Медиум

Эпизод 1

Ульяна Степановна Фролова рано утром прибыла в Пермь из Великого Новгорода, где проживала последние сорок лет. Такси, которое она взяла на вокзале, доставило женщину прямо к воротам больницы, где жила и работала её сестра Лида.
На удивление, ворота металлической ограды были открыты, и Ульяна, ступив на территорию психиатрической больницы, направилась по парковой дорожке к величественному зданию, больше напоминавшему старинный особняк.
Дойдя до деревянной скамьи, Ульяна поставила на неё сумку с вещами. Сев рядом и закурив, она стала рассматривать двухэтажное здание больницы, состоявшее из трёх частей. Самой красивой была средняя часть, выпиравшая вперёд. Её украшал изящный балкон второго этажа и несколько белоснежных колонн с лепными деталями. На желтоватых стенах, давно не знавшим ремонта, были заметны места, где отвалилась штукатурка.
Глядя на здание, Ульяну не покидало ощущение, что она приехала сюда не с целью навестить младшую сестру, а вылечить собственный недуг, преследовавший её с детства - умение видеть и разговаривать с теми, кто покинул этот мир.
Этот дар, а возможно и проклятье, не принесли ей славы и богатства. Только понимание того, что смерть – это не полное исчезновение из жизни, а всего лишь смена формы существования.
Пока Ульяна росла, родители таскали её по врачам, клали в больницы, пичкали таблетками, что сильно отражалось на учёбе в школе и на возможность иметь друзей. Она сопротивлялась лечению, как могла, но родные считали, что у неё некая форма расстройства психики. Скорее всего, Лида по их настоянию стала психиатром, чтобы в дальнейшем помогать сестре справиться с данной болезнью.
В восемнадцать лет Ульяна уехала подальше от своих близких, устроившись работать в библиотеку. Именно там, среди книжной тишины, никто не мешал ей сражаться с собственным разумом, постоянно требовавшим доказательств того, что она не бредит.
Женщина много читала, ища научные объяснения своему феномену. Это были и философские труды, и скептические статьи, и мифология, и бог еще знает что.
В какой-то момент она сказала самой себе: «Стоп! Я - библиотекарь в библиотеке ушедших душ. Пока есть те, кто не может найти покой, и те, кто не может забыть, мои способности медиума будут им помогать».
Потушив сигарету, женщина потерла ладонями ноющие колени и посмотрела на часы. Было около шести утра. Подумав, Ульяна решила, что стоит позвонить в дверь больницы. Наверняка кто-нибудь из персонала не спит и впустит её внутрь.
Не успела женщина встать со скамьи, как центральная дверь больницы открылась, и на улицу выскочила Лида в белоснежном халате. Подбежав к Ульяне, она обняла сестру и, поцеловав, спросила:
- И долго ты здесь сидишь?
- Минут сорок, - ответила Ульяна.
- Почему сразу не позвонила?
- Сама не знаю.
- Ладно, пойдём.
И Лида с лёгкостью подняла со скамьи довольно тяжёлую сумку.
- Знаешь, я всегда поражалась тому, что мы от одних родителей, - сказала Ульяна. - Посмотри на меня и на себя. Небо и земля. Тебе досталось всё самое лучшее: рост, красота, точёная фигурка…
- Скажешь тоже, - фыркнула Лида, ведя сестру к дверям больницы.
- Серьезно, Лид, - продолжила Ульяна, плетясь следом. -  Всё у тебя есть. Семья, карьера. А я? Старая. Толстая. Одинокая. Я и десяти шагов пройти не могу, чтобы не задохнуться. Из-за веса болят колени, отекают ноги. 
- Я сейчас просто обрыдаюсь, - бросила через плечо Лида и добавила: - Ничего, на больничной еде быстро вес сбросишь.
- Да-да-да. Как бы не так. Или забыла, как я с двенадцати лет пытаюсь сбросить с себя этот жировой баласт? Сколько диет было перепробовано? Результат: раздражение, злость и хандра.
Лида, открыв перед сестрой створку входной двери, подмигнула и нежно пропела:
- Ты и так прекрасна, Колобок.
- Даже не знаю, любить себя за это или ненавидеть…

Войдя в огромный холл, Ульяна обомлела от вида мраморных колонн и парадной лестницы, ведущей на второй этаж. А стоявшее в пролете между этажами огромное величавое зеркало в позолоченном обрамлении, создававшее иллюзию дополнительного пространства, сразило её наповал.
- Здесь очень красиво, - выдохнула Ульяна, рассматривая массивные потолочные люстры.
- Только ремонт здесь не делался лет пятьдесят. Пойдем, будешь жить в крыле для персонала.
Лида повела сестру в то крыло усадьбы, где находились комнаты сотрудников. Открыв одну из них, Лида вошла первой и, поставив сумку на пол, сказала:
- Вот здесь ты и будешь обитать. Кстати, в комнате имеется туалет с душем.
Ульяна обвела взглядом комнату, которая больше походила на гостиничный номер, и где стояли: заправленная кровать, прикроватная тумбочка, стол, пара стульев, небольшой холодильник и лакированный буфет 60-х годов прошлого столетия. На тумбочке красовался маленький переносной телевизор.
Лида подошла к открытой части буфета. В нем сиротливо ютились два гранённых стакана, графин и четыре чашки с блюдцами. 
Открыв боковые дверцы, она сказала:
- Сюда можешь положить вещи. Шкафа, как видишь, нет. Сломался. Но есть вешалка для верхней одежды.
И сестра кивнула головой в сторону деревяшки с крючками.
- Где-то здесь были плечики, - задумчиво пробормотала себе под нос Лида, выдвигая один за другим комодные ящики нижней части буфета.
Увидав их в одном из отделений, она показала на них сестре и спросила:
- Ну как? Нравится?
Ульяна молча кивнула в ответ.
Лида подошла к окну и, раздвинув плотные цветастые шторы, сообщила:
- Когда-то в этом крыле были палаты для особых пациентов.
- Особых? – не поняла Ульяна.
- У некоторых высокопоставленных товарищей родственники тоже страдали отклонениями. В обыкновенные палаты, как ты понимаешь, их не клали, поэтому для них обустроили комнаты повышенного комфорта. Лет десять назад эти спецпалаты передали медперсоналу.
Ульяна подошла к узкой двери и приоткрыла её. За ней оказался небольшой санузел. Осмотрев его, она спросила:
- А куда дели высокопоставленных родственников? Неужели всех вылечили?
- Скажешь тоже, - хмыкнула Лида. – Они нынче лечатся в престижных местах. 
- А психушка здесь всегда была? – поинтересовалась Ульяна, присаживаясь за стол.
- До революции этот домина принадлежал какому-то промышленнику. Богатейший был человек. Мне называли его фамилию, но я ее подзабыла. То ли Кобылин, то ли Мотылин… После революции поместье перешло государству. Сначала в нём разместили детский дом, потом, во время войны, госпиталь. А в конце сороковых здесь находился архив. В середине пятидесятых здание забрали военные, а в семидесятых отдали медикам.
- Понятно, - протянула Ульяна, подперев кулаком щёку. – А сами больные где обитают? В другом крыле?
- Нет. Там кабинеты. Больные у нас на втором этаже. Там же находится и столовая.
- Хочешь сказать, что вы питаетесь вместе с ними?
- Что-ты, - махнула рукой Лида. – У медперсонала своя столовая. Между прочим, вставай и пошли завтракать.
Порывшись в кармане халата, Лида достала ключ. Протянув его сестре, она добавила:
- Держи. Это от комнаты…

Столовая медперсонала находилась в небольшой комнате – метров пятнадцать, не больше. Усадив Ульяну за один из столов, Лида направилась к раздаточному окну. Минут через пять она вернулась с подносом в руках. На нём дымились две чашки с кофе и тарелки с овсяной кашей. Следом за Лидой в столовую вплыла полная женщина в белом переднике. В руках она держала две тарелки: на одной лежали нарезанные куски батона, на второй - сыр и масло.
Поставив тарелки на стол, женщина отошла на пару шагов и широко улыбнулась, обнажив несколько золотых зубов.
- Это наша замечательная повариха, - садясь за стол, представила Лида женщину в переднике. - Её зовут Таисия Ивановна.
- Просто Тося, - махнув рукой, смущённо поправила повариха.
Ульяна, улыбнувшись женщине, произнесла:
- Тося, вы тоже можете звать меня по имени. Ульяна.
Забрав поднос, Таисия Ивановна засеменила обратно на кухню.
Быстро покушав, сёстры встали из-за стола.
- Пойдём, подышим утренним воздухом, - предложила Лидия. – Хочешь ещё кофе?
- Не откажусь, - обрадовалась Ульяна.
Лида налила сестре кофе, и они вышли на широченную террасу, где стояли плетённые кресла и столики. Усевшись, Ульяна достала пачку сигарет и, закурив, спросила:
- Так что у тебя случилось? Когда ты попросила срочно приехать, я очень испугалась. Ты не заболела?
Закатив глаза, Лида ответила:
- Сплюнь. Со здоровьем всё в порядке. Просто по «закону подлости» все случается одновременно. Рассказываю. Первое. Нашу больницу закрывают. Вернее, уже закрыли. Большую часть пациентов распихали по другим местам. Здесь осталось человек двадцать. Многие идут под выписку в ближайшее время. Тех, кого не выпишут, заберут другие лечебницы в течение недели. Медперсонал тоже поредел. Кто-то уволился, кто-то перевёлся. Остались две медсестры, повариха и три санитара - они же и грузчики, и сторожа, и электрики, и сантехники, и «принеси-подай». Ну и я, как врач. К тому же ответственная за передачу здания новому владельцу.
Затянувшись, Ульяна сбросила пепел на пол террасы и спросила:
- Судя по всему, здание продали?
- Зришь прямо в корень.
- И кому?
Лида пожала плечами:
- Одному молодому, красивому и, разумеется, очень богатому. Как зовут – не знаю, как выглядит – понятия не имею. Так вот, этот молодой и красивый, а может быть, старый и страшный, собирается превратить эту усадьбу в собственный особняк. Ну, ты понимаешь… Но тут произошёл конфуз. Усадьба-то историческая. Уникальная. Больше на музей тянет. Короче, пока он бодается с чиновниками, мы сидим тихо и коротаем свои денечки.
Ульяна снова затянулась и спросила:
- В этом заведении пепельницы водятся?
Лида сходила за пепельницей и, снова усевшись в кресло, продолжила:
- Второе. Моя дочь разводится.
- Как? - обомлела Ульяна. - У них же трое детей.
- Ты думаешь, я этого не знаю? –хмыкнула Лида, хрустнув пальцами. – Этот гадёныш - ейный муженёк - две недели назад объявил, чтобы Катька собирала свои манатки, детей и валила на все четыре стороны. А сам укатил со своей молодой любовницей в экспедицию на два месяца. Я ведь её предупреждала, что не стоит крутить шашни с профессором университета. Тем более до неё он дважды был женат. Плюс четверо взрослых детей.
- А любовница? Кто она? – туша сигарету, спросила Ульяна.
- Его аспирантка. Как оказалось, он с этой девицей замутил, когда моя дура третьего родила. Хорошо, что Яша не дожил до этого дня. Он бы этого профессора по стене размазал.
Ульяна засмеялась и съязвила:
- Так и вижу битву двух профессоров. На ринге профессор психиатрии и профессор археологии.
- Не смешно. Если бы ты только знала, как мне мужа не хватает. При нём здесь всё цвело и работало, как часы. Пять лет прошло…
- Хочешь с ним поговорить?
- Нет, - отрезала Лида. – Ты знаешь моё отношение к этим вещам. Короче. Мне надо забрать дочь с внуками. Пусть пока здесь поживут.
- Зачем их сюда тащить? - удивилась Ульяна, прикуривая новую сигарету.
- Хватит смолить!
- Не хватит. Я много курю. Так ответь мне: зачем сюда тащить детей? Продай ваш с Яшей дом и купи в городе большую квартиру.
- Я уже продала дом, - сказала Лида. - Сразу после смерти Яши.
- Ты ничего не говорила об этом, - поразилась Ульяна и, подвинув кресло ближе к сестре, спросила:
- Почему?
- Надо было помочь сыну квартиру купить.
- У него же есть квартира.
- Не у него. А у родителей жены. А там отношения стали портиться.
- И?
- Он купил квартиру. Работает ведущим хирургом в одной из клиник Петербурга. Жена работает с ним.
- А Митька?
- Поступил в медицинский. Пошёл по стопам родителей.
- Передай мои поздравления, - затушив сигарету, попросила Ульяна.
- Сама и передай. Он здесь. Дрыхнет у меня в комнате.
- Митька здесь? Как здорово! Я видела его в последний раз, когда ему было двенадцать.
- Ты его не узнаешь.
Ульяна задумчиво произнесла:
- Я очень рада за твоего сына. Только теперь ни у тебя, ни у дочери жилья нет. И как вы жить собираетесь? Она, можно сказать, ни одного дня не работала. На одни алименты сейчас не проживёшь, да и твоей зарплаты на всех не хватит.
- Были бы родители живы… Ничего, справимся. Пока здесь поживём, а потом квартиру снимем. Пойду в больницу работать. Придумаем что-нибудь. Одним словом, мне надо, чтобы ты за Митькой присмотрела. Я не могу его здесь без присмотра оставить. Мало ли что.
- Поняла. Когда едешь?
- К вечеру должен один врач на замену подъехать. Так что рано утром умчусь.
- Лида, давай-ка ты с Катей и детьми ко мне переедете. Дом у меня большой, к тому же на территории города стоит. В нём всем места хватит. А Катю я на работу пристрою. У меня одна подруга в Новгородском Кремле работает. Чем тебе не археология? А ещё одна администратором в театре служит. Ты в больницу или поликлинику пристроишься. Я на пенсию вышла, буду с детьми помогать.
- Уля, ты серьезно?
- Абсолютно. До Питера 3 часа езды. Будешь чаще видеться с сыном и внуком. К тому же кроме вас у меня никого нет.
- Спасибо тебе, - на глазах у Лиды выступили слезы. – Ты не представляешь, что сейчас для нас сделала.
Ульяна, вздохнув, погладила ноющие колени и произнесла:
- Значит так. Берёшь Митьку и едешь с ним к дочери. Он парень здоровый, так что пусть помогает вещи упаковывать. Там наймёте грузовое такси. Загрузите в него вещи, мебель и отправите по моему адресу. Сами сядете на поезд. В Великом оставишь Митьку с Катюхой и детьми, а сама вернёшься обратно. Передашь все дела, и мы вместе отсюда свалим.
- Может, и ты с нами поедешь? – спросила Лида.
- С ума сошла? Такие мотания не для моих ног. К тому же из меня никудышная помощница. А здесь место тихое, природа красивая. Я лучше здесь тебя подожду… 

Эпизод 2

Прошло несколько дней. Ульяна предпочитала разгадывать кроссворды в толстом журнале, приобретённом ещё на вокзале, дремать под глупые, как ей казалось, сериалы, болтать с персоналом и гулять по парковым дорожкам больницы. Пару раз она ходила в поселковый магазин за сигаретами и вкусняшками к чаю.
Вот и этим утром Ульяна с чашкой кофе расположилась на террасе и, смоля сигареты, разгадывала очередной кроссворд. Когда стали появляться больные, Ульяна поняла, что завтрак окончен, лекарства приняты и теперь до обеда контингент психушки будет предоставлен самому себе. Несколько больных сразу направились бродить по парку, другие расположились в креслах. Санитары, расхаживая взад и вперёд, внимательно следили за своими подопечными.
К Ульяне подошёл один из больных и отрапортовал:
- Российский ворон - очень большая и умная птица. Не любит женщин и живет десять - пятнадцать лет, в отличие от австралийского, доживающего до двадцати двух.
- Я рада за австралийца, - ответила Ульяна.
Больной отошёл в сторону.
Зазвонил телефон. Это была Лида.
- Вы как там? – поинтересовалась Ульяна.
- Нормально. Слушай, Колобок, я думаю, что буду отсутствовать не меньше месяца.
- Ого! Я надеялась, что вы справитесь максимум за неделю.
- Я тоже, - вздохнув, сказала сестра. - Но дочке надо решить некоторые вопросы по школе, потом забрать истории болезней из поликлиники. На это точно уйдёт неделя. Грузовую перевозку мы заказывать не будем. У Кати есть один знакомый с домиком на колёсах. Он как-раз собирается через неделю ехать в сторону Питера. Катя с ним говорила, и тот согласился подбросить нас в Великий. Вчера купили несколько больших чемоданов, чтобы начать собираться. И ещё. Я хотела бы побыть какое-то время с детьми. Надо опять-таки решить вопросы со школой, прикрепиться к поликлиникам, поискать себе работу. Да, ты обещала поговорить с кем-то из знакомых.
- Да, я созвонюсь с ними и вышлю их номера телефонов. А что с разводом?
- Завтра дочка пойдёт в какую-то адвокатскую контору. Хочет нанять адвоката, чтобы тот без её присутствия вёл все дела. Так что, как не крути, но я смогу вернуться не раньше, чем через месяц.
- Я никуда не тороплюсь. Спокойно собирайтесь.
- Спасибо. Буду держать тебя курсе…
Только Ульяна закончила говорить, к ней на носочках приблизился молодой парень лет восемнадцати. Взглянув на журнал, лежавший на коленях женщины, он, заведя руки за спину, тихо поинтересовался:
- Что делаешь?
- Разгадываю кроссворды, - ответила Ульяна, не зная, как вести себя с психически больным человеком. 
- Тебе это нравится делать? – последовал следующий вопрос.
- Не особо. Я просто мозги тренирую.
- Зачем? – продолжая стоять на носочках, спросил паренёк.
- Я стала многое забывать.
- Склероз?
- Наверное.
Паренёк абсолютно серьёзно произнёс:
- Он с возрастом у всех проявляется. Кроссворды помогают?
- Очень на это надеюсь.
Закрыв журнал, Ульяна положила его на столик. Паренёк тут же сел на плетённый табурет, продолжая держать руки за спиной.
Внимательно посмотрев на Ульяну, он доверительно сообщил:
- У меня тоже проблемы с памятью.
- И что ты делаешь? – спросила женщина, ища на всякий случай глазами санитаров.
- Играю в преферанс.
- Я с картами не дружу.
- Ещё учу стихи.
- Молодец, а я стихи терпеть не могу.
- А ещё изучаю иностранные языки.
- И как?
- Так себе.
Они помолчали. Затем Ульяна спросила:
- А почему ты ходишь на носочках?
Молодой человек с удивлением посмотрел на неё:
- Как зачем? Я должен держать себя в форме. Я же балерина…
Ульяна чуть не поперхнулась:
- Балерина? – переспросила она.
- Да. Ты мне не веришь?
- Верю-верю, - поспешила согласиться с ним Ульяна, боясь вызвать в пареньке взрыв эмоций. – Сразу видно, что ты отличная балерина.
- Правда? – паренек искренне улыбнулся, и его глаза радостно заблестели. – Я приглашаю тебя на свои выступления.
- Спасибо. Это неожиданно.
Паренёк внезапно сник:
- Ты правда придешь? А то все обещают и не приходят.
- Обязательно приду. Ты только скажи, где будешь выступать?
Паренек тут же ожил:
- Выбирай. Осенью я буду выступать на планете Роз.
- Где? – переспросила Ульяна.
- На планете Роз, - повторил паренёк. – Затем на планете Маков, после чего на планете ПР- 318/52. Представляешь, у этой планеты нет названия. Жители несколько тысяч лет проводят конкурс на лучшее название и до сих пор не придумали. Там будет лучшая, но избалованная и предвзятая публика.
Увидав кого-то за спиной женщины, он подскочил и походкой балерины побежал в конец террасы. Ульяна обернулась и увидала повариху, которая держала в руках стакан с янтарной жидкостью и блюдце с пышной сдобой.
Поставив перед Ульяной угощение, Тося села в свободное кресло и сказала, перейдя на «ты»:
- Я тут принесла кое-что, а то не видала тебя за завтраком.
- Спасибо, Тося, - поблагодарила Ульяна.
Кивнув головой, повариха произнесла: 
- Вижу, ты уже знакомства заводишь.
- Я тебя умоляю. Парень сам ко мне подошёл. Если честно, я немного струхнула. 
- Ты не боись. Те, кто здесь остался, спокойные. Со странностями, но не агрессивные. Вон, посмотри налево. Видишь женщину в летах?
- Та, что вяжет? – уточнила Ульяна.
- Она самая. Узнаёшь?
- Нет, а кто она?
- Ты что! – поразилась Тося. – Это же известная в прошлом актриса.
И повариха зашептала что-то на ухо Ульяне.
- Серьезно? Это она? – поразилась женщина, когда её собеседница с довольным видом отпрянула назад.
- Она-она. Полтора года здесь лежит.
- А что с ней?
Почесав подбородок, повариха ответила:
- Больше чем уверена, её сюда родственники засадили, типа проблемы у неё с головой. А сами наверняка уже собственность и деньги делят.
- Никогда не поверю, что моя сестра на такое пойдёт.
- Лидочка Степановна тоже человек подневольный. Ей сверху прикажут и никуда не деться… А за соседним столиком сидит бывший военный. Красавчик, согласись.
Снова затянувшись, Ульяна лишь пожала плечами.
- Мы его зовем Генерал, - сообщила Тося.
Ульяна выразительно посмотрела на повариху:
- Почему Генерал?
- Потому что у него звание генеральское. На самом деле его зовут Иван Фёдорович, но Генерал короче.
Потушив сигарету, Ульяна отпила из стакана. Это оказался компот. Довольно вкусный и не приторный. Тося тем временем продолжала:
- А напротив Генерала сидит Серж. На самом деле его зовут Серёжа. Ему тридцать два года, и он программист. Попал к нам месяцев шесть назад. Расстройство у него: считает всё подряд.
- Это как? – спросила Ульяна, допивая компот.
- Ну как тебе сказать. Он всё считает. Сколько окон и дверей в комнате, сколько полок в шкафу, какое количество книг на полках, сколько картошки и морковки в супе плавает и так далее. Но парень хороший. Вежливый…А вон там - повариха глазами показала на молодую женщину, - сидит Краля.
Ульяна засмеялась.
- А ты не смейся. У неё фамилия по паспорту Краля. Татьяна Краля.
- Довольно симпатичная.
- Ага, что лишний раз доказывает, что внешность обманчива. Как по мне, хищница она. А строит из себя ангелочка. Хрупкого, белокурого и пушистого. Ты бы слышала, каким она голосом разговаривает. Таким детским. Так и хочется ей в этот момент кастрюлю с кислыми щами на голову вылить.
 Ульяна еле сдержала себя от очередного смеха, а Тося продолжала:
- Мне вот интересно: если ей действительно на голову кастрюлю вылить, она будет также противно пищать или заговорит нормальным голосом?
- А почему хищница?
- Почему-почему. Увела из семьи мужика, а его жена взяла и повесилась. Остался маленький ребёнок. Мужик и забрал его. А у этой Крали свой сын имеется. Так она, видите ли, стресс испытала. А чего она, гадина, хотела? Из-за неё женщина на себя руки наложила. Чужого ребенка теперь растить надо, а ей, я так понимаю, веселиться хочется. За её-то сыном мать приглядывает, а тут ещё один на голову свалился. Так эта хищница сразу в апатию впала. За последний год третий раз к нам попадает. Это ей божья кара.
Ульяна снова закурила и предположила:
- Так может, она притворяется?
- Не исключено, - согласилась повариха.
- А что с тем пареньком? – Ульяна показала сигаретой на молодого человека в спортивных брюках и футболке.
- Частичная потеря памяти, - пояснила Тося. - Зовут Эдиком. Попадает к нам время от времени. У нас ещё один такой есть. Якутом кличут.
- Почему Якутом?
- У него глаза узкие.
- А с ним что?
- Тоже потеря памяти. Но есть у меня подозрение, что он из криминального мира. А здесь прячется от кого-то.
- Надо же…
- Ладно, пойду я. Мое дело борщи да каши варить, - сказала повариха и поднялась из-за столика: – Обед через два часа. Не забудь, приходи. Мне голодные обмороки не нужны.

