Первый круг Ада. Спаситель

Кристиан Вирт родился 24 ноября 1885 года в Обербальцхайме, в земле Вюртемберг, входившей в состав Германской империи (Второго рейха). Сын мастера-бондаря, Вирт после окончания начальной школы и школы второй ступени освоил ремесло плотника.

С 1905 по 1910 год служил в 123-м Вюртембергском гренадерском полку. После увольнения из кайзеровской армии, Вирт работал полицейским в Хайльбронне, но вскоре переехал в Штутгарт, где стал детективом Крипо.

После начала Великой войны пошёл добровольцем на фронт, однако сначала закончил курсы унтер-офицеров. Воевал на Западном фронте, отличился в боях, был ранен; награждён Железным крестом обоих степеней и орденом Короны земли Вюртемберг. Герой-фронтовик, в общем.

Демобилизовавшись в июне 1919 года, вернулся в Штутгарт, где получил повышение в звании до детектив-сержанта (криминальинспектора). Женился; в браке у него родилось двое детей.

Вирт был одним из первых членов НСДАП, причём вступал в неё аж дважды. Первый раз в 1923 году, незадолго до позорно провалившегося Пивного путча, сразу после которого НСДАП была запрещена.

Вирт продолжил службу в полиции; почти восемь лет держался подальше от политики… однако с политическим чутьём у него было зер гут. Поэтому в первый день января 1931 года он снова вступил в НСДАП, получив шеврон «старого бойца». После прихода к власти НСДАП был повышен в звании до криминалькомиссара Крипо.

Отметился жёстким… даже жестоким стилем работы; для получения признательных показаний применял насилие по отношению к допрашиваемым (что для Крипо было, вообще-то, нехарактерно).

30 июня 1933 года вступил в штурмовые отряды СА... видимо, несколько разочаровался в криминальной полиции. В конце 1937 года стал информатором СД, а 10 августа 1939 года перевелся в Охранные отряды СС, в которых к октябрю получил звание оберштурмфюрера (обер-лейтенанта).

Каким ветром Вирта занесло в Акцию Т4, граф Вальтер фон Шёнинг так и не понял. Ибо где убойный отдел Штутгартского Крипо (в котором Вирт весьма неплохо себя проявил) … и где программа принудительной эвтаназии.

Граф подозревал, что Вирту (как, кстати, и шефу Крипо всея Германии Артуру Небе, которого занесло ещё круче – аж в командиры Эйнзацгруппы В), просто осточертело иметь дело с криминалом постфактум (после совершения преступлений) … и он решил принять участие в превентивных мерах.

Очищать нацию от балласта, рассчитывая на то, что после психически и физически больных наступит очередь закоренелых неисправимых преступников. Которых по Закону о защите народа и государства от 28 февраля 1938 года пока что отправляли (бессрочно) в концлагеря… где особо неисправимые погибали при попытке к бегству или от несчастного случая.

Но это было разовые акции, а Вирту хотел промышленных масштабов, которые всерьёз обсуждались. И не только обсуждались – десятки (если не сотни) неисправимых сгинули в газовых камерах центров эвтаназии Акции Т4.

Возможно, не только это – Вирт считал психически больных (с которыми ему приходилось иметь дело во время службы в Крипо) вредным балластом для немецкого общества. Он не раз заявлял, что нужно избавиться от бесполезных ртов, и что от сентиментальной слюни по поводу этого балласта его «тошнит».

Впрочем, графу была ближе всего гораздо более приземлённая версия – Вирт настолько достал начальство и коллег своим стилем работы уличного громилы, элегантностью бульдозера и утончённостью слона в посудной лавке, что его попросту выдавили из Крипо… подальше.

Как бы то ни было, в конце 1939 года Вирт вместе с другими сотрудниками штутгартского Крипо был переведён на службу в Акцию Т4… видимо, в службу безопасности (по какой-то причине было решено, что это дело Крипо, а не гестапо, что было бы логичнее). И возглавил эту службу безопасности.

В свои 55 лет Вирт был одним из самых возрастных сотрудников, задействованных в программе… но ни его, ни кого-либо другого это явно не напрягало. Он неожиданно проявил незаурядные административные способности – и вскоре был назначен начальником административного отдела на фабрике смерти в его родном Вюртемберге.

Вскоре после этого Вирта перевели в центр эвтаназии в Бранденбурге-на-Хафеле близ Берлина на должность административного директора (медицинским директором был доктор Ирмфрид Эберль).

В декабре 1939 или январе 1940 года Вирт присутствовал при проведении первого эксперимента по умерщвлению угарным газом, в ходе которого были убиты три десятка пациентов немецких психиатрических лечебниц. 

В дополнение к просим способностям, Вирт проявил и незаурядный талант психолога – именно он предложил замаскировать газовые камеры под душевые.  А когда группа психически больных, которых подозревали в совершении преступлений, отказалась входить в газовую камеру, Вирт уговорил их войти.

После этого его перевели на фабрику смерти в Хартхайме, где он стал начальником канцелярии и директором по кадрам. В Хартхайме Вирт руководил бумажной работой в качестве начальника регистрационного отдела, контролировал процесс убийства в качестве ответственного за безопасность и командовал младшим персоналом в качестве кадрового директора. 

Вирт был грубым и жестоким человеком, которого боялись подчинённые; самой настоящей машиной для убийств. Когда у четырёх пациенток в Хартхайме заподозрили тиф, Вирт самолично расстрелял их, чтобы предотвратить распространение болезни среди персонала.

Вирт начал участвовать в убийствах евреев ещё в сентябре 1940 года, когда в Бранденбурге впервые применили газ для умерщвления евреев-инвалидов с ограниченными возможностями.

Участвовать с удовольствием - ибо совершенно искренне считал евреев даже худшими врагами Германии, чем уголовные преступники – и ещё большим балластом, чем психически и физически больные.

В середине 1940 года Вирт был назначен руководителем всей системы центров эвтаназии (фабрик смерти) Акции Т4. Летом 1941 года он (предсказуемо) участвовал в Акции Т4 в западных регионах Польши – видимо, в качестве эксперта по газовым камерам (в основном, мобильным газвагенам).

24 августа 1941 года фюрер Великогерманского рейха подписал указ о закрытии программы эвтаназии. Вирт узнал об этом, находясь в Бранденбурге в 60 километрах от Берлина.

Он был в полной растерянности; в 55-летнем возрасте в молодом рейхе (все его сослуживцы были максимум сорокалетними) идти ему было, собственно, некуда, а в случае выхода на пенсию он точно спился бы – ибо не мыслил жизни без экстремальной работы.

Спасение пришло в лице обер-фюрера СС, который предъявил удостоверение офицера личного штаба рейхсфюрера СС на имя графа Вальтера фон Шёнинга и мандат (от самого фюрера) уполномоченного по окончательному решению еврейского вопроса на прямо или косвенно подконтрольных рейху территориях.

Граф объявил: «С этого момента переходите в моё полное распоряжение».

И продолжил: «Вам поручается спроектировать фабрику смерти десятикратно большей пропускной способности, чем все центры эвтаназии Акции Т4, вместе взятые. После чего принять активное участие в её строительстве – а после окончания строительства стать её комендантом. Орудие ликвидации – ядовитый газ… сделаете два варианта – мобильный и стационарный…»

И добавил: «Необходимые ресурсы Вам будут предоставлены. Работа должна быть завешена к октябрю». Развернулся и покинул фабрику смерти.

Кристиан Вирт облегчённо и радостно вздохнул – и приступил к работе.