Вячеслав Иванович Басов мастер и человек

      Вашему вниманию предоставляется очерк Ольги А. о великом мастере кузнечного дела Басове В. И.
      Вячеслав Басов человек – легенда, профессионал высочайшего класса, его влияние на возрождение старых кузнечных технологий, российского оружейного дела бесценно, а заново открытую забытую технологию получения древнерусского булата и монгольской (дамасской) стали снискали ему мировую известность. Он был не только кузнецом – профессионалом высочайшего класса, создававший шедевры кузнечного дела, но и знатоком истории и культуры России и других стран. В очерке очень интересно описан сибирский период жизни этого великого мастера и человека.


     Изначально впечатления от встречи с легендарным кузнецом Вячеславом Ивановичем Басовым должны были стать частью моих воспоминаний о пути к Учителю, пребывании Его в моём доме, поездке в Сибирь и последовавших после этого некоторых событиях моей жизни. Но получилось так, что информация о Басове оказалась слишком объёмной: одно обстоятельство влекло за собой другое, многие факты вызывали у меня многочисленные вопросы и желание уточнить информацию. Пришлось провести настоящее исследование жизни и творчества мастера, что в итоге вылилось в другой формат – очерк. Как оказалось, биография этого интересного человека нигде не опубликована, за исключением отдельных фактов, связанных в основном с его профессией, не говоря уже о его жизни в Общине после принятия Учения. К счастью (это выяснилось в процессе работы), имеется большой материал о Басове, отснятый Алексеем Русановым и ожидающий своего часа (монтаж, комментарии и др.). Надеюсь, мы когда-нибудь увидим хороший документальный фильм о «сибирском периоде» жизни В.И. Басова. А пока я буду опираться только на воспоминания знавших его людей, с которыми удалось связаться, и факты, добытые посредством просмотра и анализа документальных фильмов и публикаций в интернете. Потихоньку, с большими перерывами, сложился личностный и творческий портрет Вячеслава Басова – такой, каким его увидела я. 
Выражаю сердечную благодарность всем причастным к появлению этого очерка.
                Ольга А, 2026 г.
***
    Прежде чем начать своё повествование о Басове, придётся кое-что пояснить. В августе 2002 года состоялась моя пока единственная поездка на Землю. Одним из событий той поездки был подъём на Гору, спустившись с которой, я посвятила один день общению с черемшанскими последователями. Первым моим «респондентом» стал кузнец Вячеслав Иванович Басов.
***
    Оказавшись в доме Басова, я увидела лежащего на кровати человека и скачущего на его животе мальчика лет трёх-четырёх. Как выяснилось, это был внук хозяйки дома Натальи Валентович, помощницы и друга кузнеца. Увидев меня, Басов попытался снять с себя ребёнка, что ему довольно долго не удавалось сделать: озорник не спешил покидать «батут».

  Наконец, мужчина сел, мы поздоровались глаза в глаза, я представилась, и началась беседа. Я, по своему обыкновению, задавала совершенно разные, не связанные одной темой вопросы, на которые Вячеслав Иванович с готовностью отвечал. Не будучи специалистом в области металлообработки и ковки, я, скорее всего, задавала вопросы по истории и искусству в целом. Но, думаю, и без вопросов мастер рассказал бы массу интересного: он был не только кузнецом – профессионалом высочайшего класса, но и знатоком истории и культуры России и других стран. О его роли в развитии кузнечного дела я подробно узнала, уже работая над заметками. Вячеслав Басов стоял у истоков возрождения старых кузнечных технологий, российского оружейного дела, заново открыл забытую технологию получения древнерусского булата и монгольской (дамасской) стали. Он поведал историю о том, как три ночи подряд к нему во сне приходил индус и объяснял поэтапно, как получить булат. Очевидно, что к кому попало сведущие в металлообработке индусы во сне не приходят!

    Благодаря общительности Басова наш разговор был содержательным и довольно продолжительным. Хотя конкретика в голове почти не сохранилась, я прекрасно помню своё воодушевлённое состояние от общения с ним. Затем Вячеслав Иванович продемонстрировал мне простой и действенный способ вправления позвонков.
Надо лечь на широкую скамью таким образом, чтобы ноги от коленей свисали, и лежать так некоторое время. Потом очень осторожно, повернувшись набок, встать. Для наглядности он сам улёгся на скамью, а затем это сделала и я. До сих пор помню свои ощущения от непродолжительного лежания на скамье, надо сказать, не очень приятные. Басов говорил, что растягивание позвоночника действенно даже при коме. Ещё он советовал прочитать книгу В.В. Караваева «Дорога здоровья», в которой учёный-биохимик рассказывает о собственной методике оздоровления организма.