Эпизод 3

С террасы больницы хорошо просматривался ровный участок земли, поросший луговыми травами и цветами. Луг плавно переходил в небольшой холм с мягко очерченными пологими склонами. У самого подножия холма виднелись серые руины какого-то здания. Испытывая непреодолимое желание попасть туда, Ульяна, отыскав молоденькую медсестру Машу, подошла к ней. Та как раз раскладывала таблетки по мензуркам.
- Маша, ты случайно не в курсе, что за здание стоит на холме?
Не отвлекаясь от работы, Маша ответила:
- Случайно в курсе. Ещё одна достопримечательность нашей местности. Разрушенный монастырь. Но лучше туда не ходить.
- Почему?
- Зона там. Аномальная. Одним словом, проклятое место…

После обеда явно собирался пойти дождь. Небо потемнело, подул прохладный ветер. Ульяна, укутавшись в шаль, решила вздремнуть прямо на террасе. Только она удобно устроилась в кресле, как на террасу вышла молодая женщина и, увидав Ульяну, села рядом с ней.
Обняв себя за плечи, она, покачиваясь из стороны в сторону, начала говорить. Голос у неё был глухим и безжизненным:
- Я днями и ночами нахожусь под их пристальным вниманием. ОНИ следят за мной. Вчера я попыталась моргнуть два раза подряд, а ОНИ тут как тут. Слушают, что я думаю. Я постоянно слышу их голоса в голове. И в столовой ОНИ за мной тоже наблюдают. Стоит мне повернуться, и я вижу глаза. ОНИ заручились поддержкой птиц. Голуби носят на себе камеры и слушают всех. Сегодня утром один голубь так и ходил за мной по пятам. Однажды ночью я видела, как по полу бежали крысы. К их маленьким мордам тоже были приклеены камеры. Врач неделю назад сказал, что у меня паранойя. Как вам это нравится? Зачем ОНИ нас контролируют? Чтобы мы окончательно не сошли с ума?
Женщина замолчала, продолжая раскачиваться…

Ульяна поднялась и, спустившись с террасы, решила пройтись по парковой аллее. Пока она шла, то думала над тем, что услышала. О ком говорила та женщина? Кто за ней наблюдает? Может, она имела ввиду санитаров? Или это обыкновенный страх психически больных людей перед их собственным бессилием? А санитары ассоциируются у них с властью, лишающей свободы?
Аллея привела Ульяну к стеклянной конструкции, покрытой толстым слоем грязи, пыли и паутины. Это была заброшенная оранжерея.
Сначала женщина хотела пройти мимо этой постройки, но, услышав приглушённые голоса, остановилась. Ей стало любопытно, и она как можно тише приблизилась к одному из разбитых окон конструкции.
Заглянув внутрь, Ульяна увидала двух пациентов, сидевших на старых табуретах, притащенных, видимо, из больницы. Один из них - мужчина лет сорока - худощавый, с лихорадочно горящими глазами. А вот вторым пациентом оказалась женщина. На вид ей можно было дать лет тридцать. Женщина улыбалась и гладила пальцами свои густые нечёсаные волосы.
- Хорошо, что мы скоро отсюда уедем, - сказал мужчина, теребя пуговицу на своей пижамной рубахе. ОНИ снова прислали сюда своих наблюдателей. Видимо думают, что мы ничего не замечаем. Ты помнишь, как тебя сюда привезли?
- Помню, - ответила женщина. - Я помню, как небо вдруг стало неправильно синим. И те деревья на холме казались кем-то нарисованными.
 Мужчина подался корпусом чуть вперёд и произнёс:
- А ты видела, как меняется время около монастыря? Я ходил туда три недели назад. Был вторник. А когда вернулся, на моей руке оказались три новых шрама. И Солнце было не на своем месте.
Женщина, не переставая улыбаться, кивнула головой:
- Это Зона так дышит. Я была там в прошлом месяце, когда искала светящуюся… Не помню… Совсем не помню. Помню, что она такая большая-большая-большая штуковина. И показывала интересные вещи.
- Какие?
Женщина прикрыла глаза, силясь что-то вспомнить:
- Города. Не наши города. Они висели в воздухе и были сделаны из звука. И двигались против часовой стрелки. А земля под ногами казалась тонкой плёнкой, натянутой над бездной… Если нас разлучат, ты будешь скучать по мне?
- Конечно!
- Очень-очень-очень?
- Очень-очень-очень. Хочешь, я подарю тебе ключ от моей квартиры?
- Зачем?
- Я оставил его на подоконнике, когда ходил за хлебом. Вернулся, а он лежит внутри старого ржавого ведра. И ключ был такой горячий, словно его только что вынули из печи… Ты видела Семёна?
- Видела, когда он жил здесь зимой. Он странный. Всё время крутился около монастыря. И Монах тоже.
- Его Зона перестроила. Он теперь не совсем человек…
- А кто?
- Наблюдатель.
Женщина перестала улыбаться и прижала пальцы к губам, а мужчина, уставившись в одну точку, стал бормотать что-то, что было понятно только ему одному:
- Я ушёл. Но остался человеком, способным мыслить. Мое «Я» стёрлось. Появилось «Я» чужое. Когда я смотрю на предмет, то внутри пустота. Нет радости бытия… Раньше Семён был нормален, а потом его сознание разбилось на осколки. Зона склеила их обратно, но не так, как надо. Теперь он такой же, как ОНИ. Когда он смотрит на тебя, то на самом деле смотрит сквозь тебя. Он видит не тебя, а собственные внутренние пейзажи. Свои личные, маленькие аномалии.
- Я видела одного около фонтана. Он разговаривал с водой. Только вот фонтан давно не работает. Его корыто пустое. Лежат только жухлые прошлогодние листья, какие-то жуки, ветки. И небольшая лужа от прошедшего дождя.
- Лужа и есть вода… Я хочу уйти.
- Да-да, идём. Скоро ужин, потом сон. Надо идти чистить зубы.
- Ты не поняла. Я хочу уйти туда. Где находится сердце Зоны.
- Разве оно существует?
- Мне о нём рассказывали. Место, где нет ни входа, ни выхода. Где прошлое, настоящее и будущее существуют одновременно, и где ты перестаёшь быть собой. Это лучше, чем оказаться в другой больнице. Ты пойдёшь со мной?
- С тобой хоть на край света.
- Это замечательно. Мы разрушим этот фальшивый мир. И нас ещё наградят. Весь наш мир старая изношенная книга. Буквы смазаны, страницы слиплись от влаги. Зона пытается всё это исправить.
- Подслушиваете?
От неожиданности Ульяна подпрыгнула на месте. Обернувшись, она увидала одного из санитаров. Он ухмылялся.
- Вы меня напугали до смерти, - выдохнула Ульяна, ощущая, как бешено колотится её сердце.
- И кто там у нас сегодня?
Он заглянул в пустоту окна и снова ухмыльнулся:
- Ромео и Джульетта.
- Иронизируете? – спросила Ульяна, отходя от оранжереи.
- Нет. Оранжерею любят многие больные. Приходят по одному, парочками, а иногда и группами. Сидят, о чём-то философствуют. Приходится разгонять. Так, о чём они болтали?
- О какой-то Зоне.
Ульяна отошла от оранжереи, вернувшись на аллею больничного парка.
- Это их любимая тема разговоров, - отозвался санитар, следуя за Ульяной.
- А что за Зона такая?
Санитар поморщился и ответил:
- В районе монастыря когда-то находилась военная база. Кто-то пустил слух, что там проходит какая-то аномалия. Как-то так.
- А что за наблюдатели следят за больными?
Санитар рассмеялся:
- Тоже одна из баек. Якобы кто-то приходит из Зоны и следит за тем, что думают наши пациенты. А один из больных заявил мне на днях, что эти самые наблюдатели подыскивают себе психов, чтобы загрузить в них сознание погибших людей из других миров.
Начал накрапывать мелкий дождик.
- А почему вы назвали ту парочку Ромео и Джульетта?
- Потому что их все так зовут. Здесь вообще почему-то принято давать больным прозвища. С одной стороны, удобнее, чем запоминать их фамилии, имена, отчества. Не нравится Ромео и Джульетта? Зовите Шерочка с Машерочкой. Они здесь два года лежат. Везде ходят вместе. Кроме совместного проживания, разумеется. Впрочем, я здесь всего полгода, так что, сами понимаете…

Они подошли к ступенькам террасы, на которых восседал Серж и пересчитывал небольшие камешки. Попрощавшись, санитар направился по своим делам, а Ульяна, поднимаясь по ступеням, поинтересовалась:
- Зачем ты их считаешь?
- Я все считаю, - ответил Серж, не поднимая головы. – Одиннадцать, двенадцать… Не сбивайте меня со счета…
- Где ты их взял?
- В Зоне. Я там гулял.
- И тебе не было страшно?
- Знаете, что самое страшное в Зоне?
- Нет.
- Тишина. Тишина, которая всё помнит.
Серж взглянул на Ульяну и добавил:
- Там под землей есть машина. Она переплетает время.
- Ты её видел?
-  Нет. Генерал сказал.
- Понятно. Так зачем ты всё считаешь?
- Я должен быть уверен, что нахожусь в своём мире. В реальном… Восемнадцать. Все правильно. Столько камешков я взял в Зоне.
К Сержу подошёл другой санитар:
- Пошли. Пора принимать лекарства.
Серж послушно встал. Засунув камешки в карманы брюк, он, быстро одолев ступени, зашел в здание больницы.
- Всегда считала компьютеры злом, - сказала Ульяна, садясь в кресло. – Вот и этот мозгами двинулся.
- Он не из-за работы двинулся, - ответил ей санитар. – У него пять лет назад невеста погибла. За неделю до свадьбы.
- Какой ужас! – Ульяну аж передернуло.
- Такси, в котором она ехала, попало в аварию. И Сержа это просто сломало. Он должен был везти её в ателье, чтобы забрать свадебное платье, а ему срочную работёнку подкинули. Вот невеста на такси и поехала. Мало того, что Серж винит себя в её смерти, так он вбил себе в голову, что она хочет в отместку забрать его к себе.
- Всё равно не понимаю. При чём здесь счёт? – спросила Ульяна.
- Ну, как сказать… Если честно, я и сам мало что понимаю. Он считает, что раз они живут в разных реальностях, то чтобы понять, где он находится, необходимо всё считать. Предположим, если в его реальности на столе лежат три ручки, то в другой обязательно будет другое количество.
- Ерунда какая.
- Это ещё не всё. Тут Генерал внушил ему, что в Зоне есть машина, на которой можно отправиться в прошлое и изменить события. Так наш Серж теперь только этим и бредит.
- Бедный парень, - сказала Ульяна и закурила.
Санитар ушёл, захватив с собой чью-то забытую на кресле кофту... 

Дождик прекратился. Покурив, Ульяна потушила в пепельнице сигарету и внезапно почувствовала, как в затылке началось лёгкое покалывание и повеяло холодом. Это происходило всегда, когда к ней стучался кто-то с того света.
Ульяна расслабилась и перед ней предстала очаровательная молодая женщина.
- Привет, - сказала Ульяна, - ты кто?
«Я невеста Сержа», - пронеслось у неё в голове.
- Ты что-то хочешь ему передать? – поинтересовалась Ульяна.
«Да. Скажи ему, что та цепочка, которую я порвала в спешке... Пусть он найдёт её и принесёт на мою могилу. Она лежит под ковриком в прихожей…».
- Вряд ли он это сделает. Если ты заметила, он лежит в психушке. Кстати, он собирается вернуться в прошлое и изменить события того дня. Ну… ты понимаешь, о чём я говорю.
«У него и раньше были проблемы со здоровьем. Моя смерть послужила катализатором его сумасшествия. Но он отличный программист. Генерал хочет его использовать. Он плохой человек. Останови Сергея».
И женщина исчезла. Затылок сразу успокоился, и снова повеяло теплом.
Ульяна поднялась и направилась в свою комнату…

Эпизод 4.

Утром после завтрака, Ульяна перекинулась парой фраз с поварихой, поговорила по телефону с сестрой и пошла гулять по парку. Когда колени совсем разболелись, она села на лавку и стала размышлять, стоит ли передавать Сержу о вчерашнем разговоре с его невестой. Подумав, она решила ничего не говорить, дабы не спровоцировать какую-нибудь болезненную реакцию.
Вытянув вперед ноги, Ульяна приготовилась насладиться тёплым днём. Но ей так и не удалось это сделать. Рядом с ней на лавку плюхнулись две женщины. Одной было лет пятьдесят, а второй явно за семьдесят. Худощавый мужчина, сопровождавший их на прогулке, садиться не стал. Он просто встал напротив и начал чесать свои щёки и лоб, на которых и так были видны красные полосы от его ногтей.
Как бы не хотелось Ульяне уйти, но из-за больных коленей ей пришлось стать невольной свидетельницей разговора больных людей.
- Он же у меня моряком был, - растягивая гласные, говорила молодая женщина. – Я ездила к нему на Камчатку. В международном вагоне… Я же дочь большого начальника. Да… Я к нему приехала, везде всё посмотрела, потом вернулась в Москву. Кое-кому позвонила, этого сняла, другого поставила… Мой муж чиновник. А папаша говорил, что он вечный студент… Как хорошо в Сочи. Я раньше там всегда отдыхала… Все меня любили, хвалили. Я такая красавица была и всех тоже любила…
- Давно здесь лежишь? – спросила женщина в возрасте.
- Нигде я не лежу! - возмутилась молодая. - Я в поликлинике сижу… Меня не выпускают на улицу… Память у меня хорошая…
- А я была учительницей. Потом умерла.
- Зачем?
- Просто так. И снова возродилась. Мне вчера триста лет исполнилось.
Заметив Ульяну, женщина в возрасте надменно произнесла:
- А вы как сюда прошли? Вас моя охрана пропустила?
- Пропустила, - подтвердила Ульяна, понимая, что спорить с больным человеком бесполезно. – Желаете мне за это голову отрубить?
- И отрублю, если надо. Какой сейчас год? Не знаете? А я знаю. Тысяча семьсот двадцатый.
Внезапно женщина потеряла интерес к Ульяне и снова переключилась на своих спутников. Она посмотрела на мужчину, который продолжал расчесывать своё лицо, и спросила:
- Вы женаты?
- Я? – переспросил мужчина и перестал чесаться. – Мой брат женился. Я женился. Мы оба женаты. Знаете, где я познакомился с женой? На кладбище. У меня там первая жена лежит, а у неё муж. Вот там мы и познакомились…
Мимо проходивший санитар, посмотрев на мужчину, сказал:
- Фёдор Иванович, вас завтра утром выписывают. Шли бы вы вещи собирать.
- Как выписывают? – опешил Фёдор Иванович. – Меня нельзя выписывать.
Санитар, махнув рукой, пошёл дальше.
- Нельзя выписывать, - выпучив глаза, начал говорить и чесаться одновременно мужчина. – У меня фобии с шестнадцати лет. Неуверенность в себе. Мне надо всё перепроверять. Прихожу домой, закрываю замок, но отойти от двери не могу. Всё перепроверяю. Трогаю замок, ручку. Закрыто. Но мне всё равно не спокойно. Снова проверяю. И так раз двадцать. Потом успокаиваюсь. Главное в этот момент переключиться на что-то другое. Ещё я не могу заставить себя войти в помещение с улицы. Боюсь, что если буду стоять спиной, то меня укусит собака.
- Какая? – оживилась молодая. – У меня было раньше много собак.
- Любая. Подкрадётся сзади и укусит, - продолжал мужчина. - Я хожу спиной вперёд. Меня жена везде сопровождает. Когда она идёт за мной, мне спокойно.
- Жалко, что вы женаты, - сказала молодая женщина. - Я бы, конечно, хотела ещё раз выйти замуж. Мне ведь всего тридцать два года. А в паспорте записали пятьдесят пять… 
 - Если вижу на улице собаку, иду в укромное место и начинаю осматривать себя. Нет ли дырок на брюках. Несколько раз осматриваю и тогда успокаиваюсь. Жена сшила мне из брезента брюки. Брезент нельзя прокусить.
- А я боюсь проглотить коронки. Поэтому боюсь чихать и кашлять, - вставила женщина в возрасте. – Я каждый вечер трясу одежду, чтобы из швов всё вытрясти. Иначе в них может кто-нибудь прятаться. Крыса, например…

