системы. Я подобные ключи только в виртуалке видела.
Сайк подошел ко мне и, взяв пальцами продолговатый ключ, который я повесил себе на шею, спросил:
- Действительно, откуда?
- Нашел в одной игрушке, - ответил я, - только думал, что он дверь открывает.
Агата прыснула со смеху, а Сайк произнес:
- Ну-ка, пойдем со мной.
И он, захватив сумку, вышел из лаборатории…


Сайк привел меня в подвальное помещение. На дисплее металлической двери он набрал код, и двери с лязгом открылись. Перед моим взором предстала комната с большим экраном на стене и пультом управления напротив него. Пульт был настолько велик, что за ним легко могло уместиться человек десять.
Поставив на пол сумку, Сайк уселся на одно из вращающихся кресел и, взглянув на меня, сказал:
- Ключ.
Сняв с шеи шнурок, я, передав его Сайку, сел в соседнее кресло.
Сайк, вставив ключ в углубление пульта, повернул его. Пульт ожил, и на нем загорелись сенсорные кнопки. Ожил и экран на стене.
- Это и есть вычислительная система? – поинтересовался я.
- Да. Ей лет сто, не меньше. Судя по той информации, что я вижу, это старый аналог виртуальной реальности. Хорошая, но довольно устаревшая версия. Интересно, кому понадобилось хранить ключ в детской игрушке?
Подумав немного, я рассказал Агате и Сайку о том, что узнал на кладбище. Когда я закончил, Агата произнесла:
- Я поддерживаю Сайка. Эта версия не годится для того, чтобы заменить людям жизнь. Хотя… как временный вариант подойдет. Только сомневаюсь, что в этой авантюре есть хоть какой-нибудь смысл. Современная виртуалка и так дает все, что нужно человеку, кроме еды и питья, без которых пользователь долго не просуществует. А их имитация никого не насытит. В любом случае человеку придется возвращаться в реальность, но чтобы в ней была пища, ее надо взрастить и приготовить. Так что единственное, что может бесконечно жить в виртуалке – это твоя собственная имитация или память…
- Что с успехом используется на кладбищах, – задумчиво произнес я.
- Да, - подтвердила Агата.
Дверь с грохотом распахнулась, и мы, вздрогнув, обернулись. На пороге стоял Седой.
- Отлично, - процедил он сквозь зубы. – Что с информацией?
- Вынули, - растерянно произнес Сайк и посмотрел на меня.
- Мышка сказала, что вы с Вороном не выходили на связь…
- Он не получил ее сообщения, - перебил меня Седой. – Но чуйка у меня работает…
Мы вернулись в лабораторию, где Сайк включил специальное устройство. Запись тех воспоминаний, о которых я уже докладывал Ворону и Седому, была еще ничего. Информация была рваной, но ее можно было и рассмотреть, и расслышать. В остальном зрительный ряд воспоминаний пропал полностью, а звук все время трещал так, что разобрать что-либо было крайне тяжело. Единственное, что мне удалось понять из последних десяти минут записи было: «…Молимо… подземные туннели… цивилизации… сговор… другие земли».
Когда запись стихла, Сайк выключил устройство и вопросительно посмотрел на Седого.
- Это все? – раздраженно спросил тот.
- Да.
- Почему последняя часть такого качества?
- Мы скачивали информацию из памяти мертвого человека. Вот и результат.
- Я из-за этого видел все кусками? – предположил я.
- Скорее всего.
Седой, нахмурившись, сложил за спиной руки и вышел из комнаты…



Эпизод 20

Центр Мертвого города располагался на возвышении, благодаря чему его, в отличие от низменных районов, не затапливало раз в месяц. Поэтому, как оказалось, вся жизнь концентрировалась именно здесь. Для меня стало откровением, когда я узнал, что в городе проживает около ста человек.
Мертвый город славился своими подземными туннелями, находившимся в довольно хорошем состоянии. Их обожали сталкеры, ученые и одиночки-любители острых ощущений. Поговаривали, что в туннелях спрятаны невиданные богатства, охраняемые призраками и мутантами.
Лично меня туннели не интересовали. Интересовало кладбище, где хранились воспоминания тех граждан, о которых просто решили забыть.
Кладбище было обустроено в здании бывшей часовни, и за ним присматривала пожилая пара. Когда я вошел в часовню, старушка-смотрительница даже не взглянула на меня, продолжая вязать на спицах. Ее муж мирно посапывал рядом. У противоположной стены стояли пять плит. Никаких цветочных композиций перед ними не было и в помине.
Я сел около одного из памятников и ввел нужное мне имя. Через пару секунд на плите появилась фотография моего дяди.   
- Привет, - тихо сказал я. – Это я - Трой.
- Трой? – услышал я обрадованный голос дяди. – Что с твоим голосом?
- Простыл, вот и гнусавлю. Почему ты здесь?
Послышался вздох, и дядя ответил:
- Не знаю. Видимо, моя жена была счастлива забыть обо мне. Ей достались все мои средства, а она не захотела похоронить меня достойно.
Он снова вздохнул.
Изначально я не хотел посвящать его в ту историю, что произошла в его баре, но, не удержавшись, спросил:
- Дядя, а ты помнишь, что с тобой произошло?
- А что со мной произошло? – удивленно спросил он.
- Тебя убили. Ты можешь сказать, кто это сделал?
- Меня убили?! – воскликнул дядя. – Трой, я лег спать и все… Скорее всего, подвело сердце. Оно у меня давно пошаливало… Как поживает мой бар? Надеюсь, моя дура его не продала.
- Не знаю. Я больше не живу в Сараре.
- Жаль. Ты лучше о себе расскажи.
- Особо нечего рассказывать.
- Как твой отец?
- Понятия не имею, дядя. Ты его знал лучше меня.
- Мы с ним не ладили последние несколько лет. Когда он разбогател, в нем проснулась жажда власти. Дик стал мечтать о том, чтобы править всем Барасо. Однажды, он заявился в мой бар и, напившись, начал нести какой-то бред.
- Какой именно?
- Что очень скоро Барасо будет править не Совет мэров и старост, а один единственный человек, как Томас Сарар. Дик тогда сказал: «Это решенный вопрос, и я займу эту должность». Я тогда рассмеялся и ответил, что жестокий, злопамятный, высокомерный, и лживый человек не должен править человечеством.
- А он что?
- Разорался, а после изрек фразу: «Миром правит тот, кто кормит народ». 
- Не понимаю, при чем здесь еда?
- А что здесь понимать? Ты не задавался вопросом, почему в Барасо только одно единственное поселение, глобально занимающееся продовольствием?
- Ты о Минори?
- О ком же еще.
- И почему?
- Потому что другие плодородные земли умышленно окисляют, чтобы на них ничего не росло. Дик вступил в союз со старостой. С Найрой. Только она может кормить все Барасо. И если какой-нибудь город посмеет ослушаться, то его граждане лишатся еды. Найра просто не продаст им ни-че-го.
- Но есть перекупщики.
- Не смеши меня, Трой. Даже самый изворотливый перекупщик не сможет прокормить многомиллионный город.
- А как же маленькие хозяйства?
- Это капля в море. Слушай, Трой, перевези меня на кладбище Сины. Там хотя бы твоя мать сможет меня навещать. А то я здесь совсем один. Моя «любимая» женушка ни разу меня не навестила. Вот и верь потом в любовь. Перевезешь?
- Перевезу, - пообещал я. – И обязательно куплю тебе виртуальный бар с посетителями.
Дядя всхлипнул:
- Это, наверное, дорого.
- У меня есть деньги.
И я, отключив памятник, поспешил к выходу…
 

Шагая в сторону остановки автобуса, мне было жутковато от одного осознания, что где-то здесь бродят призраки. Когда рядом мелькнула чья-то тень, я, поежившись, прибавил шаг. Заметив автобусный мобиль, дожидавшийся пассажиров, я, боясь, что он уйдет без меня, помчался к нему со всех ног. Нырнув в салон, я плюхнулся на сидение, после чего выдохнул с облегчением.
Кроме меня в мобиле сидели двое: пожилая женщина и молодой человек. Водителя на месте не было.
- Не знаете, когда мы поедем? – спросил я у пассажиров.
Старуха проигнорировала мой вопрос, а парень сказал:
- Водитель сам решает, когда ехать. Мы здесь минут двадцать сидим.
- Ничего себе, - удивился я. – А куда он делся?
- Я видел, как он заходил в лавку, - ответил парень и ткнул пальцем в сторону вывески на соседнем доме.
Кивнув головой, я задал следующий вопрос:
- Вы отсюда?
Парень отрицательно покачал головой.
Чтобы поддержать разговор, я сказал:
- Не представляю, как местным не страшно жить среди призраков?
На этот раз голос подала пожилая женщина:
- Призраки под землей обитают, а если и появляются из туманного дома, то к людям не подходят.
- Туманного дома? – переспросил я.
- Да. Есть здесь одно строение. Оно постоянно окутано туманом. Призраки там бродят.
- А монстры?
- Монстров давно не было видно, а раньше они частенько выползали.   
- Надо же, -  сказал я.
Посидев еще, я вышел из автобуса, решив зайти в лавку и поторопить водителя.
Не успев сделать и нескольких шагов, я подвергся нападению. Ко мне подбежали сзади, накинули на голову мешок, после чего, подхватив меня под руки, поволокли куда-то прочь. Я даже не стал сопротивляться…



Эпизод 21

Я сидел на толстой трубе в каком-то полутемном помещении и в упор смотрел на Сару, которая, прижав к себе старую растрепанную куклу, что-то мурлыкала себе под нос. Рядом с ней стояли несколько вооруженных парней. Фила среди них не было.
Набравшись смелости, я спросил:
- Зачем вы меня похитили?
Сара перестала мурлыкать и ответила:
- Парни ошиблись. Нам нужен был другой, а тут ты вышел из автобуса.
- Тогда отпустите меня.
- Зачем? Тебе с нами плохо? Мы классные ребята и с нами весело.
- Нисколько не сомневаюсь, но я не привык к тому, что в меня кто-то целится. Попроси своих «классных ребят» хотя бы опустить оружие.
- Не могу. А вдруг ты сбежишь?
- Не сбегу. До Кенжи далеко, а личного мобиля у меня нет. Так что я буду тихо здесь сидеть. Чем угодно могу поклясться.
- Даже так? – Сара подняла куклу перед собой и сказала, обращаясь к ней: - Ты слышала? Он может поклясться. Интересно, чем? Но мы ему не верим. Правда?
Она чмокнула куклу в щеку и снова прижала ее к себе.
В этот момент в помещение вошел Фил. За ним следовали двое парней, тащившие явно тяжелый ящик.
- Наконец-то, - воскликнула Сара, заметив брата. – Почему так долго?
- Случайно свернули не в тот туннель.
- Принес?
- Да.
Парни поставили на пол ящик и отошли в сторону. Сара медленно приблизилась к ящику и спросила брата:
- Ты его открывал?
- Да, - ответил он. – Все емкости в порядке.
- Сколько там еще ящиков?
- Целый вагон. Хватит на всех. Так что теперь нам больше ничего не мешает осуществить наш план.
- Отлично, - широко улыбаясь, сказала Сара. - Наше время пришло. Прикажи парням вытолкать вагон наружу.
- Это будет не так просто сделать, - возразил Фил. – Рельсы и колеса ржавые…
- Что предлагаешь?
- В одном из соседних туннелей есть несколько вагонеток. Они легче. Предлагаю перевезти груз в них.
- Сколько потребуется времени, чтобы поднять все на вверх? – не унималась Сара.
- Не знаю. Два – три дня. Куда спешить?
- Хорошо. У нас пленник, но это не наш беглец. Парни перепутали и схватили другого. А этого нужно убить. Он много что слышал и может разболтать.
Фил подал знак, и ко мне подошли двое парней. Один из них ткнул в меня дулом автомата, и я завопил что есть мочи:
- Фил! Ладно, твоя сестра безумна, но ты умный человек. Я могу еще пригодиться.
Сара захохотала и захлопала в ладоши, а Фил подошел ко мне.
- Откуда ты знаешь мое имя? – спросил он.
- Я приезжал к твоей тетке за продуктами. Я из Кенжи и работаю там лаборантом. Помнишь?
Фил задумчиво почесал макушку:
- Что-то припоминаю. Скажи, ты имеешь доступ на кухню университета?
- Никогда в ней не бывал. Но если надо…
Не отводя от меня глаз, Фил сказал:
- Сестренка, этот парень нам еще пригодится. Мы как раз искали своего человека в Кенжи.
Надув губки, Сара не спеша подошла к нам.
- Уверен? – спросила она брата.
- Ага, - ответил тот. – Он и выполнит за нас всю работу.
- Не нравится он мне, - Сара прижала голову к плечу брата. – Боюсь, растреплется своим дружкам.
- У меня нет друзей, - поспешил заверить я. – Была пара знакомых, но их уволили. А что я должен сделать?
- Кое-что, о чем тебе знать пока не нужно, - ответил Фил. – Сейчас мои парни отвезут тебя в Кенжи. Попробуешь распустить язык, мы тебе его отрежем…
- Советую прикрепить к нему устройство, - сказала Сара.
- Я бы с удовольствием, но оно разрядилось.
- Что за устройство? – разволновался я.
- Маленькое, компактное. Крепится на грудной клетке, - тихо сказал Фил. – И в случае неповиновения бьет разрядом. Так что ты везунчик.
- Что-то раньше не замечал, - угрюмо сообщил я.
- Твой ник в виртуалке?
- Зоопарк.
- Я найду тебя, пятнистый…



