Первый круг Ада. Заклятый партнёр

24 августа 1941 года

Минск, рейхскомиссариат Остланд

Граф фон Шёнинг про себя окрестил Вильгельма Кубе «заклятым партнёром» вовсе не потому, что тот был партийным и государственным чиновником «в одном флаконе». Ибо и к тем, и к другим он относился нейтрально… как, впрочем, и к вермахту, и даже к СС (хотя в Охранные отряды вступил ещё в 1929 году).

А потому, что был весьма ревностным католиком… а в течение столетий ещё и Великим Инквизитором. Поэтому у него лютеранин (коих на костёр он отправил не одну сотню), да ещё и с национал-социалистическими извращениями (ибо где национал-социализм – и где христианство) вызывал тошнотворную реакцию.

Но выбора у него не было – хотя Кубе (несмотря на свой громкий титул генерального комиссара) обладал весьма ограниченной властью в округе Белорутения (по сравнению с вермахтом и СС), администрация гетто подчинялась ему. Как и городская администрация, которая была ему столь же нужна.

По дороге в гостевой дом генерального комиссариата, расположенный в почти нетронутом боями элитном районе в пригороде Минска, граф заметил, что за элитным армейским внедорожником генерального комиссара Horch 901 Typ 40 Cabriolet неотступно следует элегантный Mercedes-Benz 170VK (внедорожник, который граф почему-то подсознательно воспринимал как женский).

Это уже начинало его несколько раздражать… однако ему не хотелось вступать в конфликт с людьми Баронессы (а больше никто не посмел бы «сесть на хвост» эмиссару фюрера и личному помощнику рейхсфюрера СС). Поэтому он (пока) этот «хвост» решил игнорировать.

Когда они отужинали чем бог послал (послал много и обильно – постарались местные повара, ранее обслуживавшие обком партии), граф перешёл к делу:

«Меня здесь никогда не было…». Кубе кивнул: «Я уже понял - мои люди будут проинструктированы…». И вопросительно посмотрел на эмиссара фюрера.

Граф ответил на незаданный вопрос: «С военными и СС я договорюсь…»

И продолжил: «Мне нужно полное сотрудничество Городецкого и его людей в гетто…». Кубе кивнул: «Уже». Ибо Альфред Розенберг самолично сообщил ему, по какому вопросу граф прибыл в Минск.

В самых общих чертах – ибо о газовом «тестировании» рейхсминистр был ни сном, ни духом. Фон Шёнинг продолжил:

«Автобус… мест на тридцать». Кубе осведомился: «Местный подойдёт? Военные мне целый парк передали… ЗиС-16… вроде». Граф кивнул: «Подойдёт».

Производство автобуса ЗИС-16, отличавшегося в соответствии с тогдашней автомобильной модой обтекаемой формой кузова, но по-прежнему выполненного на деревянном каркасе, было развёрнуто на московском автомобильном заводе имени Сталина (отсюда и название) в 1938 года – наклепали аж 3250 штук.

Автобус вмещал до 34 пассажиров (при 26 местах для сидения) при норме восемь человек на квадратный метр площади. Благодаря современному и узнаваемому облику ЗИС-16 стал характерной приметой уличного пейзажа крупных советских городов (в том числе, и Минска) конца 1930-х – начала 1940-х годов.

Граф продолжил: «Автобус Opel-Blitz Omnibus есть – или мне нужно с военными договариваться?». Кубе покачал головой: «Генерал Шенкендорф в курсе моих близких отношений с фюрером – в таком мелком вопросе пойдёт навстречу…»

Фон Шёнинг удовлетворённо кивнул – и осведомился: «Строитель… скорее ремонтник… фольксдойче, как свои пять пальцев знает… хотя бы один район… есть такой?». Генеральный комиссар кивнул: «Георгий… в смысле, Георг Шульгин… в смысле, Шульце…». Граф вздохнул: «Давай его сюда… срочно».

И продолжил допрос: «Начальник грузовой автомастерской… тоже немец… надёжный, что угодно сварганит, умеет хранить секреты…»

Кубе покачал головой: «Русский… но большевиков ненавидит люто просто – в Гражданскую с ними воевал командиром роты броневиков. Нам предан безраздельно… свободный немецкий… Владимир… Вольдемар Аристов…»

Фон Шёнинг кивнул: «Годится». И продолжил: «Твой помощник… быстро сделает деликатное дело, а потом забудет… навсегда… и смазливая сотрудница?»

Кубе кивнул: «Клаус Вельде… и Лина Гримм». Граф вздохнул: «Пусть сидят у телефонов… все. Я их сам вызову. И транспортом обеспечь – мне нужно, чтобы они не пересекались…»

Генеральный комиссар усмехнулся: «Я догадался… с чего начинать?».

Граф спокойно и уверенно ответил: «ЗиС-16 подогнать к гетто… водитель пусть ждёт… Омнибус в автомастерскую… да, и мне водитель нужен с машиной, который город как свои пять пальцев знает…». Кубе уверенно ответил: «Это Клаус… он здесь родился и вырос…». И снова усмехнулся: «… и у него очень плохая память на людей и события…»

Граф кивнул: «Хорошо». И отдал очередной приказ: «Начни с Шульце…»

Генеральный комиссар снял телефонную трубку, отдал распоряжения, повесил трубку и протянул графу визитку: «Все мои номера… я по ним доступен круглосуточно…». И – после предсказуемого Хайль Гитлер! – покинул гостевой дом. Граф вышел во двор. Мерседеса не было видно, но он не сомневался, что кто-то продолжает наблюдение за ним. Что (пока) было вполне терпимо.