Там

               

Там сытость — венец, а инстинкт — мерило,
Там завтрашний день не сулит высот,
Там время замедлилось, застыло,
Смыкая стрелки в слепой оборот.

Там каждый порыв не стремится к свету,
Сгорает в утробе, не став огнём,
И истина, сжатая в форму ответа,
Спит в клетке, забытая ясным днём.

Там мысли — как тени на дне колодца,
Где плещется мутная жижа нужды,
И сердце, что в такт лишь сосудам бьётся,
Не знает ни боли, ни доброты.

Там нет ни сомнений, ни сильной жажды,
Лишь ритм биологии, мерный гул,
И каждый там, просыпаясь однажды,
Лишь глубже в комфортную тьму нырнул.

И в этом покое, лишённом драмы,
Где совесть — лишь шорох сухой травы,
Стираются грани, стираются шрамы,
И гаснут последние искры борьбы.

Лишь холод рефлексов, лишь ток по нервам,
Безмолвный парад первобытных сил,
Где тот, кто был в чём-то когда-то первым,
Свой дух в колыбели инстинктов зарыл.