    Вячеслав Иванович считал очень важным для духовного развития и физического здоровья умение благодарить («курс» из 50 благодарений в течение дня на протяжении 40 дней). Помню, в те годы об этом много говорилось, и мы старались как можно чаще выражать благодарность. Размышляя о духовном и творческом поиске, Вячеслав Иванович привёл пример: у того, кто по-настоящему ищет ответ, один вопрос рождает другой, и так бесконечно… Он и в своём творчестве вёл бесконечный поиск.

    Наскоро перекусив, мы отправились в кузницу, по пути продолжая оживлённо беседовать. Одной из тем общения было выживание человека в природе, и в связи с этим Басов настоятельно рекомендовал ознакомиться с книгой «По следам Робинзона». Говорилось также об актуальности изучения технологий 16–17 веков на случай повсеместного отключения электричества (он даже называл возможный срок – ноябрь того же 2002 года).

    Вдоль тропы, по которой мы шли, росли заросли татарника, и Вячеслав Иванович обратил внимание на то, что пух этого растения можно использовать для подушек наряду с птичьим. Позже я узнала про это растение более подробно. Оказалось, что татарник (он же чертополох) – не только источник растительного пуха, но и «многопрофильное» лекарственное растение. Настои и отвары из его цветков обладают мочегонным, вяжущим, кровоостанавливающим, бактерицидным, кровоочистительным свойствами, а также помогают при кашле, коклюше, бронхитах, бронхиальной астме, цистите, отёках, истощении нервной системы, анемии, геморрое. В народной медицине татарник считается противоопухолевым средством, особенно при раке лёгких.

    Судя по количеству полученной от Басова информации, кузница находилась где-то на краю деревни. Она представляла собой довольно просторное помещение, и, кроме нас, там находился молодой человек, видно, ученик Вячеслава Ивановича.
То, что я нахожусь в кузнице – святая святых для мастера, было воспринято мной как исторический момент. А уж увидеть кузнеца в деле дорогого стоит! Позже я узнала, что по негласной традиции присутствие женщины в кузнице нежелательно, однако из общения со знавшими Басова людьми выяснилось и другое: Вячеслав Иванович с удовольствием демонстрировал женщинам своё мастерство – хотел произвести на них впечатление и, надо сказать, производил, и не только на женщин! Саша З., мой земляк, рассказал, как однажды зайдя к Басову в кузницу, стал свидетелем эпизодов, запомнившихся ему на всю жизнь. Кузнец, посетовав, что давно не точил топор для колки дров, подправил лезвие несколькими движениями оселка и тут же продемонстрировал результат: разрезал взмахом топора лист бумаги и перерубил гвоздь – на срезе не было ни единой зазубринки! А когда Басов, нагрев на огне заготовку, стал с упоением ударять по ней молотом, Сашу буквально раздавил мощный поток энергии. Азарт и наслаждение мастера процессом – это колоссальный источник энергии, и это явление ещё предстоит изучать!   
Наблюдаю за работой мастера. Басов то нагревал заготовку на огне, то ударял по ней молотом, поворачивая то одной стороной, то другой. И вот я стала очевидцем рождения очередного шедевра Вячеслава Ивановича! Разглядывая клинок (металлическая часть меча) из булатной стали, я слушала пояснения мастера. Вячеслав Иванович говорил о шахтном горне, механическом плавильном молоте, демонстрировал фрагмент самурайского клинка (пакет из 81 млн. слоёв!). Для сравнения: в заготовках топоров из дамасской стали, имеющей ослепительно белый цвет, – 25 млн. слоёв.
***
    Когда и при каких обстоятельствах Басов узнал про Учителя, неизвестно: либо, бывая в Москве, от кого-то из последователей; либо, по другой версии, с семьёй побывал на встрече с Учителем. Поскольку Вячеслав Иванович преподавал (с 1980 года) в Суздальском художественно-реставрационном училище кузнечное дело, то, встав на путь веры, связался с Вадимом Редькиным в (1995) и попросил направить к нему на обучение мастерству двух верующих парней. Выбор общинников пал на Анатолия Шейнина и Павла Братчикова, знакомых между собой, но на тот момент проживавших в разных деревнях Земли Обетованной. И вот они, к удивлению друг друга, встретились в доме Басова! Толя загорелся кузнечным делом, оказавшись как-то очевидцем процесса в колхозной кузнице, а Паша – после того как увидел во сне облако в виде наковальни и счёл, что это знак свыше.
Поселили общинников в кабинете Басова – одной из комнат 3-комнатной квартиры. Паша спал на диване, а Толя – на полу, укрывшись казачьей буркой хозяина: Вячеслав Иванович, помимо бурки, имел удостоверение поручика Ленинградского казачьего войска и шашку. В квартире Басов проживал со своей супругой Лидией Ивановной, дети – Ярослав и Лена – жили отдельно: Ярослав работал в московском банке; чем занималась дочь, не знаю. Лидия Ивановна работала экскурсоводом в Музее деревянного зодчества и крестьянского быта.
 