Эпизод 22

После того, как парни Фила привезли меня в Кенжи, прошло три дня. Все это время я не находил себе места и нервничал до дрожи в руках.  На этой почве я даже разбил несколько пробирок, мензурок и бутылок. Профессор Ким Хорен пригрозил, что если я уничтожу хоть еще одну склянку, он лишит меня зарплаты.
И я начал подумывать о том, чтобы все бросить и вернуться в Сину, где меня не станут шантажировать безумные племянники Найры, которые явно затевали что-то плохое.
Как назло, Мышка укатила куда-то с Агатой. В виртуалке она была недоступна, и я не знал, с кем мне посоветоваться. И тогда я решился на шаг, на который в обычных обстоятельствах не пошел бы никогда. Через виртуальную приемную я связался со Службой безопасности.
Оказавшись в абсолютно пустой белой комнате без окон и дверей, я, поежившись, громко произнес:
- Меня зовут Рой Рум. Меня кто-нибудь слышит?
Мне ответил женский голос:
- Ожидайте.
Мое ожидание продлилось минут пять, после чего все тот же голос произнес:
- Какой у вас вопрос, Рой?
- Мне нужен один ваш сотрудник. У меня для него есть очень важная информация, - пролепетал я в ответ.
- Вы можете оставить свою информацию. Она обязательно попадет к тому, чье имя вы назовете.
У меня вспотели ладони, но я решил настоять на своем:
- Нет. Мне надо лично сообщить важную информацию.
После минутного молчания женский голос произнес:
- Назовите полное имя сотрудника Службы.
- Я не знаю его реального имени. Я знаю его под ником «Седой». И могу описать: невысокий, возраст… около сорока, волосы абсолютно седые, работает с информаторами.
- Вы его информатор?
- В некотором роде.
- Ждите.
На этот раз ждать пришлось минут сорок. Седой появился передо мной в тот момент, когда я, сидя на полу и подпирая спиной стену, размышлял о правильности обращения в Службу.
- Ты с ума сошел? – налетел на меня Седой. – Какого черта ты сюда заявился?
- А что еще мне оставалось делать? – спросил я, поднимаясь с пола. - Ворон на связь не выходит. Я несколько раз пытался с ним связаться. А у меня очень важная информация.
Седой набрал что-то на ручном дисплее, и мы с ним оказались в помещении, где нас окружила прозрачно-голубоватая вода, в которой среди разноцветных кораллов и подводной зелени плавали пестрые рыбы. Посередине этой идиллии стояла длинная резная скамья.
- Садись, - приказал Седой.
 Я уселся на скамью.
- Что хочешь сообщить? – спросил он. – Здесь можешь говорить свободно. Я создал это место для общения с информаторами. Через эту толщу воды нас никто не подслушает. 
Я рассказал ему о беседе с дядей и встрече с Филом и Сарой. Пока я говорил, Седой, заложив руки за спину, расхаживал вокруг скамьи. Как только я закончил, он остановился и задумчиво произнес:
- Интересная вырисовывается картина. Дик Мур заключил с Найрой сделку, дающую ему возможность получить власть над Барасо. Вопрос: что он пообещал за это Найре?
- Пожизненное управление Минори?
- Это вряд ли. Найра женщина умная и понимает, что Дик не сдержит своего обещания. Здесь что-то другое. А вот что? Неужели шантаж?.. Очевидно одно: Фил знает не только о том, где находится система, но, по всей видимости, нашел и ракеты. Как мы с Вороном проглядели схрон?
- Там много туннелей, - напомнил я.
- Это верно. Но, как я понял, Фил со своими парнями обнаружил еще и какие-то ампулы… Есть у меня большое подозрение, что в них может находиться вирус.
- Но им-то он зачем?
Седой сел рядом со мной:
- Я больше чем уверен, что Найра сама хочет управлять Барасо. Ей достаточно будет уничтожить зажравшихся граждан столицы и ученых в Кенжи.
- Но как?
- Поместив вирус в консервы.
- Да, но зачем ей избавляться от ученых?
- Это правильно поставленный вопрос. Не знаю. Но моя чуйка говорит именно об этом.
- А что мне теперь делать? Я безумно боюсь этого пятнистого парня.
Седой с удивлением посмотрел на меня:
- Ты тоже пятнистый, Рой.
- И что? Я же не стремлюсь отправить людей к праотцам. Мне кажется, он тоже с большой придурью, как и его сестрица.
- А разве ты не знаешь, что у всех пятнистых большие проблемы с психикой?
К такому повороту я не был готов, так как абсолютно ничего не знал об особенностях пятнистых. Их было немало, но жить они старались обособленно, небольшими поселениями. И хотя к ним относились нейтрально и старались не трогать, они обязательно устраивали какой-нибудь скандал, порой доходивший до драки. Еще я знал, что мало кто из пятнистых доживал до пятидесяти лет.
- У Сары нормальная кожа, но при этом с головой она тоже не дружит, - буркнул я.
Седой покачал головой и продолжил развивать тему:   
- Согласен, но ее проблема с психикой из другой области, а у пятнистых из-за выпавшей хромосомы. Странно, что ты не в курсе.
Он внезапно ущипнул меня за руку. От неожиданности и болезненности щипка я ойкнул и начал тереть руку. Седой ехидно ухмыльнулся:   
- Поздравляю, ты не прошел тест.
- Какой тест? – возмущенно спросил я.
- Дело в том, что пятнистые не чувствуют боли и голода. А тебе было больно. Да и поесть ты любишь. Мне Мышка рассказывала.
- Это не показатель, - возразил я.
- Пятнистые могут не спать сутками, а самое главное, у них нет страха. Я внимательно наблюдал за тобой. Ты трусоват от природы.
- А если я исключение из правил? Урод среди пятнистых?
- Нет. Ты не урод.  Ты просто не тот, за кого себя выдаешь. Предположу, что ты каким-то образом изменил свою внешность.
- Докажите.
- Докажу, если захочу. А еще моя чуйка подсказывает, что ты и есть тот самый Трой Мур.
Я почувствовал, как краска стыда заливает мое лицо. Интересно, это видно на пятнистой коже?
- Вы меня арестуете? – дрожащим голосом спросил я.
- Если ты этого жаждешь, - ответил Седой.
- Нет!
- Тогда тебе придется послужить этому миру и, возможно, стать героем.
- Как?
- В самое ближайшее время Ворон свяжется с тобой. И не вздумай сбежать - из-под земли достану…



Эпизод 23

Я обожал свой виртуальный кабинет и практически каждый вечер посещал его просто так. Мне было в нем спокойно и уютно. Еще несколько лет назад я, листая старинный виртуальный журнал, увидал в нем фотографию и тут же решил, что мой кабинет должен выглядеть точно так же.
Вот и сегодня после работы я вошел в личный кабинет и, усевшись за массивный деревянный стол из красного дерева, с наслаждением вытянул под ним ноги. Посидев так несколько минут, я поправил на столе чернильницу с белоснежным пером, затем проверил, идут ли настенные ходики, полюбовался картиной, висевшей на противоположной стене, и только после этого посмотрел в окно, чуть прикрытое тяжелой гардиной. За ним виднелся сад с ажурной беседкой, увитой диким виноградом.
Зевнув, я решил проверить свою почту.
Облокотившись о стол, я, подперев кулаком щеку, сказал:
- Новые сообщения.
Их оказалось два. Одно было от Фила. Он появился перед моим столом с недовольным выражением лица и сухо произнес:
«Будущей Императрице нужны верные и сильные подданные. Мы собираем их по всей земле Барасо. Ты, Рой, подходишь нам и поэтому обязан прибыть в Минори, чтобы дать присягу верности, после чего получишь задание. Ты можешь привести с собой несколько преданных лично тебе людей. Каждый из них получит продуктовый паек: сухари, консервы, яйца. Все натуральное. И ты тоже. Итак, в эту субботу около ворот Минори тебя будет ждать один из подданных Императрицы. Пароль: «Победа или смерть». Время прибытия десять утра».
Я еще раз прослушал Фила, после чего перешел ко второму сообщению. Оно было от Ворона:
«Надо встретиться. Предлагаю в эту субботу. В девять. Не забудь предупредить Мышку. Она тоже нужна».
Прикрыв глаза, я включил пение птиц. Минут чрез двадцать я записал сообщение Ворону и, отправив его, покинул кабинет…
 

На следующее утро с головной болью я вышел на работу. Где-то через час я понял, что ничего не соображаю и, дождавшись, когда профессор Ким Хорен ушел читать лекцию студентам, направился к медикам. Там мне дали выпить какой-то порошок и посоветовали массировать виски каждые пол часа.
Вернувшись в лабораторию, я наткнулся на Мышку. Увидав мою кислую физиономию, она спросила:
- Тебя что так скривило?
- Голова дико болит, - ответил я. – И еще. В субботу ты, я и Ворон едем в Минори.
- До субботы еще дожить надо, - сказала Мышка. – А в Минори ты должен быть завтра.
- Зачем? – удивился я. - У нас все кладовые забиты продуктами. Я сам видел.
- Ты поедешь туда с профессором Купером. У него там какие-то дела и ему нужен помощник. Он-то и просил тебя предупредить.
- А профессор Хорен знает?
- Он в курсе.
- Ладно. Не забудь насчет субботы…


Ровно в полдень мобиль привез нас с профессором в Минори. Вытащив из багажника две тяжеленные сумки, я потащил их на второй этаж лабораторного корпуса. Поставив их около стола, я спросил профессора:
- Что теперь?
- Жди меня в мобиле или пойди погуляй. Я пробуду здесь около двух-трех часов, а затем обратно в университет. Жаль, что сегодня не воскресенье.
- А что бывает в воскресенье? – заинтересовался я.
- Здесь проводят экскурсии для всех желающих. Бывает, не протолкнуться.
- Профессор, а можно я в лаборатории вас подожду? Я буду тихо сидеть.
- Не могу, Рой, у них строгие правила.
- А виртуалка здесь имеется? – с надеждой в голосе спросил я.
- Есть, только глючит постоянно. Я никогда ей не пользовался, но кто-то мне рассказывал.
- Откуда в нее входят?
- Спроси у администратора.
И он начал распаковывать сумки.
Я спустился на первый этаж здания и подошел к стойке администратора. За ней стоял невзрачный парень в круглых очках.
- Привет, - сказал я, изучая бигуди, накрученные на его редкие волосенки. – Это сейчас такая мода?
- Нет. Просто я очень кудрявый. Бигуди помогают мне выпрямлять волосы, - ответил он.
- Понятно, - задумчиво произнес я.
- Вам что-нибудь подсказать?
- Да. Где у вас здесь Центр виртуалки?
- Какой там Центр, – усмехнулся парень. – Есть несколько кресел в производственных корпусах, но вас туда не пустят. Еще имеется пара кресел в поселении, но ими особо никто не пользуется.
- Почему?
- Работы много. Некогда. Раньше ими племянники старосты пользовались, а потом она им более крутые приобрела.
- Где они стоят?
- Дом старосты знаешь?
- Был один раз.
- Отлично. Они там. У них отдельный вход с противоположной стороны… 