Ближе к вечеру опять пошёл мелкий дождь, и Ульяна решила лечь спать пораньше. Но спала она плохо. Дождь моросил всю ночь, ноги болели, и женщина никак не могла найти удобное положение. Проворочавшись часа два, Ульяна села в кровати, включила бра и посмотрела на часы. Они показывали три часа ночи. Спать больше не хотелось, и женщина, надев спортивный костюм, вышла в коридор. Там она столкнулась с молодым человеком лет тридцати. Он был невысокого роста, с короткими волосами соломенного цвета.
- Ты что здесь делаешь? – спросила она.
- Брожу, - ответил он. – Спать совсем не хочется.
- Мне тоже. Предлагаю бродить вместе.
- Вы курите?
- Курю.
- Давайте покурим вместе.
- Давай. Только, где?
- В холле. Там стоят кресла.
- А если нас погонят медсёстры?
- Не погонят. Они спят давно.
- Тогда идем, - согласилась Ульяна.
Они дошли до холла и, расположившись в мягких креслах, закурили.
Ульяна спросила:
- Ты как сюда попал?
- Случайно, - выпуская изо рта струю дыма, ответил молодой человек. - Меня, кстати, Денисом зовут.
- А меня Ульяна Степановна, - представилась женщина.
- А вы как сюда попали, Ульяна Степановна?
- Шла, шла и пришла. Я – медиум.
- Кто? – спросил Денис.
- Человек, который умеет общаться с умершими.
- Ничего себе! – шёпотом восхитился Денис. – Я никогда ещё не был знаком с медиумами. А что, теперь и экстрасенсов упекают в психушки?
Ульяна отрицательно покачала головой:
- Не бери в голову, - сказала она. – Я здесь в гостях у сестры. Она работает в больнице.
- Вот оно что. То-то я вас в столовой никогда не видел.
Ульяна затянулась:
- У нас отдельная столовая.
- Хорошо кормят?
- Точно так же. Повариха-то одна. Так что за случайность привела тебя в это место?
Денис замялся.
- Говори, не стесняйся, - подбодрила его Ульяна.
- Мама положила. У меня со сном плохо. То уснуть не могу, то кошмары мучают. А мне нужна ясная голова. Я архитектор, И всё время такое ощущение, что рядом со мной постоянно кто-то находится.
Внезапно Ульяна почувствовала сквозняк и покалывание в затылке.
- Слушай, Денис, - сказала она, - ты, главное, не пугайся. Ко мне сейчас кто-то явится, и, похоже, по твою душу.
Денис так и застыл с потухшей сигаретой в руке.
Ульяна вдохнула полной грудью. Покалывания усилились. Перед ней возник человек в старинной одежде.
- Скажи, Денис, ты не совершал никакой покупки? Скажем, год назад?
- Совершал, - подтвердил парень. - Я купил антикварный письменный стол. У нас в доме закрылся букинистический магазин, и директор распродавал всё, включая мебель.
- Этот стол когда-то принадлежал писателю, – сказала Ульяна. – И владелец стола сейчас находится здесь, прямо перед моими глазами. Он говорит, что умер сто лет назад.
- И что он хочет? – спросил Денис. – Получить обратно свою мебель? Только как он его заберёт?
Даже в полумраке холла было видно, как парень побледнел.
- Не говори глупостей, - сказала Ульяна. – Писатель просит опубликовать его стихи. Они лежат в столе. Иначе он будет преследовать тебя всю жизнь.
- Но в столе ничего не было.
- В нём есть тайник. Надо тайник открыть и опубликовать его труд. Он сразу уйдёт.
- Вы ему верите, Ульяна Степановна?
Женщина в ответ лишь пожала плечами. Она не хотела говорить этому парню, что души, как и живые люди, могут часто лгать и капризничать. Она ласково посмотрела на Дениса и сказала:
- Конечно, верю. Сделай, как он просит. А теперь баиньки… 
Эпизод 5

В шесть утра, налив себе большую чашку кофе, Ульяна вышла на террасу, захватив с собой журнал кроссвордов. Не успела она прикурить, как голова дала знать, что к ней кто-то пришёл.
Ульяна покорно закрыла глаза, а когда открыла, перед ней появился силуэт молодого офицера.
«Мама плачет по мне многие годы» - дрожащим голосом произнёс призрак.
- Чем я могу помочь?
«Успокоить её, сказать, что со мной всё хорошо. Мы скоро с ней встретимся».
- Ты сам-то откуда? Адрес можешь сказать?
Призрак продиктовал, и Ульяна быстро записала его в журнале.
- Ты служил где-то рядом? – спросила женщина.
«Да. Здесь. На базе. Там происходили опыты. Иногда очень жестокие. Много людей пропало».
- Да что же это за база такая? Все о ней только и говорят.
«Там стоят ворота между мирами. Если их не закрыть, то придёт беда. Придут монстры».
Тело молодого офицера стало колыхаться, и он растворился.
- Что же это такое? – пробормотала Ульяна. – Надо обязательно прогуляться к монастырю.
Дверь на террасу открылась, и Ульяна увидала повариху.
- А я-то думаю, кто здесь разговаривает? – сказала Тося. – А это ты, Ульяночка Степановна.
- Да вот, - ответила ей Ульяна. – Кроссворды разгадываю, и сама с собой болтаю.
- Понятно. Не буду мешать. Еда через пару часов будет готова…

Сразу после завтрака Ульяна направилась к монастырю. Подобрав в начале пути длинную палку, женщина, опираясь на неё, как на посох, произнесла:
- Ну, ноженьки, не подведите. Мы должны увидеть это аномальное место.
За её спиной послышались чьи-то шаги. Обернувшись, Ульяна вздрогнула – за ней шёл тот самый Ромео из оранжереи.
- Привет, - сказал он, поравнявшись с женщиной. – Вы направляетесь в Зону?
- Пожалуй.
- Я провожу Вас?
- Проводите, - согласилась Ульяна. – А где ваша Джульетта?
- Плачет.
- Почему?
- Она расстроена тем, что её выписывают домой. Завтра за ней приедут родители.
Мужчина поддел носком ботинка небольшой камушек и откинул его в сторону.
- Я сегодня утром проснулся от ощущения, что ОНИ следят за каждым моим движением.
- Кто ОНИ? – решила уточнить Ульяна.
Но мужчина не ответил. Он продолжил говорить:
- Их глаза повсюду: за дверью палаты, в вентиляции, даже в лампе на потолке. Я слышу их. Слышу, как ОНИ записывают каждое слово, что я говорю про себя, когда кушаю, в разговоре с медперсоналом… Когда я лежу в темноте, то понимаю, что не один. За стеной всегда раздаётся постукивание. Это ОНИ… Вчера я попытался вырваться из палаты. Коридор был словно тоннель. Я кричал, звал охрану, но никто не отозвался… Обычно по ночам я специально шепчу названия городов и стран, которые ОНИ еще не посетили. Я спрашиваю их: «Вы уже видели Париж? А Токио? А Лиссабон? А Сингапур?». Я представляю себе, как ОНИ пакуют чемоданы… Иногда я смеюсь, представляя, как ОНИ прячутся под кроватью, боясь моего безумия.
- А вы не пробовали поговорить с врачом? – поинтересовалась Ульяна.
- Пробовал. И даже спросил: «Почему ОНИ шпионят за мной?» А врач нахмурился и, поправив очки, ответил: «Никого нет. Вы просто устали и видите то, чего не существует»… Как можно утверждать, что ничего и никого нет, если я собственными глазами вижу камеры, слышу скрежет за стенкой и чувствую их дыхание... А врач не помогает. Он просто прописывает разные таблетки. А каждая таблетка или укол — это яд в моём мозгу.
Ульяна замялась, но всего лишь на несколько секунд. Ей было дискомфортно идти рядом с психом. Мало ли что может прийти ему в голову.
И она просто сказала:
- Верю.
- Однажды, - продолжил Ромео, - я заметил на потолке маленькую точку. Это был объектив. Он мигал красным. Я даже попытался взобраться на тумбочку, чтобы дотянуться до него и закрыть пальцем.
- И как? Закрыл?
- Нет. Упал и ушиб ногу. Даже хромал неделю. Меня считают больным, а я стёр все надписи на своей руке.
- Какие надписи?
- Я записывал на руке места… Я их стер, но ОНИ всё равно приходят ко мне по ночам: худощавые, в чёрных костюмах без бейджиков. ОНИ часто прячутся в коридорах или скользят по полу, оставляя за собой ледяной холод. А сегодня утром я обнаружил в ящике тумбочки свой дневник, который давно пропал. На первой странице было написано чужим почерком: «Патология: мания преследования. Рекомендовано усиление дозы литиума». Я несколько раз перечитал эти слова. А слова, знаете, что сделали?
- Слова? – переспросила Ульяна, понимая, что ещё немного и она сама сойдет с ума, если этот псих не придушит её первым.
- Да, слова, - подтвердил Ромео. – Они стали отрываться от страницы. И через минуту та стала пустой.
Ромео остановился и начал переминаться с ноги на ногу.
- Что с тобой? – спросила Ульяна.
- Дальше идти нельзя, - ответил Ромео. – Дальше Зона.
Он носком ботинка провёл невидимую черту на земле.
- Я рискну, - сказала Ульяна, чувствуя небольшое облегчение.
- Идите. Вам можно. Передайте привет Семёну и Монаху.
И, развернувшись, Ромео направился в сторону больницы.
Ульяна проводила его взглядом и, перекрестившись, поплелась к полуразрушенным стенам монастыря. Её ноги гудели как никогда…
 
Эпизод 6

Монастырь окружала высокая каменная ограда, чья целостность была серьёзно нарушена. Огромные сколы и проломы открывали внутреннее пространство ветрам и осадкам.
Арка входа, некогда украшавшая ограду, представляла собой зияющую дыру.
Немного постояв перед входом, Ульяна переступила через валявшиеся камни и зашла во внутренний дворик, вымощенный каменными плитами.
У неё перехватило дыхание. Перед одной из стен дворика, чудом оставшейся целой, росли большие кусты, усыпанные бутонами разного цвета. Около них стояли высокие деревья. Солнечный свет, проникавший сквозь густые ветви, освещал каменную стену ограды, на которой когда-то находились фрески. Теперь по ней вился дикий виноград.
Возле одной из монастырских стен были заметны остатки каменной скамьи. Она была глубоко утоплена в землю, а её спинка частично откололась. На скамье неподвижно сидел маленький серый совёнок и, не моргая, смотрел на женщину.
Где-то впереди виднелся пруд и Ульяна, с трудом передвигая ноги, направилась в его сторону...

Пруд больше напоминал миниатюрное озеро с невероятно чистой и прозрачной водой, в которой плескались небольшие рыбки. Вода так и манила своей прохладой. Не удержавшись, женщина скинула туфли и, подтянув до колен брючины спортивных штанов, аккуратно вошла в воду. Рыбки тут же окружили её отекшие щиколотки. Кружась вокруг, они щекотали их своими беззубыми ртами и мягкими чешуйками тел. От удовольствия Ульяна зажмурилась и сделала несколько шагов вперед, чтобы охладить ноющие икры. И тут за её спиной раздался хриплый мужской голос:
- Я бы не советовал двигаться дальше.
Женщина медленно повернулась и увидела перед собой мужчину лет сорока, в просторной холщовой рубахе и таких же широких штанах. Его темные густые волосы были гладко зачесаны назад и собраны в хвост. Чуть вытянутое лицо с густыми бровями окаймляла длинная борода, заплетённая в тонкую косичку.
- Почему? – удивлённо спросила Ульяна.
Сунув руки в карманы штанов, мужчина ответил:
- Ещё несколько шагов, и вы бы провалились. Посмотрите сами, только близко не приближайтесь.
Сглотнув, Ульяна развернулась и, вытянув шею, медленно двинулась вперед. То, что она увидела, повергло женщину в ужас: неглубокий водоём с почти белым песком внезапно обрывался, а вместо него начиналась глубочайшая и широченная расщелина, заполненная какими-то растущими корягами и торчащими острыми валунами. От того, что у этой расщелины не было видно дна, становилось жутко. Содрогнувшись, Ульяна попятилась назад. Выйдя на берег, она икнула и, сунув мокрые ноги в туфли, дрожащим голосом произнесла:
- Спасибо. Что там такое?
- Бездна, - спокойно ответил незнакомец и улыбнулся.
При этом его глаза сузились, давая морщинам превратиться в длинные лучики.
- Шучу, - добавил он. – Это всего лишь природный разлом в земле. Однажды я попал в него. Думал, живым не выберусь. Он уходит очень глубоко вниз.
- Я это заметила. А вы кто такой?
- Меня зовут Дрын.
- Как?
Мужчина рассмеялся:
- Семён Дрыников, к вашим услугам. Приятелям нравится звать меня Дрын. Кстати, это слово означает толстая палка или дубина.
- Теперь поняла. Но лучше Семён.
- А вас как зовут?
- Ульяна. Ульяна Степановна.
- Красивое имя. Будем знакомы, Ульяна, - сказал Семён, протягивая женщине руку.
Она медленно протянула свою и мужчина, пожав её, спросил:
- Что вы здесь делаете, Ульяна? Местные сюда особо не суются, а вот туристы забредают. Вы из их числа?
- Нет, - ответила женщина и, немного смутившись, добавила: - Я из психушки.
- Да ладно? А по вам не скажешь, что вы… больны.
- Нет-нет. Я не из больных. Я приехала сестру навестить. Она врач. Просто стало интересно, что за развалины такие. Вот я сюда и пришла. В больнице все только и говорят о том, что здесь аномальная Зона находится.
Семён громко рассмеялся, после чего предложил:
- Хотите сока?
- Не откажусь. Кстати, вам передавал привет один больной. Вам и Монаху какому-то.
- Монаху, - протянул Семён. - Тогда следуйте за мной.
И мужчина быстрым шагом двинулся вдоль пруда. Ульяна поспешила за ним следом…

Через несколько минут они подошли к деревянному сараю, около которого лежал самый настоящий волк. Увидав зверя, женщина остановилась как вкопанная.
- А это и есть Монах, - произнёс Семён, открывая дверь, вырезанную в широких воротах сарая. – Не бойтесь, он вас не тронет.
Осторожно ступая и не сводя со зверя глаз, Ульяна вошла в сарай.
В нем было довольно чисто. На полу лежал потрёпанный временем ковер, а в углу была установлена буржуйка, на которой стояли чайник и кастрюля. Недалеко от нее белел обшарпанный невысокий холодильник. Между ними примостилась узкая этажерка. Широкий стол с двумя скамьями расположился прямо посередине сарая. Что только на нём не валялось: и краски, и какие-то инструменты, и листы с карандашными набросками. Ещё в сарае стоял старый диван, на котором лежали одеяло и две подушки. На стенах висели постеры с видом монастыря, луга, леса и какой-то речушки.
- А у вас тут довольно уютно, - выдавила из себя Ульяна.
- Меня устраивает. Вы садитесь, я сейчас угощать вас буду.
Семён подошел к холодильнику, открыл дверцу и достал пачку сока. Затем взял с полки стакан, чашку и пачку печенья.  Усевшись за стол, он, разлив сок, открыл пачку с печеньем.
- За знакомство, - сказал мужчина, поднимая стакан. – Пейте, это гранатовый сок. Очень вкусный.
Сделав глоток, Ульяна поморщилась – сок был кисловат для неё.
- Не нравится? – удивился Семён.
- Слишком кислый, - ответила Ульяна.
- Дать сахар?
- Не стоит.
- А мне нравится. Полезен для головы и вообще для организма…
- Семён, а вы здесь постоянно живёте? – спросила Ульяна.
- Около пяти лет, - поставив стакан на стол, отозвался мужчина.
- А как же зимой? Здесь, наверное, очень холодно.
- С октября по май я в дурке провожу. На кухне помогаю. Я ведь там когда-то лежал.
У Ульяны душа ушла в пятки. Она вдруг поняла, какую совершила глупость, придя в сарай к психу. Словно прочитав её мысли, Семён усмехнулся и, взяв из пачки печенюшку, произнёс:
- Вы не бойтесь. Я вас не трону. Шесть лет назад у меня завязался роман с одной женщиной. Она стала моей музой - я ведь художник. У меня была мастерская, где я жил и творил. Готовился к персональной выставке. И тут моя муза приревновала меня к натурщице. Устроила скандал, разорвала отношения и ушла. А за несколько дней до выставки пробралась в мастерскую и подожгла её. Сгорело всё: мастерская, вещи, документы, картины. И у меня сдали нервы. Так я и попал к психам. Провалялся год. Когда пришёл в себя, облюбовал это место и поселился здесь. Зимой перебираюсь в лечебницу. Так и путешествую между монастырём и психушкой пятый год.
- А родные у вас есть?
- Есть, - откусывая от печенья, ответил Семён. – Но они живут слишком далеко. И пока у меня Монах, я с ними не смогу увидеться.
 - Странно. Вы знаете, что лечебница закрывается?
- Знаю.
- А почему вы волка назвали Монах?
- Три года назад я нашёл его в лесу. Ему от силы недели две-три было. Мать то ли погибла, то ли охотники подстрелили. Рядом с ним ещё двое щенков лежали, но они уже были мертвы. Я его забрал, выходил. Из шприца выкармливал. Он предан мне, как собака. Я никогда его не оставлю. А почему Монах? - Семён пожал плечами. – Мы с ним, считайте, при монастыре.
- Купите в округе какой-нибудь заброшенный дом. И живите там.
- Может и куплю, - согласился Семён, беря ещё одну печенюшку. – Но я влюблён в этот монастырь и очень хочу его восстановить. Это место - настоящее хранилище истории. В нём обитает особая, суровая красота. Здесь каждый обломок рассказывает о чём-то своем.
- А Зона вас не пугает?
- Зона дальше находится. Она прямо за монастырем начинается. Я был там несколько раз. Правда, ничего аномального я в ней не нахожу.
- А каким образом вы собираетесь восстановить этот монастырь? Он же большущий. Это какие деньжищи сюда надо вложить.
- Огромные. Но я, когда в психушке лежал, наткнулся в библиотеке на книги об этом монастыре.
- Не знала, что у них библиотека есть, - удивилась женщина.
- Ну, это громко сказано. В своё время в этой больнице лежало несколько писателей, которые при выписке дарили врачам свои книги. Среди этих книг я и нашёл парочку об этих местах. И очень заинтересовался. Хотите знать, почему?
Немного помявшись, Ульяна ответила:
- Как вам сказать. Если только кратко.
- Я постараюсь, - пообещал Семён и начал рассказывать: - Этот монастырь был основан в 16-ом веке. В одной из книг я вычитал, что где-то под ним спрятаны сокровища.
- Наверняка их давно нашли и вывезли.
- Возможно, - согласился Семён. - Но так хочется верить, что сокровища до сих пор находятся здесь. И если это так, то у меня есть шанс найти их и восстановить этот памятник истории, наняв строителей и иконописцев. Вы даже не представляете, какие древние росписи я обнаружил под толстым слоем штукатурки на некоторых разрушенных стенах. Это шедевры. Надеюсь, я был краток.
- А если всё-таки не найдете?
- Тогда и буду думать.
- Может, я попробую вам помочь?
- Каким образом?
- Вы верите в то, что можно общаться с умершими людьми?
- Вы говорите о медиумах?
- Совершенно верно.
- Хотите сказать, что вы - медиум?
- Да. У меня есть этот дар. Просто я его всегда скрывала. Не люблю, когда начинают либо смеяться, либо, наоборот, задавать слишком много ненужных вопросов.
- Понимаю.
- Давайте поступим следующим образом: вы мне назовете хоть какие-то имена, кто мог бы быть причастным к тому моменту, когда сокровища попали в монастырь, а я постараюсь вызвать этих умерших.
- Прямо сейчас?
- Нет. Завтра или через пару дней…