    Справка. Экспонаты для этого музея под открытым небом собирались по всей Владимирской области. 18 памятников деревянного зодчества XVIII–XIX вв., построенные русскими мастерами-плотниками практически только топором, занимают площадь 3,5 га на высоком живописном берегу р. Каменки. Постройки были перемещены в Суздаль в целях сохранения и показа туристам в 1960-70-ые годы. В музее воссоздана планировка небольшого села Владимирской губернии: на высоком месте два храма и часовня, от которых идёт сельская улица с жилыми крестьянскими домами и хозяйственными постройками.

    Поражала богатая библиотека Вячеслава Ивановича, занимавшая всю стенку (5х2), расположенную вдоль центральной стены зала. Здесь можно было найти книги по кузнечному делу, металлообработке, истории и культуре разных стран и народов, зарубежные альбомы по обработке металла (даже XVIII века), художественную литературу, фантастику и др. Вячеслав Иванович неоднократно бывал за рубежом (Франция, Япония, Швейцария, Швеция и др.) и каждый раз привозил оттуда альбомы и книги.
 
    Басов глубоко изучал металлургию Древней Руси, встречался с учёными-археологами, штудировал их труды, особенно по древнерусскому холодному оружию. Как говорил сам Вячеслав Иванович: «Я учился всю жизнь» а ещё Басов любил фантастику – ведь настоящие творцы зачастую способны за любой фантазией видеть просто пока ещё не наступившую реальность…
 
    Утро Толи Шейнина начиналось в 6 утра чтением учебника по металлургии из библиотеки Басова. В 7 утра Лидия Ивановна кормила его гречневой кашей, и он отправлялся в кузницу при училище (Вячеслав Иванович приходил к обеду). Курс базовой подготовки по кузнечному делу, рассчитанный на 1,5 года, необходимо было пройти за 3 месяца. За этот же срок требовалось изготовить 26 работ, рассчитанных на всё те же полтора года. Толя старательно работал, переделывая изделия после замечаний Басова до тех пор, пока мастер не ставил ему хорошую оценку. Педагог много рассказывал про булат и обучал методике кузнечной сварки.
Когда выдавалось время, Басов водил учеников по старому Суздалю и очень образно и увлекательно рассказывал о событиях из истории древнего города. До училища Вячеслав Иванович работал во Владимиро-Суздальском музее-заповеднике реставратором металла (с 1970 г.), возвращая к жизни знаменитые памятники кузнечного, оружейного и ремесленного искусства. Хорошо изучив тонкости древних русских технологий, он использовал их методы в реставрации. Он говорил, что в музее была его самая любимая кузница, в которой он начал опыты по воссозданию секретов булатных сталей. Тогда Басов считался одним из лучших реставраторов металла в стране.

    Любознательные слушатели-общинники с интересом внимали рассказам Басова о найденных подковах, оружии, предметах быта. В Суздальском художественно-реставрационном училище В.И. Басов содействовал созданию специализации «Реставрация металла». Именно он заложил основы программ подготовки реставраторов архитектурного металла, по которым и сегодня работает целое отделение. Даже горны в кузнечной мастерской училища были в своё время построены Вячеславом Ивановичем.
 
    После окончания рабочего дня у Басовых часто собирались научные сотрудники, профессора, академики, некоторые из которых занимались теоретическим обоснованием практических результатов Вячеслава Ивановича. Общинника Толю, привыкшего смотреть на вещи с практической точки зрения, удивляли теоретические выкладки научной братии, которые, как ему казалось, не имели никакого отношения к жизни. По воскресеньям в дом Басовых приходили коллеги-преподаватели, музейные сотрудники, кузнецы, звонари, и компания из 3–5 человек в течение нескольких часов вела увлекательную беседу за одной бутылкой вина.
 
    Басов был добрым, открытым и очень жизнерадостным человеком. Бывало, его не признавали деятели науки, обманывали чиновники. Но, несмотря на тёмные полосы жизни мастера, это никак не сказалось на его характере и неутомимом поиске истины в своём деле. От одного лишь разговора с ним ученики и мастера загорались жаждой изготовить что-то выдающееся: им как будто становилось легче работать, зная, что они не одиноки в своих усилиях и идеях. И ученикам-последователям Вячеслав Иванович казался примером правильной жизни благодаря его умению создавать и отдавать.

    В процессе обучения у Басова у Толи и Паши выявились свои предпочтения. Паша увлёкся созданием художественных изделий (браслеты, кольца и другие украшения), а Толя как человек практичный склонялся к изготовлению орудий труда (топоры, мотыги, ножи, стамески, подковы и др.).

    Несколько позже, в этом же 1995 году, в Суздаль приехал обучаться колокольному звону Александр Староверов и тоже поселился у Басова. Постижение тонкостей звона с выездами на семинары и фестивали в Москву, Санкт-Петербург и города Золотого кольца Саша совмещал с обучением кузнечному делу. Мастер разглядел в своём ученике задатки хорошего кузнеца и мечтал увидеть в нём продолжателя своего дела. Прожив в Суздале несколько месяцев, Саша тесно сблизился с семьёй Вячеслава Ивановича, помогая в житейских делах: Басов, одержимый творчеством, был совершенно не приспособлен к решению бытовых и организационных вопросов. Они дополняли друг друга: кузнец вдохновлял ученика на творчество, Александр поддерживал морально и психологически.