Попав в помещение, где стояли вожделенные кресла, я сразу понял, что сюда кто-то недавно заглядывал. Это было видно по толстому слою пыли, который лежал везде, кроме одного из кресел.
Я уже собирался было погрузиться в виртуалку, как за стеной услышал приглушенные голоса. Меня, как всегда, разобрало любопытство, и я прижался ухом к тонкой перегородке стены. Слышимость в разы улучшилась. Разговаривали двое: Найра и мой отец. Я сильнее прижался к стене и затаил дыхание.
- Где Фил? - услышал я вопрос отца.
- Будет позже, - раздраженно ответила староста. – Зачем он тебе?
- Он перестал выходить на связь.
- Ты же знаешь, мальчик много работает, ему некогда бегать по твоим поручениям.
- Так повлияй на него.
- Думаешь, он меня послушает?
- Придется постараться. Или у меня для твоих племянников найдется одна занимательная история. Жили-были в столице две подружки - одна краше другой. Обе удачно вышли замуж. Одна из подружек согрешила с белокурым садовником, у которого, как оказалось, в роду были пятнистые мутанты. Разумеется, бедняжка постаралась избавиться от малыша. Заплатила деньги какой-то девице, поселила в домике для прислуги, и та стала приглядывать за мальчиком. Вторая подружка родила милую девочку, но случилась беда. В три года ребенку вживили чип, но тот оказался бракованным и стал работать, как приемная антенна. Девочка стала слышать разговоры других горожан. Только трехлетнему ребенку это не объяснить… Вот подружки и решили избавиться от детей. Купили девице, что присматривала за мальчиком, дом в каком-то поселении, дали денег, и та отправилась туда с детьми. Только по дороге она оставила малышей в пустующем доме Мертвого города, где ты и обнаружила двух рыдающих деток… Как ты думаешь, что сделают твои «племянники», узнав о своих настоящих родителях?
- Ничего. Они меня любят.
- Нисколько не сомневаюсь, но жизнь в столице им покажется намного заманчивее жизни в поселении. Если Сару и примут обратно в семью, хотя я в этом очень сомневаюсь, то Фила и на порог не пустят. Его арестуют и обвинят в нанесении ущерба репутации достойных граждан столицы. А за это ему грозит пожизненное. Ты же знаешь, что в какой-то момент ему предложат участие в каком-нибудь экстремальном шоу, и живым он оттуда не вернется.
- Что ты хочешь?
- Он должен связаться со мной. Немедленно.
Послышались шаги, и хлопнула входная дверь. Видимо, Дик ушел.
И тут я услышал голос Фила. Значит все это время он был в доме и слышал весь разговор. Было слышно, как Фил сел за стол.
Найра сказала:
- Ты бы встретился с ним, дорогой.
- Да пошел он! – зло ответил Фил. – Не понимаю, почему ты не сказала ему, что мы с Сарой давно все знаем?
- Не хочу с ним ссориться раньше времени. Если он станет правителем…
- Он не станет правителем, тетя.
- Дик очень влиятельный человек и я боюсь его. Ненавижу и боюсь.
- Не бойся. Мои парни убьют его. К тому же, зачем он нужен? После того, как мы нашли ампулы, что нам мешает самим заразить людей вирусом? Только не всех, а столичных дармоедов.
- У Дика есть антидот.
- Тетушка, доверься мне. В конце концов, мы можем проверить в наших лабораториях, насколько опасен вирус. Поверь, через пару месяцев мы будем править этим миром. Лучше скажи, что нам делать с ракетами? Без системной установки они нам вряд ли пригодятся.
- Пусть ждут своего часа. Спрячь их хорошенько.
- Я могу замуровать то место, где мы их нашли.
- И все-таки поговори с Диком. Он страшный человек, и я боюсь за тебя.
- Хорошо, тетя, я сделаю это…



Эпизод 24
 
В субботу было пасмурно и моросил мелкий дождик. Мышка очень не хотела ехать в Минори, но мне удалось ее уговорить. К счастью, за нами на личном мобиле заехал Ворон, и мы поехали на встречу с Филом. По дороге я рассказал им о подслушанном разговоре.
- Странный он парень, - сказал Ворон, выслушав мой рассказ. – Приглашать первых встречных. Неужели он не боится, что кто-то из приглашенных может его предать и сообщить о надвигающемся бунте?
- Не боится, - ответил я. – Он же пятнистый.
- Тогда мне его жаль. Его ждет печальный конец. Неужели он не понимает, что ни его, ни тем более его сестрицу или тетку не подпустят к управлению этим миром?.. 
У главных ворот Минори крутился подросток лет тринадцати. Ворон притормозил около него, и я, высунувшись в окно, спросил:
- Ты случайно не нас поджидаешь?
- Пароль, - с каменным выражением лица произнес подросток.
Я сказал.
- Проезжайте, - подросток открыл ворота и указал рукой на одно из зданий поселения.
- А военные нас не остановят?
- Нет. Они предупреждены, - ответил подросток.
Доехав до нужного нам здания, мы, припарковавшись, вылезли из мобиля и, открыв дверь, вошли внутрь.
Там, в окружении шести молодых людей нас поджидал Фил.
- Кто с тобой? – сухо спросил «племянник» старосты.
- Ты же сам просил привести с собой нескольких человек, - растерялся я. – Они очень надежные.
Фил подошел к нам ближе и начал пристально изучать Ворона и Мышку. Оторвавшись от них, он сказал:
- Следуйте за мной, - и, развернувшись, направился к своим парням.
Нам ничего не оставалось делать, как присоединиться к ним тоже.
Внезапно под нашими ногами дрогнул пол и начал свое движение.
- Ничего себе, - сказал я, наблюдая за тем, как его прямоугольная часть опускает нас вниз.
- Это подъемник, - пояснил Фил. – Через минуту мы будем на месте.
Подъемник спустил нас в подземную галерею, из которой в разные стороны лучами расходились четыре туннеля. Один из них имел кирпичную кладку, в которую была встроена металлическая дверь.
- Мы на месте, - сказал Фил, сходя с подъемника.
Галерея представляла собой странное зрелище. На бетонном основании, застеленном потертыми коврами, сидели несколько человек разных возрастов. Около одного из входов в туннель стояли рыцарские доспехи, а сам вход перекрывал огромный деревянный трон с резной спинкой и подлокотниками. На нем восседала Сара с высоко поднятой головой.  Одета она была в длинное пышное платье, а ее голову украшало подобие короны. С двух сторон от трона стояли несколько парней.
- Боже мой! - выдохнула из себя Мышка. – Какой ужас.
- Садитесь, - приказал Фил, направляясь к трону.
Поклонившись сестре, он опустился на одно колено и сказал, обращаясь к ней:
- Великая Императрица! Все эти люди, которых ты видишь перед собой, готовы принять присягу верности и стать твоими верными подданными.
- Поднимись, мой брат. Вижу среди присутствующих молодую особу. Уверена, она захочет стать моей фрейлиной.
У меня под ухом раздалось фырканье Мышки, а Ворон прокомментировал:
- Детский сад.
Тем временем Сара величаво продолжала:
- Я готова принять их присягу на верность. И я готова наделить этих людей рыцарскими именами…
Сказав это, «племянница» старосты разразилась тронной речью.
Пока она несла какую-то чушь, я понял, почему она старалась тянуть подбородок вверх. Корона одной стороной была прикреплена к спинке трона, и если бы она сидела нормально, то не смогла бы головой дотянуться до венца. А так создавалась хоть какая-то видимость присутствия короны на голове.
Когда Сара закончила говорить, Фил, показав пальцем на одного из сидящих, сказал:
- Ты - первый.
Мужчина средних лет поднялся на ноги и подошел к трону.
- Преклони колени перед твоей Императрицей, - приказал Фил.
Мужчина опустился на колени. Фил подал Саре самый настоящий меч, и она, положив его на плечо мужчины, громко сказала:
- Посвящаю тебя в рыцари и нарекаю…
Она скосила глаза в сторону Фила и тот подсказал:
- Марк Быстрые ноги.
- Нарекаю тебя, - повторила Сара, - Марк Быстрые ноги.
Ворон чуть не прыснул со смеху. Я пихнул его локтем и процедил:
- Не смей.
Мышка еле слышно произнесла:
- Пора отсюда сваливать.
Я хотел ей ответить, но не успел – из-за трона в галерею ворвались военные, и молодые люди, стоявшие у трона, тут же оказались лежащими на полу. Следом за военными появился мой отец.
Дик подошел к трону и, улыбнувшись, сказал:
- Прошу прощения, Императрица, но у меня есть одно незаконченное дельце с твоим братом.
Он взглянул на Фила и добавил:
- Неужели ты думал обмануть меня, мальчишка? Скажи, где ампулы?
- Я понятие не имею, о каких ампулах идет речь, - невозмутимо сказал Фил.
- Мой пятнистый друг, - вкрадчиво произнес Дик, - ты, видимо, не понимаешь всю серьезность положения. Мне ничего не стоит перебить вас всех. Ты не испытываешь страха, но твоя сестра боится смерти. И тетя боится. И все присутствующие здесь тоже боятся. Впрочем, здесь есть еще один бесстрашный.
 И отец, показав на меня пальцем, добавил:
- Не строй из себя дурочка, Фил. Лучше отведи моих парней к заветному вагону.
Со стороны трона раздался испуганный голос Сары:
- Фил, отдай ему все. Прошу тебя.
- Заткнись, - злобно отреагировал Фил. – Слазь с трона.
Сара послушно спустилась с возвышения.
- Отпусти ее домой! – глядя Дику в глаза, произнес Фил.
- Не глупи, - произнес отец. – Никто не выйдет отсюда, пока я не получу то, за чем пришел.
Когда кто-то из сидевших на ковре вскочил на ноги, отец заорал:
- Всем оставаться на месте!
Вставший моментально упал на колени и закрыл лицо руками.
Фил с яростью поглядел на Дика и буквально прорычал:
- Ну что же, пойдем со мной.
- Отлично, - улыбнулся отец, - мне нравится, когда слушаются.
Посмотрев на остальных, он рявкнул:
- Всем встать!
Те, кто сидел или лежал, медленно поднялись на ноги.
- Слушать приказ, - произнес отец. – Сейчас вы проследуете за Филом. Разгружаете вагон, тащите сюда ящики и грузите их на подъемник. Вперед!
Фил первым вошел в один из туннелей, за ним потянулись его парни и не состоявшиеся подданные Императрицы.
Дик, посмотрев на Сару, расплылся в широкой улыбке:
- Ваша светлость, - обратился он к ней. - Советую присоединиться к остальным.
Он подал знак рукой, и один из военных подтолкнул ее к входу в туннель.
В этот момент молодой человек из команды Фила изловчился и со всех ног бросился в тот туннель, из которого появились военные с Диком. Двое подчиненных Дику бросились за ним следом.
Воспользовавшись неразберихой, Ворон буквально втолкнул меня и Мышку в открытую металлическую дверь третьего туннеля. Забежав после нас, он закрыл дверь на засов и, прижавшись к ней спиной, приложил палец к губам. Я тоже подошел к двери и прижался к ней ухом.
В галерее явно царила суматоха. Военные, побежавшие следом за беглецом, вернулись ни с чем, что явно выбесило моего отца. Послышался звук передвигаемого предмета, после чего раздался грохот. Я предположил, что, по всей видимости, Дик перевернул трон и от этого на пол посыпались доспехи. Следом за этим последовала команда проследить за разгрузкой вагона.
Кто-то пару раз толкнул дверное полотно, но старая задвижка выдержала и дверь не поддалась…
 