Эпизод 7
 
Ближе к обеду Ульяна вернулась в больницу и, еле вскарабкавшись по ступеням террасы, буквально рухнула в плетённое кресло. За соседним столиком сидела Актриса и листала какой-то журнал. Балерина, одетый в трико, выделывал какие-то «па».
Поздоровавшись, Ульяна достала сигарету и закурила.
- Никак не бросите? – услышала она вопрос Актрисы.
- Вы о курение? – спросила женщина.
Актриса, продолжая листать журнал, кивнула головой.
- Да у меня и мыслей таких не возникало, - ответила Ульяна. – Мне нравится курить… Вам не приятно?
- Курите-курите, - отозвалась Актриса. – Я привычная. Мой последний муж смолил без остановки. Одну за другой.
Тем временем Балерина на цыпочках подбежал к балюстраде террасы и, положив руку на поручень конструкции, начал выполнять балетные движения, громко комментируя каждое из них. Со стороны казалось, что он ведет диалог с неким педагогом-хореографом:
- Молодец, Егор, - говорил он самому себе. – А теперь плие, а из плие уходим в релеве… Отлично, хотя ты можешь и лучше. И пируэт…
- Правда, он милый? – спросила Актриса.
- Вы об этом мальчике?
- О нем. Между прочим, Егор далеко не мальчик. Ему в этом году стукнуло двадцать семь.
- Серьезно? – удивилась Ульяна, прикуривая новую сигарету. - А я думала, что не больше восемнадцати.
- Он выглядит молодо, - произнесла Актриса, закрывая журнал. – Но судьба у паренька тяжелая.
- А что с ним случилось? – заинтересовалась Ульяна, пытаясь поддержать разговор.
- Когда Егору исполнилось четыре года, умерла его мать. И отец стал просто издеваться над малышом. Напиваясь, он заставлял ребёнка надевать на себя балетную пачку и изображать из себя балерину. В четырнадцать, исполняя перед отцом очередной танец, Егор нанёс родителю десять ножевых ранений в сердце. Психиатрическая экспертиза показала, что парень невменяем, и определила в лечебницу.
- Он не похож на убийцу, - сказала Ульяна.
- Вы много видели убийц? – приподняв одну бровь, спросила Актриса.
- Нет, конечно.
Актриса резко поднялась и пересела за столик к Ульяне.
- Есть другая версия того, что произошло с Егором, - тихо сказала она.
- Это как? – опешила Ульяна.
- У меня есть одна знакомая, которая умеет видеть прошлое и будущее.
- Ясновидящая?
- Да. Она меня иногда навещает.
- Разве посетителей допускают в такие заведения? – засомневалась Ульяна.
- Вы меня поражаете, - закатив глаза, ответила Актриса. – Здесь нет тяжелобольных. Разумеется, можно. Неужели вас никто не навещает? Впрочем, вы здесь недавно.
- Дело не в этом. Я приехала сюда навестить свою сестру. Она здесь работает. Лидия Степановна.
- Что вы говорите! – ахнула Актриса. – Наша врач.
- Совершенно верно.
- Надо же. Я её не видела уже несколько дней.
- Она отъехала по делам.
Актриса с интересом посмотрела на Ульяну: 
- Значит, вы полностью здоровы?
- Абсолютно здоровых людей не бывает, - глядя на Егора, произнесла Ульяна.
- И не говорите, - согласилась с ней Актриса. – С каждым годом я узнаю о своём организме много нового.
- Вы рассказывали мне об ясновидящей, - туша сигарету, напомнила собеседнице Ульяна.
- Точно! - оживилась Актриса. – Когда она увидела Егора, побелела и чуть в обморок не грохнулась. И предупредила, чтобы я держалась от него подальше. Я ей ничего о нём не рассказывала, она сама выдала, что он опасен и может убить любого, кто встанет у него на пути. Вот и верь после этого официальной информации.
Она откинулась на спинку кресла, и в этот момент к столику подбежал Егор.
- Ты видела? Видела? Как я работал у станка? – возбуждённо спросил он, обращаясь к Актрисе.
- Ты был великолепен, - тягуче произнесла та.
- А тебе понравилось? – поинтересовался Егор у Ульяны.
- Безумно, - ответила женщина. – Тебя явно ждёт успех.
- Спасибо. Я скоро буду выступать на планете Роз, потом на планете Маков, а затем на планете ПР- 318/52.
- Знаю, - сказала Ульяна. – Ты мне уже говорил об этом и даже приглашал посмотреть представление. Только я не знаю, где мне купить билеты на эти планеты?
Лицо Егора посерело, глаза сузились, и Ульяна увидала в них злой огонек. Внутренне сжавшись, женщина уже приготовилась вскочить и рвануть в свою комнату, но Егор внезапно изменился – его лицо приняло естественный оттенок, глаза расширились и приобрели доброту кота, нажравшегося сметаны. Смущённо улыбнувшись, он мягко произнёс:
- На эти планеты билеты не нужны. Я вас лично отвезу туда.
- Это было бы просто замечательно, - еле выдавила из себя Ульяна.
Егор радостно захлопал в ладоши и убежал с террасы.
- Бедный мальчик, - произнесла Актриса. – Живёт в каком-то своём мире.
- Я вам сейчас открою один секрет, но вы должны дать мне слово, что никому об этом не расскажите, – внезапно для самой себя выдала Ульяна.
- Могила! - торжественно произнесла Актриса.
- Я – медиум, - выдохнула женщина.
У Актрисы вытянулось лицо, и она, прижав пальцы к губам, уставилась на собеседницу:
- Потрясающе… Вы видите и слышите мертвых? Боже мой!
Минут пять она молчала, после чего спросила:
- Мы можем перейти на «ты»?
- Легко, - ответила Ульяна.
- Кстати, а как тебя зовут?
- Ульяна.
- А меня Эвелина.
- Знаю. Ты знаменитая актриса.
- Хороша знаменитость, - хмыкнула та. - Позволила жене сына упрятать себя в эту богадельню.
- Почему?
- Потому что мешаю ей жить в своё удовольствие. Скажи, ты можешь поговорить с отцом Егора?
- Зачем?
- Ужасно любопытно, была ли права моя знакомая?
- Хорошо, можно попробовать.
- Что тебе нужно для этого?
Ульяна пожала плечами:
- Ничего. Просто расслабиться…

Перед Ульяной стоял высокий плечистый мужчина. Его серые печальные глаза смотрели на женщину в упор.
«Я отец Егора. Моё имя Иван».
«Здравствуйте, Иван, - тоже мысленно сказала Ульяна. – Расскажите мне, зачем вы издевались над сыном?».
«Я никогда не издевался над ним».
 «Тогда почему Егор сказал на суде, что вы заставляли его танцевать, наряжая в балетную пачку?».
«Егор всю жизнь врал. Он всегда был жёстким, даже жестоким мальчиком.  Очень любил обижать слабых. Пока была жива моя мать, она хоть как-то сдерживала внука. Когда мама умерла, Егор совсем отбился от рук. Его даже хотели выгнать из школы, но я упросил директора дать сыну испытательный срок».
«Что произошло в тот день, когда вы погибли?»
«Я хотел поговорить с ним о его поведении, но Егор нахамил мне и убежал из дома. Вернулся только под утро. Поел, после чего взял нож и вошёл в мою комнату. Я спал. Егор несколько раз ударил меня ножом в грудь и сердце. Раны были смертельными. На суде мой сын прикинулся сумасшедшим. Он всегда был хорошим актёром. Врачи, как и судья, поверили ему».
Когда Ульяна пришла в себя, то увидала, что Актриса, не шевелясь, смотрит на неё.
- У тебя такой взгляд был, - прошептала Актриса. - Что он сказал?
Ульяна рассказала, что поведал ей отец Егора, добавив в конце:
- Твоя ясновидящая была права.
  Актриса помолчала немного и спросила:
- Ульяна, а я могу тебя попросить об одной услуге?
- Конечно.
- Три года назад погиб мой сын. Марк. Тромб оторвался, когда он был за рулём. Короче, я хочу знать, почему Марк не навещает меня во снах?
Сначала по ногам пробежал холод, затем маленькие молоточки стали бить по затылку.
- Элеонора! — позвала Ульяна. – Марк здесь.
Актриса крепко сжала в руке свой платок.
- Спроси его, почему он не приходит?
- Марк хочет, чтобы ты посмотрела на картину.
- Какую картину? — нахмурившись, спросила Актриса. – Я в психушке, а те картины, что были дома, Танька после похорон продала. У нас нет больше картин.
- Он показывает… море. И говорит: Ялта.
Лицо Элеоноры побледнело.   
- Ялта… Когда Марку было десять, мы поехали с ним в Ялту. У меня были съёмки.  И он умудрился потерять там свою любимую игрушку – маленькую машинку. Он плакал несколько дней и чуть не сорвал мне съёмки. Вся съёмочная группа искала эту игрушку, но так и не нашла…
- Марк говорит, что это было его первое и самое настоящее горе. Ещё он говорит, что тогда понял, как больно терять дорогие сердцу вещи. Твой сын просит передать, что сейчас ему очень хорошо, и он обязательно навестит тебя во сне.
Глаза Элеоноры наполнились слезами, но она не заплакала. Актриса выглядела так, словно впервые за три года смогла вдохнуть полной грудью…  Расправив плечи, она весело прощебетала, словно несколько минут назад ничего не произошло: 
- А куда ты ходила? Я видела, как ты покидала территорию больницы.
- Гуляла среди монастырских развалин, - ответила Ульяна, понимая, что её собеседница уводит разговор в другую сторону. – Познакомилась там с интересным человеком. Художником. У него есть большой волк по кличке Монах.
- И что художник там делает?
- Живёт и мечтает восстановить эти развалины. А ещё ищет сокровища, спрятанные где-то в подземельях.
- Феноменально!
- Я обещала ему помочь. Хочу связаться с теми, кто закопал клад.
- Зачем?
- Чтобы они подсказали, где зарыли сокровища, - пояснила Ульяна.
- Возьми меня с собой, - сложив ладони в молитвенном жесте, попросила Актриса. - Хоть какое-то развлечение.
- Через пару дней, - пообещала Ульяна…
 
Эпизод 8

Слух о таланте Ульяны разговаривать с мёртвыми разлетелся по больнице с бешенной скоростью. Медперсонал, завидя женщину, начинал перешёптываться, кто-то из больных кружил вокруг неё, но попросить о чём-то не решался.
Ульяна позвонила сестре, чтобы посоветоваться с ней о создавшейся ситуации.
- Ха, Колобок, - сказала ей сестра. – Мне уже позвонил врач и так аккуратно поинтересовался, не нужна ли тебе профессиональная помощь?
- И что ты ему сказала?
- Сказала, что сама тебя наблюдаю и выписываю все нужные препараты. Ты не волнуйся, я нагрузила его работой по самое не балуй.
- Как вы?
- Доехали до твоего дома. Это сказка. Дочка уже созвонилась с твоими подружайками. Но она больше склоняется к работе экскурсовода. Так что обживаемся…
Днём, во время прогулки, за Ульяной сначала увязался Егор.
-  Эти люди в белых халатах каждый день измеряют температуру, - пожаловался он.
- Так положено, - ответила Ульяна. – Медики несут ответственность за своих подопечных.
- Нет, - возразил Егор. - Врачи измеряют температуру наших страхов и галлюцинаций. Думают, что таким образом смогут найти границу Зоны.
- Опять Зона, - вздохнула Ульяна.
- Я сильно болен. Мой мозг — это перепутанный клубок проводов, где ток бьёт не туда, куда нужно.
Помолчав немного, Егор спросил:
- Ты видела "Танцующий Туман"?
- Нет. Я даже не знаю, что это такое.
- Это танец. Я буду танцевать его на одной из планет.
Балерина несколько раз подпрыгнул, а затем, схватив Ульяну под локоть, зашептал:
- Врачи думают, что мы сумасшедшие, потому что видим невидимое. Твои любимые медики и тебя считают такой же.
Сказав это, Егор, подпрыгивая, умчался в сторону фонтана.
Не успела Ульяна выдохнуть, как к ней подбежала одна из медсестёр – женщина шестидесяти лет…
- Ульяна, помогите мне. Мой муж Миша ушёл год назад. Внезапно. Вы можете поговорить с ним?
- Могу.
Ульяна глазами показала на лавку, и женщины сели.
Как всегда, сначала пришёл холод, затем удары по затылку, а после этого запах. Запах табака и машинного масла.
- Ваш муж был механиком? – спросила у медсестры Ульяна.
- Откуда вы знаете? – поразилась женщина и, опомнившись, произнесла: - Извините. Просто я впервые общаюсь с такими как вы.
- Ваш Миша здесь. Он очень взволнован и говорит, что скучает по дому.
- Я всё время ищу его ключи.
- Он говорит, что ключи вы найдете в корзинке с пряжей. А ещё там лежит недовязанный вами шарф для внучки.
Медсестра зарыдала и сказала сквозь слёзы:
- Я перестала его вязать, когда умер муж. Не было ни сил, ни желания.
Ульяна погладила женщину по спине:
- Он знает, что вы его до сих пор любите.
Медсестра вынула из кармана халата платок и, высморкавшись, попросила: 
- Передайте ему, что его старая кепка порвалась.
- Он и без меня слышит вас, моя милая. Поговорите с ним сами.
И женщину как прорвало. Она сбивчиво, сквозь смех и слезы, рассказывала мужу обо всех новостях в семье: о том, какие оценки получает внучка в школе; о том, что его любимый кот спит только на его подушке; о том, как поругалась с соседкой. И многом другом. Ульяна её не останавливала. Она понимала, что женщине надо выговориться, хотя призрак мужа давно ушёл. Медсестра всё говорила и говорила - было видно, что ей становится легче.
В какой-то момент Ульяна произнесла:
- Он ушёл, но просил передать, что очень вас любит и верит в ваши силы.
Медсестра смущённо улыбнулась, кивнула головой и, ничего не сказав, ушла.
И тут Ульяна увидела бредущего по аллее Эдика. Когда он поравнялся с лавкой, Ульяна его окликнула:
- Молодой человек!
Эдик остановился и посмотрел на женщину.
Ульяна похлопала ладонью по лавке и попросила:
- Сядьте, мне очень нужно с вами поговорить.
- Вы врач? – спросил Эдик.
- Нет, что вы. Но мне действительно нужно задать вам несколько вопросов.
Недолго поразмыслив, Эдик сел рядом с ней.
- Мне тут намекнули, что вы были в Зоне, - сказала Ульяна.
- Был. И что?
- Расскажите мне о ней. Я не верю, что у вас потеря памяти.
- Почему не верите?
- Мне так кажется.
- И что вам рассказать?
- Всё, что можете.
- Хорошо, - согласился Эдик. – Только учтите, если вы кому-то об этом расскажите, я буду отрицать.
- Не скажу, - пообещала Ульяна.
- Я попал в Зону, едва окончив институт. Мне только-только исполнилось двадцать два. Нас в составе группы геодезистов отправили проверить странные показания приборов на границе военной базы и разрушенного монастыря. Первое, что меня поразило, - это цвет.
- Цвет?
- Да. Когда пересекаешь невидимую границу, в глаза бросается зелёный цвет. Словно он какой-то неживой. И ещё - звенящая тишина… Мы тогда установили палатки, разложили карты. Радио не работало, но это было ожидаемо. Странным было другое… Время. В Зоне время ощущалось совсем иначе. Утром, когда мы отошли от лагеря, чтобы проверить датчики, от силы прошло минут пятнадцать. Вернувшись, оказалось, что стрелки убежали вперёд на шесть часов. Время там растягивается или сжимается по прихоти Зоны… Но самым страшным был не этот феномен, а то, с чем мы столкнулись на второй день. Парящее «нечто», что можно сравнить с зеркалом. Только это зеркало отражало не нас сегодняшних, а нас давнишних.
- Очень интересно, - задумчиво произнесла Ульяна.
- Когда мы нашли эту штуковину, я посмотрелся в неё и увидел себя десятилетним мальчишкой, гоняющим на велосипеде перед домом. Я чувствовал запахи того времени: сирень, росшую около моего подъезда; арбуз, который притащил мой друг Колька; слышал воркование голубей, клевавших куски хлеба… Пётр из нашей команды тоже подошёл к «зеркалу». В нем он увидел себя, плавающим в речке. Пётр еще рассмеялся и сказал, что умудрился тогда потерять обручальное кольцо. А потом он решил потрогать эту штуковину. Мы ему кричали…
- И что случилось?
- Как только его пальцы коснулись поверхности «зеркала», Пётр начал распадаться…
У Ульяны округлились глаза. Эдик, увидав выражение лица женщины, грустно усмехнулся и продолжил:
- Нам тоже никто не поверил. Но вы сами просили рассказать. Так вот, Пётр стал распадаться по слоям. Сначала исчезла его кожа, оставив видимым мышечный каркас. Затем исчезли мышцы, обнажив кости и органы. И всё это происходило без боли и крика. Мой коллега на глазах становился грудой пустых биологических форм. Когда остался только скелет, он «посмотрел» на нас пустыми глазницами… Я побежал. Не помню куда. Помню только, что выбежал на трассу, метался по ней, как загнанный зверь. Там меня и подобрал патруль… У меня с собой была записная книжка, в которой я делал записи. Так ее страницы оказались исписаны какими-то странными формулами, которых и в природе-то не существует. А еще изображениями существ, живущих непонятно где… Меня привезли в больницу, обследовали, и врачи предположили, что в Зоне я пережил сенсорную депривацию. Я так и не понял, что это такое, но с тех пор в моей голове постоянно слышится шёпот. На время он пропадает, а потом снова появляется.
- А что стало с другими членами группы?
- Не знаю. Я их больше не видел. Еще… У меня все время такое чувство, будто я забыл что-то очень важное. Такое впечатление, что кто-то стёр кусок памяти. И эта мысль сидит у меня в голове, как заноза.
- Значит, всё-таки потеря памяти? Простите, что сомневалась.
- Я ненавижу Зону. Она забрала у меня работу, друзей, жизнь. Вы услышали достаточно?
- Да, - сказала Ульяна. - Ещё раз извините меня. А Якут? Такой невысокий, плотного телосложения, с узкими глазами? Вы разве не вместе?
- Нет. Я вообще не знаю, кто он такой.
Эдик встал и, пожав на прощание руку Ульяне, удалился…

 
Эпизод 9

Следующий день порадовал солнышком. Ближе к десяти Ульяна с Актрисой направились к развалинам. Добравшись до них, женщины нашли Семёна около одной из разрушенных стен. Стоя на коленях, тот изучал лежавшие перед ним бумаги. Рядом с ним на траве развалился его преданный волк. При появлении незваных гостей Монах приподнял голову и, оскалившись, издал утробный звук.
Оторвавшись от бумаг, Семён произнёс:
- Спокойно, парень.
- Привет, - улыбнувшись, сказала Ульяна.  - Я не одна. Это…
- Я знаю, кто ваша спутница, - перебил её Семён.
Волк, поднявшись, сел и, зевнув, почесался.
- Какой симпатяга, - сказала Актриса.
- Это Монах - мой волк, - пояснил Семён, поднимаясь с колен.
- Знаю. Мне Ульяна рассказывала.
- Как я могу к вам обращаться? – поинтересовался у Актрисы Семён.
- Эвелина Петровна, - отозвалась та. – Но лучше просто Эвелина.
- Семён, - обратилась к мужчине Ульяна. – Я готова вызвать дух любого, кто обитал здесь ранее, и узнать, где находятся сокровища.
Семён приподнял одну бровь и, потрепав Монаха по холке, сказал:
- Нам с тобой решили помочь.
Волк снова зевнул и лизнул руку хозяина.
- Что вы знаете о кладе? – спросила Ульяна, присаживаясь на стоявшую рядом лавку.
Актриса последовала её примеру. 
- Есть лишь парочка версий, - ответил Семён. –По одной из них, сокровища могут принадлежать владельцу поместья. После революции он укрылся в монастыре, спрятав в нём свои драгоценности. Позже он принял постриг. Другая версия говорит о том, что драгоценности принадлежали одному купцу. Он в сопровождении помощников и охраны возвращался домой с уральских приисков. Вёз самоцветы и золото. В дороге почувствовал себя плохо и был вынужден остановиться в этом монастыре. Монахи за ним ухаживали, лечили, но тот всё равно помер, а игумен под шумок умудрился спрятать часть драгоценностей.
- Потрясающе, - выдохнула Актриса.
Внезапно Монах грозно зарычал. Повернув головы, собеседники увидели приближающихся к ним Якута, Генерала и Егора.
- Я смотрю, монастырь сегодня пользуется невероятной популярностью, - произнёс Семён.
Подойдя на безопасное расстояние, Генерал громко произнес:
- Ты бы придержал своего хищника.
Семён взял Монаха за ошейник и спросил:
- Чем могу быть полезен, Иван Фёдорович?
Генерал подошёл ближе:
- Привет, Семён. Вот, решил навестить тебя. Как ты здесь?
- Вашими молитвами, - ответил Семён. - Что-то раньше вас это не особо интересовало.
- Обстоятельства изменились…
К ним с опаской приблизились Якут и Егор.
- Не бойтесь этого очаровательного зверя, - решила подбодрить их Актриса.
- С каких пор волки стали очаровательными? – поинтересовался у неё Генерал.
Но Актриса ничего ему не ответила.
- Иван Фёдорович, -  спросил Семён у Генерала. - Так что за обстоятельства заставили вас появиться здесь, да ещё и с группой поддержки?
- Пару дней назад за ужином Эвелина Петровна поделилась с кем-то из больных своими впечатлениями о талантах Ульяны Степановны. Голос у нее громкий, поставленный, так что слышно было абсолютно всем.
- Эвелина, – изумлённо пробормотала Ульяна. – Ты же обещала…
Актриса с извиняющейся улыбкой развела руками:
- Так ведь все свои…
- И что? – спросил Семён, глядя на Генерала.
- В том числе она поделилась и тем, что вы, Семён, ищите здесь сокровища.
- Налетело воронье, - усмехнувшись, произнес Семён.
Генерал, заложив руки за спину, тут же отреагировал:
- Сокровища меня интересуют меньше всего.
- Тогда ничего не понимаю, – обескураженно сказал Семён. 
Генерал ещё ближе подошёл к художнику. Такая дерзость очень не понравилось Монаху, и он оскалился.
Отступив на шаг, Генерал спросил:
- Может, ты угостишь нас своим гранатовым соком?
- Почему бы не угостить? Угощу.
Не выпуская из руки ошейник, Семён поднял с земли бумаги и пошагал в сторону сарая. Все направились за ним следом.
Около сарая он отдал приказ волку, и тот послушно лёг на землю. Мужчина, открыв дверь, первым вошёл в своё жильё…
 