    Басов сразу принял Учителя, по-детски, всем сердцем, но в силу особенностей психики, что свойственно многим поглощённым своим делом людям, при всём желании был не в состоянии строго следовать Учению и совершал порой неадекватные поступки. Виссариона Вячеслав Иванович очень любил и часто с нежностью повторял: «Учитель – наш Царь…» Он верил, что в Сибири строится новое общество, основанное на духовных и нравственных принципах, которое станет сердцем новой, бесконфликтной цивилизации. Ему хотелось быть полезным в построении этого нового мира. К тому же, в 1990-е годы, когда в стране происходил переход от социализма к капитализму, возникла реальная угроза утраты многих традиционных профессий. Не стала исключением Владимиро-Суздальская земля, всегда славившаяся своими оружейниками, кузнецами, ювелирами. Мастера-самородки спивались или уходили, чтобы выжить, в далёкие от своих творческих интересов профессии, и лишь небольшая их часть сумела в новых реалиях организовать своё дело.

    Общение с Александром Староверовым окончательно определило намерение Басова переехать на Землю. Супруга и дочь Лена были не готовы к такому шагу, хотя очень любили Вячеслава Ивановича и беспокоились, как он будет жить без них на новом месте. К тому же, у Лидии Ивановны за многие годы жизни с Басовым накопилась физическая и моральная усталость от его сложного характера и непредсказуемых поступков. Это тоже стало одной из причин её нежелания последовать за мужем в далёкий Красноярский край. Басов, тоже очень любивший жену и дочь, не терял надежды, что они приедут к нему позже, как только он осмотрится и устроится.
Забегая вперёд, скажу, что, когда через некоторое время после переезда на Землю Обетованную Вячеслав Иванович приехал в Суздаль в надежде забрать жену и дочь с собой, речи о переезде семьи в Сибирь по-прежнему не было. Однако к его выбору близкие люди отнеслись с пониманием, и, думается, в этом большую роль сыграло тесное общение с последователями Виссариона. Однако сын Басова Ярослав, живший в Москве, сразу и категорически не принял Учителя и Учение.
 
    Организацию переезда мастера на Землю взял на себя Саша Староверов, что было делом непростым – хозяйство кузнеца было солидным. Большую помощь в этом оказала суздальская творческая братия – друзья и коллеги Басова. Всё было грамотно упаковано и в сентябре 1995 года отправлено контейнером на Землю.
***
    Вячеслав Иванович в любом своём начинании играл роль вдохновителя и генератора идей, но все организационные моменты решались по жизни другими людьми. Это свойственно большинству творческих людей, но у Басова эта особенность усугублялась его тотальной погружённостью в профессию. Устроившись на очередном месте и собственноручно соорудив хороший стандартный горн, он вскоре по разным причинам это обустроенное место покидал. То же самое происходило и на новом месте. По этому поводу он шутил: «Вся моя жизнь состоит из строительства горнов». Но чтобы построить профессиональный горн, необходим не только большой опыт, но и особое чутьё (собственно, как и в любой творческой профессии). А получение дамасской стали требует ещё и особых условий: горн должен быть обязательно из кирпича и иметь стенки.
 
    Однако, несмотря на неорганизованность и непоследовательность, харизма и творческая энергия Вячеслава Ивановича пробудили интерес к кузнечному делу у десятков людей, которые по сей день вспоминают его с большим уважением и благодарностью. Где бы ни появлялся Басов, вокруг него тут же начиналось движение. По некоторым данным, за свою жизнь он построил 22 кузницы. Его приглашали ведущие институты страны, занимавшиеся изучением металла, и везде, где была возможность, Вячеслав Иванович проводил плавки, щедро делясь своими знаниями и опытом с коллегами и учёными.

    Слава Басов родился в семье художника-оформителя, начитанного и образованного, большого любителя истории, знавшего несколько языков, что могло сыграть свою роль в его стремлении к глубокому изучению истории и культуры разных эпох, стран и народов. Особенно его интересовала, как уже говорилось выше, Древняя Русь. Он увлечённо рассказывал, что жители древнего Новгорода плавили железо для своих нужд в домашних условиях – в печи, в глиняных кринках.
Уже в возрасте 9 лет из напильников и подшипников Слава Басов ковал ножи и наконечники для стрел и мастерил луки (а в зрелом возрасте и арбалеты), с которыми ходил на охоту. Правда, в цель он не попадал (или не хотел попадать) и приходил без добычи, но зато получал море впечатлений. Наблюдательного и романтичного мальчика буквально завораживали кованые решётки оград в родном Серпухове, и он подолгу рассматривал и любовался филигранно выполненными растительными мотивами.
***
    Сибирский период жизни Басова начался с Курагино. Этот посёлок городского типа играл в своё время большую роль в перемещении последователей на Землю и был своего рода перевалочным пунктом: сначала останавливались здесь и после изучения обстановки перебирались согласно сложившимся условиям и возможностям в тот или иной населённый пункт.