- Здорово! – сказала Мышка, - и куда нам теперь идти?
- Только вперед, - сказал я. Наверняка туннель приведет нас куда-нибудь.
- Ты совсем идиот? – разозлилась подруга. – Если бы он куда-то мог привести, здесь вряд ли бы установили дверь. Какой вывод?
- Думаю, что нам стоит проверить, - упрямо заявил я. – Можешь сидеть здесь, а я пошел.
- А если вернуться в зал и войти в тот туннель, куда убежал парень? Или воспользоваться подъемником, - предложила Мышка.
- Нельзя, - сказал Ворон. – В зале точно стоит охрана. А пульт от подъемника наверняка либо у Фила, либо у Дика.
Недолго думая, я направился вперед. Ворон и Мышка последовали за мной. 
Мы прошли метров двести, когда за нашими спинами раздался мощный взрыв. Я инстинктивно упал, поджав колени к подбородку, и, зажмурившись, закрыл голову руками. Сверху на меня посыпалась штукатурка, а следом за ней и мелкие камешки. В воздух поднялась пыль. Где-то послышался гул падающих то ли плит, то ли бетонных перекрытий. Когда все стихло, я приоткрыл глаза. В десяти метрах от меня, прижавшись спиной к стене туннеля, сидела перепуганная Мышка.
- Ты в порядке? – спросил я, подползая к ней.
- Не знаю, - ответила она.
Я поднялся, после чего помог и ей встать на ноги.
- Где Ворон? – спросил я.
- Побежал куда-то вперед, - ответила Мышка, пытаясь стряхнуть с одежды бетонную пыль. – Пойдем отсюда, дышать нечем.
Я согласно кивнул головой. Прошагав метров пятьсот, мы наткнулись на Ворона. Тот стоял перед кучей искореженной арматуры, плит и кирпичей.
Заметив нас, он произнес:
- Свод обрушился. Если здесь и был проход, то больше его нет.
- Дверь наверняка завалило. Мы в бетонной ловушке, - прошептала Мышка.
- Рано хоронить нас заживо, - произнес Ворон и быстрым шагом направился обратно в сторону двери.
Мы с Мышкой поспешили следом. К нашему счастью дверь вырвало с петель, и мы облегченно перешагнули через металлический порог.
Обнаружив настенный пульт подъемника, мы попробовали подняться на нем вверх, но его сенсорные кнопки не реагировали. Туннель, в котором находился вагон с ампулами был завален огромными плитами.
У нас оставался еще один туннель.
- Рискнем? – спросил Ворон.
- Я бы остался около подъемника, – сказал я. – Уверен, в поселении слышали взрыв.
- Пока они поймут, где нас искать, может неделя пройти, - возразил Ворон.
И мы медленно побрели по туннелю, который освещался тусклыми лампочками. Время от времени нам попадались небольшие ответвления то с одной, то с другой стороны. Но Ворон упрямо вел наш маленький отряд по прямой вдоль рельсов.
- Как ты думаешь, сколько мы уже прошли? – спросил я Мышку.
Та лишь пожала плечами. Вскоре не выдержав, она крикнула:
- Ворон, стой!
Тот остановился и обернулся:
- Что еще? – с недовольным видом спросил он.
- Я больше не могу. Давай отдохнем. Мы целый час идем.
- Не идем, а ползем, - пробурчал в ответ Ворон, но остановился и добавил: - Хорошо. Пятнадцать минут достаточно?
- У меня такое ощущение, - сказал я, присаживаясь на одну рельсу, что мои ноги набиты булыжниками.
Я хотел еще кое-что добавить, но в этот момент Мышка испуганно вскрикнула, уставившись на что-то за моей спиной. Подскочив, я повернулся и замер - у противоположной стены туннеля стоял самый настоящий карлик ростом меньше метра. Опираясь на небольшую палку, он, прищурившись, рассматривал нас.
- Вы кто такие? – скрипучим голосом спросил он.
- А вы? – вопросом на вопрос ответил Ворон.
Немного скривившись, карлик заявил:
- Мое имя Браун и я здесь живу.
- Один? – поразился я.
- Почему один? – удивился Браун. – С моим народом.
- С каким народом? – опешила Мышка.
Браун не ответил. Он постучал палкой по шпале и произнес:
- Здесь где-то произошел взрыв. Я решил посмотреть, что произошло, а тут вы…
- Мы пытаемся найти выход, - сказал Ворон.
- Здесь вы его не найдете. Там тупик.
Мышка заплакала и Браун сказал:
- Могу предложить выход через нижние земли.
- Что еще за земли? – спросил я.
- Нижние, - повторил Браун.
Он повернулся к нам спиной и шагнул прямо в стену.
Мы, как завороженные, подошли к тому месту, где только что стоял карлик, и только тут заметили, что в стене имеется невысокий лаз. При свете тусклых ламп его не было видно. Нагнувшись, мы на четвереньках друг за другом поползли за карликом. Он привел нас в небольшое помещение, напичканное какими-то металлическими ящиками. Встав на ноги, я, увидав раздвижную дверь, бросился к ней.
- Куда разбежался? – окликнул меня Браун. - Взрыв повредил питание лифта.
Карлик, постучав палкой по квадратному люку в полу, добавил: - Нам сюда. Придется спускаться по лестнице.
Он дернул за ручку крышки, и та медленно отъехала в сторону.
Я заглянул в люк. Он был освещен, а его лестница вела глубоко вниз.
- Простите, - я взглянул на Брауна, - если взрыв повредил питание, то почему освещается это пространство?
- Проводка разная. Лампочки горят, а вот лифт, к сожалению, не работает.
- Большая глубина? – поинтересовалась Мышка.
- Около трех километров.
- Сколько?! – вырвалось у меня.
- Путь не близкий.
- Одно уточнение, - вмешался Ворон. – Сколько времени вам понадобилось, чтобы вскарабкаться сюда, учитывая ваш рост?
-  В момент взрыва я находился в соседнем туннеле, - сказал Браун. – Так что вам повезло наткнуться на меня. А теперь следуйте за мной...   



Эпизод 25

Спускались мы пару часов. Несмотря на свой рост, Браун довольно ловко прыгал с одной ступеньки на другую. Когда мы наконец-то нащупали под ногами твердую поверхность, наши силы были на исходе.
Тут Браун сообщил, что до его дома еще пара километров. Я чуть не взвыл.
Глядя на наши лица, карлик рассмеялся и ткнул пальцем в конструкцию, представляющую собой вытянутую платформу с панелью управления.
- Садитесь. Правда, вам будет тесновато из-за вашего роста.
- А эта штуковина нас выдержит? – с сомнением в голосе спросила Мышка.
- Еще как выдержит. Она способна перевозить до тонны груза. 
По небольшим ступенькам он залез на платформу и встал перед панелью управления. Как только мы разместились на площадке, Браун повез нас по большим подземным галереям с довольно высокими сводами. Удивительно, но не смотря на глубину подземелья, дышалось легко. Здесь явно были установлены хорошие коммуникации и система вентиляции.
- Я даже не могла и подумать, что под землей кто-то обитает, - произнесла Мышка и обратилась к карлику: - Скажите, сколько времени ваш народ живет здесь?
- Лет восемьдесят. После катастрофы начались гонения на инвалидов и людей с внешними уродствами: даунов, карликов, лилипутов…
- Почему? – нахмурилась Мышка. – У меня тоже есть физиологические недостатки, я уж молчу о других.
- Это последние пятьдесят лет терпимо относятся к мутированным. А тогда какой-то идиот от медицины бросил лозунг: «Возродим наш мир, а с ним и идеальное человечество». Лозунг подхватили многие. Дальше – больше. В результате дело дошло до приказа стерилизовать любого, кто внешне отличался от большинства.
Я решил высказать свое мнение:
- Это, конечно, перегиб, но наших предков можно понять. Лекарств практически не было, как и медицинской аппаратуры. А больным требуется надлежащее лечение и уход. Для возрождения нужны здоровые граждане, которые редко болеют и могут, если что, без посторонней помощи ухаживать за собой. Я считаю, что на тот момент времени это было правильным решением.
- Закрой свой рот, - процедил сквозь зубы Ворон. – Посмотрел бы я на тебя в то время.
- Вы правы, - поддержал его Браун. – Тогда с такими, как я не церемонились. Поэтому люди маленького роста не стали ждать, пока их изведут, как тараканов. Выжившие в катастрофе карлики и лилипуты собрали пожитки, детей и ушли в шахты. Постепенно мы освоили нижние уровни земли, построили в них свои города и прекрасно себя чувствуем. Я, к примеру, родился уже здесь. И, между прочим, кроме нас под землей на разных глубинах живут представители и других цивилизаций.
- Серьезно? – заинтересовалась Мышка.
- Абсолютно серьезно, - подтвердил Браун. – Ближайшие к нам соседи проживают под землей многие века. Они такого же роста, как и вы. У нас с ними взаимовыгодное сотрудничество. Ну что же, мы почти приехали.   
 Платформа въехала в многоуровневый городок, над которым горели большие лампы.
Остановив платформу около миниатюрного домика, Браун попросил:
- Подождите меня здесь. Я только предупрежу соседей о вашем прибытии, и мы поедем дальше.
Отсутствовал он минут десять. Когда Браун вернулся, его сопровождали двое мальчишек. Они толкали перед собой тележку, на которой стояли три ведра воды.
С жадностью выпив воду, мы вернули ведра и Браун снова влез на платформу.
- Это ваши сыновья? – спросил я.
- Да. Сейчас я отвезу вас к нашим соседям. Они выведут вас на поверхность.
И мы поехали дальше через систему пустот, связанных между собой широкими ходами. Слабое свечение, исходившее от их сводов, напоминало солнечный свет в хмурую погоду.
Город, куда привез нас Браун, был намного больше городка карликов. Здесь уже стояли дома в два и три этажа. Я заметил много лавок, школу и даже больницу. Все здания были выкрашены в довольно яркие цвета, скорее всего, из-за того, что жить постоянно в окружении темных стен, дающих ощущение тоски, психологически тяжело.
На небольшой станции нас встречал мужчина лет пятидесяти. Он был одет в просторные рубаху и штаны зеленоватого оттенка. Его длинные седоватые волосы были зачесаны назад и заплетены в косу. Из-под завернутых рукавов рубахи виднелись цветные татуировки в виде неизвестных мне знаков.
Мужчина поприветствовал карлика, после чего сказал, глядя на нас:
- Меня зовут Ян. Приветствую вас под землей моих предков.
Это было очень необычное приветствие. Переглянувшись, мы тоже представились, и Ян продолжил:
- Браун поведал мне, что вы оказались в затруднительном положении, попав под завал, и ищите дорогу на поверхность. Путь не близкий, и вам стоит немного подкрепиться и отдохнуть.
Попрощавшись с карликом, мы в сопровождении нашего нового знакомого отправились к нему домой. Там нас встретила его жена – высокая женщина с очень короткими волосами. Она также была одета в просторную одежду. Перекинувшись с мужем парой слов на очень странном языке, женщина начала хлопотать у кухонного уголка.
Усадив нас за стол, хозяин поставил перед нами большие кружки с водой. Ворон, откинувшись на спинку стула и сложив на груди руки, закрыл глаза и, уронив голову на грудь, засопел. Мышка попросилась в туалет, и Ян, указав ей на дверь в коридоре, принялся помогать жене.
Его дом казался просторным, несмотря на небольшие комнаты. Мебели было немного. Ее заменяли всякого рода углубления в стенах, забитые всевозможной утварью и прикрытые разноцветными шторками. На полах лежали цветастые ковры с замысловатыми узорами.
Облокотившись о стол, я обратился к хозяину:
- Ян, скажите…
Но тот меня сразу перебил:
- Говори мне «ты». В нашем языке не существует обращения «вы».
Я на мгновение обомлел, но, придя в себя, продолжил:
- Я как раз хотел спросить, что за язык, на котором ты говоришь со своей женой? Вроде понятный, и в то же время что-то в нем не то.
- Это язык наших предков. Ему несколько тысяч лет. Если захочешь остаться у нас, то довольно быстро начнешь его понимать.
- Получается, твои предки жили в этом месте несколько тысяч лет?
- Если быть точным, то около ста семидесяти тысяч лет.
Мышка, которая вернулась к столу, стала слушать с большим интересом.
- Ничего себе! – сказала она. – Значит, твой народ знал тех, кто жил до катастрофы?
- Знал, - ответил Ян. – Мало того, наши предки пережили несколько катастроф. Когда-то праотцы жили на поверхности планеты, но в конце концов, устали от разрушительных войн. И когда произошла беда, похожая на ту, что случилась сто лет назад, часть предков укрылась в скальных пустотах, шахтах и туннелях. Обосновавшись, они начали строить поселения. Спустя время некоторые из них решили подняться на поверхность и восстановить то, что было разрушено практически полностью. И тогда наши предки разделились. Это произошло сто тысяч лет назад. Первые лет двести обе линии спокойно существовали друг с другом. Торговали, обменивались научными открытиями. Но потом между ними начались распри по пустякам, и их пути разошлись окончательно. Те, кто ушел на поверхность, постарались забыть о своих братьях. Стереть из своей памяти. Исчезли все упоминания о тех, кто остался под землей. Хотя время от времени общение продолжается, но оно носит довольно поверхностный характер.
Жена Яна, которую звали Кори, принесла и поставила на середину стола большое блюдо. Положив перед нами ложки и булочки странного зеленоватого цвета, она ушла в другую комнату.
- А Кори не будет с нами кушать? – спросил я и тряхнул Ворона за плечо – тот, посмотрев на меня сонными глазами, придвинулся к столу и взял в руки одну из ложек.
- Нет, - ответил мне Ян. - Кори питается один раз в день. Сегодня она уже ела.
- Боже, - прошептала Мышка, - у вас дефицит еды, а тут еще мы свалились на ваши головы.
Улыбнувшись, Ян погладил ее по руке:
- Что ты, у нас нет никакого дефицита. Это полностью решение Кори. Кстати, попробуйте наше угощение. Это очень вкусно.
Я взял в руку ложку и, зачерпнув смесь на блюде, направил ее в рот.
Смесь оказалась очень вкусной и ароматной.
- Это перетертые овощи с грибами, - пояснил Ян, наблюдавший за моей реакцией. – С хлебом будет более сытно.
- А это что? Плесень? – спросила Мышка, рассматривая булку.
- Да, - подтвердил Ян. – Плесень является основой нашей жизни. Когда предки спустились под землю, они были не только изможденными, но и больными людьми. Большого выбора в продуктах тогда не было, и они стали добавлять в еду плесень. Через некоторое время все стали замечать, что болезни уходят. Благодаря плесени они приобрели здоровье и выносливость. Мы – их потомки - практически не болеем, если не считать травмы, ушибы, ссадины или переломы. К тому же у нас довольно хорошая продолжительность жизни.
- Это сколько? – поинтересовался я.
- В среднем сто пятьдесят лет.
- Прилично, - выдавил из себя Ворон, макая кусок булки в жижу на блюде.
- Насколько я знаю, плесень опасна, - сказала Мышка. – А вы ею восторгаетесь.
- Вы правы. Плесень опасна, если не знать, как ее обрабатывать и готовить.
- А где она растет? – не унималась Мышка.
- В тех пещерах, где мы специально создаем стопроцентную влажность. Кстати, из некоторых видов плесени мы производим ткань и бумагу.
- А чем ваш народ питается? – поинтересовался я. – Вряд ли в пещерах кроме плесени можно что-то вырастить.
Отпив из своей кружки, Ян ответил:
- Почему же, мы много что выращиваем, плюс покупаем овощи и специи в Минори. У нас с ними хорошие отношения. Что касается одежды, строительных материалов, оборудования и прочих мелочей, то у нас есть проверенные поставщики, которые не афишируют свою связь с нами.
- Серьезно? – оживился Ворон. – Получается, у вас есть деньги?
- Да. Для внутреннего пользования бумажные и монеты из серебра. Для покупок на поверхности – золотые монеты.
- Откуда вы берете золото?
- И золота, и серебра под землей очень много. В основном его добывают карлики и обменивают на еду и прочие товары. Еще мы их лечим.
- Вы вообще не едите продукты животного происхождения? – задала свой вопрос Мышка. – Я не вижу на столе мяса.
- Почему не едим? Едим, но лишь то, что не имеет глаз.
- А жители этих земель планируют когда-нибудь вернуться на поверхность?
- Во все времена были те, кто уходил на вверх, но спустя время большинство возвращались обратно.
Ян ненадолго замолчал и задумался. Из этого состояния его вывел паренек лет шестнадцати. Он ворвался в дом и что-то спросил у Яна. Тот ему ответил, после чего взглянул на нас и уточнил:
- Вы поели?
- Да, спасибо, - за всех ответил Ворон.
- Хорошо. Этот парень - ваш проводник. Кори связалась с ним. Он отведет вас наверх…