Усадив гостей за стол, Семён, взяв с этажерки стопку одноразовых стаканчиков и поставив их на стол, подошёл к холодильнику. Открыв его, он сказал:
- Гранатового сока нет, а яблочный найдётся.
Вынув пакет сока, мужчина вернулся к столу и, разлив напиток по стаканчикам, уселся на плоский торец облезлой от времени низкой бочки.
- Прошу, - сказал художник, взяв себе один из стаканчиков.
Посмотрев внимательно на Генерала, он спросил:
- Иван Фёдорович, я так и не понял, в чём ваш интерес?
Генерал хотел что-то сказать, но тут в разговор встрял Якут. Подвинув к себе стаканчик с соком, он произнёс:
- У меня к тебе деловое предложение, мужик. Ты же понимаешь, что сбыт сокровищ дело стрёмное. Могу свести с серьёзными людьми, а ты мне за это процентик положишь. Идёт?
Семён, помолчав немного, ответил:
- И какой процентик?
- Согласен на тридцать. Соглашайся, по-другому не получится.
- Простите, - обратилась к Якуту Ульяна, - а как вы приведёте серьёзных людей, если у вас потеря памяти? По идее, вы не должны многое помнить. Я, конечно, не врач, но…
Якут скривился и, пристально посмотрев на женщину, ответил:
- Вернулась ко мне память. Как только о сокровищах услыхал, так сразу в голове всё прояснилось. Отвали, тётка, не мешай.
- Я могу и отвалить, - спокойно сказала Ульяна. – Только без медиума вам никак не обойтись.
Узкие глаза Якута сузились ещё больше.
- Довольно! – прикрикнул на всех Генерал. – Потом будете собачиться.
Положив на стол руки, сжатые в кулаки, он продолжил:
- Значит так. Интерес мой состоит в следующем: когда-то на территории монастыря и частично самой Зоны находилась военная база, где проводились кое-какие эксперименты. Мне нужны архивные записи тех лет. Официально они считаются утерянными.
- А при чём здесь мой поиск сокровищ? – спросил Семён, отпивая из стаканчика.
- Не при чем. Меня интересуют возможности Ульяны Степановны. Уверен, она не откажет пообщаться с теми, кто когда-то служил на базе. А потом можете хоть Атлантиду искать.   
Не высовывающийся до этого Егор внезапно поднялся со скамьи и, подняв вверх руки, начал раскачиваться из стороны в сторону.
- Я могу попробовать, Иван Фёдорович, - сказала Ульяна, проводя рукой по волосам. – Но не обещаю, что у меня это получится сделать. Всё зависит от желания покойного говорить с нами.
- Сделайте милость, попробуйте, - раздражённо произнёс Генерал.
Егор быстро закивал головой и начал совершать ногами всевозможные движения. Семён с интересом наблюдал за происходящим.
Не выдержав, Генерал прикрикнул на Балерину:
- Хватит махать ногами!
- Это не махи ногами, - обиженно возразил Егор. – Я исполняю «Батман тандю». У меня выступление очень скоро и…
- Заткнись! – рявкнул на него Генерал. – Коли увязался с нами, то сядь и прижми свой «батман» к скамье…
Егор быстро сел на место и, поджав губы, уставился на потолок.
Якут обвёл всех тяжёлым взглядом и сказал:
- Учтите, если хоть кто-то расскажет о том, что здесь происходит или будет происходить, то я за себя не отвечаю.
- Клянусь, я нема, как рыба, - тут же отреагировала Актриса.
Якут зыркнул на неё:
- Кто бы сомневался. Учтите, мое предупреждение относится прежде всего к вам.
Втянула шею в плечи, Актриса что-то забормотала себе под нос.
Выпрямив спину, Ульяна спросила:
- Кого вызывать будем?
- Начальника базы полковника Нестерова, - сказал Генерал…
- Вижу невысокого мужчину с большими залысинами. Он называет себя Вадимом, - произнесла Ульяна.
- Это он, - оживился Генерал. – Вадим Петрович Нестеров. Тот ещё лис.
- Что спрашивать? – спросила Ульяна.
Встав из-за стола, Генерал, засунув руки в карманы брюк, начал расхаживать по сараю.
- Что спрашивать? –повторила Ульяна свой вопрос. – Ваш Нестеров может уйти.
Генерал остановился:
- Спроси, куда он дел записи экспериментов лаборатории «Хронос»?
- У него изъяли все документы в тот самый день, когда опечатывали базу.
- Пусть не юлит, - бросил Генерал. – В тот день у него изъяли папки, в которых ничего интересного не было. А мне нужны записи экспериментов. Плюс плёнки.
- Он не понимает, что мы от него хотим, - произнесла Ульяна. - Говорит, что занимался только хозяйственной деятельностью базы. К научной работе лабораторий его близко не подпускали. Лабораторией «Хронос» руководила какая-то Бэл.
- Бэл? – задумчиво проговорил Генерал и снова начал расхаживать взад и вперёд, повторяя: – Бэл, Бэл…
Внезапно он, хлопнув себя ладонью по лбу, радостно воскликнул:
- Ну разумеется! Это Бэлла!
- Бэлла! Какое красивое имя! - подскочив, пропел Егор и, махая руками, как крыльями, начал бегать по всему сараю. – Я назову свой новый танец «Бэлла»!
- Угомонись, в конце концов! – остановившись за спиной Ульяны, снова рявкнул на парня Генерал.
Актриса съёжилась, а Ульяна устало поинтересовалась:
- Что дальше?
- Вызывай дух Бэллы, - скомандовал Генерал.
Ульяна молчала минут пятнадцать. Наконец, открыв глаза, она  сказала:
- Не приходит. Либо её дух не в настроении, либо она жива.
Генерал потёр пальцами виски и спросил:
- Вадим здесь?
- Нет, - ответила Ульяна. – Но пришла какая-то женщина и говорит, что знает, где находится то, что вы ищите.
- Пусть говорит, - приказал Генерал.
- Бэлла спрятала все записи и плёнки в библиотеке.
- В какой библиотеке? – нахмурился Генерал. – Не было на базе никакой библиотеки. О чём она?
- Женщина ушла, - сказала Ульяна, поднимаясь на ноги.
- Ты куда? – спросила у неё Актриса.
- Покурить.
Ульяна подошла к открытой двери сарая. Вынув из кармана кофты пачку сигарет и зажигалку, она, посмотрев на волка, произнесла:
- Ну что, Монах, составишь мне компанию?
Волк, вздохнув, поднялся и вошёл в сарай. Подойдя к дивану, он лег около него, положив морду на лапы.
- Игнорируешь? – пробормотала Ульяна и, прислонившись плечом к дверному косяку, закурила.
- Вы действительно верите тому, что сказали умершие? – спросил Семён у Генерала, доливая себе в стаканчик сок.
- Верю, - ответил тот. - Когда опечатывали базу, проверяли всех. Никто и скрепки бы не вынес. Что уж говорить о секретных материалах. Они точно находятся где-то здесь.
- А зачем они вам, Иван Фёдорович? – внезапно для самой себя задала вопрос Ульяна.
Повернув голову в сторону женщины, Генерал произнёс:
- Эту базу курировал мой брат. Когда пропали материалы, его арестовали. Спустя неделю у него случился инфаркт, затем инсульт. Он скончался. Много лет после этого я пытался понять, куда делись эти чертовы документы. Я прочесал архивы, встречался с теми, кто когда-то здесь служил. Всё говорит о том, что материалы до сих пор находятся на этой базе. И они мне нужны. Без них я не смогу воскресить брата.
Актриса ахнула:
- Воскресить? Иван Фёдорович, вы сошли с ума? Впрочем, это не удивительно. Судя по всему, это так.
 - Прикусите свой язычок, Эвелина Петровна! – прикрикнул на женщину Генерал. – Вы не на сцене.
Семён поднялся с бочки и, присев на четвереньки около Монаха, погладил того по спине.
- Я так понимаю, Иван Фёдорович, - сказал Семён, продолжая гладить питомца, - что в той лаборатории «Хронос» создали нечто, что позволяет попасть в прошлое, а соответственно, и в будущее?
- Приблизительно из этой серии, - нехотя подтвердил Генерал.
- Ух ты! - восхитился Якут. - Военные придумали настоящую машину времени...
Бросив окурок на землю, Ульяна оглядела присутствующих в сарае и произнесла:
- Я ничего не могу сказать по поводу перемещения во времени, но если эти материалы такие ценные, то, скорее всего, Иван Фёдорович, дело не в вашем брате. Вы преследуете другие цели.
- Это какие же? – заинтересовался Якут.
- Ульяна Степановна имеет ввиду, что эти секретные материалы можно очень дорого продать. Либо, подогнав спонсоров, открыть собственную лабораторию, – пояснил Семён, поднимаясь на ноги. - Я прав, Иван Фёдорович?
Ничего не ответив, Генерал направился к двери. За ним тут же устремились Якут с Егором…

Эпизод 10

Ульяна, медленно подошла к столу и села на прежнее место. Взглянув на художника, она сказала:
- Раз часть гостей отбыла, наступила ваша очередь.
- Да я даже не знаю, стоит ли? - отозвался Семён, ставя на буржуйку чайник. – Кто будет чай?
- Я, - подала свой голос Актриса и добавила: – Прочь сомнения!
Семён разжёг печку, достал три чашки и, ставя их на стол, произнес:
- Я знаю имя владельца усадьбы, но не знаю имён ни купца, ни игумена.
- Интернет нам в помощь, - вздохнув, сказала Ульяна.
- Его здесь нет, - рассовывая чайные пакетики по чашкам, произнёс Семён. – Только в больнице.
- Тогда я этим займусь, - сказала Ульяна, - а пока пообщаемся с владельцем усадьбы.
Закипел чайник. Семён снял его с печки и разлил кипяток по чашкам. Поставив чайник на деревянную доску, он отошёл к дивану и вынул из стоявшей рядом коробки банку собачьего корма.
Открыв её, мужчина вывалил содержимое в миску и добавил немного воды из чайника. Размешав образовавшуюся кашицу, он поставил миску на пол. Волк, следивший за действиями хозяина, тут же подскочил на лапы. Подбежав, он начал с довольным урчанием поглощать еду.
- Он ест собачий корм? – удивилась Ульяна.
- Причём с превеликим удовольствием, - ответил Семён, садясь за стол. – Монах всеяден. Иногда я добавляю кашу или хлеб. Особенно он обожает варёную чечевицу.
- Надо же, - улыбнулась Ульяна. - Так какое имя владельца усадьбы?
Художник подвинул к себе чашку. Вынув из неё влажный пакетик чая, он бросил его на блюдце. Прежде чем отхлебнуть, он сказал:
- Звали его Степан Ермолаевич Кобылин. Когда началась революция, ему было шестьдесят восемь лет.
- Точно, - произнесла Ульяна, - мне сестра говорила, что эта усадьба принадлежала какому-то промышленнику, но никак не могла вспомнить его имя. То ли Кобылин, то ли Мотылин. Ну, не будем терять время.
Ульяна села поудобнее, положила руки на стол и закрыла глаза. Монах, вылизав миску, легко вскочил на диван и, растянувшись на нём, засопел. Актриса и Семён, боясь пошевелиться, в упор смотрели на медиума.
Через несколько минут Ульяна произнесла:
- Степан Ермолаевич готов ответить на вопросы.
- Спросите, где он спрятал драгоценности? – задал свой вопрос Семён.
- Не было никаких драгоценностей, - через несколько минут ответила Ульяна. - Степан Ермолаевич жил в Москве, был банкиром. За несколько лет до революции в его жизни случилась чёрная полоса. Сначала ограбили банк, и ему пришлось покрывать расходы вкладчиков. Затем заболела и скончалась его горячо любимая жена. Детей у них не было. Короче, он разорился и был подавлен... Говорит, что готов был лезть в петлю. Именно в это время к нему из-за границы приехал какой-то дальний родственник и рассказал, что в начале 19 века его пра-пра-прадед Иван Тимофеевич – купец первой гильдии – возвращаясь домой, заболел. Его привезли в монастырь. В нем, за этим богатейшим человеком, ухаживал настоятель монастыря - игумен Арсений. Будучи в бреду, Иван Тимофеевич обмолвился о драгоценностях, что вёз домой.
- Вам не кажется, что Степан Ермолаевич рассказывает нам вторую версию запрятанных драгоценностей? – тихо спросила Актриса.
- Тсс.., - произнёс Семён.
Ульяна продолжала:
- Этот настоятель был жадным человеком. Подсыпав яд в медовуху, он угостил ею не только Ивана Тимофеевича, но и всех его спутников. От этого напитка преставились несколько человек, в том числе и сам купец. Игумен выкрал только часть драгоценностей - всё взять побоялся. Выжившие ничего не заподозрили и через несколько дней уехали восвояси. А настоятель схоронил драгоценности в подвалах монастыря…
- Какая драма, - шепотом произнесла Актриса.
- Родственник посоветовал Степану Ермолаевичу отправиться в этот монастырь, чтобы найти клад, и даже денег ссудил в надежде, что и ему что-нибудь перепадёт от найденного богатства. Степан Ермолаевич быстро продал свой дом и приехал сюда. Кстати, Семен, наврали писаки. Степан Ермолаевич никакой усадьбы не строил, он при приезде сразу в монастырь подался. В то время в нём несли послушание пять монахов - все старые да больные… А усадьба принадлежала какому-то золотопромышленнику Устину. Степан Ермолаевич с ним подружился и, оставшись при монастыре, частенько навещал того. Очень они оба любили в шахматы сразиться. И это несмотря на запрет церкви, считавшей шахматы бесовским игрищем. Ещё Степан Ермолаевич давал Устину ценные советы по банковским вложениям…
- А что с драгоценностями? – нетерпеливо спросил художник.
- Как выяснил Степан Ермолаевич: ближе к концу 19 века, после смерти игумена Арсения, наставником монастыря стал некто Тихон. Он-то и нашёл в одном из подвалов запрятанный клад и, обратив ценности в деньги, начал бурную деятельность по развитию монастыря и улучшению жизни и монахов. Так что нет никакого клада с сокровищами - всё давно найдено и потрачено. Как я и предполагала.
Сказав это, Ульяна открыла глаза.
Семён, поставив локти на стол, и, запустив пальцы в свои волосы, расстроено сказал:
- Все мои надежды и планы рухнули… А я так надеялся…
- Не стоит так расстраиваться, - попробовала успокоить мужчину Актриса. - Будут в вашей жизни другие клады…
- Что вы несёте, Эвелина Петровна? - раздраженно произнёс Семен. – Вы полагаете, что драгоценности зарыты на каждом шагу?
- Я так не думаю. Но не дело так расстраиваться из-за кучки камешков. Главное, что руки-ноги целы. И голова.
Придвинув к себе чашку с остывшим чаем, Актриса залпом выпила его. Поморщившись, она сказала:
- Это не чай, а какая-то гадость.
Взглянув на Ульяну, она безапелляционно добавила:
- Нам пора в больницу. Семёну нужно время, чтобы успокоиться. К тому же не стоит смотреть на унылого мужчину.
- Да-да, безусловно, - пробормотала Ульяна и поднялась из-за стола.
Не прощаясь, женщины покинули сарай…


Эпизод 11

На следующий день, прогуливаясь по больничному парку, Ульяна думала о Семёне. Ей было жаль этого талантливого человека. Куда он пойдет со своим волком, когда довольно скоро новый владелец дома попросит его освободить сарай? А он попросит, потому что, как сказал ей один из санитаров, земли этой усадьбы простираются до самого монастыря. А сарай Семёна стоит именно на этих землях. Конечно, он может поселиться в подвалах монастыря, но надо же ещё найти вход в эти самые подвалы. Этим двоим нужен дом…
Внезапно в голову женщине пришло решение проблемы. Остановившись, она постояла пару минут и буквально побежала в сторону монастыря. Правда, бега хватило всего лишь на несколько метров – боль в ногах быстро остудила прыть Ульяны. Превозмогая боль, она всё-таки добралась до сарая, где жил художник.
Семён сидел за столом и крутил в руках небольшую дощечку. Монах, как обычно, валялся рядом. При появлении женщины волк лишь приподнял морду, но, учуяв знакомый запах, вновь уронил её на пол и засопел.
Ульяна подошла к столу и, присев на лавку, затараторила:
- Семён, я с предложением. Только сразу не отказывайтесь. Обещайте подумать.
Художник положил дощечку на стол и с интересом посмотрел на гостью. Ульяна откашлялась и продолжила:
- Старость – не радость. Пока до вас дошла, думала, богу душу отдам. Ноги болят, дыхалки не хватает от слова «совсем». Не поверите, но лет сорок назад я ходила в походы на огромные расстояния, и дыхание было ровным…
- Верю, - отозвался Семён. – Так что за предложение?
- Моя сестра, ее дочь и внуки переехали в Великий Новгород. В мой дом…
- Это та сестра, что возглавляет психушку? – уточнил художник.
- Да. Она должна вернуться через пару недель, чтобы передать дела. Как только она все сделает, мы уедем в Нижний … Я приглашаю вас и Монаха составить нам компанию…
Брови Семёна поползли вверх.
- Вы хорошо подумали? – поинтересовался он. – С вами будут жить дети. И тут мы с волком… Боюсь, у вас могут быть большие неприятности.
- Извините, я сбивчиво объясняю… Дело в том, что у меня два дома. Один большой, в котором будет жить моя семья. А второй – маленький - находится за забором. В нём когда-то жила моя соседка. Она была одинокой и больной женщиной. Я ей много помогала: ухаживала, кормила, по врачам таскала. В благодарность она отписала мне свой дом. Год назад соседка умерла. Дом хороший, и в нём есть мебель, причиндалы всякие - я ничего там не трогала. Вам с Монахом будет там хорошо. Вы и работать в нём сможете. Первое время я чем смогу помогу. Кормить зверя на что-то ведь надо…
- У меня есть деньги, Ульяна. На еду нам хватит. И даже на то, чтобы купить этот дом. Просто…
- Семён, я просила вас сразу не отвечать. Подумайте. Боюсь, этой зимой вам жить будет негде. Больницы не будет. К родным вы не хотите…
Художник поднялся на ноги, снова сел и сказал:
- Спасибо за предложение. Вы правы, деваться некуда. Пожалуй, стоит принять ваше предложение, но с одним условием: я буду снимать ваш маленький домик. А там посмотрим.
Ульяна широко улыбнулась:
- Вот и ладненько. Мы с вами ещё такую выставку устроим! Всем на зависть.
В этот момент в сарай в сопровождении Якута вошёл Генерал. При их появлении Монах поднялся, напрягся, но не оскалился.
Генерал медленно подошёл к столу.
- Привет, художник, - произнёс он. – Эвелина Петровна вчера намекнула, что клада не существует.
- Да, - подтвердил Семён. - Надеюсь, что у вас получится отыскать документы.
Генерал по-хозяйски уселся за стол.
- Я вас искал, Ульяна Степановна, - сказал он. – Хорошо Якут сообщил, что вы ушли в сторону монастыря.
- Зачем искали?
- Мне надо, чтобы вы снова поговорили с полковником.
- С Вадимом Петровичем? И о чем мне с ним разговаривать?
- Пусть расскажет, что за библиотека была на базе и где находится вход на саму базу?
- А разве в архивах этой информации нет? – удивилась Ульяна.
- Если бы была, я бы к вам не обратился…
На удивление, полковник появился очень быстро.
«Вадим, - мысленно произнесла женщина. – Мы вчера с вами разговаривали».
«Я помню».
«Ваш коллега Иван Фёдорович попросил уточнить кое-что касаемо базы»
«Что именно?»
«Ему стало известно, что одна из сотрудниц спрятала секретные документы в какой-то библиотеке. Генерал хочет знать, где находится это место?».
«Если вы пообещаете, что не расскажите ему о библиотеке, то я открою вам тайну её нахождения».
«Мне собственно, всё равно, где она находится. Можете и не отвечать».
«Она находится в усадьбе, где сейчас лечат психически нездоровых людей».
«Серьёзно?»
«Более чем».
«Почему там?»
«В усадьбе находилось общежитие для сотрудников базы и мой личный кабинет. Когда встал вопрос о закрытии базы, Бэл пришла ко мне и попросила спрятать секретные документы и плёнки, связанные с «Хроносом». Мы спрятали их в библиотеке за неделю до закрытия базы».
«И где эта библиотека?».
«В одной из подвальных комнат».
«И как найти эту комнату?».
«Под центральной лестницей».
«Там кладовая. Щётки, вёдра, тряпки, прочая утварь».
«В правом нижнем углу есть механизм. Нажмите на него, и откроется проход. Прошу вас, сожгите документы. Они таят в себе много опасности».
«Хорошо. Где искать вход на базу?»
 «Сейчас остался только один проход. Через подвалы монастыря».
«Где конкретно?»
«Где когда-то была часовня».
«Вадим, здесь сплошные развалины. Где стоит часовня?»
«На монастырском кладбище».
«Спасибо».
«Подождите… Держитесь подальше от брата генерала Бондарева».
«Вы имеете ввиду Ивана Фёдоровича?»
«Его, - подтвердил Вадим. – Не дайте ему добраться до материалов «Хроноса»».
«Почему?»
Но полковник, не ответив, исчез в темноте.
- И о чем так долго можно было разговаривать с умершим? – поинтересовался Генерал, когда Ульяна посмотрела на него.
- Он долго не появлялся, - соврала женщина. – О библиотеке он ничего не знает. Сказал, что, скорее всего вас обманули. Что касается вашего второго вопроса, то вход расположен в часовне монастырского некрополя.
- Чего? – не понял Якут.
Ульяна повторила:
- Вход расположен в часовне монастырского некрополя, то есть кладбища.
Генерал посмотрел на Семёна:
- Знаешь, где это кладбище находится?
Художник кивнул головой:
- Да. Но от часовни осталась только полуразрушенная стена. Других сооружений там нет. Одни могилы.
- Пошли, - приказал Генерал и встал из-за стола.
- Сейчас? – спросил Семён.
- Именно сейчас, - подтвердил Генерал и, посмотрев на Якута, добавил: - А ты беги сейчас в больницу. Возьмёшь блокнот в моей тумбочке и обратно.
- А где я потом найду кладбище? – спросил Якут.
Генерал выразительно посмотрел на Семёна, и тот подсказал:
- Отсюда пять минут пешком в сторону леса. Не промахнется…