    Итак, прибыв в Курагино осенью 1995 года, Басов поселился во времянке Дома встреч на улице Школьной, и потихоньку начал обзаводиться друзьями. Одним из первых знакомых, с которым жизнь сводила Вячеслава Ивановича неоднократно, стал Николай Мухин. Басов как-то зашёл в спорткомплекс, арендованный последователями под столярный цех. Коля совместно с другими ребятами трудился там, выполняя заказы по нуждам Общины, в том числе по изготовлению инвентаря для общинной пасеки (улья и др.). Общение с Басовым получилось долгим и интересным. Говорили на разные темы, особенно много – о творчестве. Вячеслава Ивановича и Николая объединил общий интерес к металлообработке: Коля в прошлом был слесарем-инструментальщиком высшего разряда в оборонной промышленности. Поскольку кованое изделие доводится «до кондиции» путём слесарной обработки (шлифовка, полировка и т.д.), Басова такой профессионал не мог не заинтересовать. Конечно, Вячеслав Иванович и сам этим занимался, но мастер-инструментальщик мог выполнить работу качественнее и быстрее. Уже при первом знакомстве Николай увидел в новом знакомом масштабную личность, способную зажечь и вдохновить на творчество любого!

    Здесь же, в Курагино, состоялось знакомство Басова с Алексеем Русановым, также сыгравшим в жизни Вячеслава Басова большую роль, но об этом чуть позже. Вместе с ним и Сергеем Парахиным мастер перебрался в Петропавловку, где поселился в доме Влада и Лены Дуровых. Его новые друзья жили тут же, во времянке, и учились у Басова кузнечному делу вместе с Владом – квалифицированным технологом по металлообработке.  Для Вячеслава Ивановича общими силами была построена небольшая кузница, инструментарий для которой был изготовлен Володей Полищуком (Магнитогорским). В перерывах между работой ученики беседовали с мастером на самые разные темы – кругозор, как помним, у Вячеслава Ивановича был огромный!
    В Писании есть эпизод, в котором говорится о подарке, преподнесённом Басовым Учителю на Празднике Добрых Плодов 18 августа 1996 года. В изготовлении подарка принимал участие Влад Дуров, поделившийся некоторыми подробностями.
Это был сверкающий гвоздь из дамасской стали длиною 45 сантиметров.  Поскольку на тот момент население Земли насчитывало 7 миллиардов человек, то в гвозде было соответственно 7 миллиардов условных слоёв! Вячеслав Иванович вручил подарок со словами: «Дорогой Учитель, позвольте облегчить Вашу боль. Позвольте от имени всех душ на Земле и на Небесах вырвать гвоздь из Вашего сердца».
   
    Поскольку в кузнице Влада не было молота (вещь, крайне необходимая в кузнечном деле), Лёша взялся его раздобыть, и после двух месяцев пребывания в Петропавловке Басов, Алексей и Сергей перебрались в Черемшанку. Там была возможность трудиться в кузнице Анатолия Шейнина (в 1998 году по благословению Учителя он поднялся на Гору и передал кузницу Общине) и пользоваться молотом, добытым Лёшей. Однако и здесь нужных условий для получения булата, о чём так мечтал Басов, не было.
***
    Лёша, которому Учителем была дана подсказка оказывать Басову всевозможную помощь, связался со своим земляком Александром Верескуновым (оба родом из Воткинска) и предложил Вячеславу Ивановичу перебраться в Ижевск. Дело в том, что Александр, по оценке Алексея, не только приблизительно соответствовал уровню мастера Басова, но и, работая главным металлургом на заводе радиодеталей, хорошо знал обстановку в городе и обладал многочисленными связями. По протекции Верескунова их совместный проект по производству булата на базе знаменитого завода «Ижсталь» в промышленных масштабах был одобрен. В распоряжении Вячеслава Ивановича и Верескунова оказались кузница при автомобильном цехе, термический и плавильный цеха – всё, что было необходимо для экспериментов по получению булата и дамасской стали. Именно здесь, на Ижстали, Алексей стал очевидцем получения Басовым настоящего булата. Все попытки разрезать кусок металла алмазом заканчивались его «испарением» в результате «неравной битвы» с королём металлов.
Поскольку одному решать множество организационных, в том числе бытовых вопросов Алексею было физически невозможно, всё это время рядом был Сергей Парахин, надёжный друг и помощник. Друзья помогли Басову устроиться на новом месте, поработали с ним какое-то время и приступили к решению ещё одной важной проблемы.
    Случилось так, что Вячеслав Иванович, являясь автором патента на изготовление дамасской стали, булата и суперчистого железа, юридически не был его правообладателем – им являлся другой человек (представитель криминального мира – в 1990-х годах таковых было пруд пруди). Для Басова, человека творческого и совершенно не приспособленного к решению подобных вопросов, жизненная школа Лёши Русанова пришлась очень кстати. Алексей, ранее возглавлявший в родном Воткинске Комитет по молодёжной политике и принимавший участие в разных проектах (правда, слово «проект» тогда не использовали), привык решать множество организационных вопросов. И сейчас, когда Басову потребовалась поддержка, он взялся и за это очень непростое дело.
 