Парень отказался назвать свое имя, даже не объяснив почему, а мы не стали настаивать. Он привел нас к пристани у довольно широкой подземной реки.
- Вы поплывете с завязанными глазами, - предупредил он. - А чтобы не было соблазна снять повязки, я завяжу вам руки.
- Вы с ума сошли? – тут же возмутилась Мышка. – А если эта штуковина перевернется или развалится? Мы же ко дну пойдем.
- Таково условие, - ответил проводник.
Нам ничего не оставалось, как согласиться. Лодка, на которой нам предстояло плыть, оказалась деревянным плотом с боковыми стенками. Усадив нас, парень связал нам руки за спинами и надел на глаза плотные черные повязки.
И мы поплыли.
- Эй, проводник! - окликнула паренька Мышка. – Может, не стоило завязывать нам глаза?
- Стоило, - ответил тот. – Вы чужаки и не должны знать, где мы обитаем.
- Одно уточнение: мы знаем дорогу к вам со стороны карликов.
- Это вряд ли. Подземные пустоты имеют много ходов. Здесь нужно жить с рождения, чтобы знать, куда ведет тот или иной путь. К тому же не советую ходить по пустотам без проводника.
- Почему?
- Вы можете наткнуться на тех, встреча с кем вас совсем не обрадует.
- Например?
- Скажем, с хранителями библиотеки Атлантов.
- Они так опасны?
- Это огромные зубастые змеи с человеческими головами.
От услышанного меня передернуло, и я решил уточнить:
- Мутанты? – спросил я.
- Кто их знает, - ответил проводник. – Они утверждают, что прилетели из далекой галактики несколько миллионов лет назад. Как по мне, чей-то глупый и опасный эксперимент.
- И твой народ с ними общается?
- Периодически. У нас с ними соглашение: они не трогают нас, дают пользоваться библиотекой, а мы закупаем для них еду и поставляем плесень.
 - А библиотека большая? – спросила Мышка.
- Шесть подземных залов. Несколько раз поисковики с поверхности пытались найти ее. А знаете, почему? В одном из залов хранятся древние книги, листы которых сделаны из чистого золота. Я лично видел их.
- И что в них?
- Не знаю. Они написаны на непонятном для меня языке.
- А еще кто-нибудь живет в этих пещерах?
- Много кто. И половина из них убьет любого, кто случайно попадет на их территорию.
Я почувствовал, как плот остановился, стукнувшись обо что-то твердое.
- Приплыли, - объявил проводник.
Он развязал нам руки, и мы, сняв повязки с глаз, ступили на берег около квадратного и довольно широкого туннеля. Его стены и пол были покрыты каким-то гладким материалом. При входе стояли несколько открытых мобилей. Мы сели в один из них и проводник повез нас по туннелю прочь от подземной реки. По пути нам попадались люди, многие из которых передвигались на роликах или самокатах. Через несколько минут мы въехали в большой зал, напоминавший муравейник. Он был ярко освещен и заполнен людьми, суетящимися около всевозможного оборудования. Все это было настолько необычно наблюдать под землей, что я невольно засмеялся.
Мышка с изумлением посмотрела на меня:
- Ты чего? – спросила она.
- Обалденное место и так отличается от того, что мы увидели ранее.
Проводник притормозил, пропуская перед собой нескольких мини-мобилей и пояснил:
- Эта подземная база была построена еще до катастрофы. Мои прапрадеды видели, как она строилась. В ней все продумано до мелочей: помещения для машин и животных, продовольственные склады, комнаты для отдыха и приема пищи. Чего здесь только нет. Этот зал лишь верхушка того, что спрятано ниже.
- И много здесь обитает людей? – поинтересовался Ворон.
- Мне никто не докладывал, - ответил проводник, - но здесь живет много потомков тех, кто строил эту базу.
- Они вас не трогают?
- Зачем? Мы им плесень поставляем.
- А чем они здесь занимаются? – продолжил выпытывать Ворон.
- Точно не знаю, но поговаривают, что они мечтают полностью изменить жизнь на поверхности, - ответил парень и нажал на педаль.
Повернув мобиль в полутемный закоулок, он добавил:
- Еще пять минут, и мы на месте. Вам останется только подняться по ступенькам вверх.
 - Что там находится?
-  Подвал одного из зданий Соры.
- Это где призраки бродят? – решил пошутить я.
Проводник расхохотался:
- Какие призраки? Это мы их изображаем.
- Зачем?
- Угадай.
- Чтобы сюда никто не сунулся? – догадалась Мышка.
- Точно, - подтвердил проводник. – За несколько десятилетий к зданию никто не решается подойти. Только те, кто знает, что под ним находится.
- Туман тоже ваших рук дело? – спросил я.
- А то! – весело произнес проводник. – Это клубы пара, но ффект дает потрясающий.
- А если кто-нибудь из посторонних все же решится проникнуть сюда?
- Не проникнет. Сейчас увидишь…
Мобиль остановился перед толстой металлической дверью. Мы вылезли.
Проводник подошел к маленькой коробочке, висевшей на стене. Прежде чем приложить к ней большой палец, он сказал, обращаясь ко мне:
- Вот и ответ на твой вопрос. Ключ к этому препятствию – отпечатки пальцев определенных людей.
Подмигнув Мышке, он дотронулся до коробочки. Раздалось щелканье, и дверь распахнулась.
- Видите ступени? – спросил он.
Мы кивнули головами.
- Вам туда…



Эпизод 26

Прошла неделя после нашего благополучного выхода из подземелья. Все это время я пытался анализировать то, что произошло с нами в туннеле.
И сегодня, сидя в университетской столовой, я размышлял над тем, смог ли я жить под землей постоянно.
Ко мне за стол присела Мышка. Поставив перед собой миску с кашей и мясом, она спросила:
- О чем задумался?
- Да вот, размышляю о подземной жизни. Как думаешь, может, стоит туда перебраться?
- Ты серьезно?
- А что мне остается делать? Друзей практически нет, работа так себе, без перспектив. Большинство людей меня сторонится. Раньше я этого не замечал, а потом понял, что причина не во мне самом, а в моей пятнистости.
- Ты знал, на что шел.
- Я никого не виню. Лучше быть таким, чем мертвым. Только сейчас я думаю, что если бы тогда знал о подземной жизни, то сразу бы там спрятался. Есть, конечно, моменты, которые меня настораживают, но в целом подземелье - прекрасная альтернатива жизни в бегах.
- И какие моменты тебя настораживают? – поинтересовалась Мышка с полным ртом еды.
- Там нет виртуалки, а без нее, согласись, жить скучновато.
- С чего ты решил, что ее там нет? Карлик же как-то предупредил Яна, что привезет гостей.
- Может, у них там другая связь.
- Все может быть, - согласилась со мной Мышка и, сунув в рот ложку с куском мяса, добавила: - Чего гадать.
- Еще я думаю об их питании. Если с Минори что-то случится, на одной плесени и грибах долго не протянешь.
- Ян говорил, что они еще что-то выращивают.
- Мне в это мало верится, - сказал я, пытаясь раскрутить на столе стакан.
- Оставь стакан в покое, разобьешь, - сделала замечание Мышка. - Почему с Минори должно что-то случиться? В конце концов, у нас есть другие земли.
Отставив стакан в сторону, я парировал:
- Ага, на которых практически ничего не растет. А если в самом подземелье произойдут обвалы и закроют доступ на поверхность?
- Тебя послушать и хочется повеситься от тоски. Тебе стоит прогуляться к медикам.
- Не нужны мне медики. Я просто пытаюсь логически размышлять. Из всей подземной жизни мне ближе та, где, скорее всего, живут военные и ученые. Только эти люди вряд ли подпустят к себе такого, как я.
- В этом я с тобой полностью согласна, - улыбнулась Мышка и отодвинула от себя миску. – А с чего ты взял, что там живут ученые? Насколько я знаю, все ученые собраны здесь.
Потерев подбородок, я ответил:
- Как любит говорить Седой: чуйка.
На руке Мышки пискнул гаджет. Прочитав сообщение, она произнесла:
- Ворон просит выйти на связь.
- Когда?
- Сейчас…