Эпизод 12

Ульяна медленно двигалась среди могил старого кладбища, служившего скорее границей, отделявшей густой лес и некогда величественный монастырь.
Здесь стояла оглушительная тишина, впитавшая эхо колоколов и молитв. Низкие и накренившиеся местами надгробия, мимо которых проходила женщина, были давно заброшены. Некоторые из них представляли собой грубо отёсанные валуны, другие - истёртые временем плиты с высеченными на них именами. Здесь покоились не только монахи, чьи имена давно были забыты миром, но и миряне, искавшие вечного упокоения в освящённой земле.
В центре кладбища возвышались две низкие стены из крупного серого камня, изъеденного временем. Около них царил настоящий хаос руин: обломки камней, какие-то деревяшки, куски штукатурки, земля и засохшие листья. Вокруг рос папоротник вперемешку с травой – он так и стремился прорости сквозь трещины камней. Кирпичный постамент, который, по всей видимости, когда-то был алтарём, служил теперь естественной возвышенностью для мха и лишайника.
Рядом со стенами возвышался массивный старый дуб, толстенные корни которого пронизывали несколько могил.
- Я же говорил, что часовня не сохранилась, - произнес Семён.
- Но полковник чётко сказал, что вход находится в часовне, - сквозь зубы процедил Генерал.
Встав на четвереньки, он начал водить ладонями по земле в надежде нащупать крышку входа в подземелье.
- Иван Фёдорович! - взмолилась Ульяна. - Поднимитесь с колен. В конце концов, этот ваш полковник ничего не говорил о дверце в полу. Да здесь и от пола ничего не осталось. Сплошная земля. Кстати, а вон и Якут вернулся. И не один.
Генерал, кряхтя, поднялся с колен и обернулся. К нему размашистым шагом приближался Якут. За его спиной, периодически спотыкаясь, семенила Актриса, поддерживаемая Балериной. 
Якут подошёл и протянул Генералу толстый блокнот. Тот, забрав, сунул его в нагрудный карман безрукавки и раздражённо заметил:
- Ты бы ещё остальных психов сюда притащил.
- А что? Надо было? – растерялся Якут. – Вы не говорили.
- Скройся с моих глаз, придурок! - зашипел на него Генерал.
- Иван Фёдорович, - пропела Актриса, - как хорошо, что у вас всё получилось. Я так за вас рада. Мы с Егорушкой пришли полюбопытствовать.
- Зря пришли, - пробурчал Генерал. – Ничего не получилось. Так что можете убираться отсюда.
Махнув на него рукой, Актриса, увидав художника, поинтересовалась:
- Семён, а где ваш прелестный волк?
- Дома, - ответил мужчина. – Имущество стережёт. Он не любит сюда приходить. Здесь начинается Зона, а животные в этом плане существа чувствительные.
- Как жаль, - с сожалением сказала Актриса. – А я вот не верю в какую-то Зону. – Мне кажется, что ее специально придумали, чтобы сюда боялись заходить и искать всякие тайные места. 
К ней подошла Ульяна и, взяв пожилую женщину под руку, начала посвящать её в события последних двух часов. Пока она говорила, Балерина с отсутствующим видом маячил за спиной Актрисы, которая то ахала, то охала, то качала головой…

Семён, наблюдая за всеми, стоял около дуба. По земле, выполняя команды Генерала, ползал Якут.
В какой-то момент Семён громко сказал:
- На вашем месте, Иван Фёдорович, я обратил бы своё внимание на этот дуб.
- Что с ним не так? – поинтересовался Генерал.
- А вы присмотритесь.
Генерал подошёл к дереву:
- Что я должен увидеть?
Художник провёл рукой по грубым бороздам коры старого дуба и сказал:
 - Потрогайте.
Генерал потрогал.
- Чувствуете? – спросил Семён.
- Да. Кора не шершавая и заноз явно не оставит.
- О чём это говорит? – поднимаясь с колен, спросил Якут.
- О том, что это дерево искусственное, - пояснил Семён. – Уверен, что это и есть вход на базу.
- Боже мой! – воскликнула Актриса.
- Вы уверены, что дерево искусственное? – спросила Ульяна. – Посмотрите на его корни…
- Это не показатель, - сказал Генерал и со всей силы нажал на ствол.
Что-то внутри щёлкнуло, и часть ствола отъехала в сторону, открыв дверной проём.
- Охренеть! - выдохнул Якут. – Темнотища, хоть глаза выколи.
- Если есть проём, должен быть и свет, - предположила Ульяна и, вынув телефон, включила на нём фонарик.
Поднеся фонарик к проёму, она сказала:
- Здесь выключатель на стене и ступени.
Протянув руку, женщина нажала на выключатель и отошла в сторону. Тусклый свет осветил узкую лестницу, ведущую вниз.
 - Конспираторы, - буркнул Генерал, осматривая широкое внутреннее пространство. - Спускаемся по одному.
- Что-то мне не хочется, - сказала Ульяна.
- А я спущусь, - отреагировала Актриса. - И ты, Ульяна, просто обязана меня сопровождать. Обещаю, мы посмотрим одним глазиком и вернёмся обратно.
- Если вы не возражаете, то я пойду к себе, - подал свой голос художник. – У меня много своих дел.
Якут хмыкнул, а Генерал недовольно проворчал:
- Не возражаю. Надеюсь, мне не стоит напоминать…
- Генерал, - прервал его Семён, - можете не продолжать. Я не собираюсь никому ничего рассказывать. Это не моё дело.
- Похвально, - отозвался Генерал.
Кивнув головой, Семён быстрым шагом покинул кладбище.
- Итак, - сказал Генерал, глядя на Ульяну. – Вы с нами?
Женщина ответила:
- У меня есть для вас один совет.
- Какой? – Генерал приподнял одну бровь.
- Вам может пригодиться Серж.
- Программист? – удивился Якут.
- Да. Или вы разбираетесь в секретных программах?
Генерал посмотрел на Якута:
- Она права, - сказал он. – Быстро тащи сюда этого чудика.
 И он первым перешагнул порог проёма… 

Ульяна спустилась самой последней. Лестница оказалась довольно длинной. Сначала женщина насчитала пятнадцать ступенек, затем небольшая площадка и снова то же количество ступенек под углом вниз к следующему пролёту. И ещё раз. Оказавшись внизу, она подошла к Актрисе и спросила:
- Эвелина Петровна, как ты думаешь, на сколько этажей мы спустились вниз? На два или три?
- Понятия не имею, - ответила Актриса. – Я уже пожалела обо всем. Представь, моя дорогая, как мы будем карабкаться вверх.
- Тяжело, - произнесла Ульяна, оглядывая довольно внушительное пространство, своды которого подпирали массивные подпорки.
Из этого пространства выходил широкий коридор. Было видно, как по выкрашенным краской стенам скатываются капли конденсата.  Вокруг царил полумрак, рассеиваемый лишь тусклым светом редких ламп, вкрученных в сводчатый потолок. И запах - запах земли, плесени, воска и аромата вина.
- Ну, хоть какой-то свет, - подал свой голос Егор.
- Может, тебе вернуться обратно? – предложил Генерал. - А то ноги свои балетные переломаешь.
В ответ Егор показал ему язык.
- Ещё раз такое сделаешь, сверну шею, - пообещал Генерал.
- Подумаешь, - фыркнул Егор и добавил: - А что мы ждём? Пойдемте вперёд. Здесь как-то сыро.
- Надо Якута дождаться с Сержем, - ответила Актриса. – Иначе они нас потеряют.
Ульяна закурила. Балерина принялся размахивать ногами, а Актриса, насвистывая какую-то мелодию, медленно ходила по кругу.
Наконец со стороны лестницы раздался топот ног, и вскоре появились Якут и программист.
- Теперь мы можем идти? – поинтересовался Егор.
- Теперь можем, - ответил Генерал и направился вперёд по коридору…

Эпизод 13

С обеих сторон коридора тянулись многочисленные двери. Некоторые из них были заперты на амбарные замки, а какие-то просто прикрыты.
Благодаря любопытству Якута, заглядывавшего во все открытые комнаты, Ульяна поняла, откуда в воздухе витает аромат вина. Несколько комнат оказались винными погребами, где хранились бутылки с монастырским вином. От вида столетних бутылок Якут пришёл в восторг. Он бегал из одной комнаты в другую, издавая победоносный клич. В какой-то момент он подбежал к Генералу и радостно сообщил:
- Это вино отобьёт наши поиски. Представляете, сколько можно заработать на этой винной жиле?
Генерал отмахнулся от него:
- Кому нужна эта кислятина?
Одна из больших комнат привлекла внимание Ульяны. Ею оказалась монастырская библиотека, заставленная высокими деревянными стеллажами. На них стояли и лежали разнообразные старинные книги, а также покоились всевозможные истлевшие пергаменты, покрытые витиеватыми письменами и пылью.
- Боже, - произнесла она, дотрагиваясь до рукописей подушечками пальцев, - зря Семён не пошёл с нами. Это место точно для него.
Актриса, стоявшая рядом, сказала:
- Скорее всего, это место для тебя. Я слышала, что ты была библиотекарем?
- Была, - отозвалась Ульяна. – Теперь я на пенсии. Но как библиотекарь могу сказать: здесь лежат истинные сокровища.
- Может, Генерал эту библиотеку искал? – тихо спросила Актриса.
- Поверь мне, не эту, - ответила Ульяна. – Только об этой комнате ему точно лучше не знать.
В библиотеку заглянул Серж:
- Вас Генерал ищет, - тихо сообщил он.
- Идём, - вздохнув, произнесла Ульяна.
Покинув библиотеку, она обратилась к Сержу:
- Опять считаешь?
- Вы знаете, сколько мы шагов уже сделали?
- Нет.
Серж остановился:
- От начальной точки коридора я сделал 2592 шага. Мы прошли мимо трёх погребов с вином, библиотеки и двенадцати комнат, восемь из которых закрыты.
- И что нам это даёт? – заинтересовалась Ульяна.
- Метраж по шагам, - ответил Серж. – Правда, всё зависит от роста человека.
- А рост здесь при чём?
- От роста зависит длина шага, - ответил Серж. - При шаге в 70 сантиметров мы прошли плюс-минус 1800 метров. При шаге в 75 сантиметров наш путь составил 1950 метра, а при длине шага в 80 сантиметров мы отмахали 2080 метров...
И Серж двинулся дальше.
Актриса, взглянув на Ульяну, покрутила пальцем у виска.
Серж снова остановился и сказал:
- Мы прошли двадцать келий. Я заглянул в одну. Простое каменное ложе, деревянное распятие и стол с табуретом.
- Я не понимаю, - раздражённо сказала Актриса. – Что я должна понять из его бормотания?
- Мы этого никогда не поймем. Может, он пытается подвести нас к мысли, что в этих кельях монахи искали уединения и духовного просветления вдали от мирской суеты? – предположила Ульяна.
Впереди показался подъёмник, обнесённый металлической сеткой. Около него стояли Генерал, Якут и Балерина.
- Где ты их нашёл? – спросил Генерал Сержа.
- В библиотеке, - ответил Серж и принялся что-то бормотать себе под нос.
- Значит, всё-таки есть библиотека, - задумчиво произнёс Генерал.
- Это монастырская библиотека, - сказала Ульяна. – Там вряд ли хранятся нужные вам материалы. Во всяком случае, я не видела никаких киноплёнок. Кстати, полковник ничего про эту библиотеку не говорил.
- Он мог и соврать, - отрезал Генерал.
Егор, как обычно, стал размахивать руками и ногами.
- Ну что же, - торжественно сказал Генерал. – Мы дошли до того места, где заканчивается подвал монастыря и начинается секретная база "Объект-8". Именно здесь находится вход, где время течёт совсем по-другому.
- Какая речь! Браво! Не хватает красной ленты и ножниц, - съязвила Актриса.
- Ваш юмор не уместен, - заявил Генерал.
Взявшись за ручку, он открыл сетчатую дверь подъёмника и зашел внутрь. Повернувшись лицом к остальным, Генерал предупредил:
- Со мной едут Якут и программист.
- А как же мы? – забеспокоился Егор.
- А вы вернётесь в больницу.
- Как в больницу? – ещё больше разнервничался Егор. – Я не хочу в больницу. Я хочу в прошлое. Вы обещали…
- Я никому ничего не обещал, - отрезал Генерал.
- Это нечестно! – заорал Егор, пытаясь перегородить остальным вход на подъёмник.
Якут оттащил Балерину в сторону и со всей силы ударил в челюсть. Егор охнул и упал на пол.
Якут и Серж встали около Генерала. Прежде чем закрыть дверь, он сказал:
- Если вам не хочется возвращаться в психушку, идите в библиотеку и ищите секретные материалы. Увидимся позже…

Когда подъёмник поехал вниз, Егор поднялся с пола и, опустив голову, спросил:
- Почему? Почему он так поступил с нами?
- Ну-ну, мой хороший, - погладив его по спине, сказала Актриса. – Подумаешь, бросил нас здесь. Поверь мне, старой больной женщине: всё, что не делается, всё к лучшему. Я права, Ульяна?
- Согласна на все сто, - кивнув головой, ответила женщина. – Спустились, одним глазком посмотрели и достаточно. Предлагаю подняться наверх и забыть об этом месте. А если Генералу нужны эти документы, то пусть ищет сам.
Женщины аккуратно взяли Егора под руки и медленно повели к выходу.
- Но мне здесь так нравится! - не унимался Балерина. – Я хочу остаться здесь!
- Хорошо, - сказала Ульяна. – Посмотри, сколько здесь помещений. Выбирай любую келью и живи. А мы с Эвелиной Петровной вернёмся в больницу. Тем более скоро ужин.
- Какой сегодня день недели? – спросила Актриса. – Среда?
- Вроде бы среда, - подтвердила Ульяна.
- Значит, сегодня будет запеканка, - мечтательно заметила Актриса. – Наша повариха её отменно готовит. Запеканка получается воздушной, в меру сладкой и с такой тонюсенькой корочкой. А рядом она кладёт ложечку сметанки. Надо у неё узнать рецепт.
- Обязательно узнаем, - пообещала Ульяна.
Они подошли к лестнице.
- Боже, дай силы подняться по ней, - произнесла Актриса и первой сделала шаг.
Следом стала подниматься Ульяна.
Где-то на полпути она обернулась. Балерины не было видно.
- Кажется, Егор остался в подвале, - сказала она Актрисе.
- Бог с ним. Видимо, самолюбие не позволяет ему вернуться в больницу. Наверняка, он со всех ног бежит к подъёмнику.
Впереди показался проём, и актриса встревожено спросила:
- Ульяна, ты закрывала проём?
- Я точно его не закрывала.
- Но дверь закрыта.
- Странно. Может, Семён возвращался? - предположила Ульяна.
Осилив последнюю ступеньку, женщины встали около двери. Рядом виднелся рычаг.
Ульяна протянула руку и, взявшись за него, потянула вниз. Дверь отъехала в сторону и женщины, оказавшись снаружи, тут же наткнулись на молодого парня в военной форме. Он тут же направил на них автомат.
- Кто такие? – грозно спросил солдат.
- Мы из больницы, - пискнула Актриса, поднимая вверх руки.
- Из какой больницы?
- Из той, что недалеко от монастыря находится, - отчеканила Ульяна.
- Там нет никакой больницы, - солдатик отступил на несколько шагов в сторону и, не опуская автомат, снял трубку с навесного телефонного аппарата, прикреплённого к дереву. Пока он о чём-то докладывал, Ульяна тихо сказала:
- Эвелина Петровна, ты заметила, что форма на пареньке старого образца? Такую солдаты носили в армии во времена моей молодости.
- В мои времена тоже, - опуская руки, так же тихо ответила Актриса. – Я ничего не понимаю. Откуда телефон на дереве?
- Не знаю. Но будем врать. Давай скажем, что гуляли по развалинам монастыря, спустились в какую-то расщелину, попали в подвал, долго плутали и нашли выход здесь.
- Думаешь, поверят?
- Очень надеюсь.
Солдатик повесил трубку и сказал:
- Сейчас подойдёт дежурный офицер и во всём разберётся…