    Вячеслав Иванович, Алексей Русанов и Сергей Парахин отправились в Санкт-Петербург на восстановление справедливости. Лёша, представлявший в разговоре с криминальным товарищем интересы Басова, сумел решить вопрос положительно – законным правообладателем патента стал Вячеслав Иванович. «Ходоки» с победой вернулись в Ижевск.

    Убедившись, что у Басова всё в порядке с работой и бытом, Лёша с Сергеем, приобретя кузнечные навыки, вернулись в общину, но занялись своим истинным призванием – музыкой. 
***
    Вернёмся к ижевскому периоду жизни В.И. Басова. В творческом отношении поначалу всё было хорошо: именно на Ижстали Басову удалось отлить классический булат, тем самым возродив в России технологию производства булатной стали. Но ситуация быстро менялась. Это было связано с взаимоотношениями Басова с «коллегами», непонятными с точки зрения адекватных человеческих представлений. К сожалению, многие пользовались наивностью и доверчивостью Вячеслава Ивановича, на основе его знаний и опыта писались диссертации, а сам мастер и тем более его проблемы никого не интересовали. В разное время в Ижевск приезжали ученики, чтобы поддержать своего учителя (Алексей Русанов, Влад Дуров). Однако в Ижевске что-то пошло не так, и к Басову подступили депрессия и потерянность.
***
    В жизни любого человека бывают сложные, порой, кажется, безвыходные ситуации. В такие моменты важно, чтобы рядом оказался нужный человек, который поддержал бы морально и физически, и кому можно было бы полностью довериться. А если этот человек – женщина, то это ещё и другая, очень нужная мужчине-мастеру, энергия.

    Такой женщиной и другом в одном лице стала для Вячеслава Басова последователь из Красноярска Наталья Валентович (в её доме Учитель не раз останавливался, бывая в Красноярске). Знакомство Натальи и Басова состоялось на выставке-презентации Церкви Последнего Завета в Красноярске. Затем, во время работы Первого кузнечного фестиваля, проходившего при Институте цветных металлов (форум был перенесён из Москвы в Красноярск в связи с переездом Басова в Сибирь), Вячеслав Иванович и Алексей Русанов останавливались в доме Натальи. Более тесно они стали общаться (разговаривали, гуляли в одной компании) уже в Курагино, после переезда Басова на Землю: Наталья приезжала на месяц сменить обстановку (лето!).
 
    Басов и Наталья подходили друг другу: он импульсивный, огненный, а она спокойная, уравновешенная. Это было нечто большее, чем любовь. Они периодически расставались (у каждого была своя жизнь), но между ними всегда существовала незримая нить. Наталья навещала Басова в Курагино: поселившись по соседству, помогала ему с организацией быта.
 
    Когда в Ижевске Басов находился в непростом психологическом состоянии, Наталья, сердцем почуяв неладное, узнала его номер и позвонила. Вячеслав Иванович обрадовался звонку и подтвердил, что у него большие проблемы, и он «совершенно один». Наталья, оставив в Красноярске дочь-десятиклассницу на своего брата, бросилась спасать Басова. Тем временем Наталья при пожелании Вячеслава Ивановича связалась из Ижевска с Николаем Мухиным и попросила его приехать поддержать Басова – Наталье надо было срочно вернуться в Красноярск: дочь готовилась к выпускным экзаменам. Понятно, что оставлять Басова одного в такой ситуации было нельзя. После приезда Николая (в конце мая 1999 года) Наталья вернулась в Красноярск, а Коля стал, как мог, ободрять Басова, находившегося в очень непростом, можно сказать, критическом состоянии.
 
    Поддержать Басова, своего учителя и коллегу, приехал из Москвы Игорь Толстой, высококвалифицированный технолог по металлу, и после вынужденного отъезда Натальи в течение 2–3 недель Николай и Игорь пытались вывести Вячеслава Ивановича из тяжёлого состояния. Басов отводил душу в разговорах с Игорем о тонкостях работы с булатной и дамасской сталью, и Николай с большим интересом слушал профессионалов высочайшего уровня.

    Пробыв в Ижевске в общей сложности около полутора месяцев, друзья помогли собрать вещи Басова, и в июле 1999 года Басов, Наталья и Николай выехали в Красноярский край.
 