Университетский Центр виртуальной реальности занимал целый корпус. Мы с Мышкой заняли свободные кресла и, оказавшись в административной части виртуалки, перешли по оставленному Вороном адресу.
Местом нашей встречи оказалась темная комната, в которой стоял деревянный стол и четыре стула. На столе стояла горящая свеча, являющаяся единственным источником света. Ворон уже дожидался нас.
Не успели мы с Мышкой устроиться за столом, как в комнате появился Седой. Усевшись, он пристально посмотрел на нас с Мышкой и сказал:
- Ворон рассказал мне о вашем маленьком приключении. Это было довольно занимательно.
- Уверен, что в его повествовании отсутствовал разговор с Яном, - ехидно заметил я. – Он его проспал.
- Чего ты несешь, пятнистый, - возмутился Ворон, - я только делал вид.
- Давайте без выяснения отношений, - строго произнес Серый. - На сегодняшний момент меня интересует любая информация, связанная с подземной базой. У меня есть там свой человек, но как информатор он нулевой. А мне нужно знать больше. Особенно, с кем сотрудники базы контактируют на поверхности. Задача ясна?
- Не очень, - сказал Ворон. – Как мы это осуществим?
- Вам придется снова спуститься под землю.
- Нет! - категорически заявил Ворон. – Меня эта тема больше не вдохновляет. Ты, Седой, совсем спятил. Одно дело водить экстремалов в поисках несуществующих призраков, и совсем другое - рисковать своей головой ради твоего продвижения по службе. Короче, вы как хотите, а я покидаю вашу милую группу.
Сказав это, Ворон исчез.
Было видно, что Седой не ожидал такого от Ворона. Помолчав немного, он кашлянул и произнес:
- Жаль, он был неплохим исполнителем. Значит, вам двоим придется действовать самостоятельно.   
- Извини, Седой, - сказала Мышка, - но на меня тоже не рассчитывай. У меня довольно много дел в университете.
- Придется отложить, - процедил Седой.
- И не подумаю, - возмутилась Мышка.
- Мне, видимо, стоит напомнить, что ты добровольно согласилась работать на Службу безопасности, - задумчиво произнес Седой. –  Именно я устроил тебя на работу в университет, несмотря на то, что ты не представляешь большого интереса для науки.
Вытаращив глаза, я уставился на Мышку. Ее щеки порозовели, и мне стало жаль подругу. Я попробовал заступиться за нее, но Седой, стукнув ладонью по столу, тут же перебил меня:
- Ты больше всех должен быть заинтересован в моем предложении. Если даже твой отец не осуществит свое желание занять должность правителя, то, зная его лютую ненависть к любого рода мутациям, и ты, и твоя подружка быстро пойдете в расход. Именно на таких он испробует силу вируса. Или так же упрячет всех вас под землю.
Немного успокоившись, он добавил:
- Во время взрыва в туннеле погибла большая часть присутствующих, включая Фила и Сару. Найра находится в плачевном состоянии. Мне известно, что Фил успел вывезти из туннеля некоторое количество ампул с заразой, так что его смерть может побудить ответные действия не только на земле, но и под землей, учитывая поставки консервов вниз.
- Что же делать? – спросил я.
- Думал привлечь к этому Ворона, но не судьба. Придется самому контролировать производство в Минори. Мышка, от тебя давно не поступала инфа на профессора.
- Это не так просто сделать. Чтобы попасть в его виртуальный кабинет, пришлось привлекать Агату. Чтобы вскрыть его пароли, ей потребовалось несколько дней. Но она справилась.
- Короче, - поторопил ее Седой.
- Профессор сотрудничает с подземной базой.
Услыхав это, я обескуражено произнес:
- Какой-то час назад ты уверяла меня, что на базе не может быть ученых, потому что они все собраны в Кенджи. А на самом деле ты знала, что там ведется научная деятельность. Какая же ты двуличная. Не желаю тебя больше знать.
- Плакать не буду, - фыркнув, заявила Мышка.
- Хватит! – прикрикнул на нас Седой и, взглянув на Мышку, спросил: - Ты уверена в сотрудничестве профессора с базой? 
- Пока это предварительные выводы. Он ведет активную переписку с двумя, как я понимаю, учеными, которые явно не имеют никакого отношения к нашему университету. К одному он обращается как «дорогой Иван». А так как они обсуждают какую-то материю на языке физиков, то я ничего не могу понять. Их письма друг к другу напоминают шифровки.
- Ты скопировала их?
- Нет. Для этого необходимо собственное присутствие профессора. Второго корреспондента зовут Муса. И с ним профессор обсуждает некую местность, которая находится далеко от Барасо. Как я поняла, подземные туннели опоясывают всю планету. В письмах Муса описывает какие-то фантастические места, где живут не только люди, но и огромное количество животных, птиц и пресмыкающихся. Только видео или снимки отсутствуют.
- Очень интересно, - задумчиво произнес Седой. – Ну что же, Мышка, пока ты нужна мне в университете. Продолжай следить за его перепиской.
- Хорошо, - сказала Мышка и удалилась.
Седой посмотрел на меня:
- В ближайшее время ты начнешь работать на базе. К первоначально поставленной задаче прибавится еще одна. Узнай все, что можно об Иване и Мусе, а также о тех туннелях, которые ведут к удивительным землям. Связь будем держать через того, кто устроит тебя на работу…



Эпизод 27
 
Я сидел около двери начальника по кадрам, а пожилой мужчина, который и привел меня на базу, говорил:
- Для всех ты мой племянник. Работал в университете лаборантом. В науке ничего не понимаешь…
- Я и так ничего не понимаю.
- Не перебивай. Если спросят, почему решил уйти из университета, скажешь, что начал испытывать неприязнь со стороны многих сотрудников Кенжи из-за своей пятнистости. Понял?
- Да…
Дверь начальника открылась, и нас пригласили войти. В кабинете за круглым столом сидели двое: мужчина в военной форме лет сорока и женщина неопределенного возраста.
- Проходите, - сказал военный и кивком головы указал на свободные стулья.
Мы с пожилым мужчиной сели.
- Рой, - обратился ко мне военный, - твой дядя обратился ко мне с просьбой принять тебя на службу. Он рассказал о твоей работе в университете и о дискриминации со стороны бывших коллег. Скажу сразу: меня тоже настораживает твоя мутация. Пятнистые люди непредсказуемы, а наша база - объект военный и, если ты покажешь свой норов, тебя тут же пристрелят.
- Вы можете не беспокоиться по этому поводу, - сказал я.
- Неужели? - приподняв одну бровь, спросил военный.
- Дело в том, что пятнистым я стал из-за оплошности лекаря.
«Дядя», закатив глаза, опустил голову и уставился в пол.
Женщина, которая фиксировала весь наш разговор, недоуменно посмотрела на меня. Военный, погладив затылок, сказал:
- Это что-то новенькое. С этого места подробнее.
- Несколько лет назад я заболел. Меня пробовали лечить разные лекари, но ничего не помогало. Тогда один парень в виртуалке посоветовал обратиться к одному отшельнику в Молимо. И я обратился. Отшельник сделал мне несколько уколов, и вот результат. Я его потом искал, но тот как сквозь землю провалился.
- Надеюсь, не к нам, - пошутил военный. – Но вы вылечились?
- Да. В университет я пошел работать в надежде, что мне помогут вернуть прежний облик, но кроме насмешек ничего не получил.
- Очень познавательно, - хмыкнул военный. – Ладно. Сейчас дядя проводит тебя в жилое крыло, где ты будешь жить. Позже кто-нибудь из дежурных покажет тебе место работы. И еще. Подписав контракт, ты ближайший год не можешь покидать пределы базы.
- Хорошо, - согласился я…


Жилое крыло находилось на минус пятом этаже, куда мы с «дядей» спустились на лифте. Оно представляло собой несколько длинных коридоров с чередой дверей. Моя находилась рядом с небольшим лифтовым холлом, где за небольшой стойкой сидел парень в военной форме. «Дядя» подвел меня к стойке и шепнул:
- Дальше тебе все расскажет дежурный. Меня не ищи, я сам тебя найду.
- Ваше имя? – поинтересовался дежурный.
- Рой Рум, - отчеканил я.
Дежурный поставил передо мной небольшой гаджет, и я прикоснулся к нему пальцем. Дежурный что-то ввел на клавиатуре, стоявшей рядом.
- Отлично, - сказал он. – Ваша комната номер три. Ключом будет служить ваш палец. Ознакомьтесь с документами. Они находятся в вашей комнате.
Я прошел в свою комнату. Она была небольшой, но довольно уютной. На узком столе лежал пакет документов, и я, усевшись на мягкий стул, начал внимательно изучать текст. В нем был обозначен перечень работ, которые я обязан буду выполнять, находясь на базе. Прежде всего, это относилось к чистоте собственной комнаты. Все чистящие средства для ее уборки я мог найти в специальном помещении, где находились и стиральные машины. Основная работа состояла в глажке постельного белья и всякого рода полотенец. Меня также могли привлечь к уборке и утилизации мусора.
База обязалась кормить меня три раза в день. Мне запрещалось жениться, заводить детей, заходить на некоторые этажи, выходить за пределы базы без специального разрешения, а также передвигаться по туннелям.
В документе была указана сумма, которую мне выплатят по окончании контракта, что меня очень устраивало.
Вопрос был в одном: как я смогу собрать интересующую Седого информацию?..


Пошел второй месяц моего пребывания на базе. Каждое утро я приходил к девяти утра в гладильное помещение на нижнем минус двадцать пятом этаже. Кроме меня там работало еще пятнадцать человек. Через толстенные трубы в большие корзины гладильной постоянно падали постиранные простыни, наволочки и полотенца. Наша задача состояла в том, чтобы гладить на специальных установках. Это была каторжная работа без выходных. Получалось, что я мог изучать базу только вечером или ночью.
Несколько раз ко мне заходил «дядя», но мне нечего было ему сообщить.
Когда сегодня утром в гладильную вошла женщина, присутствовавшая при моем собеседовании, я оторопел. Первая мысль была о том, что моя миссия провалилась. Женщина поманила меня пальцем, и я подошел к ней.
- Следуйте за мной, Рой, - сказала она.
- Куда? – настороженно спросил я.
- Узнаете.
Женщина привезла меня на минус десятый этаж. Двери лифта открылись, и я увидал гигантское помещение со множеством невысоких перегородок. Женщина молча подошла к одной из перегородок, где за столом в окружении трех компьютеров сидел мужчина в коротком белом халате и что-то печатал на клавиатуре.
- Серж! - позвала женщина мужчину.
Тот, оторвавшись от работы, взглянул на нее.
- Шеф звонил тебе по поводу этого парня, – сказала она, подталкивая меня к столу.
- Я понял, - сказал Серж.
- Тогда я ухожу. Когда закончишь, проводи его до лифта.
- Хорошо, - пообещал мужчина.
Серж привел меня в медицинский отсек, где за белоснежным столиком хлопотала молодая женщина.
- Ложись на кушетку, - приказал Серж.
Я послушно лег.
- Закатай рукав выше локтя, - последовал новый приказ.
- Что вы собираетесь делать? – забеспокоился я.
- Капельницу ставить. Сейчас, только дам тебе легкий наркоз.
- Зачем наркоз? – испугался я и попробовал подняться с кушетки.
Ко мне тут же подошла женщина и успокаивающе произнесла:
- Вы не беспокойтесь. Просто капельница болючая. Эту процедуру лучше делать под наркозом.
- Я боюсь наркоза даже легкого.
- Не бойтесь. У нас отличные препараты. Вы даже не почувствуете, как заснете. Я вам обещаю.
- Готов? – спросил Серж.
- Вроде как, - постукивая от страха зубами, ответил я.
- Вот и хорошо. А теперь поработай кулачком…