Офицер в сопровождении ещё одного солдата появился минут через десять. Он подошёл к испуганным женщинам и задал вопрос:
- Что вы делаете на секретном объекте?
- Секретном? – удивилась Актриса. – Мы и не предполагали, что развалины монастыря могут быть секретным объектом.
- Тем не менее, - произнёс офицер.
Ульяна посмотрела на его офицерские пагоны. Военный был капитаном.
- Товарищ капитан, - сказала она. – Вы нас простите. Мы с подругой гуляли по лесу, искали грибы, ягоды. Потом вышли к монастырю, увидели какой-то лаз. Нам стало любопытно, и мы спустились в него. Чуть ноги не переломали. Там подвал, комнаты разные. Мы заблудились. Ходили-ходили и набрели на лестницу. Решили по ней подняться и нашли выход.
Всё это время Актриса молча кивала головой.
- Значит, по лесу гуляли? – спросил капитан. – Здесь на пару километров всё оцеплено. Плюс колючая проволока натянута и предупреждающие знаки висят.
- Честное слово, мы не видели никакой проволоки, - запричитала Актриса. – Мы бы никогда не сунулись сюда.
- И где же ваши корзинки для грибов? – задал свой следующий вопрос капитан.
- В подвале остались, - шмыгнув носом, ответила Ульяна.
- Товарищ капитан, они о какой-то больнице говорили, - внезапно сказал солдатик у дерева. – Говорили, что из неё.
- Сожалею, но вам придётся пройти со мной, - сказал капитан.
Капитан двинулся вперёд, и женщины поплелись за ним. Следом шёл солдат.
Вскоре они вышли к лугу. Впереди виднелась больница.
- Ещё долго, капитан? - спросила Ульяна у офицера. – Вы уж простите, но наши ноги не предназначены для долгой прогулки.
- Скоро дойдём. Нам осталось луг пройти.
- Так значит, мы идём в больницу? – воодушевилась Актриса.
- Здесь нет никакой больницы, - отрезал капитан.
 Не успели женщины ступить на луг, как капитан и солдатик растворились в воздухе - прямо у них на глазах.
Охнув, Актриса осела на землю. Ульяна тоже прибывала в шоке. Усевшись рядом со спутницей, она, закурив, пробормотала:
- Эвелина Петровна, ущипни меня.
Актриса помотала головой в разные стороны и ответила:
- Синяк будет, Ульяна Степановна. Объясни мне, что это было?
- Не знаю, - сказала Ульяна, стряхивая пепел. – Зона.
Внезапно Актриса ожила:
- Посмотрите, к нам бежит Семён со своим волком.
Ульяна посмотрела в ту сторону, куда указывала женщина.
К ним действительно бежал художник.
Добежав, мужчина опустился на колени и спросил:
- С вами всё в порядке?
Оставив его вопрос без внимания, Ульяна ответила:
- Семён, мы столкнулись с аномалией. Нас арестовали военные, которые потом испарились у нас на глазах.
- Вставайте, - приказал Семен. – Идем ко мне, я вам кое-что расскажу.
И он помог женщинам подняться на ноги…
Добравшись до сарая, Ульяна рухнула на лавку, а Актриса взмолилась:
- Воды. Я сейчас умру от жажды. А потом от голода.
Семён достал из холодильника три бутылки воды. Поставив их на стол, он снова полез в холодильник. Вынув из него хлеб, колбасу и помидоры, Семён вернулся к столу. Пока женщины пили воду, художник взял нож и, нарезав продукты, выложил их на небольшой поднос.
- Кушайте, а то, боюсь, ужин вы пропустили.
Пока его гостьи с аппетитом поглощали еду, Семён, облокотившись о стол, доложил:
- Солдаты появились здесь минут сорок назад. Я как раз вернулся с кладбища, покормил Монаха, перекусил сам и решил пройтись к пруду, наловить рыбу для ухи. Взял подсак…
- Простите, что вы взяли? – не поняла Актриса.
- Подсак. Это такой большой сачок для ловли рыбы, - пояснил Семён. – Иду к пруду, и тут ко мне бежит солдат с автоматом и орет: «А ну стоять! Кто такой!». Я опешил от неожиданности. Стал пятиться назад и в какой-то момент солдат исчез… Я сначала решил, что мне померещилось. Даже ударил себя по щеке. Сделал несколько шагов вперёд - солдат появился. И давай опять орать. Я назад, он снова исчез. Я так несколько раз делал. И тут до меня дошло: Зона заработала. Видать, Генерал её активировал.
- А почему они пропадают? – жуя бутерброд с помидором, спросила Ульяна.
- Думаю, что у Зоны есть граница. Как только мы пересекаем её, то видим людей из прошлого или будущего, а они видят нас. Как только выходим за пределы границы, они пропадают.
- Потрясающе! – восхитилась Актриса.
- Вопрос в другом, - продолжил Семён. – Какую площадь земли занимает Зона, и будет ли она расти? Я переживаю за свой сарай и Монаха. И, если честно, мне не хотелось бы столкнуться с прошлым.
- Что вы предлагаете? – вкрадчиво поинтересовалась Ульяна.
- Исчезнуть отсюда. И чем быстрее, тем лучше. Я хочу жить спокойно.
Взглянув на медиума, он спросил:
- Ваше предложение по дому остаётся в силе?
- Конечно, - подтвердила женщина. –Домик в вашем распоряжении.
- Спасибо.
- Боюсь, вам вряд ли разрешат сесть в поезд с волком.
- Я поеду на машине, - пояснил Семён. – У меня во втором сарае стоит машина. Старенькая, но на ходу.
- Когда хотите уехать? – поинтересовалась Ульяна.
- Немедленно. Вещи уже собраны и находятся в машине.  У меня их не так много. Только продукты из холодильника заберу и всё…
- Тогда поехали. Отвезёте нас в больницу, заберете ключ - и вы свободны. А я, дай бог, появлюсь недели через две, максимум - три.
Спустя час Ульяна, передав художнику ключ и продиктовав адрес, помахала рукой Монаху, развалившемуся на заднем сидении машины. Тот, широко зевнув, в ответ лишь лениво шевельнул хвостом.
Кивнув, Семён завёл машину и рванул с места…
 

Эпизод 14 

Ночью Ульяна не могла заснуть. Выйдя в больничный коридор, она прислушалась. Было тихо. Женщина быстро дошла до центральной лестницы и, обогнув её, подошла к двери кладовки для уборочного инвентаря. Дверь была не заперта, и она, открыв кладовку, вошла внутрь.
Включив свет, Ульяна посмотрела в тот самый угол, о котором говорил полковник. Там стояли несколько швабр и уличная метла.
Стараясь не шуметь, женщина переставила швабры и метлу в другое место и, заметив небольшую педаль, нажала на неё ногой. В полу со скрежетом открылся небольшой лаз.
- Только бы не навернуться, а то костей не соберу, - прошептала Ульяна и, кряхтя, стала спускаться вниз.
Библиотекой оказалось небольшое помещение, в котором вдоль стен были установлены металлические стеллажи, заполненные книгами. Пролистав некоторые из них, Ульяна поняла, что все они предназначались для военных.
Прислонившись к одному из стеллажей, она вслух произнесла:
- Ну и где здесь папки?
По ногам тут же пробежал холодок, и заныл затылок. Перед глазами женщины появился полковник. Он ткнул пальцем в одну из полок.
Ульяна подошла к ней, но кроме книг больше ничего не увидела. Женщина посмотрела на полковника - тот продолжал указывать на стеллажную полку.
- Ты хочешь сказать, что материалы находятся за книгами? – внезапно осенило её, и Ульяна начала снимать с полки книги.
Вынув штук пять, она увидела в стене дверцу сейфа. Вынув все книги, женщина спросила:
- Как открыть?
 «Поверни циферблат вправо и остановись на цифре четыре».
Ульяна повернула.
«Теперь влево, до семерки».
 Ульяна снова повернула. Полковник подсказал ей еще пять цифр, и сейф, щелкнув, приоткрылся.
Женщина заглянула внутрь - там лежали несколько толстых папок и четыре бобины с магнитной плёнкой. Вынув содержимое сейфа, Ульяна направилась к лестнице…
С трудом вскарабкавшись по гуляющим от времени ступеням, Ульяна, прижав к себе содержимое сейфа, вышла из кладовой, где тут же столкнулась с Актрисой.
Взвизгнув от неожиданности, Ульяна спросила:
- Ты что здесь делаешь? 
Актриса, кутаясь в теплый халат, тихо заговорила:
- Я не могла уснуть. Глаза закрываю и вижу какие-то ужасы. Мне стало страшно, и я решила с тобой поговорить. Спустилась. Стучу, стучу, а ты не открываешь. Решила вернуться в палату и увидела свет рядом с лестницей. Пошла посмотреть, а тут ты… Что это у тебя?
Актриса пальчиком дотронулась до корешков папок, которые Ульяна продолжала прижимать к груди.
- Это материалы, - выдавила из себя Ульяна.
- Те самые, что ищет Генерал?
- Да.
- И где они были?
- В подвале кладовой.
- Вот это поворот.
- Эвелина, мне необходимо всё это сжечь.
- Сжечь? – поразилась Актриса. - И тебе совсем не интересно, что в этих папках?
- Совсем. Полковник попросил. Сказал, что они очень опасны.
В глазах Актрисы читалось любопытство.
- И где ты хочешь всё это сжечь?
- Пока не знаю, но точно не в здании.
- Пойдём к фонтану, – предложила Актриса. – Воды в его чаше нет, только мусор один валяется. Идти надо сейчас. Летом рано светает.
- Не получится. Двери на ночь закрывают, на окнах решётки. По любому придётся ждать.
У Актрисы загорелись глаза и она, потянув Ульяну к двери, ведущей на террасу, заявила:
- Я когда-то снималась в одном детективе. Играла воровку. По роли нужно было шпилькой открыть замок двери. Так меня один старичок целую неделю обучал замки вскрывать. Ему лет сто было, но дело своё он знал.
- Ничего себе, - хихикнув, отреагировала Ульяна.
- Я ещё не то умею, - с гордостью произнесла Актриса, вынимая из волос шпильку…

К шести утра с папками и бобинами было покончено.
- Прямо на душе легче стало, - внезапно сказала Актриса, когда женщины возвращались к зданию больницы.
- Полностью согласна, - ответила Ульяна. – Теперь я хочу остановить Генерала.
- Каким образом? – полюбопытствовала Актриса.
- Всё расскажу, но только после звонка…
Около семи утра Ульяна набрала номер Семёна. Актриса, сидя на её кровати, с упоением грызла ванильный сухарик.
Когда художник ответил, Ульяна включила громкую связь.
- Да, Ульяна Степановна. Что-то случилось?
- Нет, все нормально. Вы как?
- Тоже норм. Ночевал с Монахом на АЗС. Поспали часов пять. Сейчас покормлю парня и снова в путь. Хотелось бы завтра к обеду быть на месте.
- Семён, мне нужно попасть в бункер. Я должна попробовать остановить Генерала.
- Ульяна Степановна, бросайте это дело…
- Я всё равно жду сестру, - перебила его Ульяна. – Так что сидеть сложа руки не собираюсь.
В трубке послышалось чавканье волка, после чего снова раздался голос Семёна:
- В километре от монастыря есть заброшенная шахта. Я не уверен, но возможно, когда-то это и был основной вход на базу.
- А в какую сторону идти, чтобы найти её?
- Обойдите мой сарай, встаньте к нему спиной и шагайте прямо. Мимо не пройдёте. И будьте осторожны. Генерал, как и Зона, очень непредсказуем.
- Учту. Спасибо, Семён.
- Звоните, если что…
И художник отключился.
Спрятав телефон, Ульяна посмотрела на Актрису:
- Эвелина Петровна, я пойду. А вам пора на завтрак.
- Ульяночка, я тебя одну не отпущу. Пойдём вместе. Хоть какое-то приключение в конце моей пресной жизни. А завтрак… Голодание очень полезно. Особенно в моём возрасте…

Эпизод 15

Женщины стояли около колодца и смотрели в его темноту.
- Если это и есть шахта, то мы вряд ли спустимся вниз, - сказала Актриса.
- Согласна, - ответила Ульяна.
И тут Актриса ткнула её локтём в бок.
- Ты что? – возмутилась женщина.
-Тсс.., - приложив палец к губам, Актриса глазами показала в сторону.
 Ульяна глянула и обомлела: метрах в трёхстах, спиной к колодцу, стояли два солдата и о чём-то переговаривались. За их плечами висели автоматы. Она рухнула на колени, потянув за собой Актрису.
- Опять солдаты. Что будем делать? – дрожа от страха, спросила Эвелина.
- Они охраняют какой-то вход, - зашептала Ульяна ей на ухо. - Это и есть та самая шахта.
- И как мы пройдём мимо охраны? – шёпотом поинтересовалась Актриса.
- Их надо отвлечь.
- Как?
- Ты их и отвлечёшь. Твоё лицо знает каждая собака. Я проникну внутрь, а потом выйду оттуда, якобы за тобой.
- А что я, как актриса, забыла в этом месте?
- Представь, что ты - Любовь Орлова.
- Орлова?
- Помнишь фильм, где она играла учёного?
- «Весна», что ли?
- Да. Скажем, ты получила роль учёного и специально приехала на базу вжиться в образ. Ну, что-то в этом духе…
- Совершенно идиотский план, - закатив глаза, сказала Актриса. – Чувствую, нас расстреляют на месте.
- Самые лучшие планы - это идиотские планы.
- Кто сказал?
- Я!
- Хорошо, попробуем, - согласилась Актриса и поползла в ближайшие кусты.
Минут через десять она вышла и не спеша подошла к солдатам.
- Добрый день, товарищи солдаты, - торжественно произнесла она. – Доложите начальству, что актриса прибыла для консультации по будущей роли. Только можно быстрее, а то у меня вечером спектакль.
Солдаты при появлении Актрисы вытянулись в струнку и один из них, восторженно улыбаясь, сказал:
- Эвелина Петровна, я вырос на ваших фильмах. Моя мама вас просто обожает. Можно взять у вас автограф?
- Разумеется, - проворковала Актриса. – На чём его оставить?
- Ой, - сказал солдатик. – Я быстро.
Поправив ремень автомата на плече, он помчался куда-то в сторону.
Второй солдат, пристально рассматривая Актрису, бесцеремонно заявил:
- Мне казалось, что вы моложе.
Ничуть не смутившись, Эвелина ответила:
- А ты как хотел? Мне сегодня играть возрастную тётку. Времени будет в обрез. Я просто загримировалась заранее.
- Грим смотрится как настоящий.
- Я всё-таки профессионал, мой милый. Давно здесь служишь?
- Пару месяцев. А так осталось служить полгода.
- Невеста ждёт?
- Да, - смущённо ответил солдат. – Вернусь и сразу поженимся.
Пока Актриса заговаривала солдату зубы, Ульяна вылезла из-за колодца и, быстро пробежав, нырнула в открытую дверь бункера. Там, увидав вешалку с белыми халатами, женщина схватила один из них. Халат был на пару размеров меньше, но Ульяна, натянув его на себя, выскочила из бункера.
- Эвелина Петровна, мы вас целый час дожидаемся! – возмущенно воскликнула Ульяна. - Что же вы опаздываете?
Актриса, которая в этот момент подписывала открытку, ответила:
- Простите меня, Ульяна Степановна, но я не могу игнорировать своих поклонников. Не сердитесь, моя дорогая. Уже бегу.
Она, погладив солдата по щеке, отдала ему открытку с ручкой и юркнула в бункер.
- Получилось! – прошептала она. – Я до последнего не верила.
Критически осмотрев Ульяну, она произнесла:
- Халатик-то не по размеру.
- Здесь не магазин. Возьми себе другой и уходим.
Лампы, встроенные в потолок, освещали коридор каким-то холодным, почти безжизненным светом.
Увидав лифт, Ульяна, взяв Актрису под руку, сказала:
- Сюда…

Казалось, что лифт спускается целую вечность. Наконец он остановился, и женщины попали в ещё один тускло освещённый коридор. С каждой его стороны тянулись двери с табличками, на которых были написаны какие-то буквы и цифры.
Некоторые двери были открыты, и в них виднелись специалисты, полностью погружённые в свой мир науки и исследований.
Около одной из комнат Ульяна остановилась. Металлическая дверь комнаты была с небольшим окошком. Женщина заглянула в него и увидела довольно большой зал. Несколько сотрудников сидели за микроскопами. Ещё двое в спецкостюмах, вынув из криокамеры контейнеры, направились в смежный зал.
- Что там? – услышала Ульяна вопрос.
- Мне кажется, здесь явно работают с вирусами или бактериями, - ответила она.
- Думаешь?
- Уверена. За этой дверью точно разрабатывают биологическое оружие.
- Послушаешь тебя, и жить не захочется.
- И зря. Здесь работают над укреплением военной мощи страны.
- Не забывай, в настоящем эта база больше ни над чем не работает.
Ульяна отлипла от окошка, и женщины пошли дальше.
- Где же нам искать Генерала? – спросила Актриса.
- Понятия не имею. Идем наугад… Поворачиваем направо.
- Почему направо? Можем повернуть и налево.
- Сначала направо, - твёрдо произнесла Ульяна.
- Как скажешь, - пожав плечами, согласилась Актриса.
Женщины повернули направо и столкнулись с Генералом.
- Так-так-так, - произнёс тот. – И что мы здесь делаем?
- Не поверите, Иван Фёдорович, вас ищем, - пискнула Актриса.
- Зачем?
- Скажите честно, это вы запустили Зону? – спросила Ульяна.
- Допустим, - сузив глаза, ответил Генерал.
- Вы знаете, наверху появилась Зона прошлого.
- Неужели? Это интересно.
- Вы должны немедленно прекратить этот эксперимент. Иван Фёдорович, это может быть очень опасно.
- Не опаснее атомной бомбы, - ответил Генерал и, развернувшись, зашагал по направлению к двери, на которой висела табличка «Хронос».
Открыв тяжёлую металлическую дверь, Генерал зашел внутрь. Ульяна и Актриса зашли следом…

Эпизод 16

В просторном зале, куда попали женщины, находились несколько человек. Генерал склонился над Сержем, сидевшим за одним из компьютеров старого образца, и что-то ему втолковывал. Якут, не зная, куда себя деть, слонялся от скуки по залу, - надоедал работникам лаборатории и явно пытался у них что-то узнать. Ульяне на ум пришло сравнение этого человека с назойливой мухой. 
- А вы кто такие? – раздался с боку женский голос.
Ульяна, повернув голову, столкнулась взглядом с невысокой женщиной среднего возраста. Её темные глаза пристально изучали незнакомок.
- Кто вы такие? – строго повторила она.
На выручку пришёл Генерал:
- Бэлла, не беспокойтесь. Это тоже мои сотрудники.
- Зачем вам такое количество инспекторов? – недовольно спросила Бэлла и подошла к Актрисе - та невольно попятилась назад.
Пристально изучая её лицо, Бэлла спросила:
- Мы раньше с вами не встречались? У меня такое чувство, что я где-то вас видела.
- Меня вечно с кем-то путают, - заявила Актриса.
Кивнув, Бэлла направилась к одному из компьютеров.
Проводив её взглядом, Генерал, сунув руки в карманы брюк, сказал:
- Вот что, дамы, а теперь расскажите, как вы сюда проникли? На базе серьезная охрана.
Актриса в двух словах рассказала о том, как им удалось пройти. Генерал, покачав головой, буркнул:
- Сплошной бардак. Вполне возможно, что документы могли вынести.
Он подозвал к себе Якута и приказал:
- Запри их.
- Что значит «запри»? – возмутилась Ульяна. – Вы не имеете права!
- Помолчите немного, - раздражённо ответил Генерал. – Скоро всё закончится. Мне нужен ровно час. Наберитесь терпения. Если хотите побыстрее отсюда выбраться, поговорите с покойничками. Возможно, они вам что-нибудь ещё расскажут.
И он снова направился к Сержу. 
Якут, показав пальцем на дверь в конце зала, ухмыльнулся и сказал:
- Прошу.
Женщинам ничего не оставалось делать, как подчиниться…

Спустя несколько минут Ульяна и Актриса стояли в комнате, заставленной узкими шкафами и мягкими стульями. На одном из стульев восседал Егор.
- А вот и наш красавчик, - сказала Ульяна, присаживаясь на соседний стул. – А мы с Эвелиной Петровной головы сломали, размышляя, куда ты подевался?
- Соскучились? – спросил Егор.
- Не так, чтобы очень, - ответила Ульяна. – Просто волновались.
- Да, - поддакнула Актриса. – Ты не пришёл на ужин. А ведь ты никогда не пропускаешь приёмов пищи. И вообще, что это за комната? Только стулья и шкафы.
- Что-то вроде склада, но Генерал сделал из неё арестантскую. И посадил меня здесь. Кстати, если хотите пить, то в шкафах есть вода в стеклянных бутылках.
- Бедный мальчик, - посочувствовала Актриса. – А почему он тебя арестовал?
- Я дернул за один из кабелей и что-то нарушил в работе компьютеров лаборатории. Генерал так орал, что я думал, оглохну. Якут обещал свернуть мне шею. А эта Бэлла какая-то чокнутая. Ей впору самой лечь в психушку. Верещала так, что любая сигнализация позавидует. Теперь Серж там что-то исправляет.
- Почему Бэлла считает нас инспекторами? – спросила Ульяна.
-  Генерал представился ей проверяющим. Показал какой-то документ, и та стала водить нас по разным лабораториям. Она такого понарассказывала, что у меня до сих пор волосы дыбом стоят. Они здесь работают с инопланетными технологиями!
- Пора бежать отсюда, - твердо произнесла Актриса.
Ульяна поднялась со стула и подошла к двери.
За тонкой стенкой послышался какой-то шум, затем в замке повернулся ключ, и дверь открылась. В проёме появилась довольная физиономия Якута:
- Мы идём обедать, - сказал он. - Вам что-нибудь принести?
- Лучше возьмите нас с собой, – отреагировала Ульяна.
- Я в туалет хочу, - заявил Егор.
- И я, - подняв руку, как в школе, поддержала Балерину Актриса.
Около двери появился Генерал. Увидав его, Актриса воскликнула:
- Иван Фёдорович! Нам бы в туалет прогуляться. А то сами понимаете…
Генерал поморщился и, пожевав нижнюю губу, сказал, обращаясь к Якуту:
- Отведи их в уборную.
Пока Якут возражал Генералу, Ульяна приоткрыла створку шкафа, стоявшего рядом с ней, и взяла оттуда бутылку воды. Спрятав её за спину, она молча вышла последней из комнаты и, посмотрев на Сержа, спросила:
- Ты с нами?
Тот молча кивнул головой и поднялся из-за компьютера…