    Пунктом назначения была Черемшанка, но по приезде стало ясно, что этот вариант не подходит – условий для профессиональной работы в плохо оборудованной кузне не было. Получив известие, что Учитель спустился с Горы и хочет встретиться с кузнецом в Петропавловке, выгрузив вещи, все трое отправились на встречу с Виссарионом.
 
    Учитель, Вадим и Басов довольно долго (часа полтора–два) говорили в комнате для приёма. Содержание разговора неизвестно, но время от времени оттуда раздавался заразительный хохот. Наталье и Николаю, ожидавшим окончания разговора в соседнем помещении, приходилось только гадать о причинах таких радостных эмоций.
    После завершения беседы в жизни Вячеслава Басова и Натальи Валентович произошло знаменательное событие: в комнате для приёма Учитель в присутствии Вадима благословил их как пару – проверенная годами дружба нашла своё логическое продолжение. Басов полагал, что в прошлой жизни Наталья была царицей Нефертити, и находил между ними портретное сходство. Себя же видел влюблённым в красавицу художником, воспевавшим свою музу…
***
    В Черемшанке все трое задержались на пару месяцев. Поселились они у Марины Шербик, землячки Натальи, в прошлом врача-терапевта из Красноярска. Марина с мужем жила в двухэтажном кирпичном доме на несколько квартир, и в маленькой времянке неподалёку поставили рабочий стол для Николая. Ещё в Ижевске Басов начал работу над подарком Учителю – мечом для отделения семян от плевел. Меч и другие заготовки друзья привезли с собой на Землю, и времянка играла роль слесарной мастерской, где Николай, советуясь с Басовым, дорабатывал заготовки, выполняя горские заказы.
 
    Дружба двух профессионалов своего дела была проверена временем и жизненными перипетиями, поэтому между ними сложились доверительные и тёплые отношения. Бывало, Вячеслав Иванович и Николай от души, слаженно пели разные песни, особенно им удавались казацкие: Коля родом из Воронежской области, из донских казаков, а Басов, хоть и родился в Серпухове (недалеко от Москвы), но, будучи поручиком казачьего войска, когда-то пел в любительском казацком хоре. Вячеслав Иванович обладал хорошим слухом, выразительным голосом и пел с большим удовольствием. 

    К слову, в любом деле, даже, казалось бы, не относящемся к искусству и вообще к творчеству в общепринятом смысле, большое значение имеет общий уровень развития человека, его интеллект, кругозор, наличие дополнительных навыков. Всё это в итоге складывается в понятие «личность» с её индивидуальным, не трёхмерным –  многогранным взглядом на действительность. Вячеслав Иванович любил как старинные народные песни, так современные (в исполнении Надежды Кадышевой и др.), симфонии Бетховена, скрипичную музыку. Любовь к музыке и пению сыграла свою роль в «отношениях» Басова с металлом: он по-особенному его чувствовать и даже «слышал».
***
    Поскольку в Черемшанке условий для работы не было, Наталья договорилась об аренде кузницы в Красноярске. В сентябре 1999 года троица перебралась в столицу Красноярского края и разместилась в квартире Натальи. Находясь в Красноярске до весны 2000 года и помогая кузнецу в работе, Николай стал свидетелем достижений Вячеслава Ивановича: этот период был довольно плодотворным. Басов что-то повторил и закрепил, что-то усовершенствовал, но главное – были отработаны новые технологии по булату и дамаску, и из этих сталей было изготовлено много разных заготовок. Некоторые изделия были отправлены в Москву в лабораторию одного из заводов и получили высочайшую оценку. Эксперты были поражены, каким образом в самой обычной кузнице, в элементарных условиях, можно было достичь такого качества булата и дамасска! Булат у Басова действительно получался высшей пробы – это был в чистом виде железо-углерод.
  Затем Николай, в помощи которого Басов уже не нуждался, уехал в Общину, чтобы заняться решением собственных бытовых и творческих задач.
***
    Технология получения булата сложна. Если популярно, то суть в том, что, добавляя в железо те или иные компоненты, на выходе получают изделие с заданными свойствами. К примеру, если требуется гибкость, то в железную массу вводятся конкретные химические элементы и на изделие идёт пакет с определённым количеством слоёв. К примеру, меч, полученный по такой технологии, можно свернуть в кольцо и развернуть обратно.
 