Когда я пришел в себя, часы, висевшие на стене, показывали пять часов.
- Ничего себе, - произнес я вслух и, приподнявшись, свесил ноги с кушетки - у меня тут же закружилась голова.
- Вы что делаете!
С трудом повернув голову в сторону женского голоса, я сфокусировался на медсестре, сидевшей на крутящемся стуле. Поднявшись, она подошла ко мне и сказала:
- Так же свалиться можно.
- Голова закружилась, - почему-то начал оправдываться я.
- Давайте вы пересядете в кресло. Справитесь?
- Не знаю, - ответил я, медленно сползая с кушетки.
Она взяла меня под руку и помогла дойти до кресла.
Усевшись, я, откинув назад голову, прикрыл глаза.
- Как прошла процедура? – спросил я.
- Хорошо. Вы три часа проспали, как дитя.
Я приоткрыл глаза:
- Когда будет виден результат?
- Не знаю. Будем надеяться, что скоро. Завтра приходите к десяти утра.
- Меня не отпустят. Я сегодня здесь столько времени проторчал.
- Вы не бездельничали, а были на процедуре.
- Как я попаду на ваш этаж? У меня нет разрешения.
Медсестра подошла к столику и, вынув сканер, вернулась обратно. Взяв мою руку, она приложила мой палец к гаджету. Тот пискнул и медсестра, улыбнувшись, пояснила:
- Ну вот. Теперь у вас есть доступ к этому этажу…


На следующее утро, проснувшись, я первым делом бросился рассматривать себя в маленьком зеркале. Изменений никаких не было, и, расстроившись, я начал собираться на работу. Когда я вышел в холл, меня окликнул дежурный:
- Рой, подойдите.
- Что-то случилось?
- Мне велели передать, что вас прикрепили к лаборатории профессора Сержа Нино.
- И кем я буду там работать?
- Эти вопросы не ко мне.
Ничего не понимая, я направился к начальнику кадров. Около его кабинета я увидал своего «дядю».
Увидав меня, он быстро засеменил в мою сторону.
- Молодец, что решил сюда прийти, - быстро заговорил он.
- Добрый день. Хотел узнать, почему меня перевели в лабораторию? Я только освоился в гладильной.
Приобняв меня за плечи, «дядя» повел меня в сторону лифтов.
- Молчи, дурак, - тихо начал говорить он. - Ты не представляешь, сколько сил мне пришлось потратить, чтобы тебя туда пристроить. Во всяком случае, там ты будешь иметь больше возможностей получить важную информацию.
Увидав кого-то, он расплылся в улыбке и, похлопав меня по спине, направился к двум пожилым мужчинам.
Приехав на нужный мне этаж, я сразу прошел в медицинский отсек. Медсестра была уже на месте. Увидав меня, она оживилась.
- Я в курсе, что вас прикрепили к нашей лаборатории.
- Сам поражен. Я даже не представляю, что буду здесь делать.
- Скажем так: помогать по хозяйству.
- Что конкретно?
- Убирать и утилизировать мусор; мыть полы и следить за тем, чтобы на столах было чисто. Возможно, ходить по каким-то поручениям.
- А раньше кто этим занимался?
- Был один парень, но он куда-то исчез. И тогда ведение хозяйства свалили на мои плечи, несмотря на то, что я личный помощник Сержа и у меня много других обязанностей.
- Надо же, а я думал, что ты медсестра.
Вошел Серж. Осмотрев мою кожу, он сказал, обращаясь к своей помощнице:
- Рио, увеличь дозу в два раза.
- Опять наркоз? – спросил я.
- Нет, он уже не нужен. Теперь десять дней я буду вводить препарат тебе под кожу. Переносится нормально, но места уколов могут зудеть.
- А почему нет изменений?
- Они начнутся через несколько дней…



Эпизод 28

Мне нравилось работать в лаборатории. Первую неделю мне помогала Рио. Мы с ней подружились, и она рассказала мне все последние сплетни не только о служащих лаборатории, но и всей базы. Когда я поинтересовался, откуда у нее эти сведенья, она рассмеялась и сообщила, что встречается с одним охранником.
Серж оказался очень скрытным человеком, впрочем, как и остальные ученые, работавшие под его руководством. Препарат, который он вводил мне под кожу, сделал свое дело – пятнистость ушла, и цвет кожи выровнялся. Единственное, чем он не смог помочь, так это вернуть мне мою молодость и голос. Но я и так был ему благодарен.
Два раза в неделю ко мне в жилое крыло заходил «дядя» и я докладывал ему все последние новости, которые узнавал от Рио. Он молча выслушивал и уходил. Постепенно мне начали надоедать его визиты, а так как мне очень нравилось жить на базе, то я стал подумывать о том, чтобы полностью отойти в сторону от Седого.   
Параллельно я начал искать способы получить жилую комнату на тех этажах, куда «дядя» не мог попасть. И мне повезло. Один из специалистов лаборатории перешел в другое подразделение, и его комната освободилась. Я быстро подсуетился, и мне передали ее в пользование. Я был на седьмом небе от счастья.
В один из дней, когда я мыл пол в жилом отсеке лаборатории, то из приоткрытой двери комнаты, что занимал Серж, услышал голоса. Я на цыпочках приблизился к двери и прислушался.
Серж разговаривал по видеосвязи с каким-то мужчиной.
- Муса, рад тебя видеть. Последнее время ты редко радуешь нас своим присутствием. Или новая должность отнимает все твое время?
- Серж, я тоже рад тебя видеть. А времени действительно не хватает.
- Как ты себя чувствуешь в роли губернатора Закрытых земель?
- Отлично чувствую. У меня хорошая команда. Мы отстраиваем дома, улучшаем виртуальную связь. Много времени забирают ученые. То им одно подавай, то другое. Но это того стоит. Ты себе не представляешь, какой здесь растительный и животный мир! Мне Иван рассказывал, но я даже представить себе такое не мог. Только ради этого стоит сюда перебраться. Я до сих пор не могу понять, как моим предшественникам удалось создать эту утопию слияния человека с природой. Впрочем, еще немного, и ты сам все увидишь.
- Скорее бы. Лично мне надоело жить под землей.
- Согласись, база - не худший вариант.
- Должен с тобой согласиться. Как поживает Иван?
- Трудится в поте лица.
- Кстати, что руководство базы решило по поводу граждан Барасо? 
- Позиция по этому вопросу однозначная: граждане Барасо не должны попасть на Закрытые земли. В противном случае они нарушат единение и покой новой цивилизации. А что?
- Я думал, что смогу забрать с собой профессора Ким Хорена. Он все-таки заменил мне отца.
- Серж, Иван изредка переписывается с ним, но с каждым письмом убеждается в том, что старик выжил из ума. Я не понимаю, как ему еще позволяют читать лекции студентам. Он просто бредит машиной времени. Иван пытался намекнуть ему о Закрытых землях, но он не хочет о них ничего слышать.
- Может, мне встретиться с ним в виртуалке и показать весь материал? Мне жаль старика – это ведь он когда-то научил нас с тобой всему, что мы знаем. Я не хочу, чтобы он умер в этом аду.
- Не стоит, Серж.
- Я понял. Что решили по поводу базы?
- Она будет существовать в прежнем режиме еще около года, после чего ее полностью эвакуируют. Ценные научные сотрудники и те, кто родился на базе, будут переправлены в Закрытые земли. Что касается наемных работников из Барасо, то они вернуться к себе домой. После эвакуации базу, кроме двух верхних этажей, передадут жителям глубокого подземелья. Верхние этажи останутся в распоряжении военных – они будут охранять туннели от нежданных гостей.
- А если военные тоже захотят уйти с нами?
- Первое: им и здесь живется отлично. Хорошие деньги, питание, комфорт. Второе: они считают, что на Закрытых землях нет жизни. И поверь, они еще будут сочувствовать нашему уходу.
- А если кто-то решит проверить земли? Секретная информация может стать доступной. Ты же сам понимаешь…
- Физики разработали отличный заградительный барьер. Невидимая энергетическая преграда никого не пропустит внутрь без специального чипа.
- Все-таки чипирование необходимо?
- Обязательно, если хочешь жить спокойно.
- И все-таки я беспокоюсь. В Барасо тоже развивается наука. Несколько медленнее, чем могла бы, но развивается. Рано или поздно они найдут способ пройти сквозь барьер, и тогда на Закрытые земли хлынет толпа со своими правилами, мутациями и средневековыми взглядами на жизнь. Это станет новой катастрофой.
- Что ты предлагаешь?
- Не знаю, но в последнее время все больше ловлю себя на мысли, что Барасо стоит уничтожить.
- А как же обширные земли? Проще дождаться, когда население само себя уничтожит.
- Каким образом?
- Патриарх уже позаботился об этом. Он стал поставлять им красный мох.
- Это тот, что выращивают в глубинном подземелье?
- Да.
- Ну что же, идея интересная, но должны пройти десятилетия, чтобы вырожденцы закончили свое существование.
- Нам некуда спешить.
- Кстати, как Патриарх?
- Великолепно. У него красивый дом, он много читает, занимается разведением новых видов животных на островных россыпях.
- Муса, как он собирается решать вопрос дополнительного пространства? Сейчас на Закрытых землях живет около десяти миллионов человек. Лет через двадцать при среднем росте населения земель будет не хватать. Что тогда?
- Насколько я в курсе, его химики изобрели какое-то интересное вещество. При соединении с соленой водой оно начинает превращаться в твердую массу. Буквально на днях они хотят попробовать вырастить новую сушу. Серж, постарайся быстрее перебраться к нам.
- Дай мне неделю…


Всю ночь я думал о подслушанном разговоре. С одной стороны, я прекрасно понимал желание ученых базы уйти от того, что могло бы разрушить их жизнь. Но с другой, мне была противна мысль о том, что жизнь граждан Барасо должна зависеть от желания какого-то Патриарха. Я не хотел, чтобы моя мать и брат погибли ради счастья какой-то новой цивилизации. И я понятия не имел, что мне делать.
В какой-то момент я даже всплакнул, после чего решил сообщить Седому о планах профессоров базы и пусть он принимает меры.
Утром я помчался искать «дядю». Я не знал, где тот проживает, а спрашивать у дежурных побоялся. Многие считали нас родственниками, и было бы подозрительным, что я не владею такой простой информацией.
Не найдя «дядю» в тех местах, где он мог находиться, я подошел к одному из дежурных, с кем был знаком, и поинтересовался:
- Не могу поймать дядю. Ты его не видел?
- Тот лишь пожал плечами и посоветовал оставить ему записку.
Поблагодарив за «хороший совет», я направился на свой этаж, где тут же столкнулся с Рио.
- Рой, привет, а я тебя ищу. Поможешь мне?
- Что нужно сделать? – поинтересовался я.
- Нужно загрузить тележку и спустить ее в один из туннелей.
- Что загружать будем?
- Какие-то ящики, а они очень тяжелые. Я одна их не подниму.
- Хорошо. Где они?
- В комнате Сержа. Идем туда.
Мы зашли в комнату, и я присвистнул. Она была большой и имела огромное окно с виртуальным пейзажем, который дополняли звуки природы.
Но Рио не дала насладиться этой красотой.
Закончив с погрузкой, мы присели перевести дух, и я спросил у Рио:
- А где сам Серж?
- Убежал на какое-то совещание к руководству базы.
- Я что хотел спросить… А если вдруг база перестанет существовать, куда ты денешься?
- В каком смысле? Я никуда не денусь.
- Прости, иногда я выражаюсь странно. Я имел ввиду, чем будешь заниматься?
- Рой, с базой ничего не случится. Ей больше ста лет, и она еще тысячу простоит.
- А вдруг? Мало ли что.
- Не знаю. Я родилась здесь.
- А ты знаешь что-нибудь о красном мхе?
- Ну и вопросы у тебя сегодня. Это такой легкий наркотик. Его выращивают в глубинном подземелье.
- А что он дает?
- Лишает аппетита. Подземные жители его часто употребляют, чтобы не хотелось кушать. Потом он поднимает работоспособность, вызывает чувство эйфории и безумной любви ко всему, что тебя окружает. Короче, возникает чувство безоблачного счастья.
- Значит, подземным жителям из-за него так хорошо? Интересно, а откуда они узнали про свойства этого мха?
- Змееподобные просветили. Слышал о таких?
Я кивнул головой в ответ.
- А вот откуда змееподобные его взяли – понятия не имею. Между прочим, на базе тоже есть любители мха. И в Барасо им тоже увлекаются.
- Я никогда о нем не слышал…
- Тогда тебе повезло. Я слышала, что подземельные этим мхом заманивают к себе людей.
- Зачем?
- Так они там вымирают, и им нужна рабочая сила. Вот они и привязывают к себе людей бесплатным мхом.
- Странно. От чего им вымирать?
- От красного мха у многих развивается бесплодие.
- У них же дети есть. Я сам их видел.
- Ты был у них? – поразилась Рио.
- Случайно попал с бывшими друзьями. Мы заблудились, и те вывели нас наружу. Так что по детям?
- Это дети тех, кто решил уйти в подземелье. Все очень просто. А еще я слышала, что они поставляют людей змееголовым.
- Как еду? – ужаснулся я.
Рио замахала на меня руками:
- Змееголовые не питаются людьми. Они погружают их в какие-то камеры под предлогом виртуального мира, человек в них засыпает и начинает выделять массу энергии, которой пользуются змееголовые. Но это все слухи. Ладно, покатили тележку, а то скоро Серж вернется, увидит нас здесь и будем мы иметь большущие проблемы.
Мы встали, и я, взявшись за поручни, начал толкать тележку к грузовым лифтам…


Состав из трех вагонов только что прибыл на базу, и около него крутились несколько грузчиков. Мы с Рио стояли на платформе туннеля, на стенах которого красовалась цифра «один» и дожидались, когда к нам подойдет дежурный.
Я с восхищением смотрел на поезд, который раньше видел только в виртуальном пространстве. Он мне чем-то напоминал то ли хищного зверя, топ ли хищную птицу.
К нам подошел дежурный и направил к первому вагону. Там я передал тележку грузчикам, и мы с Рио медленно пошли в сторону центрального зала.
- Ты чего такой грустный? – спросила меня Рио. – Неприятности?
- Все нормально, - ответил я. – Просто не знаю, как мне связаться с наземным миром. Хотел поговорить кое с кем.
- И?
- База так защищена, что мой гаджет не может выйти в виртуалку.
- Понятно. Это специально сделано, чтобы Служба безопасности Барасо не смогла перехватить данные.
- Я все это понимаю. Но доступа к закодированной вертуалки у меня тоже нет.
- А что тебе мешает просто выйти в Мертвый город?
Я остановился и посмотрел на Рио.
- Ты это серьезно?
- Ты не единственный контрактник на базе. У большинства на поверхности остались семьи и любимые люди.
- Но в контракте прописано, что я в течение года не могу выходить за пределы базы. Лишь в сопровождении кого-то.
- И что? – усмехнулась Рио. – Все подписывали этот контракт. И все его спокойно нарушают. Короче, пойдем, я покажу тебе один фокус.
И Рио повела меня в сторону знакомой двери, ведущей в подвал дома…


Остановившись около заветной коробочки на стене, Рио, подмигнув мне, сказала:
- А теперь смотри.
Она поднесла большой палец к сенсору и дотронулась до него сначала три раза, затем, переждав пару секунд, еще один раз, после чего снова подождав пару секунд, прикоснулась два раза.
Замок щелкнул, и она пафосно произнесла:
- Твой путь более не имеет преград.
- А как же охрана? Неужели здесь нет камер?
Закатив глаза, Рио ответила:
- Я тебе поражаюсь. Разумеется, камеры есть и на нас сейчас смотрят, но твое лицо есть в базе данных. Раз около нас не стоят десяток автоматчиков, значит, программа «свой-чужой» тебя опознала.
- Кто придумал этот фокус с пальцем?
- Рой, ты вроде не дебил, но мышление у тебя явно отсутствует. Компьютерщики придумали. Те, кто на контракте. Они тоже хотят общаться со своими семьями. Такая же история у охранников и обслуживающего персонала. Так что делай выводы. Но болтать со своими рекомендую из бара напротив, там обычно все наши собираются. Местные побаиваются. Обратно войдешь по той же схеме.
- А звонки отслеживают?
- Не без этого. А тебе есть что скрывать?
- Ну, как бы хотелось без прослушки.
- Это как повезет.
- Так же можно всю секретную информацию вынести.
- Рой, не морочь не голову. Короче, будешь выходить?
- Буду, - сказал я и открыл дверь…


Я не стал выходить из подвала. Вынув из кармана гаджет, я написал сообщение Мышке в университетский чат: «Дорогая, я так скучаю. Хочу тебя увидеть. Приезжай завтра в бар напротив тумана. Буду ждать тебя в 16.00. Надеюсь, ты будешь с седыми волосами. Твой Рой».
Я очень надеялся, что она сможет понять намек в моих словах…


На следующий день около четырех дня я вошел в бар. Рио не обманула. Он был заполнен многочисленными посетителями, лица которых мне были знакомы по базе. Я подошел к стойке заказать себе стаканчик легкого вина и обомлел - за ней сидел Седой в женском обличии.
Увидав меня, он поднялся с высокого табурета, одернул подол юбки, поправил на шее бусы и аккуратно вытер пальцем уголки накрашенных губ. Послав воздушный поцелуй бармену, Седой направился к выходу. Я последовал за ним. На улице Седой двинулся в сторону мобиля и, усевшись за руль, открыл мне дверь со стороны пассажирского сидения.
Как только я сел, он отъехал подальше от бара и положил на приборную панель небольшую коробочку.
- Что это? - спросил я.
- Глушилка, - пояснил Седой. – Теперь можем говорить спокойно. Куда ты пропал? Мой информатор передал, что с тобой невозможно встретиться.
- Мне нечего было передавать, - объяснил я.
- А теперь есть?
- Да, поэтому я и написал Мышке. Вижу, она поняла смысл сообщения.
- Меня не интересуют твои выводы, меня интересует инфа. Рассказывай.
И я все ему подробно выложил.
- Молодец! – похвалил меня Седой. – Отличная работа. Я тобой доволен.
- Что там с консервами?
- Пока все нормально. Что касается Найры - она повесилась.
- И кто теперь староста?
Скривившись, Седой ответил:
- Ставленник твоего отца. Так что Дик Мур держит руку на пульсе… Теперь по Закрытым землям. Это уже не твоя проблема. Дальше в игру вступят профессионалы.
- А мне что делать?
- Что хочешь. Поезжай домой.
- У меня нет дома.
- Рой, не дури. Я могу прямо сейчас отвезти тебя в Сину и поговорить с твоей матерью и братом. Ты станешь для них героем.
- Ты не шутишь?
- Нет.
- Тогда поехали, только мы можем заехать с тобой на местное кладбище?..



 Эпилог

С того самого дня, как Седой привез меня домой, прошло три года. Я не хочу рассказывать о встрече с матерью и братом. До сих пор, воспоминая о том вечере, вызывают у меня слезы. Таких эмоций лично я никогда не испытывал в своей пока еще короткой жизни.
А дальше последовали события, которые я даже не мог себе представить.
Мой брат, услышав от Седого, что я настоящий герой Барасо, предотвративший новую катастрофу, тут же растрепался об этом своим дружкам. В свою очередь, их корявое изложение попало в виртуалку. Поднялась шумиха, и меня стали осаждать не только блогеры, но и журналисты. В какой-то момент времени меня это так достало, что я провел в виртуальном пространстве брифинг, на котором поведал все, что произошло со мной, начиная с того момента, когда я устроился работать на кладбище. Мое выступление стало не просто сенсацией - оно произвело взрыв в общественном сознании. Кто только не обсуждал мои откровения.             
Через неделю после брифинга и поднятой шумихи состоялся Совет мэров. Спустя еще два дня они опубликовали совместное заявление, в котором было сказано о недопустимости рассуждений и призывов к единоличному правлению. В противном случае это будет расцениваться как враждебные действия по отношению к населению Барасо и преследоваться единым законом.
   И тут же в Сину заявился мой отец. Он приехал в окружении столичных репортеров и со скорбным видом принес мне свои извинения. Далее он начал оправдывать свое поведение, говорить, как ему безумно стыдно, и клясться в вечной любви ко мне и Риму. Закончилось все выделением приличной денежной компенсации за принесенные страдания и обещанием выполнить любую мою просьбу.
Уверен, если бы не вожделенное кресло мэра Сарара, он вряд ли бы стал унижаться перед столичными жителями. На остальных ему было глубоко наплевать. 
Мэр Сины предложил Риму должность своего помощника. Скорее всего, ему были интересны связи с таким человеком, как Дик Мур. Брат, который к тому времени расстался со своей подружкой и ушел с работы, вцепился в это предложение.
Я сошелся с Ханой, и теперь Мими стала моей приемной дочерью. На удивление, она переросла свою болезнь и теперь ведет себя как обыкновенный ребенок. Мы частенько посещаем с ней виртуальный Зоопарк, где она любит кормить уток и лебедей.
Деньги, которые дал отец, я потратил на приобретение небольшой гостиницы, которой теперь занимается Хана. Она оказалась отличной хозяйкой, и наше дело процветает.
Мама ушла от своего мужа и теперь с удовольствием помогает Хане.
А еще я выкупил у Алика кладбище. Год назад мне удалось добиться от Совета мэров объединения базы усопших, чтобы гражданам Барасо было удобно навещать ушедших близких в любом месте.
Теперь я часто общаюсь со своими усопшими друзьями. Я приобрел для дяди виртуальный бар с посетителями, и теперь он оттуда не вылезает. Мало того, дядя умудрился завести интрижку с одной из усопших и собирается сделать ей предложение «руки и сердца». Даже не представляю, что из этого может получиться.
Минори по-прежнему является лидером по производству продуктов питания. Надеюсь, что когда-нибудь такое положение дел изменится.
С Мышкой, как и с Вороном, я больше не виделся. Ворон снова занялся политикой и собирается через несколько лет стать мэром Сины. Ну а Мышка сделала головокружительную карьеру. Как только имя ректора всплыло на брифинге, и он, сопровождаемый большим скандалом, был вынужден покинуть свой пост, то каким-то чудом в кресле ректора оказалась Мышка. Держу пари, что без Седого здесь не обошлось.
Самого Седого повысили в звании, и он возглавил базу, где тут же развел бурную деятельность. Первым дело он переселил малочисленных жителей Мертвого города в другие поселения, превратив этот «некрополь» в наземную часть базы. Затем полностью поменял охрану, чтобы даже пылинка не могла пролететь мимо него. Взял на работу многих специалистов из Кенжи, в том числе Агату и Сайка. А самое главное установил свои порядки с жителями подземелья. В виртуалке ходили слухи, что Седой умудрился перевезти на базу систему, но вот утилизировал ли он ее, я не знаю. Об этом источники молчали.
Говорили, что Седой с военными предпринял не одну попытку попасть в Закрытые земли, но каждый раз терпел неудачу. Барьер никого не пропустил. Но что-то мне подсказывает, что рано или поздно его люди смогут обойти препятствие.
Те ученые, кто решил тайно покинуть базу, были найдены мертвыми. Среди них был и Серж. Груз, находящийся с учеными в вагонах поезда, следующего в Закрытые земли, частично был передан в Кенжи. Подозреваю, что это тоже была работа Седого.
Кем на самом деле был Патриарх, так и осталось тайной, но зная Седого, он на этом не успокоится.
Я не жалею о том, что сделал. Мои близкие живы. У меня тихая и спокойная жизнь. Я люблю и любим. Да, мой мир странен, и не все в нем так хорошо, как хотелось бы. Но лучше так, чем та жизнь, которую готовили те, кто живет в Закрытых землях и подземелье. И я знаю лишь одно: мой поступок был верным, потому что нельзя быть счастливым, когда вокруг боль, страх и слезы…