В тамбуре уборной Якут, прикуривая, сказал:
- Девочки направо, мальчики налево. Я жду здесь. В каждой туалетной комнате по пять унитазов, так что на всех хватит.
В этот момент Ульяна, стоявшая за его спиной, со всей силы ударила Якута стеклянной бутылкой по голове. Глаза мужчины закатились, сигарета вывалилась изо рта, и он осел на пол.
- Чего смотрите? – раздражённо спросила Ульяна у Егора и Сержа. – Тащите его в любую кабинку и бежим.
- Куда? – растерялся Серж.
- Куда глаза глядят, - съязвила Ульяна. – Разумеется, из бункера.
- Чтобы отсюда выйти, нужно специальное разрешение получить, - предупредил Серж.
- А я правда в туалет хочу, - захныкал Егор, переминаясь с ноги на ногу.
- Мне тоже надо, - застенчиво произнесла Актриса.
- Всем приспичило одновременно, - разозлилась Ульяна. – Идите, только не мозольте глаза.
С трудом затащив в одну из кабинок Якута, Ульяна, держась за поясницу, спросила:
- Серж, как мы ещё можем отсюда выбраться?
- Отключив Хронос. Зона прекратит свою работу, и мы снова попадём в наше время.
- Сможешь отключить?
- Нет. Нужен специальный ключ. Он у Генерала.
- Думай, Серж. Думай, милый, - взмолилась Ульяна. – Нам нужно отсюда убраться. И чем быстрее, тем лучше.
- Через КПП, через вентиляцию, - начал перечислять Серж.
Ульяна, прогнувшись в спине, посмотрела наверх. Увидав на потолке большое решетчатое окно вентиляции, она задала следующий вопрос:
- Ты знаком с вентиляционной системой базы?
Проследив за взглядом женщины, Серж ответил:
- Откуда? Можно, конечно, найти схему в компьютере, но эти гаджеты такие древние, что искать мы будем вечно.
Из туалетной кабинки вышел Егор:
- Все системы вентиляции ведут наружу, - сказал он. - Давайте по ним поднимемся на самый верхний уровень базы, а там - свобода. Кто за мое предложение?
- Интересно, а как в эту вентиляцию влезут Ульяна Степановна и Эвелина Петровна? – заинтересовался Серж.
- Согласна, - произнесла Ульяна. – Я если даже и влезу, то застряну в ней из-за своих габаритов.
- Но идея была хорошая, - констатировал Серж.
В тамбур вышла Актриса. Посмотрев на неё, программист внезапно встрепенулся:
- Слушайте, я вспомнил! В той комнате, где стоит Хронос, находится эвакуационный люк на случай пожара. Внутри есть лестница, ведущая наверх. И такие выходы предусмотрены на всех уровнях базы.
- Где конкретно? – спросила Ульяна.
- В комнатах по тому же стояку. Как иначе? Но я не знаю, открыты ли они?
- Начнём с той комнаты, где стоит Хронос. Надеюсь, она открыта.
- Но нам надо спуститься на уровень ниже, а там сидит охрана…
 
Беглецы ждали лифт. Сотрудники лабораторий, ходившие мимо, не обращали на них никакого внимания.
Внезапно Егор испуганно промямлил:
- Боженьки, к нам приближаются двое вооруженных солдат.
- Стой спокойно, - попросил Серж.
Лицо Актрисы побледнело. Ульяна посмотрела на солдат – те медленно шли по коридору и смотрели прямо перед собой.
«Еще минута, - подумала Ульяна, - и нас арестуют».
И тут двери лифта открылись.
- Слава богу, - выдохнула Актриса и первой заскочила в кабину.
За ней последовали остальные. Серж нажал на одну из кнопок, и двери закрылись. 
- Интересно, почему никто не интересуется, кто мы и что здесь делаем? – тихо спросила Ульяна, пока лифт медленно полз вниз. – Это же секретный объект. Наверняка сотрудники знают друг друга в лицо. И те солдатики… Могу поклясться, что они смотрели прямо на нас.
- Может, это какое-то действие Зоны? - предположил Серж. - Пока ты близко не подходишь к человеку из прошлого, он тебя вроде как не видит.
- Следовательно, нам надо держаться подальше от охраны? – уточнила Ульяна.
- Вот это мы сейчас и проверим, - сказал Серж. – Выходим из лифта, сразу направо - и там до конца коридора.
Лифт тряхнуло, и он остановился. Двери открылись, и беглецы вышли из него. Молодой солдатик, сидевший за столом, на них не среагировал.
- Поворачиваем направо, - напомнил Серж.
Все повернули направо. Небольшой коридорный отросток заканчивался металлической дверью, выкрашенной красной краской.
Практически добежав до двери, четверка, прошмыгнув внутрь помещения, замерла.
Посреди комнаты с высоченным потолком стояла абсолютно чёрна стела, больше похожая на укороченный столб цилиндрической формы. Стела была идеально гладкой, а её верхушка, уходившая вверх, растворялась в темноте потолка. От стелы по полу тянулись толстенные кабели, уходящие внутрь стены.
Серж подбежал к внушительной решётке на стене.
- Вот тот самый аварийный выход, - сказал он. - Сейчас открою...
- Я от бабушки ушёл, я от дедушки ушёл, - прыгая, радостно пропел Егор.
Пока Серж возился с решёткой, а Егор ему мешал, женщины подошли к стеле.
- Серж, это и есть Хронос? – спросила у программиста Ульяна.
- Да, - ответил тот. – Какая-то инопланетная технология. Бэлла что-то объясняла, но я так ничего и не понял.
- Совсем ничего? – спросила Ульяна.
- Если коротко, то она и сама толком не знает, кто первым нашёл Хронос. То ли строители, то ли археологи. База строилась вокруг этой штуковины. Бэлла говорила, что это ворота в другие миры. Только никто из ученых не понимает, как этими воротами управлять. Эта штуковина и создаёт Зону вокруг базы.
- А как попасть внутрь? – спросила Актриса.
- Дотрагиваешься до стенки и тебя засасывает внутрь, - ответил Серж.
- Оригинальненько, - пробормотала себе под нос Ульяна.
- Готово, - произнёс Серж, сняв решётку.
И тут входная дверь с грохотом открылась, и на пороге появился Якут.
- Вот, значит, как, - злобно прошипел он. – К вам со всем пониманием, а вы бутылкой по голове?
Не поворачивая головы, Якут закричал:
- Генерал, они здесь! - после чего злорадно добавил: - Допрыгались? Сейчас вас за проникновение на секретный объект в наручники и в спецбольничку под укольчики. Через месяц овощами станете.
В коридоре послышался топот сапог.
- Я здесь случайно! - заорал Егор, и подняв вверх руки, прижался к стеле.
В ту же минуту комната озарилась голубым светом и Ульяна обнаружила, что стоит в абсолютно белом помещении.
 «Господи, куда я попала? - подумала женщина. - И где остальные?»
За её спиной знакомый голос произнёс:
- Надеюсь, с вами всё хорошо?..

Эпизод 17

Ульяна медленно обернулась и в изумлении застыла с открытым ртом. Перед ней стоял врач, который замещал в больнице её сестру.
- Вы? – только и смогла выдавить из себя женщина.
- Да. Меня зовут Ори, хотя вы знаете меня под другим именем.
- Я умерла? – тихо спросила Ульяна.
- Господь с вами, Ульяна Степановна. Вы живы и здоровы. Просто перенеслись в другой мир.
- А где мои спутники?
- Они тоже в полном порядке. Но мы решили, что вам лучше побыть какое-то время отдельно друг от друга.
- Кто вы такие, чтобы принимать за нас решения? – начала злиться Ульяна.
- Наблюдатели. Мы наблюдаем за представителями других миров, стараясь брать от них самое лучшее.
- Стесняюсь спросить: всё ваше население является наблюдателями?
- Большинство.
- А кто же тогда вас лечит, кормит, учит? Меньшинство?
- Андроиды. Они и прочие роботы выполняют за нас все виды робот. Кстати, наши андроиды очень похожи на людей.
- И как вы их отличаете?
- По специальной татуировке на левой руке.
- Скажите, Ори, вы вернёте меня домой?
- Конечно.
- Когда?
- Если хотите, прямо сейчас.
- Желательно. Иначе я лишусь рассудка. Впрочем, у меня и так имеются сомнения в своей нормальности. И ноги болят со страшной силой. И всё-таки, когда я смогу увидеть своих спутников?
- Странно, почему вы так хотите их увидеть?
- А почему это вас так удивляет, доктор?
- Потому что их особо не волнует, что с вами стало.
- Это неприятно осознавать, но нам надо вернуться домой.
- Хорошо, но сначала я хочу, чтобы вас осмотрел наш врач.
- Врач или андроид?
- Для нас это одно и тоже.
Ори подвёл Ульяну к лежащим на полу и медленно вращающимся кольцам.
- Сейчас мы войдём в поле колец, - сказал он, - и они перенесут нас в нужное место…

Внешне врач-андроид ничем не отличался от человека. Как не всматривалась в него Ульяна, найти разницу она так и не смогла. Врач был похож на глубокого старца с тихим голосом и добрыми глазами. Если бы не татуировка на левой руке, Ульяна решила бы, что её разыграли.
Андроид располагал к себе с первой же минуты. Пока он колдовал над ногами женщины, у неё в голове крутился детский стишок:
«Добрый доктор Айболит!
          Он под деревом сидит.
          Приходи к нему лечиться
          И корова, и волчица,
          И жучок, и червячок,
          И медведица!
          Всех излечит, исцелит
          Добрый доктор Айболит!»
После всех манипуляций андроида боль в ногах и коленях улетучилась. В теле появилась давно забытая лёгкость и какая-то особенная гибкость в суставах. От радости, а может, и от пережитого, Ульяне захотелось курить. Причём безумно.
Женщина вышла в белый коридор и, вынув из пачки сигарету, закурила. Затянувшись, она готова была издать мурчание, но вместо этого чуть не подавилась дымом – на неё с укором смотрел Ори.
- Ульяна Степановна, мы здесь не курим, - строго произнёс он.
Откашлявшись, женщина выдавила из себя:
- Почему?
- Мы не курим, - повторил Ори.
- А если в виде исключения? – спросила Ульяна и поспешно затянулась снова.
- Нет.
Женщина легко согнула ногу и затушила сигарету о подошву своей туфли.
- Подойдите к транспортным кольцам, - попросил Ори.
Ульяна подошла и уже через мгновение оказалась на чистейшей улице с невероятно красивыми зданиями.
- Это ваш мир? – спросила Ульяна.
- Нет. Наш мир давно похоронен под толстым слоем песка. А этот мы открыли совсем недавно. По уровню развития он превосходит даже наш собственный, - ответил Ори.
- И чем здесь занимаются люди?
- Живут в своё удовольствие.
- Если я правильно понимаю, то и здесь всю работу делают роботы?
- Совершенно верно. Кстати, люди здесь повёрнуты на цветах.
- Каких цветах?
- Любых. Растущих в земле, горшках, стоящих в вазах, засушенных, нарисованных - одним словом, их жизнь вращается вокруг цветов. О них написаны тысячи книг: язык цветов, их цветовая гамма, символика и прочая информация о том, где лучше сажать, как и чем подкармливать, какой водой поливать.
- Вижу, что местная публика свихнулась по-своему…
 
Ори вёл Ульяну по улице. Везде виднелись небольшие клумбы из роз, источавших тонкий успокаивающий аромат. Рядом с клумбами возвышались высокие стебли лаванды. Они тихо покачивались, создавая фиалковый шлейф при дуновении лёгкого ветерка. И над всем этим великолепием порхали разноцветные бабочки. Ульяна, слушая нежный шорох листьев на деревьях и птичье пение, подумала, что время в этом месте потеряло свой счёт.
Впереди показалось небольшое кафе. За одним из столиков Ульяна увидала Актрису и Егора. Приблизившись к ним, она присела на свободный стул.
- Моя дорогая! – радостно воскликнула Актриса. – Как я счастлива, что вы с нами!
- Скажите, - обратилась Ульяна к стоявшему рядом Ори. – Здесь можно курить?
- Можно, - разрешил тот.
- Ульяночка, - сказала Актриса, - мы с Егором решили остаться здесь.
- Что? – не поверила своим ушам Ульяна.
- Дорогая моя, оглянитесь вокруг. Вы видите всю эту красоту?
- Вижу. Но от неё мне ещё больше хочется домой.
- Божечки мои, - с насмешкой произнёс Егор. - Что вас там ждёт? Уныние?
- Меня там ждёт моя семья, мой дом и мои друзья, - ответила Ульяна.
- Брось, - махнув рукой, сказала Актриса. – У меня тоже есть невестка, внук, двоюродные сёстры и брат. Только я им больше не нужна.
Она слегка улыбнулась и продолжила:
- А здесь... Здесь живут люди, обожающие искусство. Что может быть прекраснее? Тем более, что наши благодетели…
- Кто? – опешила Ульяна.
- Наши благодетели, - пояснила Актриса, кивая головой в сторону Ори, - замолвили обо мне словечко. И что ты думаешь? Меня уже пригласили в здешнюю труппу театра. Егор тоже будет танцевать на лучших площадках.
- А Серж и Якут? – поинтересовалась Ульяна.
- Серж решил стать наблюдателем, - ответил Ори. - Ему интересен наш мир. Что касается Якута, то ему будет стёрта память, как и вам. После чего вы вернётесь домой.
К столику подошли двое мужчин.
- Егор, - сказал Ори, - мои коллеги проводят тебя для выбора балетных костюмов.
Поднявшись, Егор сказал:
- Прощайте…
И он ушёл, сопровождаемый коллегами Ори.
Ульяна, вздохнув, произнесла:
- Вы очень рискуете, оставляя у себя патологического убийцу. Это не лучший выбор для вашего мира.
В ответ Ори лишь улыбнулся:
- Я ведь уже сказал, что мы берём для себя всё лучшее из других миров. И это касается не только информации, но и людей. После несчастного случая один очень хороший человек потерял возможность двигаться. Даже наши андроиды оказались бессильны. Егор по физическим данным очень подходит как донор. Ему полностью сотрут личность, а вместо неё загрузят память другого.
- Вы и с нами сделаете тоже самое? – настороженно спросила Ульяна, поглядывая на Актрису.
-  Не обижайтесь, Ульяна Степановна, но вы, как и Эвелина Петровна, слишком стары для такой процедуры.
- Вы нас просто осчастливили этой новостью, - сказала Ульяна, поднимаясь из-за стола.
Актриса тоже встала и, обняв Ульяну, произнесла:
- Я желаю вам счастья. Вам и вашей сестре. Обнимите за меня Монаха, если он позволит.
И смахнув слезу, Актриса быстро пошла прочь…

Эпизод 18

Ульяна сидела на террасе. Перед ней стояла чашка горячего чая и лежали сигареты. Рядом сидел доктор и пристально смотрел на неё.
- Не подскажите, который час? – спросила Ульяна, морщась от головной боли.
- Шесть утра, - ответил доктор. – Что вы здесь делаете так рано?
- Представляете, я даже не помню, как оказалась на террасе, - сказала Ульяна, доставая сигарету из пачки.
- Вы себя нормально чувствуете?
- В голове только сильно шумит, - ответила Ульяна, прикуривая сигарету. – А откуда здесь чашка с чаем?
- Так это Тося принесла. Повариха наша. Вы попейте чаёк. Он сладкий. Сразу станет легче. Скорее всего, у вас поднялось давление.
Доктор поднялся и ушёл. В дверях он столкнулся с поварихой, которая несла в руках тарелку с бутербродами.
- Как она, доктор?
- Уже лучше.
Тося вышла на террасу и, широко улыбаясь, подошла к Ульяне. Поставив тарелку, она сказала:
- Ульяночка Степановна, смотри, что я принесла.
Увидав бутерброды, Ульяна отодвинула от себя тарелку.
- Не хочешь есть? – расстроилась повариха.
- Даже не знаю. Голова болит так, что подташнивает.
- А у меня таблеточка есть волшебная, - засуетилась повариха и достала из кармана халата початый блистер с таблетками. – У меня частенько голова болит, и это лекарство меня просто спасает.
Повариха выдавила из блистера таблетку и подвинула к Ульяне.
- Что с ней делать? – спросила женщина.
- Положить под язык, - подсказала Тося.
Ульяна так и сделала.
Повариха одобрительно кивнула головой и сказала:
- Ты нас так напугала, Ульяночка Степановна.
- О чём ты? – не поняла женщина.
- Совсем ничего не помнишь? – ахнула повариха.
Ульяна нахмурилась:
- Мы с Актрисой были у художника в монастыре. Потом туда пришли Генерал, Серж и Якут…
Ульяна хлебнула из кружки и продолжила:
- Генерал искал какую-то лабораторию под землёй. Помню, как появилась военная база из прошлого. И на этом всё. Сплошной провал. Тося, а почему доктор так рано поднялся?
- Он сегодня дежурил ночью. Кстати, его назначили ответственным за передачу больницы новому владельцу.
- Так моя сестра должна была этим заниматься.
Повариха взяла один из бутербродов и, откусив от него, сказала:
- Не спрашивай меня. Я человечек маленький. Моё дело готовка. А что касается твоих воспоминаний…
Тося дожевала бутерброд:
- Ты пропала неделю назад. Ушла гулять и не вернулась. Твоя сестра никак не могла до тебя дозвониться. Мы ей наврали, что ты уехала на экскурсию, а телефон на террасе забыла. Ты уж не выдавай нас, пожалуйста.
- Конечно-конечно, - пообещала Ульяна, отхлебывая чай.
- А потом киношники тебя нашли.
- Какие киношники?
- Столичные. Фильм здесь снимали. То ли про войну, то ли про что-то другое. Наверняка ты актеров и приняла за людей из прошлого. Они и Генерала с Якутом нашли. Представляешь, у Генерала снова ухудшения с головой. Доктор-то считал, что выпишет Ивана Фёдоровича домой, но, видимо, не судьба. Так что сегодня днём его в другое место перевезут для продолжения лечения. И Якута увезут. А вот Серж, Актриса и Балерина…
Повариха смахнула слезу.
- Что с ними? – напряглась Ульяна.
- Доктор считает, что у тебя частичная потеря памяти из-за сильного стресса. По всей видимости, на твоих глазах произошла трагедия.
- Какая трагедия? – распереживалась Ульяна, схватившись за сердце.
- Ты, главное, не волнуйся, - попросила повариха. – Как утверждают киношники, они вас всех видели около монастырского пруда. А спустя минут двадцать только тебя одну. Ты стояла в воде и смотрела прямо на неё. Они подбежали и увидали там жуткую расщелину.
- Да, там есть такая, - произнесла глухим голосом Ульяна. – Мне её художник показывал. Говорил, что если туда попасть, то вряд ли обратно выберешься.
- Вот-вот, - сказала повариха, принимаясь за второй бутерброд. – Киношники считают, что наши больные попали в ту расщелину и их туда засосало.
Поставив локти на стол, Ульяна закрыла лицо ладонями и прошептала:
- Боже мой…
- Да, мне тоже их жаль. Больше чем уверена: рецидив у Генерала тоже связан с этим. Он тоже видел, что произошло.
- Так надо у него спросить, - предложила Ульяна, убрав ладони от лица.
- Пробовали. Он ничего не говорит. Только мычит. Комиссия примчалась из-за смерти пациентов. Разбирались. Спасло то, что родственникам Актрисы было всё равно, у Егора, как и у Сержа никого нет.
- И у Сержа нет родных?
- Он детдомовский. Короче, составили акт и укатили.
- Как странно всё, - произнесла Ульяна. - Художник тоже видел киношников. И видел, как при пересечении определенной линии они то пропадали, то снова появлялись.
- Я не знаю, что сказать. Но именно киношники привели тебя обратно, – заметила повариха.
- Тогда ничего не понимаю.
- Ох, Ульяночка Степановна, мой тебе совет: не говори об этом никому. Иначе примут за умалишённую. Не дай бог. Ладно, пойду я. Пора завтрак готовить.
Повариха поднялась и, взяв тарелку, ушла…
   
 На кухне Тосю дожидался доктор.
- Как наша подопечная? – спросил он.
- Надеюсь, поверила, - ответила повариха. – Хотя кое в чём вы сработали грубовато.
- Я слышал ваш разговор. Думаю, что это не критично.
- Я беспокоюсь о «Хроносе».
- Не стоит. Мы получили все разрешения. Так что усадьба теперь принадлежит нам. Скоро мы перенесём «Хронос» сюда.
- Это хорошая новость. Ори, как мой сын?
- Он уже в теле Егора. Адаптируется.
Тося облегчённо вздохнула.
- Я хочу его увидеть.
- Увидишь. Через недельку. Как только раскидаем всех пациентов.
- Что с Семёном?
- Ничего. Он решил переехать ближе к Ульяне. Его заинтересовали достопримечательности Великого Новгорода.
- Он давно не был дома.
- Пока жив Монах, Семён не вернётся домой. Он слишком любит своего волка. Уверен, он успокоит Ульяну, и через месяц она полностью забудет о Зоне.
- А Генерал-то каков! Не ожидала от него такой прыти. Устроил нам головную боль. Что с Лидией Степановной?
- Она возвращается завтра утром. Займи пока Ульяну.
- Чем?
- Посоветуй ей начать собирать вещи сестры. А я закажу им билеты на вечерний поезд.
- Поняла. Пойду-ка я готовить завтрак. Сам по себе он не приготовится...