    Если нужны рубящие свойства, то добавляют другие химические элементы и подбирается пакет с другим количеством слоёв. Процесс получения определённого пакета выглядел так: полоску металла нагревали до 500–600 градусов, затем её складывали. Затем, нагрев металл до 1000–1100 градусов, растягивали и снова сгибали посередине. И так много-много раз. Если этим заниматься вручную, процесс может длиться неделями. Сейчас для ускорения производства используются прессы. Одним из древних центров производства булата была древняя Индия.
Наряду с булатом, мастера привлекал и дамасск. Для получения дамасской стали берётся уже готовое железо нужного качества, нагревается и закаливается строго определённым способом. Центр производства дамасской стали – древняя Сирия (Дамаск).
     Клинки Вячеслава Басова обладали всеми классическими параметрами: мягкость, твёрдость, пластичность, упругость. В ноябре 2000 года Басов и Наталья возили изделия кузнеца в Москву на Вторую всероссийскую выставку «Клинок: традиции и современность». Время от времени Басов сотрудничал с Галереей авторского оружия «Русские Палаты», где выставлялись и продавались его изделия, и супруги периодически жили в Москве, поскольку при галерее была возможность работать. Организационные вопросы, связанные с «Русскими Палатами», помогал решать ученик Вячеслава Ивановича Игорь Толстой, главный технолог известной галереи. Это одно из первых российских специализированных предприятий в области современного художественного холодного оружия, созданное в Москве в 1994 году.

***
После московских поездок около месяца Басов снова работал в арендованной кузнице в Красноярске, выполняя привезённые из Москвы заказы. А в апреле 2001 (2002) года Басов и Наталья, купив на заработанные деньги половину двухквартирного дома, перебрались в Черемшанку, где и прожили вместе вплоть до ухода мастера из жизни. Рабочим местом для Вячеслава Ивановича стала кузница Анатолия Шейнина, которую тот не успел обжить, поскольку в 1998 году по благословению Учителя поднялся на Гору. После переезда кузнеца в Черемшанку Община, в собственность которой была передана кузница, выделила её в пользование Басова.
 
    Теперь было всё, что нужно для творчества: рабочее место, поддержка верных друзей и женщина, принимавшая Басова таким, как есть. Профессионал мирового уровня с азартом (так он делал любую кузнечную работу) ковал подковы для лошадей, топоры и ножи для нужд Общины – изделия Басова можно найти в хозяйстве у многих общинников. При этом кузнец продолжал делать «для души» свои знаменитые клинки.

    В 2003 году в Черемшанке была организована Школа ремёсел, в которой мальчики и девочки из разных деревень обучались мастерству. Общинные специалисты, наряду с обучением детей тому или иному ремеслу (шитьё, вышивка, резьба по дереву, столярное мастерство и др.) преподавали и теоретические аспекты (архитектура, прикладная математика и др.). Днём дети обучались в государственной школе, а после занятий – в Школе ремёсел.

    Вдохновившись развитием этого направления, Басова загорелся идеей создать на территории возле кузницы что-то вроде школьного городка и даже подготовил его проект. А через дорогу от кузницы, на приобретённом под дом для дочери Лены участке (она изменила своё намерение приехать к отцу в Черемшанку), Вячеслав Иванович задумал построить большой дом, где вместе с хозяевами жили бы и мальчики, обучающиеся в Школе ремёсел. Но этим грандиозным планам не суждено было осуществиться.

    Вячеслав Иванович всегда очень нежно относился к Учителю. В свою очередь, Виссарион тоже любил его, как и всех нас, и проявлял заботу о нём. Он попросил выделить Басову подъёмные, чтобы мастер мог устроиться после переезда на Землю, а в Петропавловке для него даже был построен небольшой домик, правда, по иронии судьбы Басов узнал об этом гораздо позже. Учитель никогда не забывал о Вячеславе Ивановиче и время от времени подсказывал общинникам, чтобы не забывали и поддерживали его.
***
    Попрощавшись с Вячеславом Ивановичем и поблагодарив его за гостеприимство и любезно уделённое мне время, я пообещала (не то сама предложила, не то он попросил) собирать материалы по металлообработке. После возвращения из Общины я с энтузиазмом, согласно своему женскому разумению, взялась за дело: собирала вырезки из разных журналов и выписывала из каталога библиотеки названия книг по нужной теме. К сожалению, собранная мной информация так и не дошла до Вячеслава Ивановича: в 2003 году, через год после нашей встречи, он ушёл из жизни…
При упоминании имени Басова я почему-то сразу вижу картину: лежащий на кровати Вячеслав Иванович, скачущий на нём мальчик и мои увещевания слезть с дедушки, а то тётя (то есть я) не сможет поговорить с ним и уедет. Надо сказать, мастер в 62 года и сам был, как ребёнок, – непосредственный, с нестандартным мышлением и лучезарной улыбкой. Когда он находился в состоянии творческого азарта, его озорные глаза, эмоциональная речь, резкие движения воодушевляли других, не оставляя шансов предаваться грусти и бездействию. Добрая память о кузнеце Вячеславе Басове осталась в сердцах всех, кто его знал.
Прим. Про В.И. Басова можно прочитать в интернете по следующим ссылкам:
1. https://dzen.ru/a/ZtFMQ9BQ3gFhG7Se
2. https://yandex.ru/video/preview/11842559451101425389
3. Нож и топор В.И.Басова - Отечественные производители - Русскоязычный ножевой форум и др.
4. Видео-приложение к Первой русской конференции по русскому оружию: https://vk.co летом m/video-101196408_456246215

